Герберт Ренц-Польстер
Рожденные жить на воле. Влияние эволюции на детей

Посвящается нашим детям

У детей можно научиться гораздо большему, чем они могут научиться у тебя: Вместе с тобой они изучают мир, который существовал в прошлом. Ты же благодаря им изучаешь мир будущего и настоящего.

(Фридрих Рюкерт, 1788–1866)

Herbert Renz-Polster

Kinder verstehen

Born to be wild: Wie die Evolution unsere Kinder prӓgt

Mit einem Vorwort von Remo Largo

© ООО «Издательство Ресурс», 2018, перевод

© Издательство Kӧsel, Мюнхен, 2009

Предисловие

Безусловно, любого автора способны вдохновить такие события, как двухсотлетний юбилей Чарлза Дарвина, а также сто пятьдесят лет, прошедшие с момента выхода его знаменитой книги «Происхождение видов». Уже вышло в свет и выйдет еще множество публикаций, темой которых являются Чарлз Дарвин и вопросы эволюции. В этой связи становится вполне понятным тот факт, что развитие детей и их воспитание в данной книге мы будем рассматривать с точки зрения эволюции и биологии. Но и вне зависимости от этого юбилея имеется множество весомых причин, чтобы обдумать заново наше понимание детского развития и наше отношение к детям в свете эволюции.

Мы рассматриваем наших детей и их воспитание в том ключе, который используем в течение последних двухсот лет, со времен Жан-Жака Руссо. Мы воспитываем детей, все еще руководствуясь принципами, корни которых уходят в двухтысячелетнюю историю христианской культуры. Однако развитие и поведение детей является выражением жизненных обстоятельств, господствовавших в мире как минимум в течение прошедших ста тысяч лет. Коротко говоря, дети в своих задатках еще не выросли из каменного века. И так выходит, что они не совсем приспособлены под наше современное мироустройство. Приведем несколько примеров.

В последние сто тысяч лет в мире наблюдался явный дефицит продуктов питания. Голод – это то, с чем пришлось столкнуться практически каждому человеку когда-либо на протяжении своей жизни. И если у вас была возможность запасти жирок, то вы это всегда делали – на случай наступления плохих времен в будущем. Наши дети питаются как в сказочной стране с молочными реками и кисельными берегами, то есть тем, что не так просто иногда встретить в природе. Некоторые дети страдают избыточным весом, что в будущем может привести к множеству негативных последствий. При поддержке программ питания с недавних пор мы пытаемся в семье и в школе приучить молодое поколение к здоровому питанию.

Вплоть до недавнего времени дети большую часть дня проводили на природе. Поэтому их развитие было адаптировано к тому опыту, который они могли набрать на полях и лугах, в лесах и саваннах. Сейчас они, по сути, закрыты в узком пространстве и вынуждены часами спокойно сидеть. При этом родители и учителя жалуются на невыносимую гиперактивность детей, стремятся приструнить их жизнерадостность медикаментами.

Письменность была изобретена около пяти тысяч лет назад. Если принять во внимание столь позднее появление письменности в истории человечества, то нас вовсе не удивит тот факт, что умения в области чтения у детей развиты по-разному. У детей со слабыми навыками чтения успехи в школе ограничены. В результате этих детей отправляют в легастенический (Legastenia – нарушение психических механизмов чтения и письма. – Ред.) центр, где им помогают справиться с этим расстройством.

Дети по факту являются не такими, как мы их себе представляем. В связи с этим имеется настоятельная потребность в разъяснении некоторых моментов, что и пытается сделать эта книга. И у нее это успешно получается. Исходным моментом для Герберта Ренца-Польстера являются вопросы «почему?». Почему кричат новорожденные? Почему они не хотят спать одни? Почему они упрямятся? С точки зрения эволюции и биологии корни такого поведения должны лежать в прошлом. Такое поведение должно было давать им определенные преимущества в вопросах выживания. В чем состояли эти преимущества? Имеются ли эти преимущества сейчас?

Затем автор обращается к родителям. Он высказывается об их опасениях и ожиданиях. Родители часто демонстрируют неуверенность. Откуда у них возникают страхи? Почему они боятся побаловать детей близостью к себе? Почему они боятся, что дети не станут самостоятельными? Почему упрямство ребенка у некоторых родителей вызывает настоящую панику? Почему вдруг овощи (и шпинат) являются здоровым питанием?

В итоге автору книги становится важно найти такую воспитательную позицию, которая будет максимально подходить детям, но с которой смогут ужиться и взрослые. Мы не можем вернуться назад, во времена каменного века с его охотой и собирательством. Мы не можем и не хотим сделать своим стилем образ жизни и стиль воспитания детей, присущий нецивилизованным народам. С другой стороны, дети таковы, какими природа создала их в последние сто тысяч лет. Нужно искать компромиссы, находить решения, учитывающие в равной мере потребности и детей, и родителей. Это задача всего общества. Данная книга поможет родителям взглянуть в прошлое и тем самым даст им углубленное понимание происхождения человека и природы наших детей.

Ремо Х. Ларго

Введение

Дети часто ведут себя далеко не так, как этого ждут и хотят их родители: грудные дети плачут, казалось бы, без причины, у них неделями продолжаются колики, им ни при каких условиях не хочется спать в собственной кроватке. Дети младшего возраста не желают есть овощи, однако постоянно хотят получать сладости, они плохо засыпают и часто просыпаются по ночам. У них случаются вспышки ярости и гнева, а привыкание к горшку иногда может продолжаться бесконечно долго.

Вошло в обычай рассматривать все это как недостатки детей: они же не в состоянии объясняться с взрослыми так, как сами взрослые к этому привыкли. Их функция мочевого пузыря еще «недоразвита». Их мозг – как строительная площадка. Возможно, своим поведением они выносят на всеобщее обозрение какие-то конфликты – с собой, с мамой, со своим «супер-эго»? Или они попросту «не воспитаны»?

В основе этой книги лежит совершенно иная точка зрения. Вместо того чтобы искать то, чего нет в наших детях. Она ищет преимущества, которые дает определенное поведение. Быть самим собой, а не кем-то другим – что дает это ребенку? Например: что случится с ребенком, если он не будет есть овощи? Что случится с ним, если он не будет съедать всю еду в тарелке? Что он выиграет от упрямства, от крика, когда он не хочет засыпать один? Иначе говоря, гипотеза, из которой исходит эта книга, состоит в том, что у детей, когда они ставят такого рода задачки перед своими родителями, есть для этого все основания.

Развитие как программа успеха

Но какие причины имеются у детей для всего этого? Где почерпнули дети истоки своего удивительного поведения? Ответ, который дает наша книга, состоит в следующем: такое поведение развивалось у детей на протяжении всей эволюции, чтобы лучше адаптироваться в окружающем их мире, в котором они жили сотни тысяч лет! Ведь теория эволюции Чарлза Дарвина исходит из того, что все организмы выглядят именно так, как они выглядят, и ведут себя именно так, как они себя ведут, потому что в прошлом эти качества позволяли им достичь успеха.

Так и с детьми. То, что они в ходе своего развития повторяют известный нам и часто разочаровывающий нас репертуар, имеет свои основания: на протяжении всей истории человечества это помогало им быть готовыми к жизни, успешно становиться взрослыми людьми!

Это совершенно иной взгляд на развитие ребенка: у детей все есть, они не испытывают нехватки чего-то. Они просто хотят быть взрослыми – но их «доспехи» подходят лишь для того, чтобы быть детьми. И нам родителям, предстоит с этими «доспехами» познакомиться.

Попробуем заглянуть в прошлое?

Мне могут возразить: что даст нам взгляд во времена до Всемирного потопа? На какие вопросы, связанные с воспитанием детей, это даст ответ? В конце концов, у детей сейчас нет необходимости приучаться к жизни в джунглях. Им куда важнее освоиться в Интернете. И даже: задатки, которые уже имеются у детей изначально, – это далеко не все. Даже то, с какой ноги ребенок встает с кровати, может сделать его совершенно другим человеком.

Все правильно. Наши задатки вовсе не целиком определяют нашу судьбу. Для развития детям нужны не только они.

Однако это ничего не меняет: наследие прошлого продолжает играть свою роль и задает в развитии детей некие рамки – и сегодня тоже. Дети – они действительно born to be wild (рожденные жить на воле), как говорится в подзаголовке данной книги!

Насколько мощны эти рамки, нам позволяет понять следующий пример. Вечно голодная, рассчитанная на образование некоторых запасов жировая клетка человека всегда была моделью успеха, когда люди, будучи охотниками и собирателями, жили тем, что они сумели добыть собственными руками. Сегодня, когда дети вырастают практически рядом с холодильником, эта благодать стала почти ругательным выражением. Жировые клетки создают запасы на плохие времена, которые никогда не наступят. Если рассматривать проблему с этой точки зрения, разве удивительно, что наши дети становятся все более упитанными?

В некоторых других моделях поведения также легко угадывается печать прошлого: маленькие дети испытывают ночью дискомфорт, несмотря на то что родители постоянно начеку благодаря радионяне. Мы продолжаем панически бояться змей, хотя опасность змеиного укуса существенно меньше, чем риск быть задавленным красным «Феррари» (на который практически никто из нас панически не реагирует). Ну а маленькие дети перед сном все еще заглядывают под кроватку, потому что там «могут обитать монстры». Пожалуй, эта практика была оправдана в те времена, когда различные твари действительно были склонны к тому, чтобы расположиться в теплом уютном местечке.

Развитие наших детей – и это главная мысль данной книги – приводится в движение теми пружинами, которые были «заведены» в прошлом. Это развитие ориентируется в первую очередь не на требования сегодняшнего дня и не на ожидания родителей. Дети приходят в этот мир со своими собственными ожиданиями. Родители и воспитатели работают над тем, чтобы познать эти физические и душевные ожидания. Как бы ни были продуманы наши цели и методики воспитания, если они не подходят к истории нашей эволюции, то нам как родителям приходится сталкиваться с огромными трудностями.

Это очередная книжка с рецептами на все случаи жизни?

Может быть, эта книжка является своеобразной утерянной инструкций, прилагавшейся в свое время в роддоме к вашему ребенку? Определенно нет. Универсального руководства по работе с детьми, по управлению детьми нет и быть не может. В книжке речь и об этом тоже.

Последующие восемнадцать глав книги написаны со стойким убеждением в том, что родителям требуется намного больше, чем просто рецепты. Нам необходимо глубокое понимание развития ребенка, понимание истории наших детей. А история эта простирается намного дальше в прошлое, чем это могут охватить актуальные тенденции в современных дебатах, касающихся вопросов воспитания.

Те, кто знаком с прошлым, смогут компетентнее и увереннее сопровождать развитие своего ребенка. Тот, кто понимает, каким естественным целям и мотивам следуют дети, наверняка сможет найти к ним и «более естественный» подход. И конечно же, сможет развенчать множество педагогических мифов нашего времени. Если же вы не склонны сразу видеть во всем какие-то нарушения или недостатки, то скоро вы столкнетесь с тем, что будете все чаще встречаться с сильными и положительными сторонами различных явлений. Именно этого я и желаю всем своим читателям!

«Учимся понимать детей»: небольшой пролог

Родители любят заглядывать в будущее, они хотят указать путь своему ребенку. При этом благополучно забывая о прошлом. Дети же вступают в эту жизнь уже с историей – историей, написанной эволюцией. Если мы знаем эту историю, то мы лучше поймем своих детей: история в этом случае для нас будет путеводной звездой.

Против педагогических мифов. Существует множество теорий, озвученных экспертами в области воспитания детей: о том, что дети становятся изнеженными при физическом контакте, о том, что сон в родительской постели препятствует развитию собственного «я» или о том, что дети уже в три года хотят быть «хорошенькими». С точки зрения эволюции возникает закономерный вопрос, касающийся воспитания и его роли в истории человечества: почему детское поведение, обеспечивавшее тысячелетиями выживание детей, сегодня вдруг должно стать «помехой» или даже неким препятствием для развития?

Больше на эту тему вы сможете прочитать в главах 5 и 12, в разделе «Размышления».

Детскому развитию требуются подходящие особенностям вида условия. Грудные дети в нашем обществе отстают по развитию своей моторики от грудных детей в традиционных обществах примерно на месяц. Возможно, причина этого в том, что современные младенцы много лежат в своих кроватках или их перемещают в лежачем положении. Они становятся настоящими экспертами в том, что касается смотрения в небо, но у них в крови жизнь в непосредственной физической близости от взрослых. Читайте об этом в главах 9, 12, 15.

Пропуск в мир родителей требуется не каждому отдельному родителю, а обществу в целом. Дети лишились традиционных мест для игры. Сначала они лишились леса, затем лугов, затем дворов, а теперь и улиц. Вместе с этим они лишились и достаточного пространства для своего развития. Никто не возместит им лучших мест для игры в городах, где сейчас плотность родительского населения часто превышает плотность детского. Затем, после сокращения возраста для игры, дети идут в школу, которая служит не столько целям развития детей, сколько целям преподавания детям определенной образовательной программы. Только какой толк ребенку от трех иностранных языков, если он часто не может разобраться в самом себе? Читайте об этом в главах 14, 15.

Детям нужны другие дети – и в деле воспитания тоже. Если рассматривать детство с точки зрения эволюции, то родители играют важную, хотя и не определяющую роль. Детям придется в будущем находить общий язык больше со своими ровесниками, а не с мамой и папой. Поэтому они так упрямо и настойчиво (прежде всего в юношеском возрасте) осматриваются вокруг себя в поисках других детей. В том, что детям приходится находить свой собственный общий язык с жизнью, кроется одновременно и надежда. Ведь если задуматься с точки зрения эволюции, мы, взрослые, не являемся особо успешными людьми. Если не вводить никого в заблуждение, то мы последовательно занимаемся тем, что безвозвратно уничтожаем все жизненные основы. Остается лишь надеяться, что наши дети не пойдут по нашим стопам. Или вы думаете иначе? Читайте главы 10, 13; 15 и 17, раздел «Размышления».

Пришло время организовать для детей самую настоящую деревню. Человеческие дети являются по оценке науки о поведении «самым дорогим» подрастающим поколением в животном мире. Во все времена неоценимую помощь оказывала именно «деревня», в том числе как место, куда могут скрыться родители от одолевающего их стресса. Сегодня самое время критически взглянуть на этот вопрос: куда делись хорошие детские ясли? Где сейчас все опекуны и шефы (по статистике на каждого ребенка в возрасте от 3 до 9 лет приходится около 15 взрослых)? Где все курсы подготовки к рождению ребенка, на которых можно научиться не только правильному дыханию во время родов, но и основным правилам совместной жизни с ребенком? Читайте главы 11, 14, раздел «Размышления».

Возможно, воспитание стало неким модным трендом в сфере культуры? В нашей стране большинство женщин впервые получают в руки ребенка в родильном доме. Зададим простой вопрос: почему? Вопросы можно продолжить: почему прикорм надо начинать с моркови? Ведь если бы действительно имелось четкое расписание, когда и какие именно овощи следует есть, то человечество, наверное, давно бы вымерло. Является ли многое из того, что мы считаем правильным для своих детей, так же настолько хорошо обоснованным, как и уже почти неопровержимая убежденность многих людей в том, что женщине следует брить волосы под мышками? Читайте главы 2, 3, 17,18.

Небольшое «руководство по эксплуатации»

Раскрываемые нами темы не дают покоя как родителям, так и воспитателям. Часть их имеет скорее практическую подоплеку: с ними мы встречаемся день за днем в практике повседневного воспитания: кормление, введение прикорма, сон, упрямство и т. д. Эти злободневные темы составляют начальную часть каждой из глав.

Далее в каждой главе имеется – в большинстве случаев более короткая – часть, которую можно назвать «Размышления». В них речь идет об отдельных мотивах из начальной части соответствующей главы, раскрываются корни и скрытые причины. Эти разъясняющие части знакомят с увлекательными теориями или проводят через противоречивые дискуссии. Часто они подталкивают к дальнейшим размышлениям и возникает взгляд на перспективу.

В книге собраны и обработаны факты из десятков других книг и сотен научных статей. Но, несмотря на это, книга должна, по замыслу автора, читаться как захватывающая история о развитии наших детей. Поэтому, чтобы не утонуть в подробностях, мы удалили из текста некоторые детали.

Дополнительная информация находится по выделенным сноскам (вот так¹). Эти примечания можно найти в конце книги.

Хотелось бы сказать несколько слов о нашем сайте: книги подталкивают к дискуссии. Благодаря им стремление к дальнейшему чтению только возрастает, они дают читателю фактические знания, позволяющие отследить актуальные проблемы. Именно это, а также многое другое вам и предлагает сайт www.kinder-verstehen.de. На этом сайте вы также найдете важнейшие литературные источники, ссылки на специализированные научные статьи. Посетив его, вы найдете информацию о том, что происходит вокруг темы развития с точки зрения эволюции. Если у вас возникнут предложения, вопросы, критические замечания – пишите мне: Herbert.Renz-Polster@kinder-verstehen.de.

Глава 1
Как дети учатся есть

В одном все родители абсолютно похожи: если речь идет о еде, то тут маленькие дети совершенно неразумны! Они предпочитают нездоровую пищу: шоколадные батончики, картошку-фри и т. д. Ну и, естественно, они начинают кривиться, увидев овощи и фрукты и даже соус к спагетти.

С точки зрения эволюции это довольно примечательное поведение, ибо еды на протяжении 99 % человеческой истории никогда не было в излишке. Собственно, дети должны есть то, что им дают. Или вы думаете иначе?

Эта глава дает четкий ответ на данный вопрос. И этот четкий ответ – нет. Вкусовые скачки в сознании предусмотрены природой! Но что за ними стоит? Почему маленькие дети не любят брокколи? Как развиваются детские предпочтения во вкусах? Почему дети туземцев из Южной Америки предпочитают жареных птицеедов, а дети из Баварии любят телячьи колбаски и клецки? Как их приучить к мысли о том, что овощами они не отравятся, а сами овощи вкуснее многих других продуктов?

Почему маленькие дети не любят брокколи

На детских картинках панду всегда можно увидеть с одной и той же едой: с бамбуком. Для этого есть все основания: панды едят только бамбук. Их любовь к этому продукту является частью их врожденного, инстинктивного поведения.

Совершенно иная история с человеком. Он, в отличие от всех остальных млекопитающих, может жить практически во всех климатических зонах (даже на орбитальной космической станции). Неважно, где он находится, но и в Арктике, где не произрастают никакие овощи, и в тропиках, где имеет место изобилие богатых витаминами продуктов, он всегда найдет себе подходящее питание. Таким образом, человека можно назвать почти «всеядным» животным. Он ест практически все: зерновые, фрукты, грибы, орехи, морепродукты и клубни, овощи, насекомых, рыбу и прочее зверье, а также полуфабрикаты в виде готовых супов и даже побеги бамбука!

Конечно, это огромное преимущество человека, которое делает его более независимым, чем панды, которые сейчас находятся на грани вымирания. Но у этой свободы есть один недостаток: пристрастия в еде не программируются в человеке в виде инстинктов. И из-за этого у человека возникает одна большая проблема – проблема выбора.

Кроме того, природа предлагает человеку множество неперевариваемых и даже смертельно опасных «продуктов питания», которые могут выглядеть, например, как черника (я имею в виду белладонну).

Когда-то, в самом начале жизни, человеку разумному пришлось научиться выбирать из того, что ему дают. Он должен был научиться хотеть то, что он получает, будь это жареные пауки или фрукты, и отказываться от того, что ему может навредить.

Как решить сложившуюся дилемму? По каким правилам человек должен научиться хотеть «правильные» продукты и целенаправленно отвергать остальные? По какой формуле развиваются вкусовые пристрастия?

Врожденные предпочтения

У человека нет в самом начале его жизненного пути никакого точного описания получаемой им пищи в том виде, в каком это описание есть, например, у панды. Но есть некий грубый ориентир, с помощью которого он оценивает то, что ему предлагается из еды. Этот ориентир имеется и у эскимоса, и у космонавта.

Первое – это вкус. Через «антенны» на расположенных на языке вкусовых луковицах человек оценивает продукт в соответствии с его вкусовыми параметрами: соленый, кислый, сладкий, горький. Еще есть вкус «умами», который был открыт в 2002 году. Слово переводится на русский язык с японского как «мясной вкус». Он указывает на наличие глутаминовой аминокислоты, сигнализирующей человеческому телу о богатом белком продукте.

В то время как параметр «сладкое» помогает определить зрелые и, значит, возможно, богатые углеводами плоды, «кислое» означает незрелый, то есть малоценныйпо калорийности, а также «возможно, испорченный» продукт. «Горькое» также указывает на потенциально неблагоприятный продукт питания, так как горькие вещества особенно часто встречаются в подпорченных или даже ядовитых продуктах питания. Растения вырабатывают горькие вещества, чтобы защитить себя и свои плоды от поедателей. Горечь оказывает парализующее воздействие на насекомых, убивает их. Совершенно не удивляет в связи с этим тот факт, что многие виды овощей люди стали есть только в результате их селекции! Сладкая сочная морковь и вкусная брокколи, которые мы сегодня даем своим детям, совершенно не соответствуют своему изначальному вкусу, они являются результатом многолетней селекции, в результате которой из этих растений систематически удалялись горечь и дубильные вещества[1].

Как быть со словом «жирный»? Для жира рецепторов на языке не существует. Однако люди уже со времен грудного вскармливания предпочитают жирные продукты питания. Жир усиливает позитивные вкусовые качества: с ним еда кажется слаще и ароматнее.

Обобщим сказанное. Дети оценивают продукты питания по степени их безопасности и пригодности для выживания: сладкая, богатая белком и жирная пища указывает на то, что в продукте нет проблем, он богат энергией и пригоден для выживания, поэтому дети его и предпочитают. Горькие и кислые продукты оцениваются критически: наличие этих вкусов означает, что продукт не очень питателен, возможно, подпорчен и даже ядовит. Это приводит к удивительному выводу: у детских предпочтений шоколадной пасты и картофеля-фри (по сравнению с сельдереем и шпинатом) вполне разумное обоснование. Тот, кто предпочитал калорийную пищу, обладал лучшими шансами пережить невзгоды. Ну а критический взгляд на овощи развился вовсе не из желания противодействовать родителям, а из мер предосторожности, просто необходимых в этом перенасыщенном ядовитыми растениями мире!

Эффект Гарсиа

Наряду со вкусом существуют и дополнительные барьеры, способствующие тому, что человек ест безопасную для него еду. Например, так называемый эффект Гарсиа: если продукт питания вызвал однажды тошноту или рвоту, оказавшись, таким образом, потенциально ядовитым, то человек от него отказывается на длительную перспективу. При этом единичного плохого опыта достаточно, чтобы годами избегать соответствующего продукта питания. Это как минимум верно для детей.

Боязнь нового

А вот и третий фактор, который влияет на пищевые предпочтения детей всего мира и надежно доводит родителей до отчаяния – избегание до сих пор не известных продуктов питания. Многим родителям это явление знакомо как неофобия (страх перед новым), причем знакомо более чем хорошо. Пока Мария была младенцем, родители не могли нарадоваться, сколько она всего перепробовала: песто, кусочки оливок, томатный соус… Как только она перешла в категорию детей младшего возраста, ее стало не узнать: не дай бог поднести к макаронам хоть одну молекулу овощей! То, что избегание новых продуктов питания является видом страха, демонстрирует и тот факт, что именно боязливые и робкие дети затронуты этой проблемой сильнее всего.

Неофобия развивается у всех детей в одинаковом возрасте и по одному и тому же сценарию: наименее выражена она в возрасте от четырех до шести месяцев: большинство младенцев пробует в этом возрасте практически все, что им предлагается. Но с восемнацатого месяца горизонт выбора начинает постепенно сужаться, взгляд становится все более критичным, ребенка уже не так просто заставить открыть рот. В позднем преддошкольном и дошкольном возрасте скепсис по отношению ко всему новому достигает максимума: дети становятся действительно плохими едоками, часто полностью отказываются от более сложной во вкусовом отношении пищи, а также пищи с возможно горьким, по их мнению, вкусом. И только в возрасте от восьми до двенадцати лет горизонт их восприятия снова расширяется и дети начинают экспериментировать с такими прежде немыслимыми для них продуктами питания, как грибы, некоторые сорта сыра с ярко выраженным вкусом, а также с овощами, например с брокколи.

Среди хитов детского неприятия на наивысших позициях стоит брюссельская капуста, кстати, не без оснований. Этот сорт овощей содержит серу и горчичные масла, которые нередко вызывают у детей боли в животе.

Осмысленное течение неофобии

В эволюционно-биологическом плане развитие неофобии объясняется следующим образом: пока ребенок находится на грудном вскармливании и живет в непосредственной близости от матери, горизонт его вкусового восприятия должен быть максимально широким, ведь именно мать (и другие разумные окружающие ребенка взрослые люди) заботятся о том, чтобы попадающая к ребенку еду была также безопасна. Совершенно иная ситуация возникает, когда ребенок начинает исследовать окружающий мир самостоятельно, встав на собственные ножки. То, что попадает ему в рот, более не контролируется родителями. Вместо родителей выживание обеспечивается естественным сужением горизонта выбора и вкусов. Все, что неизвестно, отвергается, в особенности если оно еще и зеленое или горькое. И только когда детские органы становятся зрелыми (то есть более устойчивыми к ядовитым веществам) и когда выбор продуктов питания «подстрахован» так называемым социальным обучением, горизонт вкусовых ощущений и выбор может снова расширяться.

Социальное обучение

Выше мы рассказали о некоем компасе, который указывает нашим детям как минимум правильное направление и помогает им предпочесть «надежные» источники питания. Возникает вопрос: что же способствует тому, чтобы тот или иной продукт на долгое время оставался в меню? Как дети привыкают к предлагаемой им пище?

Ответ очень прост: это происходит благодаря примерам и путем приучения. Так, эксперименты показывают, что маленькие дети, которые сначала отказываются от того или иного продукта питания, все-таки затем его принимают, если предлагать им его в течение последующих дней около десяти раз. А значит, дети едят определенные продукты не потому, что они им нравятся. Все как раз наоборот: эти продукты им нравятся, так как они всегда едят!

Приближение ребенка к новому продукту питания происходит мелкими шажками. Если он что-то пробует, то сначала лишь немного. Сдерживающего принципа придерживаются и другие млекопитающие: например, крысы всегда сначала пробуют лишь небольшой кусочек неизвестного им продукта. Если животным не становится хуже, то они продолжают его есть.

Также выяснилась чрезвычайно важная роль примеров в развитии вкусовых пристрастий ребенка. Ребенок за столом часто спонтанно хватает именно то, что хочет съесть его мать. Исследования подтверждают, что дети в возрасте от одного до четырех лет пробуют новый продукт вдвое чаще, если его ест близкий им взрослый человек! Также они чаще пробуют еду, если видят, что эта еда нравится другим, в особенности сестрам и братьям.

Привыкание можно существенно ускорить обыкновенной игрой. Как показывают эксперименты, ребенок лучше принимает пищу, если ему разрешается демонстрировать обычно не очень поощряемое взрослыми поведение. Например, взять пищу в рот, обсосать ее и вынуть обратно. Такие тактильные переживания также относятся к процессу «ознакомления» с продуктами питания.

Программирование вкуса

Решающее значение для дальнейшего пищевого поведения имеет также ранний опыт с различными запахами и вкусами. Исследователям жизни животных уже давно известно: если беременных крольчих кормить ягодами можжевельника, то крольчата из этого помета будут предпочитать луга с можжевеловыми кустами!

У человека поведение матери перед рождением ребенка также играет важную роль при формировании пищевых предпочтений. Проводились эксперименты, в ходе которых в околоплодную жидкость добавлялись микропримеси чеснока, ванили, аниса или морковного сока. В результате новорожденные малыши после рождения предпочитали именно эти варианты вкусов.

Вкусовой состав материнского молока, а значит и то, что ест кормящая мама, также играет огромную роль. При прикармливании малыш будет предпочитать те варианты вкуса, которые ему уже известны с момента кормления грудью. Таким образом, грудное вскармливание – это не что иное, как «пробная пробежка вдоль полок супермаркета», как однажды выразилась микробиолог Лиз Элиот,

Вкусовые пристрастия могут формироваться и в ходе искусственного вскармливания. Дети, получавшие известное своим кисловатым вкусом гидролизованное питание (гипоаллергенные смеси), в дальнейших экспериментах предпочитали и более кислые фруктовые соки; а выросшие на соевом молоке младенцы предпочитали известный своим горьковатым привкусом яблочный сок. Кстати, дети, которые в раннем возрасте пили соевое молоко, впоследствии чаще демонстрировали интерес к брокколи, чем их ровесники, питавшиеся смесями на основе коровьего молока.

При этом в воспитании вкусового поведения, зависящего от продуктов питания, имеются, по всей видимости, так называемые фазы чувствительности. Так, гидролизованное детское питание очень просто ввести в меню младенца в течение первых четырех месяцев жизни. А вот после этого периода это сделать практически невозможно.

«Супердегустаторы»

Предпочитаемый детьми мир вкусовых ощущений в полной мере зависит также от наследственных влияний: около четверти жителей Центральной Европы можно назвать супердегустаторами, так как у них особенно большое количество вкусовых рецепторов горького вкуса на языке. Иначе говоря, горькое им кажется по вкусу еще более горьким! Вполне возможно, что некоторые особо капризные в еде дети относятся к этой группе людей. С другой стороны, у этой группы людей есть и определенное преимущество: они более четко ощущают различия в вариациях горького вкуса. И это объясняет тот факт, почему среди звездных поваров современности можно так часто найти этих супердегустаторов. У них также очень чувствительные вкусовые ощущения: даже слегка жирная пища воспринимается ими как неприятная еда. Поэтому ничего нет удивительного в том, что супердегустаторы (среди которых много представителей азиатских народов), как правило, являются людьми с очень стройной фигурой. Их индекс массы тела (ИМТ) во взрослом возрасте составляет в среднем всего 23,5 (по сравнению с 25,3 у остального населения).

Пристрастие к богатой белком пище также обладает наследственной составляющей. А вот сладкоежками, вопреки мнению многих родителей, по наследству вряд ли становятся.

Гадость!

Чтобы иметь возможность оценивать мир вместе со всеми его шансами и рисками, ребенку необходима еще одна своенравная программа отказов – отвращение.

Младенцы и маленькие дети заинтересованно играют с вещами, вызывающими у взрослых рвотный рефлекс: козявки, отрыжка, слизь любого рода, а тем более какашки – вовсе не «фу-фу» для младенцев. Только к окончанию третьего года жизни дети начинают отличать неприятные запахи от приятных и у них появляется чувство отвращения. Ближе к началу школы их предпочтения и антипатии к запахам сравнимы с аналогичными у взрослых. Также появляется и отвращение к некоторым продуктам питания. Во всех точках нашей планеты дети считают отвратительными одни и те же вещи. Причем неважно, результатом чьей деятельности они являются: шеф-повара известного ресторана или лесоруба.

Эволюционный смысл отвращения легко понять: чувство отвращения защищает от приема испорченной или отягощенной возбудителями различных заболеваний пищи. Но почему же в первые пару лет жизни у детей отвращение отсутствует? Может быть, это связано с тем, что до этого момента в наличии такого чувства для детей нет никакого смысла. Совсем маленькие дети ничего не могут поделать с тем, что они не контролируют свои испражнения и то и дело непосредственно соприкасаются с ними. А если вспомнить еще и об отрыжке как о неотъемлемом факте жизни младенца, то становится понятно, что вряд ли тут поможет наличие чувства отвращения. Маленькие дети никак не могут избежать факторов, вызывающих его.

Как дети становятся разумными едоками

В том, что касается питания, младший детский возраст равносилен периоду революции: ребенок переходит из безопасного, контролируемого матерью пищевой среды в полный угроз и опасностей мир. Если раньше безупречное в гигиеническом плане и оптимально подстроенное под потребности ребенка материнское молоко было основным продуктом питания, то с младшего детского возраста ребенку приходится утолять свое чувство голода в мире, где съедобное и несъедобное часто находятся рядом друг с другом. Чтобы выжить в этом мире, эволюция передала ребенку следующие правила:

• Предпочитай «пищу для выживания» – сладкую, богатую энергией «любимую еду», которая не только безопасна, но и дарит ощущение сытости.

• Ешь только то, что знаешь. Берегись горькой пищи. В ней могут быть большие количества ядовитых веществ.

• Если тебе приходится есть что-то новое, попробуй сначала лишь небольшое количество.

• Ешь то, что всегда едят твои родители, братья и сестры: так ты не ошибешься никогда.

• Не ешь больше никогда то, что однажды навредило твоему желудку.

Эти правила приводят нас к радикальному выводу, что дети неспроста так любят сладкую и жирную пищу, но критически относятся к овощам. Это часть нормального развития ребенка младшего возраста. Ведь ребенок, безоговорочно восхищенный овощами, фруктами и ягодами, в 99 % случаев из нашей истории просто не выжил бы!

Естественно, сегодня, когда полки супермаркетов надежно защищены от белладонны, а мы в наших небольших квартирах контролируем буквально каждый шаг нашего ребенка, эта программа кажется излишней. Но тело наших детей следует «разработанной» еще в первобытных лесах программе успеха, которая зарекомендовала себя на протяжении многих тысячелетий.

Позитивная роль пристрастия к лакомствам

А может, нам стоит с другой стороны посмотреть на вкусовые предпочтения наших детей? Описанные правила, как наши дети приучаются к тому, что можно съесть, являют собой историю успеха. Потому что они приводят к тому, о чем мы можем только мечтать – они в точности уравнивают спрос и предложение, причем в любой точке земного шара[2]!

При помощи этих простых правил можно даже компенсировать особые экстремальные условия. Так, есть острую пищу имеет смысл там, где продукты питания быстро портятся, так как острые приправы убивают бактерии и паразитов. Даже маленькие дети в Азии употребляют острые приправы в таких количествах, которые заставили бы европейца бегать с открытым ртом. Дети способны изучить даже более сложные правила: жители Анд, например, едят сорта дикого картофеля вместе с глиной, что помогает нейтрализовать ядовитые составляющие этих сортов.

Свет в конце тоннеля

Но самым лучшим в этой программе является то, что она имеет обыкновение когда-то заканчиваться, просто со временем прекращает действовать. Чем более зрелыми становятся внутренние органы человека и чем больше дети изучают информацию об окружающем их мире, тем меньше становится их страх перед новыми продуктами питания. Дети взрослеют, и когда рост завершается, они едят уже даже и овощи.

В некоторой мере еда является одним из примеров того (а в этой книге мы рассмотрим много аналогичных примеров), что не все, что родителям мешает в их детях, следует рассматривать как некое «нарушение». То, что детям свойственна страсть к гурманству, когда-то было хорошо для их выживания, а значит, это является частью нормального детства.

Что создает для детей сегодня дополнительные трудности

Так называемые «сложные едоки» существовали во все времена. Иначе не было бы таких книжек про «малоежек». Однако если спросить опытных педиатров, то они скажут, что значение данной проблемы в последние двадцать лет сильно возросло. И это примечательно. В то время как холодильники становятся все полнее и все больше детей находятся в сказочных странах с кисельными реками и молочными берегами вместе со своими упаковками чипсов, шоколадными батончиками, телевизорами и айподами, все больше родителей заняты тем, чтобы защитить своих малышей, ложка за ложкой, от голодной смерти. Почему еда становится сегодня особенно сложным занятием?

Примеры не такие уж наглядные. Как мы уже увидели, примеры облегчают обучение еде: доброжелательные взрослые больше способствуют тому, чтобы дети пробовали различные виды пищи. Заметим: доброжелательные взрослые. В действительности же дети часто скорее противостоят использующим давление «вдохновителям» с благими намерениями или же стоящим над душой родителям, которые противостоят смертельным страхам, когда речь идет о их детях. Аналогичная ситуация возникает с бабушками, испытывающими самоуважение лишь в зависимости от того, съест их сокровище очередную ложечку или нет. Однако дети не реагируют на заботу или давление. Еда должна доставлять им удовольствие.

Проблема усложняется тем, что множество других примеров, облегчающих обучение еде, сегодня отсутствуют. Речь идет о старших братьях-сестрах, да и о других старших детях. Всем известно, что младшие дети будут с радостью все повторять за старшими. Это относится и к еде. Именно поэтому первому ребенку в семье, да и вообще детям в небольших семьях бывает особенно сложно.

Быстрое прекращение грудного вскармливания может иметь негативные последствия. Мы предлагаем сегодня нашим детям действительно очень напряженный план обучения, в соответствии с которым они должны научиться есть. У нас имеются четкие представления о том, в каком возрасте следует осуществлять прикармливание ребенка. И часто этот момент совпадает с моментом отлучения ребенка от материнской груди. Начало прикорма и прекращение грудного вскармливания для многих родителей представляет собой две стороны одной медали. При этом цель, которую родители перед собой ставят, часто состоит в том, чтобы заменить целиком некоторые приемы пищи питанием из баночек с готовой едой. Для некоторых детей такой «двойной пакет задач» (полное прекращение грудного вскармливания и одновременно введение в меню прикорма) проблематичен. Детям приходится быстро привыкать к бутылочке со смесью и готовому питанию из баночек, а у родителей легко возникает ожидание того, что новая форма питания вполне способна сразу заменить грудное вскармливание. Однако такая быстрая перестройка не дает ребенку возможности привыкнуть к миру новой пищи и новых вкусов в своем темпе. И хотя грудные дети в своих вкусовых предпочтениях часто мужественнее детей младшего возраста, но и им тоже надо как-то привыкнуть к новой еде. Если им предлагается готовое питание из баночек, то следует считаться с тем, что для начала в любом случае будет сниматься проба. И этот этап «снятия пробы» может затянуться надолго. Особенно это относится к так называемым «более медленным» детям (которые, возможно, принадлежат в группе ранее описанных супердегустаторов). Как минимум для этой группы детей мягкое введение прикорма может оказаться более благоприятным: дети смогут потихоньку привыкать к новой пище при условии сохранения грудного питания.

На деле же мировой опыт показывает, что введение прикорма происходит с меньшим числом конфликтов в тех культурах, где материнское молоко и прикорм сочетаются друг с другом достаточно длительное время. Кажется, природа не учла, что маме в определенный момент нужно снова идти на работу!

Прикармливание по схеме оставляет меньше свободного пространства для собственного темпа. Индивидуальная гибкость теряется ввиду обычной у нас в стране жесткой схемы введения прикорма. Многие родители убеждены, что каждому месяцу жизни ребенка соответствуют определенные сорта овощей: на пятом месяца «разрешена» морковь, затем фенхель, затем цветная капуста и наконец кольраби. Однако дефицит гибкости в этой схеме сулит проблемы: что делать, если ребенок на пятом месяце жизни не хочет есть морковь?

Предложения для повседневной жизни

Попытаемся в конце данной главы рассмотреть заданные эволюцией правила не как некое обременение, а как помощь в здоровом развития ребенка. Как мы в сегодняшних условиях можем способствовать тому, чтобы у детей развивались здоровые предпочтения в еде?

Во время беременности

Начнем с самого начала. Беременная женщина должна есть то, что ей нравится. Именно так она заботится о том, чтобы ее ребенок обладал широким горизонтом вкусовых предпочтений. При этом не следует позволять вводить себя в заблуждение тем, что при этом возможна аллергия. То, что, избегая определенных продуктов питания, можно воспрепятствовать развитию аллергии у ребенка, является просто мифом. Соблюдение обычаев многих традиционных культур имеет намного больше смысла: именно в них беременным достается наиболее разнообразная и приготовленная с наибольшими затратами пища.

Грудное вскармливание

Грудное вскармливание оказывает поддержку развитию широкого горизонта вкусовых ощущений у ребенка. В отличие от детских смесей, материнское молоко содержит заключенное в тысячах вкусовых нот послание: вместе с ним ребенок получает все богатство пищевого разнообразия, которое ему встретится в его дальнейшей жизни. Известно, что находившиеся на грудном вскармливании дети, матери которых питались разнообразно, позднее чаще пробуют что-то новое, чем дети-искусственники. При этом они более открыты и к овощам. Да и при кормлении грудью ничто не говорит в пользу скромной диеты: за некоторыми исключениями ограничения в питании в период грудного вскармливания не дают вообще ничего. Эти ограничения не позволяют улучшить ситуацию с коликами, а также не помогают предотвратить аллергию[3].

Прикорм

Начало прикармливания не следует слишком затягивать. По возможности следует начинать вводить прикорм еще в первые полгода жизни. Связано это с тем, что входить в разнообразнейший мир вкусовых ощущений лучше всего, когда горизонт этих вкусовых ощущений еще «открыт». Если вводить прикорм только в период с девяти до двенадцати месяцев, то следует опасаться ограничения возможностей знакомства с новыми вкусами.

Часто рекомендуют вместе с началом прикармливания использовать лишь небольшое количество известных продуктов питания. Это имеет смысл для некоторых детей с нейродермитом. А вот для здоровых детей вполне можно допустить настоящую «экскурсию» по кухне. Причем эта экскурсия не должна проходить по определенной схеме (сначала морковь, затем картофель и т. д.). Детям, находящимся на грудном вскармливании, надо дать возможность заново узнать известные им благодаря материнскому молоку вкусовые направления и принять их. Поэтому следует подумать о самостоятельном приготовлении прикорма в соответствии с вкусовыми пристрастиями матери, вместо того чтобы постоянно использовать готовые баночки с питанием.

«Принуждение»

Не следует оказывать давление при вводе прикорма. Далее будет обсуждаться так называемый эффект Гарсиа, который обеспечит в случае оказания давления длительное отторжение. Есть даже информация о том, что дети, родители которых оказывают давление в вопросах еды, в возрасте двух лет весят меньше, чем их ровесники, на которых такое давление не оказывается. К счастью, современный ассортимент полноценного питания настолько широк, что сегодня, чтобы поддержать здоровье ребенка, не приходится вести ритуальную битву вокруг шпината. Куда приводит принуждение наглядно демонстрирует пример в свое время одного из самых влиятельных людей на земле – Джорджа Буша-младшего, который после прихода к власти неожиданно пожаловался: «Я ненавижу брокколи. Я ненавидел ее, еще будучи маленьким ребенком, когда моя мама заставляла меня есть брокколи. Сейчас, когда я стал президентом Соединенных Штатов Америки, я абсолютно уверен в том, что я больше никогда в жизни не попробую ни единого кусочка этого продукта!»

Беспокойство также ничего не даст. Как мы видели, дети сумеют научиться большему путем дружеского приучения. Для них и в еде действует непреложное правило, смысл которого заключается в том, что только позитивные эмоции закрепляют изученное.

Против отторжения здоровой пищи поможет только родительская настойчивость. Конкретно это значит следующее: новые продукты питания, фрукты и овощи следует сначала предлагать совсем небольшими порциями, а в случае их отторжения в течение одной-двух недель все время ставить эти новые продукты на стол.

Что касается самой еды

Самостоятельное приготовление пищи намного полезнее по сравнению с уже готовой едой как для развития вкуса, так и для здоровья. В приготовленной на продажу еде всегда больше сахара и соли. К тому же у нее всегда немного больше энергетическая ценность. Чисто в эволюционном аспекте человек, по оценке биологов, настроен на энергетическую ценность в размере 107 килокалорий в расчете на 100 граммов продукта. Для гамбургера, например, этот показатель составляет 287.

Но как быть с очень консервативной вкусовой программой малолетних детей? Следует ли родителям заставлять трехлетних детей всегда есть макароны с соусом? Ни в коем случае! Ведь отказ от соуса, похоже, имеет определенный эволюционно-биологический смысл. Программа неофобии нацелена на осторожность, а не на отказ от всего, что не пройдет с первого раза! Следует в очередной раз повторить: в эволюционном плане ребенок настроен на сдержанность, однако у него есть и программа привыкания, которая открывает ему путь к «более сложным» продуктам. То есть нацеленная на узость вкуса программа неофобии уравновешивается нацеленной на расширение вкусовой палитры программой привыкания.

Однако эта программа не работает автоматически. Ей нужен свой двигатель. И этим двигателем является голод: голод делает ребенка мужественным и заботится о том, чтобы палитра вкусового разнообразия постепенно расщирялась. Голодные дети пробуют более широкий ассортимент продуктов, чем полусытые дети. Не случайно, если мы идем в супермаркет голодными, то уже ближе к кассе тележка с продуктами практически полная.

А как добиться того, чтобы дети садились за стол голодными? Очень просто. Надо давать им меньше еды перед приемом пищи. Даже всего 20 % потребляемых при среднем приеме пищи калорий достаточно, чтобы сильно уменьшить детский аппетит. Если вы сажаете за стол полусытого ребенка, не следует испытывать особых иллюзий. Следовательно, за 40–60 минут до еды детям следует давать либо нейтральные по калорийности напитки (лучше всего воду), либо несытный перекус в виде овощей или кусочков фруктов. Кстати, часто родители недооценивают воздействие, которое оказывают на ощущение сытости соки и подслащенный чай!

С точки зрения эволюции и биологии ответ на «вопрос о спагетти без соуса» будет следующий: да, дети должны иметь возможность быть привередливыми в еде, но с учетом реальных условий. Специально приготовленные «детские обеды» эволюцией не предусмотрены, а уступки в сторону сладкой пищи («чтобы съел хоть что-то») провалились еще несколько поколений назад. Дети настроены на то, чтобы на стол попадала еда, которую родители считают здоровой и вкусной. Ни один трехлетний ребенок не готов к тому, чтобы самостоятельно составлять список покупаемых продуктов. Стран с молочными реками и кисельными берегами в нашем эволюционном прошлом не было и в помине.

Доедать все до конца? Бабушкам и дедушкам будет тяжело принять тот факт, что цель «доедать все до конца» не входит в репертуар поведения детей младшего возраста с точки зрения эволюции и биологии. К тому же эта цель не способствует сохранению здоровья (с учетом того, что в окружающем нас мире порции – от шоколадного батончика до еды в ресторане – оказываются слишком большими даже для занятых на тяжелой работе рабочих). Больше информации на тему «Доедать все до конца» содержится в главе 3, в разделе «Размышления».

Всегда лучше осторожно рассчитывать порцию, исходя из размера тарелки. Добавку ведь положить всегда можно. Ну а если ребенок переоценил свои возможности, то еду можно отложить и оставить на потом.

Следует ли красочно оформлять еду? Если еда сервирована красиво и в соответствии с детскими представлениями, то это может способствовать радости при ее поглощении. Также будет разумным в соответствии с тем, что мы уже писали о развитии отвращения, отказаться от выглядящей действительно не очень привлекательно пищи (например, вареного шпината). Конечно, чрезмерного декорирования детской еды не требуется: «Голодный ребенок съест еду, даже если салфетка не очень подходит к скатерти», – говорит известный автор полезных советов Анна Вальгрен.

Разрешать ли детям «жадно глотать» пищу? Любой человек, когда он голоден, склонен к тому, чтобы поглощать пищу поспешно. И это оправдано с точки зрения эволюции. Чем мы голоднее, тем важнее для нас взять из того, что предлагается, максимум. Ведь кто знает, когда будет следующая удобная возможность поесть и как долго нам никто не помешает. Но разве для здоровья не будет полезнее, если есть медленно или даже, как иногда советуют, пережевывать пищу одиннадцать раз (или даже двадцать два или тридцать три раза)? С точки зрения эволюции это не имеет абсолютно никакого смысла. Если бы еда могла усваиваться, только если есть медленно или пережевывать двадцать два раза, то мы бы уже давно вымерли. Что же касается аргумента «если жадно есть, то наступит переедание», здесь эксперименты дают отбой тревоги. Молодые люди, которых во время экспериментов заставляли есть медленно, потребляли ничуть не меньше калорий, чем если бы они все проглотили за один присест. Естественно, мы не должны иметь ничего против того, чтобы сохранять ритуал внимательного приема пищи, и здесь родителям предоставляются все возможности для демонстрации достойного примера.

Питье

В вопросах питья следует принимать во внимание, что дети младшего возраста ввиду высокого уровня водообмена в организме (по сравнению с взрослыми) пьют относительно много. Во многих семьях устоялась традиция утолять жажду не водой, а различными безалкогольными напитками или соками. Потребление фруктовых соков у детей младшего возраста сильно возросло на протяжении последних двадцати лет. Чай, употребляемый регулярно после прекращения грудного вскармливания, тоже как правило, подслащен. Это может способствовать тому, что развитие вкусовых ощущений у ребенка приведет к постоянному ожиданию «чего-то сладкого». С другой стороны, напитки могут создать переизбыток калорий; педиатры исходят из того, что напитки с большой энергетической ценностью несут полную ответственность за проблемы излишнего веса у детей. Также есть подтверждение тому, что содержащаяся во фруктовых соках (прежде всего в яблочном) в большом количестве фруктоза способствует формированию неправильного процесса обмена веществ у детей. Бутылочка с соком, без которой сейчас невозможно представить, пожалуй, ни одну коляску с ребенком, все больше рассматривается педиатрами как путь к избыточному весу, диабету и прочим сопутствующим заболеваниям[4].

С точки зрения эволюции единственным способом подавления жажды после прекращения грудного вскармливания должна являться вода. «Жидкое питание» в ассортименте человека имеется лишь в одном виде – в форме материнского молока. Исключением являются лишь те немногие популяции человека, которые на протяжении последних нескольких тысячелетий спокойно переносят также и животное молоко (см. больше об этом в главе 3). Собственно, на деле никто против одного или двух стаканов молока не возражает – в качестве перекуса, но не в качестве дополнительной жидкости для подавления жажды.

Следует ли постоянно напоминать детям о питье, потому что иначе они будут «обезвожены» или что-то еще? Такое опасение в последние тридцать лет все чаще появляется в репертуаре родительских забот. Но с точки зрения как эволюции, так и биологии, оно совершенно не оправдано. С самого младшего возраста чувство жажды заботится о том, чтобы дети пили достаточное количество воды. Как минимум со здоровыми детьми это функционирует абсолютно надежно. Врачи-нефрологи также говорят: если вы будете пить больше, чем того требует жажда, то для здорового человека это не будет иметь вовсе никакого эффекта[5].

Правильным является утверждение о том, что маленькие дети (и в особенности грудные) не могут так хорошо «сберегать» в организме воду, как старшие. Это связано с тем, что их почки не могут пока обеспечить правильную концентрацию мочи. Поэтому грудным детям нужно пить чаще. И природа об этом позаботилась: в естественных условиях в первые два-четыре года жизни у маленьких детей свободный доступ к груди, а значит, и возможность регулярно пополнять запасы организма необходимым количеством жидкости. Неудивительно в связи с этим, что грудные дети летом чаще прикладываются к груди, чем зимой, а также что частота кормления сильно различается в различных климатических зонах земного шара. Дети младшего возраста (приблизительно с трех лет) могут уже куда лучше адаптировать свое «водное хозяйство» к временами колеблющемуся предложению. Их тело, так сказать, уже подготовлено к тому, чтобы обходиться имеющейся водой, переходя от одного источника к другому. Следовательно, здоровых детей не следует круглосуточно снабжать жидкостью и постоянно напоминать им о том, что необходимо попить! Если во время прогулки бутылочки воды с собой не будет, то не произойдет ничего страшного. Ребенок компенсирует образовавшийся дефицит при первой же возможности. Соответственно, и в туалет дети младшего возраста ходят то чаще, то реже. Пауза в несколько часов между посещениями туалета является совершенно нормальным явлением.

Позиция родителей

Некоторыми убеждениями родители сами себе противоречат. Что касается аппетита, они часто ожидают больше, чем дети могут «себе позволить» (более подробно см. в главе 3, раздел «Размышления»). С точки зрения эволюции родителям можно лишь посоветовать не считать аппетит или потребление детьми овощей мерилом того, насколько они (родители) хорошо справляются со своими обязанностями.

Утешение родителям избирательных в еде детей кроется в результатах исследования, которые говорят о том, что «плохие едоки» хотя и потребляют меньше фруктов и овощей, но также потребляют меньше жира и сладостей. И пусть у них из ушей не лезут витамины, но менее здоровыми, чем другие дети, они не являются, да и растут они вовсе не медленней. А вот что важно, так это то, что они реже страдают от избыточного веса.

Ну и в заключение еще несколько слов о «выступающих ребрах». У нас, может, кое-чего и не хватает, но вот уж качественной еды точно всегда в достатке. Совершенно нормальным явлением в младшем детском и дошкольном возрасте является то, что жировые резервы организма сокращаются: жировая масса ребенка в возрасте от пяти до шести лет достигает минимума. То, что выступают ребра, предусмотрено эволюцией и вовсе не является признаком недоедания.

Размышления
Незрелость как преимущество

В этой главе мы сумели увидеть одно интересное обстоятельство: дети часто ставят под сомнение укоренившиеся в сознании родителей догмы, на что имеются соответствующие основания. Да, они тут же закрывают рот, стоит к нему только поднести ложку с овощами. Да, они охотнее едят сладкое, пусть даже это и не самое здоровое питание. Да, они жадно проглатывают пищу, когда они голодны. В прежних условиях все это было рецептом жизненного успеха, это помогало детям выжить. Ведь природа не могла предположить, что когда-то дети будут жить в благоустроенных квартирах, где не будет ядовитых растений и грибов. Что условия, в которых они будут жить, будут похожи на чудесную страну с молочными реками и кисельными берегами, где полки в магазинах в буквальном смысле ломятся от всяких вкусностей.

В последующих главах нашей книги мы направим более пристальный взгляд на другие аспекты развития ребенка: на сон, крик или на (совершенно излишние?) приступы гнева. И даже в этих случаях мы будем находить обоснования часто удивительно «неразумного», на наш взгляд, поведения детей. Однако сначала было бы неплохо лучше представить себе маленьких героев этой книги и пронаблюдать их развитие, так сказать, с высоты птичьего полета.

Дети – это не взрослые с изъяном

Причина, почему не умеют разговаривать младенцы, известна давно: они не умеют говорить, потому что им попросту абсолютно нечего сказать! Так считал влиятельный голландский педагог Фратер Ромбу, взгляды которого были созвучны его времени, когда детей считали некомпетентными и несовершенными существами[6].

И только в течение последних десятилетий данный образ был полностью разрушен. Стало ясно, что даже грудные младенцы обладают некоторыми способностями, о которых взрослые могут только мечтать…

Например, они умеют узнавать лица. Если показать грудному ребенку картинки с мордами разных обезьян, то он уже вскоре сможет без чужой помощи отличить их друг от друга. А вот взрослые здесь, пожалуй, спасуют: обезьяна для них и есть просто обезьяна. Грудные малыши также лучше различают лица представителей других культур, а для взрослых один китаец, как правило, всегда похож на другого, особенно если эти взрослые с китайцами нечасто общаются. Дети со своим невысоким уровнем интеллектуального развития способны успешно изучать сложные иностранные языки (например, русский, немецкий или суахили) намного быстрее любого взрослого лауреата Нобелевской премии.

Они даже способны изобретать новые языки: если собрать несколько детей из разных языковых сред вместе, то в результате мы будем иметь не вавилонский языковой хаос, а наоборот, некий новый язык. Во многих районах Карибского бассейна, куда в свое время прибывали переселенцы из самых разных стран мира, сегодняшние языки, существующие под общим названием «креольский», появились во многом благодаря детям. Именно дети во время совместных игр создали полноценный язык со своей грамматикой, который затем стали использовать и взрослые. По мнению филологов, только дети способны интуитивно понять логику языка и создать, исходя из получаемой информации, новые структуры предложений и слов, иначе говоря, новый язык.

Следовательно, сейчас самое время увидеть сильные стороны детей. Что касается отсутствия речи, нашелся один эксперт, выступивший на стороне детей. Как сказал биолог Мидас Деккерс, после своего рождения ребенок хотя и не столь умен, чтобы разговаривать, «однако он достаточно хитер, чтобы по этой причине избегать речи».

Незрелость – это огромный потенциал

Деккерс обобщил новый образ ребенка в следующих словах: «Грудной ребенок может все, что он должен уметь». И действительно: если бы в детях было недостаточно умений, для решения жизненных задач и задач их текущей ступени развития, то человечество уже давно бы вымерло. Дети не являются на четверть, на половину или на три четверти готовыми взрослыми – они представляют собой на сто процентов готовых к жизни грудных детей, на сто процентов готовых к жизни детей младшего возраста или даже на сто процентов развитых молодых людей!

Кстати, все начинается с анатомии. Так, например, гортань у грудных детей находится намного выше, чем у взрослых (в течение первых двух-трех лет жизни она расположена рядом с мягким нёбом). Благодаря этому вдыхаемый через нос воздух попадает напрямую в гортань, а оттуда в трахею. В результате грудной младенец имеет возможность намного лучше координировать во время еды сосание, глотание и дыхание, а пища при этом не попадает «не в то горло», что очень важно при кормлении грудью.

Незрелость – это предпосылка к обучению?

Поэтому, вместо того чтобы искать недостатки, попробуем-ка мы лучше взглянуть на огромный потенциал детей – на то, что они приносят с собой в этот мир, чтобы успешно справиться со своим развитием! С точки зрения исследования головного мозга данная перспектива суперактуальна. Специалисты по исследованию мозга просто гордятся незрелостью детей.

Нейробиолог из Ульма Манфред Шпитцер рассматривает зреющий мозг как некий тип «дидактического фильтра»: детский мозг может сначала изучить лишь простые взаимосвязи. Затем он постепенно расширяет свои возможности и обращается к более сложным вещам. Это значит, что мозг, так как он зреет, изучает сначала основы, принципы, а затем уже детали. При этом детский мозг обучается многим вещам намного эффективнее мозга взрослого человека. Вот что, например, говорит Шпитцер: «Если бы у детей при рождении мозг был таким, каким он стал впоследствии, то вероятнее всего дети никогда не смогли бы научиться говорить». Итак: с точки зрения взрослого человека дети могут быть недостаточно развитыми, но у них имеется то, что им необходимо для их дальнейшего движения по этой жизни. Они чертовски хороши в их амплуа «быть детьми»!

И даже у юношеского возраста есть свои преимущества

Это относится, кстати, и к подросткам тоже. Их мозг похож на стройплощадку, где работы ведутся прежде всего в передней лобной доле. Неудивительно поэтому, что в период пубертата молодежь практически неконтролируема, непреклонна и взрослым невероятно тяжело с ней! С точки зрения эволюции тут все продумано: «неуравновешенный» мозг тинейджера служил своим обладателям в течение многих тысячелетий хорошую службу, ведь в конце концов те, кто проходил через пубертат, сумели стать нашими предками!

Существует предположение, что мозг молодых обладает ровно тем, что ему необходимо, чтобы взять четкий курс в мир взрослых людей. Способность восхищаться, готовность к риску, способность быстро завязывать социальные контакты, способность и необходимость все и всегда искать – все это не было балластом, а являлось основой инновационного потенциала, предназначенного для человеческого общества. Естественно, что именно молодежь более пятисот тысяч лет назад сумела приручить огонь. Да и сегодня молодые способны «приручить» современные технологии намного быстрее любого взрослого. То, что сегодня молодежь все дольше по времени зависима от взрослого поколения, что сила ее, а также ее специфические возможности в обществе не используются, это все будет обязательно обсуждаться дальше.

Двойственное развитие

Это вовсе не значит, что дети во всем, что они делают, являются мастерами. Часть детской программы развития служит цели подготовить детей к их будущей жизни в качестве взрослых. И тут маленьким детям приходится начинать с малого. Мастерство и сноровка не даются просто так, их необходимо тренировать. Необходимо изучать письмо, счет, учиться читать по слогам, охотиться, ездить на велосипеде – все это предполагает необходимость тренировок и упражнений.

Другие же навыки просто сразу присутствуют, и они помогают ребенку справиться с окружающим его современным миром. Они, если так можно сказать, обеспечивают его выживание здесь и сейчас. Детей не нужно учить говорить. Приучаются к горшку они также самостоятельно. Таким образом, дети в их развитии выступают как в роли учителей, так и учеников!

Оптимистичная картина окружающего мира

Картина мира, в соответствии с которой дети являются не только «маленькими людьми, которые пока не научились быть взрослыми» (как изобразил это в карикатурном виде Мидас Деккерс), может помочь родителям понимать своих детей лучше.

Не всякое мешающее взрослым поведение детей является нарушением. Конечно, нам свойственно находить у маленьких детей нарушение сна, если дети не засыпают одни, а также нарушение пищевого поведения, если дети, по нашему мнению, не едят достаточно овощей. С точки зрения эволюции данное поведение «с нарушениями» является абсолютно осмысленным и рациональным: с его помощью дети ощущают себя в ходе эволюции «в своей тарелке» (уже только в одной этой главе было показано множество примеров этого).

Ослаблению напряженности в воспитательной практике должно послужить еще одно признание: обеспечивая и подстраховывая развитие здесь и сейчас, множество видов детского поведения привязано к определенному этапу развития человека, а значит, являются временными явлениями. Следовательно, они пройдут сами собой, нужно лишь только выждать! То, что дети не слишком жалуют овощи в раннем и среднем детстве, как мы увидели, является абсолютно нормальным явлением. Позднее ситуация сильно изменится и все будет выглядеть по-другому. Многие «мешающие» типы поведения исчезнут сами собой, без каких-либо воспитательных мер. Не следует отчаиваться, если вы как родители видите, что ваш ребенок кого-то бьет или даже кусает. Нет необходимости делать из этого выводы о том, что позже ребенок будет склонен к агрессии. Битье на нынешнем этапе развития относится к стандартному репертуару. Причем на следующем этапе развития оно снова будет «невозможным». Разве мы, будучи взрослыми, не хотели бы время от времени сменить наши жизненные идеалы и образцы для подражания?

Глава 2
Кормление грудью – наиболее естественное явление в природе?

Кто ест достаточно каши, тот всегда сыт. Это непреложная истина. В средние века в качестве используемой в детском питании кашицы использовали смесь следующего состава: хлеб или муку кипятили с водой или молоком, а иногда добавляли туда немного пива или меда. В некоторых местностях Центральной или Северной Европы такая кашица в первые недели жизни ребенка часто заменяла ему материнское молоко.

Сразу возникает вопрос: насколько естественна для ребенка такая смесь? Разве не материнское молоко является от природы единственным пригодным для питания ребенка продуктом? Зачем в грудном молоке содержится амилаза – вспомогательное вещество, необходимое для переваривания крахмала, которого в материнском молоке нет? Если грудное вскармливание настолько жизненно важно, то почему этот самый естественный вид питания оказывается не всегда самым подходящим?

Большой раздел мы посвящаем решающему событию в «пищевой карьере» ребенка: прекращению грудного вскармливания. Существует ли «правильный» момент отлучения от груди? Всегда ли происходят неприятности в таких ситуациях? Может быть, существует рецепт, следуя которому, ребенок сам отучится от груди?

Гениальное изобретение

Если представить себе весь период существования жизни на земле как один день, то можно сказать, что грудное вскармливание было «изобретено» только на двадцать четвертом часу, а точнее – шестьдесят пять миллионов лет назад. Решающий и важнейший момент для почти четырех тысяч известных видов млекопитающих относится к тому времени, когда эпоха крупных рептилий, динозавров подошла к концу. Возможность давать подрастающему поколению богатое различными полезными веществами питание непосредственно «от тела» сэкономила родителям много усилий. Теперь свежеиспеченным родителям больше не приходилось с интервалом в несколько минут или часов добывать пропитание для своих малышей.

Но у этого гениального решения есть и свои недостатки. Теперь все стало зависеть от кормящей мамы – именно она несет все «затраты» по питанию детей.

При этом можно сказать, что человеческие мамы еще относительно дешево отделались. И хотя некоторые мамы вначале только и успевают менять грудные прокладки, относительно веса своего тела женщины вырабатывают менее одной десятой того количества молока, которое предлагают своим детям, например, грызуны[7]. Кстати, по содержанию калорий показатели человеческого материнского молока также довольно скромны. Например, молоко тюленя (жирность около 60 %) почти в пятнадцать раз питательнее материнского молока человека.

Сумасшедший труд?

Картинки кормящих матерей из различных фольклорных источников демонстрируют, что молоко при кормлении всегда идет без проблем. Немало педиатров также считают, что кормление грудью является «интуитивным процессом», в котором все получается автоматически.

Природа в этом плане настроена несколько скептически, и тут приходится считаться с некоторыми затруднениями: отвечающий за запуск выработки молока после рождения ребенка гормон пролактин содержится в очень высоких концентрациях в течение четырех дней, и только потом уровень содержания этого гормона снижается.

Во многих культурах народы считают богатое иммунными веществами молозиво (колострум) непригодным для питания и поэтому не прикладывают детей в течение первых дней к груди. Народность кечуа из Перу вместо него дает родившимся детям чай и овощной бульон. В Индии и сегодня матери используют вместо молозива смесь из молочного жира (ге) и меда. А женщины на Бали используют молочную рисовую кашу. Народы эфе из Центральной Африки передают ребенка на кормление другой женщине, пока у самой матери не пойдет молоко. Живущее в близких к каменному веку условиях племя кунг из африканской пустыни Калахари приписывает молозиву вредное воздействие – они выдавливают его из груди, причем с печальными последствиями: смертность среди новорожденных там значительно выше, так как дети вынуждены обходиться без молозива.

Интуитивный пример

«Естественные умения» для налаживания процесса грудного вскармливания как будто живут сами по себе в людях. Имеются определенные интуитивные примеры. Новорожденный ребенок после своего рождения активен в поиске груди. Стоит его положить на живот к матери и не мешать ему, он почти всегда сам найдет грудь и начнет ее сосать.

Интересно, что ребенка чаще притягивает к себе левый сосок, чем правый. Возможно, это связано с биением сердца, к которому ребенок привык, находясь в утробе матери (развернутая дискуссия на эту тему будет в главе 14). И матери принимают в расчет это предпочтение: 83 % правшей и 78 % левшей среди матерей интуитивно держат ребенка с левой стороны. Неудивительно, что на большинстве полотен эпохи Ренессанса ребенок расположен с левой стороны. Дети даже куклу носят слева, а другие предметы они берут без каких-либо предпочтений стороны.

Однако в сравнении с основным значением, которое кормление материнским молоком имеет для выживания, интуитивная защита грудного вскармливания кажется явлением довольно скромным. Даже в традиционном африканском обществе в этой сфере (сфере грудного вскармливания) довольно часто встречаются проблемы. Так, исследователь африканских народов Кидд в 1906 году сообщал, что «если мать сама не может кормить грудью, то она готовит бутылочку из кожаного мешочка с отверстием и держит ее перед грудью таким образом, как будто грудью ребенка кормит она сама».

Все очень сложно!

По сравнению с другими млекопитающими грудное вскармливание у человека – довольно сложный процесс. В животном мире детеныши сами ищут грудь, и даже у большинства обезьян груднички просто тыкаются в мех матери и, обнаружив, начинают сосать. При этом мама-обезьяна может продолжать прыгать с ветки на ветку.

У человека все по-другому. Маме необходимо правильным образом истолковать сигналы, которые подает младенец, выбрать нужный момент, взять ребенка, приложить его подходящим способом, затем снова и снова перекладывать младенца, ощущать его состояние и так далее. Иначе говоря, грудное вскармливание у человека – это многоэтапный, сложный процесс со всеми вытекающими из него осложнениями и недопониманием, которые могут возникнуть.

Здесь также следует отметить, что грудь женщины по сравнению с остальными млекопитающими достаточно «непрактична»: она значительно больше, чем у других видов, сосать из нее не так удобно, по сравнению с другими млекопитающими, у которых соски для этого подходят больше[8].

Но даже в животном мире грудное вскармливание не проходит на сто процентов инстинктивно, а основано частично на имитации или социальном обучении. У живущих в неволе обезьян наблюдается довольно много проблем с грудным вскармливанием. Например, мать-горилла, выросшая без контакта с другими кормящими матерями, держит первого родившегося детеныша у груди неправильно – затылком к соску. В этом случае у нее отбирают детеныша. Во время следующей беременности у клетки размещают в ряд кормящих грудью женщин, и горилла имеет возможность наблюдать, как правильно должна кормить женщина. После этого она сможет кормить грудью без проблем. Также гориллам-матерям в неволе демонстрируют видеозаписи кормящих грудью горилл в дикой природе.

Готовность, но не автоматическая

Все говорит о том, что кормление грудью вовсе не является автоматически срабатывающим рефлексом. Оно также не является процессом, который, как говорится, можно уладить «одной правой». Да, некоторые интуитивные моменты присутствуют, но тут необходима не только интуиция. Добрую часть процесса грудного вскармливания человеческим матерям следует хорошо изучать – и это объясняет то, почему иногда между ртом младенца и материнской грудью возникают проблемы. Биологи называют такое поведение «канализированным»: такому поведению относительно легко научиться, но не все получается автоматически.

То, что обучение играет большую роль, продемонстрировано не в последнюю очередь в том факте, что кормить грудью каждого последующего родившегося ребенка все легче и легче. В обучении помогают также советы других матерей, акушерок или консультантов по грудному вскармливанию.

Проблемы при грудном вскармливании

С другой стороны, для грудного вскармливания требуется и так называемая ситуационная готовность. Этому процессу часто мешают такие явления, как усталость, напряжение, страх, перегрузка. Психическое напряжение оказывает свое влияние как на ответственный за образование молока гормон пролактин, так и на отвечающий за галакторею гормон окситоцин. Стресс способствует застою молока, молоко может просто не течь.

Могут играть свою роль и прочие препятствия, из которых некоторые стары, как само человечество: болезненность сосков, втянутые соски, застой молока. Есть и новые проблемы. Прежде всего это относится к избыточному весу. Избыточный вес матери чреват в целом низким уровнем пролактина после рождения ребенка. Ввиду этого лактация может быть в некоторых случаях недостаточной. Кроме того, грудное вскармливание более крупной грудью и при большем расстоянии до ребенка осуществлять тяжело чисто механически. Забота матери о будущей форме груди относится также к тем препятствиям, с которыми сегодняшним женщинам приходится сталкиваться при принятии решения в пользу или против грудного вскармливания.

Не следует также недооценивать и социальные воздействия: заботу о кормлении питающегося грудью младенца родители не могут разделить между собой, а значит, кормящая мать сильно связана этим обстоятельством. Кормление грудью сегодня является настоящей помехой для работающей матери. Да и число кормлений у питающихся материнским молоком детей в целом больше, чем у искусственников, а это, в том числе ночью, – дополнительная нагрузка для матери.

Культурное влияние

Одной из популярнейших в США книг по грудному вскармливанию является книга The Womanly Art of Breastfeeding – «Искусство кормления грудью». Учитывая все вышесказанное, мы видим, что авторы книги очень правильно подобрали для нее название: то, что нам кажется совершенно «естественным», является на самом деле искусством. Как и в любом другом искусстве, в отношении кормления грудью имеется множество различных точек зрения. Как часто следует кормить, как долго должно продолжаться кормление, достаточно одной груди или нужно кормить из двух, следует ли давать детям свободный доступ к груди – на все эти вопросы в зависимости от страны, от времени, семьи, в зависимости от конкретной женщины мы всегда получаем различные ответы.

Свое слово хотят сказать и мужчины. В средневековье священники предостерегали кормящих матерей от того, чтобы они кормили грудью «с наслаждением» (интересно, что при этом имелось в виду?). Брузе, врач короля Франции Людовика XV, даже высказывался за принятие закона, запрещающего вызывающим сомнения матерям грудное вскармливание: по его мнению, через грудное молоко к ребенку мог перейти и плохой характер! Во «Всеобщем Прусском земском праве» 1794 года был окончательно законодательно урегулирован вопрос кормления грудью: муж женщины получал право решать, сколько времени она должна кормить ребенка грудью. А в племени фулани в Центральной Африке муж даже может развестись с женой, если она кормит грудью с недостаточной самоотдачей. Кто-то ухмыльнется над всем этим, но ведь так получается, что и сегодня мнение отца часто является решающим в вопросе о том, сколько времени матери следует кормить ребенка грудью. Об этом мы еще поговорим дальше.

Всё везде по-разному

Различия заметны уже сразу после рождения ребенка. В некоторых культурах ребенка первым делом прикладывают к груди матери. У нас же, например, во многих клиниках ребенка в первую очередь моют, затем обследуют, но, естественно, не так, как это происходит в Южной Африке у народности бавенда. Там зовут колдуна, который «по всему телу младенца, в том числе на родничках и на остальной части головы, делает надрезы и втирает некий медицинский порошок из костей черепа павиана… После этой процедуры мать наконец может впервые накормить ребенка».

Нас вовсе не удивляет, что вопрос кормления грудью снова и снова переосмысливался – и происходило это не только в промышленно развитых странах 1970-х годов, где кормящие грудью матери давно рассматривались как дикарки. В некоторых областях Северной Европы уже в XV веке была распространена ситуация, когда младенца с самого рождения кормили животным молоком или кашей. В XVIII веке те группы населения, которые отличались некоторым благополучием, охотно заменяли материнское молоко подслащенной водой. Детям это нравилось, но в итоге они (как это произошло в семье Вольфганга Амадея Моцарта) умирали от неполноценного питания. Во времена промышленной революции в городах был широко распространен отказ от грудного вскармливания, связанный с тем, что многие матери устраивались на работу и оставляли детей на попечение другим женщинам, которые кормили детей молоком из бутылочки, а также прикормом. По оценкам ЮНИСЕФ, сегодня каждый год во всем мире умирают 1,3 миллиона детей, так как они не получают грудного молока. И даже в США с этим связывают и сейчас почти 750 случаев смерти грудных детей ежегодно.

Спор вокруг кормления грудью: как, как часто и как долго?

Почему мы часто встречаемся с совершенно разным отношением к вопросу о грудном вскармливании? Есть ли у детей от природы определенные ожидания? Разве природа не должна давать какую-то «естественную инструкцию» по кормлению грудью? Попробуем найти ответы на эти и другие вопросы.

Как часто?

Если сравнивать разные народности нашей планеты, то частота кормления грудью составляет в среднем от одного раза в пятнадцать минут до одного раза в течение шести часов. Даже в Европе различия между разными народами довольно существенные: мама из Копенгагена кормит ребенка в среднем 10,5 раза в день (то есть через каждые 2,3 часа), а вот мама из Ростока кормит всего 5,7 раза в день (здесь уже пауза между кормлениями составляет 4,2 часа).

Но даже в каждой конкретной стране различия в кормлении от семьи к семье также довольно значительны. Некоторые мамы из Германии прикладывают ребенка к груди каждый час или даже чаще, а другие выдерживают интервалы от четырех до шести часов. Рекомендации педиатров находятся где-то посередине: восемь – двенадцать кормлений в течение суток.

А вот как часто дети в каждом конкретном случае «заправляются» молоком, зависит не только от существующих в обществе традиций. У каждого ребенка свои потребности в питании. Одни ведут себя как постоянно голодные «свинки», а другим нравится смаковать еду (об этом мы еще поговорим в главе 3 в разделе «Размышления»).

Большую роль также играет и то обстоятельство, насколько «близок» младенец к своей матери. Дети, которых мамы много носят на руках и которые спят в маминой постели, в целом получают молоко чаще. Поэтому нас не удивляет тот факт, что частота грудного вскармливания и в традиционных обществах сильно зависит от рода деятельности матери. Эта частота подвержена и сезонным колебаниям: если мамы много выезжают из дома (например, на полевые работы), то и кормят ребенка они реже.

Имеется мнение, что определенную роль играют и климатические воздействия. В очень жарком и сухом климате пустыни Калахари мамы из народности кунг прикладывают детей к груди в среднем каждые пятнадцать минут. В молоке для ребенка содержатся ведь не только калории, но и вода, а содержание воды в материнском молоке зависит от длительности кормления (чем дольше ребенок сосет грудь, тем больше жира в молоке). Следовательно, если дети сосут грудь короткое время, но часто, то содержание воды в молоке больше, и дети таким способом лучше утоляют жажду. Становится ясно, что потребление молока в жарких странах скорее управляется чувством жажды и дети в этих странах, соответственно, пьют чаще. А вот в северных широтах дети прикладываются к груди скорее из чувства голода, и им требуется меньше приемов пищи.

Решающую роль играет тип питания: питающиеся материнским молоком младенцы начиная с третьего месяца жизни в среднем требуют еду чаще, чем искусственники. И происходит это, к сожалению, в основном по ночам[9].

Показанные взаимосвязи демонстрируют, что на вопрос о «лучшем» интервале кормления тяжело дать общий ответ – в наших широтах груднички хорошо развиваются с различными интервалами кормления. Однако есть свидетельства того, что преимуществом обладают меньшие по количеству молока кормления, происходящие с большей частотой. Так, научные наблюдения показывают, что груднички реже страдают коликами, если их чаще кормить грудью. Еще одно преимущество более коротких интервалов между кормлениями состоит в том, что у матерей в этом случае меньше проблем с израненностью сосков. Эта довольно распространенная проблема может быть связана с тем, что дети после длительных промежутков между кормлениями пьют грудное молоко более жадно.

По потребности

Грудное вскармливание долгое время рассматривалось как часть воспитания. Так, примерно с 1920 года врачи в Германии рекомендовали применять регламентированное кормление грудью по часам, причем прежде всего как меру педагогического воздействия: «При организации пауз в кормлении речь идет не просто о важнейшем принципе регулирования питания, но и о первичном воспитании, осуществляемом с целью овладения таким явлением, как инстинкт», – писал один из первооткрывателей-педиатров профессор Черни в 1922 году в своем учебнике. Немного позднее, в 1934 году, «Управление общественного благосостояния» рекомендовало даже кормить грудью строго в 6, 10, 14, 18 и 22 часа, причем делать это следовало «всегда пунктуально». Сегодня педиатры снова рекомендует в целом кормить грудничков всегда, когда дети подают сигналы голода.

Тем, кто считает, что кормление по часам – это старинный обычай, следовало бы заглянуть в журналы, которыми в свое время пользовались их родители. В них часто были представлены такие практичные средства, как, например, часы feedy, обладающие довольно современным дизайном и показывающие не только время, когда был накормлен в последний раз ребенок, но и то, из какой груди он был накормлен. Все еще часто можно услышать, что регулярное кормление делает самого ребенка более «постоянным», препятствует тому, чтобы он был избалован. Таким образом, дух профессора Черни все еще живее всех живых.

В споре между альтернативами «по потребности» или «по часам» забывают о третьем моменте, исходя из которого все чаще принимается решение о кормлении: по возможности. «Во всех культурах, – говорит антрополог Сара Блаффер Хрди, – женщины подстраивают свою жизнь под потребности своих грудных детей, считая при этом своих детей способными на обратное взаимодействие». Так, например, женщины в высокогорьях Непала в зависимости от трудовой сезонной нагрузки кормят детей чаще или реже, что похоже на поведение современных матерей из Германии, которые, вернувшись на работу, кормят грудным молоком так часто, как это возможно в сложившихся обстоятельствах.

Естественно, более долгие перерывы между кормлениями всегда позволяли маме слегка ослабить «привязку» к ребенку. Однако какая из моделей является наилучшим решением для самого ребенка? Результаты исследований показывают, что для роста грудничка кормление грудью по потребности как минимум в первые недели жизни лучше. А вот после этого периода частота кормления не должна уже оказывать прямого воздействия на рост. Некоторые исследования также доказывают, что дети, которых кормили грудью по потребности, лучше учатся самостоятельно регулировать потребление пищи. Соответственно, они менее подвержены появлению излишнего веса.

Ночное кормление?

Кормление грудью – это как пакет услуг, включающий в себя некоторые приятные моменты, например физическую близость, компенсирующую время, которое уходит на другие обязанности: приготовление пищи, уборку, смену пеленок и т. п. Но есть и нечто менее позитивное: грудные младенцы с удовольствием требуют еду по ночам, то есть именно тогда, когда уставшая мама набирается сил для приготовления пищи, уборки, смены пеленок и так далее…

С точки зрения эволюции, то, что грудные младенцы хотят есть и ночью, имеет свой смысл. Ведь ребенку следует постоянно снабжать свой быстрорастущий организм и мозг энергией. И тут нельзя упускать ни одной возможности. По факту практически все питающиеся материнским молоком младенцы, спящие рядом с матерью, обеспечены манной небесной и по ночам. Груднички, находящиеся ночью около мамы, потребляют на треть больше калорий, чем те, кто спит в своей кроватке. И, как мы увидим дальше, такие пристрастия отражаются и на архитектуре детского сна, то есть на его глубине: сон младенца как раз в первые три месяца жизни очень легок и постоянно прерывается фазами бодрости, когда грудничок может приняться за дело. То, что младенцы в возрасте трех месяцев спят без перерыва (как утверждают некоторые советчики), для детей, питающихся молоком матери, в корне неверно. Наблюдения показывают, что частота ночных пробуждений в первые шесть месяцев практически не уменьшается. На ночную «готовность сосать грудь» указывает и другой факт: дети, спящие ночью с пустышкой, спят менее глубоко.

Наблюдения показывают, что матери тоже готовы к ночным бдениям. На соответствующих видеозаписях можно заметить, что они выстраивают свой сон интуитивно в зависимости от потребностей грудного вскармливания: мама и ребенок во сне большую часть времени лежат лицом друг к другу. Стадии сна матери большей частью синхронизированы со стадиями сна ребенка – мама и ребенок спят вместе «глубоко» или «поверхностно» и часто одновременно просыпаются для кормления.

Вопрос, который неизбежно ставят отученные таким способом от сна матери: как долго это будет продолжаться? Попробуем сначала спросить не эволюцию, а других советчиков. И здесь мы обнаружим (кажется) оптимистичное послание: в возрасте шести месяцев обмен веществ у ребенка становится настолько стабильным, что он вполне может «обходиться без ночного доступа к пище». В качестве обоснования указывается следующее: уровень сахара в крови между приемами пищи снижается уже не так сильно, как у совсем маленького ребенка, малыш остается в «зеленой зоне» и без регулярной поставки калорий.

Как бы оптимистично это ни звучало, единственное, что это доказывает, – то, что ночные паузы в питании не становятся причиной проблем в здоровье. Но это не дает ответа на главный вопрос: обладает ли преимуществами для грудничка ночной прием пищи также и после первых шести месяцев жизни? Ожидает ли ребенок по-прежнему и ночью свою еду?

С точки зрения эволюции, в пользу положительного ответа на данный вопрос свидетельствует очень легкий сон. А при рассмотрении связи ночных кормлений с развитием мозга ситуация отказа от них выглядит несколько пессимистично. Хотя мозг после первых трех месяцев жизни и развивается медленнее, в период от двух до трех лет ему необходим достаточный прилив калорий, чтобы «финансировать» этот рост. В тех условиях, которые раньше были правилом, ночной прием пищи также был бы желателен и после первого года жизни.

Сокращение кормления

В условиях, когда кормление грудью не особо благоприятно сказывается на сне, начинается поиск различных путей и лазеек, чтобы это кормление сократить. Некоторые родители делают ставку на то, что насыщение организма пищей при кормлении из бутылочки держится немного дольше, чем при кормлении грудью. И это верно. Также верен и тот факт, что сон детей-искусственников не настолько легок, как сон детей, питающихся материнским молоком. Но можно уверенно констатировать: многие матери после отлучения ребенка от груди не наблюдают, что ребенок стал лучше спать. (Однако бутылочка молока на ночь нередко является первым шагом на пути отлучения от груди, и вот тут кажущееся сокращение кормления приводит родителей туда, где они вовсе не хотят оказаться, – к питанию из бутылочки…)

Немного удлинить ночной сон, возможно, поможет пустышка. Благодаря ей дети удовлетворяют свои потребности в сосании. В условиях сегодняшнего изобилия это довольно приемлемая стратегия, хотя и тема «дезориентации» детей при сосании не так давно дискутировалась. Однако дискуссии закончились к удовлетворению всех сторон: дети, растущие с пустышкой, развиваются ничуть не хуже тех питающихся молоком матери грудничков, что развиваются без пустышки[10].

Также следует заметить, что изобильное питание не помогает некоторым детям дольше спать. Более детально мы рассмотрим этот вопрос в главе 4.

Как долго следует кормить грудью?

При всех известных преимуществах, которыми обладает кормление грудью, не следует забывать, что даже это гениальное изобретение природы имеет свою цену: кормление грудью отнимает много сил[11]. А также много времени. Практически любая кормящая мать когда-нибудь начинает жаловаться на то, что она больше совсем ничего не успевает.

Косвенные потери от грудного вскармливания также могут быть существенными. Ведь кормя грудью, мама решается на стиль жизни, который может противоречить другим ее интересам: в период грудного вскармливания она меньше работает, меньше заботится о других своих детях, меньше уделяет времени своему социальному окружению или личным отношениям. К тому же ее тело подвергается серьезной нагрузке, что не проходит бесследно. Неспроста говорят в народе, что каждый вскормленный грудью ребенок стоит одного зуба.

Еще одно обстоятельство, которое, возможно, не следует рассматривать как недостаток, но которое тоже стоит учесть: как минимум какое-то время мама не сможет забеременеть.

С учетом вышесказанного становится неудивительным, что продолжительность кормления грудью как у человека, так и у зверей представляет собой выражение конфликта между матерью и ребенком. И почти везде ситуация развивается похожим образом: ребенок хочет наслаждаться преимуществами грудного вскармливания дольше, чем мать готова мириться с его недостатками. О том, какие резкие формы может принять ситуация в связи с прекращением грудного вскармливания, мы увидим дальше.

Типичная для вида продолжительность кормления грудью?

«Кормление грудью матери продолжают обычно очень долго, так как молоко у них, похоже, не кончается», – писал этнограф Ирле в начале прошлого столетия об африканском племени гереро. Даже если такое обоснование и звучит весьма своеобразно, оно вполне подходит под те выводы, которые делают многие этнографы: в большинстве культур кормление грудью длится долго – намного дольше, чем к этому привыкли в западных странах.

В среднем, согласно данным имеющихся исследований, продолжительность грудного вскармливания у человека составляла в среднем тридцать месяцев. Заключения археологов также указывают на этот факт (о времени прекращения грудного вскармливания можно сделать вывод по остаткам костей детей): находки, сделанные в местах обитания индейских племен в Южной Дакоте, свидетельствуют, что там прекращали кормление детей грудью в возрасте около двадцати месяцев. Аналогичные сведения содержатся и в Библии: согласно ее данным, иудейских детей отлучали от груди в возрасте двух-трех лет. Коран рекомендует продолжительность грудного вскармливания около двух лет. Вплоть до современной эпохи кормление грудью детей младшего возраста было совершенно нормальным явлением.

По сравнению с другими приматами даже этот период является скорее коротким. В зависимости от размера тела обезьяны кормят грудью от одного до семи лет, а человекообразные обезьяны – в среднем от пяти до семи лет. При этом – по крайней мере в дикой природе – продолжительность кормления грудью в рамках одного вида вполне предсказуема. А вот у человека даже между традиционными культурами в данном вопросе имеются довольно сильные различия. Так, в народности бофи в Центральной Африке ее представители, живущие собирательством, кормят детей грудью от тридцати шести до пятидесяти трех месяцев, а у живущих в непосредственной близости представителей другого клана период кормления грудью составляет до восемнадцати до двадцати семи месяцев.

Длинный поводок для человека

Почему настолько различается длительность грудного вскармливания у человека? Теория конфликта – один из важнейших инструментов эволюционной биологии – поможет нам разобраться в этом вопросе. Базовая гипотеза этой теории состоит в том, что средства и возможности (ресурсы) матери ограничены и при их распределении она должна принимать во внимание не только интересы нынешнего ребенка, но и интересы потенциальных следующих детей и, естественно, ее собственное стремление к выживанию. Только если она правильно сумеет распределить силы, она сможет выполнить ту программу, на которую настроены все живые существа – оставить после себя при заданных обстоятельствах максимально большое количество здоровых наследников.

Эта программа действительна для всех видов, неважно, идет речь о человеке или о мыши. Однако в том, что касается длительности грудного вскармливания, здесь имеются различные ответы: если у животных мать прекратит кормить грудью раньше, чем ее детеныш станет достаточно зрелым, чтобы самостоятельно находить для себя пищу, то малыш обречен на смерть. У человеческих матерей здесь в руках более длинный поводок: человеческого ребенка с определенного возраста можно будет кормить пищей для маленьких детей, которой изначально являлся, например, костный мозг или предварительно разжеванная еда. После происшедшей около восьми тысяч лет назад аграрной революции сюда добавилось животное молоко и все возможные виды зерновых каш. Ну а сейчас в наличии огромный ассортимент питания из баночек[12].

Осознанный расчет?

От чего же зависит, в какой момент мама захочет прекратить кормление своего, обладающего порой уже острыми зубками младенца?

С одной стороны, здесь решающее слово могут сказать традиции, хотя некоторые из них мы в полной мере даже и не осознаем. В зависимости от общества, в котором живут люди, нормальным может считаться прекращение грудного вскармливания как в возрасте четырех недель, так и в возрасте четырех лет (то есть имеет место разница почти в пятьдесят раз). Большинству жителей Германии не нравится видеть, как ребенок, который уже ходит в детский сад, все еще пьет грудное молоко. А во многих других культурах это так остро не воспринимается.

Точно одно: личное решение о прекращении грудного вскармливания опирается больше на чувства, чем на осознанное, рациональное взвешивание ситуации. Начиная с определенного момента кормление грудью может стать обременительным и воспринимается как неподходящее явление. В один прекрасный момент недостатки начинают перевешивать, а трава, как говорится, в другом месте начинает казаться более зеленой. Или же у мамы возникает впечатление, что ее молока уже недостаточно – предположение, которое довольно часто возникает среди городских жителей Западной Европы.

«Нехватка молока»

Никто уже не удивляется, встречая на электронных досках объявления следующего типа: «Предлагаю бывший в употреблении бюстгальтер для кормления, размер 75C. Кормила совсем немного, потому что моему малышу не хватало молока». Существует много женщин, которые прекращают кормление еще до истечения четвертого месяца, так как у них якобы «слишком мало молока». Решение о прекращении кормления в западных странах сегодня принимается все чаще на уровне восприятия потребностей ребенка. В большинстве случаев за ощущением нехватки молока не стоит никакая биологическая проблема. Больше того, предполагаемый спад выработки молока скорее всего возникает на почве двойственного отношения к грудному вскармливанию, а также ввиду наличия у мамы сомнений в своей компетенции как матери. Так, некоторые матери, видя, что их дети, которых они кормят грудью, пьют молоко чаще, чем «искусственники», считают это признаком того, что их молока детям стало недостаточно. Ну а детский крик, возникающий из-за стандартных для трехмесячного возраста колик, кормящими матерями воспринимается нередко и вовсе как крик, свидетельствующий о голоде. И следствием является прикармливание искусственным молоком.

Что заставляет маму прекратить кормление грудью

И тем не менее такие эмоциональные предположения возникают не без зависимости от реальных условий. То, что кормление грудью вдруг начинает казаться «слишком стрессовым процессом», может быть связано с новой работой, к которой стремится мама, или с тем, что она хочет на время передавать кому-то ребенка. Это может быть связано и с другими, совершенно разными обстоятельствами. Например, некому отвезти автомобиль на техосмотр или никто не вывозит макулатуру и т. д.

Давайте же взглянем пристальнее на «формулу», в соответствии с которой принимаются решения о прекращении кормления. Скорее всего, стоит, учитывая различия в культурах, рассмотреть такой момент, как типичная длительность грудного вскармливания, и сопоставить ее с имеющимися условиями жизни.

Когда этнологи попытались это сделать, они пришли к удивительным результатам. Они исходили из того, что матери в случае господства свойственному традиционному обществу стиля прекращают грудное вскармливание раньше, когда хотят прибегнуть к использованию подходящего для детей младшего возраста питания. Однако системная оценка времени прекращения грудного вскармливания у различных традиционных народов показала, что влияние «пищевого окружения» на удивление невелико. Оказывается, дети младшего возраста вовсе не привязаны к специфическому питанию при прекращении кормления грудью, а вполне способны обходиться размельченной взрослой пищей.

А вот вопросы условий работы женщин, как оказалось, имеют более сильное влияние. Если женщины не имеют возможности взять ребенка с собой в поле, то грудное вскармливание прекращается раньше. Матери в племенах, занимающихся охотой и собирательством, которые могут оставить своих детей под присмотром специальных людей в лагере, кормят детей «всего» один-два года. При этом достаточно мобильные группы занимающихся охотой и собирательством людей, живущие в суровых условиях (как, например, народность кунг в Калахари), кормят детей грудью три-четыре года[13].

Способствует ли социальная защищенность и поддержка матерей тому, чтобы они кормили грудью дольше? И да, и нет. Получается, что все зависит от того, кто является источником такой поддержки. Так, в традиционных обществах женщины с неплохими материальными условиями кормят грудью меньше. Женщины, получающие поддержку от других женщин (подруг или бабушек), также прекращают кормление раньше. Объяснение этого неожиданного явления следующее: когда женщина помогает матери, то выражается это прежде всего в том, что она смотрит за детьми. А что может быть матери ближе, чем использование полученной свободы с целью улучшения содержания семьи путем занятия собирательством или прочими работами?

А вот если матери оказывает поддержку отец ребенка, то следствием этого, как правило, становится более длительное грудное вскармливание. Отец обеспечивает содержание, а значит, мать получает возможность более плотно заниматься ребенком. Современная статистика демонстрирует аналогичную ситуацию: как работающие, так и воспитывающие детей в одиночку матери прекращают грудное вскармливание раньше, чем те, кто сидит дома и, соответственно, может опереться на отца ребенка как на добытчика.

Если при принятии решений, относящихся к грудному вскармливанию, речь идет о том, чтобы по возможности хорошо распределить силы, то результат вовсе не удивляет: более поздние дети, в особенности последние, получают грудь дольше. Там, где ребенка больше не ждут, проявляется больше щедрости[14].

Влияние культур и отдельных личностей

Решение «за» или «против» кормления грудью – это в итоге всегда вопрос «чувства»: насколько я как кормящая мать буду себя ощущать комфортно? Как будут на меня смотреть другие? Неудивительно, что решающую роль играет партнер. Если он положительно смотрит на кормление грудью, то ребенок питается материнским молоком значительно дольше.

Большое значение имеет и то, как общество в целом относится к грудному вскармливанию. И тут существует определенная путаница: с одной стороны, в современных обществах материнское молоко рассматривается как наилучшее питание для ребенка и педиатры не устают подчеркивать его преимущества. С другой стороны, грудное вскармливание частично вызывает подозрения – считается, что ребенок, имея свободный доступ к груди, может избаловаться или привыкнуть к тому, что ему всегда удается реализовать свое желание.

К тому же, например, в англосаксонских странах грудное вскармливание считается чуть ли не сексуальным действием, и в некоторых из этих «современных» стран на публичное кормление наложено табу, что отнюдь не способствует его популяризации. Еще в 2008 году некоторые средства массовой информации США назвали «сексуально возбуждающей» фотографию кормящей грудью Анджелины Джоли, исполнительницы роли Лары Крофт. Напомним, на фото была видна лишь небольшая часть ее левой груди. В сети Facebook, где друг с другом общаются около ста двадцати миллионов человек, фотографии кормящих грудью матерей удаляют сразу же, если на них видна хотя бы часть груди.

Как долго? Точка зрения эволюции

Из сказанного становится ясно: универсального ответа на вопрос об оптимальной продолжительности кормления грудью не существует. Ответ на этот вопрос всегда зависел от условий жизни матери, от того, насколько большое влияние имеют связанные с грудным вскармливанием недостатки в каждом конкретном случае.

Ясно, однако, одно: с точки зрения эволюции грудное вскармливание представляет собой решение, создающее ребенку вплоть до младшего детского возраста массу преимуществ. Пригодные для организма маленького ребенка источники белка в истории человека всегда были слишком бедны, а на этапе экстремально быстрого роста мозга, то есть в первые три года жизни, любая «добавка» к питанию всегда приветствовалась. «Молочный фундамент», образуемый грудным молоком, помогал сгладить обусловленный сезонным фактором дефицит на этом критическом этапе развития.

Наблюдения за детьми в менее благополучных обществах также показывают, что дети младшего возраста, покрывающие потребности в питательных веществах большей частью от прикорма, только выигрывают от иммунологической защиты, предоставляемой материнским молоком. Ибо начинающийся вместе с прикормом переход к источникам питания для взрослых является также переходом в мир болезнетворных микробов. Даже сегодня решающим вопросом для выживания детей младшего возраста в критических условиях является вопрос о том, как долго их (в дополнение к прикорму) кормили грудью.

Тяжело сказать, обладает ли длительное кормление грудью преимуществами с точки зрения здоровья (вопроса об эмоциональной привязке мы коснемся в главе 10). Надежные и хорошо усваиваемые детьми младшего возраста источники белка сейчас лежат на полках любых супермаркетов, а ввиду повсеместного соблюдения правил гигиены иммунологические преимущества материнского молока (прежде всего имеется в виду защита от диареи) уже давно не обладают решающим воздействием. Однако имеются данные о том, что защитная система организма детей, дольше получающих грудное молоко, развивается более благоприятно. Так, например, известно, что у этих детей реже развивается целиакия (непереносимость содержащегося во многих видах зерна глютена), если они получают одновременно и прикорм, и грудное молоко. Вероятно, грудное вскармливание и в сегодняшних условиях представляет собой некий вид «иммунологического защитного щита», при наличии которого дети могут лучше приспосабливаться к новому миру питательных веществ в младшем детском возрасте. То, что грудное вскармливание может защитить от аллергии, выглядит правдоподобно, но наука на этот вопрос однозначного ответа не дает.

Кормление грудью и самостоятельность

Во всяком случае, в оценке «затрат» на грудное вскармливание в последние десятилетия наметились глубокие изменения. Многие матери озабочены тем, что якобы длительное кормление грудью может нанести ущерб психическому развитию детей: оно «балует» детей, препятствует развитию в них самостоятельности. Некоторые родители опасаются власти привычки: если долго кормить ребенка младшего возраста, то возникает возможность «никогда не оторвать» его от груди… В связи с этим профессиональная ассоциация американских педиатров посчитала необходимым выступить с успокоительным заявлением о том, что «не существует никаких указаний на наличие вредного влияния на психику и на развитие ребенка, если кормить его грудью на третьем году жизни и дольше».

Вопросам самостоятельности и «избалованности» уделено некоторое внимание в главе 5 и 12, в разделах «Размышления». Здесь же заметим вкратце: то обстоятельство, что дети становятся самостоятельными, в эволюционных условиях прошлого обладало не меньшими преимуществами, чем сегодня, и поэтому вряд ли следует думать, что наблюдавшаяся в прошлом в обществе большая продолжительность грудного вскармливания каким-то образом вредила этой цели. Исследования, в ходе которых сравнивалась самостоятельность детей из традиционных обществ, где имела место большая продолжительность кормления грудью, с социальной компетенцией и самостоятельностью детей из западных стран, которых не кормили грудью вообще или кормили короткое время, продемонстрировали более высокий уровень самостоятельности детей из традиционных обществ.

Ну а как быть с тем, что ребенка тяжело отлучить от груди? Здесь мы сталкиваемся с очередной темой, связанной с грудным вскармливанием, – это конфликты, связанные с отнятием от груди.

Отнятие от груди

Каждой матери хочется, чтобы отнятие от груди не превратилось для ее ребенка в слишком «жесткую посадку» и чтобы оно прошло без боли и слез. Но ведь противодействовать учению эволюционной биологии невозможно. Теория эволюционного конфликта (с которой мы встретимся в главе 2, раздел «Размышления») говорит, что при принятии решения о прекращении грудного вскармливания почти неизбежно следует ожидать конфликтов. Основная гипотеза этой теории утверждает, что дети настроены эволюцией таким образом, что они всегда требуют больше, чем родители способны им дать!

Поэтому неудивительно, что взгляды о «наилучшем» моменте для отлучения от груди расходятся. Допустим, мама решила прекратить кормление грудью в связи с тем, что хочет родить еще ребенка. С ее точки зрения, разумно использовать некоторую паузу перед бурей, чтобы набраться немного сил после бессонных из-за кормления ночей. Но у ребенка другое видение данного вопроса: он принимает в расчет только свои интересы и не хочет отказываться от груди. Некоторые ученые идут еще дальше, рассматривая возникающие практически у всех детей в возрасте от двух до четырех лет приступы ярости как некое нормальное сопровождение эволюционно обусловленного конфликта, связанного с прекращением грудного вскармливания (об этом будет дискуссия в главе 7).

Но права ли теория конфликта в ее пессимистических допущениях? Правда ли, что при прекращении грудного вскармливания нет подходящего для обеих сторон хорошего решения? Разве не говорят некоторые родители о том, что их дети сами отказались от кормления грудью?

Трюки с детенышем шимпанзе

Посмотрим, как обстоят дела у наших ближайших родственников. Практически у всех видов обезьян отлучение от груди – это горячая тема. За материнскую грудь идет настоящая борьба.

Важнейшим средством борьбы в разгорающемся вокруг прекращения кормления конфликте являются частые приступы гнева. Детеныши шимпанзе не брезгуют даже тем, чтобы целенаправленно помешать матери спариваться. В этом поведении усматривается настоящая печаль. Детеныши орангутанга после отлучения от груди часто даже плачут ночами.

Популярной также становится регрессия. Маленькие любители грудного молока всячески демонстрируют свою потребность в защите и утешении и вынуждают мать носить их на своей спине, что обычно обезьяны делают только с совсем малышами. Или детеныши начинают вдруг ковыряться в шерсти матерей – возможно, чтобы улучшить их настроение. А то и демонстрируют весьма задорные номера, например маленькие шимпанзе провоцируют нападение своих старших собратьев, чтобы мать им предложила свою защиту и утешение. Наблюдали даже одного детеныша, который бежал к своей маме, хромая. Ну а после отдыха на ее груди он ушел от нее ровной походкой, как будто исцелился.

Что на кону?

Нам сейчас тяжело себе представить, каким решающим событием являлось прекращение грудного вскармливания в прежние времена. Ведь в те времена не существовало адаптированных молочных смесей, было только животное молоко. Прекращение кормления грудью означало смену надежного, богатого энергией источника питания на абсолютно ненадежную и содержащую различное количество энергии пищу.

Сюда добавлялось и то обстоятельство, что часто вместе с прекращением кормления грудью исчезала и близость к матери. Ведь в условиях жизненного стиля охотников и собирателей мать с маленьким ребенком часто была полностью загружена и даже перегружена: те, кто проходит в год до двух тысяч километров и вынужден при этом тащить с собой малыша, рады, когда после прекращения кормления грудью о ребенке позаботится кто-то другой. Следовательно, прекращение грудного вскармливания часто означало для ребенка не только некоторые качественные изменения в питании, но и глубоко идущие социальные изменения. Вместе с грудью ребенок менял, так сказать, весь свой «образ жизни». Наши дети и сейчас носят в себе это наследие.

Большой перелом

Попытаемся взглянуть несколько вглубь темы. Мы рассматриваем сегодня развитие как некую сплошную череду состояний: сначала это грудной младенец, затем ребенок младшего возраста, затем он пошел в детский сад, после в школу, и наконец наступают пубертатный период и молодость. Двигаясь по этому пути, дети постепенно становятся самостоятельнее, «поводок», связывающий их с родителями, все больше и больше удлиняется, пока наконец совсем не обрывается. Но в прежние времена, времена охоты и собирательства, реальность была совершенно иной. До вступления в пубертат было лишь два жизненных этапа: этап грудного ребенка (приблизительно первые три года жизни) и затем этап маленького ребенка в группе детей (период с момента прекращения грудного вскармливания и до посвящения во взрослые). И между этими жизненными стилями находилась глубокая яма. Сначала «поводок», связывавший с матерью, был очень коротким (еще короче, чем у нас), чтобы затем разом стать слишком длинным (длиннее, чем у нас). И мы, европейцы, тем сильнее замечаем контрасты в детях из обществ охотников и собирателей: сегодня они еще у груди матери, а завтра уже вооружены отравленными стрелами в группе детей в первобытном лесу.

Есть сведения, что в африканском племени бофи детей после прекращения грудного вскармливания никто не брал на руки – ни мать, ни другие. У народности кипсиги из Кении детей, которых не кормят больше грудью, в кровати размещают не лицом к матери, а спиной, а рядом с матерью лежит новый младенец. В некоторых других культурах прекращение грудного вскармливания означало, что ребенок должен теперь спать не с матерью, а с братьями-сестрами или даже с бабушкой. Таким образом, младенцы теряли физическую близость с матерью. Не просто так в некоторых культурах процесс прекращения грудного вскармливания также называют «разводом». Отучение от материнской груди являлось намного более значимым событием, чем изменение окружающей среды, эмиграция или даже женитьба. Значит, в основе своей конфликт, связанный с прекращением грудного вскармливания, является конфликтом разрыва связей.

Всё-таки борьба?

Неудивительно, что в этом конфликте как дети, так и матери настроены бороться с использованием всех возможностей: матери народности кунг в Калахари наносят на грудь пасту из горьких трав. Женщины народности зулу используют для этой цели измельченных мух. У других народов используется соленая томатная паста, коровий навоз, сок табака или же лимонный сироп и даже порошок из перца чили. Сегодня в народе бофи используют также и другой метод: закрашивают соски лаком для ногтей красного цвета, чтобы ребенок думал, что на груди открытая рана. С этой же целью на соски накладывают повязки. В ход идут различные страшные истории. Например, о том, что по груди матери ползают гусеницы. Или же мама зовет старших детей, которые начинают насмехаться над младшим, как только он пытается подобраться к груди. Существуют и более изощренные способы, когда в действие вступают взрослые в масках, угрожающие взять ребенка с собой, если он еще раз приложится к груди. Почти святым на этом фоне выглядит метод, когда материнское молоко выжимают на руку ребенка и заставляют его стряхнуть это молоко на пол или в мусорное ведро, как будто оно «плохое».

Кто думает, что сопротивление бесполезно, тот заблуждается. Если внимательно прочитать раздел выше о том, как детеныши человекообразных обезьян ведут себя во время конфликта, то можно реально представить, каким арсеналом располагают человеческие дети – в частности, речь идет о плаче, крике, регрессии, о приступах ярости, когда дети нередко пускают в ход руки.

Идеальный конфликт – это отсутствие конфликта

И все-таки ничего не мешает вообразить себе и такую ситуацию, когда прекращение грудного вскармливания проходит тихо и спокойно. Эволюционный биолог Бейтсон так обобщает свое мнение об этом: «Мама и ребенок при прекращении грудного вскармливания не так уж редко учитывают взаимные интересы, как будто они находятся в одной упряжке». В связи с этим возникает вопрос: когда наступает конфликт, а когда озарение?

Первое утверждение этнолога состоит в следующем: «ценность» кормления грудью в первую очередь связана с возрастом ребенка. Чем меньше возраст, тем важнее материнское молоко для его развития. Поэтому маленькие дети и протестуют сильнее.

На самом же деле наблюдается в корне противоположное явление! Чем старше дети, когда прекращается грудное вскармливание, тем больше протеста наблюдается с их стороны при отлучении от груди! Разве это не переворачивает с ног на голову всю теорию конфликта эволюционных биологов? Нет. И этот парадокс легко объяснить: протест старших детей является не только более громким, они могут себе позволить, в отличие от маленьких детей, сделать «больше шума из ничего».

Громкий протест обходится беззащитному грудничку, который день за днем вынужден расходовать треть своей энергии на рост, намного «дороже», чем ребенку младшего возраста, которому для роста требуется всего лишь 5 % его энергии! Следовательно, протест против отъема от груди обходится тем «дешевле», чем старше ребенок. А значит, с возрастом растет и вероятность того, что возможны преувеличения и утрирование, а также того, что мама будет вынуждена делать вещи, которые ребенку больше совершенно не нужны.

Наряду с возрастом есть еще и второй фактор, который способен объяснить степень раздора между мамой и ребенком. Речь идет о том, насколько радикальным в социальном смысле является отказ от грудного вскармливания. Если при прекращении кормления грудью ребенку угрожает и потеря близости с матерью, то борьба за доступ к груди идет более ожесточенно Этнолог Хиллари Фаутс замечательно это продемонстрировала на примере двух групп африканской народности бофи: одна группа жила в соответствии с традиционным стилем собирательства, другая – как оседлые крестьяне. Обе группы после прекращения грудного вскармливания обходились со своими детьми по-разному. В племени собирателей при прекращении кормления грудью образовавшуюся брешь заполнили другие члены племени, которые начали интенсивно заботиться о ребенке вместо матери: детей много носили на руках, держали на коленях. А вот детей крестьян носили на руках намного меньше. И произошло то, чего не ожидал никто: эти дети полностью потеряли свой статус и вынуждены были большую часть времени присматривать за младшими братьями и сестрами. Реакция на этапе прекращения вскармливания была соответствующей. Среди крестьянских детей возникали душераздирающие конфликты вокруг материнской груди, а в группе собирателей слез и сопротивления было намного меньше.

В-третьих, большую роль играет также и личность ребенка. У некоторых детей нервы натянуты сильнее, следовательно, при конфликтной ситуации и сам конфликт выглядит более резким.

С точки зрения эволюции

В то время как интересы матери и ребенка во время кормления на протяжении длительного времени соответствуют друг другу, рано или поздно наступает момент, когда эти интересы расходятся. Когда этот момент наступит, зависит – как мы увидели в первой части этой главы – прежде всего от жизненных обстоятельств матери.

То, как ребенок будет защищаться от прекращения грудного вскармливания, имеет свою индивидуальную подоснову, но зависит это также и от того, в каком объеме он теряет свой обычный доступ к материнской «ближней зоне».

Исходя из этого, можно сформулировать советы для родителей. Даваемый из самых лучших намерений поборниками максимально «естественного» воспитания совет, что матери должны давать ребенку возможность решить самостоятельно, когда прекращать кормление грудью, с точки зрения эволюции выглядит неубедительно. Ребенок в своих ожиданиях ориентируется в первую очередь на свои интересы, а они, конечно, могут, но не должны обязательно совпадать с интересами мамы, братьев и сестер и семьи в целом. Существующую в семье потребность постоянного сбалансирования интересов невозможно делегировать ребенку!

Больше помочь может другой аргумент. Степень «сопротивления» детей при отлучении от грудного вскармливания зависит, как мы смогли увидеть, также и от того, насколько сильно изменится стиль жизни ребенка в связи с отлучением от груди. Ведь кормление грудью (что мы часто забываем) обеспечивает ребенка не только молоком, но и особенным, интенсивным, чувственным и «личным» ощущением общности с матерью во время кормления. Значит выросшему из возраста грудничка ребенку надо предложить регулярную возможность эмоциональной страховки и выражения нежности. Также важно постепенно отлучать ребенка, а не резко и сразу «отсекать» его от возможности грудного вскармливания. Если у ребенка есть время, чтобы сформировать новые привычки и ритуалы близости, приучиться к переходным объектам (например, кукла-платочек), если этому будет способствовать все социальное окружение, то и конфликтов будет меньше. Таким образом, отлучение от грудного вскармливания перед тем, как мама вновь начнет ходить на работу, будет более насыщено стрессом, чем отучение в спокойной обстановке в течение более длительного периода. Грудное вскармливание – это прежде всего некий привилегированный вид коммуникации и развития отношений. И то, что на его замену требуется достаточное количество времени, вполне понятно.

Размышления
Конфликты в семье – ошибки природы?

Типичная журнальная картинка семьи – образец гармонии. Излучающие радость мама, папа и ребенок, вместо пятен от сладостей на одежде красуются заутюженные складки…

Такая согревающая сердце картинка представляется как правило, в начале семейной жизни для многих будущих родителей. Однако те же родители начинают ужасно страдать, когда картинка вдруг изменяется. Когда они замечают, что они не могут сделать хорошо всем. Чем лучше заняться: собственным образованием или побыть с ребенком дома? Лечь ли вечером спать с ребенком, чтобы он мог сладко заснуть, или же сделать наконец то, что мозолило глаза в течение всего дня (например, застирать те же пятна от сладостей)? Или же, наконец, один раз предпринять что-то только для себя?

Такая вот дилемма. И выражается она в том, что невозможно «самореализоваться» и одновременно полностью быть в распоряжении детей! Однако если конфликты – это изобретение современности, то почему самый длинный раздел в предыдущей главе посвящен «естественному» конфликту, конфликту, связанному с прекращением грудного вскармливания?

С точки зрения эволюции

Почему интересы детей и родителей иногда расходятся? Где формируются конфликты и как их можно преодолеть? Почему «выгода для всех» даже в семье бывает настолько редкой?

Давайте рассмотрим картинку еще раз, теперь уже с упомянутыми выше пятнами на одежде. Хотят ли все изображенные на картинке лица одного и того же? И да, и нет. Конечно же, все хотят хороших отношений друг с другом и хотят быть «счастливы вместе». С другой стороны, у каждого из изображенных имеются свои собственные интересы. Один ребенок хочет на руки к маме, его брат хочет того же. Папа смотрит на часы: ему нужно обязательно успеть на совещание в одиннадцать часов. А вот мама хотела бы, чтобы папа обратил в первую очередь внимание на сломанный велосипед Ларса! Достаточно запутанная ситуация. Неудивительно, что в настоящей жизни в семьях наряду со счастливыми лицами можно часто увидеть лица задумчивые или даже разочарованные.

Эволюционные биологи стараются приблизиться к этому комплексу разнообразных интересов с другой стороны. Они строго придерживаются биологической теории. Любое существо (это их первая гипотеза) начинает жизнь с биологически обоснованным, а именно – со своим генетическим интересом. Кто понимает этот интерес, тот, по убеждению многих эволюционных биологов, имеет возможность понимать и предсказывать конфликты, в том числе и в семье.

Такой подход вытекает из современной теории эволюции. В соответствии с ним все живые существа преследуют один и тот же «ультимативный» жизненный интерес, а именно: увековечить свои гены, насколько это возможно, то есть передать их из поколения в поколение (подробности этой теории изложены в главе 9). Что может быть еще ближе, чем рассматривать гены как носителя собственного «интереса» и изучать конфликты, так сказать, с точки зрения генетики?

Возможно ли эту теорию перенести на человека?

Сразу возникает вопрос: можно ли применить «генетическую» теорию конфликта по отношению к человеку? Что-то говорит о том, что тут необходимо соблюдать осторожность. У конфликтов множество измерений: большую роль играет психика, жизненная история конкретного человека, его личность и, конечно же, свои особые моменты, которые для одного могут иметь значение, а другому будут совершенно безразличны. Если дети решили поспорить из-за игрушки, то не следует сразу искать какой-то их генетический интерес! Эволюционная теория конфликта вовсе не служит для того, чтобы объяснять отдельные конкретные случаи. И не выступает в качестве универсального объяснения детского поведения.

С другой стороны, именно дискуссия вокруг прекращения грудного вскармливания показала, что определенные способы поведения могут отобразить заложенный в ребенке репертуар конфликтов. Поэтому эволюционная теория конфликта может послужить в качестве механизма понимания ситуации там, где следует объяснить повторяющиеся, возникающие при множестве условий и наблюдаемые во всех уголках планеты образцы поведения. Давайте же пристальнее вглядимся в этот инструмент. Возможно, это позволит навести немного порядка в субъективном мире интересов.

Математика генов

Члены одной семьи не являются генетически идентичными личностями, но они в чем-то похожи друг на друга. Дети являются родственниками каждого из родителя на 50 %, так как половина их генов происходит от матери, а другая половина – от отца. Пятьдесят процентов – это много или мало? Много, если рассматривать ситуацию с точки зрения принадлежащего к семье собрата, но мало, если рассматривать ситуацию с точки зрения каждого отдельного члена семьи, который является на сто процентов «родственником» только для самого себя. В этой различающейся оценке и находится очевидный потенциал для развития конфликта.

Например, в отношениях матери и ребенка: мать в обычных условиях не хочет предпочесть интересы одного ребенка за счет другого (ведь, в конце концов, она является родственником в равной мере каждому из них), каждый ребенок является самому себе наиболее близким человеком и поэтому требует больше, чем мать ему может предоставить! А мама должна учитывать и всю остальную семью (включая возможных будущих детей).

Однако совершенно не учитывать интересы своих братьев и сестер ребенок, в соответствии с логикой его генов, не должен. Ведь, в конце концов, он является родственником своих братьев и сестер также на 50 % и должен отчасти учитывать и их благополучие! Возможно, вам лучше удастся понять ситуацию с помощью следующей картинки, используемой психологом Стивеном Пинкером: «Возьмем двоих детей и одно условный пирок. Любой ребенок наверняка захочет разделить пирог таким образом, чтобы ему самому досталось две трети, а брату или сестре одна треть». Если же пирог будут делить родители, то каждый из детей получит по половине.

Узнавать родственников

Это звучит несколько абстрактно. И все-таки социальные виды животных похожим образом выстраивают свое поведение, исходя из родственных отношений. Это предполагает, что они «знают», кто чьим родственников является.

Фактически же исследование показывает, что животные могут написать целую книгу о своих родственных отношениях. При этом различные виды животных используют различные «методы», чтобы узнать друг в друге родственников. Часто определенную роль играют запахи: с их помощью белки даже могут отличить сводных братьев и сестер от родных. Птицы узнают родственников по типу контактного крика, которому они учатся, еще будучи птенцами, когда родители подлетают к гнезду. У приматов свою роль играют прежде всего визуальные впечатления от лица: многие виды животных могут с помощью этого признака оценить родственные отношения даже среди не относящихся к их группе обезьян. А что с человеком? Он знакомится со своими родственниками через «социальные указатели»: узнает, кто приходится ему дядей или тетей, по реакции других. Но он также способен оценить и родственные отношения других людей, узнавая схожие моменты по лицам, при этом он скорее всего ориентируется по верхней половине лица (однако, что интересно, не по глазам).

Кто кого предпочитает?

С социальными видами животных все понятно: конфликты и коалиции отражают степень родства. У белок, например, выводок которых в большинстве случаев включает в себя как родных братьев и сестер, так и сводных, исследователи смогли показать, что сводные братья и сестры чаще вступают друг с другом в конфликты, чем полнородные. И хотя мать у них одна и та же, да и выросли они в одной и той же материнской утробе и в одном и том же гнезде, малыши очень по-разному относятся друг к другу!

А что с человеком? Если спросить родителей, то покажется, что законы джунглей в семье не работают. Большинство родителей при опросах указывают, что они относятся к своим детям «одинаково». Однако этому противоречит мнение самих детей: большинство из них утверждает, что по сравнению с их братьями и сестрами их в чем-то ущемляют. Такие различия во взглядах кажутся подходящими к эволюционной модели конфликта.

А что со сборными семьями? Так как родные и сводные братья и сестры являются друг другу родственниками лишь на 25 %, то им, каждому для себя, приходится требовать кусок пирога с общего стола в четыре раза больше, чем они предоставили бы брату или сестре-конкуренту. Ну и, соответственно, те, кто делит условный пирог, предпочитают своего родного ребенка. Мы помним, что в мифах и сказках конфликты между пасынком (падчерицей) и отчимом (мачехой) всегда были и будут – привет от Золушки.

Как обстоит дело сегодня? Имеется множество примеров того, что распределение условного пирога, в том числе и в сборных семьях, происходит успешно и справедливо. Но есть также и свидетельства того, что в среднем обращение с пасынками и падчерицами хуже, чем с биологическими детьми. Таким образом, генетические конфликты – это не обязательно судьба. Но при определенных обстоятельствах они могут сыграть свою роль.

У каждого конфликта свои условия

И все-таки: при каких конкретных условиях сегодня имеют для нас значение конфликты, предусмотренные эволюцией? Пример конфликта, связанного с прекращением грудного вскармливания, продемонстрировал, как по-разному разыгрываются в жизни такие конфликты: в то время как для некоторых детей отучение от грудного вскармливания связано с большим количеством слез, другие дети отучаются от него совершенно самостоятельно.

Снова и снова появляется один мотив: размер условного пирога. Если он небольшой, то при его разделе будет больше споров. Так, степень выраженности сиблингового соперничества в младшем детском возрасте, например, в значительной мере зависит от разницы в возрасте между детьми. Чем эта разница меньше, тем, как правило, ограниченнее ресурсы для того, чтобы конкурировать (как, например, за то, кто будет сидеть на коленях у матери). История полна примеров того, что конфликты в плохие времена разгораются, как правило, сильнее: так, раньше было обычным делом исключать некоторых детей из распределения родительского имущества. Девочки часто в «репродуктивном» отношении оставались ни с чем: их запирали в монастырь или вынуждали отказываться от брака, чтобы они обеспечивали родителей.

Если опять взять в пример условный пирог, то станет понятно, что связанные с распределением конфликты зависят также от возраста матери. Для матери старшего возраста каждый ребенок может стать последним, и в соответствии с эволюционной теорией конфликта она будет делить пирог на более крупные куски, чем в ситуации, когда ей могут предстоять еще беременности. Рождающиеся последними дети во всех культурах (кстати, и у приматов тоже) получают больше внимания и помощи.

Последний пример одновременно демонстрирует и слабые места теории: существует много примеров, в отношении которых предсказания оказываются неверными или в которых верным оказывается противоположное. В поведении человека сочетается множество факторов: убеждения, традиции, влияния других культур. Эволюционная теория конфликта поэтому не может описать больше, чем возможные поля развития конфликта и заданные места разрыва, в которых могут возникнуть «трещины». Расширятся эти трещины или нет, приведут ли они к разрыву – это уже зависит от конкретных условий. Теория конфликта ни в коем случае не утверждает, что дети не могут быть нежными братьями и сестрами![15]

А это связано также и с другим обстоятельством: конфликты являются лишь одной стороной медали. Человек (и другие социальные виды) располагает одновременно возможностями и задатками, позволяющими обходить конфликты, подавлять и решать их. Природа позаботилась не только о конфликтах, но и также о соответствующих стратегиях их решения! Мы к этому вопросу еще вернемся.

Возможные области развития конфликтов

Пройдемся по жизни ребенка и посмотрим, где с эволюционно-биологической точки зрения нас могут подстерегать конфликты.

В утробе матери

Первый конфликт уже закладывается в момент оплодотворения – начало новой жизни представляет собой довольное тяжелое, учитывая последствия, событие! Матери в ближайшие девять месяцев предстоит истратить восемьдесят тысяч килокалорий, чтобы дать кровь и плоть новому существу. И последующие пятнадцать лет мама будет обязана прикладывать огромные усилия, хотя одновременно к ней будут предъявлять требования и другие ее дети. И не случайно здесь имеют место определенные разнонаправленные подвижки. Плоду придется первому успокаивать иммунную систему матери: в конце концов, так как он содержит и отцовские клетки, он, этот плод, является для иммунной системы матери чужаком. Плод обеспечивает спокойствие иммунной системы матери, вырабатывая вещества, благодаря которым вокруг него создается некое подобие иммунологической защитной зоны. Следующим этапом является подключение плода к материнской системе кровоснабжения. При этом плод попытается открыть все «краны» на полную. При определенных обстоятельствах, например когда обмен веществ по каким-то другим причинам переходит в «режим экономии», мама возражает. Как следствие, плод растет медленнее.

После рождения

Следующий заложенный природой конфликт разгорается в первые же дни после рождения. На этом этапе ребенку прежде всего важно получить доступ к важнейшему в его жизни источнику – материнской груди. Вряд ли можно себе представить, что этот доступ не будет ему предоставлен. Как показывает один из разделов главы 10, такое – возможное только для человека – решение (не дать младенцу доступ к груди) иногда принимается.

Период грудного развития с точки зрения эволюционной биологии представляет собой довольно гармоничное время: мама дает ребенку много всего и очень охотно. Она приняла решение в пользу ребенка, открыла ему доступ к своим ресурсам, и важным в этом момент становится только одно: чтобы малыш быстро рос и раскрывал полностью свой потенциал.

Только когда наиважнейший орган человека – мозг – в некоторой мере созрел и ребенок постепенно начинает обходиться твердой пищей, в интересах ребенка и матери снова наступает дисбаланс. Ведь для матери грудное вскармливание месяц от месяца становится все «затратнее», и, наконец, ей необходимо оценить свои силы для возможной новой беременности. Одновременно начинает постепенно снижаться польза кормления грудью также и для обладающего уже зубками малыша. Возникает конфликт, связанный с прекращением грудного вскармливания, уже известный нам по предыдущей главе.

Ну и следующий «заложенный» природой конфликт – это рождение брата или сестры. Да и вообще жизнь с ними. Ведь брат или сестра – это не только хороший товарищ в игре, но и своего рода конкурент. Оба ребенка захотят внимания, участия, «сладенького» от матери, и в большинстве случаев они будут хотеть больше, чем она сможет им дать. Разве в этой ситуации для старшего ребенка может быть что-нибудь естесттвеннее, чем время от времени делать вид более нуждающегося в заботе матери, чем на самом деле? Это – после рождения братика или сестренки – является популярной стратегией, называемой также регрессией. Исследования показывают: отношения братьев и сестер складываются тем лучше, чем больше поддержки получает сама мать, чем лучше она себя чувствует, чем больше перерыв между рождением детей. Следующим важным фактором является скорее всего подгонка темпераментов – так, между братьями и сестрами с похожим темпераментом разгорается меньше конфликтов, если только они оба не является тяжелыми по характеру.

В пубертатный период

Особенно интересный конфликт развивается между детьми разного пола. Если у них пубертатный период наступает почти в одно и то же время, то возникает вопрос, как эту ситуацию урегулирует природа. Как она позаботится о том, чтобы привязанные друг к другу, желающие поэкспериментировать (но не обязательно разумные) молодые люди не нашли друг друга привлекательными и даже не произвели на свет ребенка? Первое указание на решение данной загадки пришло из израильских кибуцев 1950–1960-х годов. Маленькие дети участников тогдашнего кибуцного движения росли не у родителей, а в детских домах, называемых квутца, в которых одновременно находилось от шести до восьми детей. Среди участвовавших в исследовании трех тысяч случаев свадеб из участников кибуцного движения не было ни единого случая, когда партнеры в первые шесть лет своей жизни воспитывались вместе в одной и той же квутце!

Другие исследования также показывают, что между вместе воспитывавшимися детьми возникает некое неосознанное физическое отторжение. Многое говорит о том, что оно передается через запах. Многие родители замечают, что сын и дочка в пубертатный период все меньше могут «принюхиваться» друг к другу. «Контактное отторжение», похоже, развивается в ходе интенсивного совместного проживания в первые годы жизни, а не заложено генетически. Даже у не являющихся родственниками братьях-сестрах, растущих вместе, развивается неприятие к запахам друг друга! Кроме того, очевидно, что физическое «отторжение» уменьшается или даже исчезает совсем, если братья и сестры длительное время живут раздельно.

Следующий конфликт в период пубертата, с точки зрения эволюционной биологии, также является достойным упоминания: конфликт между матерью и ее находящейся на этапе пубертата дочерью. За этой борьбой, видя которую, отцы вынуждены лишь пожимать плечами, может стоять реальный мотив: на этом жизненном этапе как дочь, так и мать привлекательны для мужчин. Да и надо сказать, что не только в романе «Доктор Живаго» возникают ситуации, когда друга матери впечатляет более юное создание (при этом многие думают о том, что «совершенная нуклеарная семья» не обязательно была стандартной моделью человеческой истории).

А родители?

Папа и мама ребенка охотно рассматриваются как естественная упряжка, используемая при выращивании совместных детей. С точки зрения эволюции это грубая идеализация. Ибо проект «родительский коллектив» для мамы и для папы не обязательно имеет одно и то же значение. Для мамы материнство всегда представляет собой обходящееся достаточно дорого жизненное решение: в конце концов, именно мать несет все тяготы беременности и играет главную роль в течение многих лет.

Насколько дорого членство в родительском коллективе обходится отцу, зависит от многих обстоятельств. Перед ним открыты и другие перспективы. Он может полностью посвятить себя семье, он также может решиться и на другое партнерство или даже создать другую семью. Поэтому неудивительно, что конфликты между родителями часто вращаются вокруг степени отцовской активности в семье.

То, что родительский коллектив – вопреки фольклору – не всегда сплочен, демонстрирует нам и статистика: после рождения ребенка удовлетворенность партнерскими отношениями в большинстве случаев снижается, причем часто это начинается еще во время беременности. К тому же вопреки часто распространяемому образу «матери от природы» у женщины в течение первого года после рождения ребенка возникает больше различных психических проблем, чем в любой другой момент ее жизни. Риск особенно сильно возрастает в случае, когда мама вынуждена быстро вернуться на рабочее место, если у нее мало социальной поддержки и когда дети рождаются сразу друг за другом. В главе 12 мы еще раз остановимся на вопросах партнерства.

Решения

«Гармония скучна» – похоже, именно такая табличка должна красоваться перед входом в дом любой семьи. Получается, что приличная часть жизни в семье вращается вокруг решения различных конфликтов. И пожалуй, в предыдущем разделе наиболее интересными аспектами были не столько сами конфликты, сколько исходные идеи для их решения (например, элегантное решение проблемы соблазна инцеста).

В интересах всех участников конфликты должны решаться, даже если их участники хотят получить больше, чем могут. В конце концов, вовсе не в интересах ребенка получить «все». Если мама будет загружена сверх всяких пределов, то страдать от этого будет и ребенок.

Где находится компромисс, можно увидеть с точки зрения эволюции, глядя на размер условного пирога, который предстоит разделить. Если родителям живется хорошо, если они имеют возможность опоры на обширную социальную сеть, то количество (и качество!) конфликтов уменьшается. Становится очевиден один важный аспект: семейная жизнь не может вращаться только вокруг того, чтобы дать ребенку как можно больше! Более того, всем пойдет на пользу, если родители не будут упускать из виду свои собственные отношения и свой собственный путь развития. Если радоваться только шагам в развитии ребенка и запустить свою собственную жизнь, то «условный пирок» просто усохнет. И здесь точка зрения эволюции соприкасается с точкой зрения современных семейных психотерапевтов. Так, например, Джеспер Джул в своей книге «Нет из любви» четко указывает на то, что границы в воспитании вытекают уже хотя бы из того, что родители защищают свои собственные границы. И это делает картину «условного пирога» достаточно ясной, что идет и во благо детей! Интересно, насколько активную роль играют в этом «перетягивании каната» якобы слабые дети. Ничто не может быть в эволюционной модели конфликта более нереалистичным, чем представление о родителях, которые распределяют с добротой и мудростью свои дарования и таланты среди своих пассивных детей. Ибо дети в процессе эволюции давно сумели сделать свои слабые стороны сильными и прекрасно отшлифовали все различными трюками. Они милы и очаровательны, умеют плакать так, что любой камень станет мягким, они могут показаться нам маленькими и беспомощными, а также они умеют мучить своих родителей, пытать их без зазрения совести.

Дети привносят с собой и еще кое-что, а именно – ощущение того, каким «простором для переговоров» они обладают в случае конфликта. Ведь родители могут замечать, что детям легко дается принять то, что для родителей является действительно необходимым. Дети следуют за родителями, когда замечают, что по-другому просто не получается.

Конфликты – это часть плана эволюции

Мы часто думаем, что в таком важном доме, каким является семья, к имеющимся замкам должны подходить все ключи. Если что-то происходит не так, то произойти это должно в семье – как будто она является противоположным полюсом «настоящему», суровому, наполненному конкуренцией миру.

Прошу прощения, но семья – это часть мира. Отношения в семье вовсе не могут быть всегда гармоничными с точки зрения эволюционной биологии, ведь и родительским ресурсам есть предел. И даже «золотая мама» является ресурсом исчерпаемым.

Глава 3
Прикорм с точки зрения природы

Многие мамы капитулируют уже через два или три месяца сочувственных вопросов свекрови о том, ну когда наконец бедный ребенок получит настоящую еду. К сожалению, многих не сдерживают даже вполне официальные советы и рекомендации педиатров. Ведущая профессиональная ассоциация педиатров American Academy of Pediatrics (Американская академия педиатрии) считает, что в шесть месяцев самое время начинать давать прикорм, но тут же добавляет, что «определенные индивидуальные признаки поведения могут указывать на то, что ребенок нуждается в прикорме уже в четыре месяца, в то время как другой ребенок будет готов к прикармливанию лишь в возрасте восьми месяцев».

Такая расплывчатость высказываний имеет хорошую основу: дело в том, что на тему прикорма не существует никаких основательных научных исследований. Чтобы получить достоверные сведения о наилучшей стратегии, следовало бы в случайном порядке распределить детей на несколько различных групп с разным началом прикорма и затем исследовать их в течение двадцати-тридцати лет, чтобы понять, в какой группе результат был в итоге лучше.

Отсутствие консенсуса между различными культурами

Взгляд в сторону других культур скорее способен запутать ситуацию, нежели прояснить ее. И хотя понятно, что во всех культурах материнское молоко стараются в течение первого года жизни дополнить прикормом, но вот насчет того, когда точно наступает правильный момент для этого, точки зрения очень сильно разнятся. Балийские мамы, например, считают, что новорожденному уже с рождения требуется твердая пища. На острове Ява прикармливать начинают в возрасте трех дней, в высокогорьях Таиланда – в две недели. И если спросить мам на Бали, Яве или в Таиланде, почему они начинают прикармливать своих детей так «рано», то ответ будет один и тот же: «Потому что моему ребенку это нужно уже сейчас».

Мифы и фольклор

Если уже момент начала прикармливания вызывает столь много затруднений, то их становится еще больше, когда родители пытаются получить информацию о «правильных» продуктах для прикорма. И хотя у нас в стране родители называют практически одни и те же овощи (морковь, картофель и т. д.), однако в отношении любых из них часто имеется и противоположное мнение: например, что морковь стимулирует развитие аллергии, а картофель слишком нейтрален по вкусу. Не говоря уже о брокколи, про которую говорят, что если давать ее ребенку, то он никогда не захочет отучаться от грудного питания! Французские мамы относятся к моркови, картофелю и брокколи довольно прохладно, они делают ставку на «правильные» овощи – на артишоки. Но почему мы вообще говорим об овощах? Наши не менее цивилизованные друзья в других странах пожимают плечами: итальянские мамы начинают прикорм со сладкой молочной кашки, а в США сложно себе представить что-то иное кроме cereals (рисовых хлопьев), испанцы предпочитают яблоки, а азиаты – рис с рыбой. В то время как в Германии большинство мам делает ставку на еду из баночек, датские мамы предпочитают варить пюре или кашку самостоятельно. А если посмотреть на некоторые традиционные культуры, то вас и впрямь может охватить страх. Народ кечуа в Перу готов кормить только что рожденных детей чаем и бульоном. Зулу дают кислое молоко, причем используя довольно суровые методы: «Так как новорожденный поначалу категорически отказывается от кислого молока, его вынуждают пить его, зажав ребенку нос»[16].

У науки на тему прикорма имеется лишь одно четкое мнение: «Лучший метод прикорма неизвестен», – пишут ученые из Американской академии педиатрии. В том, что касается рекомендаций, большую роль играют, как говорят педиатры, «мифы и фольклор». Попробуем взглянуть на эту ситуацию сквозь призму эволюции.

Прикорм и эволюция

Виды, у которых о ребенке заботится исключительно мать (этому правилу следуют по-прежнему 97 % млекопитающих), вообще не знают, что такое «прикорм», у них после кормления грудью сразу начинается охота. Те немногие «воспитывающие детей в обществе» виды (то есть виды, где мама, папа, а также другие помощники принимают участие в развитии ребенка и к которым, как известно, относится и человек), во время кормления грудью уже дают своим малышам бонус в виде прикорма. Волчата получают от находящихся ниже по рангу самок предварительно прожеванное мясо. У игрунковых обезьян (одного из немногих видов приматов, которые растят детей совместно) малыши в период кормления грудью получают от помогающих родственников перекус в виде сверчков или других вкусных трофеев.

Человек также делает ставку на дополнения к материнскому молоку. Как раз в традиционных культурах матери заранее прожевывают еду, чтобы дать ее потом малышам.

Когда давать прикорм?

Кажется, что дать ответ на этот вопрос совсем просто, ведь первые зубки появляются в шесть месяцев, и скорее всего вовсе не для того, чтобы кусать маму за грудь, а чтобы начинать понемногу есть твердую пищу. Жевательные зубы с их широкой жевательной поверхностью появляются в возрасте около десяти месяцев, и с этого момента можно считать, что дети подготовлены к жеванию. К сожалению, эти грубые ориентиры лишь дают понимание, с какого момента дети готовы самостоятельно позаботиться об измельчении пищи. Но имеющиеся анатомические предпосылки вовсе ничего не говорят о том, с какого момента дети будут настроены на жидкий, полужидкий или предварительно разжеванный прикорм.

Обращают на себя внимание и другие физиологические явления. Многие родители замечают, что у малышей в возрасте около двух месяцев усиливается слюноотделение. Иногда это трактуется как явление, сопровождающее появление зубов. По определению самих стоматологов, когда начинается обильное слюнотечение, зубки сидят еще глубоко в челюсти, а на деснах нет ни следа раздражения или воспаления. К тому же до сих пор никто так и не смог объяснить, как, собственно, слюнотечение должно поддерживать появление зубов.

Интерес представляет состав слюны. Слюна содержит большое количество амилазы – фермента, необходимого для расщепления крахмала. Показательно, что материнское молоко также содержит амилазу, а амилаза не требуется для того, чтобы расщеплять материнское молоко – ведь оно вовсе не содержит крахмала. Амилаза вместе со слюной и материнским молоком попадает в кишечник ребенка (при этом выдержав встречу с кислотой из желудка) и готова там переваривать крахмал!

Известно, что амилаза содержится в материнском молоке практически с рождения, причем в довольно высокой концентрации – с таким расчетом, чтобы на каждые сто миллилитров материнского молока можно было переварить двадцать граммов крахмала в час (это соответствует содержанию крахмала в двух горстях черники).

Все эти факты усиливают подозрения в том, что амилаза служит целям переваривания содержащей крахмал пищи, получаемой в виде прикорма. К этим рассуждениям добавим наблюдение педиатров: дети, получающие грудное молоко, лучше переносят содержащий крахмал прикорм, чем дети, которые грудного молока не получают.

После первых месяцев жизни концентрация амилазы в материнском молоке немного снижается. Одновременно поджелудочная железа ребенка постепенно начинает выработку собственной амилазы (именно поджелудочная железа в течение всей последующей жизни и будет выполнять эту функцию).

Все это свидетельствует в пользу того, что получающий грудное молоко младенец уже «от природы» готов к получению богатого крахмалом прикорма. И мы действительно наблюдаем на практике, что практически во всех традиционных обществах дети грудного возраста получают в качестве прикорма разжеванные плоды или ягоды. С точки зрения биологии раннее дополнение меню также имеет смысл: питания во многие времена раньше не хватало, и любое дополнение, которое бы позволило разгрузить маму, только приветствовалось, особенно на этапе быстрого роста ребенка, то есть в течение первых шести месяцев. И если кормящая мама вдруг натыкалась на поляну с черникой, то было бы непростительно не дать немного черники ребенку. Ведь его пищеварительная система, причем с самого начала, уже к этому готова.

Однако следует принять во внимание и тот факт, что прикорм в существовавших раньше условиях был явлением нерегулярным, что связано с сезонным наличием ягод, различных корней и фруктов. Прикорм не использовался, чтобы быстро заменить материнское молоко (что сегодня является обычной практикой). Вряд ли это можно было допустить на первом году жизни ребенка: в условиях сезонных колебаний наличия пригодной для употребления маленькими детьми (с ограниченными возможностями пережевывания пищи) еды лишь материнская грудь могла служить надежным источником еды.

С точки зрения эволюции высказываемую ВОЗ рекомендацию шесть месяцев кормить ребенка исключительно грудью вряд ли удалось бы соблюсти. Эта же точка зрения позволяет объяснить, почему лишь 2 % мам придерживаются этой рекомендации. В любом случае, вряд ли есть причины считать исключительно кормление грудью в течение первого полугода жизни «традиционным» или же «естественным» явлением. Даже с медицинской точки зрения не имеется указаний на то, что раннее введение в меню небольшого количества прикорма при условии сохранения грудного вскармливания способно повлечь за собой какие-то отрицательные последствия. Совсем другое дело – раннее отлучение от кормления грудью, которое и сегодня (этому была посвящена предыдущая глава) связано с негативными для здоровья последствиями.

Так, например, известно, что ранний прикорм с использованием глютеносодержащей пищи у некоторых детей с изначально отягощенным состоянием здоровья повышает риск развития целиакии. Если же вводить глютеносодержащую пищу, пока ребенок еще питается материнским молоком, то риски существенно меньше. Педиатры также исходят из того, что с точки зрения развития аллергии несущественным является тот факт, что в меню вводятся определенные продукты.

В пользу того, что раннее дополнение меню предусмотрено природой, говорят и иные причины. Вопреки допущению о том, что мама при растущих потребностях ребенка «просто будет вырабатывать больше молока», исследования показывают следующее: выработка молока кормящей грудью мамой покрывает потребности растущего ребенка лишь в течение некоторого времени и в любом случае не превышает 750–800 миллилитров в день[17]. Итого находящиеся полностью на грудном вскармливании дети, согласно данным британским исследователей, получают в возрасте шести месяцев лишь 550 килокалорий в день, что, возможно, не полностью покрывает потребности более крупных, более активных детей. Это подтверждается и наблюдением: мамы более крупных детей (которым требуется больше калорий) в среднем раньше начинают этих детей прикармливать.

Что значит «прикармливать»?

Следует однозначно сказать: ответ на вопрос, с какого возраста прикармливание обладает для малыша преимуществами, зависит от того, что имеется в виду под прикормом. Во многих культурах небольшие количества прикорма дают без значительного сокращения питания грудным молоком. У нас в стране ситуация иная: прикорм часто является прелюдией перед прекращением грудного вскармливания. Таким образом, раннее начало прикармливания, которое имеет смысл с эволюционной точки зрения, может и не происходить именно в этом смысле в рамках местных традиций.

Многое также зависит и от количества. Вполне достоверно, что дети способны еще в раннем возрасте перерабатывать определенное количество крахмалосодержащего прикорма, и несомненно, что важные физические предпосылки, которые позволяют ребенку обеспечить потребление более заметных количеств полутвердого или твердого прикорма, имеют место только в середине первого года жизни. В данном случае речь идет, например, об эффективном, скоординированном проглатывании полутвердой пищи. Только тогда прикорм, в том числе и в значительном объеме, способен заменить молоко.

Что давать в качестве прикорма?

С точки зрения эволюции на этот вопрос ответить несложно: если что-то и начинали давать в качестве прикорма, значит, выбор был не между десертом в виде страччателлы или пюре из артишоков, а из материнского меню. То есть в качестве прикорма давалось то, что ела мать (и что она предварительно разжевывала). Это было не только практично, но и обладало преимуществом, заключавшимся в том, что ребенку эти продукты уже были знакомы. Ведь он знал соответствующие вкусовые ощущения уже по своему взаимодействию с материнским телом, а также по вкусу материнского молока. Иммунной системе растущего организма соответствующий прикорм уже также был знаком, следовательно, защитных реакций не ожидалось.

Что же касается выбора «наиболее подходящего» прикорма, то тут нельзя назвать ни «лучший» продукт, ни точный план действий. Ведь для родившегося зимой ребенка схема прикорма выглядит наверняка не так, как для родившегося летом. Намного более важным моментом является то, чтобы ребенку вводимые в его меню продукты уже были знакомы по материнскому молоку, а также по околоплодной жидкости (см. главу 1).

Благодаря археологическим раскопкам удалось выяснить, что раньше прикорм был более грубым, чем это принято сегодня. Дефекты челюстных костей (неправильный прикус, аномалия прикуса) наблюдаются с завидным постоянством только начиная с XVII века. Это может быть связано с питанием в младшем возрасте, ведь именно растяжение мышц при жевании определяет формирование челюсти, а также положение верхней и нижней челюстей.

Ну а какой прикорм «хочет» получать сам ребенок? Педиатр доктор Клара Дэвис попыталась дать ответ на этот вопрос восемьдесят лет назад: что произойдет, если ребенку после отлучения от груди дать возможность решать самому, что ему есть? Каковы будут его «естественные» предпочтения? Знают ли младенцы на «уровне инстинкта», что для них будет хорошо? Настолько ли разнообразен их выбор, чтобы они могли удовлетворить свои потребности в энергии, белке, витаминах и во всем остальном, что необходимо для здорового роста организма?

Педиатр наблюдала в своем отважном (а на сегодняшний день уже и невозможном эксперименте) четырнадцать находившихся на грудном вскармливании сирот в возрасте от шести до одиннадцати месяцев, а затем – и до возраста шести лет. Дети получали ассортимент из тридцати трех готовых к потреблению продуктов питания, то есть пища была грубо измельчена, все было без приправ, без сахара и без соли. Овощи были приготовлены на пару, а переработанные продукты питания (сыр, колбаса, хлеб или масло) не использовались. На каждый прием пищи дети получали поднос с десятью видами еды и двумя напитками из общего ассортимента, состоявшего из тридцати трех продуктов питания: яблок, пюре из ананасов, томатов, печеного картофеля, вареной промолотой недробленой цельной пшеницы, кукурузы, овса, ржи, вареной говядины, костного мозга, мозгов, почек, яиц, соли, воды, различных сортов молока, апельсинового сока. Дети могли есть то, что они хотели, медсестры помогали, но подавали им лишь то, на что малыши указывали.

Через несколько лет (и после 37 500 приемов пищи) выяснилось удивительное: все дети развивались великолепно! Не было никаких отрицательных явлений, показатели крови были в норме. У всех детей было нормальное пищеварение, и все они без проблем переносили выбранное ими питание.

Удивительным было то, сколько путей вело к этой цели (в том числе имеются в виду и некоторые пути, которые вплоть до сегодняшнего дня представляют собой страшный сон нутрициолога).

• Во-первых, у детей оказались весьма разные предпочтения. Но несмотря на это, в среднем они поглощали приблизительно равные количества жиров, белков и углеводов.

• Предлагаемое питание частично своевольно комбинировалось детьми довольно экстремальным образом (например, завтрак у одного ребенка состоял из полулитра апельсинового сока и небольшого количества печени).

• Предпочтения детей часто развивались волнообразно: один трехлетний ребенок на ужин, например, съедал целый фунт ягнятины, а другие дети ели несколько дней подряд только бананы, затем рубленое мясо и т. д.

• Потребляемое во время еды количество пищи сильно различалось: во время одного приема пищи дети ели много, во время другого чуть-чуть.

• Что удивительно: дети ели много фруктов, но мало овощей и совсем немного злаков. Одна девочка за три года съела в итоге всего лишь немногим больше одного килограмма овощей! От капусты, шпината и кочанного салата отказывались практически все дети. Никто из детей надолго не выбирал базирующееся тогда в основном на молоке и злаках питание.

Что же все это значит для сегодняшних родителей? Могут ли дети действительно сами составлять свое меню? Запросто. Предлагавшиеся в ходе эксперимента продукты питания сами по себе представляли «здоровые элементы». Если бы дети выбрали шоколадные батончики, чипсы и т. д., то исход эксперимента был бы совершенно другим. Тогда мы бы говорили, что «мудрость организма дала сбой». Но все-таки данный эксперимент продемонстрировал, что дети уже сами по себе обладают определенной компетенцией в вопросах питания. Как минимум в том, что касается «обычным образом» встречающихся, предлагаемых во всем их разнообразии продуктов питания, их выбор уравновешен, является здоровым, а значит и «мудрым».

Проблема коровьего молока?

Некоторые родители не совсем уверены в том, что коровье молоко является «подходящим» молоком для детей (как и для взрослых). Человек является единственным млекопитающим, который и после прекращения грудного вскармливания продолжает потреблять молоко. Это, как говорят критики, якобы означает, что человек по своей «биологической природе» не подготовлен к употреблению коровьего молока. Не случайно аллергия на коровье молоко встречается так часто!

Что касается аргумента «молоко не подходит», то это верно для достаточно большого отрезка истории человечества. Изначально для человека не было никакого смысла иметь в кишечнике после окончания грудного вскармливания необходимое для переваривания молочного сахара (лактозы) вспомогательное вещество (фермент лактазу), ведь единственным источником молочного сахара было материнское молоко (кроме материнского молока лактоза в природе встречается только в кустарнике форзиция и в некоторых тропических кустарниках). Поэтому лактаза изначально после прекращения грудного вскармливания вырабатывалась лишь в совсем небольших количествах, а молоко вызывало у всех людей после младшего возраста метеоризм и диарею. Исследования генного материала найденных в Центральной и Восточной Европе скелетов эпохи каменного века подтвердили, что у наших предков еще десять тысяч лет назад не было генов для сохранения выработки лактазы после детства.

Ситуация изменилась лишь тогда, когда человек «изобрел» животноводство, – возможность переработки лактозы стала преимуществом в более поздний период жизни: женщины, которые могли использовать дополнительный источник белка, были значительно плодовитее, а дети, которые хорошо переносили животное молоко, питались после прекращения грудного вскармливания лучше и были подвержены меньшему риску умереть в детском возрасте. И таким образом у тех, кто содержал скот, под действием естественного отбора постепенно изменилось и пищеварение. В итоге народы без традиций животноводства (например, многие африканские племена, азиатские народы, а также все туземные популяции, жившие до колонизации европейцами охотой и собирательством) плохо переносили или не переносили вовсе животное молоко, а потомки животноводов и некоторые африканцы могли использовать молоко всю свою жизнь в качестве продукта питания.

Причем это больше относилось к тем народам, которые живут дальше к Северу. Причина этого довольно интересна: чем меньше солнечного света имеется в распоряжении человека, тем более решающими для него будут преимущества использования молока. Ведь молоко не только дополнительный источники питательных веществ, но и за счет содержания в нем кальция гарантирует более крепкие кости и лучший рост, что является большим плюсом в северных климатических зонах, где здоровью костей угрожает такое заболевание, как рахит. Неудивительным является в связи с этим тот факт, что практически все скандинавы хорошо переносят молоко, в то время как на юге Европы это касается лишь двух третей населения (что, однако, все равно превышает соответствующий показатель в Азии, где, как правило, лишь 5 % населения переносят молоко).

Таким образом, для центрально- и североевропейских детей коровье молоко является «подходящим» продуктом питания и может применяться лишь начиная с седьмого месяца жизни (для младенцев меньшего возраста концентрация белка и минеральных веществ в коровьем молоке не является оптимальной).

Что касается аргумента насчет «аллергии», то аллергия на коровье молоко (и на производимое для младенцев на базе коровьего молока питание) является знакомой педиатрам проблемой: почти у 3 % младенцев развивается аллергия на коровье молоко, которая может выражаться частично в диарее с кровью, а также в недостатке роста. В этом случае помогает лишь отказ от коровьего молока и продуктов на его основе по крайней мере до позднего младшего детского возраста (как правило, к этому моменту проблема исчезает сама собой).

Подозрение, что потребление коровьего молока в младенческом и младшем детском возрасте способствует в целом развитию аллергии, не подтвердилось. Пропагандируемое взамен коровьего молока «гипоаллергенное» питание не смогло утвердиться в качестве средства, препятствующего развитию аллергии. Скорее, причиной аллергии является не столько само коровье молоко, сколько то, что оно дает возможность развиваться уже имеющейся в организме склонности к аллергии. Коровье молоко является не причиной аллергии, а лишь поводом для ее возникновения.

Алкоголь в питании для детей младшего возраста – повод для озабоченности?

В журналах для родителей алкоголь давно занял место вечно актуальной темы. Беременных уже стали ругать даже за употребление безалкогольного пива, ведь содержание алкоголя в нем составляет 0,3–1 %; а теперь считают, что виноградный сок больше не может являться детским напитком, причем вовсе не ввиду того, что виноград опрыскивают различной химией, а из-за 0,4 % содержания в нем алкоголя. Слышны предупреждения и о кефире (0,5 % алкоголя), шоколаде с виноградной начинкой, марципане, трюфелях и жевательных конфетах, произведенных с использованием вина. Даже апельсиновый сок (содержание алкоголя до 0,2 %) под угрозой. Теперь еще говорят и о том, что следует избегать употребления белого хлеба из-за аналогичного содержания в нем алкоголя. Возможно, имеющегося в этих продуктах алкоголя недостаточно для опьянения, но якобы существует «опасность того, что ребенок к нему привыкнет». Однако есть повод и для утешения: не содержат алкоголь сухие, хрустящие кексы, пирожные из песочного теста и шоколад, которые вкусны и без джема, ведь последний тоже, к сожалению, содержит алкоголь.

С точки зрения эволюционной биологии опасения, связанные с алкоголем в таких количествах, – абсолютная бессмыслица. Спелые фрукты всегда содержат немного алкоголя, ведь содержащийся в них сахар начинает бродить. Образующийся при этом алкоголь был частью того, что дети всегда и так ели. Можно исходить из того, что детская печень к таким количествам алкоголя подготовлена.

Размышления
Почему дети никогда не доедают до конца

Это вам подтвердит любой педиатр: аппетит маленьких детей часто оказывается довольно далеким от ожиданий их родителей. А тем более – от ожиданий бабушек и дедушек. Почему так происходит?

Одна из причин этого состоит в «сладком» облике младенцев – в имеющемся у них жирке. Он служит скорее всего для того, чтобы сгладить чрезвычайно быстрый и затратный энергетически рост мозга в первые два-три года жизни от влияния колеблющегося уровня предложения продуктов питания. Когда дети начинают ползать и бегать, то какой смысл накапливать этот жирок дальше, если важно только одно: поиграть, поупражняться, испытать свое тело и свои мысли, попытаться поставить все с ног на голову…

Четыре причины плохого аппетита

Следовательно, дети младшего возраста по сравнению с грудными детьми едят плохо еще и потому, что они просто используют имеющиеся у них запасы.

Другая причина: дети младшего возраста растут медленнее, чем груднички, причем значительно медленнее. Если бы ребенок вплоть до школьного возраста рос теми же темпами, что и грудной младенец в первые месяцы жизни, то к началу школы он весил бы больше слона! Двухлетнему ребенку в среднем требуется всего лишь на 25 % больше калорий, чем девятимесячному грудничку.

Однако порой возникает впечатление, что некоторые дети едят особенно плохо. Это может быть связано с тем, что их организм лучше использует полученную пищу. О грудничках известно, что некоторым из них для роста требуется меньше питания, чем другим. Так, в первый месяц жизни одни дети выпивают 400 миллилитров молока в день, а другим требуется 800 миллилитров – при тех же темпах роста, а некоторые груднички в возрасте четырех недель выпивают столько же молока, сколько его выпивает и шестимесячный ребенок. Такая разница продолжает оставаться и дальше – в младшем детском возрасте. В связи с этим не рекомендуется ожидать от всех детей одинакового энтузиазма за столом.

Не в пользу завышенных ожиданий за семейным столом говорит и еще одна причина. Как мы смогли убедиться в главе 1, у части детей проблемы не только с овощами, но и с жирной пищей. Эти супердегустаторы, особенно в младшем детском возрасте, способны довести своих родителей до грани сумасшествия.

Их имиджу бессердечных пищененавистников способствует также и то обстоятельство, что дети младшего возраста, в отличие от грудничков, уже сами между делом способны снабдить себя какой-то едой. Ну и что они выбирают? Правильно! Они выбирают богатую калориями еду в соответствии с уже известной программой: шоколадные кексы, фруктовые соки, какао, батончики из молочного шоколада. Неудивительно, что во время еды они потребляют не так много пищи. Если сосчитать все, что такие якобы плохие едоки съедают между делом, то напрашивается следующий вывод: плохие едоки едят плохо там, где за ними присматривают родители, а именно – за столом.

Данный вывод абсолютно совпадает с наблюдениями и опытом педиатров: дети, чьи родители приходят пожаловаться на «плохой аппетит», по весу не отличаются от тех, кто приходит к врачу с жалобами на кашель, насморк или расцарапанные коленки.

С точки зрения эволюции

Образ «плохо едящих» детей берет свое начало с того, что часто они не доедают все до конца. Рассмотрим поподробнее этот феномен.

Когда люди прекращают есть? Наиболее часто встречающийся ответ: когда они сыты. То, что это не совсем так, демонстрирует следующий эксперимент. 54 участника эксперимента получают суп. Но каждый второй (не зная этого) сидит перед тарелкой с супом, которая постоянно пополняется через размещенную под столом систему шлангов. Результат: участники с такими пополняющимися тарелками едят супа на 73 % больше! На удивление, участники из обеих групп по результатам опроса после еды ощущают себя одинаково сытыми.

Маленькие дети ведут себя иначе: в аналогичном эксперименте трехлетних детей большие порции не впечатляют – они едят одинаково много независимо от того, что им предлагается. А вот уже пятилетние дети едят тем больше, чем больше у них находится в тарелке. Интересным в этой связи является и другое заключение: если предложить грудным младенцам продукты с небольшой энергетической ценностью, то они соответственно съедят порции побольше. И наоборот, при «калорийной» еде они съедят меньше. Уже в младшем детском возрасте дети, однако, теряют это ощущение калорийности: если еда более ценная в энергетическом плане, то они не съедят ее меньше, как и взрослые.

С точки зрения эволюции смысл такого поведения вполне очевиден: пока дети не способны самостоятельно о себе позаботиться и питаются грудным молоком, у тела нет потребности есть больше необходимого количества, чтобы создать запасы. Скорее всего, в маленьких детях заложена программа, которая им подсказывает: пока мама полностью о тебе заботится, тебе не надо есть про запас. Прекращай есть, когда ослабнет аппетит!

Ситуация меняется, когда дети становятся больше предоставлены сами себе. Тогда следует пользоваться удобным случаем: если наши предки – охотники и собиратели – встречали на своем пути богатую черникой местность, то надо было не только съесть пару ягодок, но действовать по полной программе – съесть все. Кто знал, когда будет следующая возможность поесть?

Глава 4
Как дети учатся спать

Жизнь с детьми может быть в течение дня сущим наслаждением, но вот ночью многим родителям иногда приходится буквально рыдать. В эти моменты разыгрываются драмы, кто-то воет, молится и плачет, родители начинают во всем сомневаться и спорить друг с другом о лучшем выходе из сложившегося затруднительного положения. Неудивительно, что книги о том, как «любого ребенка можно научить спать», продаются миллионными тиражами.

Секундочку: научить спать? Разве мы не вправе ожидать, чтобы дети умели спать от природы? Разве родителям, которые уже давно поняли, что ребенок и без «тренировки» может сам следить за тем, когда ему идти на горшок, сейчас снова придется играть роль учителей?

Занятен тот факт, что проблематика сна поднимается прежде всего в западных странах. Впечатление такое, что в других культурах данная проблема (детского сна) не вызывает такого живого интереса. Может быть, родители в Европе более требовательны, или то, что ребенок спит, для них означает одно: у родителей наконец появилось время на самих себя. Или родители просто разучились использовать хитроумные приемы для укладывания малышей? Или же массовый протест со стороны детей направлен против достижения современного мебелестроения – детской кроватки?

Засыпание

В первые две недели после рождения ребенка все просто: новорожденный спокойно засыпает в любом положении. Но через две-три недели ситуация изменяется коренным образом: с этого момента все должно быть по правилам.

Первое правило – наличие усталости. Возможно, кого-то это удивит, но именно усталости порой и не хватает. Сомнологи из Цюрихского детского госпиталя в результате проведенных исследований выяснили, что многие проблемы сна у детей связаны с простым обстоятельством: дети еще не устали, когда их кладут в постель!

Второе правило – расслабление. А вот этого достичь как раз не так просто (и это известно любому взрослому). Расслабление нельзя создать искусственно, оно должно получиться само собой. А как достичь этого у детей? Вполне естественно: удовлетворив их потребности. Когда они устали, сыты, им тепло и они чувствуют защиту, достаточно всего ничего – и они тут же заснут. Дополнительное воздействие здесь могут оказать ритмичные движения: ношение ребенка, покачивание, баюканье.

Это и объясняет тот факт, почему так магически воздействует материнская грудь: дети ощущают ритмы матери, ее дыхание, биение сердца, движения. Кроме того, им тепло, скоро они будут сыты, еще только остается попить молока – и все, вот вам и идеальная программа расслабления, после которой остается лишь оторвать ребенка от груди.

Третье правило – участие ребенка в принятии решения. Дети становятся усталыми волнообразно: приблизительно раз в пятьдесят минут маленький ребенок переходит из более активной фазы в фазу успокоения. В этот момент путь к засыпанию открывается, ручки ребенка тянутся к глазкам, ребенок начинает зевать. Если сейчас не дать ему заснуть, то уже через несколько минут он снова будет бодр как никогда. Если ребенок имеет возможность участвовать в принятии решения о том, когда ему перейти в фазу сна, то во время своей «глубокой фазы» расслабления он, возможно, начнет искать грудь или же иным образом, как ему будет удобно, просто повиснет на взрослом.

Предпосылка для сна – наличие защиты

Проблема выполнения этих трех пунктов кроется в том, что удовлетворение почти всех детских потребностей предполагает присутствие родителей или же требует их активного содействия, неважно в какой форме: кормления грудью, ношения на руках или укачивания.

Пусть это выглядит непрактично, но с точки зрения эволюционной биологии здесь все вполне осмысленно: заснуть без защиты со стороны взрослого раньше означало неминуемую смерть. Незащищенную крошку могла утащить гиена, укусить змея, мог съесть медведь. В связи с этим вовсе не удивительно, что переход ко сну обеспечивался не видом прекрасного голубого неба или звезд на небе, а доверенным человеком, что путь ко сну лежит через определенные действия со стороны человека: тактильный контакт, укачивание, тепло человека, ритмы, привычный голос.

Отрезвляющий вывод эволюционных биологов говорит о том, что маленькие дети не склонны к самостоятельному сну. Чтобы овладеть навыками сна, им – хотя бы некоторое время – требуется помощь.

В этой связи следует напомнить об одном непрактичном защитном свойстве – о боязни темноты. Эта боязнь возникает в том возрасте, когда дети учатся ходить. Она действует как невидимый поводок, который привязывает детей к их опекающим взрослым.

Общеизвестный, особенно часто встречающийся в позднем младшем детском возрасте страх перед монстрами, возможно, также служил целям безопасного сна: и сегодня дети боятся монстров под кроватью или в темном углу комнаты, а многие засыпают только после соответствующей «проверки». Интересно, что монстры появляются в повестке дня как раз в том возрасте, когда дети в прежних условиях жизни отучались от кормления грудью и, следовательно, начинали спать уже не рядом с мамой. В те времена это было довольно умным ходом – перед сном еще раз заглянуть под кровать, чтобы проверить: а вдруг там сидит какая-нибудь ядовитая рептилия.

Усеченные программы засыпания

В обществах, где вплоть до современности сохранился жизненный стиль охотников и собирателей, дети и сегодня спят в тесном телесном контакте с родителями. Современные культуры выдвинули идею о «сокращения программ засыпания», благодаря которым дети переходят в состояние сна с несколько меньшим объемом усилий со стороны родителей: материнские ритмы заменяются убаюкиванием, покачиванием кроватки, а в последнее время и при помощи автоматически вибрирующих детских кроваток, с помощью поездок в автомобиле. Голос матери дублируется игрушками или специальными детскими компакт-дисками, вместо груди используется пустышка или же приставленная к подушке бутылочка. Чувство защищенности малышу дает тряпичная кукла, игрушечный медвежонок или ночник. А расслаблению способствуют ритуалы засыпания, например вечернее купание, как в 1960-х годах, сказки на ночь или успокоительные капельки, которые и сейчас всегда есть в арсенале некоторых педиатров.

Ожидания разных культур

То, что маленькие дети спят непосредственно рядом с мамой, для некоторых культур так же естественно, как и для нас то, что родители спят в одной кровати (что для некоторых других культур, напротив не является естественным). Если бы мы решили спросить наших прабабушек, где спят малыши, то они ответили бы, что маленькие дети спят в люльке, а если для люльки они великоваты, то тогда они спят со старшими братьями-сестрами! Если же мы спросим об этом же американскую маму где-нибудь в Бостоне, то она (с высокой степенью вероятности) ответит, что малыш, естественно, должен спать в своей комнате, так как это стимулирует его самостоятельность, что он не должен ни в коем случае засыпать с взрослыми, что это может быть даже опасно!

Личные убеждения

На деле наше мнение о том, как должны засыпать дети, отражает также и наши предположения и допущения относительно внутренней природы ребенка и его устремлений. Таким образом, за любыми мыслями о сне где-то далеко просвечивает и кусочек воспитания. Народ майя исходит из того, что дети в связи с ночной близостью родителей лучше питаются. Родители с Бали считают, что спящие в одиночку дети подвержены риску, что у них будет украдена душа. А вот родители на Западе при выборе того, как дети должны спать, в первую очередь опасаются, что ребенок будет избалован. Даже если некоторые родители считали бы удобным кормить своего ребенка во сне грудью (и, таким образом, вызывать у него и у себя исключительно положительные чувства и ощущения), внутри в решающий момент все равно звучит предостерегающий голос: да, дать заснуть ребенку у груди – это естественно, но разве это впоследствии не вызовет проблем? Мы с удовольствием последуем зову сердца, но к чему это приведет?

Сон как социальная программа

За тем, что мы считаем хорошим и что наша культура рассматривает как нормальное явление, не в последнюю очередь стоят социальные и экономические устремления: вопрос о том, лучше ли будут спать груднички в своей собственной комнате, стал актуальным только тогда, когда в домах стало много комнат. А намного раньше засыпание детей было связано и с тем, как и где мамы работали. Только с распространением оседлого крестьянского образа жизни в последние восемь тысяч лет в нашем распоряжении появилась возможность оставить детей под присмотром родственников или прислуги, пока мамы работали в садах, конюшнях или на полях. Дети теперь стали – не как у культур, занимающихся охотой и собирательством, – спать не рядом с мамой, а в своих люльках и кроватках.

Свободный и ритуальный стиль засыпания

И сегодня детский сон является отображением нашего жизненного стиля, его культурной основы. Вне рамок культурного круга западной цивилизации, а также в странах – наших южных соседях дети вечерами активно участвуют в социальной жизни, вследствие чего время отхода ко сну у них четко не определено. Они засыпают рядом с матерью либо в кругу доверенных людей. В своих привычках, связанных со сном они следуют так называемому «свободному стилю», или, говоря по-научному, социальному стилю случайностей. Для последнего менее характерна неизменная рутина и более характерна определенная гибкость.

В отличие от указанного выше стиля, большинство родителей в Центральной и Северной Европе и совершенно определенно родители в США считают правильным и здоровым индивидуализированный ритуальный стиль: в соответствии с этим стилем дети должны засыпать в своей собственной кроватке, причем всегда с использованием одних и тех же ритуалов, в одном том же месте и по возможности в одно то же время.

Какой из стилей лучше? Вряд ли удастся ответить точно на этот вопрос. Каждый из них в зависимости от образа жизни родителей связан с определенными преимуществами и недостатками. В обществах, где в традиции регулярное вечернее социальное общение, во время которого встречается почти вся семья, дети с ритуальным стилем засыпания будут выглядеть явно слабее: как только время отхода ко сну пройдет, они практически не будут держаться на ногах. И наоборот, в обществе, в котором вечерний досуг построен на отношениях отдельной пары либо на личном отдыхе, дети со свободным стилем засыпания станут устойчивым мешающим фактором – ведь посещение, например, концерта вечером организовать значительно легче, если ребенок не привык засыпать с родителями!

Что усложняет жизнь родителей?

Потребность кормящей мамы в сне не сильно отличается от объема ночного сна ее ребенка. Однако практичное и, казалось бы, естественное решение, чтобы мама и ребенок отправились спать вместе, из-за принципиальных мотивов (к этой теме мы еще вернемся) для многих родителей неприемлемо. Сюда добавляется также и тот факт, что давление внутри семьи именно в вечерние часы необычайно высокое: надо зайти в интернет-банк, организовать следующий день, в чем маленькие дети далеко не самые лучшие помощники. Во время отдыха дети и взрослые также не всегда находят общий язык. Вечером некоторые родители способны «подзарядиться», спокойно играя с ребенком. Но для многих остается истиной непреложный факт: только спящий ребенок – это хороший ребенок.

Да и жизнь в становящихся все меньше семьях не очень-то способствует решению конфликтов вокруг вопроса со сном. Раньше детей часто укладывали спать бабушки. Ну а если ребенок вдруг позже поднимался, то часто он брал с собой игрушку и отправлялся к старшему брату или сестре. Сегодня же ребенок отправляется спать к родителям, а у родителей возникает опасение, что, оказавшись однажды в родительской постели, их ребенок обоснуется там навсегда.

В западне

Таким образом, родители оказываются в эволюционной западне. Да, «рецепт засыпания» существует, но предусмотренных для него составляющих уже больше нет в наличии. Или же эти составляющие стали слишком «дороги»: ношение ребенка на себе облегчает отход ко сну, но, учитывая сегодняшние жилищные условия и условия работы, вряд ли его можно часто практиковать, уже не говоря о том, что оно отнимает очень много сил. Кормление грудью действует для засыпания маленьких детей как любой современный наркоз, но возникает вопрос, что делать после отлучения от груди. И некоторые мамы задаются вопросом, стоит ли вообще приучать ребенка засыпать у груди. Совершенно не удивительно, что сон сегодня стал практически наукой.

Как выбраться из западни. Шесть возможностей: советы с точки зрения эволюции

Вряд ли можно сказать, что точка зрения эволюции для сегодняшних родителей будет ободряющей: маленькие дети, которые спят одни совершенно без страха и охотно, вряд ли смогли бы долго прожить в давние времена! Именно поэтому природа и задумала, что для засыпания грудным детям и детям младшего возраста требуется нахождение вблизи доверенного взрослого. В связи с этим становится ясно следующее: если дети «сами по себе» учатся самостоятельно спать (как они учатся ходить или садиться на горшок), это вовсе не значит, что это относится к их естественному репертуару. Трения в этой сфере запрограммированы заранее. То, что малыши с удовольствием дремлют на груди у мамы и на ее руках, заложено в них природой а вот самостоятельному засыпанию следует учиться. И чем дальше стиль засыпания, которому отдают предпочтение родители, от «оригинальной версии», тем больше шагов предстоит преодолеть ребенку для обучения этому стилю, следовательно, тем больше будет возможный протест с его стороны.

Таким образом, имеющиеся сегодня проблемы со сном у маленьких детей могут рассматриваться как защитная реакция против соответствующей активности родителей в отношении сна, которая в глазах детей никак не соответствует их ожиданиям «безопасного» сна.

Назад к истокам?

Значит ли это, что только оригинальная версия является правильной? Ведь те аспекты безопасности, которые принимала во внимание эволюция в поведении детей ко сну, уже устарели. Сегодня детей не едят дикие животные независимо от того, спят ли дети в собственной кроватке или рядом с мамой.

Проблема в том, что ребенок не способен ощутить сегодняшнюю безопасность. Детям ни о чем не говорят ни толстые стены дома, ни многослойные стеклопакеты – даже высокий уровень безопасности вряд ли может их утешить. Единственный сигнал безопасности, который они могут понять, это сигнал близости доверенного взрослого.

Значит ли это, что засыпающих детей следует брать на руки или к маминой груди? И тогда мечту о вечернем посещении концерта придется отложить еще на пару лет?

Те, кто ожидает сейчас однозначного ответа «да» с точки зрения эволюционной биологии, явно чего-то недопонимают. Ведь дети, требующие близости родителей во время отхода ко сну, правы настолько же, как и родители, пытающиеся реализовать собственные интересы. Родителей решение проблемы сна также должно удовлетворять. В эволюционном смысле им же тоже надо быть «в форме». То, что является «правильным», связано с жертвами независимо от того, смогут ли принести их родители или нет. Вряд ли нам окажет помощь идеальное решение для ребенка, если это решение разрушит отношения или возникнут еще какие-то сложности для родителей.

Не следует также думать, что раньше все было идеально. Ситуация со сном не была столь противоречива до тех пор, пока дети находились постоянно в ближней зоне родителей и их кормили грудью. Конфликты же были запрограммированы вместе с прекращением грудного вскармливания и рождением еще одного ребенка. И, как мы уже видели, все это было не так просто.

Наверное, более практичным будет другое решение: любая активность вокруг проблемы сна – это определенный вызов как для родителей, так и для ребенка. И предусмотренную эволюцией «оригинальную версию» решения данной проблемы совсем исключать не стоит. Этот вариант – цель, к которой стремятся дети, для многих сегодняшних родителей нереализуем. Сопротивление и протест не являются принципиальными аргументами против того, чтобы родители вместе со своими детьми опробовали новые пути к решению проблемы сна. В конце концов, родители и так возлагают на детей множество, возможно, неприятных для них задач, например ходить в школу или учиться плавать. Предъявление «неестественных» требований является частью человеческой натуры и вовсе не противоречит нашей эволюционной «программе» (к этой теме мы еще вернемся в главе 9).

Важно другое: чтобы родители в каждом конкретном случае изучали, понимали и осознавали все преимущества и недостатки тех или иных путей. Приведенные далее рекомендации могут помочь найти компромиссное решение.

Совет № 1: мыслить в ключе развития

Часто степень «прогресса» развития детей измеряют по их отношению ко сну и соответствующему поведению. Когда родители собираются вместе, то часто одни с гордостью сообщают другим о том, что их ребенок засыпает один или спит без ночных пробуждений, а многие родители при этом думают, что у их ребенка, не имеющего такой привычки, какое-то нарушение.

В данной главе мы постараемся привить иную точку зрения: если грудные дети не засыпают в одиночку, то это вовсе не значит, что у них какой-то дефект или недостаток в развитии. В целом это нормальная, вполне ожидаемая реакция для постоянно зависимого от защиты со стороны взрослых существа. Не следует рассматривать «самостоятельное» засыпание как некую веху в развитии ребенка. Дети, которые не засыпают самостоятельно, хотя и более утомительны для родителей, но они такие же нормальные и не менее развитые, чем образцовые дети, засыпающие в одиночку или спящие ночью без пробуждений.

Совет № 2: откажитесь от предрассудков

Вечерние и ночные часы – это то время, которое необходимо многим родителям, чтобы жить (а то и выживать) как людям, как партнерам. Понятно, что на этой почве легко возникают конфликты с подрастающим поколением. Поэтому необходимо находить компромиссы. На пути к компромиссам нередко стоят предрассудки. Так, многие родители убеждены, что ребенок не сможет стать самостоятельным, если привыкнет засыпать с помощью родителей. Но данная точка зрения не может быть обоснована – как с точки зрения научных исследований, так и с точки зрения теории эволюции. Засыпание на груди или на руках у матери было частью условий жизни в детстве. Если бы это в какой-то мере препятствовало развитию самостоятельности, то люди вымерли бы еще много поколений назад. А вопрос заботы о самостоятельности выходит на повестку дня в столь многих проблемах воспитания, что этому посвящена отдельная глава (глава 5, раздел «Размышления»).

Следует также критически переосмыслить мнение о том, что дети становятся избалованными из-за засыпания с мамой. Да, действительно, груднички очень быстро привыкают к засыпанию на груди или при ношении на руках. Но в целом мы приходим в этот мир с данной «привычкой». Может ли быть избалован ребенок, если он засыпает у матери? Нет. Ведь он получает от матери ровно то, что ему от природы необходимо для путешествия в царство Морфея: не больше, но и не меньше.

Совет № 3: учитывайте ритмы ребенка

Дети в своих ритмах сна и бодрствования учитывают не только наступление света и темноты, но и «социальный» режим дня: когда будет еда, когда «что-то происходит» и когда не происходит ничего. Может быть, детям лучше всего расти в четко определенных ритмах и ложиться спать всегда в одно и то же время?

Тут многое можно поставить под сомнение. Ведь, во-первых, жизнь даже в суперорганизованной семье вовсе не похожа на функционирование какой-то машины. Во-вторых, у детей не существует на сто процентов четкого ритма: в зависимости от того, как прошел день, они устают раньше или позже, как мы уже видели ранее, путь ко сну открывается перед детьми приблизительно через пятидесятиминутные интервалы времени. Вместо того чтобы класть спать ребенка по часам, родителям следовало бы ориентироваться по подаваемым ребенком сигналам. Иначе очень быстро время отхода ко сну будет оторвано от потребности в самом сне.

Опыт сомнологов из Цюрихского детского госпиталя показывает, что детей младшего возраста часто кладут в постель слишком рано. Говоря о ритмах, следовало бы учитывать один практический момент: вы ничего не выиграете, если положите ребенка спать раньше, и не потеряете, если положите ребенка спать позже; дети, которые отправляются спать вечером позже, просто дольше спят по утрам.

Совет № 4: будьте неподалеку

Сон в одиночку на протяжении 99 % человеческой истории был опасным делом. Так что нам понятно, почему сон в одиночку настолько тесно связан со страхом. Многие детские психологи усматривают взаимосвязь между сложностями со сном и детским страхом: именно дети, которые в течение дня могут воспользоваться тесной и надежной связью со своими родителями, больше всего страдают от страха оказаться ночью одним и спят «плохо». У застенчивых детей чаще встречаются проблемы со сном, чем у «смельчаков».

Это говорит о том, что и в вопросах засыпания нельзя стричь всех под одну гребенку. Некоторым детям при засыпании требуется больше ощущения безопасности. И тот рацион, который им требуется, должен быть предоставлен в их распоряжение. Так, некоторые из «требующих ощущения безопасности» детей, возможно, перегружены методами а-ля Фербер (мы об этом еще поговорим дальше). Ведь в стратегии «контролируемого плача» родители для детей исчезают, пожалуй, из всех каналов сознания: они более неощутимы, их не видно и не слышно – они «просто исчезли». Если родители хотят научить таких детей самостоятельному засыпанию, то для этого подойдут более мягкие альтернативы – методы, при которых мама и папа будут по-прежнему доступны для ребенка. При таких альтернативах ребенок сможет видеть или слышать родителей[18].

Совет № 5: не перестараться в упрощениях

Компромиссы и упрощения – начиная от пустышки и заканчивая появляющейся игрушкой – являются приемлемыми помощниками ровно до того момента, пока они действуют и недостатки от их применения ограничены. Но не надо забывать, что использование таких средств разрядки обстановки ограничено теми ситуациями, когда они действительно необходимы.

Так, нет никаких противопоказаний к использованию пустышки до тех пор, пока она применяется в тех же «рамках», что и объект, который она заменяет, то есть грудь матери. Если пустышка используется только для успокоения ребенка и для его засыпания, то все в порядке (дети, находящиеся на грудном вскармливании, в первые шесть недели жизни не должны получать пустышку, чтобы с кормлением все было в порядке). А вот постоянное сосание соски с точки зрения эволюционной биологии не «предусмотрено» (да и не является возможным). Часто из-за этого возникают проблемы с прикусом.

Интересным с точки зрения эволюционной биологии формой упрощения является «метод футболки»: на ребенка перед сном натягивают футболку, которую носила мама. Известно, что запах матери действует на ребенка успокаивающе (правда, нет никаких исследований относительно того, насколько хорошо данный метод действует после неонатального периода).

Совет № 6: правильные условия засыпания

Часто считают, что дети лучше засыпают в обстановке, когда их ничего не раздражает: нет шума, света и т. д. Если же смотреть на данную проблему сквозь призму эволюции, то ее решение откроется в другом направлении. А именно в том, что грудные дети настроены на окружающую обстановку с «постоянной мультисенсорной стимуляцией», то есть возбуждения на многих уровнях сознания.

Уже там, откуда дети приходят в мир, все их раздражает: плод подвержен воздействию со стороны любых движений матери и сокращений матки, артерии матери издают соответствующие звуки, ее сердце бьется, на фоне всего этого работает система пищеварения. Неудивительно, что исследования, проведенные на грудничках, показывают, что они лучше засыпают, дольше спят и меньше плачут при «чувственном возбуждении». Так, дети прекрасно засыпают, будучи прижатыми к телу, даже если наблюдается хаотичное движение. Эксперименты также демонстрируют, что с так называемым «белым шумом», то есть шумом, спектральные составляющие которого равномерно распределены по всему диапазону задействованных частот, груднички легче отходят ко сну. И действительно, некоторые мамы обнаружили, что их ребенок засыпает лучше, если они включают пылесос или фен. Даже протяжное «ш-ш-ш-ш», с помощью которого многие родители успокаивают своих плачущих или неспокойных детей, имитирует звуки в материнском теле, наполненные то усиливающимся, то ослабляющим шептанием.

То же касается и прикосновений. Груднички, которых пеленают, легче отходят ко сну (мы еще поговорим об этом). Да и популярный в настоящее время метод д-ра Харви Карпа основан на мультисенсорной стимуляции – в нем значительную роль играет пеленание, ритмичное покачивание и пустышка (тему метода Карпа мы еще затронем в главе 6).

Конкретно же это значит следующее: в то время как неожиданные шумы (например, звонящий мобильный) однозначно мешают сну, привычные шумы вовсе сон не убивают. Если ребенок устал, то это не значит, что нужно ходить на цыпочках!

Должно ли быть темно? Для обеспечения ночного сна действительно должно быть темно. Образование гормона мелатонина в эпифизе подавляется окружающим светом. Именно этот гормон подсказывает малышу правильный ритм сна и бодрствования. Если грудные дети спят со светом, то естественная ритмизация времени сна, длящаяся от трех до четырех месяцев, растягивается по срокам.

Однако это не значит, что свет всегда должен быть выключен. Если мама или папа еще читают рядом с ребенком или выполняют какую-то домашнюю работу, то свет не является проблемой. В условиях эволюции свет от костра часто сопровождал сон: огонь был «приручен» предшественниками Homo sapiens еще около восьмисот тысяч лет тому назад и сопровождал историю человека ввиду наличия множества преимуществ. Выделение мелатонина также набирает обороты только после полуночи, то есть и с этой точки зрения ничто не говорит против умеренного света при засыпании. А вот ночники, включенные всю ночь, являются проблемой (и мы поговорим об этом ниже).

Правильная температура. Необходимо учитывать еще один раздражитель: температура ночью падает практически во всех климатических зонах земли – аналогичной должна быть и ситуация с комнатной температурой. Миф о том, что грудным детям для сна необходима теплая комната, хотя и создавался с благими намерениями, но совершенно не обоснован. Нагретый воздух в помещении высушивает слизистые ребенка, обеспечивает заложенность носа и прокладывает путь к простуде. Перегрев организма вследствие чрезмерного кутания даже обсуждается в качестве возможной причины такого явления, как неожиданная детская смерть.

Засыпаем на сытый желудок? Дети, находящиеся на грудном вскармливании, в большинстве случаев засыпают после приема пищи, а значит, они уже подготовлены к тому, чтобы спать с полным желудком. Могут ли родители использовать это обстоятельство? Результаты одного исследования указывают на то, что при максимально позднем вечернем кормлении грудные дети дольше спокойны ночью, а также могут вскоре привыкнуть к тому, чтобы снова засыпать и без ночного кормления.

Промышленность полным ходом поддерживает стратегию «сытого желудка». Под лозунгом «Просьба не мешать. Сегодня ночью я сплю глубоко и крепко» один из производителей детского питания предлагает питьевую смесь «Спи хорошо». Однако ее ингредиенты («молочная смесь второго уровня», цельнозерновые хлопья и печенье) вызывают опасения, что путь к здоровому сну приведет также и к избыточному весу.

Проблема грудного вскармливания? Мы уже упоминали, что при отлучении находящихся на грудном вскармливании детей от груди часто ломается привычный для них путь ко сну. Может, тогда не следует детей вообще приучать засыпать на груди?

Наверное, это была бы чрезмерная осторожность. Большинство детей после отлучения от груди быстро строят себе новый «путь»: это могут быть просто прикосновения к материнской груди или игра с тряпичной куклой.

Но вне всяких сомнений имеется один недостаток грудного вскармливания: детей, получающих грудное молоко, очень тяжело убедить в том, что их сможет укладывать спать и другой человек, например папа. И это приводит нас к выводу, который мы еще не раз будем обсуждать: более «естественная» жизнь всегда облегчает участь родителей.

О методе Фербера

В том, что касается установления лучшего пути ко сну, существует две основных способа. Родители могут попытаться обеспечить ребенку те условия, которые он «ожидает» по своей природе (в частности, непосредственную близость), или родители отучают ребенка от своего присутствия и стараются «перетерпеть» часто следующую за этим протестную реакцию. Все другие пути ко сну находятся где-то в промежутке и представляют собой попытки дать ребенку определенную степень близости, избежав при этом «программы удаления» этой самой близости.

Прототипом контролируемого «удаления» является популяризируемый американским исследователем в области сна Фербером и названный в его честь метод Фербера. Он основан на постепенном разрушении тех «мостиков» ко сну, которые обеспечивают родители: родители должны класть ребенка в его собственную кроватку и затем удаляться из комнаты на точно заданные промежутки времени. Время отсутствия родителей в комнате постепенно увеличивается, даже если ребенок плачет и зовет родителей. В США данный метод рассматривается как обычный элемент воспитания детей, а теория «контролируемого плача» во многих вариациях стала также популярной и в Европе.

С точки зрения эволюционной биологии следует отметить в связи с методиками «удаления» следующее: то, что родители допускают у своих детей появление слез в ситуациях, когда детям угрожает опасность или они просто не могут с ситуацией справиться, является частью «пакета» эволюционного развития. То есть если родители своих детей «закаляют», так как силы у них самих на исходе и другие методы не срабатывают, тогда это может быть вынужденным решением. Спящий ребенок иногда вполне может символизировать для родителей разницу между раем и адом, да и даже между здоровьем и болезнью[19].

Однако родители, используя данный метод, должны отдавать себе отчет в том, что они требуют от детей преодоления больших преград, связанных со страхом. Нужно считаться с тем, что будут слезы и отчаяние. Никто точно не может сказать, насколько долгосрочным будет это эмоциональное побочное воздействие. Это сильно зависит от личности самого ребенка, а также от типа прочих отношений между ребенком и родителями. То, что метод «хорошо работает», само по себе не является убедительным аргументом: если быть последовательным, то можно сделать вегетарианцем и льва. Поэтому родителям следует лишь посоветовать, несмотря на оказываемое на ребенка давление, все-таки иногда «спускать пар» и развить в себе чутье, чтобы реакция ребенка не перешла границы допустимого. Иначе следует опасаться, что «неспящие» дети станут «впавшими в отчаяние спящими» детьми.

В любом случае следует учесть, что метод Фербера несовместим с грудным вскармливанием. Метод контролируемого плача был изобретен в Америке в 1980-х годах, во времена, когда в «спорном» возрасте (Фербер рекомендует применять свой метод с шести месяцев) не кормили грудью практически ни одного ребенка. Большинство детей, находящихся на грудном вскармливании, привыкли находить необходимое для сна расслабление на груди. К тому же в ситуациях, вызывающих страх, они привыкли находить утешение также преимущественно на груди. Метод засыпания Фербера настигает ребенка тремя ударами: во-первых, у ребенка отнимают привычный путь к расслаблению, во-вторых, путь к утешению, в-третьих, ребенок лишается родительского присутствия, которое он по праву ожидает в состоянии неуверенности и которое он в других ситуациях получает без лишних вопросов. Поэтому для детей, находящихся на грудном вскармливании, метод Фербера применяться не может. Или может, но только в том случае, когда ребенок постепенно приучался к тому, чтобы засыпать без груди (например, с куклой-платочком).

Сон как метод воспитания?

Следует критически спросить: подходит ли сон действительно для того, чтобы являться методом воспитания? Метод контролируемого плача в практическом смысле может быть успешным: ход семейной жизни облегчается, родители могут спокойно вздохнуть, а это ценно уже само по себе. Но часто к различным методам добавляют и различные педагогические цели, и вот здесь следует соблюдать осторожность. Педагогического успеха с методом Фербера ожидать не следует, да и подтвердить его невозможно. Нет никаких подтверждений того, что засыпание по Ферберу в целом несет с собой преимущества для развития ребенка. Путь, ведущий к самостоятельности, далеко не прямой. К нему относится как опыт наличия родительской близости, так и опыт «самоэффективности» ребенка (о ней мы расскажем в главе 5, в разделе «Размышления»). Надежда на то, что достигаемая при засыпании самостоятельность распространится и на другие сферы, не обоснована ни с точки зрения психологического развития, ни с точки зрения теоретических учений (в целом речь в большинстве «программ сна» идет просто о тренировке). Самостоятельное засыпание может являться прогрессом для родителей или для семьи в целом, но для ребенка это вовсе не означает прибавления умений.

С педагогической точки зрения следует также заметить, что метод Фербера заранее программирует воспитательный конфликт целей. Целыми днями родители делают максимум, чтобы не развивать в ребенке самоуверенность, всерьез принимая все проявления детей и предлагая эмоциональную поддержку (нередко даже навязывая ее), в особенности в вызывающих опасение ситуациях. В методах же контролируемого плача естественная в иных случаях эмоциональная защита со стороны родителей и согласие с детскими потребностями дают отказ именно в наполненной для ребенка страхом ситуации засыпания.

Проблемы засыпания: что нам готовит будущее

Если рассматривать широко распространенные сегодня проблемы со сном, то напрашивается сравнение с другим «проблемным поведением»: с проблемой частого мочеиспускания, сильно занимавшей два первых послевоенных поколения. И здесь ожидания родителей и биологические возможности детей очень сильно различались – дети были буквально изнурены слишком ранними «тренировками» в этой области (см. главу 8). Является ли обучение сну аналогичным фетишем воспитания, каким являлись попытки решения проблемы частого мочеиспускания два-три поколения назад, когда тренировали мочевой пузырь?

Проблема вокруг мочевого пузыря разрешилась тогда, когда стало ясно, что трава не вырастет быстрее, даже если ее тянуть вверх: мочевой пузырь детей растет и без воспитательных мер со стороны родителей. Однако это было не единственным открытием, которое позволило наконец отодвинуть проблему частого мочеиспускания на задний план: большую роль в этом сыграли стиральные машины и практичные одноразовые подгузники, позаботившиеся о снятии напряженности вокруг данной темы. За это следует, так сказать, высказать благодарность фирме Pampers.

И именно поэтому тема сна будет актуальной и для последующих поколений родителей. Ведь в отличие от функции детского мочевого пузыря на сон можно эффективно повлиять – это демонстрируют такие успешные методики, как, например, метод Фербера. Но еще важнее следующее: проблема частого мочеиспускания разрешилась, так как существенно снизились «затраты» на ее решение вместе с изобретением одноразовых подгузников. А вот с проблемой сна дело обстоит по-иному. Здесь «затраты» родителей продолжают расти. Вечерние часы во времена распространения работы по совместительству становятся все ценнее, а братья, сестры и другие члены семьи, которые раньше могли сгладить эту проблему, в наше время стали редкостью. Это позволяет сделать вывод, что проблема сна будет существовать и дальше.

Сон без ночных пробуждений

Для многих родителей сон без ночных пробуждений – это такой же этап в развитии ребенка, как и появление первых зубов или первые шаги. Существует мнение, что случается это где-то между третьим и четвертым месяцем жизни. Но исследования никак не могут до сих пор зафиксировать этот момент! Большинство грудных детей в течение первого года жизни просыпаются как минимум раз за ночь, а чаще всего и больше.

Если записать сон грудного ребенка на видео, то можно увидеть, что трехмесячные малыши в среднем просыпаются по ночам от двух до трех раз. В возрасте девяти месяцев малыши просыпаются даже и по пять раз за ночь. А в двенадцать месяцев снова два-три раза. В младшем детском возрасте ночной сон также непостоянен: более трети детей даже в возрасте двух с половиной лет регулярно просыпаются ночью.

Несмотря на это, многие родители убеждены, что сон без ночных пробуждений является частью нормальной программы развития грудного ребенка. Они в этом уверены в той же степени, в какой поколение их бабушек и дедушек считало, что «нормальный» ребенок уже в два года должен самостоятельно ходить в туалет.

С чем это связано? Причина, вероятно, в том, что родители любят друг другу рассказывать позитивные истории о своих детях. Вот, например, читаем сообщение об успехах одной девочки из группы детей ползункового возраста: «Лиза со вчерашнего дня по ночам не просыпается». Если же она на следующий день проснется ночью, то мы увидим скорее всего рассказ о другом ее достижении: «Лиза научилась переворачиваться!»

Подобным убеждениям способствуют и многие авторы советов для родителей. Например, Анна Вальгрен в своей местами достаточно оригинальной «Детской книге» пишет, что ребенок, который в возрасте одного месяца (!) не спит без ночных пробуждений, нуждается в помощи, чтобы ему продемонстрировали «разницу между днем и ночью». А когда она пишет, что «через три или самое позднее четыре месяца вы можете рассчитывать на то, что ваш ребенок будет спать ночью по двенадцать часов», это воспринимается как миф.

Факты: сон без ночных пробуждений

На практике ни один маленький ребенок не спит без пробуждений от заката до рассвета. Такое может быть лишь в мечтах отвыкших от сна родителей. Самый длительный отрезок сна, который могут ожидать родители, будет продолжаться от шести до восьми часов. К тому же у детей грудного и младшего возраста существенно более легкий сон, чем у подростков или взрослых: даже «спящие без ночных пробуждений» дети во время ночного сна, как правило, пробуждаются многократно. Но они тут же снова засыпают и потому не мешают своим родителям – например, потому что их сразу кормят грудью (о чем мамы часто вспоминают не всегда), или же потому, что успокаиваются самостоятельно. Поэтому за «спящим без ночных пробуждений» малышом из рассказов родителей далеко не всегда стоит действительно не просыпающийся ночью ребенок!

При этом дети на грудном вскармливании просыпаются ночами чаще и начинают спать без ночных пробуждений в более позднем возрасте, чем дети на искуственном вскармливании. Это может быть связано с тем, что материнское молоко быстрее усваивается и эти дети быстрее становятся снова голодными – ведь груднички и днем едят чаще. К тому же сон детей, находящихся на грудном вскармливании, по крайней мере если они находятся вблизи матери, по своей «архитектуре» более легкий, чем детский сон сам по себе.

То, что легкий сон маленьких детей может быть связан с «готовностью попить», подтверждается и тем фактом, что у детей в других культурах можно наблюдать скорее поверхностный, прерываемый фазами бодрствования сон, который в возрасте трех-четырех лет (возрасте, когда детей отлучали от груди, см. главу 2), становится более крепким.

Кроме того, легкий сон был и более безопасным (волки не дремлют!). Детям и раньше не доставляло особого удовольствия постоянно проверять по ночам, находятся ли они все еще под защитой более сильных взрослых.

Почему ночной сон без пробуждения представляет собой проблему

То, что сегодня многие родители жалуются на проблемы ночных пробуждений детей, не связано с тем, что дети стали чаще просыпаться. Изменилось вот что: детям в сегодняшних условиях стало тяжелее снова засыпать. Пока мама и ребенок спали рядом друг с другом, вполне хватало каких-то подсознательных вмешательств, чтобы вернуть ребенка ко сну. Сейчас же, когда дети реже спят рядом с мамой, паузы в процессе сна стали настоящей проблемой.

Когда дети пробуждаются, они ожидают ту же программу засыпания, к которой привыкли. Они ищут «мостик» ко сну, хотят пройти по проторенному пути. Сомнологи называют этот путь ассоциациями на засыпание: если детей во сне кормят грудью, то это влечет за собой засыпание на груди у матери. Если они привыкли к тому, что для засыпания их носят на руках, то они и ночью ищут родительские руки. Если они не находят привычный путь, например когда мама хочет прекратить кормление грудью или родители ночью слишком устали, чтобы бегать с ребенком туда-сюда по квартире, возникает протест.

Проблемы, связанные со сном без ночных пробуждений: советы с точки зрения эволюции

Эволюционно-биологическая система мышления позволяет обобщить проблему в трех пунктах.

• Во-первых, дети не могут спать как сурки. Сон ребенка должен быть свободным, позволять также и ночную коммуникацию и прием пищи (при грудном вскармливании). Таким образом, ночное пробуждение является нормальной, ожидаемой особенностью маленьких детей.

• Во-вторых, в соответствии с тем, что нам известно, сон без ночного пробуждения не имеет ничего общего с уровнем развития детей. Дети, которые всю ночь спят не просыпаясь, в возрасте шести месяцев не отличаются от тех, кто этого не делает, ни «степенью зрелости», ни прочими жизненными навыками.

• В-третьих, то, что дети грудного и младшего возраста протестуют, когда они просыпаются ночью и оказываются одни, – это нормально. Ожидание родительского присутствия во время сна необходимо в целях безопасности.

Все это значит следующее: если дети ночью просыпаются часто, это может сложно для родителей, но «нарушением сна» или болезнью, как это диагностируют многие, это не является.

Однако ночное пробуждение может легко развиться в проблему. Ибо требования малыша о близости и присутствии родителей ориентируются, как правило, вовсе не на то, что родители понимают под «хорошей ночью». Тут быстро возникает замкнутый круг из завышенных требований к родителям и страха разлуки со стороны ребенка: нервничают как дети, так и родители.

Два возможных пути

Каким образом родители могут преодолеть этот замкнутый круг и сделать сон ребенка спокойным и продолжительным?

Собственно, «динамитом» в вопросах нарушения сна являются вышеуказанные «ассоциации на засыпание», то есть глупая привычка перехода ко сну ночью тем же путем, что и вечером. Здесь в принципе имеется лишь два пути для решения проблемы.

Или родители пытаются сделать так, чтобы их ребенок засыпал самостоятельно, то есть приучают его к засыпанию без родителей. Только от таких засыпающих самостоятельно детей родители вправе ожидать, что ночью те так же самостоятельно будут засыпать (обо всех «за» и «против» самостоятельного засыпания мы уже поговорили).

Или же дети и ночью будут получать доступ к тому же «пути», по которому они идут вечером при отходе ко сну. Это, в свою очередь, значит, что родителям следует проверить ритуалы засыпания на предмет их пригодности в ночное время. Если ребенок привык идти по пути, предполагающему появление у родителей ночных хлопот, то рекомендуется при засыпании с любовью, но настойчиво подталкивать в другом направлении.

Приведем следующий пример: для грудных детей, которые привыкли отходить ко сну только путем ношения на руках, рекомендуется переход к менее «двигательной» программе. Любимый пункт маленьких детей – грудное вскармливание – также следует проверить на пригодность, а решения, которые могут быть здесь найдены, будут настолько же различными, как различными будут сами дети, мамы и проблемы в каждом конкретном случае. Некоторые мамы решаются на то, чтобы ночью еще в течение длительного времени кормить ребенка грудью и, возможно, брать его для этого в родительскую постель. Другие же мамы настолько измучены проблемами сна, что они лучше начнут отучать своего ребенка от груди сегодня, чем завтра.

Однако здесь следует принять во внимание следующее: при отлучении от грудного вскармливания заранее запрограммирован еще один конфликт: детям в возрасте менее шести месяцев по всем правилам необходимо как минимум еще одно ночное кормление. Тут дать хороший совет сложно. Конечно, можно кому-то другому поручить вставать ночью, чтобы приготовить бутылочку смеси, но, возможно, это создаст новые, довольно трудоемкие «ассоциации на засыпание». Тут, наверное, будет мудрее подождать с отучением от груди до тех пор, пока ребенку не будет уже требоваться ночное кормление, и попробовать применить пустышку.

Найти компромисс. Если ребенок уже немного подрос, но по-прежнему просыпается ночью, то можно попытаться найти с ним максимально «бесшумный» компромисс. Некоторые родители не испытывают проблем с тем, чтобы брать ребенка в родительскую постель. Другие предлагают ему альтернативу, например в виде матраца рядом, на котором предлагают устроить «лагерь со зверюшками», которые приходят туда по ночам. Третьим детям помогает ночник (см. ниже) или совместный сон в комнате у старшего брата или сестры.

Требуется ли детям немного питья ночью? И да, и нет. В первые полгода жизни практически всем грудничкам по ночам необходимо их любимое молоко, а дети, находящиеся на грудном вскармливании, нуждаются в молоке по ночам вплоть до конца младшего детского возраста. Это связано с тем, что дети на грудном вскармливании начиная с третьего месяца жизни за каждый прием пищи в целом выпивают меньше молока, чем дети-искусственники (см. главу 2). Особенно «голодных» детей в течение всего первого года жизни очень тяжело отучить от их традиционной ночной бутылочки молока! Ведь каша или «обычная еда» по ночам детям не нужна – независимо от возраста. Ночная бутылочка с соком или водой также не требуется: водообмен у детей сформирован таким образом, что при нормальных климатических условиях дети в состоянии выдержать без нее всю ночь. Фактом является следующее: большинство детей, требующих свою бутылочку ночью, делают это потому, что они привыкли засыпать после бутылочки молока.

Поможет ли и дальше ночной свет? Страх перед темнотой или «монстрами», который может быть достаточно ярко выражен в позднем младшем детском возрасте, можно взять немного под контроль при помощи освещения. С точки зрения эволюции, свет костра представляет собой обычное сопровождение во сне. С другой стороны, даже небольшие количества света оказывают влияние на секрецию гормона сна мелатонина. Это говорит в пользу того, чтобы не оставлять свет на всю ночь. Идеальным решением вопроса были бы часы с таймером, выключающие свет во второй половине ночи[20].

Помогает ли пеленание? Плотное пеленание или даже обертывание бинтами было широко распространено в Европе вплоть до XVIII столетия, а сегодня оно снова набирает популярность, не в последнюю очередь благодаря ранее упомянутому методу Карпа. Действительно, есть сведения о том, что в первые месяцы жизни такие дети спят спокойнее и дольше. Следовательно, попытаться можно, но в этом случае не следует класть ребенка для сна на живот.

Больше проводить времени на улице. Ночной сон без пробуждения можно стимулировать и днем. Так, согласно данным одного шотландского исследования, дневной свет стимулирует ночной сон. Предположительно у детей, которые в течение дня получают много солнечного света, по ночам увеличивается выработка мелатонина. В любом случае в ходе вышеупомянутого исследования дети, получавшие в дневные часы больше света, спали ночью однозначно лучше. Поэтому больше гуляйте днем с детьми на улице! Это позволит вам найти кратчайший путь к здоровому сну.

Размышления
Почему мы говорим о сне?

Практически все более-менее развитые животные время от времени теряют сознание: одни ночью, другие днем, у одних отключается всего одно полушарие, у других мозг целиком, одни при этом стоят, а другие ложатся. «Цена» сна существенна: кто спит, тот не сможет найти пропитание или защититься. Для чего же мы тогда спим? И почему дети спят намного дольше взрослых? На последний вопрос дал несколько сложный ответ немецкий детский психолог Прейер. Он был настолько удивлен длительным сном своего сына Акселя, что даже диагностировал у него гиперсомнию. Попробуем ответить на этот вопрос, чтобы облегчить участь детей.

Вернемся сначала к вопросу о причинах сна. Из того факта, что менее развитые представители животного мира, как, например, насекомые или черви, не спят, ученые делают вывод, что сон стал необходим для улучшения обработки информации в мозге и в конечном итоге является предпосылкой для обучения. Во сне ведутся «ремонтные работы» в клетках тела, ночью усиленно работает иммунная система организма. Необходимый для роста детей гормон также вырабатывается преимущественно ночью – дети в буквальном смысле слова растут во сне.

Когда мы спим

Время, когда звери спят, зависит от того, какие источники пропитания они используют и с какими естественными врагами им приходится сражаться. Различное время сна тех или иных видов животных регулирует движение в лесу. Для человека с его высоким уровнем интеллекта, но с плохой способностью ориентироваться в темноте преимущества приходящейся на темноту фазы сна очевидны: в темноте человек не только не сможет увидеть сладкие и вкусные плоды, но и почти точно попадет прямо в лапы хищных животных.

Маленькие дети настраиваются на этот обеспечивающий выживание ритм «день и ночь» шаг за шагом.

• В материнском теле их сон распределен равномерно днем и ночью.

• В первые недели жизни грудной ребенок еще совсем плохо ориентируется в том, когда наступил день, а когда ночь, пять-восемь этапов его сна достаточно хаотично распределены в течение суток.

• Приблизительно через три-четыре месяца ребенок находит свой собственный ритм сна и бодрствования. Он спит «в три присеста», которые каждый день приходятся приблизительно на одно и то же время.

• Некоторые дети начинают предпочитать для сна ночь уже с первого месяца жизни, другие лишь с четвертого или пятого месяца. Время, когда дети начинают спать действительно без ночных пробуждений, у них очень различается (об этом мы говорили в предыдущей главе).

Однако отметим: если грудной ребенок спит без ночных пробуждений, то это не значит, что его сон похож на сон подростка. С точки зрения экспертов, младенец будет спать без пробуждений в том случае, если будет пребывать в покое в течение шести-восьми часов.

Причем это вовсе не значит, что он все время будет спать. Видеозаписи спящих детей показывают, что они пробуждаются от одного до трех раз за ночь, каждый раз на пару минут; часто им удается самостоятельно заснуть.

Послеобеденный сон

Послеобеденный сон является довольно переменчивым явлением. Некоторые (немногие) дети уже в возрасте восемнадцати месяцев прекращают спать после обеда. Но все-таки каждому восьмому ребенку послеобеденный сон становится не нужен лишь в возрасте двух с половиной лет. Большинство же детей начинают обходиться без этого сна только на четвертом году жизни. Из тех, чей возраст больше четырех лет, регулярно спят после обеда лишь 10 % детей.

С точки зрения эволюционной биологии объяснить данное явление можно следующим образом: исходя из изначальных условий жизни человечества, сон в присутствии более сильных взрослых был надежным решением. Когда же дети постепенно вырастают из зоны близости и защиты родителей, послеобеденный сон становится опасен. Кто смог бы ребенку, которого больше не носят на руках, чей каждый шаг более не контролируется, гарантировать, что во время сладкого сна его не украдет какой-нибудь хищный зверь?

Потребность в сне

Еще с рождения здесь заметны значительные различия между детьми. Так, большинство новорожденных спят 14–18 часов в день, другие – 12–14 часов, а некоторые и до 20 часов. В возрасте одного месяца некоторые дети спят почти в два раза больше других! Начиная с шестого месяца (когда груднички спят от десяти до тринадцати часов в день) различия между отдельными детьми становятся менее значительными, но даже в период учебы в школе колебания в потребности в сне все еще составляют около двух часов.

Различается также и предпочитаемое детьми время засыпания. Большинство детей – «совы», то есть склонны к тому, чтобы по вечерам не ощущать усталость. Многие грудные дети по вечерам засыпают не сильно раньше среднестатистического взрослого. Это происходит по меньшей мере до возраста, когда малыши находят свой собственный ритм, – то есть до трех-четырех месяцев.

Но потребность в сне различна не только у отдельных детей, она также различается у отдельных культур. Так, например, грудные младенцы народа кипсиги в Африке спят в среднем на два часа меньше своих сверстников из США, а те, в свою очередь, еще на два часа меньше, чем их голландские ровесники.

Повсюду на земном шаре люди спят тем больше, чем они моложе. И тут мы возвращаемся к исходному пункту этой главы: сон – это «смазка» для головного мозга. А когда эта «смазка» ему нужнее, чем в возрасте, когда мозг растет, создавая связи между нервными клетками и используя любую возможность для того, чтобы учиться?

Глава 5
Спим вместе?

Как бы ни различались человеческие культуры, они едины в одном: ночью маленькие дети находятся вместе с их родителями. С одним исключением: кроме западного мира[21]. Тут большинство родителей считают, что маленькие дети должны спать в собственной кроватке уже хотя бы из-за того, что иначе они не станут самостоятельными. И даже педиатры приводят весомые аргументы на этот счет: совместный сон с родителями может быть опасен и даже может стать причиной внезапной детской смерти!

Кто тут прав? Является ли общая с родителями постель для маленьких детей преимуществом или препятствием в их развитии?

Посмотрим сначала на цифры: по имеющимся оценкам, у нас в стране около 10 % грудничков регулярно спят вместе с родителями. Если верить данным из США, то феномен становится еще более удивительным: десять лет назад с родителями там спал каждый двадцатый ребенок, а сегодня – каждый шестой.

Что стоит за выбором места для сна? Желание детей? Удобство родителей? А что предусмотрено «от природы»?

Что является нормальным?

Почему дети «ожидают» во время сна близости матери либо других доверенных взрослых, мы подробно объяснили в предыдущей главе. Однако совместный сон, похоже, обладает также непосредственным физическим воздействием. Так, проведенные в лаборатории сна исследования показывают, что дети, находящиеся на грудном вскармливании и спящие совместно с мамой, по ночам получают грудное молоко в два раза чаще (и почти в три раза дольше), чем их также находящиеся на грудном вскармливании, но спящие отдельно от мамы ровесники. Исследователь Джеймс Маккенна сумел продемонстрировать, что спящие вместе с мамой получающие грудное питание младенцы по ночам потребляют на треть больше калорий, чем груднички, спящие в собственной кроватке! Вплоть до недавнего времени такая ситуация могла считаться позитивной как с точки зрения питания, так и с точки зрения иммунной системы.

Близость к маме оказывает также поддержку и другим важным функциям организма грудного ребенка. Как мы увидим подробно в главе 12, сон у тела матери помогает малышам не только поддерживать более стабильный сердечный и дыхательный ритм, но и способствует лучшему удержанию собственного тепла. В первые недели и месяцы ребенок еще не может регулировать все вопросы, связанные с теплом, и находится по меньшей мере в климатическом стрессе под угрозой охлаждения, что было вполне реальным во времена, когда отопления в домах еще не было. Замеры показывают, что у спящих в собственной кроватке малышей более низкая температура тела, чем у тех, кто получает грудное молоко и спит с мамой. Кажется, что эти дети используют материнское тело как доступный источник энергии.

При этом мама и ребенок «работают» в отношении друг друга как термостаты: сначала при контакте «тело к телу» поднимается температура у мамы, затем, больше чем через час, очень медленно начинает подниматься температура у ребенка. Как только достигается определенный уровень, температура тела мамы падает, чтобы затем снова подняться, когда опустится температура тела ребенка. Таким образом, многое говорит о том, что мать является для ребенка важной опорой, которая позволяет быстрее развить физические функции у родившегося сравнительно незрелым ребенка.

А вот стимулирует ли совместный сон развитие в целом, подтвердить тяжелее. Научных исследований, которые могли бы четко подтвердить, что спящие вместе с мамой дети лучше развиваются (такое исследование невозможно по чисто методическим причинам), не существует. Известно лишь то, что развитие недоношенных детей однозначно протекает лучше, когда они могут спать в непосредственной физической близости с мамой: не только стабилизируются жизненно важные физические функции (биение сердца, дыхание, терморегуляция, снабжение организма кислородом), но и улучшается питание. Такие малыши растут быстрее и развиваются в неврологическом плане более благоприятно, то есть раньше достигают многих важных вех своего развития.

Мама и ребенок – в одной команде

Точно так же, как и в вопросе терморегуляции, мама и ребенок интуитивно согласовывают друг с другом глубину сна. Ночные замеры показывают, что дети и их мамы «на одной волне» проходят многие стадии сна. Неудивительно поэтому, что наряду с активностью головного мозга синхронизируется также частота сердечных колебаний, напряжение мышц и дыхание!

«Опорную» функцию партнера даже использовали в медицине, чтобы помочь недоношенным детям лучше спать. Так как мама, естественно, не может лечь к ребенку в инкубатор, был разработан «дышащий медвежонок», дыхание которого осуществлялось в ритме ребенка. У детей, которые спали с «дышащим медвежонком», был более равномерный и более спокойный сон, чем у детей, рядом с которыми был обычный игрушечный медвежонок. Во время экспериментов также выяснилось, что дети во сне искали контакт с «дышащим медвежонком», а с не дышащим не искали. Исследователи в связи с этим обнаружили, что ритмичная стимуляция поддерживает процесс созревания головного мозга у детей. Есть даже данные о том, что «дышащий медвежонок» помогает и нормально родившимся детям в первые шесть месяцев жизни лучше спать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Интересно при этом следующее: в то время как ребенок может распознать уже с рождения сладкий, горький и кислый вкус, «понимание» соленого и богатого протеином вкуса (умами) развивается лишь через несколько месяцев. И в этом имеется определенный смысл: пока ребенок полностью обеспечивается матерью богатым протеином и электролитами питанием (материнским молоком), от последних вкусовых сигналов вполне можно отказаться.

Вернуться

2

И то, чему они научились, остается на всю жизнь. Как тяжело расширить свои предпочтения в питании за рамки того, что было получено до школьного возраста, узнали на своем опыте европейские колонисты в Америке: они чуть не умерли от голода, так как отказывались питаться возделываемой там кукурузой.

Вернуться

3

Вопреки имевшимся ранее предположениям либо надеждам, аллергии не удается избежать за счет того, что мать перестанет употреблять определенные продукты питания, например коровье молоко или куриный белок. Этот факт учитывают и новые директивы для педиатров. Подробности по теме питания и колик можно узнать из главы 6.

Вернуться

4

Само слово фруктоза (фруктовый сахар) кажется достаточно «здоровым» и она, фруктоза таковой и является, если потребляется как часть фруктов, где она встречается в натуральной форме. Если же потреблять фруктозу в высоких концентрациях, например, в яблочном соке или даже в качестве составной части используемого во многих сладостях и напитках high fructoce corn syrup (HFCS) – кукурузного сиропа с высоким содержанием фруктозы, то обмен глюкозы может в долгосрочной перспективе измениться и она станет менее чувствительна к вырабатываемому человеком инсулину, чтобы поддерживать в норме обмен веществ. Это может, в свою очередь, дать толчок развитию избыточного веса и возникновению сахарного диабета.

Вернуться

5

Здоровые люди потребляют в ходе различных экспериментов ровно такое количество воды, которое им необходимо для вывода продуктов обмена веществ. То, что профилактическое питье воды может привести даже к противоположной от намечаемой цели, показывает ставшее известным исследование, проведенное во время Бостонского марафона. У тех бегунов, которые в качестве профилактики много и часто пили, после бега часто происходило нарушение водного баланса и баланса электролитов! В ответ на жалобы многих родителей на то, что их дети с точки зрения педиатрии слишком мало пьют, следует сказать, что, по заключениям медиков, у немецких детей не наблюдается эпидемии камней в почках, и нет подтверждений тому, что встречающиеся у детей запоры вызваны потреблением слишком малого количества жидкости. В последнем случае, как правило, на переднем плане находится тип твердой пищи и неблагоприятные привычки дефекации.

Вернуться

6

У данной оценки давняя традиция: даже первобытные народы при искривлении ножек у новорожденных привязывали малышей к доскам, чтобы исправить этот недостаток. Кстати, это была также довольно распространенная традиция у античных греков и римлян.

Вернуться

7

Сравнительно небольшая потребность человеческого ребенка связана с тем, что рост детей распределен на много-много лет. Крысы, например, удваивают свой вес по сравнению с весом при рождении всего за шесть дней, а человеческому ребенку на это требуется сто пятьдесят дней (больше о стратегии роста человека см. в главе 17, в разделе «Размышления»).

Вернуться

8

Откуда происходит такое неблагоприятное согласование в соответствии с питательной функцией, никто не знает точно. Это может быть связано с тем, что женская грудь у человека – в отличие от других млекопитающих – служит не только целям питания, но и целям сексуальной рекламы. В любом случае фактом является то, что только человеческая грудь накапливает значительные количества жира и за счет этого выступает в качестве органа также и вне периода грудного вскармливания. Эволюционные биологи допускают, что формирование человеческой груди частично является результатом сексуальной селекции (см. главу 9), то есть она развивается не только в соответствии с критериями максимально эффективной питательной функции, но и в качестве привлекающего признака.

Вернуться

9

Получающие кормление грудью дети переваривают материнское молоко быстрее, но принимают пищу по сравнению с детьми, получающими искусственное вскармливание как минимум с шестой недели жизни, более мелкими порциями, то есть они быстрее становятся сытыми. Недоедание они компенсируют прежде всего ночью.

Вернуться

10

Это относится по меньшей мере ко времени вне неонатального периода. В течение первого месяца жизни по-прежнему не следует использовать пустышку, так как это может привести к отказу от груди.

Вернуться

11

Кормящим грудью женщинам следует увеличить свое ежедневное потребление энергии в зависимости от возраста грудного ребенка на 25–60 %. Это не проблематично в сегодняшних защищенных условия питания (напротив, многие женщины ждут с нетерпением снижения веса!), но в маргинальных условиях может возникнуть дефицит питания. Последний является даже правилом у многих наших ближайших родственников. Свободно живущие мамы-павианы, например, не могут удержать свой вес в период грудного вскармливания, и смертность среди них повышена.

Вернуться

12

Еще кое-что отличает человека от животного. Для матери животного настолько же неблагоприятно отказываться от грудного вскармливания слишком рано, насколько вредно слишком долго ждать этого момента. Ибо вызванные грудным вскармливанием гормональные изменения подавляют овуляцию (вызывают так называемую лактационную аменорею). Более длительное грудное вскармливание означает, таким образом, для матери животного возможный отказ от последующего потомства, что является «дорогим» с точки зрения эволюции решением. У человека все по-другому: грудное вскармливание обладает у человека меньшим влиянием на плодовитость, чем у зверей (даже если человеческая мать продолжит грудное вскармливание, она в среднем через двадцать месяцев после рождения ребенка будет снова фертильна – лактационная аменорея, таким образом, ограничена по времени). В то время как мать животного в интересах будущих детей должна как можно меньше кормить грудью, человеческая мать при определенных условиях может себе позволить больше инвестировать в нынешнего ребенка, не ставя одновременно на кон успех репродуктивной функции.

Вернуться

13

То, что продолжительность грудного вскармливания была не только «вопросом стиля», но и соответствовала необходимости, показывает наблюдение за народом кунг, демонстрирующее, что смертность быстро растет, если возможно только короткое по продолжительности грудное вскармливание.

Вернуться

14

То, как построен сон, также оказывает свое влияние на длительность грудного вскармливания. Так, например, известно, что дети, которые спят по ночам у мамы, дольше получают грудь – это должно иметь прежде всего практическую основу.

Вернуться

15

Мужа и жену сначала тоже не связывает никакая генетическая программа, они родственники на ноль процентов – и несмотря на это, они часто довольно хорошо находят общий язык. Однако именно этот пример можно интерпретировать по-иному: по сравнению с родственными отношениями браки, по крайней мере в сегодняшних условиях, не является особо стабильными. Кровь все-таки связывает людей прочнее.

Вернуться

16

В соответствии с бытующими в народе взглядами, традиционные культуры отличаются тем, что грудные дети ничего не получают, кроме материнского молока. Этот миф совершенно не обоснован, и это демонстрируют примеры из данной главы.

Вернуться

17

Это может звучать удивительно, ибо эксперименты, а также случай с вскармливаемыми грудью близнецами показывают, что матери в состоянии гарантировать и более высокую «продуктивность» выработки молока. Однако они ее достигают только тогда, когда грудь сильнее опорожняется, чем это имеет место при обычном грудном вскармливании. А вот ограничение молочной продуктивности подходит к соответствующей эволюции точке зрения, согласно которой мать должна ограничивать «выделяемые» отдельному ребенку ресурсы. В конце концов, ее приспособленность к производству потомства зависит от того, как хорошо она распределяет свои силы и имеет ли возможность «инвестировать» в других потомков (см. главу 2, раздел «Размышления»). Интересным в этой связи является то, что материнское молоко содержит субстанции, похожие на морфий, которые, возможно, должны выделяться, чтобы подавлять аппетит грудных детей и таким способом реализовать это компромиссное решение по ресурсам.

Вернуться

18

Например, имеется следующий «мягкий» способ научить ребенка «самостоятельному» засыпанию: ребенок кладется в постель еще бодрствующим, и с этого момента его не берут больше к себе (даже если он протестует). Но отец и мать находятся постоянно поблизости, например сидят на стуле и читают книгу либо занимаются домашними делами.

Вернуться

19

Так, проблемы со сном у новорожденных нередко сопровождаются депрессиями у матерей. Если излечить проблемы со сном у ребенка, то часто улучшается и ситуация с депрессией у матерей.

Вернуться

20

Есть указания на то, что постоянное ночное освещение, например при сменной работе, возможно, может стимулировать развитие определенных видов рака. В этой связи исследовалась также возможная взаимосвязь между использованием ночников и лейкемией у детей. До сегодняшнего дня подозрения не подтвердились, но и не были опровергнуты.

Вернуться

21

Совместный сон матери и ребенка часто связывается с традиционными обществами, но это неверно; совместный сон матери и ребенка является нормой, например, и в современной Японии.

Вернуться