Владимир Геннадьевич Поселягин
Время сурка
Роман

* * *

Выпуск произведения без разрешения издательства считается противоправным и преследуется по закону.

© Владимир Поселягин, 2020

© ООО «Издательство АСТ», 2020

* * *

Снова покатившись с откоса под рёв мощного движка грузовика, я лежал, зажимая рану на голове, и улыбался. Шестое перерождение мне в этот раз понравилось, жаль – прожил всего три года. После того как я обнаружил на борту «Бичкрафта» ящики со станком для печатания американских банкнот, я долетел до Агуни, сбросил ящики и мешки с деньгами на парашюте. Они упали рядом с берегом прямо в кусты. Сбрасывал с небольшой высоты, надеясь, что свидетелей нет. Хотя купол парашюта рассмотреть можно. Пролетев над островом, я направился дальше. Баки практически пустые, но уже светлеет, так что, набрав высоту и настроив автопилот, я выпрыгнул из самолёта. Парашют открыл метрах в двухстах от поверхности воды, ну и заодно сбросил сумку с лодкой, активировав запуск, надувку лодки. Так что когда я упал в воду, то сразу, отстегнув ремни, старясь держать вещмешок над головой, подплыл к лодке, где забросил подмоченный вещмешок, ну и сам забрался. Собрал вёсла, убедился, что парашют, намокнув, пошёл на дно, и погрёб к Агуни. Надеюсь, часов за десять доберусь. В вещмешке была вода, личные вещи да еда. Должно хватить.

До острова доплыл, хотя из-за ветра и течения заметно дрейфовал в сторону, чуть не промахнулся, но днём рассмотрел его на горизонте в бинокль. К вечеру добрался. Лодку сдул и спрятал, после чего пробежался к скинутому грузу. К счастью, там никого не было, проверил груз, перепрятал и замаскировал, после чего направился в очередной раз знакомиться со старым контрабандистом. Хорошо пообщались. Сначала пару дел сделали, чтобы можно было верить друг другу. А потом я попросил достать мне японскую подлодку, пообещав за неё американский денежный станок. В общем, дела закрутились. Станок мигом исчез с острова вместе с красками и оставшейся бумагой. Лодку мне подогнали, а вот экипажу платил золотом. Тем самым. Подводников у японцев не так и много было, но найти нужных специалистов для полной команды удалось. Лодка тип «Сентака», номер «I-205». По всем документам была повреждена налётом вражеской авиации и пущена на слом. В действительности отремонтирована и после окончания войны использовалась как контрабандное судно. Надо сказать, состояние у неё было ужасным, без обслуживания давно пора было отправить на слом, однако ящик золота и три инженера сотворили чудо, её не только привели в полный порядок, но и вооружение нашли, снаряды для мелкокалиберных пушек и торпеды, но всего одиннадцать штук, в работоспособности которых меня заверили. Их проверили. Ну и два десятка якорных мин. А капитан на ней и часть офицеров были с неё, они и воевали на ней с американцами. Два года лодку гоняли, экипаж тренировался, включая меня, я был старшим помощником и числился новым владельцем лодки. Освоил лодку от и до. И вот началась война, мы поставили по нескольку мин на входе из южнокорейских портов, где подорвалось несколько транспортов с грузами и солдатами, а потом торпедировали два авианосца и крейсер, выпустив общей сложностью восемь торпед, два полновесных залпа. Оба авианосца были повреждены, один ко дну пошёл, ещё бы, четыре торпеды схлопотал, другой – три, горя и садясь в воду кормой, а восьмую случайно в нос крейсер получил. Чистая случайность, наша цель авианосцы были.

Ох нас и погоняли, тут и эсминцы, и две подводные лодки, но профессионализм команды сказался, ушли. Выпустили три последние торпеды, хана одному эсминцу, отсиделись на глубине, и ушли. Только лодка в хлам была, так что, выплатив премии экипажу, я их отпустил. Лодку ремонтировать смысла не видел, тут денег не хватит и много специфичных запчастей нужно. Инженер, что с нами был, только головой качал: слишком большой ремонт. Тем более американцы, зная, кого искать – работа машин и электромоторов характерные, сразу понятно, что лодка японская, – начнут искать, узнают, кто покупал и покупает запчасти, так на нас и выйдут. Риск слишком велик. Я и тем, что выполнено, был доволен, пощёчину пиндосы получили значительную, так что экипаж покинул мою лодку, а я её затопил в самом глубоком месте Восточно-Китайского моря и из Японии на джонке добрался до Китая. Там под видом китайского добровольца – документы и лётные корочки сделал – отправился в Северную Корею. Союз и КНР уже вступили в войну, так что попал в китайскую эскадрилью, летали мы на Ту-2 китайского производства. Хорошо воевали, но ни разу налёты на корабельную американскую группировку не устраивали. Больше полугода я летал, опыта немало набрался. А когда стали собирать группу, чтобы учиться летать на советских реактивных истребителях, я и записался. Быстро выяснилось, что я всё схватываю на лету. Так что уже через три месяца я летал на «миге». На моём счету было четыре «сейбра» и одиннадцать поршневых самолётов разных типов, от бомбардировщиков до истребителей. Сбили меня в конце пятьдесят второго года над морем, пришлось приводняться. Там подошедший американский эсминец и подобрал меня. Два месяца в лагере военнопленных под Пусаном провёл. И в результате расстрел у рва, проведённый южнокорейскими солдатами. Что и привело к реинкарнации номер семь.

А радовался я не тому, что всё вот так вышло, а тому, что я наконец разобрался, что не так делаю. Нужно не искоренять зло тут, на месте, а нужно в этот раз найти того, кто отдаёт приказы. В этот раз я собирался отправиться в Северную Америку, вот там и повоюем. Только историю с подлодкой повторю, раз такая удачная вышла, аж два авианосца удалось на дно пустить. Сначала одного приголубили, и пока нас судорожно искали, шла перезарядка торпедных аппаратов и сближение со вторым авианосцем, что удирал как раз на нас на всех парах, ночью, не поняли, откуда торпеды были выпущены. И тут полновесный залп почти в упор. Странно даже, восемь торпед выпустили, и все восемь штатно сработали, и ни одного промаха. Что это – везение или профессионализм? Я думаю, последнее. Капитан подлодки воевал с начала, с сорок первого, так что опыта имел много, коим со мной тоже изрядно делился. А я учился, уже убедился, что все знания и опыт всегда пригодятся.

В общем, отлежавшись от наезда грузовика, я повторил всё, что в прошлый раз делал – если тактика отработана, то почему бы и нет? Так что взял двух американцев и спрятал грузовик. Дальше посещение военного медика, что швы наложил, переоделся, подготовился, угнал «Дуглас» с китайскими опознавательными знаками и золотом на борту. В этот раз долетел на бреющем до пустынного японского берега в районе Киото, там совершил посадку, я ещё в прошлый раз присмотрел удобное место. Разгрузил машину, вырыл большой схрон, спрятал там все трофеи, замаскировал, убедился, что свидетелей нет, и ночью, взлетев, вернулся на маршрут самолёта и покинул его рядом с Китаем. До южнокорейского берега добрался на спасательной шлюпке. Действовал немного по-своему, не повторяя прошлые разы. Самолёт на автопилоте улетел, где упадёт, не знаю, но сомневаюсь, что до Китая долетит, раньше грохнется. Тут и резкий порыв ветра может сказаться, и топлива не хватит. Дальше действовал по старой схеме: бухгалтера казино и несколько офицеров ограбил, работая под уличных грабителей. Ну и наконец, дождавшись вылета «Бичкрафта», поднялся на его борту в небо и уже привычно, не в первый раз, пристрелил экипаж из двух человек, пилота и штурмана. Дальше всё то же самое: сбросил груз на Агуни, покинув самолёт, тот дальше сам полетел, пообщался со старым контрабандистом. В этот раз золота меньше потратил, уже знал, какие цены и сколько стоит. Так что лодку восстановили, команду набрали, и началась учёба. Я уже опыт имел, два года плюс боевой поход, так что работал на лодке уверенно и продолжал впитывать бесценный опыт капитана Гото-сана.

Снова два года изучения лодки. На топливо я не скупился. Но в этот раз закупил куда больше запчастей, со старых складов японского флота, то есть помня, какие повреждения получит лодка, я заранее подготовился и всё имел. На небольшом пустынном островке спрятано, там же запасы топлива, хватит дважды резервуары субмарины наполнить. Сварочные аппараты, инструменты – провести ремонт вне доков тут было возможно. Заплатил больше денег, и мне нашли торпеды, ещё сорок штук, там же на остров на лодке мы всё и перевезли. Кроме команды, о базе нашей никто не знал. Запасы провизии тоже были велики. Ну а дальше, дождавшись памятного дня, в этот раз с моими подсказками промахов не было, мы били чуть ли не в упор. Не ожидали американцы, что в их строю ночью окажется чужая субмарина. Свои две в надводном положении шли малым ходом, команды проводили работы на палубе. Третья находилась у берегов Северной Кореи, проводила разведку. Поэтому по одной торпеде ушли в подлодки, в прошлый раз они нам немало крови попортили. Две другие торпеды по авианосцам были выпущены, по одной на каждый, чтобы не сбежали. Три эсминца и два тральщика, что были подготовлены к противодействию субмаринам, рванули на наши поиски, а пока шла спешная перезарядка торпедных аппаратов. В том отсеке службу проходили самые крепкие из японцев, да и цепи с талями, подвешенные под потолком, им помогали. Мы поднырнули под оседающий на корму авианосец, ему наша торпеда вошла между винтов, напрочь лишив того хода. Вот под авианосцем и стояли, перезаряжаясь. На борту штатный боезапас четырнадцать штук, четыре в носовых аппаратах, кормовых на лодке не было, и десять в торпедном отсеке хранятся. Но мы на борт взяли шестнадцать, это был мой приказ, ещё две лежали на полу в других отсеках, их матами закидали, чтобы по ним ходить можно было, но всё равно двое ноги подвернули, ладно хоть переломов нет.

Второй авианосец спешно уходил, попадание в центр, похоже, его не сильно ранило, убегал вполне быстро, а теперь против нас пять противолодочных кораблей, крейсер убегал вместе с авианосцем. Причём эсминцы и тральщики знали, где мы укрылись, но достать нас не могли, мы на пятидесяти метрах были, а те, кто нас мог достать, уже лежат на дне. Это я про обе американские подлодки, что камнем ушли на дно после попадания торпед. Торпед с наведением на звук у них не было, да и от авианосца звуков больше, а глубинными бомбами нас не достать. Мы в норке. Так что после перезарядки наш капитан показал настоящий класс. Я подобную работу видел в прошлый раз. С глубины сорока метров – мы чуть поднялись, задрав нос, – находясь под американским авианосцем, не используя перископ для прицеливания, а только данные с поста звукачей, он по одной выпустил торпеды в разные стороны на шум чужих машин. В результате один промах, взрыва так не дождались, и три подрыва. По разным кораблям, значит, кого-то мы достали, а так как вокруг авианосца наматывали круги противолодочные корабли, то их мы и достали, уполовинив. Началась новая перезарядка, а мы думали, что делать. Да, спрятаться смогли, но как покинем тушу, что нас прикрывает, то сразу попадём под глубинные бомбы. А уходить нужно. Поэтому решили драться до конца. Звукарь сообщил, что два оставшихся противолодочных корабля отбежали в сторону, поэтому, перезарядившись, мы задним ходом вышли из-под авианосца и всадили ему в бок четыре торпеды, после чего снова ушли на глубину, перезаряжаясь и уходя в сторону, где всё заглушили и замерли. Авианосец тонул, пока вскоре не ушёл на дно. А эсминец и тральщик нас искали, звукарь уже определился, кто против нас остался. Утопили мы два эсминца и один тральщик.

В эту игру в кошки-мышки победили американцы, хотя мы и потопили тральщик, но эсминец нас достал, гонял ещё шесть часов, и вот от близкого разрыва бомбы заклинило рули, начали заполняться водой балластные цистерны, и мы пошли ко дну, а вскоре чудовищное давление смяло лодку.

* * *

Восьмая реинкарнация прошла как и шестая. Золото в этот раз я в Китае спрятал, потом приобрёл подлодку и остальное. Мы утопили оба авианосца, одну подлодку, два эсминца и тральщики, повредили эсминец, крейсер и судно РЭБ. Досталось нам тоже немало, но в этот раз я отказался от подготовки базы на острове. Приобрёл грузовое судно, чтобы обязательно грузовая стрела была, там были все запчасти, топливо и торпеды. Потрепали нас гораздо меньше, ремонт не сложный, так что, уйдя от преследования к берегам Северной Кореи, там их местная авиация отогнала, мы на глубине укрылись. И следующими сутками дойдя до Китайских берегов, сделав заметный крюк, ушли в Восточно-китайское море, а оттуда к Тайваню, где и ждало нас судно обеспечения. Капитан на нём тоже воевал в недавней войне и ненавидел американцев. Да всех из таких набирали. В общем, на пустынном берегу, куда мы вытащили лодку, шёл ремонт. Замаскировали её масксетями и две недели вели ремонт, пока всё не восстановили. А дальше покинули Тайвань и пошли к берегам США. Повторно устроить тарарам у флотской группировки ООН рядом с Кореей можно и не мечтать, там приняли все меры безопасности, больше не расслабляются. На подходе перехватят. Кстати, мы потопили два американских авианосца, эсминец и подлодку. А вот ещё эсминец и тральщик были британскими. Это уже на Тайване узнали. Кстати, наша лодка была заново покрашена, в цвет флота Северной Кореи, хотя что там за флот, катера одни, нанесены опознавательные знаки флота, и вся команда, включая офицеров, носила военно-морскую форму северокорейского военного флота. Мы работали под них. Ушли ночью, нас буксировало судно, мы ресурс двигателей берегли, они и так побегали, менять нужно. Так на буксире и двигались. Один раз вдали самолёт пролетал, видимо патрульный, поэтому поспешили уйти под воду. Нас, похоже, не обнаружили. И вот сюрприз, в сопровождении пяти эсминцев в сторону Кореи шёл американский авианосец, а следом за ними – конвой из двенадцати транспортов. Мы такую цель не могли упустить.

Судно обеспечения спешно стало уходить в сторону, чтобы не подумали, что оно тут как будто при чём, а мы двигались весь вечер и полночи, обогнав на надводном ходу группировку американцев, встали у них на пути, заглушив все системы, на перископной глубине. Воздушной разведки мы не обнаружили, потому действовали уверенно. Потом пришлось уйти в сторону, чтобы поразить авианосец, и мы выпустили четыре торпеды. Одна, к сожалению, оторвала корму эсминцу, тот сразу на дно ушёл, видимо глубинные бомбы сдентонировали, ещё одна мимо, и две в авианосец попали. Тот пока держался на воде, хотя ход и потерял, но на нём возникли пожары. Возможно, были поражены цистерны с топливом для самолётов, слишком ярко полыхала палуба, это со слов капитана, он увидел всё в перископ, прежде чем мы на глубину ушли для перезарядки. Дальше снова игра в кошки-мышки, где мы вышли победителями. Нам бы свалить, своё дело сделали, догнать судно обеспечения, но жадность взыграла, конвой не бросили, стороной обогнали его в надводном положении и уже при свете дня торпедировали ещё три судна и один эсминец. А авианосец полностью выгорел и тонул. В этот раз нам уйти не дали…

Снова я качусь кубарем с откоса, и вдали стихает мощный движок американского грузовика. Ночью, напившись воды, я раздумывал над всеми событиями. Почему всё так происходит, что раз, и конец близко? Опыта я набираюсь каждый раз немало, но всё равно он мне слабо помогал. Да, всё верно, все пробные жизни только подтвердили, корень зла нужно искать в Америке, но всё равно сразу я туда не отправлюсь.

В общем, я снова пошёл по проторенному пути. Золото на китайском побережье зарыл, но вот что важно, денежный станок отправил в Шанхай. Нашёл китайскую триаду и просто продал всё за сто тысяч английских фунтов стерлингов. Станок по печатанию денег на деньги меняю, смешно. Условие я поставил одно – выпустить как можно больше фальшивых долларов, чтобы обрушить финансовую систему США. Не скажу, что меня послушали, но к сведению приняли. А вообще странно, что не ограбили, а расплатились и забрали станок, всё по-честному. Дальше, платя золотом, купил подлодку, восстановил её, команда та же, два года подготовки и очередной бой с флотской группировкой ООН. В этот раз сработали даже лучше, чем в прошлые случаи. Тормознули оба авианосца по одной торпеде в корму, чтобы не сбежали, утопили обе американские субмарины и нырнули для перезарядки, дальше добили авианосцы, пустив их ко дну, крейсер и два британских эсминца. А уходя и два тральщика. В этот раз нас так потрепало, когда всплыли через девятнадцать часов, море чистое было, инженер сказал, всё, лодка больше под воду уйти не сможет. Только камнем. С трудом доползли до Аичи, там моряки сошли, я расплатился за работу, а лодку утопил.

И в этот раз я отправился в Китай, выправил документы и отправился на войну. Помня, как и где сбили мой «миг», я провоевал до того момента, воевал лучше, зная историю этой войны и неся противнику больше потерь. И тот бой я пережил, хотя вернулся на аэродром один из звена, сбив три американских реактивных истребителя. Их против нашей четвёрки двенадцать было. Общий мой счёт дошёл до сорока двух сбитых, а ведь я ещё и бомбардировщиком был. Однако война закончилась в октябре пятьдесят третьего, и северянам досталось больше земель, чем я помнил, однако после перемирия остались Северная и Южная Кореи. После войны я оказался за бортом, никому не нужным. В Китай возвращаться не стал, а отправился на Тайвань, где получил документы и купил джонку. Доплыл до спрятанного золота, два ящика осталось, два других ушли на подготовку атаки флотской группировки из-под воды. Ну, стал просто жить да вредить американцам по мелочи, шесть гражданских грузовых судов на дно пустил, но это так, детские игры. Я поучаствовал ещё в трёх локальных конфликтах, находясь на той стороне, что против американцев. Или точнее, против тех, за кого они выступали. Да, я ещё прожил в США шесть лет, в разных штатах, изучая их. Убил из винтовки пять сенаторов, двенадцать банкиров известных фамилий и вице-президента. Умер я в возрасте девяноста одного года в Аргентине, на своей вилле в окрестностях Буэнос-Айреса. Женат был на кореяночке, очень красивая девушка. Это была та самая Вон, с которой в одной из жизней пережил бомбардировку Пхеньяна. У нас было двое детей. Умерла она в возрасте шестидесяти трёх лет, а я год повдовствовал и женился на аргентинке сорока двух лет, хотя мне было пятьдесят восемь. И тут дети были, сын и дочь, тоже наследники. Общих внуков у меня было двенадцать. А правнуков восемнадцать. Вот праправнучка всего одна, ещё два ребёнка на подходе, но не дожил.

Одно я могу сказать, идея отдать печатный денежный станок китайской мафии дал плоды. Они таки обрушили финансовую систему США, денег было столько, что их в Китае чуть ли не как туалетную бумагу использовали. Их целыми судами развозили в другие государства, и постепенно доллары обесценились. Сейчас основная валюта – это английские фунты и, неожиданно, японские иены. Сейчас, конечно, американцы оправились, но последние тридцать лет им было очень тяжело, экономика на волоске висела. Неудивительно, что участвовали всего в трёх войнах, гораздо меньше, чем в моей памяти. Вьетнама тут не было: Лаос, Панама и Ирак. Всё.

* * *

Снова катясь под откос, я замер на ярко-зелёной траве и, зажимая рану, под удаляющийся рёв двигателя размышлял. Мне было плохо, телу досталось, голова кружилась, да ещё кровь на голове, однако способности трезво мыслить я не потерял. Я был уверен, что в этот раз всё, прожита жизнь не зря, всё, что я мог, всё сделал. Я в первые жизни по всем реинкарнациям прожил до глубокой старости и умер своей смертью. Но что опять не так? А ответа нет. Я воевал, перебил большое количество южнокорейских солдат и солдат войск ООН, или не это важно в этой истории? Не понимаю. Ладно, попробуем Советский Союз в этот раз вплести, пожить там.

Наутро я отправился дальше, устроил засаду на двух американских солдат, мне нужно на что-то было жить, и для начала трофеи с этих двух – самое то. Грузовик в этот раз перегнал в Пусан. Оставил пока на въезде, заперев. Пробежавшись по городу, закупив вещи, отогнал грузовик местным мафиози, я их уже по именам знал его купили вместе с грузом за двести долларов. Поселился в той же гостинице, где когда-то Анну встретил. Дальше провернул всё по старой схеме, мне требовались средства. Ограбил бухгалтера казино и двух американских офицеров, деньги все поменял в банке на советские рубли. После этого пробрался на борт «Дугласа» с китайскими опознавательными знаками, уничтожил экипаж и, перехватив управление, на бреющем полетел к Хабаровску. А пока летел, подготовил груз с золотом к выбросу. Выбрасывать не пришлось, найдя отличное место для посадки – это китайское побережье, – совершил посадку и отдыхал тут пару дней, пока готовил схроны, два в километре друг от друга, с отличной маскировкой, а потом, взлетев, полетел дальше. Рядом с Хабаровском выпрыгнул из самолёта на трёхкилометровой высоте. Специально поднял, чтобы радарами засекли, дальше на автопилоте полетел, а я совершил затяжной прыжок, открыв парашют метрах в трёхстах от земли. Тут сплошная тайга, на сосну чуть не сел, скатился по веткам. Ночь стояла, специально так время подгадал. Содрав купол с верхушки дерева, сжёг его, спрятав в ближайшем ручье остатки, и побежал дальше. Пока падал, вроде дорогу приметил, полоса пресекала лес, и действительно, выбежал на убитую машинами дорогу. По ней и рванул дальше, добравшись до перекрёстка, тут дорога была не лучше. Имелись старые следы грейдера на обочине, но дорогу снова так разбили, что ровнять тут нечего. По обочине я и шёл, почти весь остаток ночи.

Прошёл ночную деревню, там одна собака на мой запах среагировала и остальные подхватили. Нашумели гады. Однако с рассветом добежал до окраин Хабаровска. Километрах в пятнадцати я от него выпрыгнул. Пару раз меня грузовые машины нагоняли со спины, я укрывался, все они двигались в сторону города, и на рассвете повстречался колёсный трактор с тележкой. В городе я добрался до рынка, тот уже открывался, мне одежду нужно сменить. В общем, купил лёгкую летнюю одежду. Штаны, рубаху, два комплекта нательного белья, лёгкие туфли. Кепку обязательно, без головных уборов тут не ходили. Чемоданчик. Свою одежду и обувь продал. В чемоданчик убрал все вещи из вещмешка и сумки, их тоже продал, оставив один чемодан. Потом в рядах нашёл армейский сидор, он не так внимание привлекал, приобрёл, как и съестное, в пути потребуется. Я решил отправиться в Казань. В общем, приобретя что нужно, добрался до касс железнодорожного вокзала. Там купил купейный билет на Казань и стал ожидать, отправка через три часа. Вспомнив о магазине музыкальных инструментов, купил гитару и запасные струны, как и в прошлый раз.

Всё пока хорошо, но стоит отметить, что у меня долго не было практики в разговорном русском, акцент появился. Пришлось почаще общаться, надеюсь, вскоре тот пропадёт. Погружение в языковую среду в этом хорошо помогает. Благополучно сев в поезд, я отправился по маршруту. В планах добраться до Казани, сделать себе документы, получив паспорт шестнадцатилетнего, желательно аттестат об окончании школы, и можно отправляться в Москву. В общем, я хочу прожить жизнь обычного советского гражданина. Посмотрим, закончу я эту очередную череду возрождений или нет.

* * *

Прокатившись по склону, зажимая рану на голове, я лишь взвыл в ярости. Ну сколько можно?! Ответа у меня не было на этот крик души. В этот раз я прожил в Союзе до сорока пяти лет и погиб при задержании преступника в восьмидесятом году. Я майором в райотделе Москвы работал. Своя квартира, машину взял, «Москвич-412», каждое лето на Чёрное море ездил, отдыхал с женой и детьми. У меня их трое. А жена узбечка. Одно понятно: это тоже был тупиковый путь. Однако та жизнь мне вполне понравилась. В Союзе мне жилось хорошо, часто путёвки в санаторий МВД давали, я не отказывался. Жена – врач-терапевт, всё у нас в жизни хорошо было, дети почти взрослые, а тут выстрел из темноты и новое перерождение.

Ночью, пока крестьяне-беженцы, что мне помогли, сидели у ручья, меня уже напоили и накормили, я размышлял. Надо всё менять. Сначала и до конца. Как обычно, американцев на дороге убивать не буду. Вообще всё изменю. Прогуляюсь до Пусана, сдам оба самолёта криминалу, думаю, золото и печатный станок их заинтересуют, и переберусь в США. Пора. Достало всё. Решено, так и поступлю. Поглядим, что из этого выйдет.

Утром, попрощавшись с крестьянами, как и всегда кормить они меня и не думали, я поспешил прочь. Добравшись до рисовых чеков, тут вода теплее, чем в ручье, хорошенько помылся, старясь не трогать полотенце на голове. Снова одевшись – неприятно на чистое тело эти грязные лохмотья надевать, но нужно, – я отправился в Пусан. Американцы, водитель-засранец и сержант-негр, уже наверняка дальше поехали. Добравшись до окраин – а денег нет посетить местного военного медика, – отправился в бесплатное лечебное заведение для бедняков. Открыли тут что-то вроде от Красного Креста. Идти недалеко было, только длинная очередь была, но меня с открытой раной пропустили вперёд. К моему удивлению, мне там бесплатно обработали рану, вполне профессионально зашили, но хотели наложить бинт, а не пластырь. Сказав, что хочу постричься, услышал предложение обрить налысо, на что я согласился. Это сделали, и уже бинт лег на чистую и помытую голову. Я даже поклонился им выходя. Кстати, такую операцию я и сам проведу при наличии зеркала и медикаментов, всё же сельский фельдшер, да и в той жизни, где до девяностолетнего рубежа дожил, практики в этом деле немало имел, опытный я медик. Но не врач.

Добравшись до рынка, стараясь скрыть бурчание желудка – в отличие от бесплатной больницы для бедняков, бесплатных кормёжек не было, нужно своими силами добывать питание, – я осмотрелся. Нужно прикинуть, как можно заработать. В такие моменты жалеешь, что тех двух американцев не придавил. Тем более каждый раз за дело. Водителя так точно. В общем, я пошёл к криминалу. Найти местного главу труда не составило, я знал, кто он и как его найти. В прошлый раз дела имел, тот же грузовик с мебелью продавал. В общем, меня провели к нему, обыскав.

– Не смотри на вид, это маскировка, – первым делом сказал я главе.

К слову, этот глава криминальной жизни и бизнеса Пусана ранее был полицейским офицером, но, как и отец Пака, попал под репрессии. Но он сбежал и устроился, подмяв под себя всё дело, частично своих людей перетащив. А из полицейских становятся самые такие авторитеты и дельцы теневого бизнеса. Они многое могут.

– Говори.

– Есть платная информация. Хочу получить за неё десять тысяч долларов. Проверить её трудно, но информация реальная. Готов уступить пять за неё и взять другие пять тысяч американских долларов.

– Дам тысячу. Говори.

– Хм, я тороплюсь, поэтому согласен. Через несколько дней от банка Пусана на военный аэродром поедет армейский грузовик. Охрана два солдата с автоматами и офицер. Груз секретный, но я знаю, что в ящиках. Их четыре, в каждом по пятьдесят килограммов золота в самодельных слитках без клейм. Его погрузят на борт «Дугласа» с китайскими обозначениями. Это маскировка. Брать машину на дороге не советую, будут искать и всё равно выйдут на вас. А вот если на борт проникнет ваш человек, вооружённый лётчик, то сможет захватить его. Можно спрятаться в грузовом отсеке, он маленький, но один человек уместится. А как самолёт взлетит, уничтожить экипаж, их три человека без охраны, и угнать самолёт. Взлетел и пропал, поди найди, на вас уже не подумают. А вы отправите судно и примете самолёт где-нибудь на берегу или на мелководье.

– Интересная информация.

– Это ещё не всё. Есть информация по денежному печатному станку. Доллары американские печатает. Предлагаю так: вы проводите первую операцию по захвату золота и выплачиваете мне деньги, и я сообщу вам, где можно перехватить этот станок. Учтите, американцы его будут искать сильнее, чем золото. Всё перевернут. Так что думайте. А пока за ваш счёт я бы хотел получить комнату и сытную еду.

– Меня это устраивает, но ты будешь под охраной.

– Без проблем.

Меня заселили в гостинице, что принадлежала главе, выставили охрану и действительно кормили от пуза. Я каждый день мылся в душе, стараясь не мочить голову, хотя губкой по ней проходился. Осторожно тренировался. Еда была однообразной – рыба разных видов, рис и овощи. Информацию подробную я дал, и на следующий день после захвата самолёта меня снова пригласили к главе.

– Вот твои деньги, – положил тот на столешницу пачку банкнот, которые я тут же убрал в карман. – Ты был прав насчёт золота. На аэродром соваться мои люди не рискнули, взяли их на дороге. Всё чисто прошло. Говори насчёт станка.

– За него попрошу пять тысяч.

– Я и так в плюсе. Хорошо.

– Тогда деньги сейчас и отпускаете меня, я покидаю Корею и не хочу сюда возвращаться.

– Согласен.

– Его повезут через месяц, на самолете «Бичкрафт» с военного аэродрома.

Я подробно описал, что и откуда повезут. Глава записывал мои слова, после чего отсчитал деньги, достав их из сейфа, протянул мне, пересчитывать я не стал, чем явно произвёл на главу хорошее впечатление, и меня выпустили из здания казино, где этот глава и находился. Однако то, что слежка имеется, я приметил, когда направился на рынок. Я всё ещё ходил в обносках. Да, постирал, высушил, но обносками они от этого быть не перестали, только чистыми, и всё. Я знал, что покупать, сменил одежду, простые брюки, рубаху, крепкий ремень, неплохие туфли, нательное бельё. Сразу переоделся, а свою одежду и котомку продал. В этот раз не на нож поменял, а на широкополую шляпу, что подходила к одежде. Купил японский военный вещмешок и обычную, но новую котомку. Приобрёл мыло, полотенце, зубную щётку и пасту, зеркальце и расчёску. В будущем пригодится. В общем, привычный набор. Съестное. Всё те же банки с тушёнкой и рыбой, сухари и галеты, риса пару кило. Из утвари взял только японскую армейскую фляжку, охотничий нож, большую кружку и ложку. Специй и соли также приобрёл. Стопку лепёшек взял и вяленого мяса.

Вот так загрузившись, посетил китайскую пельменную, где хорошо поел, и сбежал от наблюдения через заднюю дверь общепита, скрывшись в улицах. Едва успел спрятаться в щель между домами, как пробежало трое с пистолетами в руках. Похоже, убрать меня хотели, как свидетеля. Вполне понятно, я бы так же поступил. Темнеть начало, так что я отправился в порт, где нашёл как раз отходящую джонку, их в порту больше сотни было, и, купив место в матросском кубрике, забросил вещи в общую кучу, тут под потолком сетка висела для багажа, а сам устроился в гамаке и, покачиваясь, уснул. Джонка уже выходила из порта.

Плавание заняло больше двух суток, а всё из-за небольшого шторма и часто дующего встречного ветра, однако всё же добрались до Фукуоки. Там я сошёл в порту, дав взятку таможеннику, и отправился в таможенную службу, где получил временный документ и разрешение находиться в Японии в течение трёх месяцев.

Задерживаться я не стал, сменил азиатские одеяния на вполне пристойные европейские одежды, старую одежду продал в магазин китайцев, что торговали подобным товаром. Там же и закупался. И трость, о да, моя трость, её я купил. Так вот, задерживаться не стал, а купил билет на канадский сухогруз, что грузился рисом и готовился отплыть в Ванкувер. Отходил он только через два дня, поэтому я просто гулял по городу. Ну и в день отбытия прибыл на борт, мои японские документы вполне подходили для покупки билета, и вселился в одноместную каюту. Небольшую, второго класса, но вполне комфортабельную. Гальюн в конце коридора, там же душевая, но раковина была в каюте. Большую часть пути я просто гулял по палубе, а в каюте, используя это тесное помещение, отрабатывал удары в замкнутом пространстве и тренировался. По четыре раза в день по часу. Прогулки по палубе в это время не входили. Я лишь четыре раза прогулки пропускал, когда шквальный дождь шёл. А так полтора месяца, и показались берега Канады. Судно было не особо ходким, но надёжным и очень мореходным, держалось в двух штормах, что мы пережили вполне достойно.

В порт мы вошли через сутки, там ещё пролив потребовалось пройти, поэтому, как на якорь вставали я не видел, ночью спал.

Надо отдать должное капитану, прежде чем утром отправить нас на берег, для этого были наготове две судовые шлюпки, он велел накормить нас завтраком. Можно сказать, последняя услуга от команды. На этом всё, вещи у меня уже собраны были, так что покинул борт судна с другими пассажирами, в первом рейсе. На берегу нас отправили в здание таможенной службы на регистрацию. Когда подошла моя очередь, таможенник, рассматривая иероглифы, спросил:

– Где паспорт?

– Мне пятнадцать, ещё не выдают.

Тот молча поставил штамп, и всё на этом, я вышел из здания, держа в руках картонный листок памятки, где написано, что можно, а что нет, он был на английском, мы на нём и общались, и направился прочь от порта. Я уже выяснил, в городе была железная дорога, но куда она идёт? Меня интересовала граница Канады и США. Именно туда я и хотел отправиться. Сняв номер в гостинице, я пошёл в ресторанчик и там пообщался с персоналом. Английский тут повсеместно звучал, хотя слышал и французский. Его я в одну из реинкарнаций изучал, говорил плохо, читал тоже, но понимал хорошо. Оказалось, граница между государствами совсем близко от города. Рукой подать. А до Сиэтла, уже американского города штата Вашингтон, от Ванкувера всего сто сорок миль. Чуть больше двухсот километров, если на наши пересчитать. Подумав, я отправился по магазинам. Туристские тоже есть, но в основном ориентированы на морской туризм, удочки, спиннинги и всё такое. Даже надувные лодки продают. Я нашёл нормальный товар, в магазине имелось всё для походов. Приобрёл специальный велосипед – редкая модель для туризма, с двумя багажниками, спереди и сзади, – туристскую одежду по размеру, фактически детская получается, обувь тоже, высокие ботинки на шнуровке, куртка утеплённая. Лето-то заканчивается. Купил рюкзак, палатку, одеяло, котелок и всё, что необходимо для жизни на природе. Леску и всё необходимое для рыбалки тоже приобрёл. Отлично закупился.

Все покупки я отнёс, или точнее укатил на велосипеде в гостиницу, подняв в номер. Велосипед собран был и готов к использованию. И стал укладывать всё в рюкзак. Отправиться дальше я планировал завтра. А вообще к границе шла дорога на Сиэтл, и там стоял пропускной пункт, но пересекать его я не собирался, перейду границу незаконно. Моя цель – убийство президента США до начала войны в Корее, и я решил выполнить свой долг честного человека. Пусть это лишь пешка в руках банкиров, но начну с него, а закончу ими. Так что на территории США я буду находиться незаконно, и законы их соблюдать тоже не собирался. А закончив сборы, направился в магазины, припасы купить. И сейчас же, закупив солидный запас, тут бобы были и картошка, вернулся в номер. Окончательно закончив сборы, пересчитал наличные, со всеми тратами у меня осталось пять тысяч четыреста двадцать два доллара с центами. Самая большая трата – билет на грузопассажирское судно. В общем, сумма у меня на руках очень солидная. В Америке на эти деньги могу купить автомобиль представительского класса или два менее престижных. Новеньких с завода. А закончив всё складывать, отправился гулять, так до вечера и гулял, в ресторанчике поужинал и, ещё погуляв, отправился спать. Все достопримечательности я успел посмотреть. Ранее в этом городе бывать мне не доводилось.

Утром выписавшись из гостиницы, сообщив, что решил посмотреть дикие красоты Канады, мол, на дикой природе поживу, оседлал велосипед и покинул город по дороге, что вела в сторону Атлантического побережья, то есть в глубь Канады. Двигался вдоль железнодорожного полотна. На выезде полицейский, что стоял у машины, проводил меня долгим взглядом. А отъехав подальше, я свернул и по лесам перебрался ближе к дороге, что вела в сторону границы с США. Двигался недолго, нашёл подходящее место для днёвки, ручей рядом, поставил палатку, разогрел обед и вскоре уснул в палатке. Ночь – вот моё время. Самое то.

Как ни странно, но поездка по диким краям Канады мне понравилась. Ну почти диким. Однажды медведя, что ловил в реке рыбу, видел. Метрах в тридцати от меня дело было. Я там же лосося выловил и сготовил на ужин. Неделю катил, не торопясь. По дороге и ночами, чтобы не было свидетелей. Было такое, видел свет фар, уходил с трассы, давал проехать и возвращался. Границу пересёк без проблем. Видел вдали приграничный пункт, там машины останавливались, печати, как я понял, ставили, но я обошёл стороной и, вернувшись на трассу, так и катил, пока не увидел в очередную ночь огни Сиэтла. В этот раз на днёвку я встал с довольным видом. Добрался.

Улёгся в полночь, поэтому встал ближе к девяти утра. Приготовил завтрак, припасы ещё были, поел, спрятал в лесу вещи, рюкзак, тюк палатки и вещмешок с котомкой и, собравшись, покатил к городу. А прямо открыто. К обеду был в городе. Покатался, не особо привлекая внимание, азиатов немного, но всё же были, в основном японцы, вот они на меня более внимательно смотрели, сразу опознав во мне корейца. Это для европейцев мы на одно лицо. Я прикупил припасов, приобрёл карту Америки, всех штатов, и, пообщавшись с местными, узнал, что у Сиэтла аж два аэродрома, военный и гражданский. Последний только недавно открыли, и теперь в городе имеются постоянные пассажирские авиалинии. А вот у другого местного жителя удалось выяснить о третьем аэродроме – частном, где держали свои машины местные любители авиационной техники. Да, там располагался авиаклуб.

Вернувшись к месту стоянки, я достал спрятанные вещи, снова поставил палатку и устроился на ночь. В этот раз спать буду ночью. Насчёт самолётов я думал и пока отложил эту идею. В принципе, она хороша, смогу быстро перемещаться, но есть минусы, угнанный самолёт будут искать, и с топливом проблемы. Есть ещё один транспорт, вполне подходящий и неприметный, хотя и не такой скоростной. Автомобиль. США уже имеет отличные дороги, и можно проехать с одной стороны континента до другой, главное – иметь подходящую и надёжную машину. Ну и документы, если полиция остановит, что тоже вполне возможно. Правда, тут их выдают в шестнадцать лет, так что буду изображать шестнадцатилетнего. Вот только где достать подобные права? К японцам обращаться смысла нет, ещё и сдадут копам. Мафия может помочь. Надо подумать. Насчёт машины, видел площадку, где продают подержанные авто, там можно подобрать подходящую. Кстати, там же видел пару автобусов, переделанных в дома на колёсах. По деньгам потяну, только на черта? Мне машины хватит, а спать в палатке и мыться в ручье вполне смогу. Я привык, и мне нравится жить на природе.

Следующие два дня я посещал Сиэтл, в этот раз не в туристской, а обычной лёгкой, летней, европейской одежде. Бродил по магазинам, изучал город, обедал в кафе, искал возможность достать документы. Я предпочитаю подстраховываться от случайностей. Я не нашёл мафию, видимо прячется хорошо, или плохо искал, но благодаря помощи говорливого бармена вышел на чиновника, что занимался оформлением документов на беженцев. Именно беженцев, а не эмигрантов. За каких-то пятьсот долларов у меня на руках оказались полные документы гражданина США, даже не соискателя. Записали как китайца с Тайваня. Водительское удостоверение тоже выдали. Спросили, умею ли я водить, ответил – да, мне вручили справочник по ПДД и выдали права. Вот и всё. Так что, покинув нужный департамент, я прошёлся до стоянки подержанных машин. Ко мне уже спешил продавец, широко и радостно улыбаясь, как будто выиграл в лотерею миллион.

– Что-то интересует, или посмотреть? – спросил тот с ходу.

– Интересует. Хочу машину купить. Ехать далеко. К родственникам, потом обратно в Сиэтл. Тысяч десять миль проехать нужно. Поэтому машина требуется надёжная, чтобы не подвела.

Продавец на минуту завис, явно перебирая мысленно подходящие машины. Кстати, несколько машин на его площадке имели армейскую раскраску.

– Дом на колёсах? – наконец спросил тот с надеждой.

– Нет. Универсал желательно, чтобы, если что случится, в машине можно было переночевать.

– Хм, есть у меня подходящие машины. Например, «Шевроле Субурбан», третье поколение, большой салон. Прошлого года выпуска машина. За две тысячи отдам.

– Посмотреть надо. Да и цена не радует.

– Можете поторговаться, – широко улыбнулся тот.

Осмотрев «Субурбан», отказался от этого дорожного монстра. Поэтому, осмотревшись, решил сам побродить по площадке, вдруг что понравится? И действительно: приметил одну прелесть. Форд-пикап в жёлтой раскраске. Кабина большая, поэтому я сразу окрестил его «мордатенький». Хотя «головастик» больше бы подошло. Машина явно свежая. В кабине полноразмерный диван, я на нём улягусь и ноги вытяну, не касаясь дверей макушкой и ногами. Подозвав продавца, тот рядом ошивался, попросил описать характеристики машины. Оказалось, первый «F-Series Truck» – более известный как «Ford Bonus-Built» – был представлен в тысяча девятьсот сорок восьмом году. На тот период пикап серии F имел современный дизайн с цельным лобовым стеклом и интегрированными фарами. Опционально для этой серии были доступны плунжерный стеклоомыватель, солнцезащитный козырек, освещение салона. Для грузовичка была также доступна опция по обвесу дополнительным хромом с двумя хромированными рогами на бампере. Грузоподъёмность – тонна. Имеется чехол, чтобы закрывать кузов. Чехол идёт в подарок при покупке машины. Я её всю облазил, на спидометре всего триста миль накатано, может, и скрутили, но судя по ходовой, машина и не побегала особо. Мне её загнали в смотровую яму, в сервис при площадке подержанных машин, и там мастер сообщил, что машину сам проверял, отличная, продала вдова фермера после того, как тот упал с коня и сломал себе шею. Мы долго торговались с хозяином площадки, он и выступал тут за продавца, и всё же ударили по рукам. Продал тот мне пикап за тысячу семьсот восемьдесят шесть долларов. Но вместе с чехлом для кузова, бонусом подарит шесть канистр для бензина, полный набор инструментов и насос, и оформит машину на меня. С последним проблем нет, видимо связи в полиции имел. Так что машину отогнали к полицейским, и уже через час оформление было закончено. Я и номера получил. Машину отогнал в сервис, где механик подготовит её к долгой дороге, он же номера прикрутит. Страховку на машину я тоже оформил. Мастер сказал, что могу забрать машину завтра часов в десять, так что, сев на велосипед, я покатил к своему лагерю и устроился на ночь. Снимать номер в одной из гостиниц Сиэтла я и не думал – природа, мне она тут нравилась. Чувствовал себя как в нашей тайге на Урале. Бывать мне там доводилось. Да и служить тоже.

На следующее утро, оставив все вещи в лагере – светить ими в городе не хотел, – поехал в город. Там заехал в сервис и принял машину. Мне всё проверили, бак полный, масло тоже в норме, даже воду в стеклоомыватель залили. Ну и все шесть канистр залиты под пробку бензином. Стоят в кузове, закрытом чехлом. Я всё проверил, по квитанции восемнадцать долларов за обслуживание и дополнительно десять за допуслуги и бензин, но я уплатил тридцать. Сев в машину, ещё раз попробовал её на ходу, а то только от полицейского участка обратно перегонял, и покатил к заранее присмотренному магазину. Он был туристский. Там я купил ведро и летний душ – сунешь шланг в ведро с водой, качаешь ногой как насосом, и вода из лейки течёт на тебя. Вполне удобно. Также банное полотенце и халат, купил складной стол и два стула для выезда на природу. Потом продуктов набрал, канистру воды, в некоторых местах буду проезжать, где с этим проблемы, приобрёл шланг и воронку. После этого, покинув город, добрался до лагеря. Машина по бездорожью пёрла только так. Там снял с кузова велосипед, между прочим этот кузов не такой и большой. Разместил вещи, сверху велосипед, закрыл всё чехлом и завязал специальным страховочным шнуром.

После этого, выехав на дорогу, объехал Сиэтл по объездной дороге, карту автодорог Северной Америки я уже купил, и поехал прочь от города. Задерживаться я не собирался. И так отлично подготовился. Теперь стоит подумать, где достать оружие, настоящую армейскую винтовку со снайперским прицелом. Везти её из Кореи я посчитал делом опасным. Тут найду. А дороги действительно неплохи, мой пикап пёр только так. Как я отмечал, каждые пятьдесят миль стояли автозаправки. Часто встречаются придорожные мотели и закусочные, но не останавливался, только у заправок. К вечеру я заправил полный бак, пока не трогая канистры. Машинка мощная, рвёт с места, но и прожорливая. Пиндосы на топливе вообще не экономят. Два дня катил, дважды заночевав в живописных местах, пока не добрался до Сан-Франциско. Мне нужно оружие, а тут, надеюсь, формируются конвои в Корею, так что я был уверен, что всё необходимое добуду. В Сиэтле в порту ничего подобного не грузили, войны с Кореей пока же нет, тем более там я светиться не хотел, а тут меня никто не знает.

Обустроился я за городом и стал изучать Сан-Франциско и его небольшой порт. Только мощная железнодорожная станция позволила доставлять сюда грузы и в будущем формировать морские конвои. При изучении города моё внимание привлекла стоянка грузовых автоприцепов. Нашёлся и небольшой одноосный и вполне длинный, два метра, где велосипед легко встанет, что мне понравилось. Да и другого груза я планирую порядочно. Прицеп имел дуги и тент, мог подключаться к приборам машины, стоп-сигналы и поворотники. Я уточнил у продавцов: да, они ставят фаркопы на машины и проводят электрику. Так что машину я разгрузил в лагере и перегнал её в сервис у торговой площадки. Там приступили к работе, прицеп я уже купил, как и фаркоп, за работу заплачу позже, когда принимать буду, а сам больше в порту тусовался. Вечером машину с прицепом – документы я на него оформил – отогнал в лагерь, проверил, велосипед как в гараже находился, так что отличное приобретение, тут я и планировал перевозить добытое вооружение. Теперь по нему. В порту грузили на три судна авиацию в ящиках, устаревшие танки и бронетранспортёры, другое вооружение, вот сержанта из части, что это обеспечивали, я и выкрал и по-жёсткому допросил. Тот и описал, где что находится. В порту неразбериха, так что выкрасть всё что нужно вполне возможно. Да и торговали там оружием сами солдаты, но так, чтобы патруль не прихватил на горячем. Ха, а говорили, Америка не готовилась к войне в Корее, вон сколько устаревшего и списанного вооружения готовят южно-корейцам передать.

Этой же ночью я угнал армейский грузовик, явно тяжелогружёный. Тот остановился на перекрёстке, я видел, спереди был, что кроме водителя никого в кабине не было, так что подошёл, он пропускал колонну бронетранспортёров, незаметно для свидетелей спокойно встал на подножку со стороны пассажира и сел в кабину, и вбил нож в бок солдата. Водителя я сбросил на пол, перебрался на его место, дорога как раз освободилась, и повернул влево, а не направо, как хотел водитель. Выехав из города, благополучно избежав патрулей, отогнал в неприметное место на побережье, довольно далеко от моего лагеря, и стал осматривать трофеи. В кабине в держателе стандартный карабин «М-1», подсумка у солдата не было, нашёл за спинкой. Не на войне же. А вот в кузове меня ожидало разочарование: только тяжёлое вооружение. Крупнокалиберные пулемёты, патроны к ним, и «супербазука» в ящике. Правда, к ней всего двадцать выстрелов было. Я бы предпочёл безоткатное орудие, в прошлой реинкарнации мне такое попалось трофеем, неплохая штука, пострелял, пока выстрелы не закончились, но и эта «базука» ничего.

Брать я решил один пулемёт «Браунинг М-2», два боекомплекта для него, эту «супербазуку», всё равно она тут одна, и все выстрелы для неё. А при разгрузке, когда до кабины добрался, обнаружил тут обычные ручные гранаты. Причём устаревшее вооружение, на наши Ф-1 похожи. Два ящика, для растяжек пойдут. Их тоже снял. Всё разгрузил на берегу, убрав в кусты, нарубил ветки и замаскировал. А грузовик, закрыв борт и задний тент, отогнал обратно в город и подъехал к пирсам. Несмотря на ночь, там погрузка не завершилась. Огромные горы снаряжения и ящиков громоздились. Вот у ящиков со снарядами я грузовик и поставил, воспользовался тем, что часовой с другой стороны ходил. Пробил ножом дно бензобака, топливо ручьём потекло, и стал спешно уходить. А в кабине разгоралось пламя. На месте водителя как будто спал водитель. Паника поднялась сразу, в темноте освещённую огнём кабину рассмотрели быстро, но сделать ничего не успели, полыхнуло. А я уже убегал со всех ног. Вот-вот рассветёт, мне до своего лагеря добежать нужно, а это километров семь. Ладно, велосипед в городе, укрыт в одном месте. Заберу его, и к себе. А вооружение потом приберу, когда всё успокоится. Американцы такие наглые, потому что крупных войн на их землях не проходило, я не говорю про войну за независимость или свободу чернокожих, это их внутренние дела, а вот настоящих битв не было. Оттого они такие наглые. Надо бы исправить это дело. Ударить по верхушке.

Надо сказать, происшествие в порту вызвало огромные слухи. В газетах чего только не писали, столько разных предположений… Однако два основных имелись. Пресса придерживается версии теракта, а вот армейские же следователи… Когда пожары в порту и городе стихли и снаряды перестали разлетаться – между прочим, сгорело множество военного снаряжения, танков, самолётов, один транспорт, что стоял под загрузкой, погибло больше сотни человек в порту и вдвое меньше в городе. От разрывов снарядов пострадали. Так вот, армейские следователи считали, что это несчастный случай, водитель закурил и уснул, папироса упала и начала тлеть. От грузовика почти ничего не осталось, но очевидцы видели спавшего на руле водителя при всполохах огня в кабине. Правительству явно не хотелось раздувать шумиху, раз некурящего солдата, а в карманах у него я не обнаружил сигарет, объявили курящим.

В общем, официальная версия – несчастный случай при нарушении техники безопасности одним из военнослужащих. Сразу были написаны новые дополнительные инструкции, и вроде как дело было закрыто, но я приметил, что городе работают разные команды, видимо ФБР, копов стало больше. Сам я три дня в пригороде прожил, обо мне знали, приезжали копы, документы проверяли, вещи осмотрели, ордер от судьи, разрешающий это, предъявили, так что я спокойно дал им порыться в вещах, ничего не нашли интересного и укатили. И вот прошло три дня, я собрался ранним утром и направился к схрону. Ящики я не брал, вооружение в брезент замотано было, именно так и погрузил в прицеп. Туда оружие в брезенте, а ящики с гранатами, выстрелами к «базуке» и с патронами для «Браунинга» – в кузов «мордатого». Потом сверху свои вещи нагрузил в кузов и прицеп. Велосипед поставил последним, тот будет изрядно мешать при досмотре. А карабин водителя грузовика убрал за спинку пикапа в кабине, патроны и подсумки туда же, ну и сумку с пятью гарантами, которые я достал из ящика и снарядил. Наконец всё закрыл, ящики разобрал, вырыл лопаткой канаву и зарыл их в песке, большую яму так копать не пришлось, вполне хватило присыпать. Дальше покинул берега и, вернувшись на дорогу, покатил в глубь континента. Дорога спокойная, а вот музыки не хватало, но радиоприёмник я поставить не успел, хотя это возможно, в США почти сотня моделей разных радиоприёмников в продаже были, а то я меломан, с удовольствием бы послушал, даже местную музыку. Ничего, в пути в каком-либо сервисе поставлю, пикап этим нужным прибором оснащён не был.

Меня обогнал в пути автобус, полный пассажиров, но это местные перевозки, если далеко, то американцы пользовались железной дорогой. Сейчас её уже не видел, шоссе в сторону ушло, но двигались мы в одну сторону. Я особо не гнал, да и сложно это с прицепом, ехал километров семьдесят в час. Так двигаясь, приметил перекрёсток и как на дорогу выходит дама со второстепенной дороги, с сумкой и в белой широкополой шляпе, там чуть дальше остановка была, видимо на автобус не успела, поэтому, увидев меня, подняла руку, останавливая. Подумал, – фигурка у женщины отличная, что показывает облегающая блузка и юбка-колокольчиком. Поначалу мне девушкой показалась, фигурка подтянутая, но когда ближе подъехал, понял, что ей чуть за тридцать, хотя для меня всё равно девчонкой оставалась. Она заглянула в окно и спросила:

– Вы куда едете? Мне в Денвер нужно.

Как посмотрела, мне не понравилось. Вообще американцы ещё те расисты, у них все, кто не американец и не европеец, люди второго или даже третьего сорта, вроде негров или азиатов. А судя по взгляду дамочки, я где-то в районе четвёртого плаваю. Работать таким разрешают, но общаться – фу-у. То ли дело мне Аргентина нравилась, где расизма нет совсем, она стала моей любимой страной, поэтому я планировал, закончив здесь, перебраться в эту страну и спокойно там жить. Яхту приобрету, я постепенно становился человеком, который любил и желал жить хорошо, иметь большой дом, автомобиль и яхту, счёт в банке, чтобы не зависеть от финансовых обстоятельств и путешествовать, желательно с женой. Поэтому взгляд, коим она наградила, мне не понравился. Я решил действовать, тем более она колебалась, не хотела ехать в кабине с человеком второго-третьего-четвёртого сорта, проще другую машину остановить с правильным американцем.

– Денвер проезжаю, – подтвердил я. – Готов подвезти, если плата будет натурой.

– Это как? – не поняла та.

– Вы со мной будете расплачиваться в постели.

– Да как ты смеешь?! – возмутилась та, от гнева глаза её заметали молнии.

– Готов весь путь оплачивать наш номер и ваше питание в кафе.

Надо сказать, американцы не только трудолюбивые, но и практичные. Доехать бесплатно, пусть и с азиатом, хотя придётся ноги раздвигать? Задумалась и, подумав, сказала:

– И двадцать долларов каждый день.

Та не поняла, что она сама себя этим оскорбила, выставляя по сути проституткой. Хотя ею явно не была, больше похоже на домохозяйку.

– Хорошо.

Та представилась Люси, я принял багаж, убрав в прицеп, кузов занят, и мы поехали дальше. Моя рука гладила её коленку, что ту нервировало, видимо сомневалась, что согласилась. А когда мы свернули с дороги, та с паникой поинтересовалась:

– Куда мы едем?

– Я хочу получить оплату, – был мой ответ, и, достав банкноту в двадцать долларов, протянул той.

У Люси сработал хватательный рефлекс, она убрала деньги в маленькую сумочку и только потом сообразила, свела ноги и сидела так, пока мы не остановились под деревом, в тени. Развернул её к себе – ох и напряжена была! – впился в ярко накрашенные губы и параллельно начал ласкать одной рукой. Дальше под её охи и ахи я поимел Люси.

– Помыться хочешь? – спросил я, когда слез с пассажирки.

– А есть? – удивилась та.

– У меня всё есть.

Открыв чехол кузова, я достал ведро и канистру с водой, налил и расстелил резиновый коврик, куда положил летний душ. Та, ничуть не стесняясь, что её видно со всех сторон, включая меня, встала на коврик, и я начал качать, а та мыться и, извиняйте за подробность, подмываться. В этом я ей активно помогал, заодно лапая. Та была не против, всё походило на игру, ничуть меня не стесняясь при том, да и меня окатила, я тоже стоял рядом обнажённый, и та меня лапать начала под видом мытья. Наигравшись – вода в ведре закончилась, – мы вытерлись полотенцем. После чего стали одеваться. Я собрал вещи, мы сели в машину и, вернувшись на дорогу, покатили дальше. Мы и пяти миль не проехали, как наткнулись на армейский пункт досмотра, там же и полицейские были. Нас даже не остановили, видимо подозрительными мы не казались, а вот пару машин осматривали. Я понимал, что причиной, почему мой пикап особо не привлёк внимания, была пассажирка.

Мы пообедали в закусочной, я выбрал то, что вполне питательно, суп мясной и яичницу на второе. Она заказала немало, я же плачу. Вечером за полчаса до наступления темноты мы свернули к придорожному мотелю. Рядом стояла заправка. Я сначала заправился, полный бак и одну канистру, потом поехал к парковке мотеля. Дальше сам сходил к портье и оплатил ночь в номере с большой кроватью, кондиционером и холодильником. Душ обязательно. Таких номеров было всего три, они дорогие, свободны, так что, получив ключ, провёл попутчицу в номер и, пока та принимала душ, осмотрел машину, запер и, раздевшись, скользнул к ней.

Честно сказать, я бы предпочёл замедлить путь, мне нравилось такое путешествие, но Люси торопилась, ей нужно в Денвер. Вообще, она замужем, но её муж – офицер, и служит тот… в Корее. Советником. В ближайшее время возвращения его можно не ждать, так что она была вполне ненасытная в сексе и на следы на теле не обращала внимания. Сойдёт всё. А в Денвер ехала забрать дочку, у неё с мужем был ребёнок, гостила у свекрови, матери мужа. Лето заканчивается, скоро в школу, дочка как раз в первый класс идёт, каникулы к концу подходят. Вот так и доехали мы до Денвера на четвёртый день. Я подвёз Люси к нужной улице, дом, где проживала свекровь, находился за поворотом перекрёстка. Люси меня жадно поцеловала и, забрав вещи, ушла, а я покатил к выезду из города. Кстати, деньги Люси каждый день брала не смущаясь, стоила мне примерно сто долларов, но и отрабатывала их вполне трудолюбиво и охотно. Думаю, теперь к азиатам та будет относиться совсем по-другому. Надеюсь, на негров смотреть не будет, иначе, я так понимаю, разочаруется и в европейцах, и в азиатах. Негры в сексе реально неутомимые. Это я по слухам знал.

Покинув город, я въехал на заправку, последние мили мы гнали и было не до заправок, три канистры пусты, хотя полбака ещё было. Я слил из четвертой бензин в бак и залил в четыре свежего горючего. А на водонапорной колонке залил две канистры для технической воды свежей водой. В дороге быстро расходуются, по Люси знаю. И вот Денвер остался за спиной, спидометр накручивает новые мили, а я поглядываю на нередких автостопщиков, что голосуют на обочине. Путешествовать с Люси мне понравилось, да и вообще женщина под боком – это, оказывается, здорово. Именно поэтому моё внимание и привлекали автостопщики, но всё не то. Проехав ещё две мили, я приметил двух девушек, около двадцати на вид, в юбочках, белых рубашечках, ножки ровненькие и загорелые, белокурые, светленькие, как будто сёстры. Голосуют. Где-то я их видел, но никак не вспомню. Прикинув, мысленно пожал плечами и стал притормаживать, сворачивая к ним, чувствуя, как прицеп поддаёт сзади. Почему бы и нет? Попытка не пытка, как говорил один литовец, избивая меня в тюрьме в первой жизни. Меня, похоже, узнали, стали переглядываться со значительными взглядами, а когда я остановился, чтобы они могли заглянуть ко мне через открытое окно со стороны пассажира, я их вспомнил. Мы с Люси все ночи проводили в номерах мотелей, да шумно, похоже, она специально как мартовская кошка орала. А утром во время завтрака в кафешках на неё многие из женщин с завистью смотрели, на меня задумчиво, мужчины презрительно на обоих. Пожилые недовольны, что им спать не давали. И вот вчера утром и этих девчат в кафе мотеля я видел. Скорее всего, на другой машине доехали. И они меня узнали.

– Привет, – улыбнулась одна, заглянув ко мне и демонстрируя через вырез рубахи грудки, что ничем не сдержаны. Восхитительный вид.

– Привет, – кивнул я, с интересом изучая, мой взгляд она заметила и довольно улыбнулась.

– Мы в Атланту едем. Подбросишь хотя бы часть дороги?

– Легко, но у меня есть своя такса. Натурой.

– Это как? – заинтересовались обе.

– Вы расплачиваетесь своими телами.

– Та женщина, что с тобой раньше была, она?..

– Эта пассажирка уже сошла, и очень сожалела, что дорога так коротка была.

– Мы согласны! – хором сообщили они, даже не дав сказать фразу об оплате.

– Я еду мимо Атланты, так что довезу сразу до города.

– Это просто отлично, – заулыбались девчата. – У нас уроки начинаются через шесть дней. Успеем? Мы в колледже учимся.

– Успеем, – сказал я, съедая их взглядом.

Я вышел из машины и убрал их вещи, чемоданчик и две дорожные сумки в прицеп, при себе они небольшие сумочки оставили. Сели, в кабине для нас троих худосочных места хватало, так что покатили дальше, а моя рука двигалась по бедру сидевшей вплотную одной из пассажирок. Чему та не возражала. Да она без белья?! Пришлось сворачивать с дороги и брать плату натурой. С обеих. По одному разу, но меня на двоих хватило, они были в восторге от дорожного душа, сервис, и мы покатили дальше.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.