# Иван Петров и плохие приметы

Елена Матеуш

Несколько историй об Иване Петрове, человеке, не верящем в плохие приметы. А всё потому, что он живёт в доме под номером тринадцать, на тринадцатом этаже и ничего с ним не случается. До поры, до времени… Второй герой историй – чёрный кот Тринидад с непростым характером.

В оформлении обложки использована фотография автора Dids "Black Cat" с Free Stock Photо.

## Иван Петров, который не верил в плохие приметы

Иван Петров не верил в плохие приметы: вставал с левой ноги, дела начинал в понедельник, хладнокровно рассыпал соль и никогда не «присаживался на дорожку». Он отдавал доги вечером через порог, из-за чего соседи одалживали ему всё реже, хоть Иван всегда возвращал взятое вовремя. Никогда не сплёвывал через левое плечо и пугал чёрных котов решительным шагом и взглядом глаза в глаза. А всё потому, что жил по улице Пушкина 13, на тринадцатом этаже, в сто тринадцатой квартире. И ничего с ним не случалось!

Но однажды Иван влюбился в девушку, которая была очень суеверной. Она выкинула почти все его чашки и тарелки (три!) из-за того, что на них сколы и маленькие, почти незаметные трещины. Запрещала Ивану есть с ножа и никогда не садилась за стол на угол. Отказывалась выходить за него замуж из-за того, что категорически не хотела проживать по адресу дом тринадцать, квартира сто тринадцать.

Желая доказать любимой, что плохие приметы – это глупые суеверия, Иван Петров в один из понедельников принёс домой чёрного котёнка и дал ему имя «Тринадцать». И вот тут-то мироздание ему показало! Котёнок нагадил ему на планшет, изодрал пятитысячную купюру, разбил последнюю не забракованную любимой чашку, исцарапал и погрыз новые кожаные мокасины. Иван стал постоянно опаздывать на работу, так как Тринадцатый любил воровать и прятать его носки. Причём не сразу пару, а по одному из каждого набора.

Любимая поссорилась с ним, не поверив, что царапины на спине – это если и следы страсти, то не соперницы, а котика. Но терпение Ивана лопнуло, когда, встав ночью попить, он запнулся о бросившегося ему под ноги Тринадцатого, упал на журнальный столик и сломал не только мебель, но и собственную конечность. Только это помешало ему выкинуть на улицу мелкого негодяя.

Услышавшие грохот соседи вызвали «Скорую» и Ивана увезли в больницу. Хоть Иван и был зол на «маленького чёрного мерзавца», но отойдя от шока, стал волноваться за него. Как он там, один? Наступив на собственную гордость, позвонил обидевшей его недоверием подруге и попросил присмотреть за Тринадцатым, «больше мне обратиться не к кому». Девушка представила, как плохо и страшно сейчас бедному маленькому котёнку, и согласилась.

Когда Иван вернулся 13 июня из больницы, то обнаружил большие перемены. На кухне радовал глаз новый сервиз, в ванной треснутое зеркало было заменено на новое, а девушка и котёнок жили душа в душу. Обнаружив в своём шкафу зимнее пальто любимой, он решился в тринадцатый раз повторить ей предложение руки и сердца. И любимая ответила «Да»!

Только котёнка решили звать не «Тринадцатый», а «Тринидад», во избежание…

## Человек, с которым ничего не случается

Иван Петров спешил домой. Любимая жена уехала в гости к маме, а значит одинокий Тринидад сейчас рвал и метал, причём мог буквально, в ожидании ужина. В последнее время Иван заметил, что на вкусных борщах, блинах и булочках, которые он, как семейный человек теперь ел регулярно, вес его стал расти. На ремнях пришлось прокалывать лишние дырочки, а строгие пиджаки хотелось заменить мягкими джемперами. Отказаться от жёниной готовки ему не хватало воли, потому Иван решил бороться с лишними килограммами дополнительной физической нагрузкой. Теперь он принципиально избегал лифта и на свой тринадцатый этаж поднимался только по лестнице. Таких героев в его подъезде было немного, и потому обычно выше третьего этажа на пролётах он никого не встречал.

В этот раз между седьмым и восьмым этажом Иван наткнулся на какого-то парня. Он стоял у окна и любовался открывающимся пейзажем. В руках парень держал большую сумку. «Видно, устал, – подумал Иван, – с такой-то сумкой без лифта подниматься». Сам Иван нёс небольшой пакет с запасом «Вискаса» для Тринидада и упаковкой пельменей для себя.

Проходя мимо, Иван кивнул парню, но говорить ничего не стал, наткнувшись на злой взгляд. Вначале-то он хотел подбодрить появившегося товарища по восхождению на этажи, но взгляд ему не понравился. Какой-то уж очень холодный! Ивана прямо морозом обдало, а когда стал подниматься, между лопаток аж зачесалось, будто в прицел попал. Оглянулся – парень смотрел ему в спину и будто что-то обдумывал. Встретились взглядами и оба отвели глаза. Слышно было, как на этаж выше остановился лифт. Загавкала собачка. «Мало кто может, как мы», – подумал Иван и пошёл дальше.

Шагая на свой тринадцатый, Иван невольно прислушивался – идёт ли следом незнакомец? Но нет, ни шагов, ни хлопка закрываемой двери, он так и не услышал. Похоже было, что этот спортивный парень застрял на восьмом этаже. «Может, ждёт кого-то», – решил Иван и выкинул парня из головы. Особенно когда увидел, что приготовил ему Тринидад.

Бывший маленький Тринадцатый превратился в большого чёрного кота и когда он сверкал глазами, завывал и выпускал огромные когти, то желание воспитывать его как-то пропадало. В этот раз он вытащил каталог косметики уехавшей хозяйки, тщательно разодрал его на мелкие кусочки и разбросал их в художественном беспорядке по всей квартире.

Иван посмотрел на всё это и задумался: стоит ли тратить время на уборку? Всё равно жены нет, гостей не жду, а этот Тринидад ещё не одну пакость устроит.

– Уберу перед приездом Танечки, но смотри, Тринидад, если ты что-то ещё из её вещей тронешь, кормить перестану! – сурово произнёс Иван, глядя в глаза кота.

Тот дрогнул и отвёл взгляд, развернулся и задрав хвост направился на кухню.

Вечером, когда раздался контрольный звонок супруги, Иван ел горячие пельмени, пил пиво и смотрел бокс. Тринидад растянулся на соседнем кресле. Всё дышало покоем! Потому беспокойство в голосе любимой Ивану польстило, но не заразило.

– Как у тебя дела, Ваня? А то что-то я тревожусь, на сердце беспокойство какое-то. Как-никак сегодня пятница, тринадцатое.

– Успокойся, Танечка! Ты же знаешь, – со мной никогда ничего не случается.

***

Выходя утром на работу, Иван обратил внимание на какую-то суету у соседнего дома. Возле подъезда, расположенного прямо напротив ваниного, кучковались старушки. В их говорливую стайку затесался молодой мужчина, который на удивление внимательно выслушивал старушечьи байки.

«Что-то они сегодня рано на свою вахту вышли», – удивился Иван, но только порадовался, что внимание дневного дозора принадлежит не ему.

Потом он немного пожалел, что не подошёл к знакомой бабе Мане, отиравшейся у соседнего дома. Тогда бы он наверняка был в курсе горячей новости, о которой его допрашивали коллеги на обеде и после. Оказывается, возле соседнего дома то ли застрелили, то ли зарезали какого-то не то депутата, не то олигарха.

– Олигархов у нас в стране нет! – возразил Иван.

– Какая разница! Вот ты нам и расскажи кого.

– Да никто там такой важный не жил. Это бы я знал.

– Так он и не жил. Тайком к любовнице ездил. Маскировался, гад, – сказала разведённая Вера Павловна. – Не помогло!