# День огня

Катя Брандис

Великий день мести совсем близко. Эндрю Миллинг, самый опасный оборотень Америки, собирает армию. Он готов заставить людей страдать. Он хочет отомстить за то, что те однажды жестоко поступили с его семьёй. Он не остановится ни перед чем, чтобы достичь своей цели. Миллинг собирается напасть даже на беззащитных детей. И только Караг и его друзья могут помешать его планам и спасти ни в чём не виновных жителей своего города и всей страны. Но получится ли у них противостоять целой армии оборотней? И какова цена победы?

Бестселлер по версии немецкого журнала Spiegel.

Katja Brandis

WOODWALKERS. TAG DER RACHE

Cover and inside illustrations by Claudia Carls

© 2019 by Arena Verlag GmbH, Würzburg, Germany.

www.arena-verlag.de


Шестая книга в серии «Дети леса».


© Козонкова О. В., перевод на русский язык, 2020

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2020

* * *


> Посвящается Юлии


> Наш Секретный клуб рейнджеров отлично работает! Я и мои друзья, а вместе с нами и оборотни по всей стране, защищаем людей от всё более частых нападений приспешников Эндрю Миллинга. Но достаточно ли наших знаний, полученных во время практики, чтобы противостоять нашему врагу во время его Великого дня мести? И сколько ещё всего нужно выучить, чтобы сдать выпускные экзамены за первый год обучения перед большими летними каникулами? А ещё в Йеллоустоне, к сожалению, начинается сезон лесных пожаров…

## Лесной пожар


Мало завоевать территорию – нужно суметь её защитить. Отец охранял границы нашей земли на юге, а мама, Мия и я занялись этим летом северным рубежом. Мне всегда нравилось метить территорию – было весело точить когти о деревья. Когда я увлечённо принимался за дело, кора разлеталась в разные стороны, а от запаха свежей смолы и сосновых иголок приятно пощипывало нос.

– Молодец, – похвалила меня мама, оглядев ствол дерева. – А теперь отойдите подальше.

И она напрудила большую жёлтую лужу. Это было послание всем остальным пумам: «Пошли прочь! Здесь живу я!»

– Я тоже хочу. Можно? Я очень хорошо обрызгаю дерево, – принялся клянчить я.

Но Нимка лишь дёрнула вибриссами:

– Ишь чего удумал! Хочешь, чтобы все пумы в округе решили, что здесь обитает молодняк? Да у нас тут же отберут лучшие места для охоты!

– Ты права, – согласился я.

Мия присела перед прыжком – она нацелилась на сосну:

– Кто быстрее взберётся наверх?

– Конечно, я! – тут же принял я пари.


Мы почти одновременно запрыгнули на дерево, крепко вцепились в ствол и буквально взбежали наверх – Мия с одной стороны, я с другой. Сестра чуть обогнала меня, потому что она старше и крупнее. Зато я более ловкий. Верхушка сосны качалась под тяжестью наших тел, как будто её трепал штормовой ветер. Две хищные кошки сразу, да ещё и соревнующиеся друг с другом, – это уже слишком для бедного деревца.

– Тихо, люди идут, – предостерегла нас мама.

Мы с Мией страшно испугались и поспешили слезть с дерева. Верхушка сосны обломилась, и мы оказались на земле быстрее, чем ожидали. Наше падение, к счастью, смягчили ветви соседних деревьев, исхлеставшие меня по спине сосновыми иголками. Я успел перевернуться ещё в воздухе и приземлился, сгруппировавшись, на все четыре лапы. А вот Мия отскакивала от каждой ветки и весьма некрасиво плюхнулась рядом со мной. Просто позор для кошки.


– Ой, больно! – заскулила она.

– Это были мои слова, – проворчал я в ответ и принялся приводить себя в порядок – вынимать сосновые иголки из меха.

Люди, видимо, услышали нас – они на время замерли и лишь потом двинулись дальше. Мы спрятались в подлесок – за серые отвалившиеся ветки, кустарник и буйную зелень. Я с интересом наблюдал, как туристы – мужчина и женщина – засунули в рот маленькие белые палочки и подожгли их. Тут же отвратительно потянуло мерзким дымом. Никто не согласится вдыхать такую гадость добровольно. Может, их заставили родители? Вот бедняги.

Одна из белых палочек стала совсем короткой. Женщина вынула её изо рта и выбросила, а сама пошла дальше, болтая со спутником. Мы воспользовались мгновением и улизнули в противоположном направлении.

Но не успели мы сделать и пары шагов, как Мия остановилась:

– Чуешь?

Да, теперь и я учуял этот запах. Нет, пожалуйста, только не это! Мои уши непроизвольно прижались к голове, и я зашипел. Пахло горящими деревьями.

– Вот идиоты! – охнула мама. – Почему нельзя было потушить сигарету?! Зачем выбрасывать тлеющий окурок?! Я тоже пыталась курить – кстати, гадость редкая, – но я всегда совала окурок в песок, чтобы он потух.

– Ты тоже пробовала эту ерунду?! – ужаснулся я.

– Я много чего пробовала в человеческом мире, – ответила Нимка. – Не ты один у нас любопытный.

Она остановилась и нерешительно огляделась. А потом повела нас обратно – оценить ситуацию. Мия и я, оба со вздыбленной шерстью, наблюдали, как огонь вгрызался в сухой подлесок. И вот уже оранжевый лепесток лизнул сосну и принялся её пожирать. Иголки на дереве почернели, и жар пыхнул мне в морду. Едкий дым разъедал ноздри. Мы отступили назад.

– Мы можем что-нибудь сделать? – растерянно спросила Мия. – Ну, если превратимся в людей?

– Уже слишком поздно, – мрачно ответила мама. – Уходим отсюда, пожар – штука очень опасная.

– Люди ведь могут его потушить? – задумчиво спросил я, сделав ещё несколько шагов назад – языки пламени уже вовсю взбирались на соседние деревья, треск становился всё громче. Мне стало страшно.

– Могут, но не всегда это делают, – пояснила Нимка, развернулась и побежала. – Уходим отсюда, быстрее!

К счастью, погода стояла безветренная и огонь распространялся не очень быстро, нам наверняка удастся спастись от него. Хорошие шансы есть и у других зверей – я увидел, как от пожара удирали заяц и что-то гневно тарахтящая белка. А вот тем животным, кто не умеет передвигаться быстро, не повезло. Я заворожённо наблюдал, как от огня пытаются бежать всякие мелкие букашки. Жуки, кузнечики, пауки, уж – все старались оказаться в безопасности, но мало у кого это получится.

Были и такие, что решили воспользоваться ситуацией и поохотиться – невозмутимый енот преспокойно набивал себе пасть саранчой.

– Ой, мы тоже так можем! – воскликнула вечно голодная Мия и нацелилась на мышь, которая в панике пыталась протиснуться под поваленным деревом.

– Оставь её, бежим быстрее! – подгоняла нас Нимка.

– Хорошо, хорошо, – сдалась Мия и ускорила шаг. – Интересно, какой вкус у поджаренных мышей?

Сначала мне казалось, что мы сможем убежать от огня. Но потом ветер усилился и поменял направление. Он раздувал огонь и гнал его прямо на нас! Языки пламени перескакивали с дерева на дерево и пожирали их всё быстрее. И чем больше они проглатывали, тем выше рвались в небо.

– Разрази меня гром! – пробормотала мама, и я понял, что и ей тоже страшно. – Бегите! Бегите что есть мочи!

И мы помчались вперёд. Дышать становилось всё труднее. Горький серо-жёлтый чад заволакивал всё вокруг. И хотя мы неслись со всех лап, огонь догонял нас. Мы выскочили из леса на луг. Здесь огню нечем поживиться, здесь же нет деревьев. Значит, мы спасены?

Как бы не так! Ещё один порыв ветра – и пламя побежало по траве, плавно и быстро, словно река, оставляя за собой чёрные следы.

С горящего куста искры разлетелись в разные стороны, и часть из них попала на Мию. Сестрёнка яро закружилась на месте и зашипела на огонь:

– Отстань уже, проклятый пожиратель деревьев!

– Прекрати! Нужно бежать! – закричала мама.

Мия гневно обрушилась на неё:

– И что нам даст эта гонка? Мы погибнем, если будем просто бежать! Нужно решить, куда точно мы хотим попасть!

Мия редко спорила с мамой, обычно это у меня возникали необычные идеи. Я с удивлением посмотрел на старшую сестру.

– Я веду вас поперёк ветра, – недовольно сказала наша всегда такая разумная мама. – Надеюсь, таким образом мы…

– Так нам не спастись! – зарычала Мия. – Нам нужно к воде! Мама, где здесь водоём?

Мия – единственная в нашей семье – любила воду и в человеческом облике даже с удовольствием купалась.

– Я знаю один пруд, но до него не близко, – ответила Нимка.

– Бежим туда, – сказал я и мяукнул от боли, наступив на тлеющую ветку. Но грозный шум огня нагнал на меня такого страху, что я забыл про боль и помчался рядом с Нимкой и Мией.

Впереди мы увидели серую ленту с белой полосой посередине, струящуюся по лесу. Дорога. Мама человеческие улицы не любила, но на этот раз она радостно выпрыгнула на дорожное полотно.

– Получим небольшое преимущество, – с облегчением выдохнула она, остановившись по другую сторону трассы. – Эта серая штука не горит. Если повезёт, огонь дальше не пройдёт. – Её бока вздымались – она пыталась отдышаться.

– Ты можешь бежать? – спросил я маму, прижавшись к ней.

– Да, только чуток передохну, – ответила она и с тревогой посмотрела на меня: – А с тобой что?

– Пустяки, не сильно болит, – солгал я и лизнул повреждённую лапу. Вот зараза! На подушечке вздулся огромный волдырь от ожога.

Мы с тревогой ждали, задержит ли дорога огонь. Языки пламени и в самом деле остановились – им нечем было питаться. Мы вздохнули с облегчением. Но потом я с ужасом увидел, как ветер переносит искры и горящие кусочки коры на другую сторону трассы. Они ведь и здесь могут поджечь сухой подлесок!

– Пожалуйста, не делай этого! – взмолилась мама, но ветер её не слушал. – Нам снова надо бежать!

Мы дружно вздрогнули – из клубов дыма вдруг вынырнула машина. Кузов был доверху загружен всякой всячиной, а внутри сидели люди в касках и жёлтых куртках. А вскоре послышался и треск гигантской стрекозы, которую люди называют вертолётом.

– Это люди! Они привезли с собой волшебство! – ликовал я. – Спорим, они нам помогут?

Мия пихнула меня в плечо:

– Вечно ты со своими людьми! Волшебство – это хорошо, но нам нужно к воде, иначе…

Шлёп! А вот и вода! Только мы никак не ожидали, что она прилетит сверху. Такое ощущение, что ты вдруг оказался внутри водопада. Но потом поток иссяк. Совершенно промокнув, мы ошарашенно переглянулись – с вибриссов у нас капала вода.

– Наверное, вертолёт сбросил, – сказала мама и отряхнулась. – Однажды я издалека такое видела.

– Такое волшебство мне не очень нравится, – признался я.

– Не дури, Караг, они нам помогли, – зашипела на меня Мия.

И в самом деле – с мокрой шерстью стало легче переносить жару. Вот только мощности водяного потока не хватило, чтобы потушить пылающие деревья. И огонь уже перебрался через дорогу. Из маленькой искры на нашей стороне возник небольшой очаг возгорания, и теперь он стремительно превращался в настоящий пожар. Мы снова помчались прочь. От нашей шерсти поднимался пар – на такой жаре она высыхала очень быстро.

Моя лапа болела всё сильнее, и вскоре я уже не мог не хромать. Мия и Нимка оставались со мной рядом, но я чувствовал, как они нервничают – ведь нам же пришлось замедлить ход.

– Потерпи ещё немного, скоро дойдём, – подбадривала меня Мия.

– Надеюсь, пруд не пересох, – вдруг сказала Нимка.

Я пришёл в ужас:

– Он что – пересыхает?!

– Иногда, когда долго нет дождей, – быстро сказала мама.

Последним рывком мы выбрались на болотистую поляну, и посредине я увидел маленький пруд, заросший по краям камышом. Уф, повезло! Не пересох. Но, к сожалению, спасительный водоём был уже занят. Не только нам пришла в голову идея спрятаться от пожара в воде – глубоко в пруд забрались восемь вапити. Мы недоверчиво смотрели друг на друга, а потом вапити сдвинулись в сторону, предоставив нам место. Есть их мне в этот момент совершенно не хотелось! Некоторое время мы ещё наблюдали друг за другом, а потом вновь посмотрели на луг, с тяжёлым сердцем увидев, как приближается наш общий враг.

Тина и вода охладили мою лапу.

– Ох, как хорошо! – выдохнул я.

– Воды у тебя сейчас будет предостаточно, – объявила мама. – Если станет совсем горячо, придётся нырять.

– Зашибись, – только и смог я сказать.

Пламя быстро подбиралось всё ближе к нам, треск сгорающей травы уже заглушил все остальные звуки. Болотистая лужайка была явно не по вкусу огню, но вскоре он добрался до деревьев, растущих вокруг пруда, и жар стал просто невыносимым. Воздух страшно нагрелся и при каждом вдохе обжигал мне горло. У берега стало слишком жарко, и вапити отплыли на середину водоёма, мы последовали за ними. Пахло опалённым мехом – неужели это я горю?!

– Ныряем! – крикнула мама, и тут уж я и не думал брюзжать. Я просто задержал дыхание и заставил себя погрузиться в воду с головой. Я проделывал этот фокус снова и снова – пока пламя не сожрало всё вокруг и не двинулось дальше.

Мы просидели в том прудике до заката солнца – за это время пожар превратился в далёкий оранжевый отблеск на горизонте. И тогда на дрожащих лапах мы вылезли на берег. И на этот раз мы для разнообразия замёрзли.

– Уф! – вырвалось у Мии.

– На лягушку наступила? – попробовал я пошутить, но никто не рассмеялся.

Мокрая мама в изнеможении растянулась на чёрной земле. Когда она снова поднялась, она была похожа на чёрную пантеру, про которую как-то нам рассказывала.

Выжженная земля уже немного остыла, но всё ещё была тёплой. Мы спасены! И вапити тоже! Они медленно выбрались из воды, взглянули на нас в последний раз и убежали.

А один олень тихо протрубил, прощаясь с нами.


Мы потом ещё раз встретили этих оленей, но охотиться на них не стали. Всё-таки мы теперь не чужие друг другу – вместе спасались от пожара, сидя в одном пруду.

Может, я как-нибудь расскажу об этом Лу – она же тоже вапити, – но сейчас не до того: у нас урок поведения в особых ситуациях. Приближалось лето, а вместе с ним и сезон лесных пожаров, поэтому, разделившись на пары, мы придумывали, как потушить пожар в дикой природе, пока он ещё не разгорелся. И обойтись при этом без огнетушителя!

Мы с Лу работали вместе: она – в обличье оленя, а я – в облике светловолосого мальчика с золотисто-зелёными глазами. Ещё недавно у меня бы сердце остановилось при одной только мысли, что я буду с Лу в одной команде, но теперь всё изменилось.

– Что будем делать? – спросила она меня, беспомощно глядя на огонёк в огнеупорной миске, наполненной песком. – Я могу попытаться залить его слюной.

Я улыбнулся:

– Думаешь, у тебя достаточно слюны? Смотри, какая там вкусная трава. Ну что, слюнки текут?

– Мм, как вкусно, – ответила Лу и плюнула на пламя.

Послышалось лёгкое шипение, огонёк чуть дёрнулся, но не потух. Нужно думать дальше.

Я почесал в затылке и огляделся – что у нас тут есть во дворе? Камни, большая ветка.

– А если попробовать забить огонь?

– Не знала, что ты такой жестокий, – пошутила Лу в ответ.

– Только по четвергам, – подыграл я, схватил ветку и принялся молотить по пламени. Получилось! Ветка, правда, вдребезги, зато огонь потух.

Лу вытянула вперёд копыто – типа дай пять.

Холли и Брэндону потушить пожар пока не удалось.

– Давай, давай! – подбодрил мистер Бриджер нашу подружку: та в обличье белки крошечными лапками натягивала на миску с огнём свою футболку, которую сняла перед превращением. – Иногда пламя действительно можно задушить, перекрыв к нему доступ кислорода.

Футболка обуглилась по краям, а потом и вовсе загорелась. Дико подпрыгивая, Холли пыталась спасти остатки:

– Ах ты червивый орех! Немедленно перестань! Я прикончу тебя, чёртов огонь! Дождёшься у меня потопа!

На пламя её угрозы не произвели ни малейшего впечатления.

– Холли, давай я попробую, – чуть свысока предложил Брэндон. – Я всё-таки проходил практику в пожарной части.

С разрешения мистера Бриджера он превратился в мощного бизона и забил огонь копытом.

Джеймс Бриджер одобрительно кивнул:

– На этот раз получилось. Но если пламя будет сильнее и ты полезешь в огонь, то для тебя это плохо кончится.

Я, конечно, время от времени посматривал в сторону Тикаани: она в облике девочки работала вместе с товарищем по стае Бо. Тикаани – арктическая волчица и моя подруга. Я всё ещё не могу в это поверить. Пока никто не знает, что мы вместе.

Тикаани тоже наконец додумалась затоптать огонь сапогами. Получилось! Она повернулась в мою сторону и незаметно для всех улыбнулась. И я украдкой улыбнулся ей в ответ.

Два других волка, работавших в команде, делали вид, что им страшно скучно. Клифф в обличье волка просто задрал ногу, нацелившись на пламя, а Джефри в облике человека с той же целью расстегнул ширинку. Но побоявшись попасть друг в друга, они толком не прицелились, и пламя у них в миске разгоралось всё сильнее.

– Кошачье дерьмо, – пробормотал Джефри.

Как мило с его стороны! Мой отец одно время преподавал у нас в школе звериные языки, и с тех пор Джефри любил пум ещё меньше – Ксамбер ему спуску не давал. Папа, к сожалению, уже вернулся назад в природу, хотя Лисса Кристалл предлагала ему остаться.

– Помочь? – спросил Брэндон волков и приступил к тушению, не дожидаясь ответа. Пламя капитулировало под его мощной жёлтой струей. Со всех сторон раздались радостные возгласы и аплодисменты, хотя теперь из миски изрядно воняло.

– Вы в курсе, что вам тут потом убирать? – спросил Джеймс Бриджер.

Участники команды недовольно заворчали, и Джефри тут же набросился на Брэндона:

– Эй, ты, меховая гора, ты чё творишь?!

Миро в облике мальчика опустился на четвереньки и с интересом принюхался к пахучим меткам.

– Перестань, – оттащил его в сторону Клифф. – Люди так не делают, понятно?

– Понятно, – послушно сказал волчонок и вернулся в свою команду. Ему повезло – он работал вместе с Лероем. Оборотень-скунс своими короткими, но очень сильными лапами просто набросал на пламя песка, и оно сразу потухло. Те ученики, что ещё не справились с огнём, радостно последовали его примеру.

А вот у меня на душе было отнюдь не радостно. Наш главный враг сейчас не огонь, а Эндрю Миллинг. Весь последний месяц преданные ему оборотни нападали на людей – уже были раненые и даже погибшие. И это только начало. Этот проклятый оборотень-пума задумал что-то очень страшное. Фрэнки разузнал в одном из опорных пунктов Миллинга, что Великий день мести запланирован на июнь. Может быть, потому, что дочь Миллинга, погибшую от рук охотника, назвали в честь этого месяца – Джун. А сегодня уже второе июня.

## На пороге войны


Мои друзья тоже не забыли про июнь.

– А если завтра всё уже будет кончено? – упавшим голосом сказал Дориан за ужином. – Если он начнёт наступление сегодня ночью, а мы даже не заметим? А когда заметим, уже не сможем ему помешать?

– Меня тошнит, как вспомню про этот дурацкий День мести, – высказалась Холли и отодвинула в сторону тарелку со своим любимым омлетом с грибами.

У меня на душе тоже было неспокойно, но я всё равно доел свою порцию яичницы-болтуньи с беконом.

– Нам нужен план, – заключил я.

Но оказалось, что за нас уже всё спланировали. Лисса Кристалл поднялась со своего места за учительским столом и постучала ложкой по стакану. Услышав громкий звон стекла, все присутствующие притихли.

– Вы все уже в курсе, что Эндрю Миллинг хочет отомстить людям, – начала свою речь директриса. – Мы пока не знаем, что конкретно он собирается предпринять в свой так называемый Великий день. Однако Совет оборотней сумел перехватить одно важное сообщение и убедиться в его подлинности. Так мы узнали, что акции мести пройдут по всей Северной Америке. Центральная и Южная Америки пока останутся в стороне. И на других континентах тоже пока не планируется никаких действий.

«Уже хорошо», – подумал я.

– Нам нужно принять меры предосторожности, – продолжила Лисса Кристалл. – Чтобы уберечь людей и защитить нашу школу. Миллингу давно известно, что многие наши ученики, учителя и лично я его не поддерживаем. Возможно, он попытается помешать нам спасти людей.

Мы слушали затаив дыхание.

– С сегодняшнего дня мы начинаем действовать. Каждую ночь двое учителей и две команды учеников будут нести патрульную службу и следить, не появилось ли что-нибудь необычное в долине Джексон-Хоул. Кроме того, мы установим круглосуточное дежурство в окрестностях и в здании школы. Чуть позже я объявлю, кто из учеников назначен в дозор.

Я ждал, что мисс Кристалл спросит о добровольцах, желающих участвовать в патрулях и в дежурстве по школе, но она промолчала.

Нимбл, оборотень-кролик, робко поднял руку:

– А мы как-нибудь ещё обезопасим школу? Ну, например, обложим её мешками с песком или типа того?

Фрэнки, оборотень-выдра, улыбнулся:

– Вряд ли Миллинг планирует устроить наводнение.

– Мы действительно собираемся принять меры на случай непредвиденных ситуаций, – подтвердила Лисса Кристалл. – Но занятия будут пока продолжаться в обычном режиме, обороной мы займёмся в ближайшие выходные. Подробности мы обсудим с учителями чуть позже на специальном заседании.

Сегодня четверг. Я бы прямо сию секунду начал превращать нашу школу в крепость. Но вряд ли наша директриса – хоть я и спас ей недавно жизнь – будет сейчас прислушиваться к советам одного сильно умного мальчика-пумы, который даже ещё не вырос по-настоящему.

– Нам никогда раньше не приходилось сталкиваться с такой серьёзной проблемой, – добавил мой любимый учитель Джеймс Бриджер. Было видно, что он очень обеспокоен, но при этом настроен решительно. – Хорошо, что у нас в школе учатся самые разные оборотни и у каждого свой талант. Я уверен – все вместе мы справимся! – И он тепло посмотрел на меня. Я взглядом улыбнулся в ответ. Да, на меня он может положиться.

Оборотень-куница третьего года обучения поднял руку.

– А почему вы думаете, что Эндрю Миллинг не прав? Может, лучше просто довериться ему? – громко и чётко спросил он.

Приехали. «Вместе мы справимся» – как бы не так. Теперь понятно, почему мисс Кристалл не искала добровольцев для патрулей.

– Да, я то же самое хотел спросить, – возмущённо начал Бо. – Он же добивается, чтобы люди прекратили охотиться на зверей – что в этом плохого? А из-за таких, как вы, в нашей стране никогда не будет справедливости!

Вот это выпад! Интересно, что ответит Лисса Кристалл. Но Бо ответила не директор, а Сара Кэллоуэй, наша учительница человековедения. Сегодня она была в туфлях на очень высоких каблуках, я в таких и шагу не ступлю, а её длинные каштановые волосы блестели так же ярко, как и её зелёное платье.

– День мести не помешает людям и дальше убивать зверей, – сказала она. – Миллинг же просто ненавидит людей. Его истинная цель – вовсе не защита животных, а месть людям.

Кто-то согласно кивнул, кто-то никак не отреагировал. Мисс Кэллоуэй снова принялась за кофе. Билл Зорки взял её за руку и влюблённо заглянул ей в глаза.

Как же мне хочется взять Тикаани за руку! Но она всё ещё член проклятой волчьей стаи! Не знаю, как долго я выдержу эту невыносимую ситуацию!

Мы принялись горячо обсуждать, стоит ли мисс Кристалл купить в школу оружие, кого не следует назначать в патрули и как защитить школу от летучих оборотней. Потом я увидел, что Тикаани направляется в туалет, и быстренько распрощался со всеми, притворившись, что иду к себе в комнату.

Мы переглянулись с арктической волчицей – договорились о тайной встрече. У туалета мы повернули за угол и проверили, есть ли свободный компьютерный класс. Да, в маленьком как раз никого нет. Мы юркнулим внутрь и прислонились спиной к двери, чтобы больше никто не вошёл – двери в классы у нас не запирались.

– Пойдём в один патруль? – спросил я Тикаани под строгим взглядом пяти тёмных мониторов. Наши руки соприкоснулись – как же это чудесно!

– А как же, – ответила волчица, и в её полуночных глазах индианки загорелась искра.

– Но сначала надо позвонить Сьерре, – сказал я, очень сильно волнуясь. – Она же говорила, что вышла на след Арулы где-то в Калифорнии.

Тикаани кивнула:

– Надеюсь, она поторопится. Если эта Арула и правда знает что-то, что помешает планам Миллинга…

Здесь не было шпионов Миллинга, поэтому я достал телефон и набрал номер девушки-волчицы.

– Привет, Караг, – откликнулась Сьерра. – Ты ведь звонишь не для того, чтобы узнать, как у меня дела, что я ела на завтрак или что думают мои родители о том, что я сейчас прогуливаю школу?

– Э-э-э, ты права, больше всего меня интересует, где ты сейчас находишься, – ответил я. – И нашла ли ты очень важную для нас девушку-рысь?

– Пока не нашла, но уже практически села ей на хвост. Во всяком случае, очень на это надеюсь.

Мы с Тикаани радостно переглянулись.

– Ты хотел узнать, где я? Я в Сан-Франциско. Ты даже не представляешь, сколько всего мне пришлось пообещать отцу, чтобы он меня отпустил. – Сьерра вздохнула. – Короче, почему я здесь. Один барсук, знакомый Арулы, рассказал мне, что она уехала куда-то в большой город и познакомилась там с каким-то взрослым оборотнем, который помогает ей приспособиться к жизни среди людей. Это всё, что он знал.

– Но почему ты решила, что она в Сан-Франциско? – вступила в разговор Тикаани.

– Я проверила все крупные города по порядку. На один только Лос-Анджелес ушла уйма времени! Но нигде никаких следов. А здесь, в Сан-Франциско, каролинская белка Конни рассказала мне, что один оборотень – серая неясыть по имени Майк Перо – ведёт себя очень странно. Он работает фотографом, Конни часто встречает его в магазине и во время игры в бинго.

– Ну и? – Мне очень хотелось превратить ногти в когти и впиться ими во что-нибудь – так я сгорал от нетерпения.

– Он очень изменился за последнее время, стал осторожничать, не общается ни с кем и покупает вещи, которые ему самому не нужны. Однажды Конни спросила его в шутку: что, мол, гости приехали? – так он вздрогнул и поспешил распрощаться.

– Ну, мало ли почему он так поступает, всякое может быть, – с сомнением сказала Тикаани.

– Разумеется. Но я следила за ним, и от его вещей пахнет рысью.

Я выпрямился, рука судорожно сжала телефон, дыхание моё участилось:

– Ты думаешь, он прячет Арулу от Эндрю Миллинга?

– Не исключено, – осторожно ответила Сьерра. – Единственное, что мы знаем точно, – она уже много месяцев где-то скрывается. Очевидно, она в курсе, что мистер М послал по её следу толпы своих людей.

Арула точно знает о Миллинге что-то чрезвычайно важное!

– И даже если этот Майк её не прячет, он наверняка знает, где она, – уверенно продолжила Сьерра, – поэтому теперь я с него глаз не спущу.

– А может, спросить его про Арулу напрямую? – предложила Тикаани.

– Нет, слишком рискованно, – ответила Сьерра. – А что, если я его напугаю? Думаю, здесь нужно затаиться в засаде и ждать.

– Ты права, – согласился я. – Пожалуйста, будь осторожна.

– Вот-вот, моя мама тоже всегда так говорит. Пока! – крикнула Сьерра и повесила трубку.

Мы помолчали.

– А если это ложный след? – засомневалась Тикаани.

– Нет, мы на правильном пути, – твёрдо ответил я. Хочется верить, что так оно и есть. Возможно, эта таинственная Арула – наша единственная надежда и только она поможет нам остановить Эндрю Миллинга. Без неё нам не справиться. Мы всего лишь небольшая группа оборотней – как нам защитить людей от Миллинга и его сообщников? Да и себя в придачу?

Тикаани прервала мои размышления:

– Слушай, я вот ещё о чем хотела поговорить. Тебе не надоело скрывать нашу дружбу?

– Ещё как надоело, – ответил я.

Тикаани радостно улыбнулась:

– Тогда давай завтра весь день держаться за руки? Все сразу всё поймут, и не надо будет ничего объяснять.

На мгновение я задохнулся от ужаса, и, к моему стыду, на лице у меня проступили вибриссы. Я поспешил их убрать, а потом заставил себя кивнуть и выдавил что-то вроде:

– Хорошая мысль.

– Значит, так и поступим, – сказала Тикаани и посмотрела на меня с нежностью. Ура! – Мы же, в конце концов, уже переходим на вторую ступень, то есть практически взрослые. А ты слышал, что снова набирают учеников на первый год обучения? Так сказать, продолжателей нашего дела. Я вчера уже видела двух новичков.

– И что они за животные?

– Если я правильно поняла, девочка-крот из Теннесси и мальчик-мокрица отсюда, из Джексона. Оба хотели непременно получить комнату в подвале.

Мы дружно рассмеялись, потом посмотрели друг другу в глаза, и Тикаани медленно провела кончиками пальцев по моей руке. И тут как назло в дверь начали ломиться! Такое романтическое мгновение испортили! Оборотень-лосиха Зои протиснулась в класс и озадаченно уставилась на нас:

– Вы тут занимаетесь, что ли?

– Ага, – бросил я, и мы с Тикаани, выбежав из комнаты, кинулись в разные стороны. Как хорошо, что с завтрашнего дня нам больше не нужно прятаться!

Я тут же рассказал Холли и Брэндону о новостях от Сьерры.

– Просто безобразие, что Совет ничего не предпринимает, – возмутился Брэндон. – Если бы не вы со Сьеррой, никто бы эту Арулу и не искал…

– Да, мне тоже кажется это странным. – Я сидел на краю кровати и таращился в окно. – Но мы же не всё про Совет знаем – может, оборонительные меры уже давно приняты.

– А если Сьерра найдёт Арулу, а та не станет нам помогать? Если она испугается? – Холли беспокойно металась по комнате взад-вперёд. – Нет, у меня нервы просто не выдерживают! Мне срочно нужно съесть пару шишек. До скорого. – Она распахнула наше большое круглое окно, превратилась в белку и поскакала по гранитным валунам в лес.

Мы с Брэндоном ещё немного поговорили о предстоящей борьбе и тоже решили передохнуть. Но не тут-то было. К нам в комнату постучала Лисса Кристалл. Она удивлённо подняла брови, увидев у нас на полу одежду Холли, но ничего не сказала. Наша директриса обратилась к нам за помощью:

– Я знаю, что могу на вас положиться. Караг, сможешь отправиться в дозор уже этой ночью? Я понимаю, вы сейчас очень заняты, вам нужно готовиться к экзаменам…

Брэндон незаметно убрал с подушки музыкальный журнал. А я сунул правую руку, в которой держал сотовый Брэндона, в карман брюк. К сожалению, я не успел его выключить, а потому игра на экране шла своим чередом. Лисса Кристалл любезно сделала вид, что не замечает, как у меня в кармане что-то пищит и мигает.

– …Но мы решили, ввиду особой ситуации, не ставить больше оценок вплоть до экзаменов и быть к вам немного более снисходительными, – продолжила она. – Честно говоря, я даже подумывала совсем отменить экзамены, но ребята третьего года обучения против – им же осенью переходить в обычную школу.

– Может, нам ещё удастся предотвратить День мести, – вдруг выпалил Брэндон.

– О чём это ты? – опешила мисс Кристалл. – Ну-ка рассказывайте, что у вас здесь происходит.

Скрывать информацию не имело смысла, и я поведал ей всё, что нам рассказала Сьерра.

– Арула – ключевая фигура, – сказал я. – Если мы допытаемся, что она знает про Эндрю Миллинга, возможно, у нас появится шанс избежать кровопролития!

Янтарные глаза Лиссы Кристал заблестели, её грудь вздымалась от волнения.

– Караг, я прошу тебя сразу же докладывать мне обо всех новостях. Я свяжусь с председателем Совета. Как ты думаешь, Сьерре нужна помощь? Может, послать к ней наших людей?

– Наверное, она бы не отказалась от помощи, – предположил я, – но если Сан-Франциско вдруг наводнят оборотни, этот оборотень-неясыть запаникует и сбежит вместе с Арулой.

– Всё может быть. – Мисс Кристалл задумчиво посмотрела в даль через окно. – Ну, хорошо. Мы будем сохранять спокойствие, продолжать учёбу и готовиться к возможным нападениям. Так как насчёт ночного дозора?

Вот так мы с Тикаани и оказались незадолго до полуночи в тёмном лесу, наполненном пряным ароматом белой смородины. Мы оба понимали, что выполняем очень важное поручение, поэтому лишнего не болтали.

Мы держали ухо востро и смотрели в оба, нет ли чего необычного или подозрительного. Но я и представить не мог, какие сюрпризы нас ждут.


## Подозрительно. Очень подозрительно

Внезапно Тикаани остановилась, вздыбив шерсть. Я последовал её примеру.

– Тут кто-то есть, – прошептала она, и мы затаили дыхание, прислушиваясь.

Вскоре я уловил тихий хруст – как будто человек наступил босой ногой на ветку.

– Ты права, – ответил я. – Кто это шляется ночью по лесу? Точно не наши. Думаешь, это шпион?

Тикаани задрала морду, принюхиваясь:

– Очень может быть – иначе зачем ему здесь отираться? А теперь он застыл на месте, чтобы не выдать себя.

– От нас не уйдёт, – мрачно сказал я.

Мы подошли поближе и поняли, что имеем дело с чужим оборотнем. Запах от него шёл не сильный: наверное, один из его родителей человек.

– Берём его в кольцо, – едва слышно прошелестел голос Тикаани у меня в голове: она не хотела, чтобы чужак нас услышал.

– Хорошо, я захожу вон от той скалы, – предложил я.

Тикаани направилась в одну сторону, я скользнул на своим мягких широких лапах в противоположную. Мы подобрались к непрошеному гостю так близко, что смогли его разглядеть, и я опешил от неожиданности. Не каждый день сталкиваешься с великаном, который стоит посреди леса в одних шортах и, запрокинув голову, что-то разглядывает на небе. Всё это очень подозрительно. Хорошо, хоть на этот раз нам не придётся иметь дело с подлыми оборотнями-медведями, приспешниками Миллинга. Но и этот зверь был, судя по всему, немалых размеров и, скорее всего, опасен.

– Начали, – подала мне сигнал Тикаани. Я прыгнул и приземлился на расстоянии человеческого роста от незнакомца. Одновременно со мной с другой стороны к нему бросилась волчица, вздыбив шерсть и оскалив пасть. Молодой человек вздрогнул.

– Ничего не скажешь, хорошо тут встречают гостей, – сказал он. – Кто вы такие?

– Здесь мы задаём вопросы, – отрезала Тикаани. – Кто вы такой и что вы здесь делаете?

– Вы находитесь на территории школы «Кристалл», если вы этого ещё не заметили, – добавил я.

Мужчина поднял брови и провёл рукой по волосам – очень светлым, буквально светящимся в лунном сиянии.

– А я и не знал, что теперь заходить сюда запрещено. Если вы не возражаете, я пойду дальше своей дорогой. Пока, ребята.

Он явно не собирался отвечать на наши вопросы и тщательно скрывал свои мысли. Тем более подозрительно!

Чужак и в самом деле пошёл дальше, не обращая на нас никакого внимания. Мы с Тикаани переглянулись. Разве можно позволить ему уйти? А если он шпион? Я приземлился прямо перед чужаком, прижал уши и угрожающе зашипел на него. А моя подруга следила, чтобы он не улизнул в сторону.

– А вот так поступать невежливо, я чуть было о тебя не споткнулся, – упрекнул меня мужчина и действительно сделал попытку меня обойти.

– Вы сейчас пойдёте с нами, – приказал я незнакомцу и ещё раз преградил ему дорогу. – Вы ведь не будете возражать, если Лисса Кристалл задаст вам пару вопросов. Потом можете быть свободны.

Парень посмотрел сначала на меня, потом на Тикаани – и вдруг рассмеялся. Ну зашибись! Если он веселится при виде атакующей его арктической волчицы и хищной кошки с оскаленными клыками, то это точно очень опасный зверь.

– Туда, – приказала ему Тикаани.

Мужчина пошёл с нами, больше не сопротивляясь. Хоть это хорошо. Мы направились к школе. Я мысленно сообщил нашему директору, что мы захватили непрошеного гостя.

– Молодцы, ведите его ко мне в кабинет, – тут же ответила она. Похоже, она тоже не спала.

Но на этом наши ночные приключения не закончились. Недалеко от школы мы учуяли ещё одного чужого оборотня. Сегодня просто ночь сюрпризов! Этот парень был намного моложе первого, думаю, едва вышел из подросткового возраста. Он тоже появился перед нами в человеческом облике, но одежды на нём было больше – джинсы, футболка и сникерсы. Да и во всём остальном он мало походил на первого незнакомца. Он передвигался по лесу очень шумно, словно стадо бизонов, выругался, угодив ногой в яму, и недолго думая сломал ветку сосны, ударившую его по лицу.

– Ведёт себя ужасно, прямо как человек, – прошептала Тикаани.

– Ага, как человек, который ни разу не был в лесу и всю жизнь провёл на диване перед телевизором, – добавил я.

Вот только чипсы он на этом диване, похоже, не ел – парень был не только очень высоким, но ещё и худым как щепка.

Мы с Тиканни с тревогой наблюдали, как он направляется прямиком к нашей школе.

– Постой, ты куда! – крикнула Тикаани и помчалась к нему, чтобы перехватить.

Я подтолкнул нашего задержанного блондина в том же направлении, и он последовал за мной без сопротивления. Чужой мальчик лишь мельком взглянул на нас.

– Эй, зверье, дорогу дали! – только и сказал он и попытался пройти мимо. Видимо, знал, что он оборотень и что мы тоже не настоящие животные. Но мне всё равно было обидно: неужели никто больше не боится пум?

– Мы не можем тебя пропустить, – зарычала на юношу Тикаани и преградила ему путь. – Сначала скажи, что тебе здесь нужно.

– Тебя это не касается, – ответил он.

Парень тут же схватил толстую ветку и держал её перед собой, защищаясь, так что Тикаани не могла до него добраться. Шаг за шагом он продвигался вперёд, оттесняя волчицу. Моя подружка попыталась его достать, но он отразил нападение и поднял с земли ещё одну ветку. Он что, собирается её ударить?!

Через мгновение он уже лежал ничком на земле, а на спине у него расположилась пума.

– Ещё как касается, – медовым голосом промурлыкал я. – Мы здесь в дозоре, и наша задача отлавливать таких, как ты.

От мальчика исходил какой-то странный неприятный запах. Я никогда ещё не сталкивался с таким – от чужака пахло пережжёнными растениями. И цепочка у него на шее была противная – с белой подвеской-черепом, кажется мышиным. На руке подростка болтался браслет из металлических скрепок.

– Тебя подослал Эндрю Миллинг? Отвечай! – прорычала моя подруга.

Парень с недоумением посмотрел на нас:

– Кто?

Мы сразу поняли, что он говорит правду. Мы чуть расслабились и позволили ему подняться на ноги.

– Как тебя зовут? – спросил я его уже довольно приветливо. Кто знает, может, этот оборотень хочет присоединиться к нам и помогать людям?

Парень пробормотал что-то типа «шо» – а, понятно: «Джо» – и недоверчиво осмотрел задержанного нами незнакомца. Верзила в шортах всё это время просто наблюдал за нашими действиями, не вмешиваясь. Теперь он впервые заговорил:

– Ну что, идём наконец в школу? Я уже давно в пути и не прочь выпить холодного пива или типа того.

Мы ещё не успели прийти в себя от изумления, а он уже большими шагами направился прямиком к школе.

– Эй, ты! – крикнул я, но он не обратил на меня внимания. Чтобы сохранить хотя бы видимость задержания, мы с Тикаани побежали рядом с ним с двух сторон. Джо поплёлся следом, постепенно замедляя ход. Увидев школу, он чуть было совсем не остановился. Почему он так себя ведёт? Может, он чего-то боится?

Светловолосый мужчина целенаправленно прошёл к главному входу, который не закрывался на ночь. Сова Труди, дежурившая у двери, удивлённо посмотрела на меня:

– Караг, ты кого к нам привёл?

– Понятия не имею, но точно не пасхального зайца, – ответил я.

Стало понятно, что этот мужчина уже бывал в нашей школе. Он прекрасно здесь ориентировался и по тёмным коридорам направился прямо к кабинету Лиссы Кристалл.

– Подождите, мы… – попыталась задержать его Тикаани, но блондин уже открыл дверь и вошёл внутрь. Мы бросились следом и нечаянно уронили его на пол. В кабинет директора мы влетели одним большим мохнатым комом. Лисса Кристалл как раз совещалась с Джеймсом Бриджером, и они оба удивлённо воззрились на нас. Но изумление на лице директора тут же сменилось радостью. Сияя улыбкой, она поспешила к мужчине, который как раз поднимался с пола, и заключила его в объятия:

– Какой приятный сюрприз, Джек! Почему ты не сообщил, что приедешь?

Молодой человек, улыбаясь, обнял Лиссу:

– У нас во Флориде много сторонников Миллинга – кто знает, может, они прослушивают мой телефон и читают мою почту? Лучше им не знать, что у нас тут важное военное совещание. Нам нужно срочно решить, как защитить людей в нашем регионе.

Ой, как неловко получилось! Это же Джек Кристалл, сын Лиссы, директор школы «Голубой риф», а мы с ним обошлись как с опасным шпионом! Всё-таки хорошо, что в обличье пумы не видно, как я краснею.

Джек повернулся к нам с Тикаани и посмотрел на нас вполне дружелюбно.

– Заодно проверил, как охраняется школа, – сказал он. – Твои ребята знают своё дело: стоило мне на секунду остановиться полюбоваться звёздами, как они тут же меня поймали. А если бы я стал сопротивляться – клочья бы полетели, верно?

Тикаани смущённо опустила мохнатую голову:

– Извините, нам очень жаль, что так вышло. Мы же не знали…

– Всё в порядке, так держать, – сказала директриса и посмотрела в сторону двери. – А это кто?

Вслед за нами в кабинет протиснулся второй незнакомец, и теперь он стоял с отсутствующим взглядом, скрестив руки на груди. Наконец я смог разглядеть его получше – он был старше нас, ему, наверное, уже лет восемнадцать. К его чёрной футболке с изображением длинноволосого мужчины с гитарой прилипли сосновые иголки и комки почвы – минимум одну ночь он провёл в лесу.

Я взглянул на Джеймса Бриджера. До сих пор он не сказал ни единого слова. Просто сидел и молчал. Да что с ним такое?! Джеймс выглядел совершенно потерянным. Потом словно лунатик медленно поднялся с места и подошёл к странному юноше.

– Джозеф, – только и смог он сказать.

Тут только я понял, кто такой этот Джозеф, называющий себя «Джо». Это же сын мистера Бриджера! Тот самый, что пропал много лет назад и не давал о себе знать! Юный оборотень, не разобравшийся, кто он и кем хочет быть.

Я осторожно оглядел его. Теперь ясно, что это за странный горький запах исходит от него. Запрещённые вещества. Нам о них на человековедении рассказывали.

Я напряжённо ждал, что теперь сделает или скажет Джо. Долго томиться не пришлось.

– Пара долларов найдётся? – спросил сын отца.

## Пощады не будет

Взрослые начали совещаться, а мы с Тикаани отправились по своим комнатам, оживлённо перешёптываясь по дороге.

– Разрази меня гром, – выдохнул я, – я до сих пор не могу прийти в себя: у нас в школе – пропавший сын мистера Бриджера! Почему он вдруг объявился?