Первый виток Земли
Сонетная поэма-фантазия по мотивам творчества Пола Маккартни
Алексей Николаевич Семиков

Редактор Алексей Юрьевич Морозов

© Алексей Николаевич Семиков, 2020

ISBN 978-5-4498-4264-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От автора

Цикл представленных сонетов посвящён выдающемуся композитору и музыканту современности, знаменитому Полу Маккартни и его сольному творчеству после распада «Битлз». Каждому альбому Пола соответствует триада сонетов, объединённых общей темой, а темы, в свою очередь, имеют некий сквозной сюжет, динамику, что даёт основание определить жанр цикла как «поэма-фантазия». При этом все сонеты никак не являются переводом текстов песен, даже названия большинства триад не совпадают с названиями альбомов, – всё поэтическое содержание цикла – это плод авторской фантазии, навеянной как некоторыми фактами биографии Пола Маккартни, так и, в особенности, его чудесной музыкой.

Автор надеется, что этот цикл вызовет интерес у читателей и явится поводом вновь прикоснуться к творчеству великого британца.

Первый виток Земли

Эпиграф

Стук одинокого сердца
(McCartney, 1970)

Сонет 1

Бессонный дождь медлительных ночей,
Как стражник монотонный, за стеной
Не то тюрьмы, не то судьбы моей
Стучит, вторгаясь в мертвенный покой.

Что могут эти капли рассказать?
Об океане, позабывшем их?
Об острове, оставленном стоять
В неволе волн безмолвно-ледяных?

А может быть, о деревце на нём,
Над скалами нависшем, словно зонт?
Или о страннике, что день за днём
На неподвижный смотрит горизонт?..

Но одиночество всего острей,
Когда чужой среди своих – людей.

Сонет 2

Один спросил на улице меня:
«Далёко ли до Млечного Пути?» —
«Мне очень жаль, – ему ответил я, —
Но вам туда вовеки не дойти».

Он странно так взглянул и, не сказав
Ни слова больше, слился вновь с толпой…
С тех пор меня казнят его глаза —
Как у пришельца, с грустью неземной.

Вполне возможно, он в виду имел
Тот магазин молочный за углом;
А может, просто поболтать хотел —
Искал предлог, да только толку в том!

И так же, как не понял я иных,
Не ждать мне пониманья и от них.

Сонет 3

Затеяли игру мы на пикник:
Закрыв глаза, узнать, что пред тобой, —
Я крикнул, помню: «Будущего лик!» —
Мне больше не встречался смех такой.

Для девушки заветной как-то раз
Нарвал я в поле редкостный букет, —
Но лишь принёс – услышал тот же час,
Что в тех цветах не нравится ей цвет.

Я исписал искристых песен лист,
Встревожив ими немощную рань, —
Но лучший друг (и классный мелодист)
Отрезал прямо: «Что это за дрянь?»

Но что же я в обиженных хожу,
Коль сам других чужими нахожу?

На краю Ойкумены
(Ram, 1971)

Сонет 4

В лесной глуши, за много-много миль
От накипи сварливых перекрёстков,
Тысячелетней памятью застыл
Обычный домик – ветхий и неброский.

Но в крохотную комнатку войдя,
Ты ощутишь особый микроклимат,
Где на тебя немного погодя
Невидимые импульсы нахлынут.

Как будто не из чащи, а с небес
К тебе дойдёт забытый запах листьев, —
А за деревьями – и целый лес
Подаст сигнал неповторимо чистый!

С природой милой рай и в шалаше, —
Вот только нету райских кущ в душе…

Сонет 5

Стремглав несётся сердце по волнам,
Срывая чувств восторженные брызги, —
Но, чересчур доверившись ветрам,
Оно перескочило гребень риска.

Разбитое, лежит на берегу,
Стремясь поднять поникший парус веры, —
Но на внезапно выпавшем снегу
Потеряны следы былой ривьеры.

А тут и землю охватил озноб,
Гора вблизи покрылась рвотной лавой, —
И торжествует ужаса микроб,
Взлелеянный стихией многоглавой.

Но в мире дан для буйных сил зарок:
Безумству – час, а смыслу – долгий срок.

Сонет 6

Зардевшейся полоской горизонт
От края мира отделил начало, —
И таинство извечное красот
В который раз по-новому предстало.

Извивы рек – нет, женственнейших рук —
Венчает полнота морей-ладоней,
Сплетающих волос-травинок луг
В косу лесов – густых непревзойдённо!

Таит в себе холмов упругих грудь
Мечты высокой горные вершины, —
И только сердца солнечная ртуть
Нещадно жжёт в простёршейся пустыне…

Прекрасен облик Матери-Земли, —
Но отчего морщины пролегли?

Дикая жизнь
(Wild Life, 1971)

Сонет 7

Удав улыбочки радушнейшей, вползая
В обезоруженно-доверчивый зрачок,
Уж знает загодя, когда уловка злая
Заменит лесть-массаж на месть-электрошок.

И весь бескрайний мир сожмётся конвульсивно
В одну-единственную точечку слезы, —
Но чем страданье синих глаз невыносимей,
Тем чёрной радости заметнее следы.

А где же были вы – столпы людского рода,
Когда над естеством глумился сверхпорок?
Немыслимо – но спит иммунитет природы,
Ещё немыслимей, что спит в природе бог.

Змея садизма – мезозоевская мразь —
Как в человеческую душу пробралась?

Сонет 8

Несётся шар земной в космическом хаосе —
Как дикая юла, как бешеный волчок, —
И в сторону его стремительно заносит,
И к северу летят и запад, и восток.

Когда-то в старину туземец кровожадный
Подобного себе с восторгом пожирал, —
Теперь же, заглушив инстинкта голос стадный,
Цивилизация – как самоканнибал.

Напрасно человек, кляня богов и судей,
Стремится вырваться из гонки круговой, —
Мелькают мириады, миллиарды судеб,
Затягиваясь туже петлей роковой.

Но пусть клубок людской – отнюдь не райский сад, —
Нить одиночества ведёт в кромешный ад!

Сонет 9

Я был в Америке – по небу небоскрёбы
Надменно гребнями гранёными скребли,
Сгребая звёзды в глубь грабительской утробы
Взамен на грязный чек загубленной Земли.

Я помню Африку – в шаманной атмосфере,
Вздымаясь медленно, манили миражи
Неисчислимыми молитвами мистерий
На мертвенных миров немые этажи.

Я знал Евразию – столь странного кентавра
Не встретишь, право, на Юпитере самом:
Взмывает ввысь глава из идеалов лавра,
А приземлённый стан застыл, ленив и хром.

И только лишь в себя придя в конце пути, —
Я след Гармонии с трудом сумел найти…

Ночные блики
(Red Rose Speedway, 1973)

Сонет 10

Ослепнув после солнечных интриг,
Оглохнув от грохочущего света,
Упав так низко с гребня часа пик
И обезумев пополудни где-то, —

Я не заметил, как пришёл закат
И мягкой, исцеляющей ладонью
Укрыл меня от всех моих утрат,
От яркости бездумной и бездонной.

И звёздочкой скользнула память ниц —
К моей на диво чистой колыбели,
Где в день рожденья стаи райских птиц
Над изголовьем тихо что-то пели…

Так мил младенец, звёздами храним, —
Но что-то завтра в полдень будет с ним?

Сонет 11

Чего я жду от этой тишины,
От этой темноты неодолимой?
Желанный шёпот женственной жены?
Блаженный облик любящей любимой?

Нет, слуха не окатит страстный стон,
Глаза не захлебнутся наготою, —
Им предстоит непробудимый сон,
Покорный беспредельному покою…

Но в чувствах остальных не стынет жар:
Я чую аромат чудесной ночи,
Пью вдохновенья неземной нектар
И осязаю мир нельзя короче.

Шестое ощущение – чутьё —
Грядущее предчувствует моё.

Сонет 12

Прощальный взор мерцающей свечи
Запечатлеть всё в точности стремится,
Препоручая памяти в ночи
Старинных книг притихшие страницы.

И комната, хотя темным-темна,
Открылась перед пристальным рентгеном:
В ней каждая пылиночка видна,
И видно даже далеко сквозь стены.

Рассыпался неверья дряблый сон,
Осколки сея тягостных видений, —
Прольётся блеск счастливейших времён
Из бликов счастья, длившихся мгновенье!

Созвездий прошлого дошедший свет
Бросает тени будущих планет.

Первый виток Земли
(Band on the Run, 1973)

Сонет 13

Когда в одном из уголков Вселенной
Законы мира Солнце разожгли —
Стал триумфальным кругом после плена
Вокруг светила первый бег Земли.

Когда сквозь мертвокаменные плиты
Приметы древа жизни проросли —
Новорождённым гимном по орбите
Пронёсся звонко первый бег Земли.

Когда ж на разогнавшейся планете
Тропинки человека пролегли —
То в солнечном неугасимом свете
Вновь ярко вспыхнул первый бег Земли.

Но то – не окончательный итог:
Иную Землю ждёт иной виток!

Сонет 14

В глубоком небе безоглядно-гордо
Разглаживает голубь голубой
Углы и складки облака-пригорка,
Грозящего быть глыбой грозовой.

Наследник той поры самодовольной,
Когда луч света в чёрных тучах гас,
Когда стремительнее блеска молний
Порок людской слепил просторы глаз, —

Не выдержав столь дерзкого вторженья,
Излился ностальгией и исчез…
Отретушированное творенье
Предстало миру на холсте небес.

И радуга над радостной Землёй
Сверкнула вдруг свершившейся мечтой!

Сонет 15

Сегодня на экране сновидений,
Прервав чреду бессмысленных помех,
Возникла та, чьё имя – Добрый Гений, —
Ведь лишь у добрых может быть тот смех.

«Чтоб пощадить твои худые нервы,
К тебе мы обратились, не будя, —
Ты, правда, не последний и не первый,
Но главное, что верим мы в тебя.

А верим оттого, что веришь ты в нас —
Не в бога, а в реальнейших людей, —

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.