Цирк уродов
Дмитрий Завадский

© Дмитрий Завадский, 2020

ISBN 978-5-4498-4418-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предупреждение

Все, о чем я буду писать, является творческим подходом. Ничто из данного текста не претендует на разжигание распрей, споров, ненависти и вражды. Этим текстом хочется поставить в отрезке моей личной истории точку. Некоторые обстоятельства в моей жизни меня задевают сильнее, чем остальных, но не думаю, что я в этом виноват.

Хочу поставить четкую грань: я в своем тексте никого не оскорбляю. Даже если это звучит, как оскорбление, это таковым не является. У каждого из нас есть право на самоопределение, самообозначение, самовыражение. Да, я использую русский язык общего типа, но я вычленяю из него необходимое для себя и подаю под видом своего собственного. Это означает вот что: если я называю человека уродом, стоит разобраться первоначально, почему он урод и что я подразумевал под словом урод. Если в русском языке общего типа слово урод является возможным (это уже один из вариантов!) оскорблением, наносящим вред репутации, и оно отражает физические недостатки чаще всего, то в моем случае все несколько иначе. Урод – это прежде всего термин, который отражает совокупность низменных черт характера, а именно: подлость, трусость, неуважение, лживость, хамство, сквернословие и другие плохие качества. Это является всего лишь определением человека, который, на мой взгляд, заслужил носить звание этого термина. Иными словами, проститутка – это проститутка, и если в лицо ей сказать, что она проститутка, это оскорблением не будет, это будет фактом. Вопрос только в том, что считать проституцией, а что нет. Законом приятно одно, а бабушками под подъездом другое. Но если это не носит характер оскорбления, вопросов быть не должно. Итак, я имею право на самоопределение. Я определяю сам, каким вижу себя, мир вокруг меня и людей, меня окружающих. Далее я имею право на самообозначение. Я сам даю себе собственную оценку, которая не зависит от общепринятых установок, и такую же оценку даю окружающим, у меня есть на это право. И потом, я имею право на самовыражение. Я имею право говорить все, что считаю нужным. Это и есть демократия. Свобода слова. Мои права, утвержденные законом, как минимум. Любое свое мнение я буду отстаивать в суде, если это будет нужно. Стоит также учесть, что в суде или неофициальном разговоре, выяснении проблем, которые я могу создать текстом, буду доказывать свое мнение всеми возможными и известными фактами. В этой маленькой книге я не стану писать абсолютно все детали и факты, которые я знаю, чтобы таким образом защитить третьи лица, участвующие в этих фактах, но если ситуация того потребует, ради своей защиты я расскажу все. Таким образом, вы сами должны догадываться и додумывать: знаю я еще что-то такое, что способно вам навредить, если вы ко мне сунетесь с претензиями или нет, но учтите одно: я никогда практически не вру, и все, о чем тут пишу, будет правдой, которую мы вместе когда-то разделяли. Факт очевиден: если вы сунетесь оспаривать то, что я кого-то назову уродом, то можете быть уверены, что я это докажу, и не только фактами, изложенными здесь. Но прежде чем открыть эту книгу и начать ее читать, вы должны понимать, что все мою написанное будет проходить через призму литературных приемов и собственного мира, где я сам обозначаю, что означает любое сказанное мною слово. Особенно хочу подчеркнуть, что прежде всего я старался называть вещи своими именами, и преследовал только эту цель. Я хочу, чтобы этот текст помог людям разглядеть свои ошибки и исправиться. Этот текст своего рода сдача тем, кто в свое время публично продемонстрировал, на что он способен. Таким образом, обижаться надо не на меня, потому что я есть голос правды. Правды, которую люди вершат сами, собственноручно.

Цирк уродов – это наша жизнь. В ней есть я, ты, мы, они, все. Мы все уроды (но это не точно), и мы все взаимодействуем друг с другом. И мы превращаем это взаимодействие в цирк. Вот и выходит: цирк уродов. Каждый день, каждую секунду, все это продолжает происходить, и происходить будет всегда, непрестанно. И единственное, что важно – каждый из нас может перестать быть уродом. Каждый из нас может стать другим. Каждый из нас может не повторять своих ошибок.

Предисловие

Понятия добра и зла в современном веке имеют очень размытые границы, но, если ты человек, воспитанный должным образом, и прежде всего полагаешься на свой разум и лучшие моральные качества, тебе будет разбираться во всем куда проще. И читать тебе это будет приятнее. Как ты уже мог догадаться, в этой книге мы будем отделять добро от зла.

В настоящее время только слепой или глупый человек не замечает, что все необратимо и неумолимо меняется в худшую сторону. Ты ведь еще помнишь, как в шестнадцать мечтал о чем-то лучшем и с непониманием смотрел на тех, у кого ничего не получалось, думая, что все куда проще, просто они неудачники и все усложняют. Помнишь, наверняка, как и сам ты в шестнадцать делал то, за что тебе стало стыдно в двадцать, когда ты повзрослел. Но сейчас многие люди не взрослеют ни в двадцать, ни в тридцать, ни в шестьдесят. И сейчас, когда тебе уже не шестнадцать, ты понимаешь, что у людей не вырастают крылья не потому, что они неспособны или не очень этого хотят, а потому, что им эти крылья заботливо подрезают. Кому это надо и зачем – вопрос останется за кадром, но закрывать глаза на происходящее у меня точно нет причин, как и у тебя, надеюсь.

Когда я начинал писать, то не задумывался о том, что это станет частью меня. Точнее, это всегда было моей частью, только я и не предполагал, какая ответственность ляжет на мои плечи, когда стану публичным человеком. Любое сказанное мною слово играет двоякую роль. Оно поджидает мой опрометчивый шаг и выступает в роли злобного критика. Тебя тоже, в основном, интересуют чьи-то падения, чьи-то несостыковки, чей-то провал больше, чем желание найти в этом всем что-то объяснимое? Если так, это очень плохо. Но если же наоборот, то ты точно попал по адресу.

Когда-то, еще в самом начале, я бы любого инакомыслящего человека всячески пытался переубедить всеми возможными способами, пытался бы достучаться до него как только угодно, и если бы этот человек не принял мою точку зрения, я бы от него отказался. Но время изменилось. Я надеюсь, что ты достаточно серьезен, чтобы самому принимать решения. И даже если ты со мной не согласен, я не стану отзываться о тебе плохо или просить закрыть эту книгу и уйти подальше. Я изменился, я теперь добрый мальчик. И интересен я буду тем, что мне довелось быть каким угодно, довелось быть таким, как ты. И не всегда это было хорошо, к сожалению. Но самый большой интерес в том, почему я изменился.

Когда-то один мой знакомый очень остро отреагировал на мой род деятельности. Сам он творческий человек, пишет музыку, сочиняет и записывает песни, снимает видеоклипы, а я – так себе, во всей этой индустрии среднее звено. По сути, как он выразился, никому это сейчас не нужно. Зачем вообще людям читать? Я тогда очень удивился этому, зная, что не все так просто. В детстве сам перечитал уйму книг, и помню, насколько это прекрасно: погружаться в совершенно другой, удивительный мир, переживать за выдуманных бумажных героев, как за самого себя, примерять их поступки на себе и мечтать, мечтать о том, чтобы со мной случилось хотя бы что-то похожее. Конечно, сейчас многое меняется. Даже читающие люди постепенно переходят на изучение более масштабного объема информации, например, на сериалы и фильмы. Я и сам так делаю. Но связь с книгами оборвать окончательно вряд ли когда-то получится: не смогу писать – снова буду читать. Мне так проще, комфортнее. Я, как ребенок, люблю мечтать и фантазировать. Как же я обойдусь без своего собственного экрана, который разрисую так, как мне хочется?

Но более всего, знаешь ли, я хочу осознать, что не одинок. Все эти мысли, все эти желания и замечания переносить в одиночку слишком тягостно. Я не одиночка. Я не справлюсь один. Да, уединение люблю всей душой. Могу подолгу оставаться один, утопать в сериалах и фильмах, заниматься какой-нибудь работой, и безмерно мечтать. Но без вашего внимания и вашей поддержки мне не справиться.

Однажды один дядечка поведал мне смешную историю. Он когда-то устраивался на предприятие в качестве управляющего лица. Происходило знакомство с его непосредственным начальником. Приходит, значит, начальник этот, оглядывает дядечку и говорит, мол, будешь выполнять мой любой приказ. А начальник сам почти пенсионер, старой закалки. Сказать честно, старая закалка очень часто граничит с маразмом и упертостью. Не умеют наши люди в основном перестраиваться под что-то новое, не умеют мыслить многовекторно. Я бы сказал даже больше – они не хотят развиваться. С годами у них вырабатывается режим: управлять из-под палки и точка. Но какой уважающий себя человек хочет быть вечно подневольным какому-то неадекватному и тормозящему в развитии человеку? Этот дядечка и отвечает, мол, я согласен выполнять любой приказ, но только в соответствии с действующим законодательством и согласно внутреннему распорядку. Начальник оглядел дядечку снова и говорит: «Не сработаемся». А дядечка в карман за словом не полез и ответил: «Значит, увольняйтесь!». Начальник опешил, не нашел, что ответить, но, как и полагается стереотипу старой закалки, стал в ответ кричать, замахал руками и убежал, брызгая слюной. Дядечка на том предприятии надолго не задержался, но по сценарию начальника все не складывалось. Наверное, поэтому и не задержался. Раньше я бы точно так сказал, как этот дядечка, если бы ты решил захлопнуть эту книгу после этих слов или чуть позже, не найдя для себя достаточно интересного и нужного. Но, если я вправе тебя о чем-то просить, то я прошу хотя бы ради разнообразия почитать дальше. Я не ищу популярности, мне не нужно быть продаваемым или узнаваемым. Я хочу остаться добрым мальчиком и ты, надеюсь, дашь мне шанс доказать тебе, что я, прежде всего, хочу быть тебе полезным. Моя самая главная цель – быть тебе нужным. И очень не хочется быть одиноким. Хочется, чтобы меня понимали. Напоследок скажу, что все, о чем я буду писать – чистейшая правда. Все, о чем я тебе поведаю, можешь принимать за чистую монету. Конечно, порой мне люди что-то недоговаривают, в чем-то обманывают, но я буду с тобой честен и передам всю суть таковой, каковой она была. Пусть то, о чем скажу будет не всегда приятно и чаще печально, но тем не менее: в добрый путь, товарищ!

Дядя Гриша

Пожалуй, стоит начать со знакомства с дядей Гришей. Дядя Гриша – этакий бодренький дяденька, которому пятьдесят три года. На вид, конечно, не скажешь, сохранился хорошо. В тридцать восемь ушел на пенсию по состоянию здоровья. Любит говорить о том, что все должно быть правильно, каждый должен соблюдать инструкции, тогда все будет в порядке. Дядя Гриша бывший военный. Вы когда-нибудь сталкивались с военными? С сотрудниками внутренних органов? Если нет, то вы не поймете, что это за каста такая. С одной стороны кажется, будто они обычные люди, но это не так. Обычные люди – это восемь или десять часов отработавшие и ушедшие домой. Обычные люди оставляют все проблемы, связанные с работой, на своем рабочем месте и приступают к их решению, когда приходят на работу вновь. Кто-то, само собой, хочет зарабатывать больше, он засиживается на работе допоздна, а потом еще и тащит ее с собой домой. Но у военных и лиц обязанных по долгу службы выходных практически не бывает. В любой момент у тебя может появиться неотложная командировка, а как у дяди Гриши, повидавшего пол-России, даже на целый год. У многих людей происходят по этому долгу службы самые настоящие сдвиги. Кора головного мозга впитывает в себя столько однотипной и монотонно-зомбирующей информации, что человек уже не может спустя продолжительное время смотреть на мир и на людей иначе. Почему же и говорю, тяжело понять, если ты не родился в семье служащих, если не общался хотя бы с такими или с теми, кто с ними живет, продолжительное время. Если обратить внимание, то многие из служащих – черствые люди, которые не любят то, чем занимаются. Многие из них спиваются. Многие теряют семьи. У многих к сорока полностью седые волосы. Но, сказать что их жаль – нет, не жаль. У каждого человека есть выбор, чем заниматься.

Дядя Гриша, в общем-то, дяденька неплохой. Любит юморить, правда, со свойственной военным ноткой несмешного, любит рассказывать, как он любит женский пол и неустанно демонстрирует признаки паранои. Но стоит отметить, что последнее его качество вполне себе оправданное, время сейчас страшное и люди жестоко непредсказуемые. Он предпочитает выражаться крепким матом и не стесняется ничуть при этом упоминать о Боге. Он считает себя коммуникабельным. На вид, стоит сказать, самый обычный мужчина, довольно грамотный и очень изворотливый. Очень хитрый, с такими ухо держать нужно востро. Дядя Гриша работает бригадиром сторожевой охраны. У него несколько дочек, вторая или третья жена, я со счета сбился, и одна приемная дочь. Чем этот человек может быть интересен, так это своим образом жизни, в которой повидал он разные вещи… Некоторые из них меня достаточно впечатлили, чтобы написать об этом.

Гены

Приемная дочь – следствие желания его последней супруги. Почему и при каких обстоятельствах ее захотели взять из приюта, дядя Гриша не признался. Я забыл, как звали эту девочку, поэтому будем называть ее Ангелиной. Просто имя Ангелина с недавних пор мне не нравится. Так вот, сейчас Ангелине вроде бы четырнадцать. Ее биологическая мать пользуется в жизни грязными и мерзкими вещами – бомжует, курит, пьет, употребляет наркотики и не забывает при всем этом периодически рожать детей. Их у нее шесть и все они от разных мужчин. Она же мать-одиночка, и ей причитаются какие-то деньги от государства, на которые можно покупать наркотики, алкоголь, сигареты…

Ангелину из приюта взяли еще маленькой. Дядя Гриша старался ее воспитывать, как родную. Даже более того, иногда все самое лучшее доставалось ей. Если не лучшее, то в первую очередь. Если его родной дочери хватает обычных кроссовок на два-три года, то Ангелине едва на сезон, и при том не обычные ей нужны, а самые лучшие. Но сначала все шло хорошо. Тратился дядя Гриша на кроссовки, на прочие потребности и думал, что все и дальше будет хорошо. Но со временем Ангелина стала подрастать и, несмотря на целостное воспитание в благополучной семье, ее каким-то чудом стало тянуть на приключения под стать родной матери. Это удивительно чудовищная связь, настолько мощная, что невозможно ничего с этим поделать. Гены не исправишь. Ни тумаками, ни уговорами, ни обещаниями. Ангелина не стеснялась подворовывать. Хотя в семье у дяди Гриши не принято воровать. Откуда она этому могла научиться, если все время была окружена людьми, которые таких пристрастий не могли привить? Останется загадкой. Ее поймали пьяной. Да, в таком маленьком возрасте, в тринадцать что ли. Ангелине было все равно, она сдала всех, всю компанию, с которой она выпивала. Там кому-то было и восемнадцать даже… Она во всех красках описывала свои злоключения, рассказывала, где пили, сколько пили, где и в каких магазинах кто воровал. Ангелине совершенно все равно, что она делает, как это на ком-то отразится. Дядя Гриша стал понимать, что не справляется. Замечая черты характера, с которыми ужиться невозможно, он не заметил, как она познакомилась со своей настоящей матерью. И с этого момента все стало еще хуже. Как-то Ангелина приехала в школу на велосипеде. Вроде бы пьяная. Дяде Грише позвонили, обрисовали ситуацию, а потом спросили или она брала красный велосипед, поскольку появилась она на нем. Дядя Гриша находился на даче и вспомнил, что тут за окном стоит вкопанный намертво красный велосипед. Он подумал, что она его вырвала и каким-то образом смогла на нем уехать. Выглянув за окно, он убедился, что никакая сила оживить мертвый велосипед не сможет, и он стоит себе спокойно у окна. Значит, украла…

Оказалось, действительно украла. Завела, показала где. Ей все равно. Она стала не приходить домой после школы вовремя. Где она была, что делала? В итоге дядя Гриша отдал ее назад в приют. Как сказать, отдал – скорее на время выпроводил. До восемнадцати он ее по закону не может отдать обратно, но и воспитывать ее не имеет больше ни желания, ни сил – она разбивает его семью. Ангелину пока что забирают на выходные, возят на дачу, разговаривают с ней, пытаются объяснить, что если она себя так будет вести, то останется в приюте, и вряд ли ей там будет хорошо. А она отвечает, что так, значит, и должно быть. Очень жаль, мол, но раз надо остаться, то она останется. Ей и в голову не приходит даже, что она просто может не делать того, за что ее выгоняют.

Чудовищная ситуация, верно? Я со своей колокольни, несмотря на то, что я добрый мальчик, советовал выгнать и будь, что будет. Если видно, что не изменится, чего ждать? Можно попытаться еще что-то сделать, но явно видно, что это не возрастное. Возрастное еще не пришло, а когда придет, страшно подумать, чем она тогда будет промышлять. Я слушал, сколько раз она попадала в милицию, и поражался этому. В основном, девочки сейчас не такие. Все хотят быть модными и красивыми, с дорогими вещами и двумя-тремя рабами. Дядя Гриша говорит, что она красивая достаточно. И со спортом дружила, у нее получалось. Только ей это не интересно, она успела все забросить. Наверное, от нее откажутся. Дядя Гриша матом кроет эту неразрешимую тяжелую ситуацию и разводит руки в стороны.

А сколько таких Ангелин в твоей жизни? Смоделируй ситуацию в своей обстановке. Может быть, ты женился на той, которую хотел перевоспитать, и у тебя это получалось какое-то время, но вскоре ты понял, что некоторые вещи в ней неизменны? Может быть, у тебя есть парень, который нет-нет, да и взглянет на другую девочку неоднозначным взглядом? Сам он из семьи, где мать не живет с отцом, но ты ведь даже и не придавала этому значения никогда, верно? Считала, что твой парень точно никакого отношения не имеет к тому, что происходит у его отца и матери, и уж тем более не думала, что это как-то может отразится на тебе? А может быть, у тебя есть отец-деспот, и ты сам замечаешь за собой качества, которые тебя не устраивают, но то и дело признаешься себе в том, что часть себя, подаренную отцом, невозможно изменить? Сколько людей участвуют в твоей жизни, подают надежды, но вечно их не оправдывают? И сколько раз ты себя винил в том, что зря доверился, что ты знал наперед, что будет вытворять человек? Или не винил вообще?

У тебя на то и есть выбор, чтобы делать его и нести груз последствий. Выбрал? Взвалил на себя? Тащи, будь добр. Некоторые вещи в жизни происходят не по твоей воле, но многое ты можешь сделать чуточку лучше, правильнее. Если ты хочешь хорошего результата, у тебя всегда должен быть продуманный план. Часто ты добивался успеха, действуя на авось?

Внимательнейшим образом изучай того, с кем повелся. Не пренебрегай возможностью изучить тщательнее всего семью, методы воспитания, отношения в семье. Яблоко от яблони недалеко падает, так говорят. И верно говорят. И стоит помнить о том, что не всегда человек будет копировать черты характера и повадки у своих родителей. Он вполне может удивить тебя чем-то новеньким. В семье воров не обязательно родится вор, но как думаешь, высока вероятность того, что в такой семье воспитанник будет плохим человеком? Ярлыки вешать не стоит, конечно, если человек не дает повода, но забывать не стоит, откуда человек и кто его родные. И то, что в первый год никак и ничего не проявилось, не означает, что не проявится через пять лет. Я бы предпочел не рисковать, не связывать себя с тем, кто ненадежен, сомнителен. От всего не предостеречься, конечно, но на Земле так много людей, самых разных, и вероятность очень большая, что ты найдешь достойных не раз, и не два. Может быть, выберешь что-то получше? Ты же не хочешь опускаться до того, что тебе не нравится? И не вини себя за то, что ты отказываешься от кого-то. У тебя есть голова на плечах для того, чтобы делать разумный выбор.

Гены очень тяжело исправить. Я по себе знаю. Знаю свои проблемы и поражаюсь порой тому, как мне трудно с собой совладать. Иногда даже кажется, что этот процесс нереален. Но многое реально изменить, если ты действительно этого хочешь. Многое, но не все. Я сам встречался с людьми, чьи гены брали над ними верх. Они и сами от того страдали, делились этим, но я больше всего не пойму, зачем от этого было страдать мне. Какое-то время я думал, что смогу чем-то помочь, перетянуть на какую-то сторону, но понял, пока человек сам себя не перетянет, ничем ты ему не поможешь. А перетягивать себя не так уж и часто спешат, тем более с твоих слов. Ты же посторонний человек, а черты характера, какие бы они не были, всегда кажутся хорошими, по крайней мере, не такими уж и плохими, потому что они родные.

Избавь себя от того, что тебе на самом деле не нужно. Это просто. Возьми свою Ангелину, пусть даже ее зовут Максим или Зульфия, и вышвырни без всякого сожаления. Ты будешь благодарен себе за это спустя годы.

Из 90-ых

Дядя Гриша был в командировке в России. Там он повстречал девушку, коих у него было, по его словам, больше, чем мне лет. А мне уже почти четверть века. Откуда он знал эту историю – я уже и забыл. Может быть, это происходило в том городе, откуда родом одна из его нимф. Кстати, я иногда подумывал о том, чтобы сказать ему, что проблема могла быть в том, что он чересчур любвеобилен. Держал бы себя в узде – иногда бы и не случалось промахов в виде второй или третьей жены. А то, всем изменяя, разве построишь что-то крепкое? Но всегда тяжело говорить что-то тем, кто запросто может тебя послать куда подальше, перестать вообще общаться и даже может быть напакостит. Если в пятьдесят три еще не стало понятно, в чем были ошибки, то уже ничего не исправишь, не изменишь и не подскажешь.

Около одного города, возможно, Санкт-Петербурга, точно уже и не вспомню, проходила оживленная трасса. В основном по ней передвигались фуры. Случалось частенько так, что кому-то нужно было попасть в город, а особенно тяжело во времена холодные без личного транспорта. Скорее от безысходности, чем от слепого доверия, многие люди пытались словить попутку. Если мужчина еще не сильно рисковал, когда садился в фуру, то женщине было очень даже не по себе.

В один из непрекрасных и холодных дней, ближе к зиме, волей случая на трассе оказалась привлекательная молодая женщина. По всей видимости, она очень замерзла, но насколько я помню, в фуру не просилась. Однако ее все же подобрали, добровольно-принудительно. И так вышло, что ее отвезли не совсем в город, а около него свернули в лес. Она оказалась в обществе трех мужчин. Конечно, мужчинами называть их очень сложно, но будем обходиться этим термином исключительно в целях биологического ознакомления и последующего определения.

Эту привлекательную женщину, у которой, возможно, был молодой человек, может быть сын или дочь, насильно вынудили совершать непристойные вещи. Ее по очереди насиловали трое мужчин, как на сменном дежурстве: по очереди спали, если, выпивали и насиловали. Все это продолжалось трое суток. Ей не давали нормально одеться, вряд ли ее кормили, быть может, как собаке кидали еду. В итоге она попросила ее отпустить на озеро, помыться, потому что за трое суток насилования, сами понимаете, какой вид был у женщины. Ее отпустили. Она голышом зашла в леденящее озеро и попыталась переплыть его, выбраться на трассу. Кто-то из мужчин спохватился, понял, что она пытается сбежать и поднял тревогу. Мужчины сели в фуры и решили ее окружить, словить на трассе и убить, чтобы не оставлять следов, но не смогли ее найти. Женщина спряталась и не вылезала. Они собрались и уехали, решив, что она и так не выживет после такого купания в ледяной воде. Однако, женщина оказалась куда сильнее всего этого и смогла доползти до трассы, позвать на помощь и выжить. Спустя какое-то время, когда пришла в себя, она нарисовала своих обидчиков. По стечению обстоятельств, она была художником. Их нашли. Как оказалось, на счету у этих мужчин были многочисленные групповые насильственные действия и захоронения жертв. Вроде бы, эта сильная женщина жива по сей день.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.