Меняются миры и люди, их обычаи и традиции тоже поддаются изменению, меняя их быт и мировозрение. Кто-то страдает от этого, а чья-то судьба становится невероятно легкой, благодаря новшествам, изменениям, предавшим что-то небытию. Лишь одно остается неизменным среди людей – ненависть к неизвестному, что встречается чаще, чем любопытство.

– Спи, мое дитя. И пусть богиня Смерти укроет твой путь от глаз Великих. – прошептала женщина, пальцами отдавая свой последний поцелуй ребенку и скрылась в портале, оставляя корзинку с ребенком под порогом замка и лишь иллюзия прятала его от глаз воров, скрываемый крышей над дверью.

Яркие лучи солнца заалели на воротах, а стража уже менялась, чинно чеканя шаг перед воротами, пока командир не заметил, что в углу, между входом и каменной стеной, лежит колыбель, украшенная ворохом цветов.

– Смирно! – рявкнул командующий, буравя взглядом молодых офицеров, стараясь вызвать у них страх и смущение, что не особо получилось, ведь большинство из них час назад сладко спало, покуда их не подняли звоном колоколов. – Почему ночная смена не доложила о ребенке, оставленной возле Замка?!

Его голос звучал сурово и грубо, а усы яростно топорщились в разные стороны, напоминая щетку для чистки обуви, уже с нанесенный на нее гуталином.

– Вы что, охайники, молчите? Где отчет ночного писаря? Он должен был сидеть и записывать все, что видит перед собой! – начальник охраны хотел устроить разнос, так как сам уже не спал более двух суток.

– Так, сэр, ливень был. Все залило, даже спальня короля чуть ли не притерпела потопа, а куда бумаге-то… – он рассеянно говорил, стараясь не зевать, но рефлекс взял вверх, и офицер зевнул, выбиваясь из строя.

– Значит, бумага не выдержит? Ливень был? – его интонации звучали устрашающе, предвещая что-то плохое. – Десять кругов вокруг дворца, потом развод караула. Джонракс, позвать мне сюда начальника ночной охраны!

Все его команды звучали, словно рык, а мужчина был похож на самую настоящую злую крысу, тем самым выбиваясь из образа злого, строго и очень опасного рекрута.

Джонракс, который первым подал голос, подошел к командиру и отрапортовал, что мол он уже видел господина Рюкселя, начальника ночной охраны, он ясно и коротко пояснил, что пойдет высыпаться, потом мыться, а до ночи чтобы его вообще никто не трогал, ибо чревато.

Начальник дневной охраны потер свои усы, припоминая, что мистер Рюксель является особой опасной, даже не доброжелательной. Все же, младший брат короля, то есть второй наследник на престол, но уже давно написавший отказ от престолонаследства.

– Хорошо. – угрюмо хрюкнул мужик, все так же поправляя усы. – Зови его сюда, все же нужен он мне.

Отдав честь, офицер побежал в казармы на поиски начальника охраны Рюкселя, ожидая увидеть его спящим, но мужчина бодрствовал, даже более, чем не спал. Лейтенант занимался. Он делал упражнения, периодически прерываясь на то, чтобы оторвать кусочек от вяленого мяса, который мгновенно отправлялся в рот.

– Капитан, простите, я могу войти?

Обезображенное лицо повернулось к лейтенанту и тот отвел глаза, не в силах смотреть на подобное. Никто не знал и не помнил, как мистер Рюксель получил эти шрамы, каждый раз он рассказывал новую историю, неизменным было участие его брата и многие думали, что именно он, король, виноват в обезображенном лице брата.

– Да, входи. Что тебе нужно?

– Ваша смена ничего ночью не заметила? Ребенка, там? – он смотрел на него, не мигая, из-за чего офицер поежился.

– Нет, был проливной дождь, никто ничего не видел, да и не смог бы увидеть. – продолжал мужчина со спокойным выражением лица, а потом до него дошло, что ему намекали на ребенка. – Ребенок?!

Быстро одевшись, он быстро шел к главным воротам. Его плащ развевался, а волосы, оставшиеся на черепе, оставались в шляпе, глубоко натянутой на голову.

Начальник дневной стражи издалека заприметил мистера Рюкселя, резво подхватив люльку с младенцем, он побежал к брату короля, активно приветствуя его.

Не обращая внимания на приветствия, мужчина протянул ему руку, напоминая зачем он пришел.

– Откуда здесь дитя? Кто его сюда принес?! – он смотрел на гарнизон солдат, которые только закончили бегать вокруг замка. – Я к вам обращаюсь, идиоты!

Рявкнул он, протягивая им корзину.

– Чья шлюха его нагуляла? Кто его заберет? – солдаты молчали, а мистер Рюксель только сжал корзину сильнее. Ему захотелось швырнуть эту корзину, но вовремя вспомнил, что там лежит живое существо, которое не ело и не пило больше восьми часов, а может и больше. – Ладно, я его забираю. А ваша смена будет дежурить двое суток, а теперь прочь отсюда!

Рявкнул мужчина, уносясь с места патруля. В его голове бурлили мысли о том, что он идиот. Пропустил ребенка, которого оставили у ворот замка в его смену. Старый дурак! Мужчина ругал себя за глупость и злился на погоду, что прошлой ночью была ужасна.

Коря и проклиная себя за такой глупый просмотр, Айворд Рюксель дошел до своих покоев в замке, где его должна была ожидать жена. От выработанных гормонов усталости не чувствовалось, но, когда они поутихли, усталость начала брать свое и, лишь дойдя до своих покоев, он сказал жене, чтобы она присмотрела за ребенком, а после отключился, проваливаясь в глубокое небытие.

– Айворд! – в ужасе прокричала жена, вызывая служанок. Подхватив колыбельную, она живо унесла ее в свою спальню, а служанкам наказала, чтобы они уложили ее мужа спать и сходили к придворному медику за укрепляющим отваром.

Они вернулись через пол часа вместе с лекарем, который нес с собой отвар и медицинские приборы, на случай чего-то серьезного у ребенка. По словам лекаря, боги явно сберегли ребенка от простуды, пневмонии и других вирусных и воспалительных заболеваний. Дав концентрацию для ребенка и для ее мужа, мужчина удалился из покоев экс-наследника престола.

Прошло две недели с того момента, как люлька с новорожденным оказалась у ворот замка. Мальчик, находившейся в ней, набирал вес и постепенно рос, радуя уже не молодую женщину, которая так и не смогла родить ребенка своему мужу, хоть и являющегося для нее другом, даже не любимым.

– Моргана? – Айворд вошел в опочивальню жены, холодно посматривая на младенца, понимая, что его жена уже смогла полюбить маленькое создание. Она явно понимала, что это существо не является ее настоящим ребенком, но материнское сердце непрестанно ныло и требовало, чтобы глупая мечта о ребенке воплотилась в нем.

Она оторвалась от ребенка и посмотрела на мужа, счастливо ему улыбаясь.

– Да, Айворд, что-то случилось?

– Король говорит, что у нас стычки с темными феями на границах, наши воины не могут сдерживать их мощь и нас отправляют на поиски реликвии

фей, в их королевство, чтобы уничтожить источник их силы. – он говорил взволнованно, но ничего более его голос не выражал, словно он готовился к смерти.

– Да, дорогой. Я понимаю. – она всегда говорила так, понимая, что ее муж может не вернуться, но это был, как обряд, женщина понимала, что муж вернется.

Минули недели, месяцы, а вестей от капитана Рюкселя не было. Спасательная команда короля, отправившаяся на поиски его брата, пропала без вести, так же, как и маленький отряд капитана ночной стражи.

Весь двор был всполошен. Миссия, которая была возложена на маленькую группу, была провалена, и король уже ожидал ответной реакции от фей, но они прислали письмо, что их послы прибудут через несколько недель, дабы подписать мирный договор. Больше письмо не содержало ничего, кроме подписи королевы и ее родовая печать.

– Да как…Они смеют! – цедил слова король, стараясь сдерживать порывы эмоций и слова особо-ругательные, которые король знать не должен был, но знал.

– Ваше величество, – лепетал советник, – могу я предложить вам все-таки подписать договор, ведь мы не может продолжать эту войну. Один отряд из пяти или шести фей может уничтожить весь наш гарнизон, деревни и леса рядом с ним.

Грозный взор короля опустился на советника, который чуть ли не вжимался в пол, стараясь не сплоховать перед королем. Пока молодой ученый и политик со стажем тридцатилетний мужчина стоял перед своим королем, чуть на подгибающихся коленях. Все еще помня о дипломатическом визите к феям и их грубый отказ с последующими пытками, в которых выяснялось какие планы у короля и политику королевства к магическим существам. Мужчина сломался под пытками, выдав, что король желает лишь мира, а их религия против магии, но Его Высочество пойдет на уступки и будет против гонения на магических существ. Сломав психику человека окончательно, мучители отправили его обратно, просто телепортировав его прямо в покои короля с запиской и документов, объявляющий им, людям, войну.

– Да чтобы я подписал их договор? Никогда! – король еще долго ругался и брызгал слюной, стараясь напомнить советнику и Большому Совету о том, что феи сами начали войну, которую заведомо могли выиграть, но преднамеренно тянули с победой, будто развлекаясь со своим противником.

Но как он не упирался, но все же послы прибыли на следующий день.

Их фигуры появились перед воротами сначала тенями, отливавшие легкими цветами, продолжали материализоваться и вскоре полностью, твердые и прямые, стояли на площади.

Не дожидаясь, пока их пригласят внутрь, гости оповестили о своем пришествии большим взрывом, раздавшимся над самой высокой башней замка. Все жители дворца переполошились и впустили важных гостей (о них были предупреждены все) за ворота замка, пропуская к большому фонтану, где их уже ждал сонный, но вполне вменяемый король.

– Мы рады приветствовать посланцев наших соседей и со всеми почестями хотим пригласить их… – его перебила поднятая рука одной из женщин. Короля очень напрягало то, что его собеседники женщины и он не был уверен в их интеллектуальных способностях.

– Мы прибыли сюда только для того, чтобы воззвать к вашему благоразумию и подписать мирный договор. Нам наскучила война. – она говорила холодно, словно сам Хлад разговаривал с королем. По легендам, Великий Хлад и Глубокая Тьма являлись создателями темных фей, сделав их не такими, как обычные, светлые феи. Но в чем заключалась их необычность никто не знал, так как светлые феи не показывались людям. – Можем ли мы снять иллюзию с себя?

– Да, конечно. – отмер король и двор вместе с ним.

Вдруг девушки поплыли и пред всеми в истинной облике. Высокие тела с мраморной кожей были уникальны сами по себе. Их оттенки волос варьировались от темно-каштанового до глубоко зеленого. Все пять женщин выглядели весьма пугающе, хотя и не имели изъяна во внешности, от них веяло первобытным страхом. Их головы венчали рога всевозможных форм и размеров. У той, что говорила с королем, рога были загнуты назад и ветвились в разные стороны, украшенные легкой нитью с небольшими бриллиантами.

– Где бы мы могли подписать договор? – заговорила вторая девушка, показывая письмо, написанное королевой и имеющее в себе договор о мирном соглашении.

– Пожалуйста, проследуйте за моим секретарем. – он позвал человека из толпы, который именовался королем не иначе, как «ты», чтобы тот проводил группу фей в переговорную.

Большой зал на количество персон, превышающее тридцать человек, был обит золотыми обоями с вышитыми на них гербами королевства. Позолоченные колонные стояли в комнате, по форме напоминающей десятиугольник с таким же столом с полостью внутри. Пол был покрыт

паркетом ромбовидной формы. Высокие окна заливали светом все помещение, благо они выходило на восточную сторону замка, где утреннее солнце алело на рассвете, знаменуя жаркий, нереально жаркий день.

– Король Авингард скоро прибудет? – холодный голос девушки замораживал, словно вьюга кружила вокруг отдельного человека.