Екатерина Оленева
Дочь ректора

ГЛАВА 1

– Впечатляет, правда?

Дженни была права. Вид был потрясающий! Длинный подвесной мост, над которым возвышался многоступенчатый длинный замок, походил на дорогу из Жёлтого Кирпича, уводящую малышку Дороти в Волшебную страну.

– Как это – жить в Магической Академии? Думаешь, мы будем чувствовать себя принцессами, которых стережёт злобный дракон? Так! Необходимо сделать селфи – для исторической хроники! Позже, в будущем, мы завещаем её нашим детям.

– Каким ещё детям? Какую хронику?

– Неважно! – отмахнулась Дженни.

– Думаешь, смартфоны будут здесь работать?

– Здесь, может быть, нет связи, но камера, я уверена, работает.

Дженни обхватила одной рукой Автору за плечи, вторую отвела как можно выше, стараясь взять правильный ракурс.

– А теперь дружно: «сы-ы-ыр»! Снято! Магистратура Магии – здравствуй! Мы идём к тебе. Пошли, Мэйсон! Вперёд, за приключениями! Поверить не могу, что мы здесь! Мы столько об этом мечтали

Дженни сгущала краски. Аврора никогда не мечтала попасть в Магистратуру Магии, но, с тех пор, как её отец занял здесь пост ректора, всем было понятно, что рано или поздно, она попадёт именно сюда.

Если бы это зависело от самой Авроры, она, если бы могла, выбрала бы нечто менее помпезное, вроде Академии Стихий. Так поближе к дому, да и публика там обучается не такая именитая и помпезная. В том же Институте Магических Начал образование давали прекрасное, но не приходилось из кожи вон лезть ради поддержания социального статуса.

В Магическую Магистратуру Аврора Мэйсон попала потому, что была дочерью своего отца – именно так это выглядело со стороны. А всё остальное – её усилия, честно заслуженные оценки, знания, – всё отступало на второй план.

По счастью, малышку Дженни такие мелочи, как незаслуженное поступление, нисколько не интересовало. Она умела радоваться моменту, не забивая голову деталями – «всякой ерундой», как она говорила.

– Мы здесь – в Магистратуре Магии. Это– свершившийся факт. И это чертовски классно!

– Послушай, Дженни, я умираю от голода. Перелёт занял несколько часов. Перекусить кажется неплохой идеей. Что скажешь?

– Скажу, что привычную пиццу или моцареллу нам тут точно не подадут, да и на суши рассчитывать вряд ли приходится? А фуа-гра и устрицы во льду меня не прельщают. Но нужно как-то выкручиваться из ситуации.

– Уверена, что мы найдём что-нибудь съедобное в местной столовой. Да и фуа-гра, как красиво не звучи, по сути-то всего лишь гусиная печёнка.

– Особым образом приготовленная гусиная печёнка. И гусь тоже откармливается особым образом – силком, измельчённым зерном, предварительно обжаренным и вымоченном.

– Можно без подробностей. Я не фанат фуа-гра, – вздохнула Аврора.

– Ладно. Посмотри-ка лучше вон туда! Видишь ту хорошенькую брюнетку? Эта Камила Джейда, дочь известной кинозвезды. Я её фанатка! Фильмы с Сереной Джейдой лучшее, что я видела на экране. А этот парень рядом с ней, видишь? Вон тот красивый шатен. Это Дарк Басет. Его мать состоит в Ковене Красной Лозы. У них там нечто вроде секты. Они считают себя последователями Сатаны, и их религия – это следовать Путём Ночи.

Если резкий переход от гусиной печёнки до Пути Ночи Аврору и удивил, она этого никак не выказала.

– Хочешь сказать, что вся эта ересь ещё существует? – удивлённо приподняла она брови.

– Вполне официально. Отец Басета – банкир. Заканчивал Академию Стихий, его профиль – водная магия. Семья проживает в двух огромных особняках – один в Старом, другой – в Новом свете. Даже в мире смертных у них зарегистрирована недвижимость в Верхнем Ист–Сайте на Манхэттене.

– Какие очаровательные подробности, – покачала головой Автора.

– Басет встречается с Сабриной Уолш. Она дочь Главы Кавена Белых и Чёрных лилий. Слышала, что это заносчивая, претенциозная и самовлюблённая особа и эта стервочка носит звание королевы Магистратуры. Она окружает себя глуповатыми приспешницами, которыми с лёгкостью манипулирует. Джейда и Уолш дружили, пока не начали делить одного парня.

– Где ты набралась всех этих сплетен? – подивилась Аврора.

– Это не сплетни – это информация. Если нам суждено жить в элитном серпентарии, глупо было бы приехать сюда неподготовленными.

– Согласна.

Огромные тяжёлые ворота были распахнуты. Все желающие беспрепятственно входили и выходили.

– Добрый день, мисс Мэйсон, – улыбнулась им Джессика Гвен.

– Добрый день. Вы не знаете, мой отец?..

– У себя в кабинете. Кажется, неприятности с кем–то из студентов? Но, уверена, он всё равно будет рад тебя видеть.

– Спасибо, Гвен. Увидимся!

– Непременно, мисс Мэйсон, мы теперь часто будем встречаться, чему я только рада. Вы всегда были милой девочкой.

Дженни опустила ресница, гася насмешливый блеск в глазах:

– Милая девочка, значит? Скажи, это правда мило – всегда быть милой?

– Иди ты, – отмахнулась Аврора. – Пойду, поздороваюсь с отцом.

– Встретимся в нашей комнате.

Как и сказала Гвен, Кайл Мэйсон был занят и, судя по виду, был раздражён и озадачен.

Приотворив дверь и поняв, что отец не один, она решила подождать, пока он освободится, невольно подглядывая в щель за происходящим.

Напротив двери, в высоком кресле, через стол от её отца, сидел красивый молодой человек. Если бы Аврора умела рисовать, она бы с радостью использовала его в качестве модели. Первое, что бросалось в незнакомце в глаза – изящество. Именно так. Он был изящен, как танцор: фигура не отличалась развитой мускулатурой, но и излишней худобой не упрекнуть – аристократическая подтянутость.

Где-то, когда-то Аврора читала, что, если хочешь создать идеальную статую, то нужно просто взять кусок мрамора и отрезать всё лишнее. Вот именно это боги и сотворили с этим молодым человеком – убрали всё лишнее, не оставив ни одного изъяна.

При её появлении молодой человек повернул голову, открывая взгляду смазливое лицо с лепными скулами, тонкими чертами и крупным, ярким ртом. Бледность его кожи казалась болезненной, а во взгляде карих глаз, отражались холод и равнодушие.

– Объясни, что ты здесь делаешь в таком виде? – судя по голосу, отец очень старался сдерживаться, но ему изменяло терпение.

– Странный вопрос, сэр. Я здесь потому, что не хотел пропустить первый день в Магистратуре. Разве это не понятно?

– В таком состоянии как ваше, следует не в учебное заведение отправляться, а в медицинское. Желательно, под капельницу. Дарк Басет, в магистратуре существуют правила. И я прошу… нет, я требую! – уважать их. Вы словно намеренно бросаете мне вызов? Или в самом деле считаете ваше поведение нормальным?

– Простите, господин ректор. Я больше так не буду.

– Вы же видете, сэр, Дарк сейчас не может сам за себя отвечать.

Аврора только теперь, когда она заговорила, заметила красивую блондинку, сидящую рядом с молодым человеком. Девушка выглядела озабоченной и очень серьёзной.

– Его отец недавно скончался, и он скорбит… прошу вас, войдите в положение? Учтите, так сказать, факт.

– Именно потому, что я «учитываю факт» и «вхожу в положение», я вообще с вами сейчас разговариваю.

– Дарку очень нужна сейчас поддержка.

– Если под поддержкой вы подразумеваете возможность курить марихуану на территории Магистратуры, то вынужден вас огорчить – поддержки такого рода вы от меня не дождётесь.

– Вы некомпетентен, господин директор, – насмешливо протянул Дарк. – Я курил гашиш, а не марихуану.

– Есть разница? – с сарказмом протянул отец Авроры. – Насколько я знаю, и то, и другое – конопля, но не стану спорить. В этих делах я не спец.

– Да, конопля… но разные её части. Для гашиша используется смола и пыльца соцветий, а для марихуаны – всего лишь листья…

– Избавьте меня от подробностей, – поморщился Кайл Мэйсон. – Они мне малоинтересны.

– Ну, так, для общего развития, господин ректор, в гашише концентрация психоативных веществ в пять–шесть раз выше, следовательно, и кайф – круче.

– Дарк! Прошу тебя! – взмолилась блондинка. – Ты что, не понимаешь, что тебя могут запросто сейчас исключить ещё до начала года?

– Да мне плевать, пусть исключает, если хочет.

– Послушайте, господин ректор, он ведь сейчас совершенно невменяем и не понимает толком, что творит. Завтра одумается и снова станет тем Дарком Басетом, которого все мы знаем и любим.

– Это должно меня смягчить? – язвительно поинтересовался отец Авторы.

– Но вы ведь понимаете, Дарк проходит сейчас очень трудный период. Ему тяжело. Он не в себе. Дайте ему шанс, прошу вас! Исключить Дарка сегодня, значит поставить на нём крест. Кроме нас с вами позаботиться о нём сейчас некому.

Аврора услышала, как отец тяжело вздохнул:

– Я понимаю, что мистер Басет много пережил, но я не стану смотреть сквозь пальцы на подобные выходки. Если нечто подобное повторится, можете собирать вещи и выметаться из Магистратуры в двадцать четыре часа. Я ясно выразился?

Молодой человек всё это выслушал с пьяной ухмылкой на губах.

– Дарк, – обратился к нему Кайл Мэйсон, – вы можете обещать, что не явитесь больше на уроки пьяным?

– Ради вас, сэр, всё, что угодно.

Демонстративно открыв крышку портсигара, юноша небрежно и чувственно извлёк длинными пальцами сигарету:

– Кто-нибудь хочет?.. Что? Желающих нет? Ну, что ж? Закончим наш разговор? Было приятно пообщаться.

И, зажав сигарету между зубами, он щёлкнул пальцами, заставляя тлеть, распространяя вокруг себя сладковатый, дурманящий запах.

Аврора едва успела отпрянуть, промедли она хотя бы секунду и дверь рассекла бы ей лоб.

– О, простите! – насмешливо протянул молодой человек, окидывая её взглядом. – Какая хорошенькая маленькая куколка…

– Дарк, постой!

Блондинка едва не толкнула Аврору, но, в отличие от своего друга (или кем он там ей был) даже и не подумала извиняться, лишь окинула её недоброжелательным взглядом, неприязненно фыркнула и, демонстративно подхватила Дарка под руку, словно предъявляя на него своим права, удалилась.

– Аврора? – увидев дочь, Кайл раскрыл ей объятия. – Дочка, ты уже приехала? Прости, что не встретил. Год ещё не начался, а уже проблемы. С этими богатыми и избалованными всегда нелегко.

– Это я уже поняла, папочка, не стоит извинений. К тому же это не ты не успел, это я приехала раньше.

– И это прекрасно! – подойдя к дочери, Кайл с нежностью её обнял. – Ты у меня такая красавица и умница, я бесконечно горжусь тобой.

– Спасибо, папа.

– Нервничаешь перед началом года?

– Немного, – призналась Аврора.

– Зря. У тебя талант со всеми ладить. Уверен, что у тебя всё получится.

– Обещаю, буду стараться, чтобы так и случилось.

– Знаю, Аврора, твой честолюбивый ум жаждет успеха. Ты всегда обладала лидерскими качествами: была личностью, способной отвечать на вызов.

– Ты так пытаешься меня ободрить или предупредить о чём-то, пап? На какие ещё вызовы мне тут придётся отвечать?

– Мы в гнезде молодых хищников, сердце моё. Эти хищники ещё только учатся пускать в ход зубы и когти, при этом часто не рассчитывают собственную силу. И я бы солгал, сказав, что не волнуюсь за тебя. Волнуюсь, очень. Когда опасность угрожает тем, кого мы любим, это гораздо сложнее принять, чем опасность, угрожающую тебе самому.

– Ты всерьёз считаешь, что мне здесь грозит опасность? – улыбнулась Аврора.

– Я ректор, и пытаюсь поддерживать дисциплину. И я твой отец. Но я не могу быть с тобой двадцать четыре часа в сутки…

– Просто отлично, что не можешь, иначе ты свёл бы меня с ума.

– Вот уж спасибо!

– Прости, пап, – засмеялась Аврора. – Не переживай. Я смогу за себя постоять. Откровенно говоря, я и не думала, что попаду в Рай. И да, я слышала о нравах, царящих в этом заведении.

– Поверь, я делаю всё возможное, чтобы изменить ситуацию к лучшему, но, когда тебе противостоят сильные миры сего, сложно идти прямым курсом. Твоя мама, знаешь ли, не хотела отпускать тебя сюда.

– Это не правда. Мама считает отличной идеей то, что мы с тобой теперь будем чаще видеться. Не приехать – вот это было бы для меня ошибкой.

– Знаешь, что сегодня вечером будет вечеринка? Традиционный бал в честь начала учебного года. Собираешься идти?

– Ты ведь не против?

– Нет, наверное, – хмуро отозвался отец. – Хотя… если честно, не знаю. На этих вечеринках, по слухам, понимаешь ведь, что преподавательский состав в детали не посвящают, там выбирают парочку бедных студентов на роль жертв, и в течении года они становятся чем-то вроде предмета для насмешек и издевательств. Мне бы совсем не хотелось, чтобы моя дочь во всём этом участвовала.

– Отвратительный обычай. Что ж? Тем больше причин у меня пойти.

– Выпивка, танцы и мальчики – тебе не будем скучно? – засмеялся отец.

– Ты меня отговариваешь? Но ведь все идут.

– Я не отговариваю. Я отец и я волнуюсь.

– Это нормально. Все родители волнуются. Что с того? Нам теперь не устраивать вечеринок?

– Если хочешь пойти – пойди. То, что ты дочь ректора не означает, что ты не можешь повеселиться.

– Спасибо, папочка.

ГЛАВА 2

– Привет, – жеманный голосок, раздавшийся за спиной, заставил Аврору замедлить подъём и застыть на ступеньке. – Ты ведь Аврора, верно?

Три хорошенькие девушки за её спиной были чем-то неуловимо похожи, хотя внешность каждой в отдельности ничем не напоминала другую. Все три одеты в брендовые шмотки от популярных стилистов, у всех – дорогой парфюм и высокомерные лица.

– Верно. Я Аврора.

– Аврора Мэйсон? – у шатенки, пищавшей жеманным голоском, было модное каре и кукольное личико со вздёрнутым, как у мопса, носиком.

– Ты знаешь моё имя. Польщена. К сожалению, не могу ответить тем же. Я понятия не имею, кто вы такие.

– Это легко исправить. Пришло время познакомиться. Сама Сабрина Уолш пригласила тебя за наш столик.

– За какой ещё «ваш» столик?

– За обеденный, глупышка, – протянула вторая красавица с броскими туфлями на высоких каблуках. Её ярко-красные губы дерзко въедались в память случайному собеседники и, не исключено, что будут являться в кошмарах. – Сабрина хочет с тобой познакомиться.

– Я не получала приглашения.

Девицы переглянулись.

– Ты получаешь его прямо сейчас, дура, – брезгливо поджимая губы, проговорила третья девушка – стильная блондинка.

– Кто такая эта Сабрина Уолш, чтобы выдавать мне аудиенцию? – насмешливо протянула Аврора.

– Сабрина некоронованная королева Академии. И я бы, на твоём месте, не стала бы с первых дней навлекать на себя её гнев.

– Ваша королева так вспыльчива?

– Более чем, – высокомерным кивком подтвердила блондинка.

– Понятно. Передайте вашей королеве, пусть катится к чёрту.

– У тебя ещё есть время передумать, – нахмурилась блондинка.

Не отвечая, Аврора отвернулась и продолжила подниматься по лестнице.

– Эй! Ты слышала, что я сказала?

– Конечно слышала. Как раз – думаю.

***

– О чём тут думать? – всплеснула руками Дженни, выслушав новости о встрече на лестнице. – Ты должна встретиться с Сабриной. Эта та самая знаменитая троица, готова поспорить.

– Какая ещё «та самая»?

– Камилла Джейда, Лайвли Разерфорт и Сюзи Зор.

– И чем троица знаменита?

– Это королевские змейки – отъявленные стервы. Шестёрки королевы Уолш. Видимо, она послала их к тебе. Аврора, ты должна принять её приглашение и постараться ей понравиться.

– Не припоминаю момента, когда успела ей задолжать.

– Послушай, я серьёзно! Проигнорировав её желание встретиться, ты её оскорбишь.

– Думаешь, обидится и станет плакать?

– Она станет твоим врагом. С первых дней против нас начнётся война.

– Она посмеет конфликтовать с ректорской дочки?

– Посмеет. Сабрина не терпит, когда что-то идёт не так, как она задумала.

– Откровенно говоря – это её проблемы.

– Я уже жалею, что заговорила с тобой об этом. Ты правда думаешь, что статус дочки ректора делает тебя какой-то особенной?

– Нет. Хотя – да, если честно, то да, делает. Именно поэтому Сабрина желает видеть в числе своих шестёрок именно меня, а не кого-то другого. Тебя, например. Но у меня нет намерений состоять в её свите.

– Почему не встретиться и не поговорить? Почему ты сразу встаёшь в позу? Игнорировать приглашения, вообще-то, не вежливо.

– Если мы встретимся, мы, скорее всего, не поладим.

– С чего ты так решила?

– С того, – ответила Аврора, – что эта твоя Сабрина меня уже раздражает.

–Тоже хочешь стать королевой? – с сарказмом протянула Дженни.

– Я за демократию.

– Ну, прошу тебя, давай начнём эту партию с шагов к примирению? Вдруг получится?

– Сомневаюсь. Хотя, ладно, я приму приглашение, только с одним условием…

– Каким?

– Ты пойдёшь со мной.

– С удовольствием!

Не прошло и часа, как подруги, спустившись по широкой деревянной лестнице и миновав длинный сумеречный коридор, вошли в светлый обеденный зал.

– А здесь довольно мило, – прокомментировала увиденное Дженни.

– Как будто твоё мнение кого-то интересует? – обернувшись, девушки имели счастье упереться взглядом в яркую, хрупкую, очень красивую брюнетку испанского типа. – Кто из вас двоих Аврора Мэйсон?

– Она, – кивнула Дженни в сторону подруги.

– Очень приятно. Будем знакомы. Я – Сабрина Уолш.

Девушка протянула для пожатия хорошенькую ручку с отличным маникюром.

Аврора в ответ усмехнулась, не подавая руки в ответ:

– Я знаю.

Улыбка сошла с лица Сабрина, она недовольно нахмурилась:

– Знаешь? Вот как?..

– Догадалась по свите, маячившей за твоей спиной.

Сабрина засмеялась.

Смех у неё был мелодичный, но колючий. И вообще, не столько даже красивая, сколько эффектная и яркая, она умела подать себя с выгодной стороны. В каждом её жесте и взгляде был подчёркнутый, преувеличенный культ себя любимой, волей-неволей заставляющий поверить и собеседника в её значимость.

Увидев, что Дженни тоже собирается сесть, Сабрина заколдовала стул так, что его не получалось сдвинуть с места.

– Простите, милочка, я что-то не припомню вашего имени? – пропела она, обращаясь к Дженни.

– Это моя подруга Дженни, – сухо проговорила Аврора, – Если за этим столиком ей не найдётся места, мы, пожалуй, найдём его себе по соседству.

Со сладкой улыбкой, от которой на очаровательных щёчках возникали ещё более очаровательные ямочки, Сабрина пропела:

– С чего бы месту на найтись? Присаживайся, Дженни. Мы тебе рады.

Стул легко отодвинулся от стола, словно подтверждая сказано.

Сабрина приподняла бровь:

– Сюзи, будь так добра, принеси нам десерт.

Судя по выражению лица Сюзи добра она не была, но за десертом отправилась безоговорочно.

– Итак, Аврора? Сегодня утром мне сказали, что в этом году с нами будет учиться дочка нашего святого мистера Мэйсона. я не могла не задаться вопросом – что она за человек?

– Ты всегда говоришь о присутствующих в третьем лице? – наигранно удивилась Аврора.

– Прости! Где мои манеры? Что я себе позволяю? Обещаю впредь быть вежливей. Итак, я задалась вопросом: что ты за человек и собрала о тебе кое-какую информацию. Как я не старалась, как не рыла, ничего интересного и скандального наскрести не удалось.

– Соболезную.

– Несмотря на юные годы, ты защитила докторскую и написала книгу по созданию иллюзий. Впечатляет.

– Благодарю.

– Значит, ты трудолюбива, умна, не дурна собой. Словом – милый середнячок, как и полагается примерной дочери такого славного отца, как твой. Ты ведь из тех, кто никогда не огорчит родителей дикой выходкой?

– Не нахожу ничего интересного в диких выходках.

– Я так и думала, – растянула Сабрина губы в широкой, клоунской, недоброй улыбке. – Но ведь даже примерные дочери выдающихся отцов иногда могут позволить себе расслабиться?

– Мои способы расслабления тебе покажутся скучными.

– Вижу, что передо мной настоящий символ выдержки и упорства. Но хотя бы на сегодняшнюю вечеринку, в честь начала учебного года, ты придёшь?

– Мы собирались, – встряла Дженни, делая вид, что недовольные взгляды девушек в упор не замечает.

– Отличная новость! – холодно произнесла Сабрина, даже не взглянув на Дженни.

Эта сладкая сладость даже и не пыталась казаться истинной. Подчёркнуто-фальшивая приязнь с горькой толикой сарказма.

«Отвратительная девица», – решила для себя Аврора.

Отвратительная, но при этом ей нельзя отказать в привлекательности.

– Вот, ваш десерт, – подошла к столу Сьюзи. – С трудом удалось его донести.

– Ты что, несла его в руках? – презрительно скривилась Сабрина в сторону подруги. – Что ты за глупая курица? Почему не использовать магию? Всего-то и нужно переместить поднос с одного места на другое.

– Я боялась, что что-то пойдёт не так.

– Сделай мне одолжение – не оправдывайся.

– Как скажешь, Сабрина.

– Сядь уже. Не маячь перед глазами! Девочки, угощайтесь. Малина со сливками и белым шоколадом – просто божественный вкус.

– Я не люблю сладкое, – попыталась отказаться Аврора, одновременно с этим незаметно набрасывая сканирующие чары на пододвинутую к ней чашку.

К счастью, в ней не было ничего, кроме описанных ингредиентов. Никакой магии. Приятное открытие.

– Я тоже много чего не люблю, но иногда приходится что-то делать, – Сабрина помешала сливки десертной ложечкой, – просто потому, что так принято. Так положено. Понимаешь?

– Хорошо, – кивнула Аврора. – Спасибо за угощение.

– Буду рада, если мы подружимся. В любом месте выживать легче, если рядом есть друзья, готовые держаться вместе. Что думаешь на этот счёт?

– Друзья – это хорошо. Если речь идёт именно о дружбе. А не о предложении вступить в чью-то свиту.

– Свиту? О чём ты? Не понимаю?

– Ладно, спасибо за десерт, Сабрина, и занимательную беседу. Мне пора.

– Увидимся на вечеринке. Буду тебя ждать. Пока-пока! – помахала девушка кончиками пальцев.

Аврора с трудом удержалась, чтобы не закатить глаза.

– Тебе не кажется, что мы были недостаточно вежливы?.. – спросила Дженни, как только они отошли на достаточное расстояние, чтобы их не было слышно.

– Не кажется. Я была настолько мила с этими змейками из серпентария, насколько возможно.

– Сабрина тебе не понравилась?

– Пока ещё не определилась. Но, думаю, что вечеринка позволит поставить окончательную точку в моём психоанализе.

Но всё решилось до начала вечеринки.

Перетаскивая вещи в комнату, Аврора услышала чьи-то голоса в тёмном уголке длинного коридора. Мягкий, глубокий, в растяжку, как у ленивого кота, голос, показался ей знакомым. Он принадлежал тому парню, что утром беззастенчиво нахамил отцу. Второй, звонкий и колючий, несомненно, принадлежал Сабрине.

– У тебя неприятности со стариком Мэйсоном? – спрашивала Сабрина.

– У тебя хороший слух. Чтобы, где бы не случилось – ты уже об это слышала.

– Речь идёт о твоём исключении?

– Ректор не посмеет меня исключить.

– Зато посмеет написать твоему опекуну с требованием принять меры. Это я совершенно точно знаю.

– Пусть пишет куда хочет. Мне плевать.

– Какая жалость! Я-то хотела тебе кое-что предложить.

– Себя, надеюсь?

– Пока нет. Эту маленькую гадину, ректорскую дочку. Ты её уже видел?

– Видел. Утром. Но был не в настроении запомнить. Она хорошенькая, надеюсь?

– Очаровательная. Правда. Но высокомерная сучка. И я была бы рада сбить с неё спесь. Хочешь развлечься?

– Никогда не прочь. Что ты предлагаешь на этот раз?

– Соблазни и уничтожь её.

– Зачем?

– Никому не помешает лишний раз самоутвердиться за счёт маленькой, но симпатичной дурочки. К тому же её папаша будет в ужасе от вашей короткой интрижки. Разве не прелестно лишний раз дёрнуть тигра за хвост? Давай, Дарк! Позлим этих святош. Такой шанс бывает раз в жизни!

– Как я могу обещать соблазнить девицу, которую даже не видел? Вдруг у меня на неё банально не встанет?

– Это у тебя–то?

– Ну, а если?

– Тогда представь, что она – это я. Уверена, у тебя всё получится.

Голоса стихли. В полумраке раздался звук поцелуя.

Ну, и змея же эта Сабрина!

Самое досадное, что, не подслушай Аврора этот разговор, вполне могла попасться. Парень харизматичный, на такого легко повестись. Тем более (себе–то зачем врать?) он с первого взгляда привлёк внимание.

Эти два мерзавца – змейка Сандра и мерзавец Басет объединились против неё? Кажется, они не читали «Опасные связи»? Но если кто-то воображает себя маркизой де Мертель и виконтом Вальмонтом, то им в ближайшее время придётся забыть о взятой на себя роли.

ГЛАВА 3

– Что ты знаешь о Дарке Басете? – спросила Аврора у Дженни.

– Тоже, что и все, – пожала плечами подружка, продолжая, глядя в зеркало, сооружать на голове сложную причёску.

– А подробнее?

– Он – Дарк Басет. Брюнет с угольно-чёрными волосами и карими глазами персидского разреза. Немного худоват, но не костляв. Рост средний, кажется, что-то около пяти футов восьмидесяти дюймов, но точно никто не замерял, а в его анкету с личными данными я не заглядывала.

Дженни потянулась за кисточкой для румян и, несколько раз проведя ею по розовым шарикам, дунула на ворс, чтобы убрать лишние пылинки:

– Он уделяет большое внимание своему внешнему виду. Как и всякого представителя высшего общества, его никто и никогда не видел небрежно одетым. Даже если он пьян в хлам–дым и дрова, он всё равно божественно элегантен. Это строго выдержанная элегантность высшего класса – такое не приобретается, с этим нужно родиться.

– Последнее утверждение полная ерунда. И его внешность я могу заценить, просто взглянув на него. Хотелось бы чего-то менее очевидного.

Дженни смерила отражение Авроры в зеркале у себя за спиной насмешливым взглядом:

– Ты заинтересовалась Дарком Басетом? Нельзя сказать, что я удивлена. Им многие интересуются. Но, Аврора, этот мальчик не для таких девочек, как мы. Он вообще не создан для нормальных отношений. Коллекционирует девчонок, как филателист марки или липидоптерофлорист – бабочек.

– Липидоптер…ох! Надо же! Не знала, что тебе известны такие подробности в названии коллекционеров! Я в восхищении! Но вернёмся к Дарку?

– Слушай, ты меня пугаешь!

– А тебя после липидоптерофлориста ещё можно чем-то напугать?

Дженни строго поглядела на Аврору уже без зеркального посредника – глаза в глаза:

– По себе знаю, когда девушка заинтересовалась парнем, то её не напугать информацией о том, что он зачастую прогуливает уроки, употребляет спиртное и предпочитает проводить время с женщинами лёгкого поведения. Говорить тебе это сейчас всё равно, что подливать масло в огонь, да?

– Да, мамочка, – засмеялась Аврора.

– В теории такая девушка – как ты, принципиальная, умная и правильная, – должна испытывать к такому, как Басет, только отвращение. Но, а практике, к сожалению, всё заканчивается иначе. Обычно – разбитым сердцем, которое долго приходится склеивать. Оно тебе надо?

– Нет.

– Будешь врать мне, что интересуешься Басетом с какой-то тайной целью? Ну, типа написать статью, роман или исправить его к лучшему?

– Ты знаешь моё правило: врать только в самых исключительных случаях. Дарк Басет пока под такое не попадает. Так что лгать я не стану.

– Аврора, я люблю тебя, ты самый лучший мой друг и у тебя есть много отличных качеств. Но правда также и в том, что ты излишне самоуверенна и можешь попросту не рассчитать силы. Ты милая, правильная, домашняя девочка, привыкшая играть по правилам. А Басет – он Басет. Понимаешь? Такой же, как все в их кошачьей семейке: может лгать тебе в лицо с самым невинным видом, или, не моргнув глазом, бросить какую-нибудь больно–ранящую гадость. Он –это классический пример эгоизма и эгоцентризма при полном отсутствия эмпатии к другим. Он ни в чём не знает меры. Его нравственные-моральные границы размыты. У этого парня куча врагов и лишь единицы числятся в друзьях. В Магистратуре есть парни, про которых можно сказать, что они перевстречались с половиной девчонок в заведении, для того, чтобы на досуге разбивать наши маленькие глупые сердечки. Но Дарк Басет…

– Что – Дарк Басет?

– Про него нельзя сказать, чтобы он вообще с кем-то «встречался». Отношения с девушками его не интересуют в принципе. Он просто спит с кем-то. Один раз. Его любимый слоган: «Каждая женщина достойна секса, лишь избранные – дважды, и не существует той, к кому стоило бы прийти в третий». И у него это не пустые слова. Обычно второй ночи с Дарком Басетом ни у кого не бывает.

– Откуда ты всё это знаешь?

– В Басета была влюблена моя очень хорошая приятельница. Мне пришлось провести с ней не один час, чтобы хоть как-то склеить её по частям после него. Тебя я люблю в разы сильнее, чем её и совсем не хочу, чтобы он делал тебе больно. В Магистратуре столько красивых, умных парней – да ими тут хоть пруд пруди! Давай пойдём с тобой сегодня на вечеринку и найдём причину не вспоминать о мистере Басете? Как тебе план?

– Отличный.

– Здорово!

– Но есть нюанс.

– О, нет! Какой ещё нюанс? – нахмурилась Дженни.

– Это не я заинтересовалась Басетом.

– Он – тобой? – с лёгкой долей сарказма протянула подруга.

– Наша слащавая королевна Сабрина попросила его соблазнить меня. В награду, судя по всему, обещала…

– Что она могла ему обещать?

– Мне показалось, что себя. Судя по тому, как договор был заключён, сделка состоялась.

– Дарк и Сабрина? – поморгала в изумлении Дженни. – Король и королева Магистратуры. Эта парочка друг друга стоит.

– Но этой дурочке зачем-то потребовалось затянуть в эту игру и меня.

– А ведь я тебя предупреждала, подруга! Говорила, что ссориться с Сабриной– плохая политика.

– Я ожидала…

– Чего? Что это стерва и интриганка станет соперничать с открытым забралом? Ага! Как бы не так! Здесь она в своём стиле – манипулирует и прячется за чужими спинами. Тебе повезло, что удалось это подслушать: кто предупреждён – тот вооружен. Надеюсь, ты поступишь правильно?

– А как, по–твоему, здесь будет «правильно»?

– Как ни печально, но «правильно» будет пропустить сегодняшнюю вечеринку. Отсидеться. Может, завтра они уже и думать о тебе забудут?

– По–твоему, я должна струсить?

– О какой трусости тут идёт речь? Остаться в стороне от намечающейся авантюры не трусость, а…

– Благоразумие, я знаю.

– Точно! Но ты, судя по всему, не собираешься его проявлять. Я знаю, чем закончится эта история – неприятностями, слезами и соплями. И это будут твои сопли и слёзы, моя дорогая.

– Ещё посмотрим.

– Жизнь – это математика, где дважды два, как бы на не нравилось это отрицать, вовсе не десять и не пять, а всегда – четыре.

– Клянусь, я поставлю эту Сабрину Уолш на место. Она пожалеет о затеянной авантюре.

– Что ты намерена делать?

– Вступить в игру.

– То есть? Позволить этому нахальному мальчишке себя соблазнить?

– Хорошие девочки не теряют невинность с плохими мальчиками на первом свидании.

– У Басета длинный зуб на твоего отца. Будь осторожна. Будь очень осторожна, Аврора Мэйсон. Если ты твёрдо решила наступить на эти грабли, я понимаю, что отговорить тебя не получится.

– Приятно иметь умную подругу.

ГЛАВА 4

– Музыка, полумрак и алкоголь – вот три кита на которых держится любая успешная вечеринка. Как думаешь, это платье не слишком броское? – Дженни покрутилась вокруг себя, то и дело поглядывая на себя в ближние зеркала.

– Всё броско лишь в той степени, в какой и нужно, – заверила Аврора.

– Тебе легко говорить! Ты одна из самых красивых девушек в этом зале. Мы едва вошли, а парни уже не могут взгляд от тебя оторвать.

– Не льсти, – улыбнулась Аврора. – Хотя нет, – льсти! Это вселяет уверенность в себе.

Аврора отыскала глазами Дарка и примолкла.

Молодой человек стоял посреди переполненной залы, окруженный кольцом людей, но отчего-то вдруг подумалось, что она никогда в жизни не встречала более одинокого человека. Самая интригующая персона среди интригующих персон.

Басеты известны тем, что мужчины в их роду рождаются испорчены и порочны. Были магические фамилии, что могли бы оспорить пальму первенства в свершённых злодеяниях, например, Ирлы, Мореллы или Нахшироны, но их представителей на этой вечеринке не было.

Аврора отвела взгляд в сторону, стараясь больше не глядеть в его сторону. Её цель увлечь, а не увлечься. Она должна быть сегодня достаточно смелой и сумасшедшей, чтобы сотворить нечто, способное удержать внимание такого, как Басет. Перед Авророй стояла сложная задача: влететь в огонь и не обжечь крылья.

Дарк Басет опасен. В нём словно воплощалось всё то, что Аврора считала достойным неодобрения: слишком дикий, слишком свободный, слишком ветреный и непокорный. И почему-то при этом – желанный?

Осознавала это Аврора или нет, но вся интрига между Сабриной и Дарком была лишь предлогом, позволяющим ей сделать шаг в чарующий водоворот бездны. На свою беду, она не воспринимала игру всерьёз. Когда умеешь летать, то уверен, что крылья не изменят и в решающий момент успеешь ускользнуть в безопасное место.

– А здесь здорово, правда?

– Наверно, – согласилась она с Дженни, возвращаясь от своих мыслей к вечеринке.

– Девочки, а вот и вы! – сверкая улыбкой, сияя глазами, им навстречу шла «королева» Сабрина.

За ней, не отставая, шагали змейки из свиты.

Подойдя, Сабрина по-хозяйски обняла Дженни и Аврору за плечи:

– Безумно рада вас видеть. Обещаю, малышки, эта ночь для вас станет особенной. У меня есть для тебя сюрприз, – подмигнула она Авроре.

– Не терпится узнать, в чём дело, – Аврора старалась говорить таким же, тошнотворно–сладким, голосом.

– Терпение! Всему своё время.

Не переставая улыбаться, Аврора высвободилась из её цепких рук. Улыбка Сабрины напоминала ей оскал злой кошки, съевшей канарейку. Она не пугала, но и не нравилась.

– Не могу дождаться.

– Дождись – и увидишь. А пока?.. Девочки, мы должны выпить за начало учебного года. Отказа не приму.

Ловко подхватив с подноса фужеры с шампанским, Сабрина протянула их подругам:

– Вы пришли на вечеринку, малышки. На вечеринках принято веселиться. Так что – до дна! Залпом.

Дженни с Авророй обменялись взглядами.

В тёмных зрачках подруги светилась тревога. Аврора в ответ пожала плечами. Она не сомневалась, что вертихвостка-соперница что-то подмешала в бокал, скорее всего, какое-то возбуждающего зелья. Или даже банальный, но действенный наркотик. Однако, если ты из рода Мэйсонов, и по зельеварению у тебя высший балл, ты можешь рассчитывать на то, чтобы выйти сухой из воды. Если знать универсальное противоядие, выпить его заранее, то почему бы и не подчиниться всеобщему призыву – выпить? Тем более, когда шампанское такое дорогое и вкусное?

– А теперь вперёд – веселье рядом, – пропела Сабрина.

– Ты правда это выпила? – прошипела через зубы Дженни, выливая остатки своего игристого в кусты разросшегося в кадке фикуса.

– Да.

– С ума сошла!

– Я когда-нибудь на твоей памяти совершала ошибки?

– Нет.

– Я знаю, что делаю, поверь мне. Когда я с ними закончу, эти «короли» будут держаться от нас подальше.

– Будь осторожно. Не переперчи. Не стоит из-за больного самолюбия наживать смертельного врага.

– Я тебя услышала, – кивнула Аврора.

– Что-то сомневаюсь, – буркнула Дженни.

– Эй, малышки! – помахала им рукой Сабрина. – Идите сюда! Поднимемся немного выше? На крышу. Оттуда прекрасный вид. Уверяю, ты никогда не видела ничего подобного! Тебе понравится.

– А как мы попадём на крышу?

Сабрина, загадочно улыбнувшись, вытащила ключ из соблазнительно декольте. Дженни неуверенно глянула на Аврору, но та лишь пожала плечами.

У отца была карта замка и она сама с детства частенько приезжала в Магистратуру на каникулы, когда замок пустел, но эта его часть Авроре была неизвестна, из-за чего будила любопытство.

– Откуда у тебя ключ? – спросила Аврора.

– Украла, – легкомысленно отмахнулась Сабрина. – Или попросила одного из поклонников украсть его для меня, – какая разница?

– Я не хочу туда идти, – возразила Дженни.

– Брось! Разве тебе не интересно, что ждёт наверху?

– Нисколько. Я предпочту вернуться вниз. Мне вполне хватает общего веселья без индивидуальной программы. Аврора? – повернулась Дженни к подруге. – Ты со мной?

– Если вы сейчас уйдёте, я сочту вас слишком скучными для своей компании, – холодно сверкнула глазами Сабрина.

– Я пойду, – кивнула Аврора, принимая вызов.

– Клянусь, ты не пожалеешь о сделанном выборе, – плотоядно облизнула губы Сабрины.

Девушки обменялись улыбками, как ударами.

Выхватив из пальцев Сабрины ключ, Аврора, не колеблясь, толкнула дверь и оказалась в лифте, мгновенно вознесшем её наверх, туда, где поджидал полумрак и скользкий мраморный пол. Глухой музыкальный ритм, грохочущий снизу, долетал и сюда, заставляя вибрировать пол под ногами.

Узкий коридор вывел не на крышу, как обещала Сабрина, а в сумеречную, плохо освещенную комнату, в центре которой стояла кровать, застланная скользящим шёлком. На стенах висели картины с изображением эротических сцен на грани приличия.

Кровать окружали тёмные экраны, за которыми то поднимались, то опадали тени, местами похожие на стелющийся дым, местами – на привидения. При наличии определённого настроения в тенях можно было угадать причудливое переплетение человеческих тел, сошедшихся в любовной горячке. Тени расступались, уходили, развеивались. На их месте поднимались алые языки пламени. Какое-то время красное боролось с чёрным, потом снова сворачивалось, будто демонический плащ и тени начинали свою фантасмагорическую пляску по-новому.

Воздух был пропитан сладким дымом, от него кружилась голова – Сабрина постаралась основательно затуманить мысли соперницы психотропными веществами. Если бы Аврора заранее не была предупреждена, то, наверняка, к этому моменту вряд ли сохранила вменяемое состояние.

Одна из теней выросла и обернулась Басетом:

– Привет, Аврора.

Тягучий, сладкий и удушливый, как гашиш, голос, одурманивал не хуже наркотика.

– Рад, что ты решилась нанести мне визит. Я ждал тебя.

Мягкий завораживающий голос обволакивал, окутывал, гипнотизировал. Он одновременно заставлял и трепетать, и тревожиться. Обещал негу и боль.

– Заря и Тьма – разве не очаровывающий вид?..

– Сколько загадочного тёмного пафоса! Сколько нарочитой сексуальности… прости, но это просто смешно. Зачем вы устроили весь этот цирк с конями? Я тени имею в виду.

Дарк приблизился.

В его манере двигаться было нечто кошачье, хищное. Создавалось впечатление, что он преследует свою жертву.

Он смотрел на Аврору всего несколько секунд, но казалось, что прошла вечность.

И с каждой уходящей секундой из комнаты словно утекал воздух. Стало нечем дышать.

ГЛАВА 5

– Сколько ты выпил, Дарк Басет?

– Не считал, Аврора Мэйсон, но не так уж и много – по моим меркам.

– Рада слышать.

Он всё-таки оказался у неё за спиной. Твёрдые и горячие пальцы легли на оголённые плечи, заставляя трепетать каждый нерв от волнения и… предвкушения?

«Я играю с огнём, – пронеслось в голове у Авроры. – Зачеч?».

– Мне лучше уйти, – сказала она вслух.

Выскользнуть у него из его рук не получилось – Басет не позволял ей уйти.

– Ты не из тех, кто любит неприятности? – хмыкнул он. – Так?..

Его ладони мягко скользили то вверх, но вниз по предплечью, от округлых плеч к острым локоткам, а тонкая ткань была не столько препятствием, сколько обостряла восприятие.

– В тех редких случаях, когда я в них ввязываюсь, они должны быть хотя бы весёлыми. А веселье и само звучание слова «Дарк» как-то не сочетаются, попыталась отшутиться девушка.

Почему она не отстранилась, продолжала стоять на месте? Потому ли, что ей нравятся прикосновения его горячих рук? Близость его тела?

– Веселье бывает разным, малышка Мэйсон. Таким девушка, как ты, этого не рассказывают?

Он мурлыкал слова, почти касаясь губами её шеи – так, что почти каждое его слово Аврора чувствовала на своей коже.

– Таким девушкам, как я? Что это значит?

– Таких, как ты, учат ответственности. Вы приходите на вечеринки не для того, чтобы найти парня для удовольствия на ночь или пару ночей – вы ищете мужа, связи выгоды и делаете это также естественно, как дышите. Но ведь бывают исключения из правил? Ты можешь позволить себе… хотя бы поцеловаться – для удовольствия?

– Думаешь, я до сих пор настолько невинна, что ни разу не целовалась? – засмеялась Аврора. – Для удовольствия.

К сожалению, смех её был натянутым.

Хотя она говорила правду – целоваться ей уже приходилось. И даже нравилось. По счастью, первым поцелуем она будет обязана не зарвавшемуся плейбою, стремящемуся выслужиться перед набалованной стервой, а человеку, к которому, в своё время, у Авроры были чувства.

– Правда? – с наигранным удивлением выгнула бровь Дарк. – Жаль! Хотя, может быть, так даже лучше? Давай сегодня расширим твой сексуальный опыт? Сиюминутное развлечение без обязательств? Что скажешь на моё предложение?

– Что последнее столь же не в моём стиле, насколько в твоём.

– Сколько тебе лет?

– Через пару месяцев исполнится девятнадцать.

– Итак, тебе восемнадцать. Может быть, ты и целовалась, но, готов поспорить, это тело ещё не успело познать радости любви?

– Это тело? – Аврора скривилась. – Это ты обо мне сейчас так?

Возможно, он считал эту фразу, сказанную многозначительным полушёпотом, соблазнительной? Авроре же она показалась пошлой.

– Тебе нужно раскрепоститься. Твоя жизнь слишком скучна.

– Ты готов взять на себя роль моего сексуального гуру?

– Уверен, что отлично справлюсь. Мэйсон, доверься мне?

– Довериться – тебе?

Интересно, кого он видит сейчас перед собой? Маленькую, беспомощную рыбку-гуппи, у которой мозга, как у хлебушка? Он уже представляет себе, как приятно будет смеяться вместе с друзьями, описывая их «милое» с Авророй общение?

Сколько девушек рядом с ним теряло голос? Какая разница! Она станет исключением. И сегодняшнюю ночь ему запомнится, если не навсегда, то уж точно надолго. Аврора для этого очень и очень постарается.

– Ты всерьёз думаешь, что я куплюсь вот на это? Сдамся так просто? Без всякого сопротивления возьму и выброшу белый флаг?

Аврора развернулась, оказавшись с ним лицом к лицу. Их глаза снова встретились. Их тела по-прежнему соприкасались.

Пауза грозила затянуться.

Дарку нравится играть в молчанку? Что ж? Она тоже умеет выдерживать паузы, которым могли бы позавидовать и во МХАТе.

– Хочешь поставить мне какие-то условия? – Дарк продолжал смотреть на неё, только теперь с многозначительным прищуром.

– Да.

– Условия чем-то отличаются от оплаты за любовные услуги?

– Оплата всё упрощает, а условия, наоборот, усложняют.

– Тебе так хочется создать для меня проблемы?

– Откровенно говоря – да. Мне нравятся игры, но только на моих условиях.

– Хорошо. Говори, что там у тебя за условия – с интересом послушаю.

– Только – послушаешь?..

– Условия, Мэйсон.

Он смотрел на неё, прожигая взглядом, а ещё – как на завтрак, и Авроре это определённо не нравилось. И у него самые тёмные глаза из всех, кого она когда-либо встречала.

Дарк Басет…

– Ты когда-нибудь слышал о местечке под названием «Ангелы Ночи»?

– Какой-нибудь новомодный девчачий клуб?

– Скажем так, это – место по интересам… и, предупреждаю, ты можешь счесть его для себя неприемлемым.

– Неприемлемым? То есть – слишком порочным? Для меня? – засмеялся Басет. – Это вряд ли?

– Я честно тебя предупредила, что тебе не понравится. Так что, если принимаешь мой вызов, потом – пеняй на себя.

– Что такого порочного мне может предложить такая девочка, как ты?

– Не жди, что я всё расскажу заранее.

– Признайся, ты просто хочешь удержать моё внимание?

Аврора ответила ему улыбкой, в которой, несмотря на мягкость, по-прежнему сквозил вызов:

– Не отрицаю, это будет ценный опыт. Слышала, что твоё внимание невозможно надолго удержать? Трудная задача.

– А ты любишь трудные задачи?

– Другие мне попросту неинтересны.

– Я не в твоей категории, ректорская дочка. Ты –всего лишь маленькая девочка, а я –мужчина.

– Если выиграешь наш спор, позволю тебе сделать меня женщиной.

Они по-прежнему не отводили друг от друга взглядов.

– Давай поиграем, Дарк?

– Я уже в игре.

– Тогда просто следуй за мной.

– К «Ангелам ночи»?

– Знаешь, что делают ангелы всех мастей – неважно, тёмные они или светлые?

– Что они делают?

– Летают, – зловеще улыбнулась Аврора.

Её веселил его слишком внимательный взгляд. Было видно, что он даже предположить не в состоянии, что произойдёт дальше. И ему это не нравилось. Такие, как Дарк, привыкают контролировать, предугадывать и предусматривать.

Самолюбие не давало ему отступить. Как и задетое любопытство. Он понимал, что его заманивают в ловушку, но всё равно шёл вперёд – всё, как Аврора и рассчитывала.

Руки Басета сомкнулись на талии Авроры, прижимая к себе крепче:

– Когда проиграешь, обещаю, узнаешь, что такое настоящий полёт.

– Но мы, кажется, забыли обсудить вариант, в котором проигрываешь ты?

– Это невозможно, малышка Мэйсон.

– И всё же обсудить надо – таковы правила любого спора.

– Твоя игра – твои правила. Говори, я весь – внимание!

– Если выиграю я, ты публично объявишь о своём поражении в той форме, в какой я пожелаю. Дословно.

– Я не очень хорошо тебя понимаю, ректорская–дочка. Не могла бы ты полнее раскрыть свою глубокую мысль? – с глумливой ухмылкой процедил он.

– Если ты мне проиграешь, твоё поражение станет публичным. Ты признаешь поражение в той форме, в какой я сочту для себя приемлемой. Если ты сомневаешься, мы можем закончить всё прямо сейчас, не выходя из этой комнаты. Я просто уйду, и мы обо всём забудем.

– Я никогда не сомневаюсь в себе.

– Рискованная политика. Возможно, сегодняшний день заставит тебя быть более предусмотрительным в будущем?

– Если моё поражение ты хочешь сделать публичным, тогда, в случае моей победы, я тоже с гордостью похвастаюсь связью с дочерью Кайла Мэйсона. По-моему, так будет вполне честно.

– Изначально ты планировал делать из этого тайну и, играя в джентльмена, хранить мою честь? Я тронута. Ну, что?.. Ты готов?

– Что мне нужно сделать?

– Просто держать меня за руку.

ГЛАВА 6

Мир вокруг заволокло туманом, через который их понесло с немыслимой скоростью, а когда туман развеялся, так же мгновенно, как и сгустился, они оказались посредине широкой улицы, ярко освещённой фонарями.

Оглядев блестящее полотно широкой дороги, Дарк в недоумении повернулся к Авроре:

– Где мы?

– В мире простых смертных.

– Но ты что-то там говорила о летающих ангелах? Если память мне не стала изменять – тёмных?

– Так называют мотогонщиков. Здесь они проводят свои ночные заезды. Игра ведётся практически без правил, правило только одно – нужно прийти первым. Или будешь проигравшим.

– Ты приволокла меня на простые гонки?

Сложно было определить, чего было в его голосе больше – возмущения или растерянности?

Не сдержавшись, Аврота рассмеялась:

– Похоже, что мне всё-таки удалось тебя удивить?

– Да, чёрт возьми! О чём я только не успел подумать! Но что ты притащить меня к байкерам?.. Такое в голове мне не приходило.

– Ты выглядел бы меньше потрясённым, притащи я тебя в ночной клуб и начни выплясывать стриптиз?

– К чему-то подобному я, признаться, и готовился. Даже не знаю, что из этого более непристойно: моё воображение или твоя реальность? Ты же обещала, что мы полетим?

– Ты когда-нибудь катался на мотоциклах?

Дарк отрицательно мотнул головой.

–Уверяю тебя, – заверила его Аврора, – по ощущениям это очень похоже на полёт.

Дарк сначала неприязненно скривился, а потом усмехнулся:

– Малышка Мэйсон и – вдруг катается на мотоциклах? Вот это поворот! Кто бы мог подумать?

– Тихони полны сюрпризов. Хочешь, открою страшную тайну?

– Готов выслушать.

– Не все тихие девушки – серые мышки. На самом деле это один из способов камуфляжа. Пока ты на виду, ты как под прожектором – любой может увидеть каждый твой шаг и, при желании, сделать попытку тебя контролировать. Когда же ты незаметный (а тихих обычно замечают редко), то ты свободен. можешь делать почти всё, что пожелаешь.

– Понял твою теорию. Так что будем делать? Догадываюсь, что, раз ты притащила меня к мотоциклам, предполагается, что мы на них поедем? Хотя – как? Ведь у нас с тобой нет «железных коней»?

– Для волшебника это проблема?

Дарк весело блеснул тёмными глазами:

– То есть, ты предлагаешь его наколдовать? Прямо из воздуха?

– Первое правило трансформации: маг должен досконально знать, как устроен предмет, в который происходит превращение.

– Какие глубокие познания для первокурсницы! – съязвил Дарк.

Аврора предпочла не обращать внимание на брошенную реплику:

– Что-то мне подсказывает, что ты плохо представляешь себе, как устроен мотоцикл. Я – так определённо точно нет. По-крайней мере, не до такой степени, чтобы удерживать превращение при перемещениях на больших скоростях.

– Короче, красотка, ты предлагаешь стащить машинку у смертных?

– Я бы предпочла более мягкие выражения.

– Например?

– Позаимствовать на время?

– Ладно. Если девушка настаивает, я всегда предпочитаю сдаваться. Итак, выиграет тот, кто первым придёт к финишу?

– А проигрывает тот, у кого нервы сдадут первыми.

– Размечталась! Пошли искать подходящего зверя. Кстати, почему здесь так тихо? Где остальные гонщики?

– Недавно здесь была облава.

Взгляд Дарка выразил удивление:

– Ты полицию имеешь ввиду?

– Да, её. Парочку парней замели, остальные – разбежались.

– За что их «замели», интересно?

– Гонки незаконны.

– Почему?

– Они провоцируют аварии. Кроме того, здесь частенько приторговывают травкой и кое-чем позабористей.

– Не думал, что ректорской дочке может быть интересно подобное времяпрепровождения.

– Наркотики меня мало интересуют, а вот скорость и риск – да. Ну, и красивые парни в чёрных косухах – приятное зрелище.

– Ты не брезглива и всеядна, как посмотрю.

– Что касается чистой физиологии, смертные мало чем отличаются от меня и тебя. Я не такой сноб, как твоя подружка Сабрина.

– Сабрина?.. При чём здесь она?

– Да не при чём, просто к слову пришлась.

– Ну, если к слову, то она мне вовсе не подружка.

– Я в курсе, что ты предпочитаешь избегать всего, что можно описать словом «отношения».

Они оказались у стены, разрисованной граффити с плачущими ангелами. У её основания стояли оплывающие свечи.

– А это что? – замедлил шаг Дарк. – Похоже на надгробие. Даже надпись есть. «Мы вас помним».

– Смертные приносят сюда свечи и прочую ритуальную атрибутику.

– Для чего? – изумился Дарк.

– Они верят, что душам их умерших от этого легче.

– Не знал, что люди ставят памятники у дороги.

– Это не памятник. Ну, в смысле, здесь на самом деле никто не похоронен. Просто знаковое место. Здесь поминают тех, кто разбился на гонках.

– Такое случается?

– Они не маги, Басет. И не кошки. В их мире если ты умираешь–то ты мёртв.

– Слушай, твои разговоры наводят тоску, а ведь изначально речь шла о споре, романтике и веселье. Не вижу смысла задерживаться здесь дольше, чем бы это место не было. Жизни смертных меня не волнуют.

– Жаль, – пожала плечами Аврора. – Ах, да, прости, забыла предупредить. Видишь, вот те вышки?

– Естественно, вижу. Я не слепой.

– Они воспроизводят волны, которые смертные используют для связи. Ну, их мобильные телефоны и планшеты – видел? Так вот, должна тебя предупредить, что на нашу магию эти волны тоже влияют. Она делается непредсказуемой и нестабильной.

Дарк, сощурившись, поглядел на стоявшую перед ним девушку:

– Хочешь сказать, что в этой игре мы будем…

– Совсем как простые смертные. Ну, почти. Всё-таки разбиться насмерть даже нестабильная магия нам не позволит, но травмироваться реально. Так что будь осторожен.

– Как скажешь, мамочка, – процедил Дарк сквозь зубы.

– Скажу, что вон те два «Харлея» словно нас и ждут. Кстати, ты умеешь держать руль? Или заводить мотор?

– Думаю, справлюсь, – рыкнул Дарк, перебрасывая ногу через мотоцикл. – Ну, что, красотка? Готова проиграть?

– И не надейся, плейбой.

– Отлично! Гонки начинаются.

ГЛАВА 7

Аврора без лишних слов села на свой мотоцикл. Заведённые моторы взревели. Низкие вибрации отдалось приятной дрожью во всём теле. Ветер ударил в лицо.

Она хорошо знала это безумие, это роковое движение, словно заполняющее током каждую клеточку тела.

Уже не мотоцикл ревёт и рвётся вперёд, он – это ты, вы словно сливаетесь в одно. Чистый адреналин – почти наркотическая зависимость. И этот полёт, сквозь ночь и ветер, по дороге, разрезающей город как нож – лучшее из наслаждений. Скорость такая, что краски размазываются, сливаются перед глазами в огненную полосу.

Не хватало подбадривающего рёва болельщиков.

Здесь сейчас некому делать ставки. Да и полицейской сирены на самом деле можно было не опасаться.

Дарку удалось обойти её на полкорпуса, и его ухмыляющееся, довольное лицо лишь подстегнуло самолюбие Авроры. Из-под колёс на асфальте сверкнули искры. Они оба почти легли на руль, стараясь слиться с машиной.

Стоило ей обойти его, как впереди мелькал жёлтый луч фары, стоило Дарку вырваться вперёд – задние огни зловеще переливались красным, как угли или глаза чудовища.

– Давай! Чёрт возьми – давай! – заорал Дарк, охваченный безумным азартом, которому невозможно было не поддаться.

Улица за улицей оставались позади, а они неслись и неслись вперёд.

Обогнав его, Аврора подняла машину на заднее колесо. Метал завизжал и запахло палёной резиной.

– Какого дьявола ты творишь?! Жить надоело?! – рявкнул Дарк.

Опустив машину обратно, так, что они шли в убийственной близости друг с другом, Аврора заорала в ответ:

– А тебе слабо?..

Зло сверкнув чёрными глазами, вместо ответа, пусть и с видимым усилием, он повторил трюк.

– Последний круг! – крикнула она и выжала газ до отказа.

Они летели рядом, как обезумевшие. Никто не желал уступать другому. Словно риска было мало, Аврора начала вилять по дороге, стремясь заставить противника сбросить скорость.

– Берегись! – рявкнул он, ловко уходя от столкновения, злой, как чёрт, что наглая девчонка заставляет его лавировать, вынуждая терять драгоценные секунды. – Ах, ты так?! Ну, как знаешь, сама нарвалась!

Мгновение, и он, как тараном, ударил носом в заднюю часть мотоцикла. Аврора вцепилась в руль изо всех сил, стараясь удержать баланс и не потерять управление.

– Кретин! – заорала Аврора. – Ну, ты мне за это ответишь! Прямо сейчас!

Максимум! Выжать из машины максимум и обойти его на три корпуса вперёд, демонстрируя полную победу!

А потом резко затормозить, развернув мотоцикл поперёк дороги. Она слышала его оглушительные проклятия перед тем как он попытался избежать столкновения. Что сделать было невозможно.

Гибель была бы неминуема, если бы…

Туман опустился так резко, что Дарк вряд ли успел сориентироваться. Впрочем, перемещение длилось недолго.

Когда белый полог раздвинулся, Дарк ошарашенно и непонимающе озирался. С недоумением он поглядел на свои руки, прикованные наручниками к изголовью, потом взглянул на девушку, спокойно сидящую у него в ногах.

– Какого… – он перевёл на Аврору растерянный, даже ошарашенный взгляд. – Что происходит?! Я не понимаю…

Чёрные глаза глядели требовательно, но злости в них пока ещё не было.

Сейчас появится!

Аврора пожала плечами:

– Ты проиграл, Дарк Басет. Я тебя сделала.

– Почему на мне наручники? И как?..

Он осёкся, а потом словно застыл, с ненавистью глядя на девушку.

– Вот чёрт! Мы никуда отсюда и не уходили, да? Это была всего лишь иллюзия?

– Не «всего лишь» а, согласись, очень качественная. По крайней мере ты купился.

– Ты меня обманула. Так не считается! Твоя иллюзия – твой мир! У меня изначально не было шансов выиграть.

– Не было, – согласилась Аврора. – Но ты мог бы сообразить. Подсказок–то было море. Например, то, что перенестись из Магистратуры просто так невозможно. Даже для дочери ректора. Особенно – для дочери ректора, – усмехнулась Аврора. – Какой отец разрешит дочери беспрепятственно покидать дом и приходить, когда захочется? Какой мужчина откажется от контроля над женщиной? Ответ – таких нет. Кроме того, на будущее запомни: в реальном мире смертных никогда не бывает безлюдных улиц. Там снует слишком много людей. А распознав иллюзию, ты мог бы её рассеять. Но ты этого не сделал. Ты проиграл. А я выиграла. Всё честно, Дарк Басет. Признай это?

Несколько секунд он смотрел на неё в бессильной ярости:

– Признать?!

– А что ещё тебе остаётся? Либо принять поражение с достоинством, либо жалким образом отрицать его.

– Жалким?..

– Это что – такая новая тактика? Повторять каждое моё слово?

Дарк опустил голову. Волосы занавесом легли ему на лицо, пряча его от взгляда Авроры. Когда же он вновь поднял голову, гримаса недовольства исчезла, на губах его играла лёгкая улыбка:

– Эти наручники тоже иллюзия? Хотя, нет, – тряхнул он руками, отчего железо звякнуло, – они совершенно точно –реальны.

– Это просто мера предосторожности. На тот случай, если ты вдруг болезненно всё воспримешь.

– Обещаю, буду паинькой.

– Верится с трудом, но – ладно. Сниму, как только ты признаешь, что я выиграла.

Он пожал плечами:

– Хорошо. Ты другая, не такая, как все. Я понял это с первого раза, как только увидел тебя…

– Да. Когда ты увидел меня впервые?

– Сегодня, на вечеринке.

– Ясно. Ты лжешь. А зря.

Она подвинулась к нему. Их бёдра соприкоснулись. От Авроры не укрылось его чуть участившееся дыхание.

– Сними с меня наручники, Мэйсон.

– Признай, что проиграл.

Дарк смотрел на неё так, словно хотел сорвать одежду, а возможно, и кожу, одним взглядом.

Эти чёрные, как полночь, глаза – не стоит глядеть в них.

– Я не проиграл. Ты меня обманула.

– Какой же ты упрямый дурак. А жаль, Дарк Басет.

Аврора поднялась, поправляя на себе одежду.

– У тебя был шанс показать себя чем-то больше, чем избалованный богатенький мальчишка с дурной репутацией. Который настолько ещё зелёный, что не может признать очевидного. Играть с тобой сегодня было весело, но не думаю, что захочу повторить.

Она направилась к выходу.

– Сними с меня чёртовы наручники! Или, клянусь, ты пожалеешь, что устроила всё это! Я – Дарк Басет, со мной не играют!

– Ты первым начал, – уже серьёзно взглянула на него Аврора. – Правда мнишь себя великим соблазнителем? Ты не смог сегодня заинтересовать даже малолетку-первокурсницу. Займись учёбой, иначе вскоре тебя и младший школьник положит в заклинаниях на обе лопатки.

– Ладно, признаю, я свалял дурака. Сложно недооценить женское коварство…

– Ага. Мужское-то предсказуемей? В следующий раз, когда будешь заключать пари с Сабриной, постарайся делать это там, где меньше чужих ушей.

– Что?..

Похоже, до него дошло. И, кажется, судя по румянцу, вспыхнувшему на высоких точёных скулах, он в этот момент собой не гордился.

– Ладно, хорошо, будь по-твоему. Я был не прав. Я готов принести извинения. А теперь освободи меня. Немедленно. Если не хочешь неприятностей.

Аврора расплылась в такой сладкой улыбке, что даже стерва Сабрина могла бы в этот момент у неё поучиться.

– Кто тебе сказал, что я их не хочу? Разве ты ещё не понял – я люблю неприятности. Мне даже интересно, что ты там придумаешь? Будет ли твоя месть виртуозной? Или просто низкой и предсказуемой? Увидимся, мистер Басет. А пока – потренируй свой давно неиспользованный мозг, придумай, как снять с себя наручники. Желаю удачи.

– Мэйсон! Чтоб тебя!…

– Приятного вечера, – со смехом захлопнула она дверь.

Унося ключи от его оков в своём кармане.

ГЛАВА 8

Месть сладка, победа – вдвое слаще. Жаль только, что по закону бумеранга, обратка прилетает быстрей, чем испаряется эйфория от достигнутого результата. Дарк не смог правильно оценить расстановку сил в их противостоянии, а Аврора, в свой черёд, недооценила королеву Сабрину.

В отличном расположении духа она шагнула в разъехавшиеся двери и, нос к носу, столкнулась с собственным отцом. За правым его плечом маячила фигура Дженни, встревоженной и насупленной; за левым, с самым невинным видом, хлопая глазками, сверкала драгоценностями стервочка–Сабрина.

За ними волнами волновалось море других студентов.

– Аврора? – Кайл Мэйсон выглядел расстроенным, сердитым и обескураженным. – Что ты здесь делаешь?

Видя потрясённое лицо отца и понимая, что он о ней сейчас думает, Аврора ощутила горячее желание наброситься на Сабрину и расчесать ей кудри до полного облысения прямо здесь. Мерзавка выставила её дешёвой потаскушкой перед всей Магистратурой. А самое неприятное, ей удалось публично принизить отца.

Такого двойного унижения прощать нельзя. Это война!

– Я задал тебе вопрос, – повысил голос отец. – Что тут происходит? Что ты делаешь в апартаментах у Басета?!

– Я могу спросить тебя о том же, папа, – тихо ответила девушка.

– Мне кажется, вам нужно поговорить, – сладко пропищала Сабрина. – думаю, нам лучше уйти. Или – вам?..

Кайл Мэйсон кивнул и, жёстко схватив дочь за руку, повлёк за собой к выходу. Аврора морщилась, но вырываться не стала.

Шли они быстро, успев преодолеть расстояние, обычно занимающее четверть часа, за какие-то пять минут.

Втолкнув дочь в свой кабинет, Кайл, тёмный как туча, шагнул следом и плотно прикрыл дверь. Зная отца, как человека справедливого и разумного, Аврора не испугалась, лишь была раздосадована тем, что расстроила его.

– Папа, всё не так, как кажется!

– Объяснись.

– Меня подставили, клянусь! Прости, что навлекла на тебя позор, но…

– Из всех парней Академии ты оказалась рядом с Басетом!

– У меня с ним ничего не было! И быть не могло. Это всё проделки интриганки-Сабрины. Она нарочно выставила меня перед всеми фирменной курицей. Ей доставляет удовольствие унижать людей, а у меня не хватило ума не попасться в её ловушку. Прости!

– Не морочь мне голову, – голос отца больше не звенел от гнева, но в нём послышалась бесконечная усталость, что было гораздо хуже. – Я тебя знаю. Тебе всегда нравились плохие мальчики. Но Дарк Басет! Он разобьёт тебе сердце. Позор я как-нибудь переживу, хотя, должен признаться, увидеть, как ты на виду у всех выходишь из его спальни…

– Если потребуется, я смогу предъявить доказательства того, что ничего между нами, кроме словесной перепалки, не было!

По законам Магического Сообщества, довольно патриархального в своих мировоззрениях, если молодой человек компрометирует девушку (боже, само это слово в современных реалиях даже произносить смешно!), он, как честный человек, обязан жениться. Слава всем богам, существующим и вымышленным, что Дарк не порядочный и не честный человек, а её отец придерживается весьма либеральных взглядов.

Иначе свадьбы было бы не избежать. Вот где кошмар.

Но у неё есть доказательства, против которых клевета бессильна – она девственница.

– Я не заставлю тебя так унижаться.

– Спасибо, папа!..

– Все эти правила приличия и этикет существуют для меня ровно в той степени, в которой их нельзя избежать. Но ты уже достаточно взрослая, чтобы понимать, что людское мнение способно сильно усложнить, а то и испортить жизнь. Дурную репутацию легко заслужить, а вот избавиться от неё в разы сложнее. Будь разумнее и осторожнее. Не заставляй меня жёстко себя контролировать. Нам обоим это не понравится.

– Конечно, папа. Спасибо, что доверяешь мне. Я просто счастлива, что ты так здраво смотришь на вещи. Ты самый лучший отец в мире! Если бы сегодня здесь была бы мама, скандала бы точно не избежать.

– Не могу отделаться от мысли, что твоя мать права, а я слишком мягок с тобой – во всём тебе потакаю. Всё потому, что я слишком сильно люблю тебя. Но вдруг из-за этого я пропущу что-то важное и моя любовь, сделавшая меня слепым, сделает тебя несчастной?

– Любовь не способна сделать человека несчастным, – Аврора обняла отца за шею. – Спасибо, папочка, что ты во всём меня поддерживаешь.

– Не включай лису! Ещё раз застану рядом с Басетом, накажу. А сейчас возвращайся к себе в комнату. И никаких вечеринок! Ты меня поняла?

– Да без проблем. С радостью пойду спать.

И это было правдой.

Дженни дожидалась Аврору в комнате.

– Ну? Рассказывай – всё обошлось? – в волнении бросилась она к Авроре.

– Обошлось, но не твоими стараниями.

– Ты о чём?

– Могла бы и предупредить о том, что отец собирается вмешаться.

– Откуда я могла знать, что Сабрина его притащит? Не успела я. А связаться с тобой не получалось.

Это было правдой. Сотворённая магия заставила Аврору полностью погрузиться в себя, требуя величайшей концентрации для воссоздания фальшивой реальности. На вызов подруги она бы не ответила.

– Лучше расскажи, что у вас там случилось с Басетом?

– Что–то нет настроения сегодня разговаривать. Может ты и не виновата, но я всё равно злюсь на тебя, Дженни. Неужели ты ничего не смогла сделать для того, чтобы я не вышла из покоев Басета у всех на виду?

– Ну, извини. Я не так хорошо соображаю, как ты.

– Как раз соображаешь ты неплохо и на этот раз ты, кажется, сообразила, что лучше не переходить дорогу Сабрине Уолш. Ты её испугалась? И предпочла остаться в безопасности, вместо того, чтобы попытаться меня выручить.

– Ты всё время ввязываешься в неприятности. И, заметь, я тебя предупреждала. Ты не вправе винить меня в том, что я не стала рисковать… ты не знаешь Сабрину!

– Ну, сегодня я определённо знаю её лучше, чем вчера. И да, она изобретательна.

– Рада, что ты меня поняла, – облегчённо вздохнула Дженни.

– Понять-то, поняла. Но я бы как ты не поступила. Не в моих правилах позволять сажать друзей в лужу. Ты имеешь право на другой выбор, но не стану отрицать, что он испортил мне настроение и у меня нет никакого желания откровенничать с тобой. Спокойной ночи, Дженни.

Горько, но уже не в первый раз приходилось убедиться – верить нельзя никому.

Верность – самое редкое явление в мире. Даже бриллианты чистой воды в двенадцать каратов встречаются чаще.

ГЛАВА 9

Тот, кто избегает неудач успеха добивается редко – это Аврора хорошо усвоила. Хотя последнее правило вовсе не означает, что нужно специально нарываться на неприятности. Сожалела ли она о том, что перешла дорогу самопровозглашённой королеве Магической Магистратуры? Нет. Зло должно быть наказано, иначе оно разрастётся как грибная спора. Или рак. Последнему показана химиотерапия, хотя и её добром не назовёшь. Антибиотики – тоже зло, но зло меньшее.

Второе правило, которому мама учила Аврору, когда та ещё была маленькой: победить дракона и остаться белым рыцарем невозможно. Дракона может уничтожить только дракон, и потому драконы непобедимы. Хочешь победы – начинаешь действовать так же, как твой противник. Первый, может быть, и падёт, но ты уже не рыцарь – ты дракон. Круг замкнулся.

Перед тем, как поставить цель и пойти к ней, необходимо тщательно взвесить цену, которую придётся уплатить за победу и – возможные бонусы.

Если короче, то утро Аврора встретила в благодушной настроении и решила, что воевать не станет. Нужна ей была эта Сабрина, как рыбе – зонтик. Корона и царственный титул Аврору не привлекали, свита из фанаток не была пределом её мечтаний. Учиться они станут на разных курсах, так что – выкинуть из головы и забыть.

Но уже к концу завтрака её настроение поменялось на сто восемьдесят градусов, а память обогатилась третьим правилом, гласящим, что не всегда благие намерения заканчиваются хорошо. Для счастливого финала необходимо, чтобы благонамеренными было, как минимум, двое участников конфликта.

В данном случае всё было, увы, не так.

Из комнаты Аврора вышла в отличном настроении, но уже дойдя до столовой его подрастеряла. Откровенные и косые взгляды, направленные со всех сторон, шепоток, смешки – всё это похоже на шпильки, тонкие, но острые. А когда таких шпилек много, даже толстокожего слона можно ими достать.

Аврора не была слоном. И толстокожей, в плане восприятия, её назвать было сложно. Однако она изо всех сил старалась держать лицо безмятежным, а спину – идеально прямой.

Заприметив знакомых девчонок-первокурсниц, Аврора, естественно, направилась к ним:

– Привет, – благодушно поздоровалась она и потянулась к стулу, чтобы сесть, но одна из девушек, резко повернувшись, взглянув с пренебрежением, поджала губы:

– Привет. Ты опоздала.

– Это вряд ли, – всё ещё улыбалась Аврора. – Я никогда не опаздываю.

– А в этот раз опоздала. Это я тебе говорю.

– Ты, возможно, и авторитет, но часы в этом вопросе авторитетнее. И они подтверждают, что я пришла вовремя.

Аврора снова потянула стул, но он вновь, словно сам собой вернулся на место.

Кто-то из девчонок смотрел с любопытством, кто-то откровенно враждебно.

– Может быть, ты и вовремя, Мэйсон, но я пытаюсь до тебя донести, что не к месту. Сделай мне одолжение, отсядь за другой столик.

Аврора перестала улыбаться.

Вот, что за ерунда? Эту особу Сабрина покусала? Или это теперь распространяется как вирус?

– Почему? – вопрос сорвался по инерции, прежде, чем она успела сообразить, что говорит.

– Потому, что никто не захочет сидеть рядом со шлюхой.

На дворе двадцать первый век. И со всех щелей преподносят информацию о равноправии полов, и о том, что гендер ничего не значит, и вообще – даже однополая любовь имеет право на существование! Но лозунги – одно, а реальная жизнь – другое. И в реальности на сегодняшний день двойных стандартов никто так и не отменил. И, как и столетия назад, мужчина, совративший (или соблазнивший) женщину – молодец, а женщина, поддавшаяся искушению – шлюха. Стереотипы и стандарты по–прежнему рулят.

И никого не интересует правда, лишь бы была возможность кого-нибудь потравить, было бы желание устроить буллинг – повод найдётся.

Аврора сжала челюсть. Если эта дурёха думает, что она тут начнёт смущаться и плакать, то её ждёт сюрприз. Не всегда на охоте достаётся тому, на кого охотятся. Роковая ошибка идти на хищника, который тебе может оказаться не по зубам.

Отодвинув стул в очередной раз и, поставив антимагическйи блок, не позволяющий задвинуть его обратно, Аврора уселась за стол с самым независимым видом:

– Я сяду там, где захочу. А если кому-то не нравится моя компания, уйти придётся ему, – спокойно сказала она.

У верховодившей девчонки от гримасы презрения перекосило лицо:

– Если ты думаешь, что тебе всё сойдёт с рук, только потому, что ты ректорская дочка – ты ошибаешься, малышка Аврора.

– Поскольку я не знаю за собой никаких таких «всё», то я и не запаривалась думать об этом. К сожалению, твоего имени я не знаю, поэтому даже обратиться по нему не могу.

– Мне зовут Лайвли Разерфорт и, даю тебе слово, ты моё имя запомнишь.

– Уже. Провалами в памяти не страдаю.

– Если ты думаешь, что можешь безнаказанно нарушать правила, тебя ждёт сюрприз – общественность такого не прощает.

– Если правила дурацкие, да к тому же написаны глупыми людьми, нарушать их не только можно, но и нужно.

– У тебя была возможность прислушаться. Жаль, что ты ею не воспользовалась. Пошли отсюда, девочки. Здесь дурно пахнет.

Поднялись все. Безоговорочно. Кроме одной. Та с неуверенным видом переводила взгляд то на Лайвли, то на Аврору.

– В чем дело, Беатриса? – грозно взглянула на неё Лайвли.

– Я… я ещё ничего не съела.

Девчонки из свиты высокомерно захихикали.

– Ты можешь доесть свои сэндвичи, малышка Би, в обществе этой шлюхи. Но в таком случае мы станем считать, что ты с нею за одно.

Беатриса вспыхнула, как светофор, красным цветом, и вскочила с места.

С победным видом вся пятёрка воинственно удалилась.

Аврора с невозмутимым видом взяла с подноса свободную порцию и принялась есть с самым безмятежным видом. Как будто бы ей наплевать. Будто победа осталась за ней. В конце концов поле боя (в смысле – обеденный столик) действительно остался за ней, а по законам войны тот, за кем поле боя, за тем и победа. Но в душе у неё всё кипело от обиды.

От внимания Авроры не укрылось то, что Лайвли и Сабрина обменялись взглядами. Всё подстроено. И эта стерва продолжает настраивать против неё всех и сразу!

Аврора специально поднялась в тот же момент, что и неприятельница. Она нарочно столкнулась с ней в дверях.

– Можно тебя на минуточку? – сладко пропела она.

– Нет, – отрезала Сабрина, даже не сбавляя шага.

– Мне нужно с тобой поговорить.

– Я не разговариваю с такими, как ты, – с презрением бросила гадина, даже не поворачивая головы.

– Ты об этом можешь горько пожалеть…

Договорить Аврора не успела. Со всех сторон в неё полетел соус. Первый попал под ноги, а поскольку пол был скользкий и, подобно другим девушкам, Аврора носила туфли на шпильках, сохранить равновесие не удалось. Тем более, что кажется, чьё-то воздушное заклинание толкнуло в спину. Ноги заскользили, разъехались и Аврора нелепо растянулась у ног хохочущей Сабрины и её мерзкой свиты.

Впрочем, в этот момент весь мир казался Авроре мерзким. А неприятности в виде летящего со всех сторон соуса не заканчивались. Она с ног до головы оказалась испачканной в этом липком растекающимся месиве.

– Вот ведь гадость! – скривилась Аврора, изо всех сил стараясь не расплакаться.

Какая детская, глупая травля! Но ведь действует.

Она никогда в жизни, даже вчера вечером, выходя у всех на виду из комнаты Дарка, не чувствовала себя такой униженной.

Все вокруг хохотали, заливисто, весело, громко. Хотелось уползти куда-нибудь в щель, забиться, исчезнуть и перестать существовать. Это было как в кошмарах, когда ты вдруг обнаруживаешь себя голым, в центре внимания всех людей. Они показывают на тебя пальцем, а ты не знаешь, как исправить ситуацию к лучшему.

Сейчас кошмар длился наяву.

Сжав челюсть, Аврора поднялась с пола, стараясь стряхнуть жидкую массу хотя бы с волос, но та только гуще размазывалась.

Сабрина перестала хохотать и, подбоченюсь, с превосходством оглядела поверженную соперницу.

– Тебе идёт новый цвет, – продолжала издеваться она.

– Ты за это заплатишь! – угроза даже самой Авроре показалась бессильной и жалкой.

– Да? Что ты сделаешь? Нажалуешься на меня папочке? Конечно же, он прикроет свою маленькую дочку-шлюшку.

Воздух взорвался очередными взрывами хохота. Словно петарды взрывались вокруг. Или снаряды.

Издевательский смех – это жестокое оружие. Разящее не хуже пули.

Красиво развернувшись на тонких острых шпильках, Сабрина направилась к выходу, словно королева, в сопровождении вассалов.

Жестокая королева, которой рады услужить, но лишь потому, что каждый боится сам стать предметом её травли.

– Аврора? Ты в порядке? – поспешила к Дженни.

И хотя Аврора понимала, что подруга могла поспешить к ней и поддержать раньше, она, в этот момент слабости, была рада и такой поддержке.

– Давай, я помогу тебе. Нужно переодеться. До уроков остаются считанные минуты.

Идя по коридору, Аврора заметила, что Сабрина стоит рядом с Дарком. Он выглядел прекрасно, будто и не пьянствовал всю ночь напролёт – в светлом костюме, оттеняющем его смуглую кожу – элегантный и презентабельный.

Ведьма, заливаясь хохотом, рассказывала о чём-то и лично Аврора не сомневалась – о чём.

Тёмные глаза Дарка смотрели прямо на Аврору. На его лице не отражалось никаких эмоций. Одобрял ли он случившееся? Участвовал ли в разработке плана? Сочувствовал ли ей, осуждаю глупую выходку королевы Сабрины? Был ли доволен? Ничего не понять. Не лицо, а маска.

У Авроры сейчас не было сил об этом думать. Как раненое животное, она поспешила укрыться в своей берлоге, но и там оставаться долго не могла.

Укрыться, спрятаться, зализать раны – желание естественное. Но возможности поступить подобным образом в первый день учёбы не было. Вернее, возможность-то была, только поступить подобным образом, значит, признать своё поражение. А этого делать Аврора не собиралась.

– Они ещё об этом пожалеют, – прорычала она себе под нос, должно быть, в сотый раз, когда, по-быстрому помыв голову, сушила волосы и форму заклинанием.

– Не сомневаюсь в этом, – поддержала её Дженни. – Ведь в отличие от них, я знаю тебя, Аврора Мэйсон.

– Как это понимать?! – Аврора не хотела срывать злость на единственном человеке, который относился к ней лояльно, но в словах подруги ей почудился не слишком приятной подтекст.

– Я на твоей стороне, Аврора.

Это было хорошее начало, но вот конец фразы всё испортил:

– Я знаю, кто, в итоге, окажется сильнее. И это будет не Сабрина. А я не люблю быть в числе проигравших.

ГЛАВА 10

Аврора не собиралась бросаться в бой очертя голову, не имея плана и разработанной стратегии. Нужно сохранять терпение и помнить, что у того, кто не бросается из огня да в полымя, а спокойно стоит на берегу реки, больше шансов увидеть трупы своих врагов. Образно выражаясь. Хотя…

На первый урок она всё-таки опоздала. Поскольку у них с Дженни были разные профили, то и в расписании занятия стояли разные. Заходить в класс последней, после звонка само по себе зашквар. А когда ты ещё и лузер!..

Игнорируя смешки и косые взгляды, Аврора подошла к одному из свободных котлов. Вступительная учительская речь осталась позади, и это к счастью. Как и то, что формула зелья, которое предстояло приготовить, повисла голограммой рядом с разделочным столом – смотри да делай, ничего сложного.

От внимания Авроры не укрылось, как демонстративно вокруг неё образовался пустой круг. Словно рядом с прокажённой.

С этим определённо пора что-то делать.

Искушение отомстить прямо здесь и сейчас было велико. Особенно, если учитывать, что Лайвли находилась совсем рядом и, если подбросить в кипящее варево определённых ингредиентов, можно получить миленький взрывной эффект. Ожогов легко избежать, а вот отмыть приготовленное Авророй зелье противнице будет в разы сложнее, чем ей самой избавиться от соуса.

Да, искушение потому и зовут искушением, что ему сложно противостоять. Однако она удержалась. Слишком глупо и по-детски, хотя, с другой стороны – эффективно. Раз и навсегда покажет негодяйкам, что месть следует незамедлительно и с Авророй Мэйсон лучше не связываться, потому что это опасно.

Как всегда, сначала приходит идея, а уже потом находится способ её реализовать. Нарисованную формулу придется сильно подправить, чтобы достигнуть намеченного результата, а как это сделать с гарантией? Таким уровнем знаний Аврора не обладала. Её багаж был больше, чем у многих из присутствующих, но самостоятельно составить формулу зелья, да так, чтобы не нарваться на неприятности – это не просто сложно, а мега–сложно.

Как посадить в галошу врага, не подставившись самой? Думай, Аврора, думай…

Придумала!

Она не станет исправлять формулу. Она поступит иначе. Рискованно, конечно, но…

На миг представилось лицо отца. То, каким оно будет, если Аврора проколится на второй день сразу же после всего, что случилось вчера. Она заколебалась, но вспомнила утро, презрительные взгляды и – решилась.

Зло должно быть наказано. Ничего криминального, всё в рамках закона. Условно, конечно.

Пришлось попотеть и не на секунду не отвлекаться. Зелье густело, светлело, сделалось прозрачным и, наконец-то, окрасилось в нужный цвет.

Преподаватель остался доволен работой Авроры Мэйсон и с удовольствием поставил ей высший бал, похвалив за точность и скорость. В ответ она победоносно улыбнулась и показала Лайвли средний палец. Та аж позеленела от злости.

– Молодец, Аврора. Я и сам не смог бы сделать лучше. С учётом того, что вы опоздали, и даже не слышали объяснений, я поставлю вам дополнительную оценку…

– Сэр, разве это справедливо? – возмущённо задрала подбородок Лайвли. – Разве за опоздание полагается начислять, а не снимать баллы?

– Кажется, кто-то осмеливается критиковать мои методы работы? Если вам нужны разъяснения, я их вам дам. Цель обучения: научить, а не наказать. И, поскольку мисс Мэйсон усвоила материал, я считаю поставленную оценку вполне ею заслуженной. У вас есть ещё ко мне вопросы?

Он насупился так грозно, что Лайвли хватило ума закрыть рот.

– Я могу выйти, сэр? – подняла руку Аврора.

– Поскольку вы закончили работу, вы можете не просто выйти – можете быть свободны до следующего занятия.

Аврора видела, как кривятся и переглядываются между собой сокурсники. Их можно было понять. Не будь она дочерью ректора, вряд ли на её опоздание посмотрели сквозь пальцы. Будь на её месте кто-то другой, вряд ли кого-то столь усердно расхваливали за выполнение, на самом деле, довольно простенькой работы.

Прибирая за собой разделочный стол, Аврора заглянула через плечо Лайвли и… не поверила своему счастью. Наверное, бог всё-таки есть? Та допустила ошибку, её зелье было нестабильно. Если повезёт, Аврора отомстит, и при этом преподаватель ничего не заподозрит. Небольшой морок, совсем небольшой. И совсем немного игл пихты. Переместить их незаметно со своего стола в котёл Лайвли было рискованно, но результат того стоил. Морок прикрыл настоящее состояние дел. Никто из присутствующих не заметил, что происходило в котле Лайли. Аврора в какой-то момент подумала, а не слишком ли сильно она старается? Не исключено, что знаний в гламурном мозгу было так мало, что дурёха и без маскировки ничего бы не заметила.

Зелье забулькало, принимая цвет болотный жижи и консистенцию грязи. А потом всё это фонтаном ударило вверх. А уж о том, чтобы приготовленная взрывчатка-вонючка прицельно ударила по врагам было делом чести.

Невинных не задело, а пятеро утренних нахалок, первыми совершившими «наезд», с ног до головы оказались покрыты омерзительной слизью буро-зелёного цвета.

Всё это ещё и благоухало сероводородом. Избавиться от этого запаха будет ой, как не просто!

Визг, писк, крик.

Кто-то отскочил в сторону, кто-то спрятался под нарезную доску, некоторым счастливчикам удалось перевернуть её, особенно ловкие перевернули свои котлы.

Хаос и веселье!

Учитель орал, как ненормальный, лишь каким-то чудом удерживаясь в рамках педагогической этики.

– Что за олухи! Я таких идиоток ещё ни разу не встречал, хоть обучаю студентов двадцать лет! Да как это вообще можно?! Как тебе в голову пришло на этой стадии добавить иглы пихты!?

– Я их не добавляла, – так жалобно всхлипывала Лайли, что Аврора испытала лёгкий намёк на укол совести.

Хотя, на самом деле – нет. Никакой совести. Сплошное удовольствие.

– Не говорите ерунды! Из всех ингредиентов только этот мог дать эффект разорвавшейся бомбы. Я уже не говорю о том, что вы с самого начала совершили ряд ошибок. Бога ради, не подходите ко мне – идите в душ!

Всхлипывая, девчонки потянулись к двери.

Аврора была на шаг впереди своих неприятельниц. И уже в коридоре светло им улыбнулась:

– Эта милая субстанция идёт вам в разы больше, чем мне утром ваш утренний соус.

– Так это сделала ты?! Но – как?..

– Какая разница – как? – отмахнулась Аврора. – Просто сделайте правильный выводы из сегодняшнего урока. И учтите, это был предупредительный выстрел. Посмеете ещё раз выкинуть что-то против меня, так легко не отделаетесь, Ладно, девочки я, пожалуй, пойду. Вы сейчас благоухаете так, что рядом с вами общественный туалет покажется оранжереей.

– Ах, ты мерзавка!

– Я тоже вас люблю. Увидимся! – послала им Аврора воздушный поцелуй. – И – да! На следующий урок вам точно не стоит опаздывать. Преподаватели Магической Защиты и Нападения обычно не такие милахи, как учителя зельеварений.

Настроение её улучшилось.

Тот, кто говорит, что месть не способна порадовать – ошибается. Тут главное знать меру и не переборщить, чтобы противник получил не меньше, но и не больше того, что заслужил. В противном случае чувствуешь себя злодеем, а это всё всегда портит.

В отличном расположении духа и с улыбкой на лице Аврора поспешила на следующее занятие.

ГЛАВА 11

Аврора стремительно шагала по коридору, опасаясь, что произойдёт что-то, что заставит её опоздать и на следующий урок. Снова тащиться в одиночестве под перекрёстными, жалящими ненавистью, взглядами, не слишком-то хотелось. Миновав коридор, она шагнула в арку, выводящую на лестницу и, завернув за угол, со всего размаха врезалась в препятствие, стоящее у неё на пути. По инерции попятилась, обо что-то споткнулась и, пытаясь удержать равновесие, схватилась за первое, что попалось под руку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.