В 600 км от Москвы. Российская глубинка, середина 90-х
Мордовия в газетных публикациях 1995—1997 гг.
Шикур Шабаев

© Шикур Шабаев, 2023

ISBN 978-5-4498-2872-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

5 января 1995 года, «Республика молодая».

УНИВЕРСИТЕТ СТАРЕЕТ, НО ЖЕЛАЕТ «ОМОЛОДИТЬСЯ»

Средний возраст «остепененных» преподавателей Мордовского госуниверситета имени Н.П.Огарева приближается к пенсионному

Знаменитый французский математик XIX века Эварист Галуа, чьи труды положили начало развитию современной алгебры (хотя и не были поняты при жизни ученого), прожил 21 год. Английский физик Джеймс Прескотт Джоуль свой закон, вошедший во все школьные учебники мира, открыл в 25 лет. Советский физик Андрей Дмитриевич Сахаров стал академиком в 32 года… Нет, говорить о том, что молодость – двигатель науки, наверное, излишне. Опыт и знания «ветеранов» никто не оспаривает – примеров плодотворного научного долголетия сколь угодно много, но именно молодость, не отягченная традициями, сложившимися за десятилетия устоями, очень часто и приводит к открытию.

Между тем, к примеру, в нашем, Мордовском государственном университете средний возраст «остепененных» преподавателей, доцентов и профессоров, по словам ректора МГУ Н.П.Макаркина, достигает 60 лет. Многие же из них далеко перешагнули пенсионный возраст.

– Тенденция весьма угрожающая, гибельная для университета, – заявил Николай Петрович на собрании молодых ученых и специалистов вуза около месяца назад. – Если так будет продолжаться, то у вуза будущего просто-напросто не будет…

Университет стареет. Но отчаиваться и думать, что в один прекрасный день большинство преподавателей может взять да уйти на пенсию, не стоит. Только в прошлом году в аспирантуру госуниверситета принято восемьдесят молодых аспирантов – беспрецедентное для этого учебного заведения количество «новобранцев».

Но все-таки процесс «омоложения» сложнее, чем может показаться на первый взгляд. Это в прежние, «доперестроечные» годы желающих «идти в науку» было пруд пруди. Сейчас же престиж научного работника, да и высшего образования вообще, значительно упал. И не удивительно. Чем в первую очередь занята голова ученого, преподавателя вуза, учителя? Проблемами физического выживания – как прокормить семью, одеться, обуться. Тут – как хотите! – не до большой науки.

Что уж говорить о бедном аспиранте! Какой здравомыслящий человек согласится оставить свою работу, поменять пусть и относительно твердую заработную плату на мизерную стипендию со смутными перспективами на будущее? Однако, как ни странно, конкурс потенциальных аспирантов в госуниверситете в прошедшем году оказался довольно сложен: два претендента на место. Может быть, все дело в этих самых перспективах – в том, что они приобретают все более ясные черты? Растет стипендия – мордовский аспирант «получает» так, как нигде в России, и этим по праву гордится ректор. За счет университета, скажем, печатаются авторефераты – может быть, и мелочь, но тоже имеющая значение. Тем аспирантам, которые защищаются досрочно, выдаются специальные премии (как и их научным руководителям) – стимул довольно-таки мощный. Около двухсот молодых ученых и сотрудников университета в прошлом году улучшили свои жилищные условия. Пусть это всего лишь комната или место в общежитии, но ведь надеяться на большее сейчас трудно. С вводом в строй своего нового «семейного» общежития ни один аспирант, ни один молодой ученый в МГУ имени Н.П.Огарева не остался «бездомным».

Три года в Мордовском госуниверситете действует Совет молодых ученых и специалистов. Созданный в начале 1992 года приказом ректора, Совет – единственная в вузе молодежная нестуденческая организация. Считается, что она объединяет около полутора тысяч молодых людей в возрасте до тридцати трех лет (в том числе около полутора сотен аспирантов и чуть менее трехсот преподавателей). Считается также, что Совет обязан помогать молодым ученым «становиться на ноги». И вправду, организация «решает» жилищные вопросы, «выбивает» путевки на загородные базы отдыха, дает рекомендации для выезда на зарубежные стажировки – в общем, делает то, что, честно говоря, решается и без особого участия Совета – администрацией вуза и профсоюзным комитетом. Хотя в последнее время деятельность его активизировалась – налаживаются связи с молодыми учеными из местного педагогического института, с коллегами из других российских вузов. По словам доцента Михаила Ломшина, последнее время возглавлявшего Совет, наконец-таки найдены «точки соприкосновения» с СММ (Союзом молодежи Мордовии), преемником коммунистического союза молодежи.

О комсомоле, кстати, воспоминания хотя и не радужные, но с некоторыми ностальгическими нотками. Если забыть политические опыты комсомольских функционеров – лучшей молодежной организации не было. Как нет, пожалуй, и сейчас. Союзов, советов и объединений, провозглашающих своей целью борьбу за права молодежи, множество. Но большинство из них этой самой молодежи – увы! – почти не известно. И, честно говоря, весьма ограничено в средствах. Возможно, общего языка у молодых ученых и СММ не было и в силу этой «приземленной» причины. Посмотрим, как сложится диалог дальше. Сейчас он выражается, в основном, в том, что некоторые сотрудники университета активно сотрудничают с политическим движением «Новые имена», не так давно созданным при СММ. Правда, к науке это непосредственно не относится.

Совету молодых ученых более удаются дела, скажем так, административные. А те триста научных статей молодых сотрудников госуниверситета, опубликованные в местной, центральной и даже международной прессе, и фигурируемые в отчетах, – не такая уж большая цифра: для трех лет и для такого большого учебного заведения это явно маловато. Молодежь несколько «отстает» от своих старших и более опытных коллег; целая серия научно-практических конференций (в том числе и всероссийских), прошедших в МГУ им. Н.П.Огарева в конце осени-начале зимы, доказывает это.

Стоит надеяться, что в будущем Совет молодых ученых и специалистов университета обретет больший вес в жизни вуза. Ректор Макаркин считает, что председатель научной молодежной организации должен непременно войти в состав ректората, обещал выделить для Совета отдельное помещение и телефон. В скором времени обещаны специальные премии для лучших молодых ученых («Скажем, по пять или десять минимальных окладов», – заявил Николай Петрович), именные стипендии для аспирантов. Планов немало…

12 января 1995 года, «Республика молодая».

УЧИЛИСЬ БЫ, НА НЕМЦЕВ ГЛЯДЯ…

Встречаю недавно в троллейбусе своего бывшего студента. Умный мужик, крепкий хозяин. До недавней поры возглавлял крупное сельское хозяйство. Сейчас, по его словам, «ушел в фермеры». Разговорились мы: мол, как дела, семья, дети? «Небось у вас тоже свое дело? – невесело улыбается. – Поделимся опытом?»

«Да нет, – отвечаю, – хозяйством не обзавелся…» Хотя, надо сказать, мог бы. И силы, и связи, и возможности были. Но изменять своему делу – как бы тяжело ни приходилось – не хочу. Сознательно. С другой стороны, конечно же, горько – ни одна цивилизованная страна не заставляет ученого или педагога сажать картошку, как приходится нам. Иначе не выжить!

о возможности организовать собственное дело, мой собеседник нисколько не преувеличивал. Николай Иванович Новотрясов долгое время проработал в «Сельхозтехнике» республики, с восемьдесят третьего – в местном университете, сейчас – декан факультета повышения квалификации специалистов сельского хозяйства. Так что кое-какие связи, понятно, есть. И теоретически подкован неплохо – за спиной не только МГУ имени Н.П.Огарева, но и аспирантура Ленинградского сельхозинститута. Опыта, вроде бы, тоже не занимать – приходилось работать и «руками» (на комбайне, на тракторе, на ферме). ГОВОРЯ

– В общем, подумывал, – улыбается Николай Иванович. – Но права народная мудрость – это насчет умения тачать сапоги… У нас же многие занимаются: в худшем случае – банальной куплей-продажей, в лучшем – не своим делом. Быть же фермером – тяжкий крест…

Вот об этом мы и беседуем. В свое время было поломано столько копий вокруг фермерства – оно, де, поднимет всю страну, накормит, напоит. Но прошел год, второй – оказалось, от колхозов рановато отказываться. А от кооперативов практически невозможно. И как с этим обстоят дела «там», на хваленом Западе? Николай Иванович Новотрясов не раз встречался с зарубежными фермерами, обстоятельно изучал опыт закордонных коллег. Так, почему у нас ничего не получается?

– Может быть, потому, что российский фермер остался один на один со своими проблемами – часто без денег, без техники, без семян. Между тем сельскохозяйственное производство на Западе вовсе не брошено на произвол судьбы, как порой показывают нам иные экономисты, оно – не «черная дыра», в которой бесследно исчезают миллиарды. В цивилизованных странах существует четкая политика государства в отношении к фермеру. В США, к примеру, государственное регулирование сельского хозяйства существует с тридцатых годов. Россия же, заговорив о «рынке», доходит до абсурда! Мы до сих пор не знаем, чего и сколько нам нужно, какую культуру выращивать. Ни в целом по России, ни, в частности, в Мордовии. Земли в Атяшевском районе не такие, как в Зубово-полянском. Там выгоднее производить одни культуры, здесь – другие. Думаете, руководители хозяйств этого не знают? Знают, но цены, устанавливаемые порой едва ли не с «потолка», заставляют их поступаться целесообразностью. Возьмем, к примеру, пшеницу сильных сортов, идущую на выпечку хлеба. Традиционно Мордовия закупает ее за пределами республики – наши погодные условия – увы! – заметно отличаются от кубанских. И все же выращивать эту пшеницу на мордовской земле можно, говорят специалисты. Естественно, далеко не везде это зависит от качества земли, да и риск большой (год на год не приходится). Вот и перестраховываются руководители. А республика тратит «лишние» миллионы из своего, и без того тощего, бюджета.

Как поступают в этом случае на Западе? Чаще всего между государством и фермером заключается своеобразный договор. Фермер обязуется вырастить столько-то пшеницы, которую, уверен он, купят у него по ранее определенной цене.

– Ну, а как выдастся неурожайный год? Разве погода капризничает только у нас?

– На этот случай существуют страховые полисы – в любом случае, даже если фермеру не удастся собрать запланированный урожай, он не останется без прибыли. Правда, для этого ему придется доказывать, что неудача приключилась не по его вине. Специальные расчеты показывают, сколько и чего можно на этой земле вырастить.

Один из наших гостей, голландский фермер, как-то пошутил: мол, думаете, у нас нет нерадивых хозяев или пьяниц? Случаются. Но разговор с бездельниками весьма суров. Сначала органы, следящие за состоянием дел в сельском хозяйстве, предупредят его, а через год-другой имеют право поставить вопрос о лишении его неправильно используемой земли.

Государственная система слежения за состоянием земли существовала и в СССР. Впрочем, организации, занимающиеся этим, «живы» и поныне. На уровне республики это, к примеру, государственный комитет по земельной реформе и земельным ресурсам РМ, институт «Волговятниигипрозем», Мордовская проектно-изыскательская станция химизации, республиканская станция защиты растений. В принципе, ничего нового и изобретать не нужно!

И что же, можно вообразить, как трясется над своей землей мордовский крестьянин? Увы! Будь он трижды бездельник, и поле его поросло бурьяном – его вряд ли лишат земли. Более того, уже появляются «крестьяне», «фермеры», имеющие очень далекое отношение к сельскому хозяйству. Пользуясь связями, служебным положением, они получают и строят на ней собственное благополучие. Обрабатывают же ее наемные работники (случается, «за бутылку»), часто из числа соседей «колхозников», часто на «колхозной» же технике, на «колхозном» горючем… Естественно, себестоимость продукции, выращенной на подобной ферме, будет куда ниже, чем у простаков-соседей. Ну, а поскольку высокопоставленным «фермерам» как-то негоже зарабатывать обманом, так сказать, в чистом виде – земля оформляется на тещу, тестя и прочих родственников и знакомых.

То же самое можно проделывать и со ссудами (государство выделяет их немало – не зря мы говорим о «черной дыре»). Кто их получает в первую очередь? Правильно – те же, кто и распределяет их. «Рядовые» же фермеры могут получить обычную ссуду под «бешеные» проценты – если повезет, когда-нибудь расплатятся…

А вот, скажем, немцы не имеют права отдавать (продавать) землю даже наследникам – если те не занимаются сельским хозяйством профессионально, не имеют аграрного образования. Наши же «реформисты» хотят пустить землю в свободную продажу. Можно только вообразить, что из этого получится!

– Земельная реформа в России осуществляется, как известно, далеко не в первый раз. Наиболее известна из них «столыпинская». Думается, было бы полезно вспомнить о них еще раз.

– Лучше обратиться к самому Петру Столыпину, к его речам, изложенным им в Государственной Думе весной 1907 года:

«…Мысль о том, что все государственные силы должны прийти на помощь слабейшей его части (крестьянству – автор), может напоминать принципы социализма. Но если это принцип социализма, то социализма государственного… У нас принцип этот мог бы осуществляться в том, что государство брало бы на себя уплату части процентов, которые взыскиваются с крестьян за предоставленную им землю. В общих чертах дело сводилось бы к следующему: государство закупало бы предлагаемые в продажу частные земли, которые, вместе с землями удельными и государственными, составляли бы государственный земельный фонд.

Из этого фонда получили бы землю на льготных условиях те малоземельные крестьяне, которые в ней нуждаются и действительно прилагают теперь свой труд к земле, и затем те крестьяне, которым необходимо улучшить формы нынешнего землепользования…

Таким образом вышло бы, что все государство, все классы населения помогают крестьянам приобрести ту землю, в которой они нуждаются. В этом участвовали все плательщики государственных повинностей, чиновники, купцы, лица свободных профессий, те же крестьяне и те же помещики…»

Результат такой политики не заставил себя ждать: к 1912 году Россия буквально завалила зерном и внутренний рынок, и рынок Европы.

В настоящее время у нас земельный вопрос решать через куплю-продажу нельзя. Будет второй пример «прихватизации». Опять появятся подставные лица на приватизированные объекты и значительные площади земли, что приведет к дискредитации реформы.

– Некоторые экономисты считают, что без права купли-продажи настоящее фермерство – как класс – просто-напросто не сложится…

– Давайте обратимся к примеру Японии (эта страна интересна тем, что реформы происходили там в довольно сжатые сроки). Класс японских собственников-фермеров возник в результате земельной реформы 1946 года. В чем она выразилась? Закон, скажем, устанавливал пределы землевладения и землепользования (в 3 те – это около трех гектаров). Вся «сверхнормативная», а также необрабатываемая земля, сдаваемая владельцами в аренду, хотя и живущими в деревне, подлежала выкупу государством.

Выкуп земли и последующая продажа ее крестьянам должны были осуществлять местные и городские земельные комитеты. Цена земли устанавливалась на уровне довоенного 1939 года.

Денежная арендная плата не должна была превышать 25 процентов стоимости урожая поливного риса или 15 процентов стоимости урожая на прочих полях. Выплата стоимости земли при приобретении ее арендаторами могла производиться в рассрочку до 24 лет. Сравним-ка это с нашими правилами, а? Японский крестьянин, только-только ставший собственником, независимо от его финансовых обязательств, не обязан был выплачивать правительству сумму, превышающую треть стоимости его годового урожая.

Кроме того, с середины сороковых до конца пятидесятых годов государство создало благоприятную среду для быстрого развития сельского хозяйства, делая крупные вложения в сферы, «сопряженные» с «деревней»: в научно-исследовательское дело, в распространение знаний среди фермеров, в образование, в улучшение деревенской инфраструктуры (дороги, коммуникации и т.п.).

В 1947 году был принят Закон о сельскохозяйственных кооперативах. По этому закону все крестьяне автоматически считались членами сельхоз кооперации. Через кооператив крестьяне приобретают почти все средства производства и сбывают большую часть своей продукции, кооператив организует хранение, сушку, первичную обработку и транспортировку продуктов, снабжает деревню всеми необходимыми для жизни товарами, кооператив же является центром медицинского и культурного обслуживания крестьян (вам это ничего не напоминает?). С кооперативами теснейшим образом связана финансовая жизнь крестьян, здесь они могут получить кредит на льготных условиях, заем определенной суммы, особенно для приобретения удобрений, машин и прочих дорогих товаров…

Можно вспомнить и об опыте реформ других стран. Но ведь мы и сами с усами.

– Выходит, очередная российская реформа терпит крах?

– Пока землей владеют не крестьяне, не фермеры, а «народные» депутаты, руководители администраций и управлений сельского хозяйства, колхозов и совхозов, то выхода из тупика не найти. Найдут они силы отказаться от своих «наделов» – свет, может быть, и забрезжит…

19 января 1995 года, «Республика молодая».

ПРАВИТЕЛЬСТВО ЗАПРЕТИЛО ПРОДАВАТЬ ДЕТСКИЕ САДЫ

назад каждые шесть малышей дошкольного возраста из десяти ходили в детский садик или ясли. Сейчас положение изменилось – больше половины детей «сидит» дома, с бабушками и дедушками, с безработными тетями, мамами и папами. Сеть дошкольных учреждений, которой мы все так гордились, сократилась на многие десятки «единиц». ТРИ ГОДА

Но привычно ругать некомпетентное правительство в данном случае все же не стоит. Число муниципальных детских садов за эти не годы не только не сократилось, но и значительно – едва ли не в полтора раза! – увеличилось. Терпит крах система ведомственных детских садов. Некогда предмет гордости передовых предприятий и учреждений (лучшие здания, лучшее оборудование, весомей заработная плата у персонала), они сейчас влачат нищенское существование. Большинство предприятий оказались в тяжелом материальном положении и пытаясь найти выход из финансового тупика, обратили взгляды на детские сады: прибыли, по крайней мере, явной, вроде бы никакой – одни убытки. Это раньше у бедных мамаш и папаш был выбор: куда идти, на какой завод или учреждение устраиваться. Помимо зарплаты существовало и множество других «приманок»: детские сады, спортивные комплексы, пионерские лагеря, туристские базы… «Перестройка» сделала всю эту культмассовую «надстройку» необязательной и даже более того – обременительной!

Вот и кинулись новоявленные собственники избавляться от нерентабельных «производств». В лучшем случае речь идет о передаче дошкольных учреждений в муниципальную собственность. Понятно, что это прибавит хлопот местным властям – что ж поделаешь, авось «Москва» поможет… В худшем же детский сад просто-напросто продадут!

Правда, говорить о купле-продаже открыто пока стесняются – еще ведь и лозунг «Все лучшее – детям!» не успел забыться. Да и законы на этот счет достаточно строги. Президентский указ, к примеру, хотя и разрешает акционерам включать объекты «соцкультбыта» в свой уставной капитал, права перепродажи не предоставляет. Ну и что? Разве обязательно продавать детский сад? Это ж недвижимость, стоимость которой, как известно, со временем только увеличивается! Поэтому можно сдать эти прекрасные, чаще всего отдельно стоящие строения в аренду… разве трудно найти подходящую юридическую формулировку? Так что стоит ли удивляться, что у того же «Электровыпрямителя», гиганта мордовской промышленности, из девяти детских садов уже ничего и не осталось. Внимательные читатели нашей газеты могут вспомнить скандальную историю с детскими садами, принадлежащими саранскому заводу «Центролит». Руководство предприятия посчитало «перепрофилирование» детских дошкольных учреждений лучшим способом решения своих проблем. Вероятно, так бы и случилось, но возмутились родители и персонал закрывающихся садов (кстати, вот вам еще одна проблема – как быть воспитателям и нянечкам, теряющим работу? Руководство «Центролита» предлагало своим бывшим сотрудникам и акционерам решать вопрос трудоустройства самостоятельно). Можно привести немало и других примеров.

Тогда в ту памятную полемику вмешалась республиканская пресса, подали голос депутаты. И теперь мы рады сообщить, что усилия не были потрачены даром, что даже в наше бесправное время иной раз можно докопаться до истины. Недавно правительство республики приняло постановление, которым, как нам хочется надеяться, поставило точку в споре с ретивыми администраторами. Совет Министров РМ обязал Министерство образования Мордовии принять на баланс с 1 января наступившего года все ведомственные дошкольные учреждения, владельцы которых не в состоянии содержать их. Министерство финансов обязано обеспечить финансирование этих учреждений.

В этом году на баланс местных властей только в Саранске будут переданы десять бывших ведомственных детских садов и яслей: NN 55, 70 акционерного общества «Орбита», NN 74, 82, 97 завода «Резинотехника», NN 18, 68, 78, 120 завода «Центролит», N 93 акционерного общества «Лори». Эти предприятия – увы! – вынуждены расписаться в собственном бессилии.

Этот вопрос, так сказать, решенный. Что же касается будущего, правительство поручило Государственному комитету РМ по управлению государственным имуществом и местным администрациям «впредь не допускать на территории республики перепрофилирования дошкольных образовательных учреждений». Понятно, что проекты у нас частенько «корректируются», и решения, исполненные в жизни, значительно отличаются от первоначальных замыслов. Но так хочется надеяться, что нам не придется возвращаться к этой проблеме еще раз…

19 января 1995 года, «Республика молодая».

В УНИВЕРСИТЕТ БЕЗ ЭКЗАМЕНОВ

может вскоре поступить каждый школьник республики. Условие одно – надо иметь светлую голову. В смысле – умную…

(по традиции – в конце зимних школьных каникул) в Саранске прошла предметная олимпиада. Традиция эта давняя, проверенная временем, с годами меняется разве что форма состязаний будущих Ломоносовых да количество учебных предметов, по которым определяются победители (на этот раз их было пять: математика, физика, химия, биология, информатика и электронно-вычислительная техника). НА ПРОШЛОЙ НЕДЕЛЕ

Школьные олимпиады интересны не только ребятам, но и – в первую очередь! – педагогам. Что вполне понятно: в учительском труде нет конкретных, определенных показателей, по которым можно судить о состоятельности того или иного педагога. Разве что успех (или провал!) ученика. Впрочем, это касается, наверное, не только познаний в области какой-либо учебной дисциплины… Поэтому «по справедливости» рядом с именами победителей олимпиады, которые мы сегодня публикуем, надо было бы привести и фамилии учителей, подготовивших таких умных, талантливых ребят.

Прежде чем попасть в Саранск, на республиканскую олимпиаду, юным знатокам пришлось пройти частое «сито» школьных, районных и зональных олимпиад. Вся Мордовия была условно разделена на пять зон: Саранск, Краснослободск, Ковылкино, Ромоданово и Чамзинка.

Логика организаторов мероприятия проста: сейчас вряд ли возможно пригласить в столицу республики всех победителей районных конкурсов. Районов-то – двадцать пять, конкурсных дисциплин – пять, три возрастные группы (девятый – десятый – одиннадцатый классы). Представьте, сколько молодых Эдиссонов пришлось бы тогда размещать, развлекать, кормить… Да и итоги подводить при таком конкурсе сложно. Куда проще провести предварительные отборочные турниры.

Однако этот принцип имеет существенный недостаток, отметили члены жюри. Две сильные команды, достойные, быть может, призовых мест в финале, встретившись на зональной олимпиаде, резко снижают шансы друг друга. На этот раз, скажем, здорово пострадали рузаевцы, традиционно отличавшиеся на олимпиадах прошлых лет – сильная саранская команда «раньше срока» вывела из турнира многих рузаевских претендентов.

Еще одно любопытное замечание сделал председатель жюри «математиков» Иван Иванович Чичаев. Как ни странно, наиболее глубокие знания показали участники олимпиады, выступавшие здесь вне конкурса, вне команды, и поэтому -увы! – не претендующие на «официальные» призовые места. Только это помешало юным математикам девятикласснику Вите Баранову и десятиклассникам Андрею Колобкову и Мише Кошелеву стать победителями и получить заслуженные призы (кстати, так же, как и биологам Ольге Устиновой из Рузаевки и Юре Братолюбову из Саранска). Впрочем, эти призы могли быть и более разнообразными. Часы и простенькие микрокалькуляторы на выбор – вот и все, что могли предложить организаторы.

Иван Иванович Чичаев посетовал, что в контрольных работах ребят довольно часто встречаются ошибки «обычные», стандартные – тогда как в оригинальных задачах, выходящих за пределы школьной программы, участники олимпиады показывают чудеса находчивости. Это, к сожалению, говорит о том, что у ребят нет нормальной школьной математической подготовки, нет «школы». «Это не вина ребят, – подчеркнул председатель жюри, – это их беда. Это беда нашей школы…»

Олимпиада показала, насколько велик разрыв между школами – «передовиками», находящимися у всех на слуху, и всей остальной школьной Мордовией. Взгляните на итоги республиканской олимпиады – имена ребят из саранской школы-лицея N4, школы-лицея N4 из Рузаевки, Краснослободской средней школы N2 встречаются чуть ли не на каждой позиции. Хотя отличились и некоторые сельские школы – Кочелаевская (Ковылкинский район), Горенская (Большеигнатовский), Поводимовская (Дубенский) … Выходит, таланты рождаются не только в «столицах»? В этом отношении показательна олимпиада по информатике. Она несколько отличается от турниров по «традиционным» учебным дисциплинам. Бедным (в прямом, материальном, смысле слова) школам здесь просто-напросто делать нечего. Электронно-вычислительная техника – предмет информатики – многим учебным заведениям не по карману. Компьютер же по учебнику не изучишь. И не удивительно, что круг претендентов на победу в олимпиаде по информатике оказался уже желаемого. Но вот что интересно: в списке победителей – сразу двое ребят из Ковылкинской средней школы N4. А ведь заморская техника, восхищались члены жюри, установлена в этой школе всего два-три месяца назад. Значит, не в «наглядных пособиях» дело?

Сто шестьдесят пять лет назад из своих Холмогор пришел в Москву учиться Михайло Ломоносов. Сейчас, говорят, такое и представить трудно – кому нужны «чужие» таланты? Зря говорят. Мечтают о талантливых ребятах из сельских школ в саранском педагогическом лицее N26. Возможно, уже со следующего учебного года начнет прием одаренных школьников со всей республики университетская академическая гимназия при МГУ имени Н.П.Огарева. Планируется создание физико-математического, химико-биологического, экономико-правоведческого и других отделений. Кстати, как раз в дни завершения предметной олимпиады ректорат университета принял решение призеров олимпиады-учащихся выпускных классов принимать в университет (на соответствующие факультеты) без вступительных экзаменов. Так что, если Ученый Совет МГУ утвердит решение ректората, мы уже можем назвать имена первых студентов-первокурсников 1995 года!

9 февраля 1995 года, «Республика молодая».

БОМБА В ШКОЛЕ!

Во вторник, 7 февраля, саранскую школу N 17 эвакуировали – искали мину.

В половине девятого утра в дежурной части МВД республики раздался телефонный звонок. Чистый детский голосок торопливо прокричал в трубку: «В семнадцатую школу подложена мина. Через полчаса она взорвется!» Не успел дежурный ничего уточнить, как трубку бросили.

На место происшествия немедленно выехали специалисты Министерства внутренних дел, федеральной службы контрразведки, гражданской обороны и пожарники. Времени оставалось в обрез. Важно было не допустив паники, вывести детей, педагогов, персонал одной из крупнейших школ города, расположенной на пересечении оживленных автомагистралей. Со старшеклассниками проблем нет, а как быть с малышами? Одеть-обуть, построить, никого не потерять… Можете представить себе состояние взрослых – опасность таилась в любом углу, в любой школьной парте, в учительской, в спортзале. Спецслужбы сработали четко. Школа опустела в считанные минуты. В классах и коридорах начался поиск взрывного устройства.

Этот звонок с предупреждением о готовящемся в городе взрыве не первый. За последние месяцы спецслужбы по тревоге выезжали на железнодорожный вокзал, в школу N 18, по нашим данным, были и другие случаи, но пресса о них не сообщала. Все эти вызовы оказались, к счастью, ложными. Не нашли злосчастную мину и на этот раз. Все обошлось.

Увы, похоже, саранскими школьниками осваивается новый вид развлечения. Как просто: позвонил по телефону, сообщил о бомбе – и все «уроки отменяются». Говорят, «идея» пришла к нам из Нижнего Новгорода, а туда из Москвы.

Сейчас федеральная служба контрразведки выясняет, кто так «здорово» пошутил. Нам сказали, что это хотя и трудно, но технически возможно. В.А.Ивенин, директор школы N 17, надеется, что любителей розыгрыша непременно найдут, и тогда родителям «шутника» придется раскошелиться не на один миллион, чтобы впредь неповадно было.

23 февраля 1995 года, «Республика молодая».

ПОБЕДИТЕЛИ ПОЕДУТ ВО ФРАНЦИЮ

Знание французского языка некогда считалось в России знаком причастности к высшему свету – эдаким своеобразным средством общения аристократии.

С тех пор утекло много воды, и ныне у россиян куда более популярен другой иностранный язык – английский. Но и французский не забыт. Немало школьников Мордовии изучают его как учебную дисциплину. Но прошлой неделе многие из них собрались в саранской гимназии N12 на республиканский конкурс «Знаете ли вы Францию?»

В конкурсе приняли участие представители 8 районов, рассказал нам инспектор министерства образования РМ Александр Борисович Чубаев. Победителями стали – и в этом, само собой, мало кто сомневался – ребята из саранских школ. На первом месте – Алексей Сазонкин (11 класс, гимназия 12), на втором – Инна Лазарева (10 класс, школа 18), на третьем – Ирина Гришина (11 класс, школа 40). Отмечены призами Надежда Кумакшева из Чукальской средней школы Ардатовского района, Татьяна Соколова из Леплейской школы) Зубовополянский район) и Елена Ледяйкина из Саранска.

Победители республиканского конкурса поедут весной в Москву, на третий, заключительный тур. А в случае успеха – во Францию. Шансы наших ребят достаточно высоки – в прошлом году, например, Валера Шикин занял в российском конкурсе знатоков Франции второе место.

23 февраля 1995 года, «Республика молодая».

ПОРА ВЫХОДИТЬ ИЗ ТРУЩОБ

В Саранске уже создано несколько кондоминиумов. «Звери» эти, как оказалось, вовсе даже не страшные…

В подъезде наконец-таки перестали красть стекла. Когда-то били – из озорства, из-за хмельной удали, из-за переизбытка сил. Потом бить перестали – подъезд как-то сразу, вдруг, состарился, и бдительные бабки на скамеечке у дома сели на перманентный караул. Но на ночь пост снимался, а к утру – увы! – оказывалось, что на втором или на третьем, а то и на четвертом этаже стекла из оконной рамы аккуратно вынуты. А то и вообще унесены вместе с рамой. Суровая российская действительность: строительный бум в «частном секторе» совпал с резким подорожанием стройматериалов.

Морозы временно снизили промактивность, но до сих пор подозрительный шум в подъезде заставляет приникать зорким оком к дверному глазку: вдруг это непрошеные гости делят общественную – а, значит, и мою – собственность?

А в это время городское телевидение демонстрирует очередную западную ленту: красивые дома, удобные квартиры… А подъезды? Один из этих фильмов я до сих пор пересказываю знакомым. В смысле описания подъезда, в котором жил главный герой (имя-то его я давным-давно успешно позабыл). Цветы, яркие краски, зеркала!.. Представляете, зеркала! Интересно, как долго провисели бы они в моем подъезде?

Но побеседовали мы с Анатолием Андреевичем Любушкиным, главным экономистом Департамента жилищно-коммунального хозяйства, и подумалось, что вовсе это не научная фантастика, а вполне осуществимая реальность. Правда название ей нерусское – кондоминиум.

Понятие сие пришло из римского права, что означает совместное владение собственностью, недвижимостью.

– Как устроен русский человек? – рассуждает Анатолий Андреевич. – Все, что до входной двери – то не трожь, то – мое. А что находится за дверью – его не интересует. Отсюда и выбитые окна, разрисованные стены и потолки, сожженные кнопки лифтов… Потому как жилец всему этому не хозяин. И даже если он приватизировал квартиру, «влияние» новоявленного хозяина дальше прихожей не распространяется.

Кондоминиум делает владельцами всех жильцов дома. Который, таким образом, получает статус юридического лица. Отныне жильцам принадлежат не только их собственные квартиры, но и лестничные площадки, подвалы, чердаки, лифты. И даже прилегающая к дому территория – с клумбами, скамейками и детскими площадками. И не важно при этом, приватизировал ты свою личную квартиру или нет.

Явление, которое назвали таким диковинным словом, существовало в России и прежде. Еще до Октябрьской революции во многих российских городах действовали так называемые товарищества владельцев квартир.

После прихода большевиков к власти они стали разваливаться и ко второй половине тридцатых годов исчезли вовсе.

Что-то подобное при старании можно увидеть в недавних ЖСК, жилищно-строительных кооперативах. Дома ЖСК действительно принадлежат их жильцам, и преобразование в кондоминиум часто означает лишь юридическое подтверждение факта. Кроме того, членам ЖСК легче почувствовать себя настоящими хозяевами, чего не скажешь об обитателях муниципального жилья – кем большинство горожан и является.

«Рядовой» владелец муниципальной квартиры имеет весьма смутное представление о том, какие средства выделяются на содержание дома, как они расходуются. Родной жилищно-эксплуатационный участок олицетворяет в его глазах всю местную власть. Да, ему порой не нравится, как ЖЭУ (ЖРЭУ, МЖЭП) проводит ремонт, ему ужасно не нравится цвет стен в подъезде, он робеет входить в неисправный лифт и поэтому злится. Но «ничего не поделаешь», остается лишь радоваться, что целы стекла в подъезде (говоря по правде, целы-то далеко не всегда, стекольщики часто составляют рамы из узких стеклянных полосок – чтобы не сняли любители поживиться за общественный счет. Но не гуляет ветер между этажами – и то ладно!).

– Члены кондоминиума имеют право контролировать расход средств, выделяемых на ремонт и благоустройство дома, – говорит Алексей Александрович Будников. – Они имеют право требовать устранить какие-либо недостатки при неудовлетворительном ремонте. Могут вообще отказаться от услуг ЖЭУ и нанять других специалистов. Могут перепланировать помещения и сдать в аренду, продать… В общем, прав – как у любого настоящего владельца – немало.

Кондоминиумы стали появляться где-то в 1993 году. Законодательство «толком» еще не разработано (можно вспомнить разве что утвержденное Указом Президента России Временное положение), но, думается, новый тип жильцов будет быстро «множиться». В Саранске сейчас существует семь кондоминиумов, в основном, на Химмаше (возможно, пока публикация готовится к печати, их станет больше). Для сравнения: в соседней Рязани два десятка «жилищных товариществ».

Но саранские кондоминиумы, уверен А.А.Любушкин, «неправильные»:

– Если «нормальный» кондоминиум образуется на основе уже существующего, построенного дома, то наши часто появлялись вместе с первыми очертаниями здания. Поэтому не обошлось без серьезных ошибок. Скажем, осенью прошлого года членам одного кондоминиума пришлось долгое время сидеть без света. Обычно ведь как бывает: сдают строители вновь возведенный объект – дом принимает квалифицированная государственная комиссия. Здесь же главное слово – за будущими новоселами. Кто платит – тот и заказывает музыку. В общем, поторопились вмешаться. Ну а поспешишь…

Симптом, надо бы отметить, мрачный. Голосованием, этим ультрадемократичным инструментом, следует оперировать осторожно. Эдак члены кондоминиума могут проголосовать, скажем, против ремонта крыши или канализации в подвале – жильцы на первом и последнем этажах окажутся в явном меньшинстве.

И все же, если мы хотим жить в нормальных домах, а не трущобах, не трястись от холода в остывающих квартирах, не разгребать ночами мусор в грязных подъездах, нам придется учиться быть хозяевами. Может быть, это будет кондоминиумы, может быть, образуются какие-то другие формы содержания жилья. Хотя, конечно, призывать легко…

2 марта 1995 года, «Республика молодая».

НАПИШИ МНЕ ПИСЬМО…

Конечно, человек человеку – друг, товарищ и брат. Но если жизнь тебе мачеха, и приходится постоянно думать, у кого бы занять до получки и никто не одалживает, желание вести диалог каким-то образом улетучивается. Мы стали реже звонить друг другу (компьютер высчитает и вышлет дополнительный счет за разговор). Реже пишем – по данным статистики в прошлом году количество отправлений писем, карточек и бандеролей в республике сократилось по сравнению с 1993 годом более, чем на четверть (точнее, а 26,6 процента). Мы меньше читаем – почтальоны доставили газет и журналов меньше на 12,5 процента. И перестали помогать друг другу – число денежных переводов сократилось на треть.

Дичаем?..

Уголок капиталиста

ВЕСНА. ПОРА ПОЛУЧАТЬ ДИВИДЕНДЫ?

Пришла очередная весна, и некоторые из бывших владельцев ваучеров (не забыли: такие бумажки некогда получил каждый из нас?) вспомнили, что наступает пора получения «доли общенародной собственности». Само собой, – для тех, кто не продал свой приватизационный чек, а обменял на акции – скажем, тех же инвестиционных фондов.

Не так давно прошло государственное переоформление этих фондов. В Мордовии оказалось четыре ЧИФа: «Инвест», «Фора-Инвест», «Инвест-Свет» и «Инвест-Бонд». Что ж: ждите дивидендов…

МОРДОВСКИЕ КУРГАНЫ В ПРЕЗИДЕНТСКОМ СПИСКЕ

В конце февраля президент РФ Борис Ельцин утвердил Перечень объектов исторического и культурного наследия России.

Вообще-то, подобных списков немало – так сказать, «местного уровня», республиканского, общегосударственного. Тот же самый федеральный Перечень представляет собой многие страницы убористого текста. В нем уделено место и историческим памятникам из Мордовии – таким, как Атемарский вал (ХVII век), городище «Кудеяров городок» близ села Виндрей в Торбеевском районе, курган «Маркин бугор» в Ромодановском районе… В основном – это курганы, древние городища и стоянки, валы засечной черты.

Наверное, плохо мы знаем свое прошлое: большая часть перечисленных памятников известна разве что специалистам.

8 марта 1995 года, «Республика молодая».

КАБИР АЛЬМЯШЕВ, глава местного самоуправления Лямбирского района:

ЧЕЛОВЕК БЕЗ ВЛАСТИ?

Эти люди как бы олицетворяют саму власть. Некогда они являлись основой, костяком командно-административной системы. Первый секретарь райкома (обкома, крайкома и т.д.) партии часто и имени-то не имел: «первый», «сам», «хозяин» – эпитетов, выражающих непосредственное отношение к «верховной» власти, было множество, но суть они отражали достаточно верно. Да, формально государственную власть в том же районе представлял председатель Совета народных депутатов, но мы-то знаем, что все основные вопросы решал «первый».

Ныне эту роль в районе играют главы районных администраций, возглавляющие – уже по закону! – и представительную, и исполнительную власть «на местах». Без учета их мнений не принимается ни одно принципиальное решение в республике. Поговаривают, что и нового главу мордовского парламента «посадили» в кресло именно они. Мнение, может быть, и спорное, но доля истины здесь, несомненно, велика.

Недавно мы побывали у главы местного самоуправления Лямбирского района Кабира Абдулловича Альмяшева и задали ему свои вопросы.

– Кабир Абдуллович, представьтесь, пожалуйста, нашим читателям. Многие считают вас типичным руководителем «районного звена»… Не обидно?

– Что ж, наверное, это так и есть. Мне 48 лет. Женат, двое детей. Сыновья. Родился в селе Большие Поляны Инсарского района. После окончания школы поступил учиться на физико-математический факультет Мордовского госуниверситета (вероятно, в этом есть какой-то смысл: многие толковые руководители и «районного звена», и республиканского «масштаба» – «технари», физики, математики. Тогда как в прежние годы у мордовской власти в большой моде было аграрное образование). Ну, так вот, отучился в университете – направили учителем Аксеновской средней школы, это уже Лямбирский район. Работал завучем, директором, потом перевели заведующим отделом народного образования. Служба в армии (пока учительствовал, в армию не брали – «бронь», ну а завроно – совслужащий, «прослойка», отдать долг родине обязан). Год проработал в райкоме партии, два – проучился в высшей партшколе. Вновь стал заведующим роно, заместителем председателя исполкома, предрик, глава администрации, теперь вот – глава местного самоуправления…

– Помнится, на выборах 27 ноября прошлого года ваша кандидатура была далеко не единственной?

– Да, на пост главы претендовало семь человек. Со стороны определенных лиц это было тонким расчетом – эдаким «растаскиванием» голосов. Обнаружились и «подставные» кандидатуры, некоторые товарищи отказывались от своих «намерений» перед самими выборами. Шла борьба за 25 тысяч голосов лямбирских избирателей – большой «кусок». Впереди маячил раздел республиканского «пирога», и мнение главы одного из самых заметных районов Мордовии что-то да решал…

– Однако с первого «захода» определить главу не удалось.

– Хотя и проголосовало за меня 45 процентов избирателей. В три с половиной раза меньше – за второго претендента. Остальные набрали – кто два, кто три, кто пять процентов… Ну, а второй тур все расставил по своим местам.

– Вот мы с вами говорим о власти, а ведь по большому счету районный «глава» сейчас, кажется, имеет к ней весьма отдаленное отношение – по крайней мере, так постановили наши законодатели?

– Волей бывшего Верховного Совета местное самоуправление отделено от государственной власти, она начинается с республиканского уровня. Если федеральный закон определяет двухлетний переходный период, мордовский законодатель пожелал реформировать Советы в две недели, одним росчерком пера. Ну, разве можно было это делать? Не подготовив элементарной правовой базы, не приведя в соответствие ни финансовые, ни налоговые отношения, не определив границы между государственной властью и местным самоуправлением.

– А не были ли вы тогда сами депутатом Верховного Совета, а, Кабир Абдуллович?

– Был. И голосовал против предложенного законопроекта. В конце концов, мы в живем в России, в Российской Федерации, мы не имеем права ломать устоявшуюся систему государственной власти.

Мордовский же закон о местном самоуправлении эту самую управляемость в республике нарушил!

Так как же быть главам администраций? Хотим мы того или не хотим, мы ходим в должниках у государственной власти – хотя бы потому, что нет в Мордовии ни одного сельского района, который мог бы просуществовать самостоятельно. Даже наш, Лямбирский район или, к примеру, Атяшевский, Рузаевский, Краснослободский – наиболее, так сказать, крепкие – без помощи «центра» не выживут.

Государственная власть непременно должна делегировать нам какие-то полномочия – естественно, с соответствующим финансированием. Скажем, народное образование, культура, медицина – государственное дело или нет? Нельзя, извините, сидеть и просто красоваться в этом удобном кресле, надо решать проблемы – кормить людей, одевать, обувать, лечить… Прав и обязанностей у главы – куча, а возможностей – нет. Министерства и ведомства не больно-то спешат отдавать нам даже частичку своих прав. Министры и деньгами нашими распоряжаются, и кадрами управляют. Возьмем, скажем, Лямбирь: практически любое мало-мальски заметное предприятие является республиканской, а то и федеральной собственностью. Центральная районная больница находится в полном ведении министерства здравоохранения, даже «бытовку» отобрали!..

Короче, непродуманный закон привел к тому, что нас «разграбили» – буквально среди бела дня. Чем руководить, чем управлять?.. Ну, хорошо, люди меня знают не первый год, мы всегда сумеем договориться. А придет новый человек – что тогда?

Думаю, что вновь избранное Госсобрание обязательно вернется к закону о местном самоуправлении. Куда спешить, не проще ли дождаться соответствующего федерального закона?

– За пять лет ваша должность переименовывалась трижды. Вы были председателем исполкома, позже – главой администрации, сейчас вы – глава местного самоуправления. Изменилось ли что-то принципиально?

– Глава местного самоуправления «стопроцентно» легитимен, он избран в соответствии со всеми демократическими нормами, всенародно. Эдакий маленький «президент» – по одному в каждом районе.

А работа?.. Он как и прежде отвечает за все. Вот только что я вернулся из Саранска. Обсуждали в правительстве республиканский бюджет. Прошло уже два месяца нового года, а бюджета по-прежнему нет. Как жить? За прошлый год за счет субвенций выплатили зарплату бюджетникам – работникам культуры, врачам, учителям. А как быть с остальными? Задержки по месяцу, по два, а то и по три – увы! – становятся привычными.

Понимаю, что нарушение закона, но что делать? Думаем, ищем. Не так давно заключили договора с семью крупными продовольственными магазинами Саранска, и, например, молоко теперь сдаем не на молзавод, а непосредственно в торговые точки. Кроме того, договорились с администрацией столицы, что будем торговать и сами – на городских рынках. Ежедневно продаем «с колес» по 25-30-35 тонн молока. Математика! Если, к примеру, прежде сдавали молоко по 650 рублей литр, то теперь продаем по 1500. Само собой, высокое качество гарантируется, удостоверяется санэпидемслужбой. Признательные покупатели уже привыкли к нам, ждут лямбирские машины, выстраиваются в очереди. Посудите сами, мы сдаем молоко жирностью в 3,6 процента – молзавод «доводит» продукцию до 2,8. Плюс различные надбавки, плюс торговые наценки, и получается, что производители получают треть, а то и четверть выручки! Где, в какой стране это видано?

Та же самая картина с мясом (можем похвалиться: в прошлом году нам удалось сохранить поголовье скота (тогда как все остальные районы его сократили, некоторые – чуть ли не на половину. А продали мы мяса – даже больше, чем в предыдущем году!). Многие наши хозяйства проходят ускоренные курсы по освоению рыночной экономики. Куда ж деваться – саранские перерабатывающие предприятия должны нам 440 миллионов рублей, какой интерес связываться с ними?

Выгодна нам такая торговля? Бесспорно. И главное, мы везем домой наличные деньги. А это зарплата, различные пособия, лекарства… да мало ли затрат в хозяйстве? У нас немало безработных – 2200 человек зарегистрировано в отделе труда и занятости населения. Конечно, большинство из них – бывшие саранские рабочие и служащие, сокращений в райцентре практически не было. Но от этого-то мне не легче!

В районе 75 населенных пунктов – практически ко всем подведен асфальт (стоит ли говорить о значении твердых дорог?). Ставим задачу в течении двух лет завершить газификацию села. Постоянного внимания требуют школы и детские сады.

– В Саранске за последние годы было закрыто больше десятка детских дошкольных заведений. Коммерческие «операции» с садиками приняли такой размах, что взволновалась общественность, активно выступила республиканская печать, и правительство Мордовии вынуждено было даже принять специальное постановление, запрещающее «делать деньги» за счет детей.

– За все это трудное «перестроечное» время мы не закрыли ни один сельский клуб, ни один детский сад. Более того, несколько детских садов, ранее принадлежавших «Мордовмелиорации» или «Сельхозтехнике», нам пришлось взять на собственный баланс – у предприятий на это нет денег. Недавно в Лямбире ввели в строй мощную котельную – если перебоев с холодной водой не было и раньше, то теперь, надеемся, не будет проблем и с теплом. А может быть, вам рассказать о нашей телефонной станции, импортное электронное оборудование которой позволяет нам связываться с любым городом страны? Многие из лямбирцев, кстати, имеют саранские телефонные номера – так что звоните нам «просто так», без всяких кодов… Ну, а наш Дом культуры – копию саранского Дворца культуры профсоюзов – вы видели сами…

– К сожалению, на фоне ДК соседнее здание, огромная трехэтажная цитадель, выглядит совершенно вымершим.

– Так оно и есть. Дом торговли – мы обговорили это с руководством потребкооперации – закрыт. По крайней мере, до первого тепла. Очень обширные площади – что там ваш ГУМ! – практически нечем занять. Между тем одно отопление требует ежемесячно около десяти миллионов рублей. Стоит добавить, что люди ни в чем не ущемлены: товар раскидан по другим торговым точкам – их у нас достаточно. А бывший Дом торговли, может быть, переоборудуем (если договоримся в цене). Скажем, под школу – школьные помещения в районном центре переполнены, в той же школе N2 начальные классы пришлось перевести в соседний детский сад.

– И что же, в Лямбире не находится предпринимателей, кому не дают покоя погасшие окна такого великолепного здания?

– Почему же, «новых русских», коммерсантов хватает и у нас. Обращались ко мне и свои, доморощенные, и саранские. Да только мы отказали всем. Необходимые товары в достаточном количестве продаются в Лямбире в других магазинах, а пусти «козла в огород» – и цены тут же взлетят. Ничего, кроме выкачивания денег у населения, не получится. А что мне делать, как платить зарплату?

– Ну, хорошо, оставим это… Готовясь к встрече, я просмотрел статистические отчеты за прошлый год. И, честно говоря, подумалось: не все плохо в нашем государстве. Вы сохранили «прошлогоднее» стадо, урожаи зерновых у лямбирских крестьян почти в два раза богаче, чем в среднем по республике, немного оживилось строительство. Говорят, Кабир Абдуллович, вы и сами строителем заделались?

– Да, набрался смелости и поставил дом. Небольшой, но уютный. Собственных средств, конечно, не хватило – пришлось взять ссуду. У нас считается так: коль руки, ноги, голова на месте – плохо жить стыдно…

– Кабир Абдуллович, поскольку вы возглавляете район, в котором проживает несколько крупных национальных «общин», я не могу не поинтересоваться вашим отношением к «национальному вопросу».

– Национальный вопрос придумали политики. Проанализируем республиканские события последних лет, и мы увидим, что этот козырь использовался определенными лицами всякий раз, как только кресла под ними начинали покачиваться. Но им это не помогло – лишнее доказательство искусственного накаливания страстей.

Ну, а если конкретно о Лямбире?.. В 1933 году постановлением ЦИК у нас был создан татарский национальный район (документ до сих пор, кстати, не отменен). Из 39 тысяч человек, проживающих в районе, 52 процента русских, татар – 38, остальных наций и народностей – 10 процентов всего населения. Я не подбираю себе «окружения» по национальному фактору, о специалистах сужу по делу, но, естественно, игнорировать этот факт невозможно. Из четырех моих заместителей, например, двое – русские, один – татарин и один – мордвин. Хотя с людьми стараюсь говорить на их родном языке. Люблю и знаю свой родной язык, надеюсь, неплохо изъясняюсь на русском, с детства помню мордовский.

– В Лямбире на видном месте строится мечеть…

– От наследия прошлого отказаться не так-то просто. Религия же – часть нашей культуры. Странно было бы, если бы в населенном пункте, в котором живут тысячи мусульман, не было мечети. Распоряжением Совета Министров республики в Лямбире создан центр татарской культуры, за три года нам перечислено около 15 миллионов рублей (на строительство мечети, на покупку национальной литературы и реквизита для народного творческого коллектива).

Конечно же ни этих денег, ни добровольных взносов сельчан не хватает, но, верится, что уже в этом году в новой мечети зазвучат суры из Корана. Как звучат они в селе Кривозерье (что интересно, местную мечеть там строили христиане). А вот в Елховке строится новая церковь для православных, реставрируется церковь в Атемаре. Каждому – свое.

16 марта 1995 года, «Республика молодая».

«КОМПЬЮТЕР – НЕ ИГРУШКА!»

О поражающих воображение возможностях компьютерной техники, думается, повторяться не стоит: то, что показывают иной раз в фантастических фильмах – не такая уж фантастика. Но большинство простых россиян – увы – только в этих фильмах компьютеры и видят. Да, руководители очень многих предприятий и организаций считают весьма престижным время от времени останавливать свой взгляд на погасшем мониторе. Да, российские дети изучают информатику в средней школе. Правда, часто исключительно не по самому удачному учебнику или на такой технике, которая была популярна в цивилизованном мире лет двадцать-тридцать назад. Поэтому можно представить мое изумление, когда в Лямбирской средней школе N 2 мне показали компьютерный класс, который и по «западным» меркам был бы вполне «на уровне».

О своем хозяйстве мне рассказала учительница информатики Марина Вениаминовна Добряева:

– Поступили к нам новые машины 5 лет назад, назывались они БК «Электроника» (так называемые «бэкашки»). Но полтора года назад нас обворовали. Эти машины вышли из строя… Я не знаю каким путем нам досталось вот это счастье, – обвела Марина Вениаминовна руками.– Получили их летом, а установили буквально в декабре, перед новым годом.

Конечно же, для любого учебного заведения это подарок, большой подарок. Для небольшой школы, как наша, такая совершенная техника – 486-е компьютеры (к сведению несведущих: IBM-совместимые компьютеры в зависимости от быстродействия делятся на 286-е, 386, 486…) – это, возможно, даже слишком много. Тут не реализуются все возможности этих машин. Даже в местном университете, который является для многих наших ребят целью, 486-е машины я еще не встречала. Так что поработав на такой технике, ребятам в вузе будет гораздо легче.

Да и для самой школы вычислительная техника может быть полезной. Допустим, есть возможность вести документацию, личные дела, обычно забивающие десятки объемистых папок. Но для того, чтобы приступить к этому, необходимо провести определенную подготовительную работу. Попробую ею заняться уже со следующего учебного года.

А пока что активно осваиваем эту технику – вместе со школьниками. «На бумаге», «на доске», по книге осваивать компьютерную технику очень сложно. Ребятам нужно не только рассказывать, но и показывать на деле – где, когда и какую кнопку нажимать. Поэтому мне приходится целыми вечерами просиживать у компьютера и экспериментировать, экспериментировать.

– До сих пор продолжаются споры о том, с какого возраста можно «приучать» детей к компьютеру…

– В этом году попробую взять не десятый класс, а восьмой – думаю, «для нашей школы уже «пора». Официально в сельских школах компьютерная техника изучается с десятых классов. В городе – с его колледжами и гимназиями – конечно же, с информатикой школьники знакомятся раньше, класса с шестого. Ну, а я попробую с восьмого. На такой технике можно, а?

В отношении к занятиям у старшеклассников уже сформировался стереотип – как к чему-то обязательному, обременительному. Вспомните себя в школьном возрасте… Наша система образования – увы! – ломает детей… Когда в одном классе сидят и будущие гении, и детишки «запущенные», с явно низким интеллектуальным уровнем. В итоге трудно и тем, и другим… Но это становится понятно к старшим классам – «болезнь» уже запущена и почти не поддается «лечению». А у младшеньких – в шестом, в седьмом классах – еще глазки горят, их можно чем-то заинтересовать.

– Говорят в Японии компьютерный всеобуч вводят уже в детских садах…

– Да вы что? Категорически против. У детей в этом возрасте еще и зрение-то не сформировалось. А тут еще и телевизор с мультиками. Так и слепым остаться недолго.

Да и без того у детей к компьютерам огромнейший интерес. Порою кабинет с массивной железной дверью осаждают толпы ребят. Дай им волю – будут сидеть здесь часами.

– В специализированной литературе рассказывается столько интересного о развивающих и обучающих компьютерных программах для детей – прямо-таки фантастика. Мол, в игровой форме школьник способен постигать не только, скажем, математику или физику, но и литературу, музыку, живопись!..

– Что касается обучающих программ, то, если честно, я ими не пользуюсь. Это значит оставлять ученика один на один с техникой. Но я же ввожу их в мир, до этого совершенно им не знакомый – другие понятия, другие термины. Некоторые выкладки здесь противоречат законам математики… то есть, может быть, и не противоречат, но расходятся с ними. Нет, я считаю, что и в информатике диалог с учителем – самое главное. Контролирующие программы – это когда машина задает вопросы и выставляет оценку – я приветствую, а если компьютер сам выводит на экран материал урока – нет, этого не допускаю.

А еще часто говорят, что работу на «машине» нужно начинать с компьютерных игр. И знаете что скажу… У меня были кружки и в восьмом классе, и в пятом, так что можно сравнивать. Чем раньше школьник начнет серьезно изучать информатику как науку, а не как забавную игрушку, тем лучше. Это не «Dendy» и не «Sega». Для того, чтобы работать на компьютере, необходимо чего-то знать. На уроке нужно работать, играть будете дома…

Ребята иногда смеются: мол, Марина Вениаминовна говорит, что «машина» – это дура. Да, «машина» – это дура! Нет в ней ничего своего – все, что в нее заложили, то она и будет делать.

– Вы не чувствуете себя оторванной от коллег по профессии? Чужой опыт в вашем деле, мне кажется, важен как ни в каком другом. События в компьютерном мире так быстротечны…

– Конечно, сельская школа – она и есть сельская. В городе проще – можно с кем-то посоветоваться, так сказать, поделиться опытом или, напротив, набраться его. А как быть мне, если подобный компьютерный класс у меня в районе один? Правда, существует при лямбирском управлении образования методическое объединение учителей -«информатиков». Возглавляет его учитель из Первомайска Александр Мартынов. Коллеги всегда готовы прийти на помощь, что же делать, если техника уникальная. Вот и полагается, в основном, только на себя. Литературы почти никакой.

– Ставите ли вы перед собой – как преподаватель – какую-то «сверхзадачу»?

– Задача номер один: ребята должны уяснить, что компьютер рано или поздно в жизни им пригодится. В наш быт сейчас входит такая сложная техника, о которой еще два три года мы и не мечтали. И то, что мы сейчас воспринимаем, как теорию, вскоре, быть может, станет обыденным.

Ну, а практическая цель, исходящая из этой «сверхзадачи»: помочь своим ученикам так освоить «машину», чтобы не было проблем в институте или университете. Недавно встречаю Ренату Мангутову (сейчас учится на юрфаке) – счастливая: сдала экзамен по вычислительной технике на «пять» практически без подготовки. Благодарность ученика – что может быть дороже для учителя?

23 марта 1995 года, «Республика молодая».

Тенденция, однако

КВАРТПЛАТА РОСЛА, РАСТЕТ И БУДЕТ РАСТИ

В марте правительство республики приняло свое очередное постановление, регулирующее оплату жилья и коммунальных услуг. То есть в очередной раз повысило квартплату – на этот раз приблизительно в два раза.

К известной в мире аксиоме – что жилье не может быть дешевым – мы, похоже, начинаем-таки привыкать. А ведь до недавнего времени квартирная плата в нашей стране оставалась на уровне тридцатых годов. Кажется, только в прошлом году утратило силу постановление ЦИК и Совета народных комиссаров от 1928 года, согласно которому квартплата составляла в среднем 13,2 копейки (!) за один квадратный метр жилой площади. Или, в целом, от трех до пяти рублей в месяц. Эта символическая сумма покрывала около 0,04 процента реальных затрат на содержание и текущий ремонт жилья. Капитальный ремонт финансировался из государственного бюджета полностью.

Немногим больше приходилось платить за так называемые коммунальные услуги – свет, тепло, канализацию, горячую и холодную воду, телефон, радио.

Прошел всего год, и, согласно постановлению РМ N54 от 9 марта 1995 г., квартплата возросла примерно в 450—500 раз! Жилищно-коммунальное хозяйство больше не надеется на государственную поддержку. За один квадратный метр жилой площади мы должны отныне платить:

– в многоэтажных жилых домах, имеющих все виды благоустройства, включая лифты и мусоропровод, – 60 рублей,

– в многоэтажных капитальных жилых домах, имеющих все виды благоустройства, кроме лифта и мусоропровода, – 50 рублей,

– в жилых домах неполного инженерного обеспечения (имеющих не все виды благоустройства) – 40 рублей.

Сами по себе, может быть, эти цифры и не больно «впечатляют». Но перемножьте их на площадь вашей квартиры, сделайте поправку на склонность к постоянному росту – нет, у очень многих семей квартплата пробьет значительную брешь в семейном бюджете.

Можно прикинуть, во сколько раз возросли расценки на коммунальные услуги, но смысла в подобных расчетах, видимо, окажется немного – цифры постоянно меняются. В Департаменте жилищно-коммунального хозяйства г. Саранска меня «обрадовали» – мол, многие расценки повысятся, скорее всего, уже в апреле-мае: «Цены-то растут – и зарплаты вслед за ними». Главный специалист Департамента Вера Карповна Кемаева показала испещренный от руки листок – диаграмму роста цен на коммунальные услуги: ситуация меняется настолько быстро, что составлять более «капитальный» «ценник» просто-напросто бесполезно.

Пока же приведем лишь некоторые из действующих тарифов. Холодная вода и канализация – от 482 до 605 рублей с человека (в зависимости от того, есть в доме горячее водоснабжение или нет). Газ – от 24 до 56 рублей с человека. Горячая вода – 708 рублей. Центральное отопление – 89 рублей за один квадратный метр жилой площади (перемножьте-ка хотя бы на 30—40 метров!). Обслуживание одной радиоточки – 500 рублей в месяц. Право пользования коллективной телевизионной антенной – 110 рублей.

Но как бы быстро не росла квартплата и сопутствующие ей затраты на коммунальные услуги, они не могут покрыть всех расходов на содержание муниципального жилья. Год назад саранские жильцы едва-едва оплачивали один (!) процент этих расходов. Сейчас, конечно, значительно больше. Новейшим российским законодательством предусмотрен поэтапный переход к оплате жилья и коммунальных услуг в размере, «обеспечивающем полное возмещение эксплуатационных затрат».

В 1998 году жильцы должны будут оплачивать 100 процентов всех затрат.

– В 1995 году – 15—20 процентов,

– в 1996 году – 40—60 процентов,

– в 1997 году – 60—80 процентов.

Естественно, подобный рост цен непосилен для большинства россиян, хотя уже и привыкших ко всякого рода «неожиданностям». Поэтому предусмотрены меры социальной защиты малообеспеченных семей. Доля собственных расходов граждан на оплату жилья и коммунальных услуг не должна превышать в этом году 15, а к 1998 году – 20 процентов. Если ваши расходы окажутся больше, государство обязано будет выплачивать субсидии.

Однако в настоящее время жители Саранска такими субсидиями не пользуются, сообщила нам Вера Карповна Кемаева – квартплата в Мордовии значительно ниже, чем во многих других регионах России. Хотя еще в прошлом году сообщалось, что республиканский центр по выплате жилищных компенсаций создан – так что, думается, соседей мы еще «догоним»! Была определена и социальная норма площади жилья, в пределах которой будет осуществляться предоставление компенсаций: 18 квадратных метров общей площади на человека плюс 9 квадратных метров общей площади на семью. Но и эти деньги мы вряд ли получим на руки. Компенсационная сумма будет лишь учитываться при оплате коммунальных услуг. Практика других российских регионов, прежде нас перешедших на новую систему «жилищно-коммунальных» отношений, показывает, что это процедура довольно сложная и обременительная.

Сколько же всего граждан воспользуется подачкой государства, сказать трудно. Ясно одно: наши расходы на содержание жилья будут расти и впредь. И, возможно, значительно быстрее, чем мы можем предположить.

23 марта 1995 года, «Республика молодая».

ОБМАНУЛИ!

«Перестроечные» годы запомнились забастовками учителей. Профессия педагога, Учителя из некогда уважаемой превратилась в едва ли не в занятие неудачников. Работа нервная, ненормированная и малооплачиваемая. Хотя еще начинающий президент Б. Ельцин в своем знаменитом указе N1 пообещал работникам образования зарплату не ниже средней по промышленности.

С тех пор утекло немало воды и еще больше слов. Бедные учителя не стали богаче. Но бастуют меньше. То ли профессия к дисциплине обязывает – как-то негоже бросать детей. То веры властям нет – пообещать-то пообещают, а денег не дадут. То ли совсем опустили руки педагоги?

Но вот неделю назад взволновалась было саранская школа N18, вновь заговорили о забастовке. К столь суровому разговору учителей подтолкнуло решение российского правительства… о повышении с 1 марта должностных окладов работников бюджетной сферы.

Оклады повышались немного – в 1,3 раза, цены растут куда быстрее, но многие обрадовались и этому. Оклад работника первого разряда на госпредприятиях и учреждениях отныне будет составлять 39 тысяч рублей.

Но оказалось, что зарплата повышается «в среднем». Рост окладов, в основном, коснется работников низших, 1—4 разрядов. Основная же масса учительства не может заказывать особо толстые кошельки – ее заработная плата принципиально не изменится. Дело в том, что произошли некоторые изменения в так называемой тарифной сетке: коэффициенты заметно уменьшились. Если, скажем, работник 18 разряда прежде умножал «минимум» на 10, то теперь он будет получать больше первого разряда лишь в 7,5 раз. Оно и понятно: денег в казне нет, а печься о «благе народа» – как бы обязанность правительства и парламента. Вот и придумываются хитроумные ходы. Прежде это называлось по-другому…

Возмутила учителей и «традиционная» задержка с выдачей заработной платы.

– Но сейчас проблема решена, – несколько успокоил нас начальник городского управления образования Вячеслав Михайлович Смирнов.– Зарплата учителям выдана, за февраль мы расплатились полностью. Ну, а что касается тарифной сетки, то, вы сами понимаете, от нас здесь мало что зависит – все решают федеральные власти…

23 марта 1995 года, «Республика молодая».

ОЧЕРЕДНАЯ БОМБА, КОТОРОЙ НЕТ

Первые «террористы» в Саранске появились, кажется, осенью прошлого года. Таинственные незнакомцы сообщали по телефону о подложенных ими бомбах в школе N 18, на железнодорожном вокзале, в других местах. В начале февраля оказалась «заминирована» школа N 17, в середине месяца поднялся переполох в школе N 7, 13 марта была перекрыта улица у Дворца культуры профсоюзов.

На место происшествия, естественно, тут же выезжали спецслужбы, поднимали тревогу, эвакуировали людей. И, естественно же, ничего не находили. Но поскольку угроза взрыва, хотя и гипотетическая, оставалась – другого пути не было.

Одновременно шли поиски «террористов». В этом году им решительно не везет (а может быть, спецслужбы наконец-то набрались опыта?). Так, был пойман 16-летний юноша, пытавшийся «взорвать» школу N 17; 22-летняя девушка, сообщившая о бомбе в ДКП и таким образом устроившая себе нечаянный отгул, также была установлена «компетентными» органами.

В прошлый четверг директора саранских школ, собравшись в городском управлении образования, обсуждали сложившуюся ситуацию: «террористическая» волна грозит захлестнуть столицу республики. Стремление нерадивых учеников организовать себе дополнительный выходной, вполне понятно, но ведь при этом «поднимаются на уши» сотни людей… Речь идет о человеческих жизнях: то, что тревожный телефонный звонок – очередная «шуточка», обнаруживается далеко не сразу.

Между тем, российское законодательство оценивает подобные «шутки» по шкале статьи 213 п. 4 Уголовного кодекса (заведомо ложное сообщение о террористических актах): от штрафа в тридцать минимальных окладов с родителей (что в настоящее время составляет приблизительно один миллион рублей) до трех лет лишения свободы (если «террористу» уже исполнилось 14 лет). Думается, знание основ юриспруденции остудит многие горячие головы. А если к тому же участковые инспекторы будут в школах не редкими гостями, а, так сказать, примелькаются – милицейская форма на юных хулиганов действует завораживающе, – глядишь, и «террористы» перевелись бы…

Но обсудили директора свои проблемы (это было, повторимся, в четверг), а в пятницу неокрепший голосок сообщил по телефону о подложенной бомбе в школе N 41. Опыт предотвращения прежних «терактов» сказался: злоумышленника нашли в течение часа. Им оказался ученик начальных классов из другой саранской школы.

30 марта 1995 года, «Республика молодая».

В МОРДОВИИ ВОССТАНАВЛИВАЕТСЯ ПРЕЗИДЕНТСТВО?

То, о чем так долго говорили мордовские политики и чего так опасались нынешние власти, свершилось. Конституционный Суд России, укомплектовав свой состав новыми членами и таким образом получив законодательную силу, приступил к рассмотрению дел. Одним из первых вопросов, достаточно долго стоявших в повестке дня, было заявление бывшего президента Мордовии Василия Дмитриевича Гуслянникова. Как известно нашим читателям, В. Гуслянников, избранный на высокий пост в результате всенародных выборов, в одночасье был «изгнан» бывшим Верховным Советом республики. Формальным поводом оказались сфальсифицированные сведения о злоупотреблениях экс-президента и его супруги. И хотя большинство наших политиков позже признали неправомерность решения ВС, поезд, как говорится, ушел.

В минувший вторник Конституционный Суд России после шести с половиной часов дискуссий большинством голосов принял решение восстановить конституционный порядок в Республике Мордовия. Это значит, в республике восстанавливается пост президента! И, если следовать букве закона, Василий Гуслянников вновь становится во главе РМ.

Помимо этого, отдельные обозреватели отмечают, что теперь появляется шанс и у Н.В.Бирюкова, некогда «утопившего» Гуслянникова, а недавно повторившего судьбу своего противника и ставшего безработным – Николай Васильевич по-прежнему претендует на пост Председателя высшего законодательного органа РМ.

Руководство Госсобрания Мордовии, крайне обеспокоенное решением Конституционного Суда, срочно направило жалобу Президенту России Борису Ельцину. По мнению мордовской верхушки, подобные действия резко дестабилизируют обстановку в республике.

Трудно сказать, чем закончится очередное противостояние Москвы и Саранска. Закон-то, он писан не для всех…

Короче, поживем – увидим.

30 марта 1995 года, «Республика молодая».

ЛИЦЕИСТЫ ПОВОЛЖЬЯ СОБИРАЮТСЯ В САРАНСКЕ

Вчера в столице республики открылся второй межрегиональный слет учащихся педагогических лицеев и гимназий. На слет приглашены делегации Чувашии, Марий Эл, Пензы, Нижнего Новгорода, Ульяновска, Самары.

Слеты становятся традиционными. Как и год назад, гостей встречает саранская школа-лицей N26. И это вовсе не случайно: педагогический лицей N26 – обладатель гранта 3 степени Международного фонда «Культурная инициатива», хорошо известен в городе своими педагогическими новациями.

Традиционна и программа слета: выставка «Педагогический лицей: вчера, сегодня, завтра», «Ярмарка ученических идей», конкурс талантов художественного творчества, спортивный праздник, вечер дружбы. Интересно будет не только ребятам, но и взрослым. Сегодня, скажем, должна состояться дискуссионная встреча с актерами одного из местных театров – «Учитель и актер: соприкосновение профессий». Сравнение, кстати, бесспорное: учитель – тот же актер. Разве что ошибаться не имеет права…

Завтра руководители делегаций, работники образования республики, ученые мордовского пединститута соберутся за «круглым столом», чтобы обсудить свои педагогические проблемы, поделиться опытом.

6 апреля 1995 года, «Республика молодая».

ОСОБЕННЫЕ ДЕТИ

Конечно же, каждый человек по-своему уникален. И все же…

ЗАДАНИЕ ДЛЯ СРЕДНЕЙ ШКОЛЫ

Вспомним-ка, что такое тангенс. Вспомнили? Правильно: «синус на косинус». Ну, а что такое синус? Это уже сложнее, правда? Впрочем, я даже и не сочувствую вам – сам с трудом вспоминаю премудрости тригонометрии. Хотя и считал математику любимым школьным предметом. Просто часть знаний, полученных некогда на уроках Анны Ивановны, мне не понадобилась и, естественно, со временем стала из памяти стираться. Некоторым моим одноклассникам понадобилась, а мне вот нет.

Ольга Николаевна Романова, психолог из саранской средней школы N 39, считает, что школьная программа содержит немало лишнего; и это «лишнее» усложняет работу учителям и ложится тяжелым бременем на хрупкие детские плечи:

– Дети очень разные. И если «средняя» школьная программа для кого-то из ребят – «в самый раз», то другой стандартные задачи как орехи щелкает и большую часть урока откровенно скучает. А третий тоже перестает слушать учителя – потому что уже не понимает, о чем идет речь. Нужны ли ему тангенсы-котангенсы, пригодится ли ему тригонометрия в дальнейшей жизни – вот в чем вопрос. Предположим все-таки, проявились в нем математические таланты – что ж, можно перевести в специализированный класс. Зачем же стричь всех под одну гребенку, пичкать всех одной пищей?..

«НА „А“ И „Б“ РАССЧИТАЙСЬ»?

Разделение детей по интеллектуальному признаку – не самое последнее достижение советской (российской) школы. Во многих учебных заведениях в классы «А» обычно набирали ребят «посообразительнее», из состоятельных семей, из семей технической и творческой интеллигенции. В «Б» шли ребята «попроще». Ну а в «В», будь такой класс в школе, – «последки». Или наоборот: «отличники» – в «В», «середняки» – в А».

Конечно, подобный принцип комплектования классов соблюдался не везде и не так уж строго, как здесь описано. Но что есть – то есть.

Решение, надо отметить, достаточно верное: посадите за одну парту великовозрастного недоросля и будущего потенциального Ломоносова – и ни один Макаренко не поручится за блестящее будущее нашей науки.

В тридцать девятой школе негласный порядок с некоторых пор стал гласным. Уже начальные классы делятся на гимназические (или академические; их два: с гуманитарным, художественным профилем и, так сказать, естественно-техническим), «обычные» и классы компенсирующего обучения (для детей с некоторой задержкой развития).

– В этих классах учатся совершенно нормальные, здоровые дети, – подчеркивает психолог Ольга Николаевна Романова. – Будь это иначе – их направили бы в спецучреждения. Просто им сложно в обычной «среднем» классе. Они отстают от своих ровесников, может быть, в силу каких-то своих физических особенностей, а чаще просто потому, что ими совершенно не занимаются родители. Невыдержанные, невнимательные, несообразительные. Со временем они, может быть, догонят в развитии своих ровесников (а то и перегонят!) – но для этого придется здорово поработать педагогам. Проблема.

КАК ЭТО ВСЕ НАЧИНАЛОСЬ?

Вокруг этой проблемы переломано немало копий. В конце восьмидесятых не было газеты, которая не посвятила бы ей хотя бы пары статей. Классы педагогической поддержки, классы выравнивания, классы повышенного индивидуального внимания – как только эти образования не называли! Впрочем, с тяжелой руки некоторых родителей, иной раз их называли куда проще и грубее – «классы дураков». Говорят, этому способствовали и некоторые горе-учителя, намучившиеся с «трудными» учениками и, вероятно, что-то напутавшие с призванием.

– Если эти слова прозвучали – все, классы можно расформировывать, а педагогический эксперимент прекращать, – считает директор саранской средней школы N 23 Жанна Николаевна Бородачева. В школе работают опытные педагоги, отдавшие работе с детьми с задержкой развития не один год тяжелого труда. Сейчас идут напряженные поиски оптимальной системы обучения для талантливых ребятишек. И небезуспешно – рейтинг школы в микрорайоне повышается.

– Классы для «особенных» детей создавались в Мордовии уже в 1989—1990 годах, – рассказывает Валентина Семеновна Тиньгаева, главный специалист Министерства образования республики. – Правда, без достаточного научного обоснования, без документов, без творческих разработок. Сейчас все это есть. Существуют рекомендации Министерства образования России, Мордовского института дефектологии, разработки местных ученых и педагогов-практиков. И хотя споры о целесообразности формирования классов компенсирующего обучения продолжаются до сих пор, все больше педагогов склоняется к мысли, что к «особенным» детям и относиться нужно «по-особенному».

А КАК?

Облегченная учебная программа, адаптированная к особенностям развития ребят, порядок комплектования классов (от 9 до 16 человек – вместо 21 – 25 – 30), дополнительные занятия с профессионалами-педагогами и медиками – вот только некоторые из этих «особенностей».

В 1989—1990 годах в республике было 128 подобных классов (в 56 школах).

В 1990—91 годах – 78 классов в 39 школах.

В 1991—92 годах – 134 класса в 50 школах.

В 1992—93 годах – 183 класса в 66 школах (это был пик педагогического эксперимента).

В прошлом году классы дифференцировали: 81 класс компенсирующего обучения и 83 класса педагогической поддержки.

Сейчас, по данным Министерства образования, в республике 88 классов компенсирующего обучения в 48 школах. В основном, это саранские школы (49—24), или же расположенные в районных центрах, изредка в крупных селах. В Чамзинском районе, к примеру, открыто 6 таких классов (в 5 школах), в Ковылкинском 12 (4), Рузаевском 4 (4), Зубовополянском 4 (3), Инсарском 3 (2). Это и понятно: в малокомплектной школе, какими являются очень многие сельские школы республики, и без того в классах занимаются по 5 – 10 человек.

Другой школьный «полюс» – те самые будущие Ломоносовы, дети одаренные, способные с легкостью «переваривать» «типовую» учебную программу и даже сверх того. Все больше учебных заведений пытается подтянуть к этому уровню каждого своего воспитанника. В нашей небольшой республике уже 36 так называемых школ инновационного типа – лицеев, гимназий, «комплексов», экспериментальных «площадок», 14 школ-детских садов.

В штатных расписаниях средних учебных заведений появляются должности, прежде здесь не известные, не востребуемые – завучи и заместители директоров по научной работе, ученые, тренеры.

В 54 школах Мордовии открыто около двухсот классов с углубленным изучением различных предметов – гимназических, лицейных, академических… Почти половина из них (23 школы, 81 класс) находятся, само собой, в столице РМ. Рузаевка: 6—22; Лямбирь: 6—21; Ичалки: 2—17 (художественно-эстетический цикл). В 140 классах (62 школы) практикуется раннее и углубленное изучение иностранных языков. В 12 школах республики открыто более ста спортивных классов.

Есть еще одаренные дети в наших селениях!

ОТБОР

Как происходит отбор в специализированные классы, насколько он «естественен»? Скажем, в знакомой нам 39-ой школе?

– При формировании «академических» классов в первую очередь учитываются способности ребенка, его личное желание, желание родителей, – говорит школьный дефектолог Ангелина Юрьевна Козлова. – И здесь особых вопросов не возникает. А вот при отборе в класс компенсирующего обучения… Нет, в профессиональном плане у нас с психологом – а первые тесты проводим именно мы – затруднений почти нет. Если видишь: ребенок к школе подготовлен очень плохо, практически не концентрирует внимание, с трудом выдерживает даже 15—20 минут общения, излишне скован, боится шевельнуться или же, напротив, излишне раскован, готов «сесть на голову» совершенно незнакомому человеку, не различает простейшие отвлеченные понятия (зима – лето, добро – зло) – «диагноз» ясен. Хотя дети-то нормальные, обычные. Просто 5—6 лет домашнего «воспитания» (или, точнее, отсутствие его) сделали свое дело. Эти дети еще спят; спит – это еще хуже – их интеллект, и задача педагогов – пробудить их к жизни.

Рекомендации школьного психолога и дефектолога – это пока всего лишь рекомендации. Окончательное решение – за психолого-медико-педагогической комиссией. Комиссия городская – одна на все школы. Поэтому легко представить, что там творится накануне нового учебного года! Трудно сказать, можно ли в таком случае говорить о квалифицированном совете? Но то, что зачастую в этой толчее решается судьба маленького человечка – совершенно верно.

Дополнительная сложность состоит в том, что «представлять» ребенка непременно должны сами родители. А попробуйте убедить «заботливых» мамаш в том, что их дитяти лучше всего учиться в классе компенсирующего обучения. «Как, в классе для этих самых?.. Да он у меня нормальный, стеснительный только… Да я жаловаться на вас буду!» А иная мама просто отрежет: «Вам, учителям, это надо, вы за это деньги получаете – вы и бегайте».

ЧТО ЖЕ ДАЛЬШЕ?

Компенсирующее обучение остается таковым до пятого класса.

Прежде подобный статус мог сохраняться хоть до окончания неполной средней школы. Сегодня прогрессивная педагогическая наука утверждает, что за три года любого нормального, но «запущенного» малыша любой «средний» учитель в состоянии довести до «среднего» уровня. Поэтому на пятом году обучения статус снимается; класс или расформировывается, а ученики «раскидываются» по параллельным классам, или дополняется до «норматива».

Возможно, в этом кроется особый педагогический смысл. В средних классах ребенок осознает свое место и в обществе, в целом, и в школе – в частности. Клеймо неудачника, комплекс неполноценности, приобретенные в подростковом возрасте, могут остаться на всю жизнь.

Однако, некоторые учителя считают, что основная причина расформирования классов компенсирующего обучения кроется в бедности государства. Да, вероятно, достигнуть среднего уровня может любой «средний» учащийся. Но при условии смены среды!

В данном же случае меняется только школа. Семья остается неизменной – и чаще всего неблагополучная семья. Хотя в 39-ой школе, например, могли вспомнить, как две девочки из класса компенсирующего обучения смогли перейти в класс гимназический. Родители, вдохновленные успехами своих дочерей, не жалели ни времени, ни сил, нашли репетиторов – в общем, постарались. К сожалению, это исключительные, единичные случаи.

Большей же части ребят – увы! – так и не суждено свободно оперировать такими понятиями, как «тангенсы-котангенсы», огромная часть знаний, накопленных человечеством, никогда не откроется им. Общество и семья пока не готовы к этому.

6 апреля 1995 года, «Республика молодая».

БОЙСЯ, ЖУРНАЛИСТ, НЕВЕРНОГО СОСЕДА

Уже не первую неделю рабочий день в республиканском Доме печати начинается с шумной своры на первом этаже – именно здесь располагается одно из представительств небезызвестной фирмы «Русский дом селенга». Едва ли не с рассвета выстраиваются обманутые вкладчики «РДС» в долгую очередь, пытаясь проследить судьбу своих денег и узнать хотя бы дату выдачи вклада. Это, в основном, достаточно обеспеченные люди, судя по одежде, – хотя, конечно, встречаются клиенты и «попроще». Некоторые терпеливо ждут вестей, большинство же ругается. Хотя чего ж ругаться, заметил один из преуспевающих молодых людей, выбираясь из толкучки: «В школе надо было лучше учиться – чтобы знать, куда деньги класть».

Страсти порой так накаляются, что поневоле приходит на память случай, приключившийся совсем недавно в белокаменной. Вооруженный ружьем 30-летний москвич ворвался в помещение банка «Реском». Захватив несколько заложников, он потребовал выдачи 28 миллионов. Впрочем, на вполне законных основаниях: налетчик оказался обманутым вкладчиком банка и при себе имел все необходимые ценные бумаги. Он, кстати, проявил лучшие качества Робин Гуда, потребовав выдать деньги и своим заложникам.

К банку, само собой, были стянуты спецподразделения, готовился штурм офиса. Но тут, к счастью, отыскалась супруга несчастного вкладчика. Когда ей вручили деньги, он добровольно сдался милиции.

Это, говорят, первый случай в России, когда террорист потребовал выдачи своих законных денег. Есть опасение, что пример окажется заразительным – число обманутых в стране выражается, по-видимому, уже в миллионах. Как бы и саранским журналистам не оказаться в заложниках…

20 апреля 1995 года, «Республика молодая».

НИЩАЯ СТРАНА, БЕДНЫЕ ДЕТИ…

У большинства этих детей живы родители, но малышам не повезло – их мамы и папы – пьяницы, дебоширы, а то и убийцы. Родительских прав многие из них лишены, а бедные дети-сироты находятся под опекой. Вот им-то и посвящалась акция милосердия, прошедшая в пятницу в саранской средней школе N36.

Организовали это доброе дело работники отдела по делам молодежи, образования и физической культуры администрации Октябрьского района. Они обзвонили, обегали десятки саранских предприятий, обивая пороги множества различных кабинетов. И практически никого из собеседников судьба обездоленных детей не оставила в покое. Было собрано около десяти миллионов рублей, это значит, что каждый из 120 детей-сирот в районе получит около ста тысяч. Деньги-то, конечно, не ахти какие, но сравните их хотя бы с социальным пособием в 11 тысяч рублей в месяц! На хлеб не хватит. А между тем в некоторых соседних регионах социальное пособие на детей-сирот доходит до 100 тысяч рублей. Возможно, мордовские власти считают, что, экономя на таких деньгах, они заштопают очередную дыру в республиканском бюджете.

Благотворительная акция в 36-й школе собрала самых разных людей. АО «Механизация» перечислила около двух миллионов рублей, миллион – ТЭЦ-2, чуть больше – фабрика декоративных тканей, 600 тысяч рублей – администрация района.

Многие саранские предприятия сами находятся в бедственном положении, но и они не отказали в помощи. Саранский пищекомбинат, к примеру, помог продуктами, детским питанием – на сумму почти в миллион рублей. Совхоз «Тепличный» прислал цветы и огурцы (а что, много фруктов и овощей купишь на государственное пособие?) Швейная фабрика – на грани остановки, но и она, тем не менее, прислала несколько курток. Представитель индивидуального частного предприятия «Тонус-экстра» перечислил 500 тысяч рублей и пообещал хотя бы двоим детям-сиротам ежемесячно выплачивать своеобразную стипендию. Перечислить всех просто невозможно… Нет, не очерствели мы. Спасибо!

20 апреля 1995 года, «Республика молодая».

ТРАГЕДИЯ МОЖЕТ СЛУЧИТЬСЯ НЕ ТОЛЬКО В ТЕМНИКОВЕ

В республиканском штабе по делам гражданской обороны и чрезвычайным ситуациям к словам нашего корреспондента мало что смогли добавить. Сложилось впечатление, что к случившемуся отнеслись здесь без паники, спокойно. Да, на месте происшествия работают комиссии – районная и республиканская. В течение нескольких дней они вынесут свое компетентное решение, от которого и будут зависеть дальнейшие действия властей. Если «виноватой» признают стихию, как то: многоводные паводки, затяжные дожди или еще что-то в этом роде, то все последующие расходы по нормализации жизнедеятельности села Подгорное Канаково возьмет на себя центр, «Москва». Если же «крайними» окажутся проектировщики, неверно оценившие место строительства на крутом склоне холма, местное начальство, определившее это самое место, или строители, не заложившие достаточного запаса прочности строений (а в первую очередь, думается, дело обстоит именно так), расплачиваться придется, в основном, самим темниковцам. Да только вот как? Где взять деньги? Бог с ними, с виновниками – будем надеяться, что их нам назовут и накажут, главное сейчас: как помочь потерпевшим?..

В полной мере оценить ущерб от темниковского оползня довольно трудно – трещины продолжают свой зловещий бег по стенам близлежащих от места происшествия домов.

Владимир Викторович Яменков, заведующий отделом республиканского штаба по делам ГО и ЧС, рассказал нам, что случай в селе Подгорное Канаково – далеко не единственный в Мордовии, хотя по своим масштабам и не типичный. Угроза оползней остается и в некоторых других местах республики. Например, в селе Булгаково Кочкуровского района этой опасности подвергаются жители двух многоквартирных домов.

Здания пока не рушатся, но кто уверен, что будет завтра?

11 мая 1995 года, «Республика молодая».

Н.П.МАКАРКИН, РЕКТОР МОРДОВСКОГО ГОСУНИВЕРСИТЕТА ИМ. Н.П.ОГАРЕВА:

«НАША ШКОЛА НЕ ХУЖЕ ЗАПАДНОЙ…»

У семи нянек дитя без глазу… По словам ректора Мордовского госуниверситета НИКОЛАЯ ПЕТРОВИЧА МАКАРКИНА, в настоящее время учебные заведения России подчинены более, чем двадцати министерствам и ведомствам. Аграрные вузы находятся в ведении Министерства сельского хозяйства, вузы, готовящие кадры для системы здравоохранения – в ведении Минздрава, машиностроительного профиля – под «крылом» соответствующих ведомств. То же самое – с учебными заведениями системы связи и транспорта… И эта ведомственная разобщенность очень здорово мешает проведению единой образовательной политики России. Мы часто говорим о необходимости вхождения в единое мировое образовательное пространство – и это процесс идет. И между тем у себя в стране не можем обеспечить это самое единство.

– Случается, специалистов одних и тех же специальностей готовят и университет, и институт, и техникум, – говорит Николай Петрович. – Хотя изначально ясно, что уровень подготовки таких спецов» будет совершенно различным. Так образом, распыляются и научные кадры, и деньги, и время.

Обсуждению этой проблемы – как и множеству других проблем интеграции региональных систем образования – будет посвящаться всероссийская научно-практическая конференция, открывающаяся на следующей неделе в Саранске.

– Наверное, не случайно что это научное собрание проходит в столице Мордовии, на базе нашего университета?

– Предложение выдвинули мы, Государственный Комитет по высшему образованию Российской Федерации поддержал нас. Да, конференция не случайно проходит на базе нашего университета – у нас в этой области накоплен достаточно большой – и практический, и научный – опыт. Об этом свидетельствуют следующие факты. В начале 1993 года при МГУ им. Н.П.Огарева создан Учебный округ, объединивший около семидесяти образовательных учреждений республики: все высшие, практически все средние профессиональные, несколько средних школ. Совсем недавно в университете начал работать естественно-технический лицей. Конечно, он существовал и раньше – влачил, так казать, существование, никак не мог найти своего угла, своего места. И теперь, я думаю, окончательно поселился в стенах МГУ – на базе нашего института физики и химии.

И еще один фактор – свидетельство наших достижений в области решения региональных проблем. Это существование у нас научно-исследовательского института регионологии, который возглавляет Александр Иванович Сухарев, мой предшественник на посту ректора.

Конференция уже сейчас привлекла внимание общественности России. Много желающих приехать к нам: проблема, которая будет обсуждаться, актуальна повсеместно. Идет процесс регионализации образования.

Актуальность проблемы объясняется целым рядом объективных причин. Одна из таких причин, как я уже отметил, ведомственная разобщенность образовательных систем. В любом регионе – крае, области, республике – они должны функционировать как единое целое. Как монолит, как некая образовательная пирамида.

Вершина ее – высшее и послевузовское образование (аспирантура и докторантура). Сюда же можно отнести институт повышения квалификации, где специалисты могут получить второе высшее образование или обновить свое основное.

Низ этой пирамиды – детские сады, школы, профессионально-технические училища.

Естественно, для того, чтобы проводилась единая образовательная политика и вся конструкция не рухнула вроде детских кубиков, в регионе должен быть и единый управляющий центр.

В Мордовии его роль играет Региональный учебный округ при нашем университете. Очень удачная, на мой взгляд, форма. Уже после нас создали похожий округ в Москве, при столичном педагогическом университете. Ректор университета, кстати, почти наш земляк – починковский, нижегородский – бывал здесь и очень внимательно изучал мордовский опыт.

Возможны, вероятно, и какие-либо иные организационные формы. Вот и об этом-то пойдет речь на предстоящей конференции.

– Вот вы, Николай Петрович, заговорили об образовательной пирамиде. А не считаете ли вы, что возводить ее сейчас куда сложнее, ем прежде. Авторитет образования, в том числе и высшего, падает…

– Возможно, некоторое время назад так и было. Но за последний год-полтора положение исправилось.

Ежегодно Мордовский университет увеличивает прием студентов – примерно на сто человек. Да, за счет государственного бюджета – то есть «бесплатно». К сожалению, в печати часто акцентируют внимание читателей на том, что в университете за учебу берут деньги. Разумеется, мы принимаем людей на контрактной основе. Ежегодно – около двухсот человек. Сравните с двумя тысячами студентами, принимаемыми за счет госбюджета – около десяти процентов. Жизнь заставляет…

Радует, что в прошлом году заметно возрос конкурс в нашу аспирантуру. Это значит, что несмотря ни на что тяга молодежи к образованию не пропала. Это значит, что у нас есть будущее.

В прошлом году у нас появилось рекордное количество докторов наук – одиннадцать (в позапрошлом году – восемь). В списке предполагаемых соискателей нынешнего года – 16 человек. Значит, человек 11—12 в этом году наверняка станут докторами. Кстати, мы начинаем готовить их у себя же – по четырем специальностям. Уже работают советы по защите докторских диссертаций. Так что, как бы ни было нам тяжело, мы смотрим вперед с оптимизмом.

Но проблема интеграции систем образования гораздо более широкая, чем я описываю, более многослойная. Скажем, мы ничего не говорим о сотрудничестве с зарубежными коллегами.

– В последнее время вы, Николай Петрович, часто бываете за границей. Скажите, наше высшее образование на самом деле безнадежно отстает от западного – как это часто описывают в газетах?

– Я лично знакомился с вузами Германии, Швеции, Финляндии, Англии, был в Соединенных Штатах. И уверен: наша высшая школа нисколько не хуже западной. Средняя же школа по уровню на голову выше заморской.

Приведу свежий пример. Гостил у нас недавно профессор из Голландии, из университета Утрехт. Некогда он был ректором университета, сейчас является проректором по международным отношениям. Экономист, специалист по менеджменту. Профессор читал лекции нашим студентам экономического факультета. Ознакомившись с нашими учебными планами, гость изумился: эти планы почти один к одному совпадают с учебными планами голландских студентов. Сами же мордовские студенты куда более любопытные, зная предмет, тем не менее, не хуже заморских ровесников.

Итоги же «самобичевания», вероятно, следует искать в извечном преклонении пред «ненашим», перед «импортным». Двигаться вперед нам мешало не отсутствие научного, творческого потенциала, а мешала система экономических отношений, мешал коммунистический режим. Если бы не было этой Октябрьской революции… Думаю, сейчас уже не менее 90 процентов россиян понимают гибельность нашего коммунистического пути.

Мы стали более открыты. Часто приглашаем иностранных специалистов и студентов к себе, ездим в гости сами. Сейчас, скажем, наши студенты учатся в Швеции, в международной школе бизнеса. Очень тесны связи с Финляндией. В следующем учебном году отправляем группу студентов в Англию – по специальности «социальная работа»… Вот она, интеграция в мировую образовательную систему.

– К сожалению, недостаточное знание иностранных языков препятствует более тесному сотрудничеству с коллегами из-за рубежа.

– Языковый барьер преодолевается с большим трудом. Наши студенты едут на запад не на экскурсии – необходимо прослушивать лекции, вести записи, конспектировать, работать. Но ничего, получается. Хотя еще бы не получаться! Чуть ли не десять лет наши ребята изучают иностранный язык в средней школе, несколько лет – в высшей. Громадное количество учебного времени отдается английскому и немецкому языку. И честно, тем не менее, добавим, языка так и не знают. А в той ж Швеции английский язык в вузах не изучается. Хотя владеют им почти все! Осваивать язык нужно в детстве, а не в двадцать лет. Вот поэтому мы и хотим кардинально перестроить обучение иностранному языку в университете. Это же гигантский механизм, работающий буквально вхолостую. Гоняем студентов, заставляет сдавать «тысячи», раздуваем штаты – и без толку. Не лучше ли все это время и средства отдавать профессиональной подготовке? Так что, скорее всего, мы со временем перейдем на добровольное изучение иностранного языка в вузе. Конечно, в порядке эксперимента – нужна санкция государственного комитета по высшему образованию. Без его разрешения мы не можем отказаться от государственных общеобразовательных стандартов.

18 мая 1995 года, «Республика молодая».

УНИВЕРСИТЕТ ДЕЛИТСЯ?

Несколько лет назад факультеты Мордовского университета им. Н. П.Огарева, готовящие специалистов сельского хозяйства, объединились в один агроинститут. Тем самым было положено начало «делению» МГУ.

– В нашем учебном заведении пять институтов и десять факультетов, – рассказал нам ректор МГУ им. Н.П.Огарева Николай Петрович Макаркин. – На недавнем заседании ученого совета мы приняли решение о преобразовании исторического факультета в историко-социологический институт. Уж очень большим стал социальный «блок» факультета. Социологическое отделение разрослось сверх всякой меры. Там готовятся специалисты и по социальной работе, и по регионоведению…

Этот процесс характерен не только для мордовского университета. И в центре, в Москве, в составах академий и университетов формируются институты.

Наши институты – это крупные учебные и научные

подразделения, которые, как правило, обладают территориальной «автономией» – чтобы непременно был «свой» учебный корпус, столовая, общежития, свой «хозяин» в виде директора института. Ярчайший пример этому – аграрный институт в Ялге. То же самое и с институтом электроники и светотехники. Тоже «свой», 16-й корпус – со своей инфраструктурой, своим директором. Тем самым ректорат избавляется от каких-то мелких, оперативных вопросов, а эти самые звенья получают большие полномочия.

Так, какие же институты входят в состав МГУ?

– Аграрный институт.

– Институт физики и химии.

– Институт электроники и светотехники.

– Рузаевский институт машиностроения (бывший рузаевский филиал).

– Историко-социологический институт.

По словам ректора, сейчас процесс «деления» университета приостанавливается, серьезных перемен в ближайшее время не предвидится.

18 мая 1995 года, «Республика молодая».

Забытые даты

С ПРАЗДНИКОМ, ДОРОГИЕ ТОВАРИЩИ!..

Завтрашний день для большинства из нас – большой праздник. День пионерии. И вправду, трудно среди россиян сознательного возраст найти не-пионера в прошлом. Эта детская организация напрочно связана в сознании с красными галстуками, вскинутыми в салюте руками и громким кличем: «К делу коммунистической партии, будь готов! – Всегда готов!»

Вероятно, из-за последнего и оказалась ныне пионерская организация не в «моде». Все, что связано с именем Ленина и с коммунизмом, неожиданно поблекло.

Но ведь «пионер» – это просто «первый». И подобные детские организации существовали задолго до того, как появилась традиция присваивать им имена коммунистов-революционеров.

Хорошо, что некоторые взрослые это понимают и не идут, так сказать, «на поводу…» Сломать, разогнать, развалить проще простого. Создать – хотя бы нечто подобное – гораздо труднее. Поэтому нам приятно сообщить, что пионерские и им подобные детские организации – «зеленые» и прочие движения – продолжают существовать во многих районах республики. Как нам сообщили в министерстве образования Мордовии, действует пионерская организация в Чамзинке. Местный дом пионеров остается центром притяжения ребят. Организация серьезная, зарегистрирована – по требованиям нынешних времен – в министерстве юстиции республики и у нее, думается, большое будущее.

Стоит вспомнить и о движении юных патриотов в Инсаре. Под «крышей» этого движения действует и пионерская организация. Надо сказать, в отношении к пионерии сельские районы оказались более «консервативны». В городе пионера, даже «перекрашенного», почти не встретишь. А жаль. Возможно, это дело недалекого будущего?

На снимке: Осколки прошлого? Сколько копий поломано в спорах о пионере-герое N 1, сколько статей исписано. Сейчас спорить вроде бы и не о чем. Увы, и из-за этого мальчика пионером нынче быть «не модно». А памятник – как ни странно, фотокорреспондент Геннадий Власов сумел отыскать в Саранске – стоит!.

18 мая 1995 года, «Республика молодая».

ЛУЧШИЕ ПРАВОВЕДЫ – ИЗ РУЗАЕВКИ?

В России закон что дышло – вспомним старинную пословицу. Извечная боязнь перед любой униформой странным образом сочетается у нас порой с жесточайшим беспределом. А мы говорим о правовом обществе…

Хочется верить, что ребята, собравшиеся в минувший вторник в саранской средней школе N 39, будут жить как раз в этом самом обществе. Здесь проходила республиканская олимпиада правовых знаний. В Саранск приехали победители школьных районных и городских олимпиад. Для их участников закон – не нечто абстрактное, оторванное от жизни. Результаты конкурсов – явное тому доказательство.

Победителями республиканской олимпиады признан Сергей Колыженков из Красносельцовской средней школы Рузаевского района и Максим Вершинин из 15-й школы города железнодорожников. Молодцы, рузаевцы! На втором месте Слава Кадеев (Инсар) и Люда Саулина (Комсомольская школа N 3, Чамзинский район).

Победители награждены – уже по традиции школьных олимпиад – часами и микрокалькуляторами, а каждый из участников – книгами и авторучками.

А ЛУЧШИЕ УЧИТЕЛЯ – ИЗ САРАНСКА?

Сколько красивых девушек собралось в начале недели в Мордовском педагогическом институте! Правда, были и ребята – но гораздо меньше. Что делать – учитель профессия, «в основном», женская. В МГПИ им. М. Е. Евсевьева открывалась Всероссийская Олимпиада по педагогике. Пятнадцать его участников собрались в Саранске со всех уголков России. Некогда наш пединститут выступал инициатором проведения подобных сборов. Пять лет, с 1986 по 1990 годы, Педагогиады выявляли талантливых студентов – будущих учителей. Позже традиция была прервана – обедневшему государству были не под силу такие мероприятия, не сулившие мгновенной прибыли. Но время показало, что без образования далеко не уйти. И несмотря на уже традиционные финансовые трудности, в этом году Олимпиада собралась в Саранске вновь. Приятно: это своего рода барометр, показатель – и ожившего интереса к педагогике, и, возможно, подъема самого государства…

Завтра Олимпиада завершает свою работу. В следующих номерах газеты мы постараемся рассказать о сборе будущих педагогов подробнее.

25 мая 1995 года, «Республика молодая».

УЧИТЕЛЬ – ПРОФЕССИЯ МУЖСКАЯ?

В конце прошлой недели в Мордовском педагогическом институте имени Н.Е.Евсевьева завершилась Всероссийская Олимпиада по педагогике.

Место проведения Олимпиады было выбрано далеко не случайно – некогда как раз МГПИ выступал инициатором поиска Учителя будущего. В начале девяностых годов сложившаяся уже было традиция была прервана – у государства не хватало денег.

На этот раз Педагогиаду решили-таки возобновить. И вновь гостей с всех уголков России встречал Саранск. Целую неделю участники Олимпиады, разделившись на несколько команд, выясняли имена будущих победителей. Программа включала в себя множество конкурсов, дискуссий и состязаний. Лучшими были названы Марина Вислобокова (Тамбовский педагогический университет) и Дерюга Вардан (Мордовский пединститут). Победа Вардана, кстати, для саранских участников Олимпиады не стала неожиданностью: именно он поднимал флаг Педагогиады на торжественном открытии во вторник – как победитель внутривузовской олимпиады.

Интересное, между прочим, замечание: в пятерке победителей оказалась лишь одна девушка. На третьем месте – Дмитрий Григорьев (Тульский педагогический институт), на четвертом – Владимир Митрофанов (Брянск), на пятом – Алексей Прохоров (Рязань). Может быть, и на самом деле учитель – профессия мужская?

Победители Олимпиады, само собой, награждены Дипломами лауреатов и ценными подарками. Помимо этого, небольшие презенты и удостоверения участников вручены каждому конкурсанту.

1 июня 1995 года, «Республика молодая».

А ТЫ СУМЕЕШЬ РАЗЖЕЧЬ КОСТЕР ОДНОЙ СПИЧКОЙ?

Да, вы сумеете одной спичкой разжечь костер? А сварить кашу из горсти крупы? Или перебраться через бурную речку, не замочив ног? Конечно, можно сказать, что современному человеку все эти навыки ни к чему – это если вы собираетесь всю жизнь прожить безвыездно в своей тесной квартирке и вам трудно понять, что такое романтика. Ребятам же, собравшимся на недавний слет туристов в Саранске, объяснять, что такое романтика, не стоит. И насчет костра тоже.

Слет туристов-краеведов – «Путник-95» – собирался далеко не в первый раз, рассказала нам Людмила Николаевна Акашкина, преподаватель центра туризма и краеведения ДЮМО. Детско-юношеская молодежная организация проводит его уже 13-й год.

Четыре дня саранские ребята из 12-ти школ города – около двухсот человек – боролись за звание лучших робинзонов. Подробно пересказывать программу слета, наверное, нет смысла. Только представьте себе: палатки на опушке леса, рядом журчащий ручей, костер, запах свежесваренной каши… Подъем, само собой, – рано утром. Отбой – поздно вечером. Да и то, если нет соревнований по ночному ориентированию. Телефон, телевизор и радио остались где-то в прошлом, в смутных воспоминаниях. Только ты – и природа. И навыки ценятся совершенно другие, не такие, как в городе: перебраться через глубокий овраг, «ходить» по карте, сохранять продукты (холодильник с собой в лес не возьмешь!)

Но и этого мало – требовалось хорошо знать историю родного края. Вот, скажем, о том, как появился Атемарский вал. Остатки его сохранились до наших дней – и между прочим, проходят совсем рядышком от лагеря. Или еще вот что: известно ли вам, что в ХVII веке на военную службу на Руси шли молодые люди в возрасте 15—17 лет. Как раз в том самом возрасте, в котором пребывает большинство участников слета. Думается, им было бы не стыдно перед ровесниками из прошлого.

Победителем «Путника-95» стала команда «Траверс» из саранской школы N 38 (руководитель Сергей Васильевич Мамаев). Кстати, лучшим робинзоном признан член этой команды Витя Степанов. Далеко не каждый участник слета осмелился оспаривать это звание. Для этого нужно было провести ночь у костра (в одиночку!), чистить картошку, приготовить обед (вроде бы не очень-то и сложно, но попробуйте это сделать, если под рукой лишь горсть крупы, а все остальное – в лесу), связать плот и даже исполнить традиционный танец племени мумба-юмба.

На втором месте – команда школы N 6 «СЛОН» («следопыты, любящие огромные нагрузки»). На третьем месте – одна из команд известного в городе подросткового клуба «Земляне» (юго-запад) – «Вибрам».

На закрытии слета флаг «Путника-95» никак не хотел опускаться – то ли узел завязался крепкий, то ли ребятам просто не хотелось расставаться…

8 июня 1995 года, «Республика молодая».

СТУДЕНЧЕСКИЕ ГРЕЗЫ О МОРЕ ОСУЩЕСТВИМЫ!

Какой студент не мечтает о море? Хотя нынешняя стипендия не позволяет даже мечтать об этом. Деревенский отдых в гостях у бабушки – дедушки – это самое большое, на что может надеяться бедный студент. Но ведь на то и существуют мамы и папы, чтобы реализовать мечты своих любимых чад.

Так или иначе студенты Мордовского госуниверситета и нынешним летом имеют реальную возможность отдохнуть на море. И уже не первый год. На черноморском побережье (в Дивноморске близ Геленджика) действует оздоровительный лагерь для студентов и сотрудников нескольких российских вузов. Два больших корпуса в этом лагере принадлежат Мордовскому госуниверситету. Это дает шанс нескольким стам студентов и сотрудников вуза реализовать свои тайные желания.

Всего, как нам заявили в университете, на Черное море предстоит семь «заездов». Первый, по традиции, – «детский» (раньше он назывался пионерской сменой). Дети сотрудников будут отдыхать в Дивноморске 20 дней. Стоимость путевок: для «своих» – 300 тысяч рублей, для «чужих» (если останутся свободные места) – 700 тысяч рублей. Выезд – в середине июня.

Остальные шесть заездов «взрослые»: 50 сотрудников плюс 50 студентов. Смены, правда, заметно короче – по 13 дней. Но, думается, столь своеобразная цифра не пугает желающих погреть животики и покушать янтарного винограда?

8 июня 1995 года, «Республика молодая».

ОТДЫХ В ДЕРЕВНЕ: ВСЕ ПО-ПРЕЖНЕМУ?

Снова хочется на Канары. Снова – потому, что уже хотелось – в прошлом году…

Он подошел к директору интерната сам – маленький, худенький мальчик – и – то краснея, то бледнея, попросил его взять к себе, в интернат. Оказалось, родной отец малыша отказался от своего сына, мачехе тоже до него не было дела. Мальчик жил у бабушки – опять-таки, не родной. Ну, а как жил – становится понятно по тому, что житие в интернате пацан посчитал сокровенной мечтой…

– В нашем интернате в прежние годы воспитывалось тридцать-сорок ребятишек, вспоминает Татьяна Васильевна Суржикова, начальник Ромодановского управления образованием. – Пятьдесят человек – это уже много. Сейчас же контингент разбух в три раза! Жизнь на селе стала значительно труднее. Много «сирот» при живых родителях. Заявление типа: «В связи с тяжелым материальным положением прошу принять моего ребенка в интернат…» – увы! – далеко не сенсация.

Ромодановский район небольшой. Хотя бы по «школьным» меркам: 19 средних, 3 неполные средние и 5 начальных учебных заведений, немногим более трех тысяч школьников. Но забот у Татьяны Васильевны Суржиковой невпроворот. Лето началось, учителя в отпуска собираются, а денег пока нет. Правительство все обещает, обещает, каждый день на нервах. Все вообще-то в деньги и упирается. Вот, вроде бы, одна небольшая «сельская» проблема – отопление школ. Лето пролетит – глазом не успеешь моргнуть, новый учебный год не за горами. Чем топить школы зимой – вопрос чисто «летний». На сезон для школы района требуется ни много ни мало – около двух тысяч тонн угля! Сколько же в миллионах-то будет? «Школьная» дотация району – чуть более восьмисот миллионов рублей. Считай, как раз половину за топливо и отдай. А ремонт школ, покупка учебников, организация летнего отдыха школьников?

На первый взгляд, лето в деревне не несет родителям столько хлопот, как в городе. В отличие от городских, сельским ребятишкам не приходится особенно задумываться, чем заняться. Хватает дел и дома, и в школе. Многие учебные заведения имеют свои пришкольные участки, порой довольно большие, на которых приходится трудиться не покладая рук. Ребята из Пушкинской школы, например, засеяли в этом году 43 гектара ячменя.

Константиновская школа не первый год выращивает капусту – и для себя, для собственных нужд, и для продажи. Даже Салминская школа (девять учащихся – весь «контингент»! ) – и то имеет свой участочек.

По традиции в районе организуется немало летних фармацевтических отрядов – младшие школьники с удовольствием собирают лекарственные травы и сдают в аптеки. Ну, а про пацанов, вместе с отцами убирающими хлеб, думается, и повторяться не стоит.

Впрочем, лето – не только труд. О курортах мечтать не приходится. Пришкольный лагерь с дневным содержанием – наиболее реальный тип организованного летнего отдыха. Их в районе открывается шесть. Большую часть стоимости путевок оплачивает государство. Оставшиеся 5—10 процентов цены – около 14 тысяч рублей – сами понимаете, ни для какой семьи погоды не делают, и в расчете на 24 дня смены – чисто символичны. Более того, по решению администрации малообеспеченные семьи освобождаются и от этой символической оплаты.

Районный отдел социальной защиты населения готовит своей проект. Интернат для престарелых пустует (в деревне любая старушка, пока ее только ноги держат, найдет себе занятие). А что, если на лето поселить там ребят из бедных семей? Хоть подкормить малышей немного, а то, случается, некоторые и хлеб деликатесом считают!

В общем, можно сказать, лето в деревне – традиционно: прополка свеклы, экскурсия в соседнюю деревню, купание в местной речушке и Канары по телевизору.

22 июня 1995 года, «Республика молодая».

РАЗ – МИЛЛИОН, ДВА – МИЛЛИОН. КТО БОЛЬШЕ?

Лето. Благословенная пора отпусков и каникул. Но для молодых людей, в недавнем прошлом несчастных школьников, а ныне вполне самостоятельных граждан, собирающихся сделать важнейший шаг – выбрать дело своей жизни – проще говоря, поступить в высшее учебное заведение, это время мучительных размышлений. Университет? Институт? Техникум? Какой факультет? Какая специальность?

Однако в последние годы все эти вопросы часто затмеваются одним, самым важным: где взять денег на учебу? Все чаще за учебу приходится платить. Пример в подобной коммерциализации образования показывает у нас в Саранске филиал Московского университета потребительской кооперации (в просторечии – кооперативный институт). Уже объявлено, что филиал «осуществляет подготовку специалистов только на компенсационной основе с возмещением всех затрат за все годы подготовки на основе договоров». Один год учебы в этом вузе будет стоить на очном отделении около двух миллионов рублей, на заочном около миллиона. При филиале действует кооперативный техникум. Там расценки пониже: год на очном отделении – 1 млн. 200 тысяч рублей. На заочном – 750 тысяч рублей. Причем, добавляется в рекламных объявления, возможна «тенденция дальнейшего роста» тарифов.

Интересно, почем диплом будет в Мордовском госуниверситете? По традиции «договорная» учеба в МГУ стоит дороже других вузов республики. К счастью, в госуниверситет можно поступить и в обычном порядке, имея не миллионы в кармане, а светлую голову.

УЧИТЕЛЯМ РЕСПУБЛИКИ ГОСУДАРСТВО ДОЛЖНО 27 МИЛЛИАРДОВ РУБЛЕЙ!

Как нам сообщил министр образования республики Василий Васильевич Кадакин, общая сумма задолженности государства перед учителями – более 27 с половиной миллиардов рублей! Сюда входит зарплата – в основном, за май и июнь (хотя есть районы, где бедные учителя не получали денег еще дольше) – и отпускные.

Последнее особенно волнует педагогов. Отпуска у работников образования большие, и уходить на отдых без положенных в данном случае выплат – просто-напросто безумие. Не потому, что собственных сбережений не хватит на туристическую путевку на Канарские острова (о море, кажется, наши учителя уже и не мечтают – забыли, что это такое). А хотя бы потому, что нищенской учительской зарплаты, будь она даже вовремя выплачена, едва-едва хватит на хлеб.

Считается, что государство заботится о нас и о наших доходах. Существует положение, запрещающее без чрезвычайных причин задерживать заработную плату более, чем на три дня. Началом же отпуска – согласно кодексу законов о труде – считается день выплаты отпускных. Но ведь лето-то уже идет. Работники образования не могут ждать, пока чиновники соблаговолят перечислить положенные деньги. Но что делать – ждут. Еще немного – и кое-где под угрозой отмены окажется начало нового учебного года – сентябрьский «первый звонок» придется перенести на более позднее время.

Правда, Василий Васильевич Кадакин уверен, что этого не случится.

– Соответствующие суммы уже перечислены на места, – рассказал нам министр, – с понедельника во многих районах начнется выплата учителям заработной платы за май и отпускных за июнь. А кое-где этот процесс уже пошел. В том числе, и в Саранске.

А вообще-то, как заметил министр образования республики, очень многое зависит от глав администраций. Случается, деньги, выделенные на заработную плату, «уходят» на какие-то иные нужды. Глав администраций тоже можно понять: денег постоянно не хватает, а расходы – не перечесть. Хотя там, где о людях думают в первую очередь, проблемы как-то решаются. В Рузаевке, Ковылкино, Чамзинке учителям тоже тяжело, но жалоб оттуда меньше. Значит, можно что-то предпринять?

29 июня 1995 года, «Республика молодая».

Ностальгическая нота

АХ, ЛЕТО…

Говорят, американские миллионеры любят посылать своих детей подрабатывать – продавцами газет, официантами, косильщиками газонов. Мол, таким образом они быстрее узнают, как зарабатывается доллар и почем фунт хлеба.

Долгое время наши старшеклассники ссылались на западных толстосумов, пытаясь во время каникул устроиться на работу. Увы, аргумент срабатывал не всегда, и ребятам зачастую приходилось долгими неделями маяться от безделья. Помогали так называемые ЛТО – лагеря труда и отдыха. Обычные оздоровительные лагеря со всем набором развлечений плюс несколько часов работы где-нибудь на полях близлежащего колхоза. И, само собой, пусть небольшая, но заработная плата.

Ребята-старшеклассники шли в подобные ЛТО с огромным удовольствием. Это вам не в пионерском лагере: «Раз, два, три, четыре…". Каждый район в республике считал своим долгом организовать хотя бы один лагерь труда и отдыха. А о саранском «Корчагинце» и теперь с ностальгией вздыхают сотни молодых людей.

Но новые времена – новые порядки. Оказывается, содержать ЛТО теперь непозволительная роскошь. В этом году, сообщила заместитель министра образования республики Валентина Ивановна Серебрякова, открывается всего три школьных лагеря труда и отдыха – в Зубовой Поляне, Лямбире и Ковылкино. Увы, сотням школьников придется лето проводить в собственных поисках приключений.

РОБИНЗОНЫ ВЫСАДИЛИСЬ В ДУБЕНКАХ

Мы уже рассказывали о городском слете туристов-краеведов «Путник-95», прошедшем в самом конце мая под Атемаром. И вот совсем недавно, в минувшие выходные, в Дубенках открылся республиканский туристический слет, в котором принимают участие школьники со многих районов Мордовии. Состязания юных Робинзонов продолжатся почти всю неделю (закрытие – завтра). Факт весьма примечательный: нынешнее школьное лето – увы! – не особенно богато событиями. Причина обычно одна – нет денег. Даже пионерские (то есть, по-нынешнему, оздоровительные) лагеря можно пересчитать буквально по пальцам. Путевки же туда далеко не каждому родителю по карману.

Об итогах туристического слета мы постараемся рассказать в одном из следующих номеров нашей газеты.

6 июля 1995 года, «Республика молодая».

САРАНСКОЕ МЕДУЧИЛИЩЕ: КОНКУРС «ВЫШЕ», ЧЕМ В УНИВЕРСИТЕТЕ

Директор медучилища Галина Ивановна Солдатова считает свое учебное заведение элитарным:

– К нам поступает не абы кто. Две трети абитуриентов – «девятиклассников», идущих на наиболее популярную у нас специальность «сестринское дело» – отличники. Остальные ребята, в основном, имеют аттестаты о среднем образовании на «четыре» и «пять».

Об исключительном положении медицинского училища доказывать, наверное, не стоит. Чистенькие коридоры, уютные кабинеты, цветы, красивая мебель… Вроде бы ничего особенного, но это так не похоже на многие другие училища.

– Парты не покупаем третий год, – улыбается Галина Ивановна. – Не потому, что денег нет. Хотя и богачами назвать себя не можем. Дело, видно, в традициях. Испачкал стены или разрисовал парту – будь добр отремонтировать или покрасить за собой за свой счет. Но такое случается нечасто.

Конкурс при поступлении в Саранское медицинское училище традиционно высок: на некоторые специальности он доходит до 10—12 человек на место! Какой-то он будет в этом году? Уже на третий день приема документов желающих изучить сестринское дело оказалось больше планируемого где-то раза в три – три с половиной.

Хотя есть испытанный в последнее время способ резко сократить риск «провала»: деньги. Так называемое обучение по контракту, за деньги, становится в России все более популярным. Не обошло «модное» веяние и Саранское медучилище. Каждый десятый обучающийся здесь за приобретаемые знания платит звонкой монетой. Иной раз находятся богатые спонсоры, но все чаще за своих чад расплачиваются заботливые мамаши и папаши.

Конечно, подобную любовь может продемонстрировать далеко не каждый родитель: стоимость обучения в медучилище превысила 2 миллиона рублей. В эту сумму входят все скрупулезно подсчитанные расходы на подготовку кадров: аренда помещений, заработная плата преподавателей, амортизация оборудования.

– Можно, конечно, поступить и по-другому, – рассуждает директор училища. – Как, скажем, сделали наши коллеги в Самаре. Без особых долгих вычислений просто назвали требуемую сумму – 7 миллионов. Хотите учиться – платите. Нет – это ваше право. Но доходы граждан Мордовии куда ниже, чем в Самарской области, и требовать такие деньги с абитуриентов мы не можем. Иначе учиться у нас будут не самые умные, а самые богатые. Хотя, опять-таки, желающих было бы достаточно и у нас – высокий конкурс тому явное доказательство.

– Нам дано право самостоятельно определять количество «контрактников» и стоимость обучения, – рассказала Галина Ивановна Солдатова.– Но окончательные расчеты мы обычно согласовываем в Министерстве здравоохранения республики, в планово-финансовом отделе. Тем самым ответственность с меня как-то снимается. Времена-то смутные, кто знает, как еще повернутся события…

Два миллиона рублей, однако, – не окончательная цифра. Обычно оплачивается лишь год обучения. Остальная сумма вносится ежеквартально и, как это водится ныне, с учетом инфляции и связанным с ней ростом цен.

Но даже большие деньги – не стопроцентная гарантия поступления в училище. Конкурс среди «контрактников» доходит до трех человек на место! Экзамены же они сдают в обычном порядке.

Вашего корреспондента интересовало, насколько уверенно чувствуют себя в училище «контрактники», нет ли в учебных группах какой «дискриминации»? Опасения оправдывались: уровень знаний абитуриентов, поступающих «за деньги», заметно ниже более уверенных в себе «бесплатных» конкурсантов.

Конечно, это вовсе не означает, что и учиться они будучи неважно. Из двух нынешних коммерческих групп четверо выпускников «идут» на дипломы с отличием (обычно «красные» дипломы получает до трети выпускников – предмет гордости директора). Может показаться, отличников легко «наплодить», снизив к ним требования. Отнюдь. Только в прошлом году из училища за неуспеваемость отчислено двадцать пять человек – целая учебная группа! Так что требования – что надо.

Ну, а чтобы не было «дискриминации» и чтобы «подтянуть» уровень «контрактников», учатся они своей, отдельной группой.

Как, пожалуй, и в любом российском учебном заведении, в Саранском медицинском училище существует особый список «льготников», требования к которым при поступлении, скажем так, мягче. «Афганцы», «чернобыльцы», теперь вот «чеченцы»… Правда, существует категория абитуриентов, которым в училище только рады. Это, так сказать, представители семейных династий врачей. Скажем, в этом году заканчивает учебу Ирина Антипова, будущая медсестра. Отец ее хирург, мать – невропатолог. Родители-врачи и у Ирины Черняевой, и у Светланы Исаевой. Все три девушки «идут» на «красные» дипломы.

Известная фамилия – как бы показатель добросовестного отношения к учебе. Одно слово – династия! Поэтому, если такой абитуриент набирает «полупроходные» баллы, «берут» его без сомнения.

Причин популярности медучилища долго выискивать не стоит. Традиционный престиж профессии плюс почти стопроцентная гарантия трудоустройства. Последнее в наше время особенно важно.

– Работу находим всем, – улыбается директор училища. – Более того, некоторые заявки – вот, скажем, из детского санатория, 3-й городской поликлиники, детской больницы N 2 – не удалось удовлетворить до сих пор. Так что если хотите получить настоящую профессию – милости просим.

ВЛАСТЬ. ВО СКОЛЬКО ОНА НАМ ОБХОДИТСЯ?

На содержание органов власти и управления Мордовии в 1995 году уйдет около 24 миллиардов рублей

На Руси, как известно, начальством недовольны изначально. Мнится россиянину, что власти слишком много думают о себе и слишком мало – о простом человеке. И все же интересно, как дорого обходятся нам министры, депутаты – большие и маленькие – все те, кого мы по простоте душевной называем одним словом – «власть».

Трудно сказать, насколько велика эта цифра в масштабах России – думается, она такова, что находится за гранью понимания рядового обывателя.

вот что касается нашей крохотной Мордовии, то кое-какие суммы можно назвать. Уточненный бюджет республики на 1995 год (утвержденный третьей сессией Государственного собрания РМ, прошедшей на прошлой неделе) заставляет о многом задуматься. Так, само Государственное собрание Мордовии обойдется налогоплательщику в этом году почти в четыре миллиарда рублей. Чуть больше составляют ассигнования из республиканского бюджета на содержание местного правительства. Многочисленные министерства и ведомства «съедят» 15,5 миллиарда рублей. Полмиллиарда потребовали милиция и другие правоохранительные органы. Короче, на содержание органов государственной власти и управления в 1995 году уйдет около 24 миллиардов рублей. В расчете на одного рядового жителя республики, включая младенцев и глубоких старцев, это составляет около 25 тысяч рублей. Вроде бы и не очень много. Но вспомните о множащихся аппаратах российских чиновников, армию… Нет, тяжела ноша налогоплательщика.

Продолжая цитировать Закон РМ о республиканском бюджете, приведем для сравнения еще несколько цифр. На финансирование всего народного хозяйства в 1995 году уйдет 91 млрд. рублей. На культуру и искусство – 8,5 млрд. рублей, высшее образование – 0,5 млрд. руб., на реализацию программы национальной школы – 1 млрд., на развитие малого предпринимательства – 1 млрд., на выплату единых пособий на детей – 22,7 млрд. Резервный фонд Госсобрания РМ – 0,6 млрд., резервный фонд правительства – 20,4 млрд. Субсидии на строительство или приобретение жилья – 1 млрд. рублей.

13 июля 1995 года, «Республика молодая».

СКОЛЬКО СТОИТ «УСТРОИТЬСЯ» В ВУЗ?

На днях заглянул в гости давний знакомый.

– Срочно нужен «выход» на университет…

А поймав недоуменный взгляд, спокойно пояснил:

– Пора о будущем подумать – устраиваю племенника на юридический факультет. Предлагал мужикам за беспокойство «Жигули», «шестерку» – не берут. Говорят, маловато будет. Престиж высшего образования растет, конкурс желающих получить заветную «корочку» – соответственно. Придется платить…

В ответ на робкое замечание: мол, сейчас давать взятки при поступлении в вуз нецелесообразно – проще спокойно перечислить эти же (а то и куда меньшую сумму) деньги на счет учебного заведения и заключить типовой договор, была прочитана целая лекция:

– Заключай – не заключай, а вступительные экзамены все равно сдавать придется! И если в голове пустовато, это имеет очень большое значение. Так что от «подарков» отказываться рановато. Нужно лишь знать, к кому подходить и сколько предлагать. По, так сказать, «неофициальным данным», средняя университетская такса на «стоящих», «окупающихся» факультетах – 6 – 8 «лимонов». На некоторые, особо престижные специальности, скажем, на медицинском или экономическом факультетах цена студенческого билета поднимается еще выше.

Памятуя, что людская молва события изначально приукрашивает, а суммы множит, мы решили обратиться к «первоисточнику», к деканам наиболее популярных факультетов местного госуниверситета.

– Коммерческий прием студентов – сверх контрольных цифр, сверх плана – практикуется у нас не первый год, – рассказал нам Юрий Алексеевич Калинкин, декан юридического факультета. – Стоимость обучения в этом году – три с половиной миллиона рублей за курс. Впрочем, все, что касается денег, лучше уточнить в коммерческом отделе университета. Наше дело – учить.

«Жигули» за студенческий билет заставили Юрия Алексеевича улыбнуться:

– Уже сейчас, за неделю до начала вступительных экзаменов, подано около трехсот заявлений. Из них около семидесяти медалистов. Мест же на дневном отделении всего 75. Получается, конкурс – четыре человека на место. Представьте, какой мощности родительский вал обрушился на преподавателей! Наверное, возможны какие-то нюансы… И хотя от сотрудников зависит немногое – экзамены-то абитуриенты сдают не по специализации, ручаться за всех не могу.

Год учебы на экономическом факультете МГУ стоит 3 миллиона рублей. За заочном отделении, на котором формируются целые платные группы, – в два раза дешевле. Но миллионы в обход бухгалтерии?..

– Да, слухи такие до нас доходили, – ответила нам декан факультета Надежда Дмитриевна Гуськова, – но сомневаюсь, сомневаюсь… По крайней мере, мне взяток никто не давал.

В Министерстве внутренних дел республики, куда мы обратились за консультациями, не смогли вспомнить ни одного конкретного случая поимки взяточника во время вступительных экзаменов за последнее время. Разве что шумный рузаевский процесс многолетней давности. Кое-какие «наметки», как нам поведали в МВД, есть, но никаких фамилий, ничего конкретного…

20 июля 1995 года, «Республика молодая».

ПОЛУЧИТЬ ВЫСШЕЕ ОБРАЗОВАНИЕ ВСЕ ТРУДНЕЕ

В минувший понедельник в высших учебных заведениях начались вступительные экзамены (пока что на дневные отделения О приключениях, удачах и неудачах абитуриентов мы еще успеем поговорить. Сегодня же воздадим должное мужеству молодых людей, ступивших на нелегкий путь, ведущий к храму науки. Даже краткий анализ позволяет сказать, что нынешним абитуриентам придется куда тяжелее, чем прежде. Конкурсы в вузы почти повсеместно ужесточаются – несмотря на недавнее заявление ректора МГУ им. Н.П.Огарева Николая Петровича Макаркина по местному телевидению: о том, что, мол, бесплатный прием в университет увеличивается, а значит, возможности претендентов – тоже.

Возьмем тот же университет. Если в прошлом году о своем желании стать в славные ряды студенчества заявило чуть более трех тысяч человек (3222) – при плане приема в 1970 человек (конкурс – 1,64), то в этом году число абитуриентов увеличилось почти до четырех тысяч (3781) – почти при не изменившемся приеме (2020). В числе претендентов более семисот медалистов. Конкурс – 1,87. Вроде бы и разница непринципиальная, но подумаешь, что за каждой десятой, каждой сотой частичкой лужи слез бедных абитуриенток – и страшно становится.

В Саранском филиале Московского университета потребительской кооперации (в просторечии – кооперативный институт) масштабы страданий, конечно, не те. Всего четыре специальности (сравните с пятьюдесятью – в МГУ им. Н.П.Огарева!), план приема – по 50 человек. Подано заявлений – 362. Конкурс, казалось бы, не поражает воображение. Во всяком случае, стоит рискнуть. Но, как сообщили мне в приемной комиссии, поскольку в первую очередь будут принимать абитуриентов с направлениями из предприятий и организаций потребкооперации (а таковых в этом году очень много), общий конкурс резко обостряется. На «бухучет и аудит» – 5 человек на место, на «финансы и кредит» и «юриспруденцию» – 7—8 человек на место. Проще всего тем, кто решил стать экономистом «мирового» класса (специальность «мировая экономика») здесь конкурса практически нет. Причина, возможно, в том, что еще далеко не все большеигнатовские и теньгушевские ребята прознали, что в Саранске готовят будущих фордов сознанием нескольких иностранных языков. А, может быть, в том, что Мордовия еще не готова к вливанию в мировое финансовое сообщество?

Кстати, вспомним, что прием в университет потребкооперации производится исключительно на платной основе! Два миллиона рублей в год…

В Мордовском государственном педагогическом институте имени М.Е.Евсевьева конкурс абитуриентов остался на уровне прошлого года (1,53) – 1032 заявления при плане приема в 675 человек (в 1994 году было подано 1079 заявлений). Наиболее популярные факультеты: «физическая культура и спорт» (конкурс 126 человек на 50 мест – 2,52), «биология и химия» (1,58). В числе претендентов всего около ста медалистов. Не очень-то хотят мордовские юноши и девушки становиться педагогами?

20 июля 1995 года, «Республика молодая».

СТРЕЛЯЛИ В ДЕВОЧКУ У ВЕЧНОГО ОГНЯ

Строчки уголовных сводок, как всегда, скупы. С огнестрельным ранением в область головы в детскую республиканскую больницу поступила восьмилетняя девочка. Пострадавшая объяснила, что ранение получила днем на Советской площади. Из-под кожного покрова височной области у нее извлечен наконечник пули пневматического ружья…

Выстрелы днем, в центре города, в маленькую девочку? Неужели Саранск становится настолько опасным в криминальном отношении городом, что боязно выходить на улицу?

– Случай расследуется, – заявил нам начальник угрозыска Ленинского РОВД Валерий Анатольевич Чухонин. – Возбуждено уголовное дело. Сейчас выясняем подробности.

По словам Валерия Анатольевича, все происходило так. Девочка гуляла с родителями в самом центре города – как никак – каникулы. Подошла к Вечному огню, когда неожиданно раздался выстрел. Пуля попала в мочку уха девочки.

Если судить по жестоким уголовным меркам, ничего «серьезного» – стреляли из обычного пневматического ружья, «воздушки». Но, с другой стороны, представьте себе: вы безмятежно гуляете по улице и вдруг – выстрел! А если в глаз?

Возможно, это просто «хулиганство»; предположительно, стреляли из дома напротив. Следствие покажет…

27 июля 1995 года, «Республика молодая».

ПОЧЕМУ ТАК ДОРОГИ МЯСО И МАСЛО?

Может быть, еще и потому, что мало опыта у нашего фермера?

Загляните в иной продовольственный магазин, и от разноцветья упаковок от непривычки поневоле закружится голова. Правда, все это щедрое изобилие не нашего, не российского происхождения. Китайские иероглифы, голландские, немецкие, польские и какие только надписи не свидетельствуют об одном: наше сельское хозяйство серьезно больно. Колхозы и совхозы, многократно реформируемые, переделываемые в крестьянские ассоциации и кооперативы, не начинают работать лучше. Оказывается, название-то в деле не самое главное. Можно посчитать себя фермерами и по-прежнему пребывать в нищете.

Умению работать по-новому также приходится учиться – не смотря на то, что мы долгие годы считали, что ударный стахановский труд – исконно российская прерогатива.

Но как научиться «фермерству», где? Не отправишь же каждого крестьянина на спецподготовку в Голландию!

– А этого вовсе и не требуется, – считает Виктор Иванович Гришаев, заместитель министра сельского хозяйства и продовольствия Мордовии. – В нашей республике достаточно своих учебных заведений, готовящих квалифицированные кадры для села. Иное дело, что при определенных условиях качество подготовки этих кадров можно было бы резко улучшить…

Итак, как же рождаются будущие фермеры? Ну, о том, что самые азы хозяйствования крестьянские дети получают еще в семье и школе, говорить не будем (хотя, наверное, можно было вспомнить и о Ялгинском агролицее, и привести другие хорошие примеры).

Девятнадцати специальностям для агропромышленного комплекса республики обучают профессиональные технические училища (трактористов-машинистов, водителей, электрогазосварщиков, портных, поваров, пчеловодов, лаборантов, каменщиков… Есть довольно «экзотические» – скажем, «Хозяйка усадьбы»). По сути сами сельские ПТУ – небольшие фермы. Все они наделены землей – за ними закреплено более 5000 гектаров сельхозугодий, точно также они сажают, сеют, собирают урожай…

Средние специальные учебные заведения дают знания более глубокие (таких специальностей 15: агрономия, зоотехния, бухгалтерский учет, землеустройство…). Тех же, кто решил усвоить все премудрости сельскохозяйственной науки, ждет местный госуниверситет. Выбор достаточно широк: от «обычных» факультетов до получения второго высшего образования ускоренными темпами, в сокращенные сроки.

Эта сложна, но достаточно налаженная машина выдает «на гора» ежегодно многие тысячи специалистов. Существует целая Программа обеспечения аграрной реформы – она была принята у нас в конце зимы. Согласно программе, только профтехучилища республики, например, подготавливают каждый год около 3 тысяч человек.

И тем не менее, около четырехсот мест на должностях руководящих работников и специалистов постоянно остаются вакантными. Самые «непопулярные» специальности: зоотехник (только главных зоотехников не хватает более ста) и ветеринарный врач («дефицит» главных врачей достигает полутора сотен!)

А с другой стороны, больше половины выпускников средних специальных учебных заведений и МГУ имени Н.П.Огарева – будущих аграриев – в прошлом году (более трехсот человек) не было трудоустроено. В сельской местности насчитывается около семисот безработных (это где-то 2,4 процента от всех незанятых граждан в народном хозяйстве республики). По сведениям министерства сельского хозяйства, около 350 безработных – женщины. Остальная часть – выпускники различных учебных заведений.

Парадоксом эту ситуация назвать трудно. Причины же ее лежат на поверхности. Заработная плата специалистов сельского хозяйства составила в прошлом году 106 тысяч рублей (в среднем же по колхозам чуть более 63 тысяч рублей, по совхозам – около 101 тысячи.) С наступлением тепла зарплата в большинстве хозяйств вообще не выплачивалась! Задолженность по заработной плате в АПК республики на начало июля составила около 22 миллиардов рублей! Представить такое в какой-то другой цивилизованной стране, в общем-то, невозможно. Но терпелив российский мужик… Вековая привычка, наверное…

Однако для нашего сельчанина зарплата – не самое главное. Выручает собственное подворье. А вот как быть молодому специалисту, если этого подворья, как бы сказать… просто нет?

– В прошлом году в АПК республики, – рассказал Виктор Иванович Гришаев, – сдано лишь 30 тысяч квадратных метров жилья. Это впятеро меньше, чем в недалеком 1991 году.

В этом же году на селе строительство жилья практически не ведется. А только для трудоустройства и размещения выпускников учебных заведений необходимо 400 квартир, для чего требуется около 30 миллиардов рублей. Повторяться ли, что денег таких в хозяйствах нет.

«Свежеиспеченный» специалист, между тем, – конечный продукт. Квалификация его, уровень знаний складывается еще в учебном заведении. И если на подготовке будущих кадров сегодня сэкономить рубль, то завтра они не смогут дать лишней продукции на тысячу.

Возьмем, к примеру, средние специальные учебные заведения минсельхоза. Их в республике шесть. Пять из них приобрели статус колледжей (Ковылкинский строительный, Торбеевский мясо-молочный, Темниковский сельскохозяйственный и совхозы-колледжи «Краснослободский» и «Кемлянский»). В принципе, это не просто перемена названия. Колледжи становятся настоящими научно-производственными центрами. Теория здесь прочно закрепляется практикой. Так, в Торбеевском мясо-молочном колледже приобрели оборудование для целого цеха для переработки молока. Но пуск его отложен на неопределенное время. Причина уже банальна: нет денег. Требуется около 700 миллионов рублей. Медаль тому мудрецу, кто найдет такую сумму в дырявом бюджете республики.

Существуют реальные планы строительства деревообрабатывающего цеха в Ковылкинском строительном колледже. Требуемые 54 миллиона рублей окупились бы довольно быстро, считает замминистра Гришаев, но где бы их найти? Вообще перспективных проектов немало, но удается, в основном, только то, что не требует огромных затрат. Все большее количество учебных заведений начинает изучать маркетинг, менеджмент, правоведение, предпринимательскую деятельность. А что касается строительства… увы!

По подсчетам министерства сельского хозяйства Мордовии, только для проведения неотложных строительных работ в этом году учебным заведениям республики необходимо 1 миллиард 848 миллионов рублей. В начале февраля в Москву, в Минсельхозпрод РФ было отправлено слезливое письмо с просьбой о выделении денег. Республика этот воз самостоятельно не потянет (дефицит мордовского бюджета в 1995 году превышает двести миллиардов рублей!) Ответа еще нет.

…А пока что в магазинах все чаще замечаю голландское масло (хотя атяшевское нравится больше), и немецкую ветчину. А какие красивые маринованные помидорчики недавно видел – пальчики, наверное, оближешь. Австрийские… Правда, и цена ого-го!

Конечно, можно просто одним махом поднять тарифы на импортные продукты – куда мы денемся, будем покупать свое, доморощенное, по любой цене. Вспомним, хотя бы прошлогоднюю историю повышения цен на сливочное масло с 4 тысяч рублей за килограмм до 20 тысяч. Подготовить своих фермеров, способных прокормить нас всех, куда труднее. Что ж, будем, видимо, и дальше оплачивать развитие сельского хозяйства Голландии, Германия, Китая…

27 июля 1995 года, «Республика молодая».

О ЧЕМ-ТО ТИХО ПЛАЧУТ СВЕЧИ…

С 1 августа в Мордовии резко подорожает тепло- и электроэнергия

Доллар падает, политики не устают говорить о стабилизации экономики, а цены растут. Причем кошельки потребителей худеют не только в магазинах. Дорожают услуги, проезд на транспорте. Через неделю в Мордовии в очередной раз повышаются тарифы на тепловую и электрическую энергию. Настоятельные требования «Мордовэнерго», видимо, возымели действие, и уже к концу лета мы на себе почувствуем действие постановления Региональной энергетической комиссии N6. За каждый киловатт. час горожанин отныне будет платить 75 рублей. Правда, если ваш дом оборудован – в установленном порядке – стационарными электроплитами и электроотопительными установками, тариф будет пониже – 52 руб. за киловатт. час. Столько же придется платить жителям села.

Однако еще в большей мере потребителя заденет повышение цен на тепло- и электроэнергию, потребляемую промышленными предприятиями. Продукция, выпускаемая ими с 1 августа, уж наверняка не подешевеет…

3 августа 1995 года, «Республика молодая».

ОБМАНУЛИ? Или О ЧЕМ ЗАСТАВИЛ ВСПОМНИТЬ ВИЗИТ ВЫСОКОПОСТАВЛЕННОГО ЧИНОВНИКА В МОРДОВИЮ?

мала и неприметна. В общенациональных списках она обычно находится где-то в середине, ближе к концу или началу, но редко – в центре внимания. Однако неделей назад Мордовия неожиданно зацепила взор внимательного российского телезрителя. РЕСПУБЛИКА НАША

Причиною тому – визит к нам Владимира Шумейко, третьего лица в государстве.

По правде говоря, это событие не могло на заставить вспомнить о, казалось бы, безвозвратно минувших годах. Неожиданно зашумели саранские фонтаны, молчавшие до той поры. Бурную активность проявили дорожные строители (интересно все-таки, задумываются о чем высокопоставленные чиновники, видя в гостях свежие асфальтовые заплатки по пути своего следования?). Единственное неудобство ощутили, пожалуй, только пассажиры общественного транспорта: то наше доблестное ГАИ, выполняя приказ сверху, обеспечивало беспрепятственный выезд высокого гостя в «народ».

Но гость – он и есть гость; принимая его, без мелких неудобств не обойтись. Некоторые горожане шутили: мол, побольше бы таких визитов – глядишь, и дороги у нас были бы лучше, и город чище, да и местным политикам нашлась бы работа, не до склок бы было.

Однако гость оказался «того»… То ли чересчур принципиальным, то ли недостаточно благодарным. Появившись в российских «Вестях», он объявил на всю страну: мол, Мордовия – это тот самый пример того, как не стоит делать реформы!..

, идет в первую очередь о приватизации. РЕЧЬ, КОНЕЧНО ЖЕ

Произнося свой ставший знаменитым афоризм, Владимир Шумейко не мог не знать, что человек ныне олицетворяющий государственную власть в Мордовии – председатель Госсобрания РМ Николай Иванович Меркушкин, совсем недавно возглавлял республиканский Фонд имущества, а значит, отвечал за эту самую приватизацию. И если сейчас он посажен на самое видное место, то выходит, большинство депутатов считают нынешний курс реформ единственно верным? Правда, то, что каждый из «слуг народа» при этом чем-то недоволен, нам придется отнести на счет профессиональных качеств депутатов.

В общем, появилось множество трудноразрешимых вопросов, ставящих обывателя в тупик. Вспомнилось, например, как всего три года назад «верхи» утверждали, что все мы вот-вот станем капиталистами (или, если кого пугало это слово, – собственниками).

Да, то было самое начало ваучерной приватизации.

Необычайные радужные бумажки удивительно быстро вошли в жизнь россиян. Их крали, дарили, покупали и перепродавали, из-за них убивали – они стали частью нашего быта. Хотя что же тут было удивительного? Первые лица государства наперебой утверждали, что это навечно, что это гарантия лучшей будущей жизни. Приводились тщательные расчеты того, какая часть общегосударственной собственности приходится на каждого из нас. Получалось неплохо. Даже в Мордовии, необремененной тяжелой промышленностью, каждый ваучер, вложенный в дело, считал, например, Николай Иванович Меркушкин, потенциально имел цену не менее 200 тысяч рублей (в ценах, естественно, того времени!).

Конечно же, скептиков было предостаточно. Часть их свои ваучеры оставила на память (впрочем, таких было все-таки меньшинство). Часть, не доверяя новым веяниям, но стремясь хоть что-то получать от очередной перестроечной кампании, свои приватизационные чеки продало (или обменяло на что-то более осязаемое, материальное). В свои лучшие времена цена ваучера равнялась стоимости неплохих женских сапог. Альтернатива, кстати, достойная внимания…

своим «вождям» поверило. Или заставило себя поверить. По словам бывшего первого «приватизатора» Мордовии, Фондом имущества республики было собрано около трети мордовских ваучеров. Чуть меньше ушло в Москву; в центральные инвестиционные фонды. Николай Иванович уверял, что наши местные фонды куда надежнее московских, ликвидность их, мол, достигает 90 процентов – против 20 процентов центральных. Хотя некоторые действия некоторых фондов уже тогда вызывали недоумение. Так, ЧИФы «Фора-Инвест» и «Инвест» в конце 1993 года приступили к продаже собственных акций по тысячи рублей за одну тысячерублевую акцию. Между тем, на «черном» рынке ваучеры стоили тогда более двадцати тысяч рублей штука. Продав чек на рынке, на вырученные деньги можно было приобрести в фондах в два раза больше акций, чем за сам ваучер. БОЛЬШИНСТВО ЖЕ ОБЫВАТЕЛЕЙ

Но что было – то, как говорят, быльем поросло. Как обстоят дела в местных инвестиционных фондах сейчас, спустя два года?

В прошлом году все четыре республиканских ЧИФа дивиденды акционерам худо-бедно выплатили – в расчете от 10 до 100 процентов годовых (от тысячи до десяти тысяч рублей на ваучер минус подоходный налог (!) Суммы, конечно, не ахти какие, женских сапог на них не купишь. Иные фонды вообще предлагали вместо денег свои же чеки, но лиха беда начало, да и первый блин комом…) Произошло сие где-то к середине прошлого лета. Ныне дело идет к осени, а торжествующих воплей акционеров все что-то не слыхать. Нет и победных реляций в газетах.

Что ж, попробуем сами достучаться до держателей наших капиталов.

, первая попытка не удалась. В новом телефонном справочнике Саранска телефонов и адресов инвестиционных фонов не оказалось. «Фонд культуры… милосердия и здоровья… пенсионный… фонд имущества… увы, все…» На букву «и» тоже ничего нет. Нам помогли, – правда, опять-таки не сразу – в Госкомитете республики по управлению имуществом. Оказывается, ЧИФы теперь называются несколько по-иному: специализированные инвестиционные фонды приватизации. К СОЖАЛЕНИЮ

На вопрос о размере дивидендов управляющий фондом «Инвест» Рашид Мосин только вздохнул:

– Вы ведь знаете, как работают мордовские предприятия… Да еще постоянно задерживают выплату доходов. Так что о дивидендах давайте поговорим где-то в октябре.

В фонде «Фора-Инвест» были также немногословны: собрание акционеров приняло решение о выплате дивидендов… в марте следующего года. Причины – те же.

Акционеры «Инвест-Бонд» свои «положенные» доходы уже получают – аж с апреля. Хотя трудно сказать, насколько велика радость новоявленных капиталистов. Прибыль составила 80 процентов – для акционеров, вложивших свои чеки в 1994 году, и 100 процентов – для смельчаков, сдавших ваучеры в 1993 году. В деньгах это составляет 8—10 тысяч рублей на один ваучер.

Лучше всех, похоже, дела обстоят в «Инвест-Свете». Один приватизационный чек, вложенный в фонд, дает в этом году от 9 до 12 тысяч рублей.

– Наши акции вложены в 33 предприятия, – рассказал нам главный бухгалтер фонда Александр Аринушкин, – в том числе и в два российских: Нижневартовскнефть и Белоозернефть. Было еще одно, но мы вовремя почувствовали, что он «не тянет», и успели избавиться от его бумаг. Местные предприятия, хотя и не спешат расплачиваться с нами, более доступны. Стараемся, «выколачиваем» деньги. Если в течение двух лет наш должник отмалчивается – мы можем потребовать свое и через суд…

, прав был наш высокий вояжер, поставивший нелестную оценку нашим реформам? А может быть, причина происходящего скрывается и не в Саранске вовсе и виноватых стоит поискать не в гостях, а где-то поближе? ВЫХОДИТ

10 августа 1995 года, «Республика молодая».

БУДЕТ ЛИ МОРДОВСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ВЕДУЩИМ В РОССИИ?

Должен быть. Госкомитет РФ по высшему образованию, российское Министерство образования и мордовское правительство приняли специальное решение, согласно которому МГУ им. Н.П.Огарева должен войти в число ведущих университетов Российской Федерации.

Решение это было принято в июле – после состоявшегося в конце весны Всероссийской научно-практической конференции «Интеграция региональных систем образования». Саранск тогда встречал гостей со всей России, делился опытом. Еще несколько лет назад в 1993 году, вокруг Мордовского госуниверситета в один учебный округ объединилось несколько десятков различных учебных заведений (и высших, и средних, и специальных), ряд научных учреждений, хозяйственных и коммерческие организации. И судя по тому, что республика наша становится для других примером (хоть в чем-то!), затея эта удалась. Совмещаются разрозненные до этого рабочие планы, пишутся и издаются совместные учебники и учебные пособия – в общем, все силы сосредотачиваются в едином направлении.

Опыт организации и работы Регионального учебного округа ныне официально считается одним из перспективных форм развития образования. Решением от 12 июля рекомендуется создать «оптимальные условия» для дальнейшего развития Округа. Так, например, рекомендуется создать издательский фонд Попечительского совета (базовым издательством Округа будет считаться издательство МГУ им. Н.П.Огарева). Учебный округ и Министерство образования Мордовии получат право подготовки рекомендаций к изданию учебно-методической литературы, предназначенной для местных образовательных учреждений. На базе республиканского Центра новых информационных технологий будет создана региональная система академической информации.

Впрочем, перечислять все планируемые мероприятия долго и нудно. Хорошо, что указан круг лиц, ответственных за реализацию мер. Скажем, будет установлена должность проректора МГУ – директора Учебного округа

17 августа 1995 года, «Республика молодая».

В КРЫМ, К МОРЮ…

Если вы еще не «отгуляли» свой отпуск, у вас еще все впереди.

Только что прошел холодный дождь, на старой березе за окном появились первые желтые листочки – верный признак того, что сентябрь уже не за горой. Лето идет к исходу. Но если вы еще не успели «отгулять» отпуск – не расстраивайтесь; есть время с лихвой наверстать упущенное. Обратите свой взор на юг.

И не стоит кивать на тощий кошелек. Голь на выдумку хитра. Одна моя хорошая знакомая, ежегодно проводящая свой отпуск в Крыму – с крошкой-сыном (благодатный южный климат и соленая морская водичка позволяли забыть о всех хворях как минимум на полгода), вздыхала всю весну. Какое море, какой Крым, денег даже на хлеб не хватало. Зарплату на работе не выплачивали по несколько месяцев.

Однако к июлю долги из начальства удалось выколотить, и вот спустя месяц мои знакомые сидят в гостях – без денег, но здоровые, довольные, загорелые. Делятся впечатлениями. Оказывается, россиянину со средними доходами и сейчас «море» вполне по карману (конечно, если иметь ввиду не пансионат на самом берегу, а «койку» у частника опять-таки не в самом центре Ялты, а в одном из многочисленных поселков городского типа, усеявших побережье). Возможно он не будет чувствовать себя на Украине иностранцем в ССР застойных лет, как это было года два назад, но и сейчас родные «деревянные» рубли позволят ему гордо чеканить шаг. За один разнесчастный рубль нынче дают тридцать купонов (в прошлом году в это же время – где-то купонов двадцать). Если учесть низкий жизнерадостный уровень аборигенов (семья, предоставившая моим знакомым комнату, считается зажиточной: хозяин – заместитель начальника треста, получает в месяц около 15 миллионов купонов; хозяйка – главный бухгалтер, ее зарплата 8—10 миллионов купонов), то выжить дикарю все-таки можно.

По-прежнему весьма популярен доллар. Не смотря на разговоры о запрещении хождения иностранной валюты на Украине, рядовые крымчане с удовольствием примут от вас зелененькие бумажки в счет оплаты за койку или на базаре за фрукты-овощи. Причем везти «баксы» с России даже выгоднее, чем рубли. В поселке, в котором довелось отдыхать нашим курортникам, за один койко-день брали 300 тысяч купонов, или 10 тысяч рублей, или 2 доллара. Получается, 5 тысяч рублей за один доллар – при банковской цене в 4,5 тысячи. Налицо 10 процентов экономии. В Симферополе доллар чуть дешевле, на море, естественно, немного дороже.

Основные рыночные цены на продукты: молоко – 150 тысяч купонов за трехлитровую банку (около 5 тысяч рублей), сливочное масло – 500 тысяч (16—17 тысяч рублей), сметана – 170 тысяч за поллитровую банку, творог гораздо лучше и дешевле магазинного – 100 тысяч купонов килограмм, хлеб – 40 тысяч за батон, сахар заметно подорожал – от 85 до 100 тысяч купонов килограмм (чуть более 3 тысяч рублей), яйцо – 100 тысяч за десяток. Как видим, черноморские цены вполне умеренные, многое заметно ниже «мордовских».

Но «главные» продукты на море, конечно же, овощи и фрукты. Цены на виноград падали с каждым днем – наступал сезон. Помидоры – 50—60 тысяч купонов за килограмм. Огурцы уже отходили и стоили чуть меньше (в Симферополе 25—30 тысяч). Персики, в зависимости от сорта – от 100 до 250 тысяч. Абрикосы в этом году не уродились, в апреле, сразу же после цветения ударили морозы – от 140 до 250 тысяч, яблоки – 100 тысяч, Сливы – 100—150 тысяч.

Очень вкусное крымское мороженое. Его здесь любят и умеют делать (оно и понятно: индустрия туризма понемногу раскручивает свой моховик) Сливочное (вкуснее саранского) от 35 до 60 тысяч купонов, эскимо – 50—60 тысяч.

Одна из важный статей расходов курортника – «развлечения». Главное из них, конечно, – пляж. Поскольку знакомые мои относятся не к самой обеспеченной категории населения, они старались посещать лишь муниципальные, бесплатные пляжи. Хотя платные, само собой, и чище, и ухоженнее.

Убивать время у моря с каждым годом все интереснее! Практически нет проблем покататься на водном велосипеде (аренда одного велосипеда обойдется вам в 200 тысяч купонов за час) или на небольшом прогулочном катерке на несколько человек (150 тысяч за 10-15-ти минутную прогулку). Очень модно уметь управлять виндсерфингом. Однако далеко не во всех местах эти экзотические доски выдаются напрокат – придется искать знакомство на ближайших пансионатах и турбазах.

И вот от души поплескавшись в море, у вас болит живот от дешевых фруктов, и у вас впервые мелькнула мысль о доме, или просто кончаются деньги. Пора фотографироваться на память. Расходы, хотя и не «производительные», но неизбежные. Две кодаковские фотографии облегчат вам кошелек на полмиллиона купонов. Если вы хотите получить желанное не отходя от кассы – ищите владельцев «Поляроида». Впрочем, они вас найдут сами – за 400 тысяч купонов.

Ну, а когда проблемы с увековечиванием отпадут, наступает время стояния у железнодорожных касс. Плацкартный билет до Саранска стоит два с половиной миллиона (впрочем, стоил – пока курортники загорали, Министерство путей сообщения решило, что если кому куда-то надо ехать, тот обязательно поедет, и в очередной раз повысило свои тарифы. Билет от Симферополя до Саранска подорожал до 3,2 миллиона купонов).

Так что занимайте и бегите в кассу. Успеете!

17 августа 1995 года, «Республика молодая».

ВЕРНИТЕ НАШИ ДЕНЬГИ

Представьте, что вам должны 40 миллиардов. Трудно представить? А ведь почти столько нам должны. По данным Госкомитета республики, только в промышленности, строительстве, транспорте и сельском хозяйстве Мордовии не выплачено зарплаты более 38,1 миллиарда рублей (данные на 1 июля). Главные должники: АО «Лисма СИС и ЭВС» (около 14 с половиной миллиарда), АО «Лисма СЭЛЗ» (0,6 миллиарда), АО «Центролит» (1,4 миллиарда), АО «Рузхиммаш» (более 0,7 миллиарда).

Последний пример наиболее интересен. Рузаевский завод в последнее время считается одним из примеров мордовской перестройки. В то время, как многие местные предприятия стоят или работают в треть силы, «Химмаш» уверенно наращивает мощности, укрепляет связи с партнерами, в том числе и зарубежными. И гляди ж ты, не выплачивает рабочим зарплату.

Впрочем, это общая болезнь мордовской экономики. Большая часть задолженности по заработной плате (77 процентов) происходит из-за того, что потребителями не вовремя расплачиваются за продукцию и выполненные работы и услуги.

Если учесть, что «средний» житель Мордовии получает в среднем в месяц чуть более 200 тысяч рублей – на 38 процентов меньше, чем в целом по России (именно столько отписал наш недавний гость господин Шумейко в записке господину Президенту), то указанные миллиарды – сумма умопомрачительная. Этому самому «среднему» труженику пришлось бы вкалывать бесплатно около 16 тысяч лет!

Сравнение, возможно, и не корректное, но вполне позволяющее представить размеры бедствия. Иначе это явление и назвать-то трудно. Если только возрождением рабства, царства безвозмездного труда? От бунтов спасает разве что разгар дачно-приусадебного сезона. «Подножный корм» в очередной раз поможет нам выжить, а нашим вождям сохранить имидж поборников демократии.

Впрочем, они уже научились делать хорошую мину при традиционно российской игре. К примеру, наших высокопоставленных господ Шумейко и Сосковца не раз останавливали наши уже никого и ничего не опасающиеся женщины: мол, что говорить – зарплату платить надо! Думаете, смутились государственные мужи? Ничуть!

А между тем, ситуация с «задержкой» заработной платы отражает нечто более, чем просто нарушение договора между работником и работодателем. Нарушается отечественный Кодекс законов о труде, игнорируется ратифицированный нашей страной соответствующая международная конвенция. Недавно грозным Указом разразился Президент Ельцин. Мощными волнами разошлись не менее грозные указания прокуратуры. На днях в местной печати в очередной раз выступил руководитель государственной инспекции труда (есть, оказывается, и такая) – мол, как это плохо, когда людям не выплачивают зарплату… Нарушается, в конце концов, Конституция. И что же? Все эти мощные грозные цунами выливаются в бумажную труху, скромные «галочки» в многочисленных отчетах. Огромный бюрократический аппарат – начиная со старого, доброго, беззубого профсоюза и кончая народными (?) судами – как бы не замечает, как Закон превращается в пустой звук… Россия…

АРЗАМАС-16 ПРЕКРАТИЛ СВОЕ СУЩЕСТВОВАНИЕ

Но «ядерная реакция» дошла до Саранска…

Долгое время о своем засекреченном соседе мы мало что знали. Да, где-то там, за темниковскими лесами, за линией явасских «зон» существует некая, еще более секретная зона, в которой штампуют советские атомные бомбы.

Основанная еще в начале восемнадцатого века Саровская пустынь была известна всей православной Руси как место жития преподобного Серафима Саровского, а позже – как место паломничества верующих. В 1946 году Саров был «закрыт» и превращен в строго охраняемый военный объект Арзамас-16. «перестройка» несколько приподняла завесу секретности. Несколько лет назад город получил новое название – Кремлев. И, наконец, буквально на днях, после подписания Президентом России Борисом Ельциным соответствующего федерального закона, наш скрытый сосед вернул себе историческое название – Саров.

Кстати, научный потенциал Арзамаса-16 колоссален. Именно поэтому саранские городские власти задумались: а почему бы не попросить секретных арзамассцев им поделиться? Нашим предприятиям это, мягко говоря, не помешает.

В результате появилась программа взаимодействия с Российским ядерным центром. Причем интерес к сотрудничеству проявляет не только Саранск, но и сами ядерщики. Неделю назад по этому поводу мэр столицы Мордовии Юрий Рыбин провел совещание с директорами заводов.

Дружба между городами вышла на такой уровень, что решено открыть в Саранске офис представительства Арзамаса. Сначала предполагалось наоборот, но ядерный центр все-таки в режиме секретности, просто так не разгуляешься…

24 августа 1995 года, «Республика молодая».

Обыкновенная история

ЧЕЛОВЕК НЕСБЫВШЕЙСЯ МЕЧТЫ

В наше время работать по призванию как бы не принято. Так уж сейчас получается, что это не приносит ни материальных, ни моральных благ.

Случай с Сергеем Николаевичем Саутиным, пожалуй, именно такой. Мечтал о большом спорте. Один вид гоночного велосипеда, как говорится, заставлял кровь бежать быстрее. Но суровая реальность разбивает многие мечты. У нас, наверно, можно стать «классным» ходоком – был бы у человека талант. А вот по-настоящему ощутить скорость, «летая» с кочки на кочку – уж таковы наши мордовские дороги! – трудно. Да о хлебе насущном подумать надо. На студенческую стипендию и в «застойные» годы прожить было трудно. Что уж говорить о сверхнагрузках! В общем, пошел Саутин на завод.

А велосипед остался его хобби. Когда еще найдется тонкий знаток человеческих душ, психолог, способный описать драму нереализованных способностей, ежедневную многолетнюю борьбу мечты и необходимости… Нет, наверное, все-таки человеку не под силу побороть собственную мечту. Раньше или позже она выразится, пусть даже в какой-то другой форме. Так и Саутин. Уже начала складываться рабочая «карьера», но в очередной раз повернул пролетарий круто свою судьбу, став скромным физкультурным инструктором. Скромная должность, скромная зарплата. Но ближе к мечте. Появилась возможность заняться любимым делом.

Правда, о большом спорте теперь уже и думать не приходилось – годы давали о себе знать, время беспощадно ставило крест на былых планах. Мечта с течением времени не транcформировалась. Любой увлеченный человек будто магнит неизбежно привлекает к себе других людей. Вокруг Саутина собираются пацаны, для которых дорога была чем-то большим, чем просто проезжая часть. Попроси их выразить словами чувство, рождающееся при виде ленты, наматывающейся на колесо, от бьющего в лицо ветра – ведь, пожалуй, мало что скажут. Да, нравится скорость, постоянная смена мест и ощущений… А кто скажет о том, как возвышается душа при соприкосновении с мечтой? И здесь вовсе не важно, о чем идет речь – о стихах или тяжелом физическом труде…

Понемногу Саутину удается собрать, организовать секцию велосипедистов. К этому времени Сергею Николаевичу уже приходится заведовать немалым хозяйством стадиона завода «Электровыпрямитель». Это сейчас стадион «Светотехника» привлекает все самые крупные соревнования. А тогда очень многие спортивные медали делились именно там, в спорткомплексе «Выпрямителя». По своим масштабам, кстати, он и сейчас крупнейший в городе – несколько футбольных полей, баскетбольные, волейбольные, хоккейная площадки… Чтобы поддерживать все это хозяйство в надлежащем порядке, нужен был знающий и – непременно – увлеченный человек. Потому что на такую маленькую зарплату, которую ему предлагали, другие просто не шли.

На стадионе под велосекцию Саутину удалось «выбить» небольшой сарайчик, весь забитый старенькими велосипедами. О том, как «доставалась» техника, какими правдами и неправдами, Сергей Николаевич может вспоминать часами. А о том, что современный гоночный велосипед состоит из нескольких сот частей, он, наверное, узнал именно тогда – потому что каждую эту часть доставал именно он. А то и вытачивал сам – не зря же работал на заводе.

Вот с «конструирования» в этом сарайчике и начинал он свой рабочий день. Потом – обязательные хлопоты на стадионе. Днем – тренировки на шоссе. Поскольку машина «по штату» ему не полагалась – Сергею Николаевичу приходилось самому на велосипеде сопровождать ребят в дороге. Неважно, что гонщики, как правило, – высокие, здоровые ребята. За ними глаз да глаз нужен. Тренер за каждого в ответе. О том же, что во время тренировки он должен видеть всех своих подопечных, контролировать их состояние, а значит затрачивать усилия во много раз больше любого из них – машины-то нет – лучше и не вспоминать.

Теоретики спорта усмехнутся: до большого спорта здесь далеко. Но ничего, кое что удавалось, «саутинских» ребят в спортивных кругах республики вспоминают и поныне…

…После подобной ежедневной тренировки-гонки рабочая смена Саутина, однако, не кончалась. Летний день долог, зимой помогали прожектора. Хуже было ранней весной, когда близлежащая речушка широко разливалась, заливая футбольные поля, и за велосипедами порой приходилось грести на веслах. Можно сказать: «романтика», а можно вспомнить, сколько дополнительной работы задавали паводки, и только вздохнуть.

Короче говоря, Сергею Николаевичу удалось «выбить» (ну, нет другого, более точного слова для этого вида деятельности) заброшенный подвал в одном из заводских домов и покинуть с ребятами пусть и относительно благоустроенный стадион. Он почувствовал себя почти счастливым. Теперь предстояло заниматься делом, о котором он мечтал. Конечно, предстоял капитальный ремонт… Впрочем, что значит ремонт? Из ничего предстояло создать нечто. Сначала было страшно, улыбается сейчас Сергей Николаевич, потом вовсе даже ничего. Автору этих строк пришлось быть свидетелем происходящих перемен, и, честное слово, это был неплохой пример, когда без нытья, громких слов и заявлений делалось Дело. На микроскопической площади в несколько десятков метров Саутин создал свою велостанцию: спортивный зал, мастерская, душевые. В этом году Сергей Николаевич закончил строить трек. Для неспециалистов объясню: широкая резиновая дорожка, окольцовывающая небольшой зал, то опускающаяся до уровня поля, то поднимающаяся почти до стены. Подобное мы можем видеть в аттракционах типа «мотоциклист на вертикальной стене». Здесь разве что наклон менее крут. Во всем мире расчет этого угла и покрытие трека считается филигранной работой, и то, что она удалась саранскому тренеру – по меньшей мере, удивительно.

Сергей Николаевич сторонится высокопарных слов, но мечта его, казалось, начинает сбываться. Росли результаты у его подопечных, расширялось «хозяйство». Появился свой механик, некоторые тренировки можно было доверить новому тренеру, появилась машина – в общем, тот минимальный набор, при котором уже можно было мечтать о медалях.

Увы, наше время, наверное-таки не для увлеченных. По-прежнему Саутин смотрит не в будущее, озабоченный днем сегодняшним. Сокращен до минимума штат велостанции, и вновь мудрует Сергей Николаевич над старенькими велосипедами. Теперь уже это не гоночные «Стартшоссе» – с развалом Союза Харьковский велозавод, на котором выпускались единственные в СССР гоночные велосипеды, остался за рубежом. А карман пуст… Что ж, пришлось перейти на детские «Кроссы» местного, саранского механического завода. Естественно, «помолодели» подопечные Саутина. И то ли возраст Сергея Николаевича тому причиной – мудрость, как известно, приходит с годами, то ли извечные материальные трудности, но он говорит ныне уже не о рекордах:

– Приходит как-то к нам инспектор по делами несовершеннолетних. Мол, Сергей Николаевич, окрестных пацанов вы, судя по всему, знаете неплохо – табунами к вам ходят. Не могли бы вы составить список «трудных» подростков? Так, отвечаю, «легких» -то у меня и нет. Все трудные. Есть которые и курят, и озоруют, а то и своровать могут. Вот походят ко мне маленько, оттают – глядишь и сигареты забросят, и озоровать будет некогда. Вот если бы, говорю, инспекций всяких было поменьше, а кружков и секций побольше, глядишь, и «трудных» подростков бы не было. Кажется, обиделся на меня инспектор…

И хотя так же, как и раньше, Сергей Николаевич весь в делах спортивных (вот недавно предложили быть «главным» над всеми велодромами города, да отказался он: «Подметать дорожки? – извольте. Вот если попробовать на этой базе объединить все силы и средства – они ведь выделяются, да теряются по мелочам – тогда бы мы не один десяток ребят заняли делом! Так, нет, говорит, больно хлопотно…"), но все больше времени занимают хлопоты, вроде бы не имеющие отношения к спорту. То он устраивает своего подопечного на работу (нынче это большая проблема). То хлопочет за каких-то инвалидов, не имеющих никакого представления о спорте и о том, чем занимается их «попечитель».

Хотел бы я спросить Сергея Николаевича о смысле жизни: мне показалось, он мог кое о чем рассказать. Да постеснялся – кажется, он и так все поведал.

21 сентября 1995 года, «Республика молодая».

ДИРЕКТОР КООПЕРАТИВНОГО «ПОШЕЛ» НА ОЧЕРЕДНОЙ СРОК

В конце прошлой недели в Саранском филиале Московского университета потребительской кооперации (до недавней поры кооперативный институт) состоялись выборы директора. Полномочия бывшего руководителя вуза, профессора Бориса Федоровича Кевбрина, как известно, истекают в этом году. Впрочем, мы поспешили назвать директора бывшим – собрание решило, что альтернативы Борису Федоровичу пока нет. Слово свое он держит, обещания, в том числе и предвыборные, выполняет. Так что профессору «мотать» очередной срок. Поздравляем!

УЧИТЕЛЯ ВЫХОДЯТ НА ЗАБАСТОВКУ

Когда протестуют самые тихие и безропотные, самые молчаливые – это сигнал к потрясениям, которые могут непредсказуемым образом изменить наше будущее. Слова эти – из обращения учителей к жителям Саранска. 26 сентября работники учреждений образования выходят на забастовку.

Наверное, это должно было случиться – раньше или позже. Ставка начинающего учителя составляет 80 тысяч рублей, педагога с высшим разрядом – 180 тысяч рублей. Но и подобные мизерные пособия систематически задерживаются. С каждым годом учителю все тяжелее работать, отмечается в обращении. Нет средств на приобретение самых необходимых учебных наглядных пособий, не хватает учебников, не приобретается мебель. За последние 5 лет в Саранске не построено ни одной школы. В большинстве школ дети вынуждены учиться в две-три смены. Нет денег на питание учащихся. В таком же катастрофическом положении находятся и детские дошкольные учреждения города.

Об этой беде мы говорим не первый год. В своем знаменитом Указе N1, помнится, Борис Ельцин обещал помочь работникам образования. Но, видимо, на всех денег не хватает – армия чиновничества с тех пор только увеличилась, ее тоже кормить надо… Как хотите, а я учителей понимаю.

НЕ БУДЕМ БРАТЬ ПРИМЕР С АМЕРИКАНСКИХ МУЖИКОВ

Отношение мужчины и женщины – вопрос номер один во всем мире. Некогда человечество прошло через матриархат. Ныне верх взяли мужчины. Если это положение не изменить, грядет ужасный социальный взрыв.

Так считает гостья нашей республики Алевтина Васильевна Федулова, представляющая движение «Женщины России». В минувший вторник она участвовала в работе IV съезда женщин Мордовии, а затем на пресс-конференции в «желтом доме» (здание Госсобрания РМ) выступила перед представителями местных средств массовой информации.

За последние десять лет («перестройки» и «постперестройки») положение российской женщины значительно ухудшилось. Неравная оплата труда мужчин и женщин, безработица, незащищенность жизни, привели к тому, что женщина сейчас заменяет и банно-прачечный комбинат, и детский сад, и службу быта. А изменить это положение, уверена Алевтина Васильевна, можно только там, где принимаются решения. Нужна власть. Вот потому-то несколько лет назад три женские организации, образовав блок «Женщины России», вступили в борьбу за депутатские мандаты. В нынешней государственной думе «женская» фракция – одна из самых заметных: 23 места (всего же в российском парламенте заседает 60 женщин-депутатов). Случай, надо сказать, беспрецедентный. До этого лишь два раза женщины пытались пройти к власти своими списками – в царской России, в I Думе, и то ли в Голландии, то ли в Норвегии (здесь наша гостья путалась). Обе попытки оказались неудачными.

Российские женщины-депутаты ведут активную борьбу за права «слабой» половины населения, за равноправие с мужчинами.

– Наше положение не должно зависеть от конъюнктуры, – считает А. Федулова. – На заре Советской власти в фаворе была женщина-домохозяйка – биржи труда были переполнены и без них. Позже поднялись промышленные гиганты и потребовались новые руки – прославилась «женщина в красной косынке», рабочая. Потребовались квалифицированные кадры – в пример ставилась студентка с книгой под мышкой. Сейчас вновь свирепствует безработица – и вновь славят женщину-мать, домохозяйку. А эта самая слабая, нежная мать-домохозяйка, в поданной статистике, работает дома в три раза больше, чем мужчина…

Алевтина Васильевна надеется, что на выборах 17 декабря «Женщины России» непременно повторят свой успех:

– На прошлых выборах мы получили 8,3 процента голосов (в Мордовии, кстати, более 10 процентов. Для примера: Москва и Санкт-Петербург – около четырех). 85 процентов наших избирателей – женщины: среднего возраста, очень среднего достатка, работающие. Однако мы не ведем чисто» женской» политики. Можем поддержать коммунистов, можем демократов – была бы здравая идея. Единственный, с кем нам не по пути – это Жириновский, методы которого вызывают отвращение у любого нормального человека.

В мире есть страны, на которые нам следует равняться в области взаимоотношений мужчины и женщины, отметила в заключение Алевтина Васильевна. Это не хваленая Америка, нет, и не Англия, Франция, Германия, на которые мы часто смотрим снизу вверх – у них много своих проблем. Стоит перенять, к примеру, опыт скандинавских стран, где женщины по праву не считают себя «слабым» полом… Но об этом, наверное, нам можно пока только мечтать.

28 сентября 1995 года, «Республика молодая».

БУЛОЧКА НА ЗАВТРАК – УВЫ: ПОХОЖЕ, ВЛАСТИ СЧИТАЮТ ЕЕ ИЗЛИШЕСТВОМ?

На завтрак мама давала мне 20 копеек: учился я хотя и в городской, но небольшой деревянной школе, в которой собственной столовой не было – только крохотный буфет. Однако, большой перемены вполне хватало, чтобы я не торопясь покупал на свои деньги булочку с котлетой и горячий, только-только сваренный компот или сладкий чай. Оставшиеся 5—6 копеек тратил на конфеты, «скидываясь» с приятелем на сто грамм тянучек.

Чуть позже столовые появились в большинстве школ. Необходимость их организации в детских учебных заведениях, наверное, не вызывает сомнений. В той же Америке, на которую мы привыкли ссылаться, общенациональную программу бесплатных школьных завтраков начали вводить после второй мировой войны. Военные жаловались, что новобранцы приходят в армию слабые и совершенно неприспособленные к службе (она в то время у американцев была обязательной для всех юношей – так же, как и у нас в настоящее время). Причиной же тому, считало армейское начальство, нерегулярное питание школьников…

Сейчас школьные завтраки в Америке бесплатные. Для этого из госбюджета ежегодно выделяется 6 млрд. долларов. Во многих штатах школьные меню регулярно публикуются в местных разделах газет.

В нашей стране в области школьного образования составлялось немало хороших проектов. Но суровая российская действительность и вековые бюрократические традиции очень часто сводили их на нет. Вот, к примеру, и о школьных завтраках. Совсем недавно президент Б. Ельцин одобрил поправки к бюджету страны. Согласно им, чиновничество (точнее, органы госуправления) получат дополнительно 122 миллиарда рублей. На образование же, высшее и среднее, – всего 22 миллиарда. На финансирование социальной сферы, в том числе выплату пособий на детей, добавлен 1 миллиард! Стоит ли после этого удивляться, что с нового учебного года дотации на питание учеников 5—11 классов отменены?

В той же самой Америке разразился скандал, когда тамошние республиканцы предложили деньги, предназначенные для школьных завтраков, передавать непосредственно нуждающимся семьям. Богачи, мол, сами в состоянии платить за своих детей. Правящим демократам, впрочем, не составило труда отразить атаку своих противников – уж слишком привыкли американцы к бесплатным школьным завтракам. Сам президент Билл Клинтон выступил в защиту старой программы, отзавтракав как-то в одной из соседних от Белого дома школ.

Мы же, похоже, в полной мере реализовали предложение американской оппозиции. О булочке на завтрак должны позаботиться местные власти – потому как и без детей есть о ком заботиться…

– По нормативам на одного ребенка «положено» 825 рублей в день, – рассказала нам главный бухгалтер саранского городского управления образованием Любовь Степановна Степунина, – это так называемая девятая статья расходов. На школьное питание должно выделяться на одного человека полтора процента от минимальной оплаты труда.

Что сейчас можно купить на эти деньги? Разве что булочку с чаем… Ясно, что они рассчитаны как дополнение к родительским пожертвованиям.

Но и это «пособие» выдается от случая к случаю. Так, в сентябре, по словам Любови Степановны, городским школам перечислено около 15 процентов «необходимой» суммы (наш разговор состоялся в конце прошлой недели):

– Все, что выделяет нам администрация, мы стараемся сразу же отдать школам – пропорционально числу учащихся. А уж трудовые коллективы сами решают, как им быть. Конечно, в первую очередь, деньги идут на завтраки детям из многодетных и малообеспеченных семей…

А мы недавно принимали новую Конституцию. Интересно, сколько денег ушло на это очередное торжество демократии?

28 сентября 1995 года, «Республика молодая».

И кто-то камень положил в его протянутую руку…

ТАК КТО ЖЕ ЗАСТАВЛЯЕТ БАСТОВАТЬ НАШИХ УЧИТЕЛЕЙ?

Ставка начинающего учителя составляет 80 тысяч рублей. Если ежедневно покупать всего лишь по батону белого хлеба, то, возможно, на месяц хватит. Если же вспомнить о квартплате и тарифах на коммунальные услуги, то потребуется, пожалуй, месячный заработок педагога с многолетним стажем.

Но ведь на одном хлебе не прожить! Тем более, что и жалкое пособие, именуемое заработной платой работников образования, регулярно задерживается. Далеко не каждый педагог может вспомнить, когда же в последний раз он получал заработанное – то ли в июле, то ли в августе… Только щедрое лето с его яблоками-огурцами помогло-таки дотерпеть до нового учебного года.

Однако и учительское терпение не беспредельно. Во вторник саранские учителя вышли на Советскую площадь, вытянувшись многотысячной толпой от ступеней Госсобрания до крыльца городской администрации. Интересно, видела ли когда главная площадь города такую мирную и организованную забастовку? Наверное, сказался трехлетний опыт борьбы за выживание. Для работников милиции работы не было: одинокие серые личности с пачками своих партийных газет успеха не имели.

О забастовке было известно задолго до нынешней осени. Поначалу ее планировалось провести весной. Но близившиеся выпускные экзамены и уверения правительства в том, что нищенское положение образования вот-вот будет улучшено, сделали свое дело. Учителя в очередной раз поверили данным им обещаниям. И в очередной раз ошиблись.

Сейчас государство должно учителям более 350 миллиардов рублей.

Заметная часть этого долга – «наша». Не хватает денег на питание учащихся, не выделяются средства на приобретение мебели, учебных наглядный пособий, на ремонт зданий… Поэтому не удивительно, что саранские педагоги поддержали акцию ЦК профсоюза работников образования.

На Советскую площадь вышли все школы города. Даже 34-я, директор которой Василий Сидорович Учамбрин незадолго до этого категорически запретил своим подчиненным участвовать в забастовке. Более того, сурового директора поддержал и председатель школьного профкома Ю.С.Колтыков. Так что рядовым учителям было о чем подумать: или поддержать коллег из других городских школ или последовать примеру Юрия Степановича, оставшегося в этот день в школе преподавать физкультуру.

Митинг у подножия памятника В. Ленину между тем так и не состоялся. Меньше часа пришлось ждать учителям, пока члены стачечного комитета достучатся в чиновничьи двери. Но ни Александр Николаевич Бурканов, заместитель председателя Госсобрания, ни Алексей Семенович Купчинин, председатель постоянного комитета по образованию, науке и культуре, ни члены правительства, ни представители городской администрации к педагогам не вышли. И в отличие от практики прошлых лет ничего не пообещали. Мол, денег в бюджете нет, ситуация в республике сложнейшая, в городе пятый день не включается отопление – по тем же причинам. Мол, в республике траур, а вы бастуете. Да и о детях забывать негоже – вдруг что случится?

– Мы все понимаем и прекрасно осознаем ответственность, – отвечали учителя, – но к этому шагу пришли не сегодня. Безрезультатно топчем высокие пороги три года – от правительства Гуслянникова и кончая нынешним главой республики. Получается как у Лермонтова: «И кто-то камень положил в его протянутую руку…»

Бастующие разошлись; решено акцию 26 сентября считать предупредительной забастовкой. В течение двух недель – согласно закону! – стачечный комитет будет вести переговоры в властями. В случае, если требования учителей не будут удовлетворены, работники образования перейдут к бессрочной забастовке.

Вполне возможно, что число бастующих к тому времени увеличится. Прозябающих в нищете коллег из других районов республики чиновники убеждают, что протестуют только горожане, у соседей же, мол, дела идут куда лучше. Увы, дела почти везде идут плохо.

Хотя, может быть и другое развитие сценария. Не за горами очередные выборы. А учителя, как известно, многим нынешним депутатам обеспечили достаточное количество голосов. Потребуются голоса и на этот раз.

События 26 сентября мы попросили прокомментировать начальника городского управления образования В. М. СМИРНОВА.

– Учителя доведены до отчаяния, – заявил Вячеслав Михайлович, – и на этот раз проявили единство. Забастовка-то всероссийская, и саранские педагоги не могли остаться в стороне. Что же касается выполнения условий, поставленных перед местными властями, то тут говорить, наверное, рановато – стачечный комитет, насколько я знаю, будет заседать в начале следующей недели, тогда-то все и решится. Хотя если нет денег в бюджете, то они вдруг и не появятся. У города накануне зимы – великое множество проблем: отопление, освещение… С другой стороны, учителя не должны страдать от этого.

– Среди учительства упорно ходят слухи, что деньги на нужды образования «Москва» нам перечислила; просто местные власти решили найти им другое применение?

– Нет, кредит городу не выдавался. Поэтому приходится рассчитывать пока только на собственные силы. Вот позавчера рассчитались-таки с учителями за июль…

5 октября 1995 года, «Республика молодая».

ЧЕМ ПАХНЕТ В САРАНСКИХ ТАКСОФОНАХ?

Говорят, в японской столице уличные таксофоны опрыскивают различными ароматизаторами. Позвонил любимой девушке, вздохнул розового аромата – и жизнь становится лучше!.. В Саранске подобные веяния не в моде – может быть, потому, что уличных телефонных будок с каждым днем все меньше и меньше. Проще и дешевле устанавливать над таксофонами небольшие козырьки.

Вероятно, все дело в так называемом российском менталитете. Грубо говоря, «рожей не вышли», воспитание не то. Из 350 саранских таксофонов более половины в течение одного месяца приводятся пользователями в негодность – ломаются аппараты, срезаются трубки, изымается выручка, порой вместе с копилкой. В сентябре, к примеру, городская телефонная станция в результате действий саранских вандалов понесла убытки в сумме пятидесяти миллионов рублей. В огромных цифрах нет ничего удивительного: стоимость телефона-автомата ныне составляет 450 тысяч рублей. Один замок стоит 40 тысяч; 40 тысяч – копилка. Не считая выручки, доходящей до 10—150 жетонов по 400 рублей в каждом автомате.

Мелкого шкодливого хулигана очень трудно поймать за руку. Не поставишь же по милиционеру у каждого таксофона! И когда речь шла о деньгах с меньшим количеством нулей, с убытками приходилось – что делать? – просто напросто мириться.

Сейчас же, когда масштабы разорения принимают размеры бедствия, требуются особые меры. Проблемой вплотную занялся саранский угрозыск. И, надо сказать, результаты не заставили себя ждать. Если за всю историю телефонизации города было задержано считанное количество любителей поживиться за счет ГТС, то в том же сентябре, скажем, задержана целая группа лиц, обладающих «не тем» менталитетом, поставивших изъятие содержимого уличных таксофонов на поток.

И это только начало! В настоящее время во многих телефонных аппаратах устанавливаются химловушки. Залез «без спросу» в таксофон, а оттуда в тебя – струей краски, несмывающейся в течение нескольких дней ни мылом «Дуру-дуру», ни стиральным порошком, ни ацетоном. Придется шкоде уходить на время в «подполье». Кроме того, на некоторых улицах города вблизи таксофонов будет вестись «внегласное» милицейское наблюдение.

Таким образом, пожалуй, и «менталитет» изменить можно? А потом и об аромате роз в таксофонах напечатать.

СТУДЕНЧЕСКОЙ СТИПЕНДИИ НЕ ХВАТАЕТ И НА ХЛЕБ

Отзвуки всероссийской забастовки работников образования, прошедшей в прошлый вторник, еще не стихли. В Саранске на Советскую площади перед «Белым домом» вышли тогда учителя средних школ, но солидарность с требованиями бастующих выразили работники детских садов города, сотрудники саранских вузов. Постановление в поддержку учителей принято, к примеру, в Мордовском госуниверситете имени Н.П.Огарева. В МГУ, говорится в документе, сложилась кризисная ситуация. Из-за отсутствия стабильного финансирования растут долги по выплате стипендий и дотаций на питание. До сих студент получает «базовую» стипендию в размере 34 тысяч рублей – тогда как с 8 августа она должна быть не менее 55 тысяч рублей (хотя что сейчас можно купить на эти деньги? Не хватит и на хлеб: по буханке в день – тысяч семьдесят!). Дотация на питание – 410 рублей в день (с 1 августа должна возрасти до 1100 рублей). Не оплачивается льготный проезд, перечисляется в постановлении, недостаточно выделяется средств на спортивно-оздоровительную работу. Правительство республики мало обращает внимания на проблемы студентов. До сих пор не выполнено требование о создании республиканской программы «О социальной защите учащейся молодежи».

Общая задолженность по всем видам расходов в университете достигла пяти с половиной миллиардов рублей! В том числе по зарплате – 0,4 миллиарда рублей; по стипендии, питанию, льготному проеду и социально-культурной работе – 1,7 миллиарда рублей; по расходам на коммунальные и прочие услуги – 3,4 миллиарда рублей.

Помимо поддержки требований профсоюза работников народного образования и науки РФ в адрес Правительства России, собрание представителей трудового коллектива МГУ поручило администрации университета координировать действия с другими вузами страны. И, само собой, потребовало незамедлительно выплатить все долги флагману мордовской науки.

12 октября 1995 года, «Республика молодая».

УЧИТЕЛЯ ХОТЕЛИ БАСТОВАТЬ…

Лишь пять процентов московских учителей, говорят социологи, живут сегодня на свою официальную зарплату. Остальные выкручиваются как могут: подрабатывают где-то на стороне, дают частные уроки, а то и подторговывают на рынках. Иначе на нищенскую зарплату российского учителя просто-напросто не прожить – чисто физически не прожить.

Но то Москва; а там, учителя, по крайней мере, вовремя получают заработную плату. Недаром в недавней всероссийской забастовке работников образования москвичи участия не принимали (выразив тем не менее солидарность с коллегами из «глубинки»).

Мордовские педагоги бедствуют. Жалкое пособие, именуемое зарплатой, не выплачивается месяцами. Подработать на частных уроках в нищей республике практически невозможно.

Неудивительно поэтому, что 26 сентября практически все учителя Саранска вышли на Советскую площадь с требованием к властям: обратить, наконец, сановное внимание на гибнущую школу. Но к бастующим тогда никто из многочисленного чиновничества, «отвечающего» за образование, не вышел – привычная глухота, понимаешь ли…

Стачечный комитет объявил – согласно закону! – двухнедельную готовность. В случае невыполнения своих требований учителя грозили перейти к бессрочной забастовке. Мера, конечно, ужасная. Жить-то как-то надо!

На этой неделе срок ультиматума истек. К этому времени, как и надеялись опытные аппаратчики, страсти поутихли. Была выдана часть зарплаты (сейчас идет выдача заработанного в августе…) – в общем, повторилась история двухлетней давности. Вчера у нового председателя правительства Мордовии В. Д.Волкова состоялась встреча стачечного комитета учителей с руководителями города и республики. Были даны очередные обещания, звучали красивые слова об ответственности и долге… Хорошо, что год выдался урожайный на картошку. Как-нибудь выживем.

26 октября 1995 года, «Республика молодая».

РУЗАЕВКА СМОТРИТ НТВ

Скандал вокруг известной телепрограммы, в которой куклы имитируют российских знаменитостей – политиков, бизнесменов, артистов, – кажется, обошел все центральные газеты. Жители нашей республики, однако, в большинстве своем лишь догадываются, о чем идет речь – программы телеканала НТВ, транслирующего «Куклы», в Саранске не принимаются. Столичным жителям вообще не повезло – большинство граждан не смотрит даже Санкт-Петербург. Коллективные антенны, установленные на многоэтажных домах, рассчитаны, в основном, на прием метровых волн, тогда как ТВ-6 передается на дециметровых. За установку новых антенн требуются довольно значительные деньги, что многим не по карману.

Проблема удачно решилась в Рузаевке. НТВ транслируется здесь ежедневно с шести вечера; местная газета регулярно публикует программу передач. Зрителями популярного телеканала являются жители и еще некоторых районов республики. В Большом Игнатове, например, одновременно «ловятся» пять каналов: помимо «Останкино», «России», «Петербурга» и НТВ здесь смотрят еще и передачи телевидения недалекой отсюда Нижегородской области.

26 октября 1995 года, «Республика молодая».

ЧУКАЛЫ, МОРДОВСКАЯ ГЛУБИНКА…

В недавние выходные наш корреспондент отправился в деревню

Два с половиной часа на саранском автобусе, около часа пешком – и я в Чукалах. Путь неблизкий, учитывая работу нашего транспорта, может занять едва ли не целый день. До Алатыря и Канаша куда ближе будет, чем до Саранска – так что соседняя Чувашия сельчанам, пожалуй, «роднее» своей республики. Проблема «родства» чаще всего вспоминается при покупках. Всякую мелочь можно купить и в сельском магазинчике, а уж если дело коснется чего-то существенного, замены гардероба там или приобретения телевизора или магнитофона – то тут думать думу требуется: в какую сторону ехать. Так и получается, что «за рубежом» телушка куда дешевле.

Днями Чукалы замирают. Холодно. Огороды собраны, картофельные наделы чисты. Пробежит разве что галопом вдоль улицы переполошенная бабка: говорят, у сельсовета остановил свой КамАЗ запоздалый скупщик картошки с Самары. Неровен час, загрузится «под завязку» и уедет. Жди тогда другого счастливого случая – кому эта картошка здесь нужна. Вон ее сколько у каждого, полны ямы.

Картофель да молоко в селе – основа жизни. Уродился «второй хлеб» – значит с голоду не умрешь. В колхозе-то зарплату почитай с весны не давали. Да и зарплатой-то ее назвать трудно – что купишь на такие деньги? Можно, конечно, маслом взять – пятнадцать тысяч кило – но, как говорится, на одном масле блины не испечешь. Было время, старики здорово помогали – своими пенсиями, но теперь и им задержка выходит.

Так и остается последняя надежда на картошку. Сдал ее удачно, получил вовремя деньги – гуляй, купец! В прежние времена за счет огородов можно было запросто мотоцикл с коляской отхватить; он в деревне побольше «Жигулей» пользы даст.

Сейчас же… В прошлом году Шура Пугаева горевала: три огорода посадили, почти гектар, а толку! Мотыжили, окучивали, собирали, покойный дед, слабый уже, все коленки оттоптал – сил не было сгибаться-разгибаться всякий раз, а картошка-то не больно уродилась. Часть на «бессортицу» списали, хотя отбирали клубни один к одному. Надо было приемщику поболе сунуть, может, глаза открылись бы. За машину пришлось как следует заплатить – как обычно, картошку отвозили к соседям-чувашам. Свои-то, ардатовские, вечно телятся: то вагонов у них нет, то цены никак не назначат, а назначат, так такие, что едва ли не дешевле эту картошку назад в землю зарыть… Не стоит забывать и о «таможне». Границы между Мордовией и соседними областями хотя и чисто административные, условные, но за их прохождение приходится платить деньгами вовсе не условными. Берет и наша ГАИ, и не наша. Чукальские водители – когда это было? – назубок изучили все писаные и неписаные правила. И документы в порядке, и внешний вид, и огнетушитель всегда с собой. Да только не угадаешь, в какую сторону поведет стандарты строгого человека с жезлом в руке.

В общем, сдали картошку. А вот деньги получили лишь к новому году. Цены к тому времени заметно подскочили вверх, и выручки с того гектара, с тоской вспоминает Шура, не хватило даже на цветной телевизор – мечту семьи Пугаевых. Между тем почти в то же самое время одна из республиканских газет опубликовала данные о зарплате некоторых саранских руководителей – кое-кто мог позволить себе купить хоть два телевизора в месяц!

В этом году урожай Василий Пугаев отвез в Канаш. Хотя, быть может, стоило «подкараулить» приезжего покупателя с той же Самары, Саратова или Урала. Это в Мордовии картошка уродилась – с трех корней ведро, а соседи страдали от засухи. Приезжих покупателей на этот раз было много, на радость чукальцам. Кто успел – сдал по четыре тысячи ведро (наличными!), кто долго приценивался, здорово проиграл – к началу октября многие и за три тысячи соглашались сдать, да было некому. Правда, с погодой повезло, и наиболее смелые перекупщики успевали сделать на родину по две, а то и три ходки. Самые рисковые заезжают и по сей день.

– Приезжие покупатели – наше спасение, – считает Евгений Исайкин, «по-новому» – глава сельской администрации, – особенно для пожилых людей. Иначе куда б им со своим урожаем деться? Пенсии-то разве что на хлеб и хватит…

Хлебом, кстати, в Чукалах не торгуют. Пекут сами. Домашний-то повкуснее, считают местные хозяйки. А главное, дешевле выходит. Летом сельский глава еще пытался организовать торговлю, не будешь же по жаре ежедневно растапливать печи из-за двух-трех караваев. Сейчас начался отопительный сезон, и проблема отпал сама собой.

Этим, пожалуй, объясняется и традиционная популярность оптовой торговли на селе: брать муку – так мешок, макароны – короб, сахар… Сахар, в общем, тоже свой. По весне почти каждая семья берется возделывать крупный участок сахарной свеклы, осенью убирает (обычно к этому времени местные школьники уходят на дополнительные «каникулы» – чтобы помочь родителям собрать сладкие корнеплоды), а к зиме каждая «бригада» получит по несколько мешков сахара.

…За окном уже летают белые мухи. Страда завершена, и хотя дел в своем хозяйстве круглый год невпроворот, наконец-таки можно передохнуть. Самое время, мечтаем мы, смотаться куда-нибудь на Багамские острова, поплескаться в море. Впрочем, подобные предложения сельчане могут посчитать за издевку. Выжить бы, прокормиться.

А отдохнуть можно и в сельском клубе. Его новое здание в полторы комнаты красуется в самом центре Чукал – в двух шагах от пепелища. Старый очаг культуры сгорел в прошлом году. С каким теплом вспоминает о нем чукальская молодежь – ведь даже фильмы крутили! В новом же клубе можно разве что в домино играть. Хотя нет, уже нельзя – на днях разгулявшиеся молодцы разломали последний стол. А под покровом темноты отогнули решетку на окне и утащили последний магнитофон. Остался клуб пуст и тих. Директор клуба Степан Сурков, рассказывая мне о своих злоключениях, обводит взглядом пустые ободранные стены:

– Никому мы не нужны – ни колхозу, ни сельской администрации, ни району! Каждый руководитель только и знает, что кивает на другого. С каким трудом удалось провести отопление, но, видимо, придется снимать батареи – денег, говорят, нет…

И все же каждый вечер чукальские девушки прихорашиваются, идут «в клуб»: прогуляться по улице, на других посмотреть, посплетничать. Для тех же, кто постарше – одна забава. Благо, сахар свой, отработанный, дрожжей для этого дела не больно много требуется. Пьют здешние мужики много, но спиваются редко – работа не дает, скотина, двор. Грустно…

26 октября 1995 года, «Республика молодая».

ВЧЕРА В САРАНСКЕ ОТКРЫЛИСЬ МЕЖДУНАРОДНЫЕ БАХТИНСКИЕ ЧТЕНИЯ

О том, что нет пророка в своем отечестве, нам известно достаточно хорошо. Достижением считается, когда гений оценивается хотя бы по прошествию многих лет. Иногда очень и очень многих лет.

Пример М. М.Бахтина в этом отношении весьма примечателен. Вчера в Саранске открылись 3 Международные Бахтинские чтения «М.М.Бахтин и гуманитарное мышление на пороге 21 века». Они посвящаются 100-летию со дня рождения великого мыслителя, проработавшего долгое время в Мордовском государственном университет. Помимо местных ученых, в работе научного собрания принимают участие десятки исследователей из Москвы, Санкт-Петербурга, других российских городов, многих стран мира. Активную поддержку международной конференции оказывают Государственный комитет РФ по высшему образованию, Институт философии Российской Академии наук и даже небезызвестный Фонд Сороса.

В среду на здании первого конкурса университета торжественно открыта мемориальная доска М. Бахтину, в десятом корпусе распахнул свои двери музей знаменитого ученого. В городском Центре культуры проходят пленарные заседания.

9 ноября 1995 года, «Республика молодая».

«АВОСЬКА»

Страничка потребителя

Говорят, не в деньгах счастье. Наверное, это так. В жизни человека непременно должны быть какие-то высшие ценности. И тем не менее деньги имеют великую силу. Старинная русская пословица гласит: «Алтыном воюют, алтыном торгуют, без алтына горюют». Деньги формируют власть – недаром некогда каждый вступающий на трон властитель чеканил монету со своим именем, знак политической и экономической стабильности. Деньги формируют наш быт, всю жизнь человека.

Новая рубрика «РМ» – «Авоська» будет посвящена именно этой стороне человеческой деятельности. Обзоры товарного рынка, советы покупателям, уроки бережливости и всякая всячина. Название рубрики условное, мы могли назвать ее как-то иначе – «Копейкой», «Червонцем», «Кошельком» или, к примеру, «Потребительской корзиной». Пусть будет «Авоська»: хотя бы в память о недавних временах, когда прогулки по магазинам с сеточкой-авоськой в руках были весьма популярны – авось, что-нибудь попадется. Сейчас прилавки побогаче, а проблем не стало меньше – что бы выбрать, не ошибиться бы. И здесь мы попытаемся придти на помощь.

Пишите нам, советуйте, спрашивайте.

ЛАЗЕРНЫЙ ДИСК: ДОРОГ, НО С БОЛЬШИМ БУДУЩИМ

Некогда саранский магазин «Мелодия» близ железнодорожного вокзала пользовался у местных меломанов огромной популярностью – только здесь был более или менее приемлемый выбор грампластинок. Но где теперь та «Мелодия», где грампластинки? Магазин давным-давно закрыт – помещение потребовалось вновь испеченным коммерсантам. А виниловые диски просто-напросто вышли из моды. В отделе музыкальных товаров центрального универмага, где пластинками торгуют до сих пор, соответствующий ассортимент – едва ли не наиболее богатый в городе – составляет, тем не менее, два-три десятка названий. Хотя и стоит большинство пластинок дешевле полулитровой бутылки газированной воды.

на наших глазах уходит в прошлое. Его место прочно занимает диск лазерный. Если качество первого после каждого проигрывания хотя и незначительно, но ухудшается, то второй можно слушать сколь угодно долго. Звук с диска снимает не грубая игла, а невесомый лазерный луч, который не процарапает лишнюю бороздку и не издаст ненужный звук. Ваш любимый исполнитель прозвучит в вашей квартире точно так, как был записан в студии. ВИНИЛОВЫЙ ДИСК

Другое дело, какой диск вы приобретете, какого качества. До последнего времени «пиратские» копии, подделки в нашей стране более распространены, чем «легальные», лицензионные диски. Дело, конечно же, в первую очередь, в их стоимости. Так называемые бутлеги – демонстрационные или концертные записи, сделанные подпольным способом на «левых» фирмах без ведома самих исполнителей и звукозаписывающих фирм – стоят значительно дешевле оригинальных дисков. Часто без необходимых лицензий выпускаются «официальные» альбомы популярных групп и исполнителей; чем в таких случаях можно привлечь покупателя? – опять-таки низкой ценой.

Бутлег узнать довольно просто. Можно изучить дискографию исполнителей, и если предполагаемого альбома в ней нет, становится ясно, что вам предлагают подделку. Труднее с «пиратскими» копиями «официальных» альбомов – называются они так же, а содержимое их весьма похоже. Правда, оформление компакта и качество буклета, прилагаемого к подделке, почти всегда выдают «левое» происхождение. Надписи типа «Made in Europa» говорят о польской или болгарской родине. Очень подозрительно, когда буклет содержит менее четырех листочков или же не раскрадывается на манер постера.

Американскую продукцию отличить также просто: большинство фирм-производителей компакт-дисков договорились недавно помещать на коробках специальные географические наклейки, а сами коробки запечатывать в прозрачный пластиковый пакет.

Стоит, вероятно, обратить внимание и на маркировку компакт-диска – DDD, ADD или AAD. Это своеобразная оценка качества звукозаписи. Три буквы соответствуют трем основным стадиям записи (подготовка фонограммы, микширирование и производство мастер-ленты). «А» означает, что использовался аналоговый магнитофон, «D» – цифровой, имеющий значительно более высокие характеристики (от английского слова «digital» – «цифровой»). Отсюда ясно, что DDD – свидетельство высокого качества компакт-диска. ADD означает, что при записи фонограммы использовался обыкновенный, аналоговый магнитофон, а при микшировании и производстве мастер-ленты диска – цифровой.

Впрочем, вряд ли стоит искать, к примеру, компакт-диски «Битлз» с маркировкой DDD -таковых в природе просто-напросто не существует. Во времена знаменитой ливерпульской четверки записи осуществлялись исключительно в аналоговом режиме.

в Саранске только-только входят в моду. Едва ли можно указать с десяток торговых точек, где вам смогут что-то предложить. Большинство из них – студии звукозаписи и мелкие «комки», занимающиеся торговлей аудио- и видеокассет. Лазерные диски здесь – случайный или попутный товар; ассортимент не более 5—10 дисков. Компакты, само собой, «пиратские». Впрочем, оригинальная продукция попадает в Саранск чрезвычайно редко. Логика продавцов безупречна: кто же купит лазерный диск за 70—200 тысяч рублей, если за сумму втрое меньшую можно приобрести практически то же самое. КОМПАКТ-ДИСКИ

Самый большой выбор компактов, пожалуй, в небольшом музыкальном киоске близ входа в центральный рынок на улице Полежаева – две-три сотни наименований. Список дисков постоянно растет – что свидетельствует о расширяющемся круге покупателей. Недавно появились альбомы отечественных исполнителей; продавцы рассказали, что интерес к ним повышается «медленно, но верно». Буквально на днях лазерные диски подорожали, правда, незначительно – с 17 до 18 тысяч рублей (для сравнения: у конкурентов на центральном рынке компакт-диски стоят от 20 до 70—100 тысяч рублей; в известном среди молодежи магазине радиотоваров «Сэлф» – 24 тысячи).

Перспективы рынка компакт-дисков, однако, весьма смутные. В связи с тем, что Россия взялась обеспечить авторские права и подписала соответствующие международные документы, в стране начата борьба с подпольным, «пиратским» копированием художественных произведений. Это, естественно, относится и к лазерным дискам. Помимо всех положительных сторон здесь есть один весьма негативный нюанс, о котором мы уже говорили – стоимость компактов возрастает в несколько раз. Что ж, рядовому потребителю остается только надеяться на традиционную российскую медлительность -авось пока контролирующие организации раскачиваются, гигантский маховик поп-культуры раскрутится настолько, что покупка «среднего» компакт-диска будет не более необычной, чем покупка аудиокассеты.

16 ноября 1995 года, «Республика молодая».

ПАРЕНЬ ИЗ БОЛЬШОГО ИГНАТОВА УЧАСТВУЕТ В КРУГОСВЕТНОМ ПУТЕШЕСТВИИ

Пожалуй, не было информационного агентства, не сообщившего о недавнем о старте крупнейшего в мире парусника «Крузенштерн», отправившегося в кругосветное путешествие.

На этот раз в команде корабля были не только курсанты Балтийской государственной академии, морского колледжа и военные моряки. Началось, наверняка, самое памятное событие в жизни и для нескольких юнг – сельских ребят, ставших победителями всероссийского конкурса, объявленного в конце нынешней зимы «Молодежной морской лигой». Один из этих счастливцев – Женя Коченов из Чукал (Большеигнатовский район).

Каких трудов стоило пацанам выиграть столь престижный конкурс – целая история. Кандидатура паренька из сухопутной Мордовии не раз оказывалась на грани «или-или» – уж слишком много будущих моряков, курсантов военных училищ, представителей «морских» династий хотело бы занять его место…

Но все волнения позади, и надо думать, сейчас «Крузенштерн» со счастливцами на борту находится где-то на подходе к Канарским островам. Всего же парусник пробудет в плавании чуть меньше года, посетит с визитом девятнадцать крупнейших портов мира. Кругосветное путешествие посвящается 300-летию образования российского флота. Впрочем, говоря чуть выше о «сухопутной» Мордовии, наверное, можно было бы и не удивляться особо. Российский флот, как известно, начинался тоже не на берегу Азовского моря – а в Воронеже. Что касается Мордовии – имя уроженца наших мест адмирала Ушакова известно всему миру.

Так что, пожалуй, теперь нам есть резон с большим интересом следить за ходом кругосветного плавания.

16 ноября 1995 года, «Республика молодая».

УЧИТЕЛЯ ПАДАЮТ В ГОЛОДНЫЕ ОБМОРОКИ И ПОЭТОМУ ВНОВЬ СОБИРАЮТСЯ БАСТОВАТЬ

Голодный обморок случился с одной из учительниц саранской средней школы N 20 прямо во время занятий. Хроническое недоедание. И без того мизерная заработная плата работников образования не выплачивается в республике месяцами.

Коллектив школы решил прекратить занятия. Глава городской администрации, однако, сумел несколько снизить накал страстей. Он пообещал, что деньги будут непременно выплачены…

Случившееся вновь подлило масла в огонь. Еще не забылась неудавшаяся забастовка учителей 26 сентября. Тогда к собравшимся на Советской площади педагогам так никто из чиновников не вышел – ни из Желтого дома (Госсобрания), ни из Белого (правительства), ни из Красного (городская администрация). «Нет денег – говорить не о чем», – ответили представителям учительства.

Многолетний опыт за свои права, однако, сказался весьма скоро. Стачком работников образования начал переговоры по разрешению коллективного трудового спора – согласно соответствующему закону. Они шли две недели. Требование работников образования о своевременной выплате заработной платы было рассмотрено городским управлением образования, администрацией города Саранска и Председателем Правительства республики.

Сформированная – опять же, согласно закону – примирительная комиссия достичь соглашения не смогла – руководство городским управлением образования просто-напросто не могло гарантировать своевременной выплаты зарплаты, финансирование-то ведется «сверху».

Пришлось перейти ко второму этапу переговоров. Был сформирован так называемый трудовой арбитраж. Глава саранского самоуправления Юрий Иванович Рыбин пообещал, что до 10 ноября будет погашена задолженность по зарплате работникам образования за сентябрь. О зарплате за октябрь речь и не шла. Более того, до конца года улучшения ситуации не ожидалось.

Сейчас заработная плата за сентябрь выплачена, по данным стачкома, менее, чем в двадцати школах города из 54-х. Работники детских садов, получающие еще меньше, чем учителя, а значит, еще более зависящие от бюджетной подачки, «радуются», что получили деньги за август.

Поэтому вовсе не удивительно, что конференция представителей трудовых коллективов и профессионального актива учреждений Саранска приняла решение прибегнуть «к крайней мере разрешения трудового спора» – забастовке. В понедельник, 20 ноября, саранские школы вновь, как и 26 сентября, прекратят свою работу. Когда зазвучат детские голоса в школьных коридорах – зависит от местных властей.

23 ноября 1995 года, «Республика молодая».

БАСТА!

Саранские учителя, ввергнутые в нищету, ведут борьбу за выживание

В понедельник вновь забастовали саранские учителя. Временный телефон стачкома работников образования не остывал весь день. Бастует пять школ… десять… двадцать… тридцать шесть коллективов прекратили работу и ждут своей судьбы – вопреки жесточайшему давлению «сверху». В прошлый четверг на конференции представителей трудовых коллективов о своем желании бороться за свои права заявили почти все школы. Пожалуй, лишь 34-я сомневалась, сможет ли она устоять под натиском администрации (мы уже отмечали ретивость Василия Сидоровича Учамбрина, директора 34-й школы, считавшего свое мнение обязательным для подчиненных).

Большинство других руководителей сохраняли, так сказать, «нейтралитет». Да и трудно было спорить с людьми, решившимися на забастовку. Мизерное пособие, именуемое заработной платой – в среднем, едва-едва превышающее сто тысяч рублей в месяц, – и то не выплачивается месяцами. Учительство ввергнуто в нищету. Благо нынешнее лето выдалось урожайным – дешевой картошки хватит, чтобы не умереть с голоду. В городе заговорили об обмороках от недоедания – это ж с ума сойти можно, конец двадцатого века!

История стачечного движения саранских учителей весьма обширна и уходит корнями в первые годы «перестройки». Четыре года назад, осенью 1991 года, коллектив школы N 32 отправил челобитную в Совет Министров республики:

«Воспитание – великое дело: им решается участь человека», – писал В.Г.Белинский. О каком воспитании, о самоотречении может идти речь, если все наши мысли связаны с «земными», далеко не воспитательными проблемами: что и где достать, чем накормить и что одеть, где выписать и чем расплатиться, как добиться и как выкрутиться, а самое главное, как дотянуть до зарплаты.

«Голос учителя принадлежит воспитаннику», – писал древнегреческий философ. И вот наш раздражительный, порой неучтивый голос правит учеником. Получается замкнутый круг: от социальных проблем к экономическим.

Хватить экономить на просвещении! Япония, находясь в экономическом упадке, собрала все «финансовые силенки», взяв за основу советскую методику преподавания, занялась просвещением. За 15 лет страна вышла на мировой рынок с помощью хорошо подготовленных кадров.

Поэтому мы уже не просим, а требуем от правительства обратить внимание на учителя».

То были нелегкие времена. Республика готовилась к первым в своей истории выборам. До учителей ли уж тут!

Однако появился и исчез собственный президент, а проблемы образования только множились. Сколько правителей смотрело равнодушно из холодных окон Белого дома на бастующих учителей – хватит ли пальцев считать…

В последние дни перед началом предполагаемой забастовки 20 ноября ситуация резко изменилась. Несмотря на то, что стачечный комитет на это раз и шагу боялся ступить без юридической консультации – наученные горьким опытом, учителя едва ли не наизусть выштудировали законодательство о разрешении трудовых споров, – «наверху», казалось, не слышали обращенных к ним мольб. Более того, в конце прошлой недели республиканская власть в очередной раз собирает директоров школ, чтобы «посоветовать», как им действовать в сложившейся обстановке. В понедельник, поскольку многие школы забастовали, директоров вызывают в городскую администрацию. Тема бесед – прежняя.

Между тем те же самые двери закрывались тот час, едва перед ними появлялись члены стачечного комитета учителей.

Обещание не бастовать, данное властям большинством директоров, пришлось «отрабатывать». Методы каждым руководителем выбирались самостоятельно – от прямых угроз «наказать и уволить» ослушавшихся подчиненных (школы N2,14,18,22,28,33) до настойчивых советов воздерживаться от участия в «противозаконной» акции. Какие трагедии при этом разыгрывались в школах – что вам Шекспир! Уговоры, посулы, слезы, крики, обман… Кстати, многие из тех полутора десятков школ, приступивших в понедельник к занятиям, только потому отступили от первоначальных договоренностей с коллегами, что были введены в заблуждение. И своими собственными директорами, и чиновниками от образования. Исполняющая обязанностями начальника саранского ГУО Валентина Григорьевна Козлятникова, рассказывали мне позже возмущенные учителя, лично звонила во многие школы и предупреждала: мол, собираетесь бастовать только вы и еще считанные единицы. Мол, до добра такая самодеятельность не доведет…

Естественно, на собравшуюся в понедельник конференцию представителей педагогических коллективов Валентина Григорьевна не пришла – трудно говорить неправду, глядя в сотни глаз. Не был на многолюдном собрании в Доме Союзов и министр образования республики Василий Васильевич Кадакин. После этого, наверное, можно было не удивляться, что конференция выразила им недоверие: «или чиновники для образования, или учителя для чиновников?..»

Лишь выступление В.М.Смирнова, начальника городского управления образования, срочно вышедшего из отпуска, несколько пригасило тогда накал страстей. Правительство республики и администрация города, заявил Вячеслав Михайлович, сделали все, что могут: республика в долгах, как в шелках, и только ценою невероятных усилий удается не прекращать в Мордовию поставки газа и электроэнергии. И тем не менее деньги для работников образования удалось «изыскать»; их должно хватить на сентябрьскую зарплату и большую часть октябрьской.

– Ваше право решать, каким образом распределить эти деньги, – заявил В.М.Смирнов. – Или всем – так сказать, «авансом», или же в полном объеме – но в порядке очередности: 1-й школе, 2-й, 3-й и т. д.

И в этот момент зал дрогнул, начал считать. Так уж получилось, что большинство «штрейкбрехеров» оказалось в первой половине списка. Они и должны были получить деньги первыми. А те, кто не побоялся конфликта с начальством, чреватым, скажем прямо, многими неприятностями, должны были ждать заработанного неопределенное время.

Но многолетний, хотя и неудачный забастовочный опыт все же сказался. После трех часов жарких дебатов конференция пришла к единому решению. На «красных» и «белых» не делиться. Словам и посулам не верить – сколько можно! После получения октябрьского «аванса» забастовку приостановить. Но временно, до 10 декабря, – именно к этой дате власти обещают окончательно разобраться с долгами по зарплате работникам бюджетной сферы.

На следующий день глава республики Николай Иванович Меркушкин, выступая перед местными журналистами (для этого, по его же признанию, ему пришлось отменить свою поездку в Москву), заявил, что считает акцию саранских учителей незаконной, спровоцированной определенными политическими силами накануне выборов. Как высший руководитель республики, заявил Николай Иванович, он имеет право приостановить забастовку и не делает этого только не желая излишней конфронтации. Зарплата же, пообещал Н. Меркушкин, будет выдаваться. Хотя для удовлетворения требований столичных педагогов придется обделить коллег из сельских районов…

И тем не менее во вторник, по данным стачкома, в Саранске бастовало уже тридцать восемь школ. Не работали многие школы и в среду.

23 ноября 1995 года, «Республика молодая».

СОЛИСТКА МОСКОВСКОГО АНСАМБЛЯ СТАЛА НАРОДНОЙ МОРДОВСКОЙ АРТИСТКОЙ

Выступления московского ансамбля «Золотое кольцо», исполняющего старинные русские песни, традиционно собирают в нашей республике полные залы. Голос Надежды Кадышевой, солистки ансамбля, известен у нас, пожалуй, каждому и ежедневно – без преувеличения – звучит по радио и телевидению. И вот недавно народное призвание получило официальное подтверждение: соответствующим случаю указом Надежде Кадышевой присвоено почетное звание «Народный артист Республики Мордовия» – «за большой личный вклад в развитие национальной культуры республики». Так что отныне, перечисляя наши достижения, мы с гордостью можем вспомнить не только саранские лампочки и Дубравлаг, получившие всероссийское признание и известность, но и напеть знакомые мелодии.

30 ноября1995 года, «Республика молодая».

НА ВЕЛОСИПЕДЕ ПО СТЕНАМ

Можете себе представить 10—15 велосипедистов, с огромной скоростью летящих чуть ли не по стенам небольшого зала мене, чем в 30 квадратных метров? Зрелище завораживающее.

Именно так выглядели очередные соревнованию по велоспорту «Осень-95», состоявшиеся в прошедший выходной га велостанции акционерного общества «Электровыпрямитель».

В соревнованиях на велотреке приняло участие около сорока саранских гонщиков в возрасте от 8 до 15 лет. В заездах участвовали клубы «Вираж» (АО «Электровыпрямитель»), и «Фаворит» (средняя школа 24). Лучшими в своих возрастных группах стали К. Бочкарев, А. Феофанищин, С. Солдаткин, Р. Байчальзин, В. Тюленев, С. Муратов.

Очередной «велохоровод» закружит в конце декабря на том же самом велотреке, где ребята разыграют рождественские призы.

30 ноября 1995 года, «Республика молодая».

В МОРДОВИИ ОЧЕНЬ ЛЮБЯТ ДЕНЬГИ

О том, как плохо мы живем, будем ли жить лучше и что для этого требуется?

Во вторник глава РМ Николай Иванович Меркушкин, выступая в Доме Союзов перед профсоюзным активом республики, обрисовал безрадостную картину нашей жизни.

Показатель уровня жизни в Мордовии, заявил глава республики, один из самых низких в России. К декабрю прошлого года заработная плата упала настолько, что меньше нас, кажется, не получает никто. Последнее место по вводу фондов. По вводу жилья – третье (с конца, естественно). Небольшая республика Марий Эл ввела 300 тыс. кв. м. жилья. Мордовия – всего 130 тыс. Зато страсть к деньгам приобрела у нас необычайные размеры – самый высокий оборот наличности. В переводе на обычный язык это означает, что нет порядка в финансовых делах. Перед своим приездом в республику, рассказал Н.И.Меркушкин, Сосковец внимательно ознакомился с состоянием дел в РМ и поразился: это ж вторая Чечня! Столько денег приходится ввозить в Мордовию! Они передаются новоявленными коммерсантами из рук в руки, и, естественно, утаиваются от налоговой инспекции, проходят мимо государственного кармана. Очень часто, возмущался Николай Иванович, за пределами республики закупаются товары, которые можно было бы успешно производить и у себя дома.

В итоге Мордовия вся в долгах, как в шелках. Того и гляди, отключат свет и газ. Мы должны более 600 млрд. руб. – это сопоставимо с годовым республиканским бюджетом!

Причин такого бедствия множество. Плохо работает торговля, простаивает промышленность, действия же плохих политиков вообще поставили республику на грань нищеты. Так, противопоставление Саранска с Москвой привело к тому, что с нами перестали разговаривать, нас перестали включать во всероссийские программы (а это значит, иссяк финансовый ручеек из центра, питающий Мордовию). В 1985 году, вспоминал Н.И.Меркушкин, при бюджете МАССР в 256 млн. руб. Россия давала нам дополнительно 280 млн. руб. Плюс компенсация за разницу цен на сельскохозяйственную продукцию (мясо в магазине стоило 1,9 руб. при себестоимости значительно большей) – в итоге Мордовия получила из Москвы еще 2—2,5 своих «бюджета»!

В прошлом году, для сравнения, при бюджете республики в 860 млрд. руб. российские субсидии составили всего 73 млрд. руб. – менее 10 процентов. Потом, правда, отметил глава, удалось «выбить» еще столько же, но ведь это капля в море! Так что высшему руководству РМ и впредь придется частенько наведываться в столицу: «Министр финансов, скажем, или другие министры просто-напросто не вхожи в те кабинеты, где решается судьба таких денег…»

Конфронтация мордовских политиков привела к тому, что от нас стали шарахаться. За три года, привел интересный факт Н. Меркушкин, российская прокуратура допрашивала не менее тридцати работников министерства финансов, так или иначе связанных с переводом денег в Мордовию. Понятно, что они теперь сто раз перестрахуются, прежде, чем выделить республике хотя бы один «лишний» рубль.

Но свет в конце тоннеля все же забрезжил. Так называемая стабилизация, о которой долго говорили реформаторы, кажется, уже не за горами. В четвертом квартале этого года промышленность России (и Мордовии) не только приостановила падение, но и обещает дать небольшой плюс. Крохотный, в 3—4 процента, население его вряд ли сразу почувствует, но и это достижение. Первые признаки улучшения, уверен Николай Иванович, мы, возможно, почувствуем где-то в феврале следующего года. Новый государственный бюджет предусматривает для Мордовии значительно большие московские дотации.

Налаживаются и хозяйственные дела. Вот, скажем, недавно достигли договоренности с Лужковым, главой московского правительства, о поставках в столицу продукции наших светотехников – вместо германской. Возможно, скоро начнем поставлять в Москву масло и картошку. Наводится порядок в промышленности. В скором времени будут смещены некоторые хозяйственные руководители, не сумевшие, так сказать, перестроиться. В общем, подвел черту Н. Меркушкин, сдвиги есть.

Что для этого требуется? Дайте нам спокойно поработать, попросил глава республики. В следующем году в Мордовии должны будут состояться очередные выборы. На политический марафон выйдут многие тысячи кандидатов – практически вся политическая верхушка. Если на это решиться, то наверняка весь следующий год уйдет на политические раздоры. Поэтому Госсобрание РМ недавно предложило перенести выборы – это, мол, сэкономит огромные средства и не вовлечет республику в политический водоворот. 17 декабря состоится соответствующий референдум, собраны необходимые для этого 30 тысяч подписей (в том числе, уточнил Н. Меркушкин, 7 тысяч – в Саранске).

7 декабря 1995 года, «Республика молодая».

Наш конкурс

ПОДВЕДЕНЫ ИТОГИ НАШЕЙ ИГРЫ-ВИКТОРИНЫ «ЗЕЛЕНАЯ ВОЛНА»

Каждые двадцать минут в России случается дорожно-транспортное происшествие, в результате которого страдает ребенок. Каждый день более семидесяти детей получают увечья, семеро – погибают. Каждый день! В масштабах страны это может быть, и не так много. Но вы только представьте, что горе коснулось вас…

Большинство этих несчастий можно было предотвратить. Если бы мы все знали хотя бы основные правила дорожного движения! Между тем международная Конвенция 1968 года, участницей которой является и Россия, «обязывает правительства обеспечивать, чтобы обучение Правилам осуществлялось на регулярной и постоянной основе, в частности, в школах на всех уровнях».

Участники нашей игры-викторины «Зеленая волна», хочется надеяться, никогда не станут участниками дорожно-транспортных происшествий. И если конкурс «РМ» заставит хотя бы раз задуматься о дорожных правилах, остановиться перед близко идущей машиной – значит, наша цель достигнута.

Как вы помните, конкурс проводился редакцией газеты «Республика молодая» совместно с городским отделом внутренних дел и отделом ГАИ МВД республики. Точнее всех на вопросы викторины ответили:

В ИНДИВИДУАЛЬНОМ ПОРЯДКЕ

– ИРИНА КАНАЙКИНА, ученица 5 «Б» класса саранской школы N 38. Ирина призналась, что она искала верные ответы вместе с мамой, Тамарой Сергеевной.

– КОСТЯ КОВШОВ, ученик 1 «В» класса саранской средней школы N 34. И хотя альбом с ответами, присланный в редакцию, ему помогал составлять его папа, мы решили наградить мальчика. Молодец, Костя, – он наверняка узнал много нового и интересного. Молодец его папа. Если бы все родители были так внимательны к интересам своих детей!

СРЕДИ УЧАСТНИКОВ-КОМАНД победителем стали ученики 2 «А» класса саранской средней школы N 9. Кстати, ребята из этой школы уже не первый раз становятся призерами наших конкурсов. Так же, как и в прошлом году, к победе своих воспитанников привела их учительница Людмила Васильевна Адушева.

Чтобы участники игры-викторины смогли в полной мере ощутить сладость победы, мы не могли не удержаться, и кроме наших традиционных призов вручили победителям по шоколадке.

В одном из следующих номеров «РМ» мы постараемся опубликовать ответы на вопросы викторины «Зеленая волна». До новых встреч!

7 декабря 1995 года, «Республика молодая».

СПОР С УЧИТЕЛЯМИ МОЖЕТ ЗАКОНЧИТСЯ ДЛЯ МИНИСТРА СКАМЬЕЙ ПОДСУДИМЫХ

Недавняя забастовка саранских учителей, требующих у местных властей своевременной выплаты заработной платы (история, кстати, еще не закончилась), может иметь весьма любопытное продолжение.

В конце прошлой недели в зале заседаний республиканского Дома Союзов проходила очередная – сколько их уже состоялось за последние две недели! – конференция представителей трудовых коллективов и профсоюзного актива учреждений образования города Саранска. Требовалось, наконец-таки, решиться: уступить давлению республиканской и городской администраций или же дальше бороться за свои права. Ситуация сложилась не из простых. Забастовка незаконная – наставали власти. «Напротив, – упорствовал Виктор Владимирович Кувшинов, юрист обкома профсоюзов, консультировавший членов координационного совета работников образования, – мы каждый наш шаг сверяем с положениями соответствующего закона». Впрочем, как верно заметил заместитель председателя Госсобрания республики Александр Николаевич Бурканов, доказать незаконность забастовки может только суд.

Но и на этот раз конференция попросила у Виктора Владимировича Кувшинова юридической консультации. Как быть: можно ли приостановить забастовку до 10 декабря – как известно, именно к этому сроку руководство республики пообещало работникам бюджетной сферы выплатить октябрьскую зарплату? Смогут ли учителя продолжить «акцию неповиновения», если обещания вновь окажутся забыты? И в это время министр образования республики Василий Васильевич Кадакин (специально приглашенный на конференцию, он находился в президиуме), резко встал и грубо обозвал юриста. Увы, не считаю возможным повторять эти слова публично…

Недовольство министра понятно. Незадолго до этого бастующие учителя выразили своему руководителю недоверие – по их мнению, он предал интересы подчиненных. Ну, не сдержался человек, с кем не бывает.

– Нет, это далеко не случайность, – заявил нам В.В.Кувшинов. – После завершения конференции я подошел к министру и попросил объяснить причину принесенного мне оскорбления. В ответ Кадакин заявил с угрозой, что вызовет меня и со мной еще разберется. Считаю, что мне нанесено моральное оскорбление, унижены мои честь и достоинство. Целые сутки я был в расстроенном состоянии и не мог даже спать. Считаю, что в действиях В.В.Кадакина усматриваются признаки состава преступления, предусмотренного статьей 131 уголовного кодекса РФ.

В. Кувшинов подал исковое заявление в Ленинский районный суд г. Саранска. В порядке компенсации за причиненный ему моральный вред юрист просит взыскать с министра 25 миллионов рублей. И судебные издержки, естественно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.