Я недоразумение и двое со мной!
Любовь Удалая

Корректор Екатерина Федорова

© Любовь Удалая, 2020

ISBN 978-5-4498-2512-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Утро началось, как всегда, с криком мамы.

– Недоразумение, ты думаешь вставать на работу, или за тебя феи работать пойдут?

– Я уже встала, – приплелась я на кухню. – Ты мне еще долго этих фей вспоминать станешь?

– Сколько нужно, столько и буду вспоминать. А гномы уже твою постель заправили?

– Ну блин, перепила один раз, так нет, теперь мне эти глюки всю жизнь припоминать станешь. И вообще, у меня оправдания есть.

– Да? Какое?

– Наркоз!

– А если бы не пила, никакого наркоза не понадобилось бы. Зачем ты вообще на этот столб полезла.

– Хотела пожарнику помочь, снять. Что я, не человек? Человек, и причем очень отзывчивый.

– Отзывчивый ты мой человек, – замахала мама полотенцем. – Во-первых, это был не пожарник, а электрик, который фонари чинил, а во-вторых, пока ты не вмешалась, ему помощь была не нужна! А из-за тебя все коротнуло и заискрилось и, блин, пожарники понадобились. Чего ты к нему полезла? Ведь саму током прошибло, еле откачали. Маргарита, доченька, ну скажи ты своей маме, ради бога, когда из тебя дурь выйдет! Ведь 36 уже. Я внуков хочу, зятя. Хочу на утренники ходить, а не из КПЗ тебя вытаскивать.

– Зятя ты, мать, хочешь только потому, чтоб она стала не нашей проблемой, – говорил папа, заходя на кухню и целуя меня в лоб.

– Да даже если и так, я что, не имею на это право? Я уже для себя пожить хочу, а тут она, меня уже все ближайшие аптеки знают, только захожу – и сразу мне: «Вам как обычно, валидол и корвалол?».

– Это ничего, – смеялся папа. – Хуже было бы, если бы ты за слабительным ходила.

– Тебе бы только похихикать. Нет бы хоть раз за ее воспитание взялся. Сколько я тебя уговаривала ее с собой на работу взять. Почему только я ее везде за собой таскала?

– Ну чего ты, мать, завелась. Я ведь внял твоим словам, ходила она на работу, даже повышение мне выбила.

– На работу-то она, Аркаша, ходила, да не на твою. Ты зачем ей левый адрес назвал, она же полгода на чужом заводе ходила как у себя дома, дочерью начальника представлялась.

– Ну и слава богу. Ты представь, что было бы, если бы она наш завод подожгла, а так – это не наши проблемы.

– Не наши, начальника-то сняли.

– Правильно, Галчонок, начальника сняли, заводы объединили и меня управленцем назначили. По-моему, все неплохо получилось.

– Мам, я просила тебя мне вчера что-то напомнить, а что – забыла, напомни, а…

– Напоминаю: тебя очередной ухажер бросил, так что Евгению звонить не надо.

– А может, все-таки позвонить?

– Слушай, доченька, я, конечно, от него не в восторге, но, блин, мужика реально жалко, не звони. Пусть оклемается, у него, наверное, за сорок лет ты первая такая, еще в голубые подастся, нет уж, не звони. А может, он вообще еще в ожоговом центре лежит, бедолага.

– Я хотела ему сюрприз сделать, кто ж знал, что петарды отсырели.

– Доча, это были не петарды, где ты только эти зажигательные палки взяла.

– Мишка их делает, я решила сэкономить и у него их сперла без спросу, откуда же я знала.

– Марго, Мишка работает на спецназ, делает им много чего, он же химик. Ты хоть понимаешь, что полкоттеджа мужику разнесла. Экономная ты моя.

– Мам, так я не поняла: звонить мне Евгению или не стоит.

– Нет, – закачала головой мама.

– Не стоит, доча, после такого у него, наверное, уже и не стоит, – смеялся папаня.

– Ладно, не буду. Ну все, я доела, побегу на работу. Мама, а чего мне надеть?

– Надень пока мой сарафан, благо мы одного размера, вечером заеду за тобой, сходим обновим тебе гардероб, но учти, если ты опять все вещи кришнаитам отдашь, ходить станешь голой.

– Они просили чего не жалко.

– Надо было им тогда отца «втюхать», а не вещи из последней коллекции «сувать». Иди, горе мое луковое.

– Мам, а где мои права?

– На тумбочке, возле вазы.

– Значит, дядя Саша мне их уже вернул.

– Вечером привез, из отделения забрал.

– А ему их нормально вернули, мне инспектор ни в какую отдавать не хотел.

– Нормально, еще бы они начальнику ГИБДД не вернули. Только впредь будь аккуратнее: если наезжаешь на ноги инспектору, не забывай извиняться. И если еще раз дверью что-нибудь прищемишь сотруднику, тоже не помешало бы улыбнуться и главное – остановиться, а не давить на газ.

– Ладно, сделаю.

Я выскочила из подъезда в приподнятом настроении, села в машину и включила музыку погромче. Подпевая неизвестному исполнителю, который пел на итальянском языке, я завернула в переулок. «А не выпить ли мне кофейку перед работой!» – пришла мне в голову гениальная идея. Резко развернувшись на месте и сбив мусорный бак, я помчалась в обратном направлении. Зайдя в свое любимое кафе и заказав пять эклеров и бутерброд с красной икрой, кашу и сырную тарелку, я уселась возле облюбленного мною окна. Я мечтала о приключениях и о рыцаре, который обязательно должен появиться и спасти меня. «Ну где найти приключения? – ломала я голову, доедая завтрак. – Ну почему у нас так скучно, может, в отпуск в джунгли рвануть, Маугли поискать». От мыслей меня отвлек официант.

– Вам все понравилось? – обратился он ко мне, улыбаясь.

– Да, можно счет.

– Сию минуту, – ответил парнишка и исчез.

Я полезла в сумку, и у меня «остановилось сердце»: кошелька там как не бывало. Я перетрясла ее всю и вспомнила, что он остался в моей любимой зеленой сумочке, которую я вчера выгуливала.

– Вот счет, – обратился ко мне молодой человек. Я заглянула в папочку и увидела сумму в 1500 тысячи.

«Что-то дороговато кофе стало», – подумала я. Огляделась по сторонам, мне приглянулся мужчина. Быстро к нему пересев, я уставилась на него в упор.

– Мы знакомы? – обратился он ко мне.

– Мужчина, а вы настоящий мужчина?

– Ну с утра вроде был.

– Тут такое дело, короче, можно вас ограбить на полторы тысячи? – говорила я ему, крутя ножик в руках.

– Надеюсь, рублей, – заулыбался он.

– Да, конечно, рублей.

Он открыл кошелек и выложил нужную мне сумму.

– Вот спасибо, – ответила я и пошла расплачиваться за завтрак.

– Может, телефончик оставишь? – крикнул он мне.

– Что вы, не беспокойтесь, больше вы мне ничего не должны.

– Ну и на том спасибо, – рассмеялся он.

Я прибыла на работу. Работаю я в рекламном агентстве, в креативном отделе слоганы придумываю и заказчикам идеи подкидываю, но чаще меня просят помолчать, агентство принадлежит моей родной тетушке, так что я вроде с работой, а вроде и нет, но за зарплатой я строго прихожу, а если забываю, мне тетя Соня ее сама привозит. Всем, блин, на карточки перечисляют, но после сотой, потерянной мной, стали в бухгалтерии на руки выдавать.

За дверью шли бурные переговоры. Я приложила ухо к двери и стала прислушиваться.

– У нас самые лояльные цены, – говорила моя тетя клиенту. – Мы все делаем по факту и никого не грабим.

Я заглянула вовнутрь. За столом сидела наша команда и во главе мужчина из кафе. Он заулыбался, увидев меня.

– Марго, – привстала тетя, – где тебя носит? Быстро займи свое кресло. Извините, это моя племянница, давайте продолжим, на чем мы с вами остановились? А… кажется, на цене.

– Да, вы говорили, что вы здесь никого не грабите, а вот меня сегодня ваша контора уже на полторы тысячи поимела, – развлекался наш новый клиент.

– Ничего не понимаю, – удивилась тетя Соня.

– Ваша племянница подсела ко мне с ножичком в кафе.

У тети открылся рот.

– Шучу, – ответил мужчина, – юмор у меня такой, – подмигнул он мне. – Хорошо, где подписать?

– Вот здесь.

– Надеюсь, сделаете все в лучшем виде, и кстати, вы получили этот заказ только благодаря вашей племяннице.

– Да? – удивилась тетушка. – Ну что ж, выплачу ей внеочередную премию.

– Можете не утруждаться, свое она уже сегодня получила.

Мужчина вышел за дверь, и все кинулись на меня с расспросами.

– Ты что, его знаешь? – накинулась на меня Ирочка.

– Да, утром в кафе познакомились.

– Ну ничего себе тебе везет, такой мужчина!

– Ирка, я что-то так перенервничала. Есть у нас коньяк? А то кофе хочу, аж проголодалась.

Ирка зависла на пару минут.

– Есть, пойдем в мой кабинет, сегодня ты заслужила.

В кабинете секретарь Мариночка нам быстро организовала поляну, и мы выпили.

– Как там твой Евгений?

– Не знаю, мама запретила ему звонить.

– Понятно, но ты знай, наш юротдел уже все уладил.

– Ну и слава богу, давай еще выпьем.

– А… давай! На сегодня все равно дел не предвидится, я сейчас тебе такси закажу.

– Зачем? Я выпившая еще лучше вожу, так что я сама.

– Ну смотри.

Мы проболтали еще полчаса, и я выплыла из офиса. Сев в свой любимый автомобиль, я, как всегда, сделала музыку погромче. Когда почти добралась до своего жилища, меня остановил инспектор ГИБДД.

– Ваши документы.

– Лапы, уши и хвосты – вот мои документы, – шутила я.

– Очень остроумно, выйдите из машины.

– Выйти я могу только замуж. Вот вы меня совсем не знаете, а замуж зовете.

– Я? – удивился сотрудник. – Ничего не зову.

– Как так, только что сами мне сказали: «Выходи за меня».

– Я сказал «выходите из машины», и вообще, вы на клумбу наехали.

– Моя клумба, я ее сажала, я имею право на нее наезжать. Баба Зина! – закричала я соседке, которая тихо-мирно сидела возле подъезда на лавочке. – Иди сюда.

Она подошла и уставилась на нас.

– Баба Зина, скажи этому мужчине, что это моя клумба, что я ее сама лично сажала.

– Сажала-сажала, – замотала баба Зина головой. – Она, милок, все сама делает, сначала ломает, а уж потом чинит. Вот «давеча» парень ее бросил очередной, так она все качели из бетона «повыкорчевывала», а наутро успокоилась и все на место вернула, соседа нашего вечером с хулиганом перепутала, ну дала пару раз в глаз, так ведь потом сама ему компрессы и прикладывала. Так что и клумбу эту завтра восстановит, когда протрезвеет.

– Так она что, выпившая? – почесал голову инспектор.

– Наверняка, чего ей тогда клумбы крушить, хотя она и трезвая тот еще водитель.

– Вам придется подуть в трубочку.

– В защиту алкоголя хочу сказать, что трезвую вы меня штрафуете чаще.

– Значит, вы признаете, что вы выпили.

– Почему только пила, еще и ела. Вы знаете, нас с мамой очень повезло, едим что хотим и не поправляемся. Смотрю, у вас с этим беда. Вон пуговицы на пузе еле сходятся. О… вон и мама бежит.

– Что здесь происходит? Вы ее задерживаете?

– Хотели, но я вижу, она уже прибыла в пункт назначения, никому вреда уже не причинит. Вы бы провели с ней лекцию о алкоголе и руле.

– Спасибо, товарищ инспектор, обязательно проведу, вот прям сейчас и начну.

– Ну тогда мы поехали, а вы уж сами машину припаркуйте, умеете?

– Да, спасибо, езжайте. Марго! – повысила голос мама. – Что ты на это все мне скажешь?

– В туалет хочу.

Мы пришли домой, и мама стала читать мне мораль, я пила минералку.

– Марго, ты меня хоть слушаешь?

– Угу.

– Ты все поняла, что я сказала, и вообще, о чем ты только думаешь? – повысила мама голос.

– Думаю о нашем новом клиенте, как бы и чем его порадовать. Мам, может, у Мишки еще какие петарды остались.

– Если ты, доченька, хочешь его порадовать и осчастливить, лучшее, что ты можешь сделать для этого бедолаги, – забыть о нем раз и навсегда, вот тогда ему точно повезет.

– Значит, никаких петард?

– Никаких, – закачала мама головой. – Маргарита, ты мои духи любимые видела?

– Да.

– Ну и где они?

– У кришнаитов.

– Убью заразу.

– Мам, в дверь звонят.

– Молись, чтоб это были не цыгане, а то отдам тебя.

Мама открыла дверь.

– Галина, привет!

– Привет, Антон. Случилось чего?

– Марго дома?

– Дома, а где ей еще быть. Да что случилось-то.

– Марго! – заорал брат мамы, «то бишь» мой дядя.

– Привет, – выплыла я из комнаты.

– Ты ничего нам сказать не хочешь?

– Нет.

– Значит, замуж вышла, а родственников не пригласила.

Мама рухнула.

– Антоша, ты чего несешь, кто на нашей дурочке женится.

– Я замуж не выходила, – уверенно закачала я головой.

– Антон, ты вообще с чего это все взял.

– Галина, я своим юристам распоряжение дал – квартиру проверить на обременения, ну ту, которую ты ей купить хочешь, так вот, они все проверили, все чисто, я им дал отмашку оформлять, а они мне: на ее и мужа, я чуть и не рухнул, как и ты.

– Марго! – закричала маманя.

– Мама, я сама в шоке.

– А кто числится ее мужем? Это же афера.

– Сестричка, я сам поначалу так думал, оказалось, она вышла за Виктора Белоухова, сына сама знаешь кого.

– Марго?

– А… так это не взаправду. Мама, мы в Лас-Вегасе расписались, ну так, по приколу.

– По какому приколу? – закричал дядя Антон. – Это законный брак, мне юристы подтвердили.

– Нет, я за Витьку не хочу.

– Поздно, деточка, уже вышла.

– Антон, что теперь делать?

– Белоухов нас у себя ждет.

– Ну я рада, что все выяснилось, я спать.

– Я сейчас ее стукну.

– Антон, поверь, это не поможет, стучала и не раз, все «без толку». Что теперь делать?

– Что делать, Егор Константинович ждет нас через час у себя, сынок, муж нашей Марго, тоже там будет. Папаня его зол до невозможности.

– Это понятно. Марго, одевайся, едем к твоему свекру.

– А без меня никак?

– Никак. Натворила дел и в кусты.

– Дядя Антон, ну почему в кусты, в кровать, – выпалила я.

– Она чего, еще и пьяная?

– На работе отмечала новый заказ.

– Да на дворе три часа дня.

– Братишка, я тебя понимаю, ну что я с этой девушкой поделать могу, сама уже вся извелась.

Мы спустились к машине, шофер открыл нам дверь, и мы помчались. Приехав в шикарный офис, мы протопали к главному.

– Егор Константинович, а вот и мы, – заискивал перед пузаном дядя Антон.

– Ну проходите, новоявленные родственнички. Дела семейные решать станем, вон ваш муженек в кресло вжался. А ты, Маргарита, как себя чувствуешь?

Я не успела и слово сказать, только схватила помойное ведро, и меня в него стошнило.

– Приехали, – почесал голову пузан. – Ты у нас еще и беременная.

– Нет, – замотала я головой. – Просто выпила и меня в машине укачало.

– Ну и на том спасибо. Внуков моему оболтусу иметь рано, сам как дите малое. Значит так, отписываю тебе, Марго, в центре города пентхаус, и ты тихо-мирно подписываешь развод.

– На хрена мне ваш пентхаус?

– А тебе что, мой особняк подавай? Закатай губу, деточка. Не хочешь по-хорошему, что ж, живите, совет вам и любовь.

– Ну папа! – закричал Витька. – Я не хочу.

– Раньше надо было думать. А теперь ты женат, делайте что хотите. Ну, что скажешь, деточка? – обратился ко мне свекор.

– Я рада, что все прояснилось, можно мне теперь поспать?

– Железная психика у вашей дочери, как я погляжу.

– Да нет, просто мозги отсутствуют.

– Вот, Галина Сергеевна, и у моего сыночка их отродясь не было, классная парочка получилась. Ты, Маргарита, езжай домой, вещи пакуй, к мужу переезжаешь.

– Нечего ей паковать, она все свои вещи кришнаитам отдала на днях.

– Охренеть, – замотал головой Егор Константинович.

Я перебралась в квартиру к Витьке. Встав утром и не обнаружив поглаженных вещей, я прямо-таки запечалилась.

– Витька, тебе кто гладит?

– Сам.

– А мне теперь кто будет гладить?

– Сама погладь.

Мне захотелось плакать.

– А еду кто в этом доме готовит?

– Я в офисе ем.

– Ну я-то не могу есть где попало, я себе желудок испорчу. Давай наймем прислугу.

– Нет. Я против чужого человека в доме.

– Дурак, – обиделась я и поплелась гладить себе на работу платье. Кое-как освоив утюг и намучившись со складками, я вышла на улицу не в настроении, муженек продолжал валяться и спать, на работу он сегодня решил не идти. Доехав благополучно до нашего офиса и припарковавшись, я увидела нашего заказчика.

– Доброе утро, – улыбался он.

– Кому как.

– Что, сегодня мы в плохом настроении, утром не удалось никого ограбить?

– Блин, я же не позавтракала.

Резко развернувшись, я бросилась в столовую, которая располагалась у нас на первом этаже. Набрав на поднос три горячих, пять пирожков и три компота, я подошла к кассе. Посмотрела по сторонам, сумки моей не наблюдалось.

– Подождите минуточку, – сказала я кассиру и выскочила в холл.

– Вы еще не ушли, вот это удача. Дайте тысячу.

– А чего не полторы? – смеялся во весь голос наш клиент.

– Сегодня обошлась тысячей.

Он молча вытащил и дал мне денюшку.

– Больше я вам ничего не должен?! – иронизировал он.

– На сегодня – нет.

– Ну тогда я откланиваюсь, меня ваша тетушка ждет.

Я вернулась в столовую, все оплатила и приступила к трапезе. «Вот почему сумка сама за мной не ходит, а главное – кошелек? – размышляла я. – Ведь неудобно, блин, посмотришь по сторонам, а ее нет». Доев, я поднялась в кабинет. За дверью шла оживленная беседа.

– И заметьте, – говорила моя тетя, – вы сегодня еще и копейки не заплатили, а мы уже такую работу проделали.

Я заглянула вовнутрь.

– Ну я бы так не сказал, – подмигнул он мне.

– Марго, где тебя носит? Проходи быстро, что тебя опять задержало?

– Не что, а кто. Муженек мой гладить мне не хотел.

– Какой муженек? – удивилась тетя.

– Да представляешь, я, оказывается, замуж вышла.

– За кого? Какой идиот согласился на тебе жениться?

– Витька Белоухов.

– Что? – заорала как потерпевшая моя тетушка. – Сын главы города. Да как вас только судьба свела?

– Я его в Лас-Вегасе встретила, случайно ограбила, так и свела.

– Как ограбила?

– Кошельки в ресторане перепутала. Еще ведь подумала, откуда у меня десять тысяч долларов там оказалось, а потом, поразмышляв, пришла к выводу – да мало ли откуда.

– И как все выяснилось?

– Да полиция разобралась.

– Ты так легко об этом говоришь? Тебя что, полиция задержала?

– Да.

– А как ты выбралась?

– В камере с адвокатом познакомилась, его по ошибке со всеми взяли, у них там облава была, он русским оказался, в Америке живет. Он за меня выкуп заплатил.

– Так как вы потом с Витей поженились?

– Так я когда из камеры в отель вернулась, решила незнакомцу нос за «стукачество» начистить.

– И?

– Он открыл дверь, получил «люлей», все осознал, и мы выпили.

– И? – не унималась тетя.

– Мы много выпили и решили пойти прогуляться, увидели церковь, я его затащила грехи отмаливать, а там уже, если честно, не помню, короче, расписали нас.

– Марго, я просто в шоке.

И не успела мне тетя Соня начать мораль читать, как у меня зазвонил телефон.

– Алло, – только и успела сказать я, как на меня обрушились все ругательства мира!

– Ты спалила нам спальню и меня в придачу! – орал муженек. – Ты почему, зараза, утюг не выключила?

– Подумаешь. Я все равно собиралась поменять обои.

– Ну я-то тоже пострадал.

– Мужа я тоже не прочь поменять.

– Ну, Марго, вот вернись только домой.

– Не вздумай меня пугать, а то еще чего учиню, я когда нервная, вообще не соображаю.

– Значит, ты всегда нервная! – прокричал муженек и бросил трубку. – Алло, папа, Маргарита устроила в квартире пожар и чуть меня не спалила, давай отдадим ей наш особняк.

– Еще чего.

– Ну а мне-то чего делать?

– Спи с огнетушителем, – ответил Егор Константинович и бросил трубку. Просидев на работе минут тридцать, я решила, что выполнила свой долг на сегодня, и поэтому с чистой совестью поехала домой наводить быт.

– Ты чего так рано приперлась? – злился на меня муженек. – Рабочие только закончили белить, сейчас грунтовка подсохнет, начнут обои клеить.

– Да кто ж им мешает, – удивилась я. – Пойду пока поем.

Я зашла на кухню и ахнула – на столе стояла гора посуды.

– Это что еще за новости? – набросилась я на Витьку.

– Рабочие ели. Убери все в посудомойку, в чем проблема.

– Я не умею ее включать.

– Так учись! – психанул муженек.

– Руками помою, – показала я ему язык. Открыв кран и сложив в раковину тарелки, я приступила к мытью и вспомнила, а Юльке-то я еще сегодня не звонила. Схватив телефон со стола, я срочно позвонила своей подружке.

– Ну чего, какие новости?

– Маргарита, мне, кажется, Лешка предложение задумал сделать.

– Ого! А как ты это поняла?

– Он сегодня поинтересовался размером моей ноги!

– А причем тут ноги?

– Не знаю, но чувствую – скоро выйду замуж, – пищала подруга мне в трубку от радости.

– Здорово! Я тебе прям завидую, сама замуж хочу.

И не успела я и дальше развить свою мысль, как услышала:

– Да ты что, издеваешься?

– Ну чего ты, Витенька, опять орешь?

– Ты нас затопила.

Я вышла из зала в коридор – и правда, воды по щиколотку, и соседи тарабанят в дверь. Я моментально скрылась в ванной.

– Папа! – кричал в трубку Витька. – Она нас затопила, соседи в суд подают. Да тут воды по колено, – преувеличивал он. – Чего мне делать?

– Купи ласты.

– Папа, я их от такой жизни не куплю, а склею.

– Сам выбрал себе жену, нечего теперь ныть, – ответил папаня и бросил трубку.

Витя вызвал клининговую компанию, и те все убрали и просушили ковры. На утро, собираясь на работу и почти выйдя из двери, я услышала:

– Недоразумение, мусор выкини.

– Сам такой, – обиделась я, но мешок взяла.

Приехав на работу, я стала бродить по зданию, пытаясь хоть чем-то себя занять, никто, как и в детстве, не хотел со мной играть, все разбрелись по своим кабинетам, и куда бы я ни заходила, все только и твердили: «Марго, не мешай, иди чай попей». Я и так уже полстоловой съела. Грустные мысли прервал звонок из дома:

– Ты почему, недоразумение, мусор не выкинула?

– Не правда, я выкидывала, точно помню.

– Нет, не выкидывала, раз он до сих пор в прихожей стоит. И кстати, где мой пакет с документами?

– На помойке, – спокойно ответила я.

– Чего? – заорал муженек.

– Да ты представляешь, что ты натворила, там весь пакет на строительство здания, я что инвесторам сегодня должен предоставить? Там отчетность, там… боже мой, – заплакал муж в трубку.

– Ну чего ты ревешь, куплю я тебе новый пакет, было бы из-за чего так убиваться.

– Убью! – заорал муженек и бросил трубку.

«Надо купить пакет», – записала я себе в телефон.

– Виктор, тебя где носит? – строго спросил Егор Константинович сына.

– Ты где? Инвесторы уже собрались.

– На помойке.

– Быстро она тебя определила. Ты, кажется, сынок, не очень удачно женился.

– Папа, хватит издеваться. Я документы ищу.

– На помойке?

– Марго их с мусором перепутала. Вот, нашел, слава богу, все целое. Сейчас буду.

День пролетел незаметно, так как я уснула в холле. Приехав домой, я ожидала скандала, но Витька молчал.

– Вот тебе новый пакет, было бы из-за чего так орать.

– Спасибо, не надо, я свой нашел.

– Мог бы тогда и позвонить, а то на пакет пришлось тратиться.

– Надеюсь, не разорилась, – язвил муженек.

– Может, и разорилась. Пришлось нашего нового клиента подкараулить после совещания и сотку с него стрясти. А то я опять кошелек дома оставила.

– А чего в бухгалтерии в счет зарплаты не взяла?

– Об этом я как-то не подумала. Ничего, зарплата целей будет. Витька, а давай щенка заведем!

– Может, сразу вшей, не позволю из своей квартиры делать рассадник бактерий.

– Ну давай тогда хоть хомячков.

– Маргарита Аркадьевна, езжай к себе и заводи там хоть гусей, хоть свиней, а мой пентхаус оставь в покое.

– Витька, а я их уже купила.

– Кого ты там купила?

– Мышей белых.

– Вон! – закричал муженек. – Вон с ними из моей квартиры!

– А куда мне их теперь девать?

– Куда хочешь, твои проблемы.

Я вышла с коробкой и поглядела на бедных животных.

– Не переживайте, я вас пристрою, – сюсюкалась я с ними. – Сейчас мы с вами в гости поедем.

Я села за руль и направилась в дом к свекру.

– Здравствуйте, папа, а я от вашего сыночка с подарками.

– Да неужто. И чего он мне передал?

– Вот, – отдала я ему коробку.

Егор Константинович заглянул вовнутрь и заорал:

– Это что еще за хрень?!

И стал набирать сына.

– Ты на хрена мне крыс передал?

– Ничего я не передавал, – стал он оправдываться.

– А твоя благоверная сказала, что ты.

– А ну дай мне ее.

Свекор протянул мне телефон.

– Ты сам сказал, вези их куда хочешь, я захотела сюда.

– А по башке ты не захотела? Откуда ты только взялась на мою голову.

– Из Лас-Вегаса, – напомнила я ему. – Ты чего, забыл? Витька, а давай к психоаналитику пойдем.

– Зачем?

– Ну как, все, кто на грани развода, к нему ходят, мне жуть как интересно у него побывать, когда еще придется, вдруг я замуж так и не выйду.

– Дура! – прокричал Витька в трубку. – Ты уже замужем, это раз, а во-вторых и в-третьих, никуда я не пойду, дай мне отца.

Я протянула телефон.

– Папа, ее точно к нам конкуренты подослали, давай ей дадим, что она хочет, и пусть валит. Я тебе обещаю, я больше никогда пить не буду, работать стану как волк, папа, сжалься надо мной.