Борис Успенский, Александр Тутов
Диадохи Мнайдры
(Порядок из Хаоса или декорации театра абсурда?)

1. Ordo ab chao

Планета была мертва, дальше не куда. Огромный камень в космосе, лишенный атмосферы, изборожденный шрамами метеоритных ударов, сияющий в свете двух солнц радиацией. Светилось здесь все, покрытые стеклянными потеками горы, каменистые плато, кромки глубоких пропастей, скованных космическим холодом. Нагромождения битых камней, в неверном сиянии ледяного полдня, иногда казались причудливыми строениями. А может быть таковыми и были? Фантазии, они и есть фантазии. Всегда хочется видеть то, что хочется. В том то и вопрос, что здесь и смотреть то некому, разве что светилам или цепочке астероидов, бывших некогда луной и болтавшихся в полном беспорядке на орбите. Да, там тоже не было стройности, спокойствия и очень часто космические камни совершали своеобразный суицид, бомбардируя собой мертвую плоть так, что она содрогалась, заполняя кратер застывающей лавой. Даже огонь уступал законам здешнего царства холода и смерти.

Но было здесь нечто, что скрывало в себе тайну. У края глубокой пропасти стояла статуя женщины, сделанная из сверкающего радиоактивным излучением белого камня. Каменное, искусно сделанное неизвестным скульптором лицо было прекрасно, изящные руки поднимались к небу и словно в насмешку радиоактивные частицы превращали лицо в оскаленный череп. Кто ты? Королева Ада, насмехающаяся над грешными душами или может быть грешница, расплачивающаяся за свои грехи? Сколько прошло столетий или эонов, эпох, когда твой прототип полыхал энергией жизни? А кто сказал, что прототип был? Причуды неживого мира не имеют границ и порой могут творить невероятные чудеса.

А это, что тоже чудеса? Видения планеты или нечто реальное? У подножия статуи, опустившись на колени, склонилась стареющая дама со следами былой красоты на лице. Оплывшее тело еще хранило следы гибкости, сочилось силой и энергией, которые медленно уходили прочь, высасываемые мертвым холодом и жестокой радиацией. Это тоже причуда или живое существо? Кто же мог выжить там, где даже умирает камень?

Дама расправила складки пышного оранжевого платья, сверкавшего подобно живому огню, глубже натянула элегантную шляпу с полями, украшенную золотыми перьями, скрывавшую лысую, без волос голову и осмотрелась по сторонам, словно ждала кого-то. Вот уж точно, выжила из ума старуха. Старуха ли? На мгновение женщина преобразилась в гибкую красавицу с высокой грудью, тонкой талией, точеными руками и миловидным лицом, которое обрамляли пышные с медным отливом каштановые волосы. Как же ее имя? Нет не то. Огненно-оранжевая красавица приняла образ женщины иной красоты, высокой, облаченной в невероятно белое платье из целого куска ткани, обернутого вокруг фигуры, от которой и привередливым богиням не было бы стыдно. Даже радиация испугалась этого облика и отступила от серебристых волос, не коснулась печальной красоты лица, не заморозил холод горячих слез, текущих по щекам. А эту как зовут? Нет, и это не то имя. Вета, Фуэго, Азитовал ушли в небытие, сожженные пламенем Рока почти пятьдесят лет назад.

Да, флот заргов, более сотни кораблей, появился неожиданно и превратил Мнайдру в груду развалин. Кипящие воронки поглощали все живое и даже само море вскипело, чтобы загореться парами, уничтожая не только обитателей мира, но и само небо. Это был Армагеддон, в котором погибло все, что могло погибнуть, превращаясь на мгновение в живой факел, рассыпавшийся мельчайшим прахом. Зачем это помнить? Ну, кому-то же надо и помнить хоть что-то, ибо кто сказал, что Феникс не возрождается из пепла? То-то же. Нечего тратить энергию на ушедшие в небытие образы, подумала старуха, теперь у тебя иное имя – Муарта. Почтенная леди, подняла с земли длинную косу, оперлась об нее и встала. Трудно быть не богиней смерти, а самой смертью, не воплощение, но суть определяет бытие. На этом опаленном камне даже голову снести некому, вот и осталось только философствовать. Лезвие косы, откованное из обломка сопла крейсера «Призрак Огня», печально сверкнуло, словно соглашаясь с хозяйкой.

Старая, выжившая из ума маразматичка! И что, пусть в голове полное безобразие, но я ведь королева и меня, в отличие от некоторых, никто с трона не смещал. Вот так-то! Королева аватар флота Мнайдры, даже лишившись своих подданных, навеки осталась злым роком, проклятием для всех, кто поклоняется Великому Таракану. Старуха дряблой, морщинистой рукой коснулась оплавленного камня на постаменте статуи и открылась дверь, пропускавшая в тайник, который скрывал каменный образ последней Великой Энту Мнайдры. Аватара прислонила косу у входа, подняла подол длинного платья и медленно, по ступенькам, спустилась в небольшой тайный зал.

Вспыхнул свет, не яркий, а мягкий, словно не желавший быть назойливым, вырвавший из тьмы статуи. Не статуи это, ох не статуи, а мертвая плоть, навеки застывшая в прозрачной остеклованной массе. Что смотрите на меня пустым взглядом? Нечего сказать, властители? Ты был мудр и силен, Ксан I Целитель, но теперь ты носишь корону на своей голове, чтобы когда-нибудь передать реликвию наследнику. Ах, Вета ты не потеряла своей красоты, держишь на коленях меч ахарга ахаргов, чтобы рукоять согрела рука сына. Это твое право и законное желание.

А вот еще две статуи, при виде которых аватара заплакала и отвернулась к стене, не в силах выдержать холодный, немигающий взгляд капитана Диего. У него на коленях лежал жезл из белого золота, украшенный рубином, приготовленный для дочери. Прости капитан, что я не сохранила твой крейсер, но ты сам приказал выполнить свою последнюю волю. И тебе я завидую среброволосая Азитовал. Как ярко сверкает камень в оправе на твоей шее! Твоя дочь должна надеть его! Я целый месяц пробовала быть тобой и не смогла. Я так и не поняла, этого странного человеческого чувства, которое называется «любовью».

– Ко мне пришли гости, – прошамкала старуха, – Прощайте, мертвые властители, а я должна выполнить предназначение до конца.

Муарта погасила свет в усыпальнице и шаркая ногами поднималась по лестнице. И кого же это принесло за столько-то лет? Черное небо прочертил след космического корабля. Прилетели, касатики в гости? А я ведь совсем не приготовила встречу, точно выжила из ума, старая карга. Дверь захлопнулась, чтобы открыться вновь в годовщину гибели Мнайдры. Муарта замаскировала вход, достала поцарапанное зеркало и посмотрела в него. Омолодиться что ли? Обойдутся, прохвосты, Смерти положено быть с косой и выглядеть отнюдь не писанной красавицей. А вот косу-то надо подточить и, растяпа ты, забыла активировать виброусилитель на лезвии.

На краю пропасти приземлился корабль класса «Разведчик», рассчитанный на команду из двух человек. Милости просим, мои дорогие гости и Муарта принялась небольшой щеточкой чистить подол, рукава платья, шляпу. Можно не быть воплощением красавицы, но вот даже Смерть должна соблюдать аккуратность.

По трапу из шлюза вышли две фигуры в бесформенных пузатых скафандрах, и хозяйка этих мест задумалась о том, мужчины это или женщины, а также убивать их сразу или дать время для просветления разума. С другой стороны, просветлять можно только то, что имеется. Какой, скажите нормальный человек, полетит на уничтоженную планету? Только мародер! Следовательно, согласно пункту пятому, тридцать восьмой статьи криминального кодекса Лиги, подобное действие наказывается смертью на месте. Закон суров, но он закон и его надо выполнять.

Два человека, или не человека, какое это имеет значение, не успели опомниться, как перед ними возникло оранжевое пятно, взмах сверкающего лезвия и две головы упали на оплавленный камень, стукнули и покатились в пропасть. Старушка, откуда и силы то взялись, подняла подол платья и элегантно ногой столкнула тела следом за головами. Да, тяжелая, однако работа быть Смертью. А что будем делать с кораблем? Фи, тупая железяка без аватары! Включаем механизм самоуничтожения, хоть погрею свои старые кости из металлопластика. Раз! Два! Три! Огонек, гори!

«Разведчик» недовольно заворчал и загорелся, разбрасывая искры расплавленного металла. Ну, вот так и работай хранителем тайны! Металлические искры в нескольких местах прожгли ткань, и это вызвало изрядное беспокойство леди с косой. Ладно, наряд она заштопает так, что к приходу новых гостей будет просто очаровательной дамой. А то, что визитеры еще обязательно будут, Муарта не сомневалась. О чем это говорит? Это говорит, что скоро исполнятся сроки, и королева аватар таки искупит свое добровольное проклятие.

(Все наше существование, это декорации для спектакля, под названием «ЖИЗНЬ!»)

* * *

2. Веришь? Иди сквозь огонь, и пламя не сожжет тебя!

Казалось, Терра ничуть не изменилась под властью заргов, ибо тропической растительности, фосфоресцирующему океану было глубоко плевать на все эти галактические проблемы. Ветер тоже поддерживал своих друзей и зачастую ревел так, что все живое пряталось в укрытия, а то с этого прохвоста станется. Забросит тебя в лужу с дерьмом и будет плескать грязными искрами до тех пор, пока фекалии не лягут равномерным слоем по телу. Нет, служба утилизации отходов работала исправно, но ведь и фекалии бывают разными, порой с ароматом и внешней красивостью, за которыми не каждому дано признать обычное дерьмо, никому не нужный мусор.

По автостраде мчался антиграв, автомобиль на воздушной подушке, не обращая внимания на рев ветра, хлестанья дождя по лобовому стеклу. А вот водитель, вернее очаровательная девушка за рулем, явно была не в себе, причем настолько не в себе, что сработал автопилот и перехватил управление, чтобы не произошло несчастья. Очаровательная? Ну, при определенной фантазии можно сказать и так, хотя вымазанное сажей лицо, спутанные всклокоченные волосы не определенной расцветки, вероятно скорее светлые, чем темные, разорванное желтое платье с пятнами крови, заляпавшими изображение насекомого на груди, явно смазывали внешность до неприличного гротеска. Девица размазала ладонью слезы и сделала такую маску на лице, что ни один гример не придумает.

Антиграв выполнил карту маршрута и остановился возле порога небольшой гостиницы, мелкого пяти десятиэтажного домика, пискнул с требованием расплатиться и только после этого услужливо распахнулась дверца, а стрекочущий словно насекомое голос сказал: «Поездка окончена, мне было приятно ощущать Ваше общество!».

– Мне тоже, – буркнула в ответ девушка и пнула ногой по бамперу, – Чтобы ты взорвалась, безмозглая железяка.

– Задача не выполнима, – последовал ответ, – Желаю удачи.

Мотор взревел и такси скрылось за ближайшим поворотом. Пассажирка, слегка пошатываясь то ли от алкоголя, то ли от бурно проведенного досуга прошла в холл, взяла у робота-портье ключи и долго пыталась вызвать лифт, чтобы подняться на сорок восьмой этаж. Кнопка явно не хотела подчиняться, но с двадцатого раза таки заработала. О да, велик тот человек, который придумал поручни и гигиенические пакеты. Если пакет есть, то его надо использовать с пользой, что и было проделано. Короче, к нужному этажу девица даже перестала икать и о, великое чудо, попыталась грязной пятерней расчесать волосы.

Вы думаете, что на этом шоу окончилось? Глубоко ошибаетесь! Процесс попадания электронным ключом в индикатор был, вне всякого сомнения, вершиной вечернего представления.

– Леро! Открой, это я Ар…, тьфу, Арг…та.

– Кто? – послышался голос за дверью, – Какая Аргта?

– Никакая, – пробормотала молодая искательница приключений, сползла по стене и растянулась на полу.

Дверь открылась. В коридор вышел крепкий мужчина, без всяких церемоний взял девушку за ноги и не обращая внимания, что голова красотки пару раз ударилась о стену, затащил в комнату и оставил лежать на поролоновом ковре.

– Аргента, Аргента, наказание ты мое! – покачал головой мужчина и потянулся за небольшим металлическим чемоданчиком, стоявшим у входа, – Сейчас приведем тебя в чувство, а потом займемся воспитанием.

Леро открыл крышку, достал шприц, серебряный ошейник изящной работы, на котором была выгравирована надпись на незнакомом языке, а края мигали алым светом индикаторов. Да, это было личное изобретение, созданное персонально для Аргенты, аналога которому не существовало. Леро одной рукой аккуратно поднял голову своей подопечной, протер грязную шею салфеткой и ловко соединил края. Украшение сомкнулось вокруг шеи и мгновенно стало цельным, не снимаемым, словно было частью тела. Ловкий укол в руку и девушка пришла в себя, а взгляд стал осмысленным.

– Голова раскалывается, – пробормотала Аргента, – Леро, что это на шее? Как оно снимается? Это чтобы я никого не покусала?

– Увы, я должен был так поступить, чтобы ты не наделала глупостей. Ты к этой штуке привыкнешь, и она тебе понравится. Посмотри в зеркало, как очерчена шея. Такого украшения нет ни у кого. Так, а теперь марш мыться и выбрось рванье в утилизатор. В твоей комнате лежит одежда, сделай прическу, макияж. На столике коробочка с бижутерией. У нас сегодня важная встреча в ресторане и мне не хочется, чтобы от тебя шарахались люди.

– Ой, это же так долго, что…

– Я подожду. Будь хорошей девочкой.

Леро устало опустился в кресло и задумался. За окном ревела буря, доносился грохот океанских волн, но в комнате было уютно. Пятьдесят лет! Боже, ты уже должен быть остывшим радиоактивным пеплом или дряхлым стариком с трясущимися руками, но все еще полон сил, хоть и стал нежитью. Положим, не то, чтобы нежитью, но кремнийорганическое тело куда практичнее обычной плоти. Ты мог отказаться от древнего обряда, однако сделал свой выбор ради более важной цели. Леро, ты дал слово, да и отступать уже поздно, ибо точка невозвращения пройдена давным-давно.

Что толку сидеть в кресле, пока юная леди пудрит носик, можно выйти на балкон и ощутить буйство стихии. Когда-то, когда ты был человеком, тебе нравилось купаться в грозу, бежать под ливнем по тропическому лесу, а сейчас даже вымокнуть проблема из-за полной гидрофобности тела. Нет, не принесло облегчения путешествие на балкон и не должно было принести, поскольку не те у тебя рецепторы нынче, каменный друг.

Из комнаты раздался грохот, визг и из двери вылетела женская туфелька на высоком каблуке. Леро ловко ее поймал, недоуменно пожал плечами и осмотрел обувь. Вроде все в полном порядке.

– Аргента, что это все значит?

– Как в этом можно ходить, дядя Леро? Я надену лучше бахилы с магнитными присосками, чем эти ходули. А платье? В нем невозможно задрать ногу, чтобы дать пяткой в челюсть? Комбинезон удобнее, можно и лягнуть кого-то, и спрятать нож, и успеть вытащить бластер.

– Так, держи туфельку, надень и присядь. Наказание мне с тобой.

Девушка сидела в глубоком кресле и рассматривала себя в зеркало. Может быть впервые за многие годы попыталась ощутить себя другой. Роскошные белокурые волосы с легким синеватым отливом, голубые глаза, обтягивающее вечернее платье только подчеркивало классические пропорции тела. А лицо? Как она похожа на свою мать, разве что взгляд какой-то хищный, словно у львицы на охоте.

– И что тебе не нравится?

– Выгляжу, как кукла на пуфике, – фыркнула девушка, – Сплошная жуть. А ошейник, чтобы детей не покусала.

– Ты выглядишь, как благородная дама и хватит капризничать. К слову, капризничать тоже надо уметь, юная леди. Дай мне руку и вставай.

Аргента подчинилась, попробовала сделать шаг, запуталась в подоле платья и растянулась на пружинистом ковре.

– Да я сейчас…

– Руку! – настойчиво потребовал Леро, – Приподними подол и делай шаг. Вспомни упражнение на вестибулярный аппарат для пилотов и держи равновесие корпусом. Молодец. Я тебя жду в комнате, куда должна войти леди, а не дикая девка с портовых задворок.

Леро вошел в комнату, присел за стол и откупорил бутылку безалкогольного вина. Не совсем, конечно, безалкогольного, пара процентов спирта осталась, но и этого вполне достаточно.

– Вы довольны, – раздался страдальческий голос, – Вы меня решили пытать за то, что я натворила сегодня? Ходули, смирительная рубашка, так еще и в этом нижнем белье нормально нагнуться не могу.

– Возможно тебе сегодня еще и танцевать придется.

– Танце…? Что-о?

– Что слышала, а теперь присядь. Держи спину прямо и тебе будет не так тяжело. Для начала расскажи мне, как провела сегодняшний день? Святые угодники! Вытащи из сумочки пудреницу и сделай так, чтобы фингал под глазом был не заметен. Рассказывай, деточка, о своих приключениях.

– Утром я пошла искать корабль, чтобы наняться туда пилотом. Выяснилось, что, если в тебе не сидит зарг, можно работу не искать и надо представить справку о благонадежности. Далее, выяснилось, что белокурые волосы и голубые глаза – это признак полной дуры, несмотря на мой диплом пилота, выданный в местном университете. Мне сказали, что если на корабле пилот блондинка, то ни один приличный клиент не доверит груз. В официальной конторе по найму мне присвоили максимальный индекс сексуальности, не обращая внимания на ай-кью двести и предложили быть проституткой в публичном доме, горничной, суррогатной самкой и живым манекеном в маркете. Стало так обидно, что я решила погулять и немного размялась в уличной драке, убегала от полицейских, а дальше мы обмывали в баре удачное спасение. Пару раз падала в лужи и еле доползла под ливнем до стоянки такси. Вот и все.

– Хорошо. Ты хоть помнишь какой сегодня день?

– Ой…, – закрыла ладонью рот Аргента, – Мой день рождения.

– Именно. Сегодня тебе исполняется ровно пятьдесят лет, возраст совершеннолетия для твоей расы. Впрочем, эликсир тоже дает свой результат. Без него нельзя было обойтись, поскольку чистота твоей крови оставляет желать лучшего. Дай мне правую руку.

– Зачем? – с опаской спросила девушка, потрогав сначала ошейник, но руку протянула.

Леро улыбнулся и надел на палец перстень с рубином в оправе из белого золота.

– Ой, зачем это? Я…

– Ты будешь его носить всегда и никогда не снимать. По нему тебя опознает твой муж.

– Кто? Когда это я успела? Как его зовут то?

– Со временем узнаешь. Если честно, то я сам мало что помню. В этот день, сегодня, он тоже получит перстень червонного золота с бриллиантом и с удивлением обнаружит, что у него есть жена. Выпьем вина, милочка, и мелкими глотками из бокала, а не с горла, как ты обычно делаешь.

Аргента сделала маленький глоток вина, хотела вытереть ладонью губы, но получила по рукам и пришлось воспользоваться салфеткой.

– А теперь я тебя возьму под руку, и мы важно спустимся в ресторан. Тебя будут сканировать, но ошейник ответит, что ты добропорядочный зарг и законопослушная гражданка империи. Ошейник нейтрализует яд, если ты будешь отравлена и избыток алкоголя, что тоже разновидность яда. В случае травмы, усиливается регенерация организма согласно генетической матрице. Как активировать остроту восприятия и скорость реакции я покажу позже, вернее активирую, когда привыкнешь к украшению.

– Полезная штука, вы правы дядя Леро. Спасибо, – виновато опустила голову девушка.

– Стоп! Подними голову, улыбайся и внимательно смотри по сторонам. Тебе еще предоставится возможность получать острые ощущения, но сегодня выполни то, о чем я прошу.

Свободных мест в ресторане почти не было, но их искать и не надо, если есть заранее заказанный столик. Аргента привлекла всеобщее внимание. Такого количества плотоядных, восхищенных, раздевающих донага взглядов, никогда не ощущала, разве что в университете, но там было иное. В честь выпуска они здорово погуляли, нанюхались какой-то дряни и нагишом прыгали на берегу моря. Девицы и парни лезли друг на друга, а вот ее обходили, брезговали, поскольку, не принявший в себя зарга человек даже не второго сорта, а просто так отброс общества. Диплом с отличием только усугубил ощущение ненужности во время редких заработков в космопорту по очистке грузовых контейнеров.

– Присаживайся, – негромко сказал Леро отодвигая стул, – Успокойся, девочка, просто ты еще никогда не ощущала, что такое быть красивой женщиной. Это гораздо сложнее, чем обрить голову, натянуть засаленную робу и лазить по контейнерам, представляя себя пилотом. И смотри на людей ласковее, а не оценивай в нем собутыльника или объект для мордобоя. Запомни, что прежняя Аргента умерла сегодня, в день твоего совершеннолетия.

Официант сервировал стол, налил легкого вина в бокалы, что-то говоря по-заргийски, языке, который девушка так и не усвоила толком, потому предпочла молчать. Леро снова задумался, наблюдая за воспитанницей. Плохой из тебя наставник получился, дружище, прямо скажем хреновый. Ты занимался сбором информации, частной медицинской практикой, ребенок рос, как сорная трава. Окончила школу с отличием, а потом развлекалась, как хотела, попадая в полицию. Леро уже потерял счет кредитам, заплаченным в качестве штрафов.

Десять лет Аргента отсидела в местной тюрьме на принудительных работах, но получила амнистию за хорошее поведение и даже рекомендацию в университет от начальника колонии, которого Леро вылечил от несварения желудка. На вступительных тестах она блестяще прошла испытание на военного пилота, это уже наследство папеньки, окончила военно-космический факультет, но отказалась становиться заргом и опять вылетела за борт жизни. Леро добился от властей снятия судимости и дал расписку, что Аргента Борхес добровольно явится на инициацию в ближайший генетический центр.

Именно сегодня, пока девочка «развлекалась» Леро сделал так, что в базе данных появилась информация об активировании Аргенты особью зарга, внедрившегося в позвоночник на место спинного мозга и полном совмещении сознания биологических донора и акцептора. Потому и понадобился ошейник, чтобы эта информация соответствовала истине для имперских властей.

– А вот и гость, которого мы ждем. Не забудь протянуть руку для поцелуя и при этом слегка согни ноги, словно приседаешь. И не кривись, ради бога, а мило улыбайся.

К столику подошел невероятно тучный мужчина, появление которого было встречено с известным подобострастием, а музыка заиграла боевой марш заргов.

– Привет Леро! Я всегда говорил, что ты король медиков! У меня прошла одышка и я сбросил за месяц килограмм двадцать. Я даже могу увидеть то, что у меня между ног слегка приподняв живот, а не как отражение в зеркале. Гы! – рассмеялся толстяк.

– Этот веселый мужчина, адмирал имперского флота, Сефуа Колли, благословенный сын Священного Таракана и возлюбленный вниманием Императрицы, Божественной Матери Заргов. Адмирал, перед Вами Аргента Борхес, о которой я говорил.

Девушка неловко присела в реверансе и протянула руку для поцелуя. Гость прикоснулся ладони сальными, сочившимися жиром пухлыми губами и стало противно от подобного ощущения.

– Присаживайся, ароматный бутончик. Леро! Ты просто подонок, что хранил такое сокровище подальше от глаз. Не ожидал увидеть подобное совершенство, слегка дикое и неотесанное, но это не проблема. Борхес, Борхес! Знакомая фамилия. «Надеюсь, ты мне не подсунул тайный подарочек от Диего, будь навеки проклято его имя», – сказал Сефуа и сплюнул на пол, чтобы очистить себя от упоминания, – Хотя прошло столько лет, что это просто совпадение. Я был тогда лейтенантом на одном из крейсеров, когда мы уничтожали Мнайдру, да исчезнет о ней память на веки вечные. Видел последний бой крейсера Диего, пусть будет проклято его имя еще раз, и скажу, что такого изыска тактики я не видел никогда и уже не увижу. Тьфу, еще раз за подобные мысли.

– Вы ненавидите Диего и восхищаетесь ним? Как это можно?

– А ты наблюдательная, малышка, но иногда надо держать язычок на привязи. Но сегодня я отвечу именно тебе. Да, я никогда не испытывал такого ужаса, как в той битве. Диего презрел страх, а я этого не могу, и вышел с пятью кораблями против флота из ста звездолетов. Три десятка крейсеров погибли прежде, чем корабль Диего получил серьезные повреждения. Говорят, что он уже мертвый стоял на мостике, но его экипаж выполнял волю капитана. Это истинный последний звездный капитан Лиги и я преклоняюсь перед ним. Я чувствую за спиной тварей и боюсь подставить кому-либо спину, а у Диего был экипаж, верный своему слову в жизни и в смерти. Поэтому я ему завидую белой завистью и уважаю, как врага, равного которому уже не будет никогда. Тебе этого не понять, девочка.

– Простите, я не хотела…

– Ты хотела услышать то, что хотела и услышала. Так, что не надо мне пудрить мозги. Ты очень красивая, умная, но глупая одновременно. Заключим соглашение, после проверки формальностей, детка. Эй, адвокат, я хочу тебя видеть, сволочь, жрущая мои деньги.

«Сволочь» оказалась расторопной, бодро отошла от стойки бара и рысцой подбежала к хозяину. Адвокат, низенький, на удивление тощий человечек с непропорционально большой головой поклонился, достал из кейса приборчик и направил его на Аргенту. Устройство щелкнуло и красный огонек замигал.

– Все в порядке, негодяй? Я еще посмотрю на счет, который ты мне выставишь за сегодняшние услуги.

– Да, уважаемый Сефуа, она добропорядочный гражданин империи.

– Реши формальности с Леро, а я эту белокурую куколку введу в курс дела. И да, пусть она будет Аргента Джонс, удочеренная этим почтенным не человеком, а то фамилия Борхес может вызвать нежелательные мне разговоры. Так вот, выпьем за взаимопонимание и продолжим нашу беседу.

Аргента взяла тонкий стеклянный бокал, коснулась им адмиральского фужера и сделала маленький глоток. Сефуа не стеснялся пить, жадно глотал вино так, что кадык ходил под оплывшей шеей, а маленькие поросячьи глазки слегка помутнели.

– Так вот, бутончик, мой нераспустившийся, – хмыкнул толстяк, – У меня есть яхта для увеселительных прогулок с нужными людьми и мне нужен не только пилот, но и спутница на приемах. Тебя не будут воспринимать всерьез, поскольку все посчитают, что старый козел, это я о себе, таскает за собой дурочку чтобы казаться умнее на ее фоне. Твои изумительные голубые глазки должны быть пустыми и бездонными без проблеска мысли, но ты будешь слушать, что говорят вокруг и анализировать. При блондинках не стесняются рассуждать о серьезных вещах. На тебе должны смотреться и военная форма, и вечерние туалеты так, словно это твое естественное состояние. Ты будешь гонять яхту по маршруту Канопус-Терра-Элизий. На Элизии у меня небольшая усадьба на берегу моря, при усадьбе частный бордельчик со шлюхами, которых будет контролировать Леро. Он будет управляющим во всем этом хозяйстве. К слову, о шлюхах. Тебе запрещено даже думать о мужиках, не то, что трахаться с ними. Поняла? Нельзя и все, даже если у тебя между ног зачешется. Это условие контракта. Поняла?

– Да, – тяжело вздохнула Аргента.

– Значит так, завтра ты отправишься в учебный центр, где когда-то готовили рейнджеров, да будет проклята о них память, и будешь учиться по особой программе. Ты получишь практику вождения всех типов кораблей, тебя обучат стрельбе и рукопашному бою. Кроме этого, тебе дадут уроки хороших манер, танцев, макияжа и подбора туалетов к каждому случаю, искусству отравления и элегантного убийства. Ты должна быть совершеннейшей сукой в жизни. Если я приказал кого-то убить, то ты должна это сделать быстро, красиво и так, чтобы никто не догадался, что это твоих рук дело. Будешь себя хорошо вести, со временем найду тебе мужа и обеспечу спокойную жизнь семейной самки. Гы, гы-ы, – рассмеялся изрядно захмелевший Сефуа Колли, – Можешь слезу пустить, если хочется. Ну, что там с договором?

– Почти готово, – ответил адвокат и дрожащей рукой протянул документ для прочтения.

– Негодяй, с планеты негодяев. Тебе не жирно будет от такого гонорара? Ладно, подпишу, сегодня я добрый. Да, Леро, все хотел спросить, что это за вещица на шейке у твоей приемной дочери? Очень мило и со вкусом.

– Аргента, когда стала полноправным заргом, попросила себе такое украшение с молитвой покорности Великому Таракану, и это контроль обмена веществ в организме, чтобы женщина не растолстела.

– Хвалю за верность государству и набожность, красотулечка. Ты можешь сделать нечто подобное для моих шлюх в борделе?

– Могу, но зачем? Это мое ноу-хау и стоит оно дорого.

– Пусть стимулирует у них желание секса, ненасытность в постели.

– Но это истощит организм и приведет его к преждевременному старению.

– Куплю новых, проблему нашел. Это их работа, а в каждом деле могут быть производственные вредности. Так, пора идти. И тебе, деточка, пора спать. Полетишь, буквоед, на Канопус вместе с ней. Пылинки сдувай. Если с ней что-то произойдет, голову отвинчу.

Сефуа Колли тяжело встал и важно, переваливаясь с ноги на ногу направился к выходу из ресторана. Музыка на мгновение умолкла, а потом заиграла с новой силой. Леро хитро усмехнулся, подал девушке руку, и они медленно вышли из зала. Всю дорогу в лифте Аргента дулась, а когда дверь номера закрылась вошла в комнату, схватила недопитую бутылку с вином и запустила ею в Леро. Врач элегантно увернулся, ловко подхватил стеклянный сосуд и покачал головой.

– За сколько ты меня продал? Хоть не продешевил, скотина? Ах, какое счастье, ублажать старого борова.

– То, что тебе предложили, не самая худшая работа. Что еще не так?

– Кто такой Диего Борхес? Его, даже мертвого, боится эта жирная свинья, прошу прощения, работодатель.

– Это твой отец, – вздохнул Леро.

Аргента недовольно фыркнула, словно дикая кошка, присела на диван и замолкла, пораженная такой новостью. А ливень все хлестал в окна, и сквозь потеки воды мир казался зыбким, сродни жизни, по которой прошла рябь и когда эта самая рябь станет водной гладью никому не известно. Девушка вытянула перед собой руку и стала рассматривать кольцо на пальце, сверкавшее рубиновым огнем. Чем дольше она смотрела на украшение, тем больше успокаивалась и решила принимать повороты судьбы такими, какие они есть, главное удержаться на виражах и не вылететь по касательной в кювет.

* * *

Земля, родина человечества, жемчужина среди планет, населенных гуманоидами, почти не изменилась со времени падения Лиги. Солнце, находившееся на задворках Галактики, по-прежнему дарило жизнь, играло тропическими красками на экваторе и сверкало льдом на полюсах. Природа осталась прежней, неповторимой, а вот люди изменились, впали в апатию к жизни и можно сказать создали общество мизантропов. Они работали, выполняли свои биологические функции, но без прежнего восторга в глазах и улыбок на лицах.

А откуда им взяться, улыбкам-то, когда Лига пала и планета, согласно мирному договору, стала своеобразной резервацией для тех, кто не хотел симбиоза с заргом в позвоночнике. За все надо платить, в том числе и за собственную индивидуальность. А плата была немалой, можно сказать даже чрезмерной, но проигравшие не выбирают, а получают лишь кости, объедки со стола победителей. Не стало у землян армии, кроме полицейских подразделений, космического флота тоже не было, а внутренние и внешние планеты находились под контролем заргов. Смотрите земляне себе под ноги и не думайте о небесах, пока не позволят хозяева Галактики. А хозяева не позволяли подобного, ибо звездное небо заставляло думать и философствовать, а это вредно.

Об этом и многом другом думал Питер Залевски, президент республики Земля, крепкий моложавый старик, столетний юбилей которого недавно отмечали в Нью-Йорке. Конечно, курс омоложения организма, проведенный по требованию заргов, помог дожить до столь почтенного возраста, не впасть в маразм и править планетой так, чтобы не стало еще хуже. Новым хозяевам Галактики было удобнее иметь дело с человеком, которого уважало население покоренной планеты. Неужто может быть хуже? Конечно может, сказал бы каждый землянин, поскольку оптимизм являлся излишеством, непозволительной роскошью. За право жить относительно спокойно республика платила дань, мрачную, но не такую уж и чрезмерную. Каждый год зарги забирали пять тысяч мужчин и женщин, чтобы сделать из них себе подобных. И люди, ради возможности вырваться из замкнутого пространства, шли на это, а попасть в число «избранных» мог далеко не каждый.

Тяжело все это, настолько тяжело, что даже ежевечерний моцион по парку превратился просто в ритуал, а не оздоровительную прогулку. О чем же думал господин президент? Не поверите, о прошлом. Да, именно о прошлом, когда Питер был просто начальником МООН, имел о заргах весьма косвенное представление и занимался глобальными вопросами здравоохранения в обитаемых мирах.

Один момент навеял почти забытые воспоминания о некогда молодом сотруднике, Гривине. Боже, как давно это было. Отправил вот человека в отпуск с молодой женой, а потом разразилась война и все. А тут секретарь вместе со сводкой новостей принесла информационный кристалл, на котором были трехмерные изображения космического сражения, гибнущая в огне планета, как иллюстрации к музыкальной поэме «Звездный Ветер и Огонь». Оригинальный текст был на незнакомом языке и дублировался очень хорошим переводом, понятным бывшим гражданам Лиги. А портретные олицетворения воплощений Звездного Ветра и Огня не оставляли никаких сомнений, что Ветром названы Александр и Вета. Воплощения Огня Питеру не были знакомы, но мужчина, скорее всего был землянином, может не в первом поколении, но корни его явно отсюда. Женщина же уж точно не имела никакого отношения ни к одному известному народу, и ее красота была абсолютно иной.

Очень скоро поэма стала популярной в целом ряде покоренных миров и власти империи заргов сбились с ног, лап или чем там они бегают, пытаясь найти автора, пачками уничтожали кристаллы, но их не становилось меньше. Залевски остановился возле садовой лавочки, устало присел и молча смотрел на багровый закат, размышляя не только о прошлом, но и будущем. Если то, что написано в поэме, правда, хотя бы на одну десятую, то этот городишко, как его там, Мнайдра, посрамил память армии Лиги, надавав по фасеточным глазам завоевателям. Пышные фразы, избыток цветистости был присущ этому произведению, но поражало, что не названо ни одного имени. Хотя, может быть это издержки перевода, кто знает этих народных поэтов и их литературные причуды. Пусть всем этим занимаются агенты безопасности и гурманы от искусства, но многое, очень многое было непонятно президенту. В первую очередь была непонятна цель произведения, а то, что оно написано с какой-то целью, Залевски не сомневался.

Вдали залаяли сторожевые псы, слышались окрики охраны, но это воспринималось, как обычный фон, хотя резиденцию правителя и пытались оградить от мирской суеты. Спасибо и на этом, хотя ноша, взваленная на столетние плечи, очень сильно давила, но ведь кому-то надо ее нести. И слух уже не тот, глаза тоже явно несоколиные, потому движение за спиной Питер скорее почувствовал иным способом, нежели привычными органами обоняния и осязания. Охрана не поймала нежданного гостя, но было бы удивительно, если бы это ей удалось. Он всегда приходил тогда, когда считал нужным, и всегда с новостями, плохими или хорошими не имело значения, поскольку отсутствие таковых было еще хуже.

– Привет, Ирбис, с чем пожаловал на этот раз?

– О, президент узнал старого хищного горного кота? – прошептал знакомый голос, насыщенный мяукающими интонациями, словно за спиной действительно находился говорящий кот, – Говорят Вы забавные стишата почитываете на информационных кристалликах, таких беленьких, блестящих. Верно говорят людишки или, как обычно, врут?

– Ты что-то об этом знаешь?

– Конечно, полазишь в марте по крышам такого насмотришься и услышишь, что шерсть на загривке становится дыбом. Я не курочка, но вот яичко принес, не простое, а с секретом. Нажмете на кнопочку с острого конца и много презабавного увидите.

Питер почувствовал в руке довольно тяжелый овальный предмет и поспешно опустил его в карман летнего пальто.

– Что еще узнал, пятнистый котик? Где был? Кого видел?

– Да вот на Канопус летал, искал кошку на Фомальгауте, но не нашел, паршивое местечко, скажу я Вам, но мыши там вкусные, а главное разговорчивые. Что угодно расскажут, чтобы кот не сожрал.

– И что-же тебе пропищали грызуны?

– Говорят скоро, через месяц, пожалует сюда в гости адмирал Сефуа Колли с проверкой и прилетит транспорт за данью. Что этот пройдоха хочет не известно, но зря не летает в такую даль. Слухов много ходит, одни заслуживают внимания, а другие просто сплетни. Вот решил промяукать при дворе на Канопусе и может чего стоящее узнаю, но понимаете ли поиздержался малость, а надо и усы позолотить и распушиться так, чтобы местные кошки завыли в экстазе.

– Плата, как обычно или ты увеличиваешь тариф?

– Нет, мой гонорар не деньги, а нечто иное, чем торговать может только Питер Залевски. Мне нужна медицинская база данных с одного старого кораблика, «Пирогов» назывался. Говорят, забавное было суденышко. Я знаю, что информация у Вас есть и мне нужны полные сведения, клянусь усами, лапами и хвостом. Завтра, на вечернем моционе, прикрепите нужный мне кристаллик к сидению этой лавочки, а то знаете ли в сто лет может всякое случиться со старым человеком. И смотрите, полноту информации я проверю по контрольной сумме файлов и наличии следов пароля, стертого Вами пятьдесят два года назад в день падения Канопуса и поражения флота Лиги в районе Ригеля. То есть мне нужна не копия базы, а сама база, записанная на том кристалле, что стоял на «Пирогове». Копию можете оставить себе.

Легкое движение воздуха и странный гость растворился во тьме, словно и сам был сгустком ночи, назойливым и чрезмерно любопытным призраком. Залевски выждал пару минут, поднялся и неторопливо направился к роскошной вилле, шаркая ногами по ровным пластиковым плитам.

Горничная, красивая статная девица лет двадцати пяти, обеспечивала не только комфорт, но и безопасность президента, будучи еще и офицером службы безопасности империи. Да, хороша лань, понесет не остановишь, но в таком возрасте думать о легконогих бегуньях не положено, вот Питер и не думал. Держат его под контролем зарги, ох и держат, контролируя даже по пути из сортира в умывальню. Подарок Ирбиса незаметно перекочевал из пальто в карман брюк, пока горничная была занята своими делами.

– Господин президент, – послышался грудной, низкий голос прислуги, – Спешу, спешу. Давайте пальто. Какое влажное! На улице сыро.

– Да все хорошо, не беспокойся за меня, – кряхтел Питер, массируя ладонью поясницу, – Старость не радость.

– Я буду жаловаться! – топнула ногой девица, – Завтра замотаю в термоткань и повезу выгуливать в закрытой от влаги коляске! Вечерняя роса вредна для здоровья.

– Все? Принеси мне в кабинет горячего чая и сто грамм коньяка для поднятия тонуса.

– Прошу, – надула губы горничная, подавая теплый стеганый халат, – Сейчас принесу, но коньяк…

– Я врач, дорогуша, и предпочитаю натуральное сосудорасширяющее средство биологически активной дряни. Меня никто не искал?

– Пока нет. Если что-то надо, то я на кухне, делаю чай.

Залевски согласно кивнул, открыл дверь кабинета, покачал головой, увидев кучу бумаг на столе. Ладно, бумаги утром рассортирует секретарь, а пока посмотрим официальные имперские новости. Питер устроился в кресле, включил стереовизор и на экране замелькали картинки светской хроники. Горничная поставила на журнальный столик чашку ароматного чая, отмеряла в фужер ровно сто миллилитров алкогольного напитка и вышла из кабинета.

Да, подарочек от Ирбиса не посмотришь. Президент осмотрелся по сторонам и в который раз убедился, что от видеоконтроля никуда не спрятаться. Что за наказание. Мысли же зарги не контролируют, значит думать пока безопасно. Зачем Ирбису база «Пирогова»? На кого он работает? Это произошло двадцать лет назад, когда пришлось пройти курс омоложения и на торжественном приеме в честь этого события ему пришла записка, автор которой просил о встрече. Встретились, договорились о взаимной выгоде и все. За все эти годы, Залевски так и не узнал личности Ирбиса, который, впрочем, выполнял условия договора полностью.

Кто же он такой? Бывший офицер тайной службы Лиги? Сомнительно, ведь прошло столько лет, а не каждому дана возможность омоложения организма. Более того, этот тип имеет возможность летать по другим системам, а значит он либо зарг, либо тот, кто не вызывает подозрения у новых повелителей Галактики. Кто же интересуется сведениями с медицинского судна, списанного на металлолом сорок пять лет назад? Ищи кому это выгодно и найдешь ответ. Стоп, а что же ему нужно, какие исследования? Много их было, всего и не вспомнишь. А вот это забавно и Питер внимательно прислушался к сводке новостей на экране.

– Великий Консул республики Сагенерти в беспокойстве, – бесцветным голосом сообщал диктор, – Угриф Фиобо младший, единодушно избранный нашими союзниками Великим Консулом на очередной срок, вызвал обеспокоенность растущей активностью нового религиозного культа, адепты которого поклоняются четырем пророкам, имена которых прокляты Великой Матерью Заргов. Есть предположение, что первосвященник культа, личность которого хранится в глубокой тайне, является автором нашумевшей поэмы «Звездный Ветер и Огонь». Арестовано более сотни активных адептов, которые будут стерилизованы и подвержены полному стиранию памяти. Ни один из них, даже под пытками, не выдал главу культа. Переходим к сводке новостей, посвященных избранию пяти тысяч, на которых падет благодать…

Питер переключился на канал, передававший светомузыкальное шоу, и снова углубился в размышления. Забавно. Культ Чань Ляо вымер сам собой, но свято место пусто не бывает, поскольку Вера не терпит пустоты. Подумать только, Гривин стал святым. Ладно Вета, та просто была ангелочком во плоти, но ее супруг уж точно, скорее смахивал на черта, чем на святого. Залевски решил ничему не удивляться, даже если появится рыцарский орден «Черных Ангелов», призывающий к крестовому походу за освобождение гробницы пророков. В интересное время он живет, но за что же такое проклятие то, на его седую голову.

Горничная заглянула в кабинет, выключила стереовизор и накрыла спящего президента пушистым пледом. Зарг в ее теле недовольно заурчал, но вскоре успокоился. Девушка тяжело вздохнула. В последнее время симбиоты стали очень беспокойными, а от этого болит спина и такое ощущение, что по позвонкам кто-то водит рашпилем. Оставив своего подопечного отдыхать, служанка поднялась в свою комнату, чтобы отправить отчет начальству о поведении контрольного объекта – Питер Залевски.

* * *

Ветер времени не пощадил Янтарес, лазурную планету на пограничье Галактики, откуда открывалась прямая дорога к Малому Магелланову Облаку. Когда-то во времена Лиги, была мысль создать здесь космическую базу для контроля межгалактического пространства, но планы так и остались планами, поскольку именно Питер Залевски наложил «вето» на это решение не желая портить самобытность местной цивилизации. А потом и портить было некому, ибо Лига сгинула в межпланетной войне. Каждый хочет спокойной жизни, но откуда ее взять, если новые хозяева звезд не забыли ничего, да и форпост в этой системе был очень удобен. Мнения военных империи мало чем отличались от взглядов своих коллег из Лиги, но вот не было среди заргов разума, равного осмотрительности Питера Залевски. С другой стороны, зачем нужна власть? Чтобы ею пользоваться, а всякую мелочь, типа одичавших аборигенов, можно растоптать или превратить в рабочую скотинку.

Ветер, ревущий на горных перевалах, рождающий изысканные снежные бураны, старался сокрушить горы, но даже утонченные обвалы и снежные лавины пасовали перед камнем, твердым и холодным, безучастным ко всему. Пусть воет вечный бродяга, порождение демонов, но ему не сокрушить обитель, созданную в недрах высокой горы, ибо даже демоны отступают перед святостью.

Старик, с седыми выцветшими волосами, беззубым ртом, дрожащей рукой окончил писать свиток, поставил точку на последнем слове и служка, мальчишка лет десяти, пересыпал чернила песком, чтобы они впитались в пергамент. Старик тяжело вздохнул и закрыл глаза на мгновение закрыл, чтобы вспомнить многое. Вот и окончено дело всей жизни, но для кого этот текст, написанный витиеватым сагаторским письмом? Желающих наставит Бог, ибо не только же испытания посылать на головы верующих, но и надежду надо дарить.

– Почтеннейший, – поклонился служка, – Прикажете свиток свернуть в футляр и отнести в библиотеку?

– Прочти, мальчик еще раз название, да так, чтобы я услышал, а демоны затрепетали в страхе.

Послушник аккуратно убрал просеянный песок, а потом звонким голосом прочел: «Житие святой Веты Сагаторской, возлюбленной дочери Господа, взятой на небо при жизни».

– Отец Итар, – заискивающе спросил мальчик, – А правда, что Вы благородного рода и презрели все, ради служения Господу?

– В какой-то мере правда, – улыбнулся настоятель монастыря, – Мое полное имя, Итар де Брасс, барон де Нага. Хотя это было не всегда. Когда я был такой, как ты, произошло чудо, ибо меня отметил сам Господь, явившийся сюда для дел благих и благочестивых. Он меня усыновил и дал благородное имя, ибо кто же станет противится Богу.

– А святая Вета, она тоже взаправдашняя?

– Епитимья тебе, сын мой, за дух сомнения, поселившийся в твоем сердце. Подкинь дровишек в очаг и слушай, что я скажу. Думаешь святыми становятся просто так? Вета была диковатой девчонкой, с которой приходилось и драться, и получать подзатыльники за выходки этой вредины.

– А за что тогда ее отметил Бог?

– Пути Господни неисповедимы, сын мой, – вздохнул отец Итар, – Я сам видел, как небесный огонь ее забрал на небо. Я потом, будучи бароном де Нага, стяжал славу, стал благородным рыцарем, но жизнь не сложилась, и я принял духовный сан. Моя жена умерла при родах и стали ходить слухи, что барон наказан за грехи. В один день я отписал свои владения местному монастырю и принял монашеский обет.

– Святой отец! Вы видели живого бога, говорили с благочестивой Ветой, но почему никто не слышит молитвы об изгнании демонов, появившихся здесь и поклоняющихся Священному Таракану?

– Не знаю, мой мальчик, не знаю, – вздохнул старик, – Почему Господь не утопил в море Андир? Ты не знаешь? И я тоже не знаю. Мир изменился, ибо даже святые о нас забыли. Иногда мне хочется выкрикнуть проклятия и не могу, поскольку…

Ветер распахнул ставни окна, хлопнул так, что посыпались стекла, заглушив слабый голос настоятеля. Огненный шар возник из ниоткуда, заполыхал огнем, разбрасывая искры, которые не сжигали. Холодное пламя заставляло слезиться глаза и не согревало, а лишь сковывало холодом мышцы, заставив монахов упасть на колени. Пламя вытянулось, заиграло красками и через мгновение в комнате появился человек или не человек в серебристой броне. Его лицо было грустным, можно сказать печальным, что не совсем свойственно демонам и существам демонической природы.

– Свят, свят, да будет так, изыди! – бормотал отец Итар, – Изыди, заклинаю именем святой Веты Сагаторской.

– Забавно, – рассмеялся пришелец, – Меня изгоняют именем моей повелительницы. Это почти смешно.

– Она святая! – крикнул служка и накрыл голову подолом рясы.

– Кто же спорит, – ответил странный гость, закрыл ставни и навесил на них деревянные щиты от непогоды.

– Может на него святой водой брызнуть? – не унимался послушник.

– Я и так вымок, пока сюда летел, так что воды достаточно. Какой отважный мальчик, – рассмеялся воин, – И занесло же меня на дикую планету, к диким людям, для которых есть только белое и черное, без полутонов. И это местная обитель мудрости?

– Меня забирай, а мальчишку пощади! – на повышенных тонах, словно читал проповедь еретикам, взмолился отец Итар, – И приходят демоны, приняв облик святых, смущают души и тянут в Бездну незрелый разум. И выплескивает Бездна алчность, корыстолюбие, отравляя незрелые души своими миазмами!

– Господи! Спаси! Господи! Спаси! – шептал служка, отбивая поклоны.

Пришелец вытащил из ножен меч, необычный меч, скажу я вам, лезвие которого было словно живым, сверкало серебром, отливало золотом, становилось иссиня черным. Рубящая кромка напоминала живое существо, которое жило своей жизнью обволакивая странный металл. В годы рыцарства Итар де Брасс видел много всякого оружия, но, чтобы клинок жил своей неведомой никому жизнью, такого не было. Кому же дано право носить подобную вещь, карающему ангелу или демону-искусителю? Сложный вопрос, который решить без теологического диспута никак нельзя, а времена смутные и схоластов найти не так легко.

– Давай, делай свое дело, только не тяни, – просил отец Итар, но собеседник медлил, рассматривая узоры на лезвии.

– Ладно, – почесал затылок незнакомец, – Дикость, конечно, не порок, а лишь недостаток образования. Что же мне с вами делать? Без божьего откровения никак не обойтись, поскольку только оно может пробить монашескую твердолобость. Так, энергия на исходе и пора оканчивать эту комедию, в финале которой мы увидим только двух чокнутых монахов, но даже в безумии есть своя логика.

Изображение воина стало расплываться и в зыбком свете масляных светильников, он менялся, принимая вид от дьявольского до божественного. Отец Итар помнил призраки Андира, видел яркий божественный свет, отправлял в котел с освященным маслом еретиков, говорил королям то, за что иных отправляли на плаху. Кем ты стал сам? Праведником или отступником, все едино, ибо вся жизнь – это трюк канатоходца, балансирующего на тонкой грани бытия. Там почему же ты решил судить силы, которых не понимаешь? Кто тебе дал право быть судьей, мечущим из глаз пламя религиозного экстаза? Ты ответишь, что Вера делает чудеса, но там, где она есть, зачастую нет места разуму. А Вера без Разума рождает рафинированное мракобесие!

Человек, или то, что казалось человеком, потеряло привычные формы, расплылось по стене, покрывая ее матовой, тускло мерцающей массой, напоминавшей ковер или гобелен, совершеннейшее излишество в монашеской келье. На потустороннем «ковре» проступили картинки, а потом они ожили, возродив в памяти прошлое, почти забытое прошлое. Вот Итар в свите рыцаря де Брасса и помогает ему облачаться для турнира, искоса поглядывая на Вету, корчившую забавные рожицы.

Вспышка на этом своеобразном экране и горная ночь заиграла красками на фоне необычайно ярких и очень далеких звезд. Итар стоит на коленях и смотрит на своего благодетеля, обнимающего за плечи ту, которой хотел подарить вечность. Яркий свет и две фигуры исчезли и только собравшиеся здесь люди молились в религиозном порыве. Куда же еще могут уходить святые, как не к звездам, чтобы стать одной из них? Помнил все это отец Итар, но так и не смог забыть всего. По морщинистым щекам текли слезы. Часто ходил на то место, где последний раз видел Вету, молился и ему казалось, что камни ее помнят, напевая свою, только им известную песню.

А как ты хранил память? Первая самозванка, назвавшаяся Ветой, была сварена живьем в масле на медленном огне, вторую отправили на костер, третьей вырвали язык и замуровали в Колдовской башне столицы. И это все сделано по твоему приказу, отец Итар, славящийся своим благочестием. А если ты убил настоящую Вету, которая решила вернуться домой? Ну что, доволен своими делами, достойный последователь Дайлиса Прозорливого?

– Святой отец, что это с Вами?

– Молчи и смотри, малыш, ибо это чудо ты не забудешь никогда. Боже, прости меня за мои прегрешения.

Картина на стене изменилась, и монахи увидели святую, а может уже и не святую, а рангом повыше? А если это и не она вовсе? На высоком троне сидела молодая красивая женщина с золотистыми волосами, заключенная в прозрачный сверкающий камень. Пышное, расшитое золотом фиолетовое платье, переливалось в неверном свете, очерчивая фигуру и оттеняя лицо, на котором застыла печальная, загадочная улыбка. На коленях лежал меч и тонкие пальцы, унизанные перстнями, слегка касались рукояти. Кому же предназначено это оружие? Настоятель всхлипнул, представив, что хозяин реликвии явится на Янтарес и все спросит, за все потребует ответа. Очередная яркая вспышка и странное украшение на стене пропало, словно его и не было, лишь сырые каменные стены сочились каплями влаги.

Отец Итар дополз к ложу, застеленному грубой тканью, упал на подушку и потерял сознание. Мальчишка подбежал к духовному наставнику, боясь предположить наихудшее, но тот просто спал, улыбаясь во сне. Служка аккуратно накрыл старца шкурами, воровато оглянулся и вытащил с полки свиток чистого пергамента. Разложены письменные принадлежности и молодая твердая рука, начертала вычурными буквами сагаторского письма название будущего произведения: «Песнь Звездного Ветра и Огня».

* * *

Элизий, ах Элизий, райское место для отдыха всех и каждого, у кого на банковском счету мышка не повесилась, а скорее сошла с ума, просматривая кредитоспособность клиента. Казалось, местные жители совсем не заметили войны и падения Лиги, разве что с удивлением размышляли о причинах уменьшения количества клиентов в казино, ресторанах, публичных домах и пляжах, служивших основным источником дохода. Бизнес был поставлен на широкую ногу, во всем соблюдался порядок, а суровые полицейские пресекали любое преступление, взяток не брали, поскольку каждый из них имел весьма солидный счет в местном банке.

Прямо идиллия кругом, которая многих отталкивает, не только дорогим проживанием, но и ощущением того, что здешние жители самые честные во Вселенной. Хулиганить нельзя, в казино не мухлюют, проститутки все имеют законные документы и приписаны к четкому публичному дому, за мошенничество вообще строгое наказание. Все это не то, что отпугивало любителей легкой наживы, а они обходили Элизий десятой дорогой от греха подальше. Правительство планеты совершенно случайно узнало о смене власти, просчитало расходы с доходами, кивнули головами и поставили свою подпись под эдиктом о добровольном вхождении в империю заргов. Порок – это не зло, а средство получать прибыль и на этом богатеть. Пожалуй, именно так можно было бы сформулировать основополагающий принцип местной жизненной философии.

Элита завоевателей не могла обойти своим вниманием столь лакомое местечко и очень скоро здесь выросли особняки, а такие, как адмирал Сефуа Колли, не мудрствуя лукаво прикупили себе островки, где проводили отдых и не только отдых. Чем они там занимаются никого не интересовало, поскольку платили немалые налоги, а остальное властям не интересно. Каждый сходит с ума по-своему и зачем мешать в этом почтенным набобам.

Леро Джонс принял управление хозяйством, долго пытался придраться к документам, описи имущества, но все было просто изумительно. Не родилось еще существо, способное найти недочеты в работе элизианина. Даже, извините, бордель здесь был в идеальном порядке и носил весьма невинное название «Источник небесного наслаждения». Все, как бы это мягче выразиться, сотрудницы заведения, были под присмотром весьма почтенной дамы, следившей за выполнением режима, своеобразного инструктора по трудовой деятельности, имевшей ученую степень доктора нетрадиционной эротикологии. В остальном усадьба, как усадьба, единственным излишеством которой было наличие обиталища дамочек весьма легкого поведения.

Новый управляющий с наслаждением принимал ванну, наполненную кипящим минеральным маслом, и смотрел последние новости по стереовизору. Показывали местное шоу по выбору «Королевы жриц любви» по итогам минувшего года, изобиловавшее физиологическими подробностями, малоинтересными Леро. За годы медицинской практики и не такое видел, но говорящие картинки на экране скорее служили звуковым фоном, нежели предметом любопытства.

Мысли мистера Джонса витали совсем далеко, гораздо дальше, чем можно было представить. Прошлое не отпускало, а все чаще возвращалось, спустя годы, напоминая, что он не всегда был в нечеловеческом облике, заставляло возвращаться в годы белково-углеродного существования. Все началось весьма прозаично, на балу в честь победы над флотом заргов, освобождения Мнайдры, его отвели в сторону принц Диего и его супруга Азитовал. Разговор Леро помнил очень хорошо, да и не совсем жена была рядом с наместником государства, а аватара крейсера, принявшая облик жены на время болезни, но это уже мелкие подробности. Да, неужели прошло пятьдесят лет?

Это было словно вчера, когда…«…вечерний свет восходящего светила окрасил верхушки деревьев, праздничное застолье сменил церемониальный танец, в котором кружились две пары – Ксан I со своей царственной супругой Ветой и Диего Борхес с несравненной Азитовал. Учителя танцев пришлось лечить от психического расстройства, но первые лица государства танцевали просто замечательно, значит его нервы были потрачены не зря. Кто же знал, что это будет последний танец в их жизни. Никто не знал, но кое-кто догадывался.

Леро, так и не нашел себе подругу, потому компенсировал недостаток эмоций на танцевальном помосте дегустацией цветочного вина местного разлива.

– Мой уважаемый лекарь, налей бокал этой амброзии начальству, – раздался рядом голос Диего, лицо которого, скорее напоминало сосуд мировой скорби, нежели полководца, одержавшего великую победу.

– Прошу.

Принц пригубил напиток, пробормотал что-то на предмет того, что выставит «неуды» за незнание принципов химической технологии брожения и поставил бокал на столик.

– Жаль, что вся эта красота не знает, когда умрет, – мрачно подытожил Диего Борхес.

– Мой начальник стал пессимистом? С чего бы это? Зарги…

– Леро, они вернутся! Соберут флот в три-четыре раза больше и вернутся, как бы нам не хотелось верить в другое. У нашего божественного правителя нет эскадры, но я приму вызов с тем, что есть, хотя знаю, что от нас ничего не останется, кроме невероятно яркой вспышки. Нам не дадут времени усилиться, ибо это законы войны, когда сильный сжирает слабого, а мы очень слабы. Я говорил с Ксаном, но он ослеплен эйфорией победы и уже готовится к глобальной войне, чтобы изгнать заргов из Галактики.

– А может Вы утрируете все?

– Если бы, мой друг, если бы. Я решил, что надо спасти мою дочь и наследника престола. Завтра Ксан I объявит Брасида и Энвеллу мужем и женой, обвенчав их в преддверии грядущих испытаний, подкрепит все это своими фантазиями. Толпа воспримет церемонию, как повод нажраться до отвала, не понимая, что это их собственные поминки.

– А Ксан согласен, что детей надо спасать?

– Еще нет, но верный человек согласился стать опекуном ахарга-наследника. Опекуном моей дочери я прошу стать тебя.

– А как же Вы, ваша жена, Вета и Ксан? Может зря боитесь?

– О наших телах позаботится Фуэго, если произойдет наихудшее. Даже наши трупы должны сыграть свою роль, длиной, может быть, в столетия. Я попробую уговорить Ксана принять мой план, или это сделает моя жена через его прекрасную половину.

– Я уже просчитываю психотип Веты, – улыбнулась Фуэго, стараясь не выходить из образа супруги первого сановника государства, – Вероятность успешного убеждения Великой Энту стабильные ноль-девять. Вероятность того, что Ксан согласится с предложением любимой женщины, примерно ноль-семь и продолжает расти.

– Так вот, в день пятидесятилетия моей дочери, когда она станет совершеннолетней…

– Мда, – перебил Леро ахарга, – Простите, а вы уверены, что я не откину копыта? Через пятьдесят лет мне будет восемьдесят шесть годочков то.

– Точно, подробности потом. Выбор за тобой. Если ты пройдешь древний обряд, в этом поможет Зукк, то обретешь кремнийорганическую плоть и гарантированную жизнь, и ясность ума на протяжении примерно восьмисот лет. Вполне хватит для того, чтобы…».

Леро, хорошенько подумав, дал тогда свое согласие, обрадованный возможностью столь долгой жизни. Жизнь, конечно, долгая, но кто же знал, что быть каменным человеком, значит влачить достаточно жалкое, в моральном плане, существование. За столь длительное время можно подготовить утонченную месть и подать ее к столу, словно изысканное блюдо, которое обязательно отведают из рук Аргенты. Как можно отказать такому милому созданию, но вот повар не спешит готовить столь изысканный десерт. Бедная девочка, которая даже не знает своего настоящего имени, а говорить его раньше времени запретил Диего. Легка на помине. Леро вытер ветошью руку от масла и лениво нажал кнопку активации приватной видеосвязи. На экране появилось лицо Аргенты, которая шкодливо улыбалась, явно выполняя домашнее задание по макияжу.

– Привет, дядя Леро! Как успехи?

– У меня то все нормально, а вот что у тебя новенького? – усмехнулся Леро, – Вижу настроение хорошее.

– Вы не представляете, как трудно получить диплом рафинированной стервы. Вчера сдавала зачет по стрельбе и метанию ножа и только сегодня утром вышла из карцера.

– Неужели промазала? – хихикнул Леро, – Могу провести коррекцию зрения.

– Издеваетесь, а я готова была прибить кого-то. Поразила все мишени из бластера и метнула десять ножей в яблочко, но инструктор, похотливая сволочь, стал мне показывать непристойные жесты. Ну, я и загнала одиннадцатый нож ему в задницу. Как он верещал! Зачет я сдала, но всю ночь мне в камере читали лекцию, что я плохая девочка и не должна так явно выражать свое недовольство. Это, видите ли, недостойно леди! А чего он? Завтра зачет по рукопашному бою, хоть бы не прибить кого-нибудь.

Сегодня у меня экзамен по хорошим манерам, танцам, поведению за банкетным столом, искусству владения макияжем и вечерним туалетом. Боже, я никогда не думала, что мы, женщины, такие дуры. Придумать столько условностей для того, чтобы завлечь в постель похотливых самцов. У меня не кажется один глаз больше другого?

– Да нет вроде, только подбери менее яркую косметику, чтобы не выглядеть так вызывающе. Мне достаточно зрелища местных шлюх и не хватало, чтобы ты была похожа на них.

– И ты туда же, дядя, – покачала головой Аргента, – Я не доживу до экзамена по пилотированию яхт и прочих космических аппаратов со всем этим. Так, посылаю тебе один файлик, просил передать адмирал Колли. Боже, какой он зануда! До встречи, целую!

Экран погас. Леро нехотя вылез из ванны, растерся губкой, смоченной в углеводородах и тело, засверкало словно полированный мрамор. Управляющий набросил на плечи теплый халат и зябко поежился, ворча по поводу холодного климата. Элизий, по его мнению, вполне можно было бы назвать Коцитом. Что поделаешь, но там, где комфортно камню, белковым существам жить невозможно. А вот это любопытно и Леро прибавил звук в стереовизоре, чтобы послушать сводку имперских новостей.

– На прошлой неделе, – говорил диктор, – Начались беспорядки на планете Новая Кастилия, расположенной в системе Эпсилон Лапы Зарга. Имперский гарнизон был перебит, а восставшие захватили арсенал с оружием. Мятежники требуют независимости для своей планеты и заключили союз с ламирами, чтобы войти в их конфедерацию. Как стало известно из достоверных источников, именно ламиры взяли ответственность за последнее покушение на Великую Мать Заргов, да будет прославлено ее имя в веках. Для зачистки мятежа на Новой Кастилии и подавления сопротивления в системах Дикого Пограничья, контролируемых ламирами, отправлен экспедиционный корпус под командованием генерала Хана Тиллиана.

– Рано, очень рано, – бормотал Леро, – Тьфу, только этого не хватало.

– Установлена личность главаря мятежников на Новой Кастилии, – продолжал вещать стереовизор, – Достоверно известно, что им является Рикардо Хуан Борхес, внучатый племянник проклятого во веки веков Диего Борхеса, свергнутого в адскую ночь волей Священного Восьмилапого Предка. Именно планета Новая Кастилия виновата в том, что породила таких извращенных личностей, как Диего и Рикардо Борхесы. Не забываем трижды сплюнуть, при упоминании этих пособников Зла.

Диктор демонстративно несколько раз плюнул в специальный тазик на столе, а через минуту на экране замелькал рекламный ролик элизианского канала, посвященный открытию нового ресторана на дне моря с уникальным шоу морских зоофилов. Неожиданность, она и есть неожиданность. Ох, не вовремя «возбудился» родственник Диего, горячий кастильский парень. Сам сгинет и других погубит. Еще не хватало, чтобы зарги начали искать родственников Ксана I на Земле, но там вроде тихо, да и имя государя Мнайдры не так на слуху, как его соратника. Может это и к лучшему, кто знает.

– Господин управляющий! Господин управляющий! – послышался звонкий и писклявый голос воспитательницы проституток, – Просто кошмар!

Леро скривился так, словно съел пару лимонов и стал искать что-нибудь тяжелое, например, кирпич. Взгляд скользнул по висящему на стене обсидиановому кинжалу, подаренному Зукком, но ритуальное оружие не хотелось марать, даже для того, чтобы просто отрезать язык болтливой дамочке. Дверь открылась, пропуская полнотелую мадам в кабинет. Начальница пикантного заведения взглянула на себя в зеркало, поправила замысловатую прическу и ехидно взглянула на Леро, словно раздумывала о том, какие новые впечатления может принести ночь со столь необычным мужчиной.

– Что случилось, госпожа Краоба? Что привело в трепет Ваши телеса?

– Хам, – обиженно резюмировала гостья и присела в кресло, которое недовольно заскрипело, но не развалилось, – Как это называется? Скажите мне, как это называется? Вы рискуете оставить нашего почтенного хозяина без миллионной прибыли, а наше заведение без рекламы.

– Я уже дрожу, – буркнул Леро, – Вместо ваших эротических фантазий, я закупил оборудование для частной медицинской практики. И, между прочим, за продажу своей фирмы на Терре, я получил изрядную сумму и вложил ее в этот питомник разврата, а твои девки даже не умеют возбуждаться по расписанию.

– Нет, ну ты смотри! – возмутилась госпожа Краоба, всплеснула ладонями и кресло с грохотом развалилось, – Даже приличной мебели и то нет!

Леро опустился на кушетку и зашелся гомерическим хохотом, глядя на мадам. На лице Краобы появились красные пятна от гнева. Она попыталась встать, схватившись за штору, но оторвала карниз, и он свалился на голову, запутавшись в прическе.

– Ой, черт побери…, – еле-еле произнес Леро и снова зашелся смехом, – Хорошо, что здесь нет ванны с кипящим маслом. Минуточку.

Управляющий встал, опустил надувной матрац на пол, помог даме переместиться на него, справедливо решив, что в этом случае ничего не сломается и никто не упадет на пол. Тут же перевернул пострадавшую на живот и проверил целостность позвоночника. Все нормально. Истерика продолжилась позже, когда пришлось кухонным ножом обрезать часть волос, чтобы выпутать из них карниз. Посмотрев на себя в зеркало, Краоба только смогла зашипеть, словно баллон, из которого выходили остатки газа и заревела так, что слезы смешались с косметикой, создавая на лице неповторимую цветовую гамму. Управляющий решил не обращать на это все внимания, чтобы не стать первым кремнийорганическим существом, умершим от смеха.

– Ле… Леро…! Ты… Э…

– Так, сильно не реви, а то похудеешь. Это тебя покарал бог за твое поведение. Ничего страшного. Тебя надо побрить на лысо, а парик подберешь в своей коллекции. Я тебе дам мазь для волос и за месяц будешь щеголять новой гривой. Выпей, успокойся, чтобы я не делал вскрытие, выясняя, от чего ты сдохла.

Леро открыл дверцу бара, достал оттуда бутылку местного алкогольного напитка «Слезы элизианки», как раз к случаю, и налил полный фужер. Он сам не пил, но при беседе с клиентами часто приходилось ставить на стол спиртное, чтобы в результате разговора получить максимальную выгоду, да и адмирал часто расслаблялся бокалом разбавленного спирта со специями. Эта привычка считалась вредной для симбиотов и потому не приветствовалась в империи, хотя не запрещалась.

Краоба сделала пару глотков, икнула, а потом выпила до дна. На щеках появился легкий румянец, а в глазах даже промелькнула осмысленность. Леро нажал кнопку на столе и вызвал начальника охраны, который появился достаточно быстро, несмотря на сиесту. Он был явно неместный, а судя по татуировке на руке, когда-то служил на боевом десантном корабле имперского флота.

– Чего надо? – пробормотал здоровенный детина и, почесывая волосатую грудь, уставился на даму, – Во, умора! На тебе за то, что вторую неделю ко мне по вечерам не присылаешь шлюху.

– Этот вопрос решите потом, – ударил кулаком по столу управляющий, да так лихо, что пустой фужер сделал в воздухе сальто и опять стал на ножку, – Так, позови парикмахера, чтобы эту мадам обрили на лысо и пусть принесут ей парик, какой сама скажет. В следующий раз если будет ломать у меня мебель, накажу вскрытием. Краоба, приведи себя в порядок и пни своих пташек, чтобы почистили перышки. Я отправляюсь в космопорт встречать гостя, которого рекомендовал хозяин и приказал доставить своему другу максимум удовольствий. И ты тоже, космический орел, побрей физиономию и выгляди прилично. Понял?

Леро погрозил кулаком, как воображаемым, так и реальным негодяям, уже направляясь в смежную комнату. Оставшись один, управляющий успокоился, извлек из шкафа одежду, дающую максимальную защиту от солнечных лучей и не спеша одевался, не обращая внимания на ругань за стенкой. Аргента передала файл с электронной подписью адмирала, что надо встретить его хорошего друга в космопорту Элизия, прибывающего чартерным рейсом с Ригеля V. Все хорошо, но вот имя дорогого гостя указать забыли, а из положения выходить надо. Можно подумать, что бедный нелюдь должен знать всех адмиральских друзей, которых в глаза еще не видел.

Леро осмотрел себя в зеркало, надвинул глубже шляпу с широкими полями взял в руки трость и вышел на свежий воздух. Да, просто замечательно кругом, особенно если смотришь на мир через солнцезащитные очки и прикрыт светоотражающей тканью от шеи до пяток. Что поделаешь, но здешний спектр излучения был явно враждебен для него, в отличие от Терры, что доставляло массу неудобств.

На островке находился частный портал, с помощью которого можно было попасть в любую точку планеты, естественно не бесплатно, но это экономило кучу времени. Леро набрал координаты космопорта и некоторое время ожидал ответа оператора. Сиеста подходила к своему финалу, приближался вечер, и нагрузка на транспортную магистраль возросла почти на максимум.

Леро уже готовился исчезнуть в транспортном устройстве, когда услышал, что его кто-то зовет. Обернулся и покачал головой, увидев свою помощницу, помогавшую вести хозяйство. В отличие от Краобы, она была ее полной противоположностью, вела замкнутый образ жизни и очень гордилась тем, что добровольно приняла в себя зарга, хотя для жителей Элизия это было не обязательно.

– Господин Леро! Не уходите!

– Что случилось то? – недовольно спросил управляющий, ожидая очередное занудство или жалобу на окружающих.

– Я слышала, что у нас будут гости? Какие покои прикажете приготовить? Ну, никакого порядка в доме. Уж я-то знаю тех, кто приезжает сюда, что-то не так, сразу нос воротят, а я оказываюсь виновата. Дорогой гость на пороге, а у меня ничего не готово.

– Все? Значит так после того, как госпожа Краоба придет в чувство после нервного потрясения, скажите ей, чтобы выделила двух красоток в помощь. Будет возмущаться, ссылайтесь на меня. Мне надо спешить.

Домохозяйка хотела сунуть клочок пластиковой бумаги со списком того, что надо купить, но Леро уже растворился в портале. Ощущения полета не было, просто ты словно открыл дверь и перешел в другую комнату. В частном транспортном отделении царила тишина и порядок, в отличии от переходов общего пользования с их изрядными очередями. Леро осмотрелся и, поигрывая тростью, подошел к администратору, совершенно невозмутимому киборгу слащавой наружности.

– Когда прибывает чартерный рейс с Ригеля V?

– Минуточку, – кивнул служащий и ничего не делал, пока не получил оплату за услугу, – Чартерный рейс задерживается из-за технических неполадок. Все пассажиры живы и здоровы. О прибытии будет объявлено дополнительно. Извините за неполную информацию.

– Оставлена ли частная информация для Леро Джонса. Вот мой идентификационный код, – кивнул управляющий, оплачивая и эту услугу.

– Идет запрос базы данных. Подождите. Да, вам оставлена голограмма. Примите.

Леро получил объемное изображение, внимательно рассмотрел его и удовлетворенно хмыкнул. Комментарий в углу пластины не оставлял сомнений, что это тот, кого надо встретить. Встретим, чего уж там, если подрядился на такую работу. Ждать надо было неизвестно сколько и потому Джонс решил прогуляться, посмотреть местные лавочки, послушать новости. Вот уж чему он научился, так это ожиданию длиной в годы, а уж прибытие опоздавшего лайнера – это сущая мелочь.

Что нравилось на Элизии, так это отсутствие излишней суеты, а вот назойливость рекламных агентов превзошла любые мыслимые рамки. Здесь предлагали купить все, что продается и даже больше, хотя это и трудно представить. Мелкие торговые «прилипалы», впрочем, не особо беспокоили Леро, косо поглядывая на толстую металлическую трость с корундовым набалдашником, удобную, как при ходьбе, так и для того, чтобы огреть по спине или другой части тела так, чтобы позвоночник высыпался в трусы. Когда же Леро прицепил на шляпу значок с эмблемой Сефуа Колли, ему не то, что предлагали товар, а молча уступали дорогу.

Так пришлось ходить достаточно долго, глазеть по сторонам, пока внимание не привлекла витрина ювелирного магазина. Надо сказать, что элизианцы очень любили яркость, все блестящее, как в одежде, так и в украшениях, что вызывало ощущение полной безвкусицы при первом знакомстве с планетой. С другой стороны, утонченные натуры сюда не ездили, поскольку предпочитали иные места, а те, кто ездил, были всем довольны и даже больше, находились в состоянии «телячьего восторга». Именно потому возле прилавка с аляповатыми сувенирами было полно клиентов, спешивших купить на память какую-нибудь побрякушку перед отъездом.

Леро остановился у прилавка, где был товар для состоятельных людей. Все было сделано добротно, дорого, но художественный вкус здесь точно, даже мимоходом не пробегал. Мистер Джонс презрительно скривился и уже собрался уходить, когда продавец осторожно коснулся руки, прося задержаться.

– Желаете что-то купить?

– Тут нечего покупать, – буркнул управляющий, – Можно приобрести килограмма три драгоценных металлов, переплавить их и хранить, как сбережения капитала.

– А Вы, я вижу, гурман, – рассмеялся торговец, – Есть у меня и особенный товар, но и стоит он тоже особенно. Если желаете, то пройдемте ко мне в кабинет для приватной беседы. Я хозяин этого заведения.

Все было бы хорошо, но тут произошло нечто из ряда вон выходящее. У входа раздались крики, которые перекрыл вой сирены, звон битого стекла, проклятия в чей-то адрес. Такого на Элизии не было долгие годы, пожалуй, даже столетия. Торговец истошно завопил, спрятался под прилавок и оттуда командовал, требуя опустить специальные жалюзи. Охранник, суетился не мог попасть пальцем по кнопке, а когда попал, ничего не произошло. Система безопасности дала явный сбой, а тут еще и местные курортники-зеваки метались в панике, стараясь выбежать из помещения. Дорогостоящая витрина рассыпалась на мелкие кусочки, не выдержав напора множества тел. Очень скоро в лавке остались визжащий продавец, охранник которого контузило током и Леро, решивший, что у него нет чувства стадного инстинкта.

Сквозь разбитую витрину забежал человек, видно решивший спрятаться и свалился на пол, усыпанный битым стеклом. Как бы там ни было, но Леро вероятно вспомнил, как в далеком детстве метал дротики и бросил трость в мигавший индикаторами щиток сигнализации. Яркая вспышка, завоняло сгоревшей изоляцией, но видно металл трости замкнул контакты и магазин закрыли бронированные жалюзи, погрузив торговый зал в полную темноту.

– Включи свет! – рявкнул Леро.

– Э! Мня! Ик-ща, – раздалось в ответ из-под прилавка.

Загорелось неяркое аварийное освещение. Охранник был вне опасности, хотя и потерял сознание, а вот с беглецом было не очень хорошо. Почему-то не оставляла уверенность, что вся эта заваруха именно из-за этого любителя острых ощущений, а разбираться с местной полицией хотелось меньше всего, но как бы там ни было, врач обязан оказать помощь. Окажешь тут, если человек получил проникающее ранение в живот, а у тебя нет никаких лекарств, инструментария, не говоря уже об операционном столе. Впрочем, это уже точно не понадобится. Тело выгнулось, раненный захрипел и затих, видно дело было не только в ранении живота. Рука трупа разжалась и на ладони блеснул кристалл правильной октаэдрической формы.

Леро, совершенно машинально, спрятал находку себе в карман брюк, осмотрелся по сторонам, но хозяин ювелирного магазина занимался своими делами, подсчитывая убытки для иска в страховую кампанию. Вот в чем удобно кремнийорганическое тело, так это наличием полной электроизоляции, которой не было у охранника. Леро не без труда вытащил трость из щитка, покачал головой увидев оплавленную поверхность металла и мрачно взглянул на торговца.

– Мне надо спешить. Тут есть запасной выход? Я и так со всем этим потерял кучу времени.

– Прошу Вас, не уходите! Я хорошо заплачу, – стонал продавец, – Надо составить протокол для страховой кампании в присутствии полиции и сделать заключение о некачественной работе системы защиты. И потом еще этот покойник…

– Ты знаешь, кто такой Сефуа Колли? Так вот, если он будет недоволен, ты остаток жизни проведешь на рудниках Стикса. Быстро проведи меня к выходу, – настаивал на своем Леро, поигрывая тростью.

Аргумент был достаточно весомым, особенно имя имперского адмирала заставило задуматься о последствиях, и хозяин заведения принял правильное, на его взгляд, решение.

– Идите за мной, уважаемый. Конечно, конечно, Вы абсолютно правы. Вот здесь служебный выход.

Леро Джонс последовал за хозяином, который угодливо кланялся, но вот глазки воровато глазели по сторонам, видно задумали что-то нехорошее. Если уж что-то задумано, то оно обязательно произойдет, несмотря на ни что. Леро скорее ощутил, чем увидел движение за спиной, развернулся и ударил радушного торговца по голове корундовым набалдашником трости. Удар был нечеловеческой силы, оно и понятно, ведь почтенный медик давно перестал быть человеком и череп ювелира треснул. Тело пошатнулось, выпустило из рук изящный дамский стилет и покатилось к массивной железной двери.

Леро брезгливо, двумя пальцами, поднял оружие за рукоять и стал внимательно его рассматривать. Да, здесь и убивать то не умеют, хотя такое оружие почти не оставляет следов. Забавная вещица и сделана со вкусом: длинное тонкое четырехгранное лезвие из легированной стали, инкрустированная серебром костяная рукоять, ониксовое навершие в виде змеиной головы. Да, это штука для истинных гурманов, прекрасный подарок для Аргенты в честь получения диплома «рафинированной стервы».

Дверь легко подалась, едва слышно скрипнула и Леро оказался в длинном коридоре, ведущим в зал для встречи прилетевших пассажиров. Бесцветный голос объявил о прилете чартерного рейса с Ригеля V и просил встречающих подойти к двадцать третьему терминалу. Мистер Джонс покачал головой, достал из кармана носовой платок, аккуратно вытер навершие трости от крови, поправил шляпу и неспешно направился выполнять поручение хозяина виллы.

* * *

Быстроходная яхта вышла из подпространства и зависла в зоне перехода, ожидая своей очереди. «Яхта», весьма условное название для кораблика, вооруженного мощными лазерными орудиями, трехслойный щит надежно защищал, как от метеоров, так и от случайного или не случайного нападения, а мощный двигатель позволял уйти даже от крейсера-рейдера. Тем не менее, яхта «Плясунья Тени» была, все-таки больше для увеселения, чем для сражений, хотя напоминала красотой хищную птицу, высматривавшую добычу. С другой стороны, добыча тоже бывает разной, у орла-могильщика она одна, а вот у коршуна совсем другая.

Аргента, откинула голову на спинку кресла пилота, посмотрела на свое отражение в сверкающем зеркальном потолке рубки и автоматически поправила упрямый локон волос. Все-таки, за время учебы ей понравилось выглядеть эффектно и впервые за столько лет осознать собственную неповторимость. Пошитая специально на заказ форма была достаточно удобной, не стесняла движений, хотя обилие кружев и бантиков раздражало до предела, особенно большой бант в волосах, затруднявший боковой обзор. У богатых свои причуды и потому пришлось подчиниться желанию хозяина яхты, считавшего, что блондинка должна выглядеть до предела блондинистой.

– Браво, девочка! – раздался за спиной довольный голос адмирала, – Действительно показала класс пилотирования, не правда ли, капитан Кирн?

– Да, давно не видел подобного. У девочки талант, – согласился высокий атлетически сложенный мужчина, – Но огрехи есть. Так что, милашка, не зазнавайся. У тебя словно отсутствует инстинкт самосохранения, а это плохо.

– Подойди ко мне, бутончик белокурый, – рассмеялся адмирал и подмигнул толстому парню, сидевшему рядом, своему сыну, – Как тебе наш новый пилот, Сефин?

– Я есть хочу! – буркнул молодой человек и довольно зачавкал, пережевывая солидный кусок мяса.

Неожиданно рука генеральского наследника, коснулась ягодицы девушки и принялась гладить. Рефлекс сработал раньше мысли и Сефин, держа в одной руке кусок мяса, отлетел к переборке, умудрившись опрокинуть тележку со снедью к явному неудовольствию андроида-официанта, который что-то пропищал на своем электронном языке.

– Папа! Она дерется…! А-а! – возмущался парень.

– Заткнись, придурок! – ударил кулаком по столу адмирал, – Тебе кто-то разрешал лапать? Отполз в свою каюту и не отсвечивай перед моими глазами, безмозглый кретин.

Подождав, пока отпрыск отползет в коридор, и он действительно отполз, а не ушел, как все нормальные люди, Сефуа Колли налил в чашку разбавленного спирта и выпил. Аргента виновато опустила голову и посмотрела на капитана. Кирн, усмехнулся, пожал плечами и сел в кресло пилота, чтобы принять запрос диспетчерской службы.

– Думаешь, буду ругаться? – вздохнул адмирал, закусывая выпитое цитрусовой долькой, – Нет. Пороть тебя поздно, да и не за что, но рефлексы сдерживай. Ты не представляешь скольким скотам тебе придется улыбаться, мне первому. Сынуля у меня слегка больной на голову, полный отморозок. Прибить бы его, чтобы не мучил себя и других, но жалко. Выпей вина и улыбнись. Поздравляю со вступлением в должность.

Аргента взяла бокал с вином, пригубила напиток и вопросительно посмотрела на владельца яхты.

– Молчишь? Это правильно. Ну, что там, Кирн?

– Коридор свободен. Генераторы вышли на стандартный режим. Прикажете входить в подпространство или остановимся на ближайшей базе?

– Надо успеть к сроку, так что полный вперед. Справишься сам или нужна помощь пилота?

– Да сам все сделаю. Тут опасный коридор, а у девчонки нервы на пределе. Включаю режим перехода, не отвлекайте меня, – достаточно резко ответил капитан и отделил прозрачным силовым экраном пульт управления от остального помещения рубки.

Адмирал согласно кивнул, усмехнулся и принялся готовить коктейль, причем делал это ловко, как заправский бармен. Молчание затянулось и мисс Джонс, а может сеньорита Борхес, или миссис Хрен-знает-Кто, на некоторое время осталась наедине со своими мыслями. Она так и не нашла материалов о Диего Борхесе несмотря на то, что очень хотелось узнать об отце хотя бы что-то. Зарги очень старательно уничтожили всю архивную информацию о рейнджерах и «черных ангелах», а может и не уничтожили, спрятали от посторонних взглядов.

– Так вот, крошка! – нарушил молчание Сефуа Колли, насладившись коктейлем настолько, что взгляд стал слегка отсутствующим, – Мы летим на Землю. Была там? Прелюбопытная планетка, где ты впервые выйдешь в свет, на приеме у президента этого отстойника.

– Я много слышала о Земле от дяди Леро. Говорят, там очень красиво.

– Да, заргов там не любят, – усмехнулся адмирал, – Но дело не в этом. Питер Залевски, хитрая бестия, старый столетний лис, наверняка что-то мутит. Меня интересует, что он задумал и ты мне в этом поможешь.

Яхта неожиданно вышла из подпространства, защитный экран в рубке исчез и Кирн сочно выругался на сленге космических торговцев.

– Что случилось?

– Нас выбило с силовой линии подпространства и прямо перед нами я вижу линкор-призрак. Эта громадина появилась совсем недавно и уже наделала шороху.

– Определи тип корабля, – приказал адмирал, убрав с лица наигранное добродушие, – Тип модели, параметры орбиты.

– В базе нет даже отдаленного аналога, – ответил капитан, – Аргента! В кресло пилота, живо! Шеф, пристегнитесь и ради Священного Таракана молчите, очень прошу.

Сефуа Колли согласно кивнул, неторопливо взял со стола бутыль со спиртом и миску с цитрусовой закуской, поскольку, если уж придется умереть, то не на трезвую голову, а в состоянии полного удовлетворения жизнью. Девушка, молча сорвала с головы надоевший розовый бант и подвязала лентой длинные волосы, чтобы не мешали при управлении кораблем. Сняла кружевные перчатки и, не без удовлетворения, засунула их в бокал с недопитым вином. Кирн даже не успел второй раз возмутиться, как пилот оказалась рядом и вопросительно взглянула на капитана.

– Жми, красавица и лети так, как никогда до этого не летала. Вектор Альфа Центавра! Вперед!

– И я посмотрю! – раздался за спиной пьяный адмиральский голос, – Родился ли в империи тот, кто лучше Косински и Борхеса? Тьфу, да будет проклято их имя!

При этих словах Аргента вздрогнула. Опять! Черт побери, опять! Уже и кости отца сгнили, а его боятся, сравнивают умения других, как с эталоном. Дальше некогда было заниматься самокопанием, ибо пилот нажала кнопку перевода на ручное управление и больше ничего не существовало, кроме человека, ставшего кораблем и корабля, ставшего человеком.

Двигатели надсадно заревели и яхта, на ускорении около десяти «джи», лихо увернулась от серии выстрелов линкора. Слава тем мастерам, которые сделали это произведение искусства, вперед на еще один вираж. Аргента не видела расширившиеся от удивления глаза Кирна, она вообще ничего не видела, кроме экрана полярных координат. Раздался довольный возглас капитана, когда лазерные пушки поразили надстройку линкора, что-то было сказано механику и двигатели увеличили мощность на треть. Отлично! Бей капитан, перпендикулярно плоскости эклиптики. И снова маленькая яхта, словно хищный ястреб, клевал большого неповоротливого хищника.

Линкор выплюнул десяток истребителей, чтобы отловить наглую птичку, посадить ее в клетку, обрезать когти, замазать клеем хищный клюв. Много, их слишком много! Боже, проклятие! Бортовой вычислитель задымился и стал выдавать на экране полную чушь. Аргента разбила кулаком монитор, не обращая внимания на кровь из разрезанной осколками ладони, повела «Плясунью Тени» туда, куда ни один пилот не повел бы, пребывай он в здравом уме и рассудке. Боже, но где рассудок и где блондинка? Дуре, спишут все! При этой мысли девушке стало легче, и она без особых церемоний ударила левой рукой в челюсть капитана, пытавшегося ей помешать.

Кирн повертел пальцем у виска и махнул рукой, понимая, что формы суицида бывают разные. Идти по граничной линии гравитации красного карлика и пояса астероидов, с неработающим вычислителем можно, только если мозги вышли погулять, оставив в голове лишь твердую непробиваемую кость. Аргенте было глубоко плевать на точность вычислений, достаточно и приблизительной оценки. Она знала, что пройдет по границе силовых линий и потянула рукоять штурвала на себя до отказа. Перед глазами только были светящиеся полосы магнитного поля и чутье, которое если изменит, то оставит своего хозяина вечно молодым безумцем.

Реальность исчезла, а может быть чувства стали реальностью, показывая, что все остальное блеф, ничего не стоящая мишура. Ей казалось, что улетит с грани, сойдет со сверкающей дороги и тогда холодные корявые пальцы тьмы разорвут тело на мелкие части, не делая скидок на цвет волос. Однако «плясунья», недаром кораблик получил свое имя, была послушной девочкой и танцевала на грани, не делая ни одного лишнего движения. Линии становились все шире и шире, пока не разомкнулись, выпуская убегавшую жертву из своих объятий. Аргенте казалось, что она слышала недовольный рев Тьмы, щелканье клыками, когда «птичка» выпорхнула из почти захлопнутой клетки.

Испытание длилось считанные минуты, а потом яхта вышла в свободное пространство, контролируемое имперским флотом. Аргента усмехнулась, откинулась на спинку кресла пилота и потеряла сознание. А что сознание? Оно не потерялось, а просто было наполнено голосами. Девушка не понимала речи, но было ощущение того, что она этот язык знала, только забыла очень давно, может быть даже до своего рождения. Была одна фраза, часто повторявшаяся с восхищением. Язык не известен, но вот почему-то в голову приходило странное словосочетание – «Энту Огня». И голоса ее отпустили, оставив в покое, когда она мысленно согласилась на этот титул. Она сошла с ума? Все может быть, поскольку если что-то должно произойти, оно всегда произойдет.

Поток ледяной воды вернул сознание на место, заставил открыть глаза и удивленно осмотреться. Рядом стоял улыбающийся Кирн с пустым пластиковым ведром.

– Идиот! – прошипела девушка и выплюнула на пол воду изо рта, – Делать тебе нечего.

– Плата за удар капитану в челюсть, – хихикнул гигант, а потом осторожно поцеловал Аргенту в щеку, – А это за то, как ты пилотировала! Молодец! Это было неповторимо, но о субординации не забывай.

Аргента согласно кивнула, посмотрела на свое отражение в зеркальном потолке и мрачно потрогала ладонью мокрые волосы. Хорошо, что хоть косметика смывается только горячей водой, а то бы точно была полнейшим пугалом. Адмирал мирно сопел в кресле, своим перегаром, воздуха точно не озонировал, но в остальном обошлось без особых проблем. Впрочем, там был не только перегар и потому пришлось задать роботу-уборщику дополнительную программу.

– Откуда этот чертов линкор взялся? – спросила Аргента, перевязывая разрезанную стеклом руку, – В самом сердце империи и огромный такой, что, наверное, потеряться можно в отсеках.

– Никто этого не знает, – проворчал в ответ Кирн, монтируя новый вычислитель вместо разбитого, – Он появился примерно месяц назад по времени Канопуса и уже наделал шороху, раскромсав пограничную флотилию в щепки. Не корабль, а «летучий голландец» галактики. Кто его построил неизвестно, где база тоже не известно, из кого набран экипаж тоже, хрен его знает.

– Сигнал экстренного вызова. Код неизвестен.

– Тебе, не известен, – зевнул в ответ капитан, – Позывные флагмана имперского флота пограничного сектора. Прими вызов и выведи рожу, которая звонит, на монитор.

– Кто такие? Назовитесь! – требовательно поинтересовалось лицо с экрана, – Согласно инструкции, номер…

– Заткнись! – рявкнул Кирн, – Я капитан личной яхты адмирала Сефуа Колли. Когда хозяин очухается, достанется всем: и офицерам и командорам! Понял?

– Я не знаю, но…, – замялся дежурный, – А он случайно…

– Не дождешься, – продолжал Кирн тоном, не терпящим возражений, – Отбуксируйте нас в ближайший док и проверьте яхту на предмет повреждений. Нас едва не поджарил бродячий линкор, а ты мне мозги пудришь?

– Извините, но я должен знать о приписке транспортного средства, идущего без идентификационного маяка.

Кирн посмотрел на своего пилота так, что ей захотелось напиться и лечь рядом с адмиралом, сгорая от стыда. Она забыла включить этот чертов маяк с кодом, после гонки на краю гравитационной пропасти. Девушка, знаком, показала капитану, что сейчас все будет в порядке. Конечно, в порядке, а как же? Вот только поменять предохранитель и все заработает, как положено заработает, куда оно денется.

– Так вот! Маяк поврежден, и пилот его сейчас включит. И потом, я же не спрашиваю, почему мирную яхту обстреливают в зоне контроля вашего флота? Ну? Идентифицировали?

– Так точно! – кисло ответил дежурный офицер, – Откройте шлюз для приема технической службы.

– Я пойду к себе, – буркнула Аргента и после кивка капитана вышла из рубки.

Каюта находилась в жилом отсеке, рядом с покоями адмирала, как и положено обиталищу секретаря, столь почтенного человекозарга. Только сейчас девушка ощутила усталость и даже несколько раз останавливалась, чтобы перевести дыхание. Путь к своему обиталищу казался бесконечной дорогой в сверкающем зеркалами железном лабиринте. И каждое отражение было гротеском, показывающим ту или иную часть тела в искаженной форме. Этот коридор был изобретением адмирала, считавшего, что искаженное отражение реальности поднимает настроение гостей.

Возле двери адмиральской каюты сидел его отпрыск и всхлипывал, а когда увидел отражение Аргенты, то и вовсе зашелся в истерике. Страшно, а в памяти еще был жив пинок, которым его наградила любимица папаши. Сефин попытался укусить за ляжку предмет своего страха, но промазал и только щелкнул зубами, вызвав ехидную презрительную улыбку.

– Папа! Спаси-и-и! – завопил парень.

– Чего орешь, дурачок? – покачала головой девушка, – Бедняга, ты так и не дополз до противоперегрузочной постельки. Надо было тебя пнуть сильнее, чтобы придать ускорение.

И тут Аргенте стало не совсем хорошо, вернее совсем не хорошо, когда она увидела на пальце молодого человека кольцо из желтого металла со сверкающим прозрачным камнем. Только этого не хватало! Если Сефин окажется ее мужем, то она точно добровольно выпрыгнет в открытый космос. А может все-таки просто совпадение? Хотелось верить в лучшее. Парень что-то нажал на панели в стене, открыл дверь и провалился в отцовские покои, избавив пилота от своего плаксивого общества.

Аргента тяжело вздохнула, полюбовалась своим перстнем и вошла в каюту, где можно побыть наедине с собой и привести мысли в порядок. Грязная и мокрая одежда полетела в утилизатор, включена горячая вода в душевой кабинке, и девушка забыла обо всем, наслаждаясь упругими струями воды, массажировавшими уставшее тело. Вода натуральное чудо Вселенной, снимающее усталость, дающее жизнь и спокойствие.

Хорошенькое спокойствие, ничего не скажешь. Аргента никогда не думала серьезно, что в один прекрасный момент может появиться законный муж и предъявить на нее права. Кольцо Сефина заставило вспомнить, что такое может произойти в любой момент и хорошо, если супруг не окажется крокодилищем, а будет ей под стать. Она на мгновение закрыла глаза, чтобы представить мужа, но так и не удалось это сделать, может потому, что не имела понятия о его внешности.

* * *

Жизнь шла своим чередом, пролетело полвека и не заметил даже. Молодой мужчина потянулся так, что хрустнули косточки, присел в кресло и стал с интересом, уже в который раз, рассматривать кольцо червонного золота с огромным бриллиантом на пальце. Оказывается, у него есть жена и как прикажете ее искать? С другой стороны, а надо ли ее искать? Говорят, что при наличии супруги о душевном спокойствии можно забыть. Он представил сидящее рядом плаксивое существо, требующее внимания и выполнения всех капризов, саркастически хмыкнул. Опекун уверяет, что его жена должна быть просто очаровательным созданием, но все в мире относительно, а каждом ангелочке сидит свой чертик.

– Сидишь? – раздался раздраженный голос наставника, от которого пришлось вздрогнуть, – Их мудрость в печали! Философ, возвышенным чувствам которого могут позавидовать даже звезды. Хотя вчерашние девки не звезды, а продажные твари! Хочешь перещеголять своего далекого предка, который, по уверениям летописцев, блудил по всей галактике? Не дам! Не позволю!

– Ну, так жена все-равно не видит! И потом, можно подумать, что она за столько лет не шастала по любовникам, – огрызнулся молодой человек, – Только и слышишь от тебя о великой идее и предназначении. Ты мне даже о родителях ничего не рассказываешь. Кто был мой отец? Он был велик? Так почему ты о нем молчишь?

– Ты еще не готов, чтобы узнать, кто твой отец! Конечно, продажные девки лучше, чем величие прошлого!

– Ой, слова и есть слова! Я не последний человек в империи! Могу приказать тебя казнить, если не заткнешься!

– Посмотри на браслет на правой руке! Сними и его, чтобы императрица узнала много интересного. Снимай, сопляк! Ты крут? Покажи свою крутизну всем! Боишься? И правильно боишься, мальчик! Ты видел смерть? Не в описаниях, а такой, какая она есть? А я скажу, что я видел многое! Я видел, как умирал твой отец, но не имел права вмешаться, ибо ты был у меня на руках! И с этим проклятьем я живу уже пять десятков лет! И ты будешь мне высказываться, мальчишка?! Я видел, что творил твой тесть в космосе! Если наставник твоей жены проговорился, кто был ее отец, то я тебе не завидую. Я не знаю, к чему приведет игра крови, но хочу, чтобы эта игра была утонченной. Тебе понадобится много сил, чтобы покорить собственную жену. Если она хоть немного похожа на мать, то у тебя дыхание сопрет при ее виде, но я злорадно усмехнусь, поскольку уверен, что характер у нее папашин. Она не покорится слабому! Вот и подумай, мой мальчик, о том, что тебя ждет! Стоит ли тратить энергию на обычных шлюх?

– Дядя, но вот…

– Ты меня достал, сопляк! Бери оружие и пошли, покажешь мне свою ненависть!

И звезды, словно усмехнулись при словах наставника. Им было все-равно, но им был интересен итог расклада, ибо они помнили многое, а может и все, с начала времен.

* * *

На Элизии жизнь текла своим чередом, в меру спокойно, в меру похотливо и очень привлекательно для бизнеса. Адмиральское заведение не то, чтобы процветало, но жрицы любви не страдали от безделья, а дорогой гость, свою очередь, не страдал отсутствием фантазии, придумывая одно развлечение за другим. Кто бы мог подумать, что генерал Хан Тиллиан найдет время для наслаждений в разгар кампании против Новой Кастилии. Но приказа с Канопуса о начале боевых действий не приходило и потому командующий решил скрасить томительное ожидание и усладить свое тело для будущих подвигов. И хорошо, скажу я вам, услаждал, свидетельством чему был жизнерадостный женский смех.

Наслаждается дорогой гость и пусть получает удовольствие, хотя злоупотребляет генерал стимуляторами, но это его личное дело. Леро Джонс мог заниматься своими делами, а уж Краоба сделает так, что у Хана Тиллиана останутся незабываемые впечатления от отдыха.

Врач откинулся в кресле, взял в руки титановый ошейник, инкрустированный серебром, сделанный по заказу Сефуа Колли и покачал головой. Все отлично получилось, но оставался осадок на душе. Жрицы любви, носящие его, будут ненасытны в постели, но через год износ организма достигнет восьмидесяти процентов, и женщина превратится в развалину. С другой стороны, они сами, абсолютно добровольно, продали себя хозяину, так что нечего обижаться.

– Подойди сюда и стань на колени, – буркнул Леро, глядя на симпатичную девушку лет восемнадцати, – Сегодня ты покажешь нашему дорогому гостю все, чему тебя здесь научили.

Проститутка подошла и покорно опустилась на колени, чтобы через мгновение встать уже с ошейником. Девица поклонилась, тяжело вздохнула и направилась во двор, где в тенистой аллее ее поджидала госпожа Краоба.

Леро Джонс включил стереовизор, чтобы послушать сводку новостей. Недавнее происшествие в космопорту взбудоражило общественность, и журналисты смаковали подробности побоища в зале ожидания. Да, это они умеют, раздувать из мухи слона. Впрочем, происшествие было действительно экстраординарным, нетипичным для этого тихого курортного уголка галактики. Начальник полиции, не выдержав напряжения, застрелился, а его преемник отвечал односложными фразами, словно для того, чтобы масс-медиа уже придумали остальное. И они придумывали, устраивали телевизионные шоу, чтобы выставить полицейский департамент не в самом лучшем свете.

Леро вытащил из ящика стола информационный кристалл и с интересом стал рассматривать грани, переливавшиеся всеми цветами радуги. Интересная вещица и, судя по всему, она была первопричиной беспорядков в космопорту. Что же ты такое? Что содержишь в себе? Кому тебя должны были передать? Кто был твой прежний хозяин? Одни вопросы без ответов. Леро пытался вспомнить лицо убитого в ювелирной лавке и не смог, словно кто-то стер образ из памяти.

А это мысль! Мистер Джонс неспешно встал с кресла, взял брюки и достал из кармана платок, которым вытирал руки после событий в космопорту. Да, пятна крови остались, а это очень важный генетический материал. Очень хорошо, что к одежде не успела добраться вездесущая экономка заведения, у которой чистота и порядок были особым пунктиком, почти религией. Заодно можно проверить работу нового биоанализатора, купленного на днях для частного медицинского кабинета. Говорят, прибор имеет обновленную базу данных, в которой собрана коллекция генетических кодов со всех известных закоулков галактики. Вот и посмотрим, насколько эта самая база полная, а то не избежать фирме изготовителю рекламации.

Врач включил питание, чтобы прибор вышел на рабочий режим, а сам отправился на веранду. Хорошо, конечно, и приятно стоять в тени и рассматривать мирный пейзаж, слушать шелест волн, вспоминать былое. Да, прошлое не хотело отпускать Леро, упорно не хотело, напоминало о себе, не давало забыть казалось ушедшую боль. Генерал вот забавляется с девицами, которые верещат на пляже, явно высоко оценив достоинства столь уважаемого клиента. А что делать медику, которому и плоть то потешить не с кем? Правильно, заниматься самокопанием и разгадывать ребусы, подкидываемые жизнью, чтобы мозг был всегда в работе, даже если он силиконовый.

– Господин управляющий! – раздался голос Краобы, спешившей к веранде со стороны моря, – Господин Леро! Я должна с Вами поговорить!

– Что случилось? – не скрывая ехидной улыбки, но тем не менее участливо поинтересовался Леро, – Вы применяете мазь, которую я прописал?

– Конечно, – улыбнулась «воспитательница», – Замечательное средство, а волосы отрастают такие мягкие и густые, каких у меня и в юности не было. Вы просто гений медицины. Но дело не в этом!

– А в чем же? – удивился Леро и наиграно стал просматривать электронную книгу, словно искал там нечто очень важное, – Надеюсь, Ваши птички все здоровы?

– Я хотела сказать, что это Ваше изобретение делает девочек просто бестиями в любовных играх, но они стали какими-то нервными. Вчера вот одна покусала парикмахера, другая нашего почтенного гостя довела до полного изнеможения и ему пришлось пить кардиостимуляторы. Надо бы уменьшить отрицательные эффекты этого изобретения. Вы же понимаете, что у нас индустрия удовольствий, а не сумасшедший дом.

– Я подумаю над этим. Спасибо за предупреждение, – улыбнулся Леро, – Я сейчас занят, но обязательно решу проблему. Возьмите вот это, мадам.

Мистер Джонс достал из кармана небольшое устройство, мигавшее разноцветными индикаторами.

– Что это, – пробормотала Краоба, – Орудие пытки?

– В некотором роде, – рассмеялся Леро, – На каждом ошейнике есть номер, который надо вывести на дисплей из базы данных. Здесь можно корректировать уровень половой активности, а при случае и усыпить подопечную. Для начала я бы не советовал ставить уровень активности выше двадцати пяти процентов сверх средней нормы, а выше пятидесяти процентов ставить исключительно после того, как клиент даст расписку, что все последствия за его счет. Это Вам даст контроль над процессом ублажения посетителей.

– Спасибо, – покачала головой Краоба, – Докатились! Даже секс просчитан математикой. Эх, а вот в моей молодости было все по-другому. Вы превратили девочек в машины, кукол, умственный извращенец! Вы когда-нибудь любили женщину?

– Нет, это не продуктивная трата времени, есть дела важнее.

– Фи! Вы бесчувственное чудовище! – вздохнула наставница и направилась на берег моря, чтобы взглянуть на своих учениц.

Леро рассмеялся, повертел пальцем у виска и направился в лабораторию, откуда прозвучал сигнал, что прибор готов к работе. Врач отрезал кусочек окровавленной ткани, внес его на приборный столик и стал ждать результатов, поглядывая на трехмерный монитор. Хорошее оборудование, не спрячешься от него. Именно, что не спрячешься. Не дай бог Аргенте сделают анализ крови и найдут при этом нечто не приятное. А найдут ли? Вряд ли у них есть данные генетического анализа Диего Борхеса, а об Азитовал даже речи не идет. Генотип коренных жителей Мнайдры заргам не известен. Что они установят, теоретически, что Аргента на половину мутант неизвестного происхождения, а на половину потомок землян примерно в двадцатом поколении. Дурак ты Леро, полный дурак! Кто тебя тянул за язык? Зачем ты назвал девочке имя ее отца? Неизвестность, иногда, лучшая страховка для безопасности.

Прибор возвестил об окончании анализа и на мониторе поползли колонки цифр, декодирующих генетические параметры покойника. Интересно, очень интересно. Так, посмотрим: «Объект, вероятно, потомок переселенцев с Земли, подвергся модификации генотипа для условий жизни в системе Фомальгаут-VI, воздействия симбиота не обнаружено. Предположительно, набор функций организма предназначен для эффективной работы в экстремальных условиях повышенной радиации. Понижен физический болевой порог». Леро надолго задумался, поскольку не ожидал такого результата. Кто же ты был? Частично измененная генетика была у «черных ангелов» и «рейнджеров», но они оставались при этом людьми, последний из которых погиб полвека назад.

Да что же это такое? Не дают работать жалкие, ничтожные личности. Леро недовольно взглянул на высокого крепкого мужчину в полицейской форме, выключил прибор и торопливо спрятал платок в карман. Образец в кювете, при выключении устройства, моментально превратился в серую пыль, как отработанный материал и медик удовлетворенно усмехнулся.

– Кхм, – кашлянул гость.

– Да, чем могу служить? – участливо спросил Леро, – Извините, но я был занят и сразу Вас не заметил.

– Лейтенант Сацао Чису, криминальная полиция Элизия. А Вы, если не ошибаюсь, Леро Джонс, врач и управляющий этого борделя?

Медик в ответ поклонился, но возражать не стал, оставив инициативу офицеру. Зачем? Куда спешить? Тебе все скажут и не только скажут, но при надобности даже выделят адвоката, как свидетеля задушевной беседы.

– Где Вы были в момент беспорядков в космопорту?

– Встречал на терминале дорогого гостя, генерала Хана Тиллиана, прибывшего на отдых. Это криминал? – удивленно развел руки Леро, – Позвать генерала?

– Не надо, – растерялся офицер, опешивший от громкого имени, почти легенды империи заргов, – Просто при анализе видеозаписи охранной системы нам удалось опознать Вас в торговой зоне космопорта.

– Опять же, разве это криминал? Я в антикварной лавке купил подарок для своей приемной дочери, личного пилота адмирала Сефуа Колли.

Полицейский расплылся в улыбке, подобострастно поклонился и бочком вышел из лаборатории. Кто же будет портить отношения с двумя высшими армейскими сановниками империи? Лейтенант махнул рукой помощникам и направился к полицейскому катеру, раздраженный сверх всякой меры. Что прикажете говорить начальству на совещании? С другой стороны, может это действительно ложный след и управляющий не имеет никакого отношения к заварушке в порту.

– Установить наблюдение за островом и особенно за Леро Джонсом.

Помощник согласно кивнул и сделал запись в электронном блокноте. Через несколько минут катер взревел и направился в сторону города к полицейскому причалу. Леро проводил взглядом служителей закона, присел в кресло, а потом вскочил и торопливо достал кристалл из ящика стола. Наверняка причина такого любопытства властей связана с информацией, заключенной там. Странно, что прислали обычного полицейского, а не представителя имперской службы безопасности. С другой стороны власти могли не знать о «грузе», который нес убитый, потому их внимание связано исключительно с криминальным аспектом дела.

Компьютер недовольно «хрюкнул» и отказался считывать кристалл, утверждая, что тип носителя информации устарел и не соответствует требованиям оборудования. Леро недовольно почесал затылок и спрятал нежданную добычу обратно в стол. Вот незадача. А любопытство то разбирало сверх всякой меры. И где прикажете искать компьютер, способный прочесть эту информационную древность? Или попытаться найти системщика, любителя антиквариата, чтобы помог с проблемой? Попробуй еще найди такого. Леро прекрасно понимал, что можно получить быть такие сведения, которые могут стоить головы.

Ах, мозги твои силиконовые! Леро опять извлек кристалл из ящика стола и вставил его в компьютер. А если попробовать вот так! Не получилось, и врач недовольно выругался на торговом сленге. Он никогда не был компьютерным гением, но твердо знал, что «любопытство погубило кошку», хотя этого зверька никогда не видел и смысла этого утверждения не понимал. А если сделать вот так? Что опять не сработало? Вот! Есть! Используем программу совместимости устаревших носителей с современным оборудованием. Компьютер недовольно загудел, но не выругался, а исправно пытался решить поставленную задачу. Вот и хорошо, что эта железяка перестала выкаблучиваться.

Прошло не так много времени, за которое Леро успел растереть тело горячим силиконовым маслом и выпить напиток, восстанавливающий кислотно-щелочной баланс, необходимый кремнийорганическим формам жизни, как компьютер щелкнул и выдал на трехмерном мониторе эмблему «Медицинского Отряда Особого Назначения – МООН». Хороший кристаллик! За такую информацию можно не только головы лишиться, но и быть рассеянным на атомы без права восстановления. Под эмблемой еще и сверкает копирайт Питера Залевски, нынешнего президента планеты Земля, что только усугубляет ситуацию и говорит о наличии сверхсекретных данных, канувшей в небытие Лиги.

* * *

Луна, воспетая в земных легендах, песнях, вечная спутница влюбленных, так и оставалась спутником Земли, поскольку даже зарги не имели возможности изменить законы небесной механики и повернуть их так, как удобно Великой Матери. Досадное недоразумение, на которое, впрочем, не особо обращали внимание. Кусок камня, изборожденный кратерами, щедро политый космической радиацией, превратился в планету-космопорт и военную базу, контролировавшую порядок в имперской резервации. Конечно, можно гордо обозвать планету «свободной республикой гуманоидной расы», но суть от этого не изменится. А там, глядишь, когда население окончательно одичает, можно сделать элитный заповедник для сафари любителей охоты или еще что-нибудь подобное из области развлечений.

Пока же в холле космопорта было тихо, да и не могло там быть излишней суеты, когда идет встреча имперской делегации, прибывшей для инспекции. Конечно, все средства массовой информации Земли вещали о визите дружбы и миролюбия заргов, установивших порядок и спокойствие в галактике, но суть от этого не менялась, как ее не называй. Оккупационные власти приехали с инспекцией не тюрьмы, упаси боже, но все-таки резервации, на которую навесили вывеску «свободной республики». Вот они, представители Земли, сгрудившиеся кучкой у терминала, загнанные в клетку лабораторные мышки, в глазах которых застыли страх и безысходность. Стоят и смотрят, можно сказать восхищаются имперским генералом, Сефуа Колли и его спутницей, молодой и красивой белокурой женщиной, внешне почти не отличимой от землянки.

Аргенте хотелось исчезнуть, раствориться в воздухе, чтобы не ощущать презрительных взглядов, подобострастие и зависть к тем, кто имеет право летать в открытый космос. Вот, например, представитель президента Земли смотрит на нее, как на генеральскую подстилку, только не сплевывает под ноги от ненависти, но ведь боится, готовится лебезить перед генералом, чтобы не вызвать недовольства. Интересно, он уже придумал комплименты для нее? Обязательно послушаем восхваления, ибо без них не обходится ни один светский прием.

– Бутончик мой ненаглядный, – погрозил толстым, как сарделька пальцем генерал, – Не надо казаться умной. Мы же договорились, что для всех вокруг ты просто светловолосая дурочка, оттеняющая своей красотой мою непрезентабельную оплывшую жиром тушу. А ну-ка сделай милое выражение, удивись, словно я рассказал тебе забавный анекдот. Вот и прекрасно, изумительно! Лицемерие – это великое искусство, которому надо учиться каждую минуту, если хочешь быть светской дамой.

– Так нормально? – вздохнула девушка и успокоилась, увидев одобрительный кивок Сефуа Колли, – Мы долго еще будем здесь торчать?

Ответа Аргента не услышала, поскольку заиграл имперский гимн, и генерал принял величественную позу, как и положено посланнику Великой Матери Заргов. Земляне опустились на колени и опустили вниз головы, чтобы никто не увидел ненависти в их глазах. Аргента ощущала идущую волнами злобу, не страх, а именно злобу, леденящую так, что можно было бы заморозить половину империи. Хорошо, что эти чувства не материальны, а то можно превратиться в ледяную статую от подобного излучения. Гимн Земли был воспринят делегацией без должного почтения, но выслушан, как необходимое в подобных случаях зло.

– Ахим Кремер! Премьер-министр Земли! – торжественно объявил начальник почетного караула.

Представитель планеты твердым шагом подошел к генералу, учтиво поклонился и довольно пространно стал рассказывать о лояльности землян и новом витке социального развития общества. Не забывая о глупом выражении лица, Аргента очень внимательно слушала чиновника, понимая, что он все врет, от первого и до последнего слова врет, говоря то, что от него хотели услышать, скрывая истинные мысли. Все-таки дурочкой быть проще, а вот когда форма не соответствует содержанию, возникает целая куча неудобств.

– Мы рады приветствовать доблестного генерала Сефуа Колли на нашей прекрасной планете.

– Правда? – усмехнулся военачальник, – Поверю на слово. Так, я представляю Вам моего секретаря, Аргенту Джонс, которая сопровождает меня в этой поездке.

Девушка учтиво поклонилась и ничуть не возражала, когда премьер-министр поцеловал руку. Мимолетный штрих, казалось, очень незначительный, но даже короткого взгляда хватило обоим, чтобы понять многое. Судьба свела двух лжецов, которые решили, удобства ради, оставить истину под масками покорности и лицемерия. Аргента поняла, что опытный политик сразу ее раскусил и, по крайней мере перед ним, не удастся сохранить имидж белокурой дурочки с голубыми глазами.

– Очень приятно познакомиться, фрау Аргента. Вы прекрасное олицетворение империи. В былые времена мои предки Вас бы назвали истинной арийкой, валькирией.

– Ахим, – покачал головой генерал, – Перед тобой моя прекрасная тень, а не символ империи. Мне нравится казаться на ее фоне светочем мудрости. И моя мудрость говорит, что в приватной беседе ты мне расскажешь истинное положение дел, а не будешь нести бред, как во время торжественной речи. И потрудись свести церемонии к минимуму, а то у меня будет несварение желудка, и я испорчу воздух. Гы-гы-гы!

Свита Сефуа поспешила одобрить «шутку» и рассмеялась словно по команде, чтобы не вызвать гнева столь могущественного сановника, приближенного к трону. Сборище идиотов и лизоблюдов. Аргента на мгновение презрительно сжала губы, а потом снова надела на лицо маску рафинированной дурочки довольной жизнью.

Делегация прошла терминал космопорта, чтобы взойти на борт роскошного транспорта, личного корабля президента Земли. Аргента удивленно рассматривала позолоченные стены, украшенные росписями фривольного содержания, отметила совершенно не нужные украшения из драгоценных камней и множество остальных нелепостей и излишеств. Персонал и вовсе напоминал паноптикум, словно именно здесь решили провести межгалактический конкурс по бычкотелости и отобрать тех, кто не дай бог не был бы красивее пассажиров этой межпланетной колымаги.

Дипломаты расположились в мягких креслах кают-кампании и наслаждались прохладительными напитками, поскольку время для серьезных разговоров пока не настало. Оставалось, разве что, смотреть рекламный фильм о красотах Земли, хоть какое-то развлечение. Аргента усмехнулась, вспомнив наставления в школе на Канопусе, в которых говорилось, что женщина не должна молчать слишком долго, если хочет сохранить имидж глупой куклы.

Надо отметить, что среди землян было только две женщины, в летах, со следами былой красоты и говорить с ними было не о чем на первый взгляд. Кто они? Министры? Секретари? Какое это имеет значение. Вполне достаточно, что они наверняка составили свое мнение о спутнице генерала и это самое мнение вполне устраивало Аргенту. Сефуа Колли дремал в кресле, решив видимо отдохнуть и предоставить подопечной возможность освоиться самой в этом высшем обществе.

Слуга, на фоне которого даже генерал выглядел подтянутым красавцем, поднес напитки и предложил гостье золотистую жидкость с пузырьками воздуха внутри. Аргента осторожно взяла бокал, пригубила напиток, ощутив весьма тонкий аромат и некоторое количество алкоголя. Очень приятно на вкус и необычно. Ничего подобного она никогда не пробовала.

– Мадемуазель понравилось шампанское? – раздался рядом насмешливый мужской голос, – Вино моей родины словно специально создано для красивых женщин. Симон Мелош, начальник службы безопасности, к Вашим услугам.

– Аргента Джонс, секретарь генерала Колли, – ответила девушка, – Не знаю вот даже чем заняться, пока летим на планету.

– Нет ничего лучше, чем приятная беседа, чтобы скоротать время. И вдвойне приятно, если эта беседа с прекрасной незнакомкой. Официант! Принеси даме и мне по чашечке кофе. Нет ничего лучше для светской беседы, чем чашка ароматного напитка.

– Вы так со всеми женщинами? – улыбнулась Аргента, решив немного пофлиртовать с неожиданным собеседником.

– О нет, исключительно с теми, кто таит в себе загадку.

– Подумаешь, какая там загадка может быть у мебели из свиты имперского чиновника?

– Не прибедняйтесь. Очень многие девушки отдали бы все на свете, чтобы оказаться на Вашем месте. А вот и кофе. Осторожнее, он горячий и его пьют медленными глотками.

Аргента сделала маленький глоток и едва сдержалась от горечи во рту. Боже, как эту дрянь можно пить? Впрочем, второй глоток изменил впечатление от жидкости, и она показалась даже вкусной, убирающей тяжесть в голове.

– Любопытно, никогда не пила ничего подобного. Напоминает одну штуку, которую любят подавать в заведениях на Канопусе.

– Вы были там? Вот видите. А я всю жизнь провел на Земле и нигде не бывал дальше Луны. Аргента, Вы зарг?

– Конечно, – улыбнулась девушка, – Вам уже противно?

– Нет, просто всегда было любопытно понять, что чувствуешь, когда в тебе есть еще кто-то, – усмехнулся Симон, – Мне и так неплохо. Вы задумывались…?

– Я? – широко раскрыла глаза собеседница, – Мне очень не нравится головная боль. Зачем думать, если есть генерал для этого?

– Да, конечно, Вы абсолютно правы. Pardon! Меня вызывают на мостик. Работа.

Аргента проводила взглядом начальника охраны и тяжело вздохнула. Это уже второй, кто раскусил ее игру, причем раскусил без особого труда, легко и непринужденно. Неужели она так плохо играет свою роль? Да, это тебе не от бродячего крейсера убегать или бить физиономии в портовых кабаках Терры. С другой стороны, и этот собеседник будет молчать, поскольку не следует светить татуировкой, очень забавной, стилизованной, но говорящей о принадлежности к учению «Четырех Пророков». Уж об этой новой религии наставники-зарги из учебного центра на Канопусе прожужжали все уши и очень подробно показывали символику адептов. Так что можно было с уверенностью сказать, что Симон Мелош не очень лоялен к империи. Запомним и этот факт, но раскрывать сведения работодателю совсем не обязательно. Интересно бы взглянуть на физиономию генерала Колли, если сообщить, что она дочь пророка. С другой стороны, сообщить можно, но становиться мученицей совсем не хотелось.

Сигнал тревоги прозвучал достаточно неожиданно. Интересно, что же могло произойти такого во внутреннем планетарном пространстве? Опять бродячий крейсер? Аргента достала зеркальце и принялась поправлять макияж. Из отсеков послышались выстрелы, раздались крики. Почтенные дамы упали в обморок и это вызвало у девушки легкую улыбку.

Генерал вскочил с кресла так, словно был молодым лейтенантом, а не тучным имперским сановником. Бластер в его руке не дрожал, рефлексы не подвели, но вот неожиданность сыграла свою роль. Резкий хлопок парализующего оружия и господин Сефуа мешком свалился на пол. Еще один выстрел и зеркальце выпало из руки Аргенты, а она сама неподвижно застыла в кресле, не в силах даже повернуть голову в сторону входа.

– Именем народов Земли и силой «Четырех Пророков», Святых Ксана, Веты, Диего и Азитовал, военный преступник Сефуа Колли и его помощница Аргента Джонс, а также предатель Ахим Кремер, арестованы! – раздался из динамиков громкоговорителя знакомый голос Симона Мелоша, – Они будут ждать справедливого суда в ледяной тюрьме Антарктиды. Земля аннулирует вассальный договор с империей заргов.

Аргента даже усмехнуться не могла, хотя было весьма забавно попасть под арест именем родителя. Если уж папочка бог, то мог бы и молнией шарахнуть, чтобы защитить доченьку, хотя, с другой стороны, есть муженек, которому положено спасать супругу из плена. А пока посидим в тюрьме, не в первый раз, хотя здесь надеяться на амнистию за хорошее поведение вряд ли возможно, да и дядя Леро точно не будет лечить тамошнее начальство от несварения желудка или иной напасти.

* * *

Леро ничего особенного не нашел в информационном кристалле, разве что кучу бюрократических файлов, которые могли представлять ценность только для историков. И за это можно кого-то убить? Не логично, очень нелогично рисковать жизнью ради информационного мусора. Думай, думай, сидя в ванне с силиконовым маслом и стимулируй мозги напитком, освежающим кремнийорганические извилины. А вот это уж совсем неприятно. Леро включил громче стереовизор, по которому передавали последнюю сводку новостей.

– Как стало известно службе информации Империи, – говорил диктор, – Правительство Земли подло нарушило союзный договор и своими действиями нанесла серьезный удар по имиджу нашего государства. Есть сведения, что двуликий предатель Питер Залевски ведет переговоры с ламирами и предложил союз Новой Испании. Жертвой заговора стал почтенный генерал, посланник Великой Матери Заргов, Сефуа Колли и его секретарь Аргента Джонс, смелая и верная дочь Империи. В настоящий момент они пребывают в ледяной тюрьме в ожидании предвзятого и несправедливого суда. Согласно указу…

Леро приглушил звук и задумался, глядя на экране на стереограммы Сефуа и Аргенты. Прямо хоть в храм вешай в качестве иконы, но нужна ли подобная реклама? У знаменитости есть плюсы и минусы, а дотошные журналисты раскопают все, что захотят, а что не раскопают, то придумают. Таких паразитов на теле цивилизации еще поискать. Теперь вот и земляне взбунтовались, недаром адмирал Тиллиан срочно прервал отдых и улетел на базу имперского флота.

– К вам можно, господин управляющий? – раздался за дверью встревоженный голос Краобы.

– Что случилось? – раздраженно ответил Леро, – Войдите, если не боитесь увидеть меня в ванне.

– А то я мужиков не видела, – фыркнула наставница проституток и бочком вошла в комнату, – Боже, в какой дряни Вы купаетесь. Все не по-человечески! Тут на причал приехала толпа журналистов, чтобы взять интервью у Вас. Они не отстанут, поэтому прошу, сделайте рекламу заведению. Мы разработали новую услугу с сексом на деревьях, эротические прыжки на антигравитационной платформе и последующий оргазм.

– Тьфу, – сплюнул на пол управляющий, – Спусти на журналистов девок, чтобы они забыли зачем приехали. Я никого не хочу видеть. Это частная территория. Уволю нахрен начальника охраны и подам на этих тварей в суд.

– Я понимаю, но одна журналистка брызгает слюной, что никуда не пойдет, пока не поговорит с почтенным наставником героини империи Аргенты Джонс. У Вас есть дочь? Она что же такая же резиновая?

– Приемная дочь и она вполне человек, – усмехнулся Леро, – Посмотрите на экран стереовизора.

– Хм, она могла бы стать звездой нашего заведения. Видно, ее родители очень старались, когда производили на свет это чудо, это же классика: девяносто-шестьдесят-девяносто, точеное лицо, натуральные белокурые волосы, да и рост нормальный, а ножки-то какие длинные и ровные. Это же сексуальная мечта каждого самца. Вы знали ее родителей?

– Нет, я нашел ребенка в трущобах Терры. Вероятно, родители либо бросили девочку, либо погибли в бандитских разборках, – ответил Леро, мысленно извиняясь перед Диего и Азитовал за эту необходимую ложь, – Когда она устроилась на работу, генерал в контракте прописал запрет секса.

– Какой ужас, бедный ребенок! – всплеснула ладонями Краоба и в ее глазах мелькнуло нечто похожее на материнский инстинкт, – Вы хоть и чудовище, но поступили по-человечески, но лишить девочку естественных порывов это слишком. Она же создана для любви. Наш хозяин всегда славился утонченными пытками, но здесь он перещеголял даже себя. Вы покажетесь этим…? Даже слов нет, как их назвать.

– Да, пожалуй, – вздохнул Леро, – Если не сложно, то помогите вытереться от масла. Ветошь на туалетном столике. Оденьте резиновые перчатки, а то жидкость очень плохо смывается с тела.

Леро вылез из ванны и пока с помощью Краобы приводил себя в порядок, размышлял о последних событиях. Кристалл кристаллом, но ситуация повернулась самым неожиданным образом, словно Фортуна вытащила из рукава козырный туз, чтобы создать непредсказуемый расклад. В принципе, есть очень большой шанс, что сын Ксана поймет, где искать свою жену. С другой стороны, молодые люди могут натворить кучу глупостей и в галактике появится очередная парочка мучеников. Но, всего предусмотреть нельзя. Надо искать наставника принца Брасида, хотя кому поручено опекунство известно только четырем пророкам, которых расспросить нет никакой возможности. Может быть Шамгару? В принципе больше некому. И где его искать? Журналисты по своей сути редкие твари, искатели сенсаций, способные за «горячий репортаж» продать родную мать, но есть шанс, что наставник принца увидит его на экране и найдет способ связаться.

– Кажется все? Помогите с галстуком, а то эта удавка меня всегда раздражала. Если все пойдет не очень, то натравите на журналистку девочку без комплексов. А потом обвиним эту любительницу новостей в использовании служебного положения для удовлетворения извращенных лесбийских наклонностей.

– Такого номера я еще не готовила, но можно сообразить, – усмехнулась Краоба, – Господи, но почему же Вы не человек? Такой эффектный мужчина и пропадает без дела.

Леро вышел на улицу и неспешно, поигрывая массивной титановой тростью, направился к причалу так, чтобы его увидели в самый последний момент. Журналисты, стоявшие на жаре, явно были не в настроении, витиевато ругались, спорили, пересыпая речь непонятными терминами. Особенно старалась одна девица, распекавшая парня за плохое выполнение служебных обязанностей.

– Ты, сириусианская козлина! Недоделанный овцебык с Ригеля, рукожопое создание! Как ты умудрился стереть запись на кристалле? Как теперь монтировать репортаж? День работы под хвост! – не унималась журналистка, симпатичная лицом, но с оплывшими формами, словно вся женственность перешла в профессиональный апломб и не менее профессиональную наглость.

– Заткнись, дура! – огрызался парень, – Кто тебя просил своей жопой садиться на внешний блок питания? Вот файлы и стерлись из-за того, что компьютер выключился. А информационный кристалл не новый, вот и полетел к чертовой матери из-за скачка питания. Вернемся в студию, и тамошний системщик попробует восстановить информацию. Такое уже было и ничего страшного. Потерпишь пару часов и сделаем прямой эфир твоего политического шоу немного позже.

Леро остановился. Ругань журналистов подбросила идею, что на кристалле МООН ценная информация могла остаться, просто поверх нее была записана ничего не значащая статистика последнего отчета перед правительством Лиги. И где теперь искать специалиста? Разве что на Земле, но туда сейчас попасть очень хлопотно, но не так уж и не реально. Врачи в армии всегда нужны, а завербоваться через того же Хана Тиллиана можно легко и непринужденно.

Журналисты заметили Леро и девица, весьма забавно увязая в песке в своих туфельках на длинном каблуке, подбежала к управляющему. На этой короткой дистанции даже выражение лица менялось, от злобного до приторно-слащавого с дежурной улыбкой и напомнило восковую маску от выступившего пота.

– Служба новостей Элизия! Я ведущая политического шоу «Имперский День» Мана Терранд! Всю общественность охватила тревога за судьбу генерала Сефуа Колли и его секретаря Аргенты Джонс, захваченных в плен мятежниками с Земли. Мы ведем свой репортаж с дачи генерала, управляющим которой является приемный отец Аргенты, известный врач Леро Джонс, воспитавший истинного патриота нашего государства. Видя его безутешное лицо, мы тоже обеспокоены будущим не только Аргенты, но и всей империи. Я попросила господина Леро ответить на несколько вопросов, которые будут интересны нашим зрителям, и он нашел время для беседы. Господин Леро! Аргента была хорошим ребенком?

– Все дети хорошие, но что выросло, то выросло, – усмехнулся врач, настроившись на шутливый лад.

Журналистка запнулась и около минуты выдерживала паузу, не понимая, как нужно строить разговор со столь странным типом.

– Наших зрителей интересует, за какие заслуги она получила столь высокую должность? Генерал очень лестно отзывался, о Вашей воспитаннице.

– Аргента с отличием окончила университет на Терре, и я не вижу здесь ничего удивительного. Блондинка – это состояние души, именно потому внешность бывает очень обманчива, когда ты в плену стереотипов.

– Вы ей не родной отец. Верно? Кто ее родители?

– Не знаю, я ее нашел в трущобах Терры, совершенно случайно. В тоже время, я последний представитель своей расы и мне очень захотелось воспитать ребенка, а жены я уже не найду никогда. Потому я и удочерил Аргенту. Согласитесь, что у меня неплохо получилось.

– Да, конечно. А что Вы думаете о ситуации на Земле? Ведь сложившиеся обстоятельства, в некоторой степени касаются и Вас лично.

– Я всего лишь скромный врач и моя известность Вами несколько преувеличена, а мое мнение это всего лишь мнение обывателя, следящего за здоровьем окружающих. Политикой пусть занимаются политики.

– Следить за здоровьем в борделе? – шкодливо улыбнулась Мана.

– А почему бы и нет? Это законный бизнес и каждый работающий имеет право на медицинское обслуживание. Мы регулярно платим налоги и имеем право на защиту имперского закона.

– Спасибо. Вы слышали, что Великая Мать, императрица, пожаловала Аргенте титул и звание почетной фрейлины?

– Признаться я рад за девочку, но я никто и зовут меня никак, чтобы подвергать сомнению истинность решений правительницы.

– Вопрос к Вам, как к медику. Пленники содержатся в ледяной тюрьме южного материка Земли. Не скажется ли это на здоровье почтенного генерала и Вашей приемной дочери? И вообще, соответствует ли это принятым нормам?

– Не знаю, – пожал плечами Леро, – Аргента прошла хорошую подготовку, и небольшая встряска организма ей не повредит. А вот у генерала могут не выдержать нервы, и я больше беспокоюсь за его психологическое здоровье, чем за физическое. Если посмотреть, то никому не нужны мертвые заложники, следовательно, земляне побоятся нанести вред столь ценным пленникам. Я думаю, что адмирал Хан Тиллиан решит эту проблему, ибо мудрость империи не знает границ.

– Поблагодарим доктора Джонса за содержательное интервью. С вами была Мана Терранд. Продолжим обсуждение насущных политических проблем в нашем вечернем шоу «Имперский День», в котором мы обсудим проблему отношений с Землей и возникший политический скандал.

Журналистка махнула рукой, и оператор прекратил запись. Осталась ли она довольна? Скорее нет, чем да, ибо ждала от этой встречи несколько большего. Впрочем, даже из этого интервью можно очень хорошо развить тему вечернего шоу и повысить свой рейтинг.

– А теперь так, личный вопрос. Можно?

– Почему же нельзя? – с усмешкой ответил Леро.

– Скажите, разве для Вас не интересно стать знаменитым? Из темы Аргенты можно поднять миллионы!

– Мне достаточно того, что есть, а тщеславие мне чуждо. Если все, то прошу покинуть остров. Если есть желание поучаствовать в лесбийской программе, то…

– Хам! – возмутилась журналистка и поспешила к катеру, не обращая внимания на язвительный смех управляющего.

Леро проводил взглядом репортеров и медленно направился в свой домик, размышляя о будущем. В вечернем шоу его интервью появится и это хорошо. Есть шанс, что опекун принца увидит передачу по галактическому стерео и найдет способ связаться. Значит надо оставаться на Элизии и попытаться вытянуть информацию с кристалла медицинского крейсера «Пирогов». Вот только где найти нужного специалиста? С другой стороны, кристалл может подождать, пока не представится возможность вытащить Аргенту из плена. Здесь наверняка поможет Хан Тиллиан, собиравший на Канопусе эскадру для усмирения землян. И потом, офицеру медицинской службы гораздо проще выйти на контакт с кем угодно. Думай, Леро Джонс, думай и принимай верное решение.

* * *

Молодой человек включил канал новостей и лениво слушал патриотические лозунги о бессовестных мятежниках, обезумевших от ненависти к империи заргов. Диктор посылал всяческие проклятия на голову Питера Залевски и с пеной у рта комментировал жуткие кадры хроники, как ламиры высасывают жизненные силы из мирных добропорядочных заргов. По его мнению, земляне пригласили на помощь несколько легионов ламиров и кормили их заргами в качестве деликатеса. Без пособников дьявола тоже не обошлось, как же без этого нагонять истерию. От ангела до черта один шаг и в одночасье Ксан и Диего превратились в орудия Дьявола, а Вета с Азитовал сошли за демониц, насылающих безумие на мирных обывателей империи. Бред это все! Но чем безумнее обвинения, тем больше шансов, что им поверят.

– А вот это любопытно! – усмехнулся парень, – Дядя, иди сюда. Взгляни!

– Не надоело смотреть эту чушь? Что ты там такого увидел?

– Посмотри какая девочка попала в плен, некая Аргента Джонс! Это же персик! Интересно, какая она в постели? Что она нашла в этом старом борове Сефуа Колли? Ну, почему старым пердунам достается такое сокровище, а мне только армейские шлюхи? Дядя, я хочу ее!

– Да, девица хороша, вне всякого сомнения, – рассмеялся наставник, – Смотри!

Маленький сверкающий шарик на ладони ожил и выдал стереоизображение женского лица, красивого и очень печального.

– Ну, и что я там должен увидеть? Эта тетка очень похожа на Аргенту, но она другая. Не возбуждает. Чего смеешься, дядя?

– Я почти уверен, что шарик показал тебе мать Аргенты. Делаем выводы дальше?

– Какие выводы? – вздохнул парень.

– Видишь свою жену! Я же говорил, что она тебе понравится, а ты не верил! Шанс, что это она почти сто процентов. Бывают сходства внешности разных людей, но не такие разительные.

– Же…, что-о??? – запнулся воспитанник и только хватал ртом воздух от такой новости, а потом схватил стакан с водой и жадно сделал пару глотков, – Убил, наповал убил, дядюшка. Я лечу на эту Землю… Хотя, она же блондинка, значит дура только для удовольствий.

– Дурень ты, торопиться надо медленно. Не спеши, а то успеешь, на тот свет. На счет дуры я бы поспорил. Ты, как один из офицеров империи имеешь доступ к базе данных?

– Да имею, какая база? У меня эта Аргента до сих пор перед глазами!

– Пробей доступные сведения о сотрудниках, кто она. Давай, гений! Увидел красивую девочку и все, мозги вытекли в помойную яму.

Молодой человек вздохнул и нехотя принялся выуживать информацию из бездонной ямы галактической сети. Через некоторое время компьютер потребовал код, примерно минуту его переваривал, а потом показал главную страницу армейской информационной базы. На любой запрос всегда получишь любой ответ, но офицер, не мудрствуя лукаво, набрал: «Аргента Джонс». Почти сразу на трехмерном мониторе появилось изображение девушки, а бегущая строка выдала следующее: «Аргента Джонс, уроженка планеты Терра. Родители не известны. Приемный отец некто Леро Джонс, врач. В юности отсидела десять лет в тюрьме за хулиганство, но выпущена за хорошее поведение. Инициированный зарг. Окончила с отличием военно-космический факультет университета Терры, прошла подготовку в разведывательном центре Канопуса и блестяще сдала экзамены. Пилот высшего класса для всех типов звездолетов. Секретарь, телохранитель и личный пилот генерала Сефуа Колли, капитан III ранга. За героизм и верность империи пожаловано внеочередное армейское звание, дворянство и титул почетной фрейлины при дворе Императрицы…»

– Ничего себе! Дядя, это не справедливо! Она на звание выше меня! Это ошибка генетики, мутация! Она не может быть такой умной!

– Боишься, что построит? – рассмеялся наставник, – Вот-так тебе и блондинка, машина для удовольствий. Не советую без перстня даже приближаться к ней. Судя по ее подготовке, если не убьет, то покалечит. Она еще не знает, что тебя надо любить, а не разрывать на кусочки. Впрочем, она многого не знает, даже своего настоящего имени.

– А мне скажешь то, как зовут жену?

– Ее зовут Энвелла, но пока не вздумай даже произносить этого слова. Хм, ее приемный отец, Леро Джонс? Знал я одного врача с таким именем, очень давно знал. Наведи мне справки о нем. Это очень важно. Это первое. Второе, приведи себя в порядок и немедленно отправляйся в штаб сил быстрого реагирования для получения нового назначения на службу.

– Да ну тебя! – огрызнулся парень и тут же получил затрещину по затылку.

– Капитан! Я, конечно, в отставке, но я бригадный генерал с правом ношения формы! Так вот изволь уважать старшего и по возрасту, и по званию. Совсем ошалел, хотя я тебя понимаю, мальчик, но следует себя держать в руках. Понял?

– Так точно, господин бригадный генерал, – пробормотал молодой человек и принялся выполнять поручение наставника.

Отставной военный ушел к себе в комнату, присел в кресло и закрыл глаза, вспоминая то, что уже давно умерло. Прошлое не желало отпускать, являлось в мыслях, во сне, заставляя переживать давно ушедшую боль. Он должен был бы быть там, рядом с Ксаном, но спасал сопливого малолетнего оболтуса, сидящего теперь за компьютером. Нельзя было спокойно, без боли, смотреть, как плавились камни дворца Мнайдры, а он смотрел, чтобы все запомнить. Видел, как Ксан с последними бойцами Крыла Звездного Ветра сражался на вершине пирамиды. Зарги до сих пор с ужасом рассказывают, как ахарг ахаргов упал замертво и исчез, исчез в огненном вихре, чтобы тело не досталось врагам. Да, королева аватар знала свое дело, ибо мертвых тел властелинов Мнайдры не видел никто, но от этого не легче. Пятьдесят лет изображать верность империи заргов, служить им и одновременно ненавидеть то, что делаешь. Страшнее пытки трудно придумать, но он сам сделал выбор. Неужели скоро исполнятся сроки? Хорошо бы скорее уйти в мир теней, ибо от жизни тоже можно устать. Скорее бы подвести черту!

– Дядя! Вот, я нашел данные по Леро Джонсу. Он сейчас обитает на Элизии, управляющий дачи Сефуа Колли и там же элитный бордель.

– Хм, бордель? В его то годы?

– Разрешите идти, господин бригадный генерал?

– Идите, капитан! Будь умницей мой мальчик, я в тебя верю. Элизий, говоришь? Что-то давно я не был на отдыхе.

Бравый капитан вышел из комнаты, а его наставник все также неподвижно сидел в кресле и мыслями был очень далеко от империи заргов, уничтоженной Мнайдры, любых проблем этого мира.

* * *

Время, очень странная субстанция, которая никогда не останавливается, хотя иногда кажется, что его просто нет. Его движение очень трудно, а иногда почти невозможно уловить, когда не видишь смены дня и ночи. Лед, мерцающий в огне прожекторов, и тишина, иногда нарушаемая коньками часовых, не могли развеять скуку, а от тревожных мыслей можно было сойти с ума. И многие сходили, таким образом подводя черту своего существования в этом природном холодильнике.

Аргента сидела на гладком ледяном полу камеры и размышляла о побеге. Один план был безумнее другого, но все они почти не имели шансов на успех. Плотный мешковатый комбинезон из термоткани надежно защищал от холода, кормили в тюрьме неплохо и единственной неприятностью было то, что обритая на лысо голова сильно чесалась. Варвары и дикари. Как можно было ее лишить естественного украшения? Одним словом, козлы! Козлов Аргента никогда не видела, но читала, что это весьма неприятные представители местной фауны, символ презрения в речи аборигенов. Единственным развлечением были тренировки на координацию движений, когда она пыталась удержать равновесие на гладком полу, устанавливая личные рекорды.

Девушка приняла, на сколько это было возможно, удобное положение и принялась размышлять о муже. Не спешит суженный освобождать из плена супругу, словно ему нет до нее никакого дела. Интересно, какой он? Будем надеяться, что несколько моложе генерала и не страдает ожирением. Хоть бы имя знать этого самоубийцы, поскольку себя Аргента подарком не считала, скорее наоборот, более того понятия не имела, что значит быть супругой. Она привыкла к одиночеству и считала это естественным образом жизни, поступать так, как хочется и ни за что не отвечать. Работа не в счет и армейский контракт по службе у генерала выполняла четко, согласно каждому пункту договора. Она всегда одна, даже когда вокруг толпа и ловишь на себе восхищенные взгляды окружающих. Как-то в библиотеке на Канопусе она читала о канонах женской красоты человеческой расы, прошла соответствующие тесты и не получила высший балл только потому, что рост на два сантиметра ниже эталона, заложенного в программу. То есть, биологически она почти идеальная женщина, а ее мало того, что обрили, так еще и посадили в холодильник, видно, чтобы не испортилась.

– Заключенная номер 772512 на выход! – раздался грубый голос у входа, – Живее! Лови трос, обвяжи его вокруг пояса, сейчас вытащу.

Аргента выполнила то, что от нее требовалось и вскоре оказалась в длинном сверкающем коридоре. Ее усадили в кресло на коньках, прикрепили к подлокотникам руки и к ножкам кресла ноги, а потом повезли куда-то вниз по скользкой трассе. Ледяной тоннель казался бесконечным, а от быстрой езды перед глазами была только белая сверкающая полоса. Интересно, куда ее везут и зачем? Устроят судилище? За какие такие преступления? В юности, когда вместе с молодежной бандой устраивала налеты на обывателей Терры, хотя бы было понятно, за что пришлось сидеть в тюрьме, а здесь даже статус не известен. Если она военнопленная, то это одно, если заложница, совсем другое. В любом случае она явно не заслуживала заключения в холодильнике и подобного обращения. Может решили выпустить? Наивная!

Ледяной коридор прекратился как-то неожиданно и полозья кресла заскрипели по камню. Судя по всему, это был грот, погребенный под многокилометровой толщей льда. Миллионы лет прошли с тех пор, как эти камни видели солнце, омывались дождем, слышали завывание ветра. Аргента стояла на земле Антарктиды и этим могли похвастаться немногие. Кто бы мог подумать, что именно преступники с конвоирами станут первооткрывателями забытого материка. Ученые пришли позже, но как пришли, так и ушли, поскольку межпланетная война не лучшее время для того, чтобы грызть гранит науки.

– Встать! – рявкнул охранник, освободив руки и ноги заключенной, – Ноги на ширине плеч, руки перед собой! Надеть ножные и ручные кандалы!

– Боитесь, что сбегу? – улыбнулась Аргента и тут же получила пощечину.

– Молчать! Еще одно слово и прикажу завязать пасть, заргийская шлюха!

Кандалы из легкого титанового сплава не особо мешали, ограничивали свободу движений, раздражали самим фактом присутствия. Каменный коридор окончился и Аргенту ввели в богато обставленный холл, где играла приятная музыка, пахло кофе. Крепкая, но не особо фигуристая женщина средних лет в военной форме оторвала взгляд от монитора и вопросительно взглянула на конвоира.

– Заключенная номер 772512 доставлена!

– Комендант занят, подождите немного. Садись в кресло. Сержант! Вы свободны!

Тюремщик откозырял и вышел из холла, бросив недовольный взгляд на Аргенту, но приказ есть приказ. Аргента присела в кресло, оперлась о спинку и едва не заснула от ощущения блаженства.

– Кофе будешь? – спросила хозяйка помещения, улыбнулась, – Конечно будешь.

Такое обращение несколько обескуражило девушку, но она решила молчать. Горячий напиток оказался почти бальзамом и волнами растекся по онемевшему телу. Аргента пила кофе и смотрела на огромный трехмерный экран, транслировавший сводку новостей. Интересно. Политическая шумиха вокруг конфликта с империей не утихала, а патриотические лозунги неприятно резали слух. Министр обороны Земли восторженно рассказывал о воссоздании военного космического флота. При виде этих звездолетов, Аргента не смогла сдержать улыбки. Такие типы звездолетов она изучала в университете на лекциях по истории техники, а здесь это выдавалось за последний писк инженерной мысли. Хан Тиллиан от этих гробов оставит только газ-пылевое облако. А вот это интересно.

– Сейчас мы будем транслировать выступление генерала Сефуа Колли! – сообщил диктор и на экране появился бывший посланник империи, сидевший в инвалидном кресле, худой до неприличия с осунувшимся лицом и погасшим взглядом, – Приветствую жителей свободной Земли. Ошибкой молодости я называю свое решение стать заргом. Врачи Земли мне помогли избавиться от заблуждения, но это стоило мне радости движения. Я стал инвалидом, но мой мозг по-прежнему ясен и свободен от влияния чуждого разума. Свобода стоит этого! Я направлю весь свой опыт и знания, чтобы помочь землянам отразить имперскую агрессию. Очень скоро я направлюсь на Новую Испанию, чтобы помочь Рикардо Хуану Борхесу отразить нападение заргов, ибо больше не считаю себя подданным Великой Матери. Я хочу умереть свободным человеком! Рабы заргов, опомнитесь, очистите свой разум от вселенского зла!

Аргента внимательно слушала выступление генерала и едва заметно улыбалась. Гениальная мысль, шедевр контрпропаганды, но для толпы сойдет. Откуда обывателям знать, что извлечение зарга, имплантированного в позвоночник ведет или к смерти, или к полному дебилизму носителя. Более того, чем носитель старше, тем выше шанс летального исхода подобной операции. Сефуа Колли не мог выжить при извлечении зарга из тела. Утка, хотя создание клона, копии, не такая уж большая проблема для современной цивилизации. Копия всегда хуже оригинала и потому полноценного генерала земляне явно не получат.

– Посмотрела? Ну, и отлично, – нарушила молчание секретарь коменданта, – Я получила новый приказ. Сейчас с тебя снимут кандалы и проведут в комнату, где ты сможешь принять душ, переодеться и привести себя в порядок. Не делай глупостей и резких движений, система безопасности установлена на поражение, а киберы абсолютно безразличны к женским прелестям. Дверь за твоей спиной, иди, и живее! У тебя есть полчаса.

Аргента согласно кивнула и прошла в комнату, явно предназначенную для отдыха обслуживающего персонала. Молчаливый кибер снял кандалы, помог вылезти из комбинезона и указал на душевую кабинку. Сколько же времени она не мылась? Это было просто блаженство, ощущать на теле струи теплой воды, смывать пот и грязь. Все просто замечательно, но к чему все это? Что задумали земляне? Заставить выступить по телевидению, чтобы в очередной раз развенчать злодеяния заргов? Секретарь генерала не такая уж большая птица, чтобы «признания» белокурой дурочки всколыхнули общественность империи. Решили обменять на какого-то пленника? Вполне возможно, хотя и маловероятно.

Вода окончилась, а кибер, бесцветным, без эмоций голосом сообщил, что поверхность тела очищена и степень чистоты соответствует биологическим нормам. Болван, механический, кретин! Аргента посмотрела на себя в зеркало и осталась вполне довольна, разве что не хватало пышных волос на голове, но отрастут, ничего страшного.

– Объект 772512 окончил принимать душ, – сообщил кому-то робот, – Вас понял, приказ принят к исполнению! Одевайся!

Вместо тюремного комбинезона на кушетке лежала аккуратно сложенная одежда, парадная форма офицера космического флота империи, явно сшитая специально для нее по заказу. Решили, наверное, сфотографировать и отправить голограмму на телевидение? Типа показать, что подданные империи переходят на сторону справедливости.

– Может я лучше пойду в чем мать родила к начальству? – хихикнула девушка.

– Не положено! Объект должен выглядеть согласно предписанию, – последовал невозмутимый ответ стражника.

– Чтобы тебя короткое замыкание грохнуло, – огрызнулась Аргента.

Своим видом девушка оказалась вполне довольна, повертелась возле зеркала, сделала макияж и повязала голову платком, чтобы не светить лысым черепом.

– Руки!

Наручники – это, конечно, не кандалы, но все-равно не приятно. Хотя, напоминание о реальности не повредит, заставит быть начеку. Секретарь в приемной скептически осмотрела пленницу, удовлетворенно кивнула и указала на дверь, створки которой гостеприимно распахнулись.

– Заключенная 772512 прибыла по Вашему приказу, – громко сказала Аргента глядя на мужчину, читавшего электронный блокнот.

Кабинет был достаточно просторным, обставленный мягкой мебелью, на полах толстые поролоновые ковры, стены украшены видео обоями тропических мест Земли. Уютно, ничего не скажешь.

– Садись за стол и жди, я пока занят, – приказал комендант.

Аргента устроилась в кресле, взяла со стола проспект и стала листать видео страницы, рассказывавшие об истории Антарктиды. Интересно, ничего не скажешь, но нет ничего хуже, чем ждать. Улыбнулась, рассматривая пингвинов. Птицы показались ей очень забавными и даже смешными.

– И так, – нарушил молчание комендант, откладывая блокнот в сторону, – Такая красавица и на службе заргов. Уму не постижимо. Я полковник Ян-Эрик Оберг, комендант этого заведения. Вы, как офицер империи должны прекрасно понимать, что делают с врагами.

– Я? – удивилась Аргента, – Не имею никакого отношения к имперской армии. Я гражданский секретарь генерала Сефуа Колли.

– Не лги! Нам известно, что Аргента Джонс является капитаном III ранга имперского флота и, одновременно, почетная фрейлина императрицы. Указ о твоем награждении передали по всем информационным каналам, а Великая Мать просто так не оказывает свою милость. Согласно распоряжению военно-полевого суда, ты признана виновной в преступлениях против человечества. Как только приедут журналисты, чтобы транслировать акт возмездия, ты отправишься на электрический стул.

– А без этого никак нельзя? – растерянно ответила Аргента, глядя в лицо коменданта.

– Можно! – раздался за спиной знакомый голос, – Все можно решить.

Девушка оглянулась и увидела Симона Мелоша, вошедшего в кабинет из смежной комнаты. Француз был подтянут, добродушно улыбался, постукивая пальцем по кобуре бластера на поясе.

– Вы?

– Собственной персоной! Эрик, прикажи принести шампанского и сними с дамы наручники. Она ведь не будет делать глупостей, правда?

Аргента согласно кивнула и принялась разминать кисти рук, когда наручники исчезли в кармане коменданта.

– Мадемуазель, зачем Вы служите империи, не будучи при этом заргом? Это убеждения или нечто иное? Мы сканировали твое тело в душе и не нашли даже намека на имплантированного зарга.

– Верх неприличия, подсматривать за голой женщиной, извращенец!

– Какой гнев! – рассмеялся Милош, – Вы просто очаровательны, когда сердитесь. Вот генерал тоже не хотел признавать очевидных вещей. Его двойник очень хорошо сыграл свою роль, а самого генерала сейчас вскрывают в морге, чтобы проанализировать строение и найти оружие против заргов. Но, Вы не ответили на вопрос, как может не зарг служить заргам?

– Я никому не служу. Меня наняли на работу к генералу и все. Мой приемный отец сделал так, чтобы сканеры не заподозрили отсутствие имплантанта.

– Ошейник?

Аргента вздохнула и опустила голову.

– Отлично. Значит, как я понял, Вас ничего не связывает с империей? Я уполномочен предложить тебе чин капитана II ранга флота Земли и командование крейсером, захваченным у заргов на Луне. Это современный звездолет, но у нас нет специалистов, способных разобраться в имперской технике.

– Других вариантов нет?

– Есть, – продолжил Симон Мелош, – Стать мадам Мелош, пройдя полное стирание памяти с заменой личности. Это лучше, чем электрический стул, совершенно не больно и даст тебе положение в обществе, репутацию респектабельной дамы. Попробуйте шампанское это лоза из провинции Шампань, классика виноделия. У мадам Мелош всегда будет все самое лучшее. Эрик, чтобы ты выбрал?

– Застрелился бы. Симон, это драконовский выбор, но она должна его сделать. Капитан из нее еще не известно какой, а вот если форму наполнить для соответствия правильным содержанием, то все будет хорошо. Девочка, соглашайся быть мадам Мелош.

– Я должна подумать.

– Конечно, только не долго, – кивнул начальник службы охраны президента, – Полковник Оберг, пока прикажите журналистам готовить трансляцию казни и пусть проверят работу электрического стула.

Аргента все это слушала молча, не подавая признаков беспокойства, хотя так хотелось разреветься. Лишиться собственного я? Это все-равно, что смерть. Принять командование звездолетом, как отец, тоже не выход, да и дядю Леро жалко. Боже, какая она была дура, что доставляла ему столько неприятностей. Мадам Мелош все-равно умрет при атаке имперских частей на Землю. У флота Земли нет шансов против заргов и потому офицер с репутацией предателя тоже обречен на смерть. Куда не кинь – везде клин.

– Ну? – нарушил молчание Мелош.

– Казните, только быстро, – прошептала Аргента и по щекам потекли слезы.

– А какая могла быть мадам Мелош, – покачал головой француз, – Стража! Провести офицера Джонс в комнату исполнения приговора.

Два солдата отсалютовали начальству, взяли под руки пленницу и вывели из кабинета. Секретарь коменданта проводила взглядом процессию и повертела пальцем у виска, а потом принялась составлять протокол о казни Аргенты Джонс и исключении номера 772512 из списка содержащихся под стражей.

Ярко освещенный коридор был полон военных, спешивших на шоу. Такое увидишь не часто. Слышались проклятия заргам, звучал гимн Земли. Два офицера очень подробно обсуждали сопротивление человеческого тела току и размышляли, согласно законам физики, сколько заргийская сучка продержится, прежде чем умрет. Аргента не могла это слушать, но не заткнешь же всем рот. Ее провели в ярко освещенный зал, где на сцене стоял железный, ничем не примечательный стул. Зрители занимали места согласно купленным билетам, солдаты разносили различные напитки, букмекеры принимали ставки.

– Садись сука в это кресло и расслабься, – приказал палач, одетый во все красное, – Такую куколку еще не приходилось убивать. И не дергайся, ты мне мешаешь закреплять электроды.

Пока шел процесс подготовки, элегантная журналистка под гром аплодисментов начинала шоу. Яркие прожектора слепили глаза, но Аргенте было все-равно. Она только смотрела на перстень и размышляла о том, что так и не узнала мужа и уже никогда не узнает.

– Так вот! Уважаемые зрители! – продолжала журналистка, сделала многозначительную паузу, – Давайте узнаем, что думает садистка и убийца Аргента Джонс по поводу всего этого. Уничтоженные города Новой Испании, сожженные люди, это ее рук дело! Но теперь настал час расплаты! Раскаиваешься ли ты в своих делах? Что чувствует зарг перед смертью?

– Пошла ты…, – ответила Аргента и плюнула в лицо журналистке.

– Натура заргов. Вы все видели, – рассмеялась красотка, вытирая платком плевок со щеки, – Все видели это прекрасное лицо с черной сущностью? Пусть же черный мешок навеки скроет это чудовище в женском облике!

Палач согласно кивнул, натянул на голову жертвы мешок из черной металлизированной ткани и принялся укреплять последний электрод.

– И так, делайте ставки, господа, мне позволено начать отсчет? – спросила телеведущая и после кивка полковника Оберга, продолжила, – А ну-ка все вместе: десять, девять, восемь, семь, шесть, пять, четыре, три…

При счете «три» свет в зале неожиданно погас. Из коридора донеслось несколько взрывов, включился сигнал тревоги и тут же захлебнулся. Охранники никого не выпускали из зала, чтобы не было паники. Впрочем, военные очень редко поддаются такому пороку и с трибун слышался сдавленный смех, пошлые шуточки о таинственности темноты, доносилось возмущение операторов. На истошный женский вопль зал ответил дружным смехом и комментировал прерванный оргазм офицера заргов.

– Внимание! Маленькие неполадки из-за сейсмической активности! Просьба не волноваться! – раздался у входа голос начальника технической службы колонии, – Энергетическая установка скоро будет запущена, и работа служб восстановлена.

Прошло минут двадцать, а потом свет включился и в электрических судорогах забилась ведущая телешоу. Когда ее тело обмякло, электронный счетчик сообщил о новом рекорде выносливости для этого вида казни. Аргента Джонс бесследно исчезла, словно ее никогда не было в ледовой тюрьме Антарктиды. А камеры продолжали все это транслировать до тех пор, пока охранники не расстреляли аппаратуру из бластеров.

* * *

Свет в окнах кабинета президента горел почти всю ночь, до тех пор, пока над Нью-Йорком не забрезжил рассвет. Не спалось Питеру Залевски, совсем не спалось и откуда-то силы взялись в сто с лишним лет. Он распахнул окно и стоял, наблюдая за океаном, дышал свежим воздухом, размышляя о будущем. А что оно сулило это самое будущее? Ему уже все-равно, ибо жизнь прожита, а что получат потомки? Радиоактивные воронки кипящих океанов? Руины? Ради этого он жил? Лучше бы он тогда умер, пятьдесят с лишним лет назад, чтобы не видеть того, что видит. Ах, патриотизм! Ах, у нас в заднице нетерпение! Подняли восстание и что с этого? Старость презирают, выслушивают, снисходительно улыбаясь, чтобы потом сделать ошибки, пройденные предками еще на заре цивилизации. Коньячку, что-ли выпить, а то кровь еле течет в теле и не согревает, словно стараясь замедлить время.

– Хелен! Налей мне коньячку и принеси чашечку английского чая.

– Да, сейчас сделаю, господин президент, – послышался голос из динамиков, – Тут к Вам пытается попасть Симон Мелош. Говорит срочное дело.

– Проси! Я ему тоже скажу пару ласковых слов! Его счастье, что у меня нет оружия, пристрелил бы!

Француз вошел в кабинет президента, остановился на почтительном расстоянии и опустил голову.

– Ну, рассказывай, что за цирк ты устроил в Антарктиде? Ты идиот! Даже на конкурсе идиотов ты бы занял последнее место, потому что полный идиот! Эталон идиотизма! Уникальный экземпляр! Дебил!

– Ну, я думал, что…

– Что ты делал? Ты способен думать? Ладно, устроил шоу с генералом! Это единственный из верхушки заргов, с кем можно было найти компромисс и не форсировать события. Ты обгадил мне всю дипломатию! Потом решил сделать из секретаря генерала олицетворение зла, исчадие Ада, хотя девочка ни в чем не виновата. И что из этого вышло? Давай, скажи хоть что-то разумное! Боже, почему твои родители не пользовались презервативами? Надеюсь, у тебя нет детей? Застрелись! Сделай хоть что-нибудь правильно!

Симон молча достал бластер из кобуры и приставил ствол излучателя к виску.

– Убери оружие! Совсем с ума сошел? Нельзя все понимать столь буквально. Прежде, чем стреляться, расскажи старику, как выходить из этой задницы? Хелен, принеси еще стопку коньяка нашему французу. Присаживайся и слушай.

Мелош согласно кивнул, устроился за столом и мрачно смотрел на президента, понимая, что не прав. И чего он, спрашивается, возбудился за эту девчонку? К слову, если уж кому возбуждаться, так это не президенту, а ему. Как она умудрилась сбежать? Это же надо, прямо с электрического стула. Что это за технология? Собрал толпу «яйцеголовых», а они только руки разводят, прямо мистика. А журналисты такой шум подняли за свою коллегу, что пришлось изрядно попотеть, дабы их успокоить. Во всем виновата Аргента Джонс, кто же еще!

– Так вот, мсье! – нарушил молчание президент, подождав пока секретарь расставит приборы и не выйдет из кабинета, – Известно ли тебе о бродячем линкоре?

– Слышал, – кивнул Симон, – Так, одни слухи и ничего конкретного. Говорят, они оставили с носом самого Хана Тиллиана. Может зарги сами придумали сказочку, чтобы скрыть свою трусость.

– Как бы не так. Этот линкор существует и на нем живой экипаж, а не призраки. Нам удалось с ними связаться, и они ответили на языке Лиги, воспользовавшись своим переводчиком. Мы не смогли найти аналог их языка. Они согласны взять под контроль зону гиперпространственного перехода Альфа-Проксима Центавра, чтобы не пустить имперский флот в наш сектор. Если это сделать, то Тиллиану понадобится несколько лет, чтобы привести флот в Солнечную систему. Понял? Это шанс нам выжить, всей планете выжить! Или ты хочешь для Земли участи Мнайдры?

– А что они за это хотят?

– Именно! – поднял указательный палец вверх Питер Залевски, – Браво, ты начинаешь думать! Плохо, что мысли у тебя шевелятся только после хорошей взбучки, узнаешь? – президент протянул своему собеседнику голограмму, – Надеюсь память не отшибло?

– Но это Аргента Джонс! Какое она имеет отношение к линкору?

– Не знаю, но они требуют эту красотку в обмен на то, чтобы защитить Землю. Им ничего не надо, только она! Теперь ты понял, что натворил?

– Кто бы мог подумать? Вот это поворот, – вздохнул Симон и залпом выпил коньяк, – И что же делать?

– Искать, мой друг, искать! Понял? Делай, что хочешь, а, чтобы ровно через неделю, в это время, Аргента Джонс была здесь, в моем кабинете! Бери кого хочешь, а найди ее! Баран! Спасение Земли было у нас в кармане и по твоей вине мы можем все сдохнуть! Если бы ты не убил Сефуа Колли, мы бы уладили конфликт дипломатическим путем! Но ты обрубил оба варианта решения проблемы. Пошел вон!

Симон Мелош выбежал из кабинета президента так, словно за ним гнались все ужасы, которые существовали в горячечном воображении больного. Может оно так и было, да и что может быть ужаснее предчувствия гибели родной планеты. Залевски снова подошел к открытому окну и мелкими глотками пил чай, встречая рассвет. Кто бы мог подумать, что целая планета, жизни миллиардов людей зависят от одной девчонки. Кто же она такая, что капитан линкора ставит на чашку весов Землю против Аргенты Джонс? Хорошо бы знать ответ на этот вопрос еще до того, как Хан Тиллиан выйдет в поход.

* * *

Пояс астероидов всегда манил своей загадочностью, возбуждал фантазии исследователей, предлагавших одну теорию возникновения этого чуда, смелее другой. С почтительного расстояния это образование было очень красивым, а вот вблизи являлось кошмаром, ужасом пилотов начала космической эры. Не один и не два планетолета погибли здесь, когда земляне осваивали Солнечную систему. Не помогали даже маяки слежения и средства тогдашней навигации, но прогресс не остановишь, и эта зона полетов стала безопасной настолько, что незадолго до начала войны, здесь проводился галактический чемпионат по экстремальному туризму. Теперь же здесь было тихо, пустынно и маленький кораблик, крейсерская яхта, притаился в тени Цереры. Неужто в столь неспокойное время кому-то захотелось острых ощущений?

Аргента открыла глаза и долго не могла понять, где находится. Голова кружилась, все плыло, но можно было сказать точно, что мягкое, оббитое искусственной кожей, кресло было не электрическим, а звуки напоминали о рубке космического корабля. А может ее все-таки поджарили электричеством, и она попала в иной мир? Потрогала руками лицо и убедилась, что с ним все в полном порядке.

– С пробуждением, девочка! – раздался рядом насмешливый мужской голос, – Ничего, скоро ты придешь в норму.

– Капитан Кирн? – улыбнулась Аргента и заплакала, – Но, как?

– Так, так! Хочу сказать, что офицерская форма тебе к лицу. Выглядишь очень эффектно, а на электрическом стуле ты была просто неподражаема. Успокойся, все уже прошло. На, выпей!

Аргента сделала глоток жидкости, закашлялась и жадно хватала губами воздух. Огонь растекся по телу, но зрение пришло в норму, а стакан воды восстановил дыхание.

– Что это? Ты зверь! Дикарь! – прохрипела девушка.

– Спирт из генеральских запасов, – рассмеялся Кирн, – Правда, редкое дерьмо? Зато очень хорошо приводит в чувство. Выпей стакан сока. Его делают земляне из каких-то томатов. Отличный смягчитель при употреблении спирта.

– Мне было так страшно, Кирн!

– Нечего было из себя разыгрывать героиню империи. Ты умная девушка, но одновременно, редкая дура. Прав был генерал, когда говорил, что блондинка – это диагноз. Таким симпатяшкам, как ты, всегда предлагают альтернативный вариант. Ладно, удалось тебя вытащить и то дело. Перекрасься в брюнетку, что ли, чтобы глупость не так перла наружу.

– Как тебе удалось меня вытащить?

– Сложная история, – рассмеялся капитан, – А космическая служба землян – это сборище лохов и неучей. Подумать только, хватило всего пятьдесят лет, чтобы тысячелетия космического опыта исчезли в никуда. Так вот. Когда ты с генералом улетела с дипломатической миссией, я отбуксировал яхту на ближайшую базу флота для ремонта и модернизации. Бравые ребята, за не очень большую сумму, установили более новые орудия, перебрали двигатель, сделав его универсальным в плане топлива. Наш техник тот и вовсе пустился во все тяжкие, подхватил от шлюх какую-то заразу и его пришлось оставить в госпитале. Когда станешь капитаном, советую брать техниками либо евнухов, либо фригидных женщин отталкивающей наружности.

– Вы без механика? – удивилась Аргента, – Но, как же…

– Я через своих друзей купил андроида новейшей модели и проблемы сразу исчезли. Так вот. Я уже готовился лететь на Луну и встретил в баре космопорта знакомого, с которым вместе служили на флоте. Пропустили по стаканчику и тут по ленте новостей увидели подложного генерала, а потом и тебя. Земляне с гордостью сообщили, что ты находишься в ледяной тюрьме и ждешь справедливого суда или казни. Какое это имеет значение. Капитан не должен бросать в беде своего пилота.

– Спасибо, – вздохнула Аргента, наливая себе стакан сока, который очень понравился, – Что было дальше?

– Я поговорил со своим бывшим коллегой, который после ухода со строевой службы, работал в армейском научном центре. Он привез для испытаний альфа-версию молекулярного транспортера, для мгновенного перемещения объектов из одного пункта в другой, а также для спасения объектов в экстремальных ситуациях. Испытания на животных прошли успешно и теперь нужны были добровольцы. Установку забраковали после того, как три солдата переместились в виде бифштекса, один лейтенант и семь солдат просто превратились в уродцев, а пятеро десантников вернулись в виде полимерных кукол. Я попросил установить один аппарат на «Плясунье Тени» и сделать так, чтобы при работе не было подвохов. Установка была отлажена, а изобретатель проверил ее работу на себе лично. Обошлось.

– И с помощью этой установки Вы меня вытащили? А если бы я стала уродцем? – надулась Аргента и стала внимательно рассматривать руки, проверяла тело, но вроде все было на месте.

– Я подлетел у южного полюса Земли, начал сканировать твое местоположение, но очень сильно мешал генератор. Я шарахнул по нему тектонической ракетой и это сошло за локальное землетрясение или незапланированное перемещение ледяных плит. Заодно я смотрел прямую трансляцию твоей казни и поставил время срабатывания установки с учетом запаздывания видеосигнала. Ты держалась молодцом. Какой плевок в физиономию ведущей! Я установил параметры приема твоего тела, включая одежду и даже твой ошейник. Отличная штучка! Она фактически тебя спасла и не дала приемнику нарушить биологический код. В этом деле я профан, но даже профан может нажать нужные кнопки при наличии инструкции. А инструкцию мне оставили. Если это устройство довести до промышленного образца, то можно десантировать сколько угодно солдат, куда угодно. Заодно я решил подменить тебя журналисткой, чтобы не оставить почтенную публику без лицезрения хорошо прожаренной женской тушки, и благодаря этому удалось скрыть перемещение массы тела Аргенты в неизвестном направлении. Вот так!

– Представляете! Они меня обрили на лысо! Скоты!

– Какая неприятность! – рассмеялся Кирн, – Отрастут волосы, не волнуйся! И умоляю, не надо больше проверять на себе дикарские казни. Так, пилот Аргента Джонс, даю тебе час, чтобы привести себя в порядок. Надо выбираться из этого уютного пояса астероидов, гори он ясным пламенем. Марш в свою каюту и прекрати пускать сопли, капитан III ранга, язви его!

Аргента открыла дверь каюты и улыбнулась. Дом, милый дом! Да, нет, просто временное обиталище. Ни одного места она не могла назвать своим домом и это слово для нее значило лишь точку, где она может поспать, поесть, оставить на время свои вещи. Детская тюрьма на Терре была домом, тюрьма в Антарктиде тоже, университетское общежитие и много других помещений, даже притон, где собиралась молодежная банда на Терре.

Аргента сняла с себя форму, прошла в душ и начала мыться по желанию, а не потому, что так нужно тюремному начальству. Все на месте, даже кольцо на пальце и ошейник, спасательный круг, придуманный дядей Леро. Движение руки и гидромассаж снял усталость, а ионный стимулятор вернул упругость коже. Все хорошо, только голова безумно чешется. Лосьон для волос снял неприятные ощущения, но какое-то чувство говорило, что неожиданности на этом не окончились. Хотя, что может случиться с ней на этом корабле?

Девушка открыла платяной шкаф и тихо выругалась, перебирая «форму», пошитую согласно фантазии Сефуа Колли. Бантик! На что его повязывать то? Ага! Вот! Это подойдет. Спецназовский комбинезон, подаренный ей в школе на Канопусе, был весьма к месту и назывался на армейском сленге «стальная кожа». Тонкая бронированная ткань защищала от всех видов холодного оружия, а пластины на руках и ногах не поддавались даже виброножу. Если включить отражающую способность, то поражение от лучевого оружия снижалось на две трети. Аргента порылась в ящике и достала оттуда армейский кинжал, десяток метательных ножей. Зачем? А кто его знает зачем? Она привыкла доверять «жопному чувству», которое никогда не подводило.

Пилот отсутствовала не так долго, чтобы в рубке произошло нечто экстраординарное. Капитан Кирн сидел в кресле и проводил расчеты на бортовом вычислителе. Все системы работали нормально, а индикаторы показывали, что яхта готова к полету.

– Заходи, Аргента! Вот теперь ты выглядишь, как настоящий пилот, а не истеричная девка. Надеюсь, что ты не забыла, как управлять звездным кораблем и прошу, без фокусов и пощечин капитану. Извольте, офицер, занять свое мес…

Капитан захрипел, повернулся к пилоту и Аргента его не узнала, безумные стеклянные глаза, пена у рта, угловатые движения, говорили, что старый космический волк был явно не в себе.

– Хррр! Смерть предательнице! – зацокал Кирн на языке заргов, как переговариваются насекомые, а потом, на мгновение взгляд прояснился, – Девочка! Не могу… Убей меня, немедленно, ножом в позвоночник, спинной мозг…! Коллективный разум заргов приказал… Я не могу больше… Не стой! Блон…

Человеческий разум окончательно оставил капитана и он, уподобляясь дикому животному бросился к добыче. То, что умел человек-военный было забыто, осталась лишь злоба и животная быстрота движений. Аргента ловко увернулась от атаки и ударом ноги ударила Кирна в живот. Тот отлетел на пару шагов и совершенно не реагировал на два метательных ножа вошедших в грудь по самый хвостовик. Противник потерял восприимчивость к боли, свойственную человеческой расе. Массивное тело атаковало вновь и вновь мимо, пролетело к стене и оставило вмятину головой на пластиковой облицовке. Нормальный гуманоид уже получил бы сотрясение мозга, но здесь сотрясаться явно было уже нечему. Мозг отключился, оставив в действии только двигательные рефлексы, а всем руководил внешний коллективный разум. Спина, позвоночник, спинной мозг!

Тяжело дыша Аргента отступила к стене, метнула оставшиеся ножи, но они отскочили от цели, словно человеческое тело отвердело, став непробиваемым хитиновым панцирем. Вот этого только не хватало для полного счастья. Матово сверкающее лезвие кинжала не внушало доверия несмотря на то, что было сделано из хорошей стали. Кирн, или нечто человекоподобное, стало на четвереньки, готовясь к новой атаке. Пятясь, Аргента упала на ложе, где так любил пить спирт покойный генерал. Вот и все! Прыжок твари и девушка едва успела откатиться в сторону. Успеть то она успела, но вот нога застряла в противоперегрузочных ремнях. Не везет, и как с этим бороться? Неужели она достанется таракану в человеческом облике? Стрекотание приближалось.

В сердцах, от безысходности положения, Аргента ударила кулаком по стене и попала по красной кнопке, о назначении которой генерал не рассказывал, говоря только, что это палочка-выручалочка. Как бы там ни было, но Кирн оказался в прозрачном пластиковом контейнере, который исчез в люке, открывшимся в потолке. Металлический голос бортового компьютера сообщил: «Мусор утилизирован и преобразован в топливо!»

– Тьфу! – сплюнула на пол Аргента, выпутала из ремней ногу, присела на ложе и вытерла ладонью пот с лица, – Господи, еще одно такое приключение и мой муж овдовеет. Жена чуть не сдохла на электрическом стуле, ее чуть не загрыз человекоподобный таракан, а супруг шляется не известно где вместо того, чтобы совершать подвиги во-имя любимой. Развод и девичья фамилия!

– Папа! Где папа? Я хочу кушать и мне страшно! – совершенно неожиданно раздался у входа голос Сефина, генеральского наследника.

– Иди ко мне, Сефин, – устало улыбнулась Аргента, – Сейчас я тебя покормлю, и ты ляжешь в кроватку на место папы и будешь, как папа. Хорошо?

Сефин кивнул, присел рядом и захныкал. Она совсем забыла о придурковатом сыночке работодателя. Кому он теперь нужен без надежной защиты? Никому, даже ей, но прибить рука не поднималась. Она его гладила ладонью по голове, и мальчишка заснул, забыв о том, что хотел есть. Аргента его уложила, закрепила тело противоперегрузочными ремнями и подсоединила аппарат электросна, установив максимальную дозу для отдыха, десять часов.

Аргента просмотрела расчеты, не оконченные Кирном, задала программу вычислителю и включила на прием канал имперских новостей. Первое, что попало на глаза, это ее и генерала портреты, в которые следовало плевать. Послушаем, что говорят. На трехмерном мониторе появилось лицо диктора. Так, подстроим звук. Отлично!

– …Внимание всем подданным Империи! – говорил телекомментатор, – Сообщаем, что, не смотря на все милости, оказанные генералу Сефуа Колли и его сообщнице Аргенте Джонс, они предали священную Империю. Установлено, что генерал обворовал казну, переметнулся на сторону наших врагов и заслуживает наказания. Аргента Джонс, закоренелая преступница, не разборчивая в половых связях, заставляла генерала воровать, использовала специальное средство, чтобы принуждать Сефуа Колли к сожительству. Аргента, используя свои знания, приняла командование крейсером землян, презрев присягу Империи. Генерал Сефуа Колли и Аргента Джонс лишены дворянства, чинов и званий, разжалованы в рядовые. Все их имущество переходит в собственность Империи и будет продано на аукционе. За их поимку будет выделено вознаграждение в ценных металлах столько, сколько они весят, не больше и не меньше. Эти особо опасные преступники и предатели будут повешены на главной площади столицы в системе Канопуса в назидание тем, кто не верит в силу Империи. Слава Великой Матери Заргов!

– Однако! – вздохнула Аргента, – А за генерала дают больше. Растолстеть, что ли, чтобы тем, кто меня отловит было не так обидно? И что теперь делать? На Земле ждет электрический стул, а в империи отправят на виселицу, все-таки разнообразие. Бедный дядя Леро, что с ним теперь будет? Приемный отец предательницы, не смываемое клеймо до конца жизни. Ну, посмотрим, куда можно улететь. Может на Новую Испанию? Заодно и родственника проведать. Есть шанс, что хоть там не откажут в приеме дочери Диего Борхеса. Надо все-таки испанский язык выучить по дороге.

Аргента задала координаты полета, устроилась удобнее в кресле пилота и до отказа потянула штурвал на себя. «Плясунья Тени» взревела, вышла из тени Цереры и устремилась вверх, перпендикулярно плоскости эклиптики.

* * *

На Элизии по-прежнему было жарко, народ жил в свое удовольствие, а курортный сезон был бесконечен, вечный карнавал прожигателей жизни. Впрочем, в связи с последними новостями, Леро Джонсу было явно не до этого всего. Он стоял на пристани и смотрел на судебного исполнителя, который оглашал, что имущество Сефуа Колли конфискуется в пользу государства. Лейтенант полиции, Сацао Чису ехидно рассматривал управляющего, пытаясь уловить хотя бы малейшее волнение, но его не было.

– Я могу вывезти свое имущество и рассчитать сотрудников, согласно трудовому законодательству?

– Ваше имущество также конфисковано, – заметил полицейский, – Господин Джонс! Ваша дочь государственная преступница!

– Какое отношение имеет Аргента к моему медицинскому оборудованию? Ее имущество конфискуйте, а я-то тут при чем? Могу представить официальные документы, что я не получал финансирования моей медицинской практики ни от генерала, ни от Аргенты, только зарплату, согласно контракту. Госпожа Краоба, выплатите деньги девочкам на месяц вперед, пока не найдут новую работу. Мы также получим свои деньги и в течение суток покинем остров. Если это невозможно, то укажите на основании какого пункта законодательства. Лейтенант, если Вы представитель закона, то вот и представляйте его.

– Прежде, чем ссылаться на законы, научились бы воспитывать дочь! – огрызнулся офицер.

– Не Ваше дело! Мы говорим о законодательстве Элизия, как автономной части Заргийской Империи. К слову, в акте описи имущества говорится только об имуществе генерала, так что я по-своему прав. Так или не так, господин судебный исполнитель?

– Ну да, но…, – замялся чиновник.

– Отлично! Я пойду паковать свои, подчеркиваю, свои вещи. Госпожа Краоба, проследите, чтобы девочки забрали только личное имущество. Можно проводить опись. Тут есть что описывать, не правда ли? Приступайте, не стесняйтесь.

– Может этого наглеца арестовать? – предложил сержант.

– Не за что! – вздохнул лейтенант, – Мы так и не смогли найти улик, что он участвовал в беспорядках в космопорту, а больше придраться не к чему. Аккуратный гад! Сержант, помогите с составлением описи, а мне надо срочно в управление полиции.

Леро прошел в свой коттедж, запер дверь и устроился в кресле, чтобы посмотреть последние новости, в которых Аргента была звездой первой величины. Что же ты натворила, девочка? Как отделить правду от лжи? То, что она вела распутный образ жизни, приемный отец не верил, и точно знал, что это ложь. Другое дело, что вот ума у нее точно бы хватило принять командование крейсером землян. Это правдоподобно, очень правдоподобно. А вот генерал выглядел на экране совсем не убедительно, словно его подменили. Может и правда подменили? Уж своего то пациента Леро знал очень хорошо, а тут и дикция изменилась и выглядит он килограмм на тридцать легче. Загадки одна круче другой.

– Господин управляющий! К Вам пришли! – послышался за дверью голос Краобы.

– Меня ни для кого нет! Я занят! – рявкнул Леро, – Во-он!

– Ой, я его таким никогда не видела! – испуганно пробормотала воспитательница, – Он и прибить может в таком состоянии! Приходите лучше завтра!

– Эй, Леро! Прекрати шуметь, – раздался за дверью голос, который врач уже и не надеялся услышать, – А то я ведь тоже могу вспылить.

– Заходи! Только один!

Дверь открылась и в кабинет вошел бригадный генерал Империи в форме, при всех регалиях, словно собрался на парад, а не на отдых в тихом уголке Элизия.

– Э-м-м, – почесал затылок врач, не зная, как обратиться к гостю.

– Бригадный генерал в отставке, Артар Инен.

– Мда, кто бы мог подумать, – вздохнул Леро и указал на кресло рядом, – Присаживайтесь. Собираетесь пройти обследование? Прошу извинить за беспорядок, но он не по моей вине. Диагностический сканер еще в работе. Раздевайтесь и ложитесь на смотровой стол. Леро показал рукой на окна и потолок, предупреждая о прослушивании, и генерал согласно кивнул.

– Мои соболезнования по поводу Вашей дочери.

– Спасибо. Она взрослая женщина и сама отвечает за свои поступки. Я ей дал возможность получить хорошее образование, нашел престижную работу, но никогда не лишал права выбора. Впрочем, черви в ее голове всегда ползали весьма хаотично, – усмехнулся врач, – Нога была регенерирована? Так ведь, насколько я помню Вашу историю болезни.

– От врача ничего не утаишь, – рассмеялся Инен, – Лет десять назад, во время подавления первого мятежа на Новой Испании, наступил на противопехотную мину. Вот решил отдохнуть на Элизии, а заодно и пройти осмотр у старого знакомого. Думал на старости лет ударить по девочкам, но видно опоздал, а ведь Сефуа так нахваливал свое заведение.

Генерал раскрыл ладонь и, взглядом, показал на платиновый кулон, висевший на достаточно массивной цепочке.

– Но…, – замялся врач, – Что Вы?

– Подарок, знак уважения. Берите.

– Спасибо, – поклонился Леро и надел украшение, служившее приемопередатчиком мысленной энергии, – А теперь закройте глаза и молчите, а то слишком большие помехи в биоимпульсах. Осмотр займет некоторое время.

Разговор прекратился и даже самый внимательный шпион только пожал бы плечами, наблюдая за этими двумя. Между тем они очень оживленно разговаривали, мысленно, и эту речь не могла уловить самая совершенная аппаратура.

– Привет, Шамгар, сколько же лет прошло? Значит именно ты наставник принца, как я и думал. Я тебя сразу не узнал, мнайдриец в тебе запрятан очень глубоко. Вы умеете менять внешность?

– Так и есть, Леро, но это дано не многим. Ты тоже изменился. Не думал, что ты пойдешь на трансформацию и тебе легче. Тебе не надо имитировать наличие зарга в теле, прикрылся не совместимостью молекулярных структур и все. Видел бы ты, как мальчик ошалел, увидев жену по телевидению. Да, навела девчонка шороху. Надеюсь, ты не сказал ей настоящее имя?

– Нет. А что, это так важно?

– Да, имя снимает блок с генетической памяти. Это метод блокировки сознания, которым могут пользоваться только принцессы крови Мнайдры. Перед падением города Азитовал закрыла сознание дочери. Я принцу сказал имя, ибо только истинный правитель нашего народа может снять блок.

– Она знает, кто ее отец. Я был вынужден хоть как-то сдержать вспышку дикости.

– Кто тебя за язык тянул, Леро? Что так у девочки пробивается характер папаши?

– Не то слово. Ладно, продолжим разговор позже, а то спецслужбам Элизия уже скучно.

Леро отключил сканирование организма и подождал результатов на мониторе.

– Все! Для своего возраста и учитывая прошлое ранение, Вы, господин генерал, в полном порядке. Есть небольшое нарушение ДНК и Вам надо пройти курс коррекции молекулярных структур. Могу порекомендовать здешний санаторий.

В дверь постучали, грубо и требовательно. Джонс ругнулся и снял блокировку электронного замка. В кабинет ворвался лейтенант полиции в сопровождении парочки судейских чиновников.

– Вскрывайте сейф управляющего, пока целы документы. Вот ордер на обыск личного имущества!

– Что это за хамство! – стукнул кулаком по столу Артар Инен, – Лейтенант! Смирно! Сопляк!

– Вы в отставке и…, – промямлил Сацао Чису.

– Молчать! Леро, включи новости!

На экране стереовизора появился диктор, сообщавший о форсированной подготовке флота под командованием Хана Тиллиана, потом рекламная пауза для пропаганды доблести воинов сил быстрого реагирования и снова картинка студии.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.