100 ВОПРОСОВ БЕЗ ОТВЕТОВ Военно-морской флот России
RUSSIAN Navy 100 unanswered questions
Павел Георгиевич Рупасов

Дизайнер обложки Оксана Николаевна Хейлик

Иллюстратор Оксана Николаевна Хейлик

Техническое обеспечение Остап Сергеевич Ломако-Рупасов

© Павел Георгиевич Рупасов, 2020

© Оксана Николаевна Хейлик, дизайн обложки, 2020

© Оксана Николаевна Хейлик, иллюстрации, 2020

ISBN 978-5-4498-2037-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Книги серии «ПОРТЫ МИРА»

75 лет нашей Победы над Фашистской Германией в Великой Отечественной войне

115 лет Цусимскому сражению

120 лет со дня спуска на воду «Авроры»

«Память играет в жизни людей невероятную роль. Обеспамятствовать – значит припоминать историю по единственному, неприкасаемому варианту.…

Наше чувство свидетеля самое ценное. Ему мешает цензура «объективности» – не бойтесь ее. Это вы так свидетельствуете. Ваша субъективность позволяет существовать иной памяти», —

историк Михаил Гефтер (1918—1995 гг.)

В книге «ВМФ РОССИИ. 100 ВОПРОСОВ БЕЗ ОТВЕТОВ» Рупасова П. Г. о Центральном военно-морском музее России – ЦВММ. Предпринята попытка критического анализа пути, пройденного Российским национальным музеем, его утрат и приобретений. Размышления построены в форме вопросов посетителя. Документальные, захватывающие, почти детективные истории о судьбе морских коллекций и их применении к текущим задачам истории и политики страны, в т.ч. к задачам последних 20 лет жизни музея, тяжелые страницы биографии крейсера-музея «Михаил Кутузов», закрытого для посетителей в 2011—2013 гг. Поучительные свидетельства деятельности историко-технического, а с 1924 г. по настоящее время идеолого-воспитательного, просветительского учреждения, которым и сегодня является Морской музей. Антология книг о Черноморском флоте 1875—2008 гг. Столкновение с реалиями жизни увлекает и захватывает, превращая книгу в остросюжетное повествование.

Готовится к изданию продолжение книги.

Рецензенты:

– Грибовский Владимир Юльевич – капитан 1-го ранга в отставке, кандидат исторических наук, профессор, старший научный сотрудник 44-го НИО (военной истории) по Северо-Западу НИИ (военной истории) ВАГШ ВС РФ.

– Борисенко Михаил Васильевич – доктор исторических наук, профессор Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Государственный университет морского и речного флота имени адмирала С. О. Макарова».

Рецензии

Книга Рупасова Павла Георгиевича – «САНКТ-ПЕТЕРБУРГ. 310 лет ЦЕНТРАЛЬНОМУ ВОЕННО – МОРСКОМУ МУЗЕЮ РОССИИ» – название полной версии книги, посвящена

Центральному военно-морскому музею (ЦВММ).

Она включает краткую историю музея, критическую оценку деятельности современного руководства музея в сравнительно – историческом аспекте, а так же статьи по актуальным вопросам развития современного флота и историографию Черноморского флота.

Книга написана хорошим русским языком, содержит обоснованные и подтвержденные фактами доводы.

В книге содержатся критические замечания, которые, впрочем, не носят стремления очернить действия руководства музея, а преследуют цель улучшить работу музея и укрепить его авторитет в обществе.

Анализ фактов приведенных в книге показывает, что эта цель вполне достижима. Книга рекомендуется к изданию максимально возможным тиражом.

Книга хорошо иллюстрирована и просветительски значима для современного читателя.

22 марта 2019г.

Капитан I ранга в отставке,

кандидат исторических

наук, профессор

Грибовский В. Ю.

Рецензия на рукопись

/в сокращении/

Книга – альманах серии «ПОРТЫ МИРА «САНКТ-ПЕТЕРБУРГ 310 лет ВОЕННО-МОРСКОМУ МУЗЕЮ РОССИИ».

Части «Наставники и основатели». (первое название книги: «Хроники Центрального военно-морского музея. 100 вопросов к Нехай Р. Ш. – директору ЦВММ»)

Мировое музееведение рассматривает в целом Музей как особый социальный институт, связанный, прежде всего, с развитием образования и культуры. Очевидно, что в процессе современного реформирования РФ возникают различные подходы, коллизии и трактовки сущности и роли разных музеев, в том числе и Национального Военно-морского музея России.

Как человек достаточно сухопутный, автор рецензии приведёт с позиции кабинетного работника лишь краткие суждения о новом выпуске многотомного альманаха, посвящённого Центральному военно-морскому музею России – ЦВММ (в период 1709—2019 гг.).

Текст рукописи рецензируемого выпуска альманаха носит преимущественно критико-публицистический характер с элементами научно-популярного анализа. Освещены особенности положения национального морского музея в прошлом, его современное состояние, утраты и приобретения за 310 лет существования.

…Сразу же замечу не без отрадности, что среди множества аспектов и сюжетов изложения в качестве основного автор констатирует многообразие функций современного музея. При этом сделан акцент: среди многих задач проведение массовых мероприятий, по мнению автора, «это прекрасное новшество, но поверите – это только часть работы Национального Военно-морского музея России. Нужно знать, любить и исполнять все многочисленные другие составные части».

Безусловно, следует согласиться с данным суждением о храме Муз, как одном из оплотов формирования исторического сознания. Но насколько гармонично эта идея реализуется в случае с Национальным музеем ВМФ?

…Даны более содержательные, чем на первых страницах рукописи, сведения о развитии морского музея и о биографиях предшественников современного руководства ЦМ ВМФ, включая самого Р. Ш. Нехай. Помимо названных составителем П. Г. Рупасовым книжных изданий о пути, пройденным музеем истории нашего флота, можно было учесть информацию в интернете о данном Музее с характеристикой музейной коллекции и видеоматериалом по экспозиции. Но информация на сайте ЦМ ВМФ очень лаконична и имеет самый общий (далеко

неполный) характер.

Среди многих сюжетов изложения рецензируемой книги основной контроверзой стало отношение научных сотрудников к «непрофессионализму» директора музея. Да, присутствует несоответствие у неморяка-директора его предыдущего служебного пути к нынешнему статусу, как нам хотелось бы, ожидаемого прозорливца флотской тематики. «Ну, не в коня корм», просто какая-то нежелательная персона. Кстати, о «нежелательных» лицах. А разве неизвестно пишущим книгу автору, что военным министром в Японии является совсем казалось бы неуместная дама на военном корабле (Юрико Коикэ)? Может быть, это общемировая тенденция – приглашать «варягов» со стороны?

Другой более близкий нам пример. Директор Музея истории ГУМРФ им. адм. Макарова ныне является недавний выпускник Днепропетровского военного училища В. О. Терентьев. В этой связи уместно задаться таким вопросом: разве в глазах публики, вышедшей из прошлой советской эпохи, не было априорного почитания морских военспецов как касты особо посвящённых? Не отсюда ли проистекает некоторая предвзятость в отношении к выходцу из «соседней епархии»? Вот поэтому на сих примерах становятся заметнее некие элементы корпоративной чести и достоинства, характерные для научных сотрудников этого и многих других музеев.

Для них и других честных людей становится очевидным: «исторической достоверностью в музее не занимаются»… занимаются другими более важными вопросами…

Вновь заметим в этой критической ситуации у автора альманаха достаёт выдержки и такта согласиться «Да, этой массовой деятельности должны уделять «Массу» внимания! И с этим мы согласны. Но, Уважаемый Руслан Шамсудинович, наш с Вами корабль, все еще Музей!

Нельзя идти с угрожающим креном на «левый» или «правый» борт. Это приведет к неизбежному нарастанию крена и переворачиванию вверенного Вам корабля…»

Одно связано с другим. В альманахе названо множество ошибок, что встречаются в экспозиции данного музея. Для рецензента, как и многих других, особо «бросается в глаза» доминирование плоскостного ряда экспонатного слоя. Эти и другие особенности создают ряд оснований говорить авторам о недостатках построения и основной экспозиции и выставок, как и о фактах недостоверной подачи музеем трактовок отдельных вопросов историко-технических и историко-флотской тематики. То есть уместно признать: речь может идти о нарушении прав потребителя, когда потребитель получает «Некачественную услугу» в виде недостоверной информации».

Отсюда следует, что «Смысл при таких „опережающих темпах“ теряется. Страдает всё – и в первую очередь, патриотизму нации в Вашем музее наносится все большая и большая травматизация».

…Невольно появляется и предположение, что от названного рефрена всё же не будет прока по разным причинам. Помимо основной – императива служебной субординации, возможно, есть и другие причины данной директорской позиции… Автор-составитель по понятным причинам политкорректности об этом умалчивает. Но косвенно не может не признать: «Вы не прочтёте эту книгу, и Ничто в Вас не изменится…»

Из приведённых пассажей с очевидностью проглядывает позиция автора альманаха и многих коллег из среды научных сотрудников. Это – позиция не формального, а подлинного патриотизма высокого градуса в сфере музейного строительства! За критикой личности директора проглядывает косвенное критическое отношение к вышестоящему руководству, так как все «безобразия», перечисленные выше в нашей книге никому из начальства,… проверяющих музей невдомек, что они есть! Это говорит о профессиональном уровне надзирающих и комиссионно-проверяющих музей».

Впрочем, это действительно другая отдельная тема.

…В целом данная рукопись содержит актуальную разработку ряда проблем функционирования военно-морского музея и полезна для всех участников развития данного музейного учреждения. На этом основании считаю возможным и необходимым рекомендовать названную работу «Наставники и основатели» «САНКТ-ПЕТЕРБУРГ. 310 лет ВОЕННО-МОРСКОМУ МУЗЕЮ РОССИИ» книги серии «ПОРТЫ МИРА» к опубликованию и распространению. Полагаю, что гласность в решении описанных в альманахе насущных музееведческих проблем не только вполне уместна, но и необходима.

М. В. Борисенко- доктор исторических наук, профессор кафедры ОИПиС ГУМРФ имени адмирала С. О. Макарова

Фирменный знак книжной серии «ПОРТЫ МИРА»

Структура книги

Рецензии

Структура книги

О книгах серии «ПОРТЫ МИРА»

Второе обращение к А. В. Картаполову

Информация о книге на английском языке

От автора – составителя

Наставники и Основатели

Первое обращение к А. В. Картаполову

К выставочной деятельности ЦВММ

Крейсер «Михаил Кутузов» в 2011—2013 гг.»

Книги о Черноморском флоте 1875—2008 гг.

О музее писателей-маринистов

Попытка сделать заключение

Список литературы

Справка об авторе и участниках книги

О книгах серии «ПОРТЫ МИРА»

В книжной серии «ПОРТЫ МИРА», – рабочая группа серии- facebook.com/groups/182802885526491/ Вышла седьмая книга.

Наша серия просветительский и социальный проект! Авторы, художник, дизайнер, верстальщик и другие участники книг – альманахов серии «ПОРТЫ МИРА» отказались от какого-либо дохода при продажах книг №2 «Кронштадт…», – 28 авторов и участников; №3 «Владивосток…», 17 авторов и участников из 7 городов СНГ, четырёх флотов РФ; №4 «Архангельск. Северодвинск…», – 19 авторов и участников; №5 «Крым. Севастополь», 20 авторов и участников. №6 «Санкт-Петербург. 310 лет ЦВММ», – 12 авторов и участников.

Всего к 6-му альманаху авторский коллектив книжной серии «ПОРТЫ МИРА» насчитывает – 95 авторов. Наши авторы – ученые, кораблестроители, врачи армии и флота РФ, журналисты, художники, писатели, поэты и коллекционеры, среди них люди удостоенные званий Героя Советского Союза и героя России, орденов и медалей СССР и РФ. Наш книжный просветительский проект, касающийся в основном вопросов истории морского дела в России особенно приветствует участие в альманахах школьников, студентов и воспитанников военно-исторических и морских клубов.

Среди авторов большой процент участников с научным мировоззрением, удостоенные званий кандидатов, докторов наук доцентских и профессорских званий, преподающие самые разнообразные дисциплины в вузах стран СНГ (от истории и океанологии до кораблестроительных дисциплин, и от медицины до журналистики и философии, что позволяет публиковать статьи аналитической направленности, позволяющие людям ориентироваться в информационном мире наук о море и связанных с ними перспектив.

В серии вышли:

Книга-альманах №2 «Кронштадт…» (май 2017), А5 формат, 400 стр., более 150 иллюстраций. https://www.ozon.ru/context/detail/id/140870489/

Книга-льманах №3 – «Владивосток. Госпиталь. Участие в Русско-японской войне…» (август 2017г.), А5 формат, 400 страниц, 150 иллюстраций,

Е-версия: https://www.litres.ru/aleksandr-cymbal/vladivostok-istoriya-mediciny/.

И на других площадках: https://ridero.ru/books/vladivostok_1/;

https://ru.bookmate.com/books/IoQCeh2v; https://ridero.ru/books/vladivostok_1/

https://www.ozon.ru/context/detail/id/142027376/

Книга-альманах «Архангельск. Северодвинск…» (октябрь 2017г.), А5 формат, 400 страниц, 150 иллюстраций; https://www.ozon.ru/context/detail/id/160422081/?stat=YW5fMQ%3D%3D

Книга – альманах «Крым. Севастополь» (июнь 2018г.), А5 формат, 500 страниц, 200 иллюстраций. https://www.litres.ru/kollektiv-avtorov/krym-sevastopol-235-let-chernomorskomu-flotu-rf/chitat-onlayn/

Книга – альманах «Санкт-Петербург. 310 лет ЦВММ» (июль 2019г.), А4 формат, 630 страниц, 458 иллюстраций.

https://ridero.ru/books/sankt-peterburg_310_let_centralnomu_voenno-morskomu_muzeyu/

В серии «ПОРТЫ МИРА» вышел художественный альбом Севастополь» (2008), 136 графических работ с городским пейзажем белокаменного Севастополя – Херсонеса: http://www.ozon.ru/context/detail/id/4179855/?gclid=CKr0vem3jNYCFY0A0wodvDAMZw

Всего к маю 2020 года наши книги приобретены почти шестью тысячами человек, что говорит о востребованности нашей книжной серии. Особой популярностью пользуется «Архангельск. Северодвинск», значит интерес к Русскому Северу и северному морскому пути (Архангельск – Владивосток), за ними по популярности следуют «Севастополь», «Кронштадт», Названные книги более трёх раз объявлялись бестселлерами (более 100 скачиваний в месяц) … Каждый из альманахов, несмотря на молодой возраст возникновения серии (три года прошло с момента выпуска «Кронштадта…») уже давно достиг тысячного читателя.

С 2010 года мы мечтаем создать рисованный альбом «Санкт-Петербург». Приглашаем к участию в книжной серии «ПОРТЫ МИРА» текстами, документами, информационным и финансовым спонсорством.

Обложка первого издания книги

Второе обращение к А. В. Картаполову
«Об отсутствии интереса к поднятым в книге „СПб. 310 лет ЦВММ“ (июль 2019) вопросам у лиц государственных, должностной властью облеченных, за авторитет МО и ВМФ ответственных…»

«Бойся равнодушных! Это с их молчаливого согласия совершается все зло на земле!»

Юлиус Фучик

– Говорят в первом издании в нашей книге была допущена путаница, – фотографии первого раздела стоят не по месту в тексте, – У ЦВММ нами перечислено 200 ошибок в экспозициях… – надо исправлять ошибки не в книге, а в музее

Картаполов Андрей Валериевич-заместитель министра обороны РФ

Опыт шести месяцев трудов с нулевым результатом

«Корабль Славы» – Национальный морской музей России «повреждён». Об этом более 400 страниц в первом издании нашей книги! Наш соавтор Смирнов К. К. с 2015 по 2018 г., в тридцати письмах к директору ЦВММ Нехай Р. Ш., с иллюстрациями и ссылками на источники, разобрал более 200 исторических, смысловых и технических ошибок, допущенных музеем в экспозициях! Его письма остались без ответов. Часть писем Смирнова опубликованы в первом издании книги объёмом 160 страниц. Оставшиеся неизданными его письма на 70-ти страницах подготовлены к публикации. Письма К. Смирнова составили раздел «ТЕХНИЧЕСКАЯ КУЛЬТУРА И ИСТОРИЧЕСКАЯ ТОЧНОСТЬ», изданы к всеобщему обозрению как последняя возможность влияния на «ситуацию». Еще на 200 страницах в разделе «НАСТАВНИКИ И ОСНОВАТЕЛИ» разбираются утраты, понесенные музеем в результате неграмотного руководства. Считаем, что ЦВММ – «корабль русского морского патриотизма», применяя выражение С.О.Макарова – «утопили в бумагах»… И музейный авторитет вместе с ним. И это только один из «Ста вопросов к директору».

Ответьте на заданные в книге вопросы.

В этой короткой главе, уважаемый Андрей Валериевич, представляем наш, пока неудачный, опыт попыток и усилий обратить внимание на вопросы, связанные с руководством ЦВММ, вопросы, изданные в виде книги, в июле 2019г. под названием: – «САНКТ-ПЕТЕРБУРГ. 310 лет ЦВММ».

«Труды» предпринимаются уже восьмой год – 2012—2020.

Перечислим:

1. 2012—2013гг. Попытки обратить внимание на культурную трагедию крейсера – музея «М. Кутузов» (крейсер был закрыт для посещения с 2011 по 2013 годы под предлогом переподчинения) предпринимались неоднократно местными газетами Новороссийска и Кубани. На страничке Живого журнала https://m-kutuzov68.livejournal.com/ перечислены около 250 -ти писем в более чем 50 адресов разосланные в период «борьбы за крейсер» 2011 – 2013гг. Материалы на эту тему вошли в книги П.Рупасова: «ВМФ», 2016г., «Санкт-Петербург. 310 лет ЦВММ», 2019г. и «ВМФ России. 100 вопросов без ответов». Ответов от властей и ответственных лиц мы не получили ни разу… Как будто бы мы живем вне государства, в безвоздушном пространстве…

2. 2016—2018гг — оставшиеся без ответов 30 писем К. К. Смирнова с ошибками в экспозициях музея в адрес директора ЦВММ Нехай Руслана Шамсудиновича;

3. 2017—2019гг. – создана и издана книга «Санкт-Петербург. 310 лет Центральному военно-морскому музею»;

С мая по ноябрь 2019г книга передана в бумажном виде в дар, для ознакомления и/или рецензирования следующим ответственным лицам:

4. 2019г., май – начальнику НИИО (военной истории Северо-западного региона РФ) Научно-исследовательского института Военной академии Генерального штаба ВС РФ, Коршунову Эдуарду Львовичу – рукопись, с иллюстрациями, лично в руки;

5. 2019г., июль – Начальнику Главного военно-политического управления Вооруженных Сил Российской Федерации, Заместителю Министра обороны РФ генерал-полковнику Картаполову А. В. Обращение опубликовано в книге, изданной в июле 2019 года;

6. 2019г., август – Начальнику медицинской службы Главного командования ВМФ России, полковнику медицинской службы, доктору медицины, профессору Мосягину Игорю Геннадьевичу, книгу – лично в руки;

7. 2019г., август – Начальнику ВУНЦ ВМФ «Военно-морская академия имени Адмирала Флота Советского Союза Н. Г. Кузнецова» вице-адмиралу Касатонову Владимиру Львовичу; (книгу в бумажно виде, – через капитана 1 ранга Березюк Александра Петровича);

8. 2019г., август – Государственному советнику юстиции 1 – го класса, бывшему Главному военному прокурору Российской Федерации, генерал – полковнику юстиции, доктору юридических наук, профессору Дёмину Юрию Георгиевичу (книгу, – через Кульбатченко Сергея Анатольевича);

9. 2019г., август Ответственным лицам МО РФ (электронную книгу, – через капитана 2 ранга в отставке, писателя – мариниста Покровского Александра Михайловича;

10. С июля 2019г. по настоящее время книга находится в бесплатном доступе в электронном виде в интернете. Читателями книги стали сотни людей: https://ridero.ru/books/sankt-peterburg_310_let_centralnomu_voenno-morskomu_muzeyu/

Мы интересуемся: – Отсутствие принимаемых мер и ответов на заданные вопросы говорит о безразличии перечисленных адресатов к репутации ВМФ России?». – Наш коллективный труд по подготовке книги, длившийся более 2-х лет, издание книги А4 формата 630 страниц и 458 иллюстраций, критика и анализ, получившие положительные рецензии двух профессоров, – не нужны?

В сложившейся ситуации «вакууме – без ответов» планируем перевод настоящего издания книги на английский язык. Продолжаем искать людей, способных более внятно объяснить ответственным лицам по специальности, то, что за пол года после выхода книги не удалось объяснить нам».

Павел Рупасов

Информация о книге на английском языке

Об авторе; Аннотация к книге; Одна из рецензий; Второе обращение к заместителю министра обороны РФ А.В.Картаполову

Pavel Rupasov – naval doctor, 25 years of service in the Navy, retired Lieutenant Colonel. Author and compiler of six almanacs of the book series «PORTS of the WORLD».

The author’s team of the series is 95 people.

Almanac No. 8 «THE RUSSIAN FAR EAST AND ITS NEIGHBORS» is being prepared for publication with the participation of authors from China, Japan and South Korea.

Previously six books with philosophical stories and essays were published. E-mail: oheilik@inbox.ru.

Contact phone number: +79052527724. Saint-Petersburg. Rupasov Pavel Georgievich. http://www.facebook.com/groups/PORTS/

On the field of view of the author – the activities of the National Maritime Museum of Russia (CNM), St. Petersburg. Critical reflections on the losses of the Museum, memory and traditions of Russian military glory. Questions to the museum management are formulated on behalf of a simple visitor.

The first book on this topic (July 2019), having been delivered to the offices of high officials of the Navy and the Ministry of Defense of Russia, has no response.

This book is the second attempt to draw the attention of ordinary readers and responsible persons to the changes that have occurred in the walls of the institution formed by Peter the Great in 1709.

The author’s interests are not limited to the last 30 years of the organization’s life, its current policy and relations with citizens. Along with excursions into history —

«how it was», much attention is paid to the analysis of today’s Museum policy and its «portrait – «how it became…».

Third edition, revised and expanded.

The book has 115 illustrations.

Review

The book of Rupasov Pavel Georgievich «SAINT. PETERSBURG. 310 years of the Central Naval Museum of Russia» – the title of the full version of the book – is dedicated to the Central Naval Museum (CNM).

It includes a brief history of the museum, a critical evaluation of the activities of the modern management of the museum in a comparative historical aspect, as well as articles on topical issues of the development of the modern fleet and the historiography of the Black Sea Fleet.

The book is written in good Russian, it contains well-founded and factual arguments.

The book contains critical remarks, which, however, do not seek to denigrate the actions of the museum management, but are aimed at improving the work of the museum and strengthening its authority in society.

Analysis of the facts given in the book shows that this aim is quite achievable. The book is recommended for publication in the maximum possible circulation. The book is well illustrated and educationally significant for the modern reader.

March 22, 2019. Retired captain of the first rank, candidate of historical sciences, Professor Gribovsky Yu.

About the books of the series «PORTS OF THE WORLD»

In the book series «PORTS OF THE WORLD» – the working group of the series – facebook.com/groups/182802885526491/ the seventh book has been published.

Our series is an educational and social project!

The authors, artist, designer, layout designer and other participants in the almanacs of the series «PORTS OF THE WORLD» refused any income from the sale of books:

No. 2 «Kronstadt…,» – 28 authors and participants;

No. 3 «Vladivostok…» – 17 authors and participants from 7 cities of the CIS, four fleets of the Russian Federation;

No. 4 «Arkhangelsk. Severodvinsk …", – 19 authors and participants;

No. 5 «The Crimea. Sevastopol» – 20 authors and participants.

No. 6 «St. Petersburg. 310 years of CNM – 12 authors and participants.

The authorial collective of the book series «PORTS OF THE WORLD» has In all, 95 authors by the 6th almanac.

Our authors are scientists, shipbuilders, doctors of the army and navy of the Russian Federation, journalists, artists, writers, poets and collectors. There are persons among them, which are awarded with of Hero of the Soviet Union and Hero of Russia, orders and medals of the USSR and the Russian Federation.

Our book educational project, which mainly deals with the history of maritime affairs in Russia, particularly welcomes the participation of schoolchildren, students and pupils of military and naval history clubs in the almanacs.

Among the authors there is a large percentage of participants that have a scientific worldview, who are awarded with the titles of candidates and doctors of science, docent and professorial status. They teach a wide variety of disciplines in universities of CIS countries (from history and oceanology to shipbuilding disciplines, and from medicine to journalism and philosophy, which allows to publish articles of analytical orientation that allow people to navigate the information world of marine sciences and related perspectives.

The following books were published in the series:

The book-almanac No. 2 – «Kronstadt…» (May 2017), A5 format, 400 pages, more than 150 illustrations. https://www.ozon.ru/context/detail/id/140870489/

The book-almanac No. 3 – «Vladivostok. Hospital. Participation in the Russo-Japanese War…» (August 2017), A5 format, 400 pages, 150 illustrations, E-version: https://www.litres.ru/aleksandr-cymbal/vladivostok-istoriya-mediciny/.

And on other sites: https://ridero.ru/books/vladivostok_1/; https://ru.bookmate.com/books/IoQCeh2v; https://ridero.ru/books/vladivostok_1/ https://www.ozon.ru/context/detail/id/142027376/

The book-almanac «Arkhangelsk. Severodvinsk…» (October 2017), A5 format, 400 pages, 150 illustrations; https://www.ozon.ru/context/detail/id/160422081/?stat=YW5fMQ%3D%3D

The book-almanac «Crimea. Sevastopol» (June 2018), A5 format, 500 pages, 200 illustrations. https://www.litres.ru/kollektiv-avtorov/krym-sevastopol-235-let-chernomorskomu-flotu-rf/chitat-onlayn/

The book-almanac «Saint Petersburg. 310 years of CNM» (July 2019), A4 format, 630 pages, 458 illustrations. https://ridero.ru/books/sankt-peterburg_310_let_centralnomu_voenno-morskomu_muzeyu/

An art album «Sevastopol» (2008) was published in the series «PORTS OF THE WORLD»,

136 graphic works with the urban landscape of white-stone Sevastopol – Chersonesus: http://www.ozon.ru/context/detail/id/4179855/?gclid=CKr0vem3jNYCFY0A0wodvDAMZw

In all by June 2019 our books have been purchased by five thousand people, which indicates the demand for our book series.

«Arkhangelsk. Severodvinsk» is particularly popular, – interest in the Russian North and the northern sea route (Arkhangelsk – Vladivostok) is not fading. They are followed by «Sevastopol», " Kronstadt» in popularity.

These books were declared bestsellers more than three times (more than 100 downloads per month) … By the time of writing this text (April 2020) each of the almanacs, despite the young age of the series (three years have passed since the release of «Kronstadt…"), has reached the milestone of a thousand readers.

Since 2010, we have been creating a hand-drawn album «Saint Petersburg». We invite you to participate in the book series «PORTS OF THE WORLD» with texts, documents, information and financial sponsorship.

The second appeal to the A. V. Kartapolov

«About the lack of interest in the raised in the book questions» St. Petersburg. 310 years of the Central Naval Museum of Russia» (July 2019) in persons of state, vested with official power, responsible for the authority of the Ministry of Defense and the Navy…»

«Fear the indifferent! It is with their tacit consent that all evil on earth is done!»

Julius Fuchik

– They say in the first edition in our book there was confusion, – photos of the first section are out of place in the text. – We have listed 200 errors in expositions at CNM … – it is necessary to correct the errors not in the book but in the museum.

Kartapolov Andrey Valerievich – Deputy Minister of Defense of the Russian Federation.

The experience of six months of work with zero result.

«Ship of Glory» – National Maritime Museum of Russia is «damaged.» This is about it more than 400 pages in the first edition of our book!

Our co-author Smyrnov K. K. from 2015 to 2018 in thirty letters to the Director of CNM Nehai R. Sh., with illustrations and references to sources, reviewed more than 200 historical and technical mistakes made by the museum in expositions!

The letters were left unanswered.

Some of Smirnov’s letters are published in the first edition of the 160-page book. His remaining unpublished letters on 70 pages are ready for publication.

K. Smirnov’s letters made up the section «TECHNICAL CULTURE AND HISTORICAL ACCURACY». They are published as the last opportunity to influence the «situation».

Another 200 pages in the section «MENTORS AND FOUNDERS» deals with the losses suffered by the Museum as a result of illiterate management. We believe that CNM – «the ship of Russian naval patriotism», using the expression of S. O. Makarov – «drowned in papers»… and museum authority with it. And this is only one of the «Hundred questions to the Director».

Answer the questions asked in the book.

In this short chapter, dear reader, we present our, so far unsuccessful, experience of attempts and efforts to draw attention to issues related to the management of the CNM, issues published as a book in July 2019 under the title «SAINT. PETERSBURG. 310 years of the CNM».

«Works» have been taken for five years – 2016 —2020

We list:

1. 2016—2018 – 30 letters of K. K. Smirnov that were left unanswered with errors in expositions of the museum to the director of CNM Nehai Ruslan Shamsudinovich.

2. 2017—2019 – the book «Saint Petersburg: 310 years of the Central Naval Museum» was created and published»;

From May to November 2019 the book was donated in paper form as a gift for familiarization and / or review to the following responsible persons:

3. 2019, May – to the chief of the NIIO (military history of the North-Western region of the Russian Federation) Research Institute of the Military Academy of the General staff of the armed forces of the Russian Federation, Korshunov Eduard Lvovich-manuscript, with illustrations, personally in hand;

4. 2019, July – to the Head of the Main Military-Political Directorate of the Armed Forces of the Russian Federation, Deputy Minister of Defense of the Russian Federation, Colonel-General A.V. Kartapolov. The appeal was published in a book published in July 2019;

5. 2019, August – to the Head of the Medical Service of the High Command of the Russian Navy, Colonel of the Medical Service, Doctor of Medicine, Professor Mosyagin Igor Gennadievich, personally in hand;

6. 2019, August – to the Chief of the VUNC of the Navy «Naval Academy named after Admiral of the Fleet of the Soviet Union N. G. Kuznetsov» Vice-Admiral Vladimir Kasatonov; (the book in paper form through the captain of the 1st rank Berezyuk Alexander Petrovich);

7. 2019, August – to the State adviser of justice of the 1st class, former Chief military Prosecutor of the Russian Federation, Colonel General of justice, doctor of law, professor Demin Yuri Georgievich (book through Sergey Kulbatchenko);

8. 2019, August – Responsible persons of the Ministry of Defense of the Russian Federation (e-book through the captain of the 2nd rank retired, marine writer Alexander Pokrovsky);

9. Since July 2019 to date, the book is in free access in electronic form on the Internet. Readers of the book were hundreds of people: https://ridero.ru/books/sankt-peterburg_310_let_centralnomu_voenno-morskomu_muzeyu/

We are interested:

– The lack of measures taken and answers to the questions asked indicates the indifference of these recipients to the reputation of the Russian Navy?».

– Our collective work on the preparation of the book, which lasted for more than 2 years, the publication of an A4 book of more than 600 pages and 458 illustrations, criticism and analysis, which received positive reviews from two professors, is not necessary?

In the current situation of «vacuum – without answers», we plan to translate this edition of the book into English. We continue to look for people who can more clearly explain to the responsible persons in the specialty what we were not able to explain for half a year after the book was published.»

Pavel Rupasov

Русский мореплаватель, географ и ученый Ф.П.Литке, генерал-адъютант, адмирал (1855),президент Академии Наук в 1864—1882.

От автора

Автор-составитель альманахов серии «ПОРТЫ МИРА» Рупасов П. Г.

Эта книга собрана из малой части той внутренней жизни, которой богат любой музей. Музейная жизнь, при тесном и длительном соприкосновении с нею невозможна без многих и многих людей, научных, популярных трудов и статей, созданных в музее и о нем.

Господа директора и начальники музея, как вам задавать вопросы?

Ни Ваш предшественник Лялин Андрей Яковлевич, ни Вы, Руслан Шамсудинович недоступны на сайте музея. Лялин просто не отвечал ни на чьи письма в гостевой книге, о чем можно справиться на нашей страничке о судьбе крейсера-музея «Михаил Кутузов» за период 2011—2013 гг.: Страничка на «Живом Жернале»: m-kutuzov68.livejournal.com/. У Вас, Руслан Шамсудинович, при формировании нового сайта с 2014 г. «гостевая книга» была уничтожена…

Пришлось на возникающие у посетителей вопросы заниматься «реконструкцией» – придумывать самостоятельно все возможные ответы, моделировать обстоятельства и причинно-следственные связи, как устроен «черный ящик» «Летописи славы русского флота»**.

«Летопись славы русского флота» – название статьи о ЦВММ в газете «Красный флот» 1941г., 6 февраля, с.3, автор Тарле Е.)

Не каждую новую эпоху Россия имеет настоятельную необходимость к строительству все более сильного морского флота. Музей, начавшийся в 1709 году с модель-камеры для изготовления чертежей и моделей кораблей, назначенных к строительству, просуществовал без малого сто лет как чертежная и модельная мастерская. К 1744 году была осознана необходимость сохранения старых чертежей и моделей кораблей, построенных когда-либо на уже многочисленных верфях Российской империи. Велено было их собрать в модель-камере, но ни в Тихвине, ни в Брянске, Астрахани и Архангельске, ни даже в Петербурге (сыскали всего три модели) моделей (макетов) кораблей обнаружено уже не было. Они закончили свой век по ветхости или нерадению. Так же как многие и многие корабли, которые заповедано царями-императорами «хранить вечно», о чем рассказ будет впереди. С 1805 года модель-камера преобразована в Морской музеум. От императора к императору осознание в необходимости большого флота для России претерпевало изменения и не всегда в пользу флота. Некоторые историки считают, что сильный флот у России был только два раза – при Екатерине Великой и при Советском Союзе, когда обеспечивалось присутствие флота во всех океанах. Во все другие периоды нашей истории он был второстепенный, нам «по зубам» были турки, но противостоять остальным европейским морским державам мы серьезно не могли.

Но вернемся к хронологии:

В 1827 году музей расформирован (языком того времени – раскассирован) снова до масштабов «чертежной мастерской», модель-камеры.

Через 37 лет застоя, после осознания неудач в Крымской войне 1853—1856 гг. в 1864 году музей вновь начинает возрождаться.

В 1854 г. лондонская «Таймс» писала: «Хорошо было бы вернуть Россию к обработке внутренних земель, загнать московитов вглубь лесов и степей». В том же году Д. Рассел, лидер Палаты общин и глава Либеральной партии заявил: «Надо вырвать клыки у медведя… Пока его флот и морской арсенал на Черном море не разрушен, не будет в безопасности Константинополь, не будет мира в Европе».

Рассматривая цифры посещаемости музея в разные периоды, видно, как с увеличением популярности флота среди населения России (и СССР) посещаемость музея увеличивалась, а с падением интереса государства и населения к собственному Военно-морскому флоту посещаемость музея падала. Так косвенно можно было всегда проследить степень и градус интереса населения страны к морским делам, а значит и авторитет флота и флотских профессий в России.

Анализ посещаемости музея в 2013—2018 гг. подвергается коррекции в сторону искусственного увеличения посещаемости со стороны управленцев, с целью передовой отчетности и роста статистических показателей. Этому «процессу» мы посвятим отдельное маленькое исследование.

Петровские слова «Флоту быть» оспаривались еще много раз, и эта фраза актуальна до сегодняшнего дня.

Например, депутат Государственной думы Николай Марков в 1908г. на обсуждении необходимости строительства больших кораблей для флота говорил:

«Броненосцы не соответствуют русскому духу, русскому нраву. Броненосец есть прежде всего машина или, вернее сказать, сочетание множества сложнейших машин. А машину изобрел не русский дух, машину изобрел „англичанин-хитрец“. Англичанин – хитрец, русский – удалец. Это надо всегда помнить. В деле машины, в деле техники, в деле военных ухищрений англичанин-хитрец всегда опередит русского удальца. Но зато никогда не сравняться размеренному англичанину с необъятным размахом удали русской. Всякое оружие должно быть сподручно воину, должно соответствовать его воинскому нраву… Русская удаль требует себе легкого, быстроходного, отчаянно смелого корабля, такого корабля, который как можно больше зависел бы от смелости экипажа и как можно меньше от машинной хитрости. Миноноски, подводные лодки, легкие крейсера, береговые плавучие батареи – вот элементы русского берегового флота. Русский флот должен быть именно береговым, а не океанским, должен быть береговым, потому что русский воин всегда больше верит в землю, чем в море. Все подвиги русских моряков неизменно происходили в виду берега… Это вполне логический исторический факт. Русский моряк может оказать чудеса храбрости, может победить кого угодно, но ему надо видеть берег, ему надо чувствовать, что он защищает свою землю».

Эта речь направлена на то, что русским не нужны большие океанские корабли, то есть не нужно их строить и затрачивать на них такие колоссальные средства.

Сегодня, по прошествии 110 лет, видно, как субъективны мысли, приведенные в цитате. Но и, одновременно, как убедительна речь Маркова! И нам, непрофессионалам, трудно бывает разобраться в положении дел во флоте. И не моряку Николаю Маркову трудно. Но разбираться надо. И Командующему Воздушно-космическими силами РФ С. В. Суровикину, «чистому» танкисту, приходится разбираться в «воздушно-космических» силах страны… И, наконец, Нехаю, не моряку по военной профессии!

Являясь патриотами России, мы не будем здесь вспоминать, кто и как командовал нашей армией и флотом в последние четверть века и почему генерал-майор авиации в отставке Александр Руцкой в 2018 году, с горечью говорит: – «готов стать директором театра оперы и балета».

Макаров Степан Осипович (1848 – 1904), российский флотоводец и учёный, вице-адмирал (1896 г.).

Пытаясь понять происходящее, нам остается предположить, что из двух критериев – профессионализм и надежность – выбираются надежные, в ущерб профессионализму. Так происходит потому, что выбирают на ответственные должности из надежных. Видимо, таких людей в штабах мало, поэтому ЦВММ с 2013 года возглавляет политработник – танкист, а не флотский человек. Это единственное, что мы можем предположить, отвечая себе на вопрос:

Почему во главе ЦВММ стоит не флотский человек?

– Потому что надежный.

Получилось, что на ВМФ надежные уже все распределены на ответственных постах, а среди оставшихся надежных не нашлось…

Известна мировая морская практика: очередное воинское звание морскому офицеру присваивалось только по количеству наплаваных в море часов. Наплавал – получи лейтенанта. Еще наплавал – получи «старлея».

Сколько часов провел Руслан Шамсудинович в морях? Сколько вахт отстоял?

Не был Руслан Шамсудинович в море и в морских военных походах и в практических учениях не участвовал. Выучки в морских специальностях не имеет, и о взаимозаменяемости матросов на боевых постах не знает. Руслан Шамсудинович не мореходец, ничего не наплавав «получил» звание контр-адмирала в запасе в 2017 году. А в 2018 году в очередной раз «доказал», совершенно не стесняясь и не конфузясь, с кафедры выступая, перед гостями и сотрудниками музея: «Я и сам недавно узнал, что А. Н. Бестужев был заведующим отдела нашего музея!» А сколько часов декабрист и капитан-лейтенант императорского флота Бестужев наплавал, прежде чем стать заведующим модель-камерой в 1825 году, Вы, Руслан Шамсудинович, знаете? И что последние свои морские походы Бестужев совершал в качестве официального историографа флота…?

На шестом году своего начальствования, Руслан Шамсудинович, пора такие вещи знать. Чтобы их знать, нужно книжки читать, хотя бы про вверенный Вашему управлению Морской музей.

И что преемник Бестужева, также обвиненный в причастности к Восстанию декабристов 1825 года, лейтенант Д. И. Завалишин – мореходец, член команды шлюпа, предпринявшего кругосветное плавание под командованием В. М. Головина, знаете?

В предпоходовый период Дмитрий Иринархович пишет: «В Кронштадте все возмущало меня, так как все было пропитано невыразимыми злоупотреблениями. На каждом шагу я приходил по поводу их к неприятным столкновениям…» – извлечение из описания кругосветного плавания на шлюпе «Камчатка» в 1817—1819 гг. в книге В. М. Головнина «Материалы для истории русских заселений по берегам Восточного океана». Вып. 4. СПб., 1861, стр. 95—123.

А какие предложения выслушивал от Завалишина император Александр Второй? Что император всея Руси ответил Завалишину, вскоре принявшему заведование модель-камерой нашего с Вами национального музея?

Докладываю, Руслан Шамсудинович: император всея Руси на предложения лейтенанта флота Завалишина об организации в Калифорнии «Ордена Восстановления» как ядра Новой Калифорнии ответил лейтенанту /по памяти/: «Интересно, но трудновыполнимо».

А в марте 1826 года Завалишин, лишенный дворянского и офицерского звания, убыл вслед за остальными 126 декабристами, среди которых 37 флотских офицеров, по этапу в Сибирь, на каторгу, где среди других отбывал каторжный срок в моем родном городе Петровске-Забайкальском. В Петровске же отбывал каторгу и Николай Александрович Бестужев, оставивший нам акварельные пейзажи города, виды Петровской тюрьмы, несколько десятков портретов декабристов… и новый собственного изобретения морской хронометр, географические описания мест Сибири, коляску для передвижения по снегу зимой – «Бестужевку».

А почему Завалишин – «последний» декабрист?

Завалишин Дмитрий Иринархович, лейтенант флота, дворянин, сын адмирала, является последним декабристом оттого, что из всех декабристов он умер последним. Умер в Москве, известно на каком кладбище, и могила его не сохранилась. Может быть, ее поискать сотрудникам ЦВММ?

Ведь нашли американцы могилу героя своей освободительной войны Джона Пол Джонса (1747—1792), которого считают основателем американского флота, – почетное «звание», обретенное Полом Джонсом в ходе Войны за независимость (1775—1783), – в ходе боевых действий заслужил должность командира эскадры из пяти кораблей… Получил приглашение Екатерины II, для участия в русско-турецкой войне (1787—1791); оставаясь американским гражданином, командовал в звании адмирала пятью русскими линейными кораблями и восьмъю фрегатами; разбил турецкий флот под Очаковым; добивался наёма моряков-американцев на русские корабли. Уехал в Париж, где неожиданно умер и был похоронен.

Его тело нашли американцы.

Американцы искали своего героя и гражданина; нашли /по памяти/ под городской застройкой в одном из районов Парижа. «Флотская» подробность: могила «русского адмирала», героя Америки и Российской империи – была вскрыта. Обнаружилось, что тело по моде того времени, покоится в тубусе с коньяком…

В 1905 году заспиртованное тело Джона Пола Джонса переправили в США и с высшими почестями перезахоронили на территории военно-морской академии в присутствии президента Теодора Рузвельта.

Почему американцы его искали и нашли? -Им нужен был герой войны за независимость! Герой Америки, к слову, – герой России тоже, то есть Российской империи. Только ни его могилу, ни могилу Завалишина, ЦВММ не искал и искать не будет.

Что, россиянам герои не нужны? Разнадобились?

– Мемориальная доска Джону Пол Джонсу установлена в 2008 году по адресу: Санкт-Петербург, Гороховая, 12;

В Летнем саду Кронштадта 6 июля 2002 г. установлена гранитная стела с надписью:

«На этом месте к 300-летию Санкт-Петербурга будет установлен памятник Джону Полу Джонсу (1747—1792). Контр-адмиралу российского флота, герою Американской революции, кавалеру высших орденов Франции. Город Кронштадт».

Для того чтобы такие вещи знать о Ваших, Руслан Шамсудинович, славных предшественниках на посту ЦВММ, нужно было пять лет читать «специальную и в том числе техническую литературу», и тогда вы бы приблизились к миропониманию морского человека, хотя бы в теоретических знаниях.

Но этого не случилось.

То, что наш неутешительный вердикт правильный и справедливый, доказывается легко: Ваши ближайшие заместители не знали этого (о Завалишине) тоже. Если бы знали, то такие сенсационные «вещи» о знаменитых Бестужеве, Крузенштерне, Сарычеве и, «оказывается», Завалишине и других были бы у сотрудников на слуху, местом общей гордости, передавались бы из уст в уста. Но нет такого в Вашем ближайшем окружении. Осмелюсь предположить. Но читающая книги культура в музее всегда есть и будет, никуда не исчезала! Только Вам лично она не нужна. Вы в национальном музее России делаете то, что умеете. А надобно бы делать и знать больше. В музее нарушена пропорция, Вами создан «перекос» в сторону зрелищности и массовости, в сторону «быстрого» патриотизма. Отгреметь фанфарами, отрапортовать о выполнении мероприятия и срочно заниматься следующим мероприятием. «Потогонный метод». Но музей не укладывает рельсы на комсомольской стройке… Эффективность главного национального музея России не измеряется в кубометрах, добытых из «недр» – планов воспитательного отдела МО РФ… «Добыча» музея иная. Оркестры, построения и массовые действа в атриуме музея на освобожденных для этой цели от экспонатов 1 000 кв. метров – это новшество, и это прекрасное новшество, но поверьте, это только часть работы Центрального военно-морского музея России. Нужно знать, любить и исполнять все многочисленные другие важные составные части музейной работы.

Восстановите пропорцию, Руслан Шамсудинович!

Второе доказательство «иной», то есть антимузейной атмосферы вокруг Вашего управленческого ядра: в разговорах с Вашими заместителями выясняется, что не все (то есть почти никто) из них знают, что письма, дневники, в т.ч. дневники путешествий и плаваний, воспоминания вышеперечисленных и неупомянутых начальников и директоров ЦВММ – Морского музеума и модель-камеры – ими велись, и записи эти в архивах имеются. Эти материалы в большой части изданы, и в ряде случаев даже при их жизни. И что некоторые из этих текстов (дневников и воспоминаний) были изданы и в советские и в досоветские времена…

И не знают Ваши заместители (оговорюсь, некоторые знают), кандидаты разных наук, что с 2011 по 2013 годы все эти воспоминания каждого из вышепоименованных мореплавателей, бывших сотрудниками нашего Морского музеума, объемом по 700—900 страниц оцифрованы энтузиастами и любителями отечественной истории и выложены в свободном доступе в интернете.

Ваши заместители книжки читают… и вышесказанное знают, но их «речи за десять шагов не слышны»*. Они другие книги читают и пишут другие. Согласно поставленным Вами задачам.

*– О. И. Мандельштам. Стихотворение «Мы живём под собою…» 1933 г.

Любовь к морским профессиям

«Вопросы без ответов»

В результате дефицита знаний по морской технической культуре и другим морским дисциплинам Вы попадаете в длительный «марафон» – «галерею вопросов без ответов», часть из которых размещена в первом издании книги – полной версии, где с фотоматериалами приведено около трехсот (300!) замечаний, неточностей по истории флота и технической части в вопросах вооружения и боевого обеспечения. А это значит, что музей не обеспечивает посетителей достоверной информацией в 300 случаях. Значит, музей «обеспечивает» посетителей недостоверной информацией…

Ситуация с «вопросами без ответов»: – имеются в виду письма Константина Смирнова, опубликованные в полной версии нашей книги вышедшей в свет в июле 2019 года), – вопросы, на которые Вы не реагируете уже четвертый год, /начиная с 2016-го/) парадоксальна: люди, посвятившие жизнь истории флота, как составной части нашего отеческого патриотизма, пишут Вам замечания, имеющие место в экспозициях музея. Вы, как единственный человек в музее, имеющий право на переписку, этих замечаний не читаете или по иным причинам на замечания, понижающие высокий статус музея, не реагируете. Замечания «накапливаются». К Вам выслано только одним кораблестроителем Смирновым К. К. тридцать писем с музейными ошибками, неточностями, «казусами», фактами позорного незнания истории флота и исторических документов. Стыдно нам, но видимо не Вам, ибо замечания Смирнова «стоят» в прежнем виде, без внимания и продолжают ужасать посетителей знающих, в отличие от Вас, историю флота и его вооружения.

Повторим: – Все сказанное представлено в полной версии настоящей книги, в части «Письма К. К. Смирнова в адрес Р. Ш. Нехая» и дает возможность и основание говорить о фактах недостоверной подачи музеем технических и исторических вопросов, нарушениях прав потребителя: потребитель получает «некачественную услугу» в виде недостоверной информации.

Как это стало возможным в единственном национальном морском музее России?

Что Вы думаете, эта цепь – цепь причинно-следственных связей зашла тупик и нас в тупик завела? Не зашла, не «завела». Отвечаем: исторической достоверностью при Нехае в музее не занимаются. Почему 30 писем и 300 замечаний К. К. Смирнова были не нужны и остаются без исправлений ошибок и изменений? В морском музее уже шестой год занимаются другими более важными вопросами: патриотической и воспитательной работой во все более и более широких масштабах занимаются, привлекая методы «массовости», маршевой оркестровой военной музыки, построений студентов в военизированной форме, с привлечением фанфар и приемов «большого голливудского шоу». С «наращиванием» количества выставок и плоскостных выставок в музее до 64 /по памяти/ за 2107 год, до 84 /по памяти/ за 2018 год. Выставка теперь готовится 22 дня (документы у редакции имеются), вместо 4—6 положенных месяцев. Даешь выставку за 10 дней? Как в старинной гуцульской сказке: «А две шапки из шкуры барана можно сшить?» – «Можно!» – «А три шапки из одной шкуры барана можно сшить?» – «Можно и три!» – «А пять шапок из шкуры одного барана можно сшить?..» – «Можно и пять».

Только «шапки», Руслан Шамсудинович, становятся негодными – маленькими – теряется смысл воспитательной работы молодежи и населения.

Смысл при таких «опережающих» темпах «обесценивается». Страдает все, и в первую очередь патриотизму нации в Вашем музее наносится все большая и большая травма.

Перечисленные методы «большого голливудского шоу» в 21 веке неизбежны. По этому пути идут все морские, и не только, музеи мира. Эта массовая организационная деятельность является данностью нашего времени. Мы – ДА! – этой массовой деятельности должны уделять «массу» внимания! И с этим мы согласны. Но, уважаемый Руслан Шамсудинович, наш с Вами корабль все еще Музей! Нельзя идти с угрожающим «праздничным креном на борт». Это приведет к неизбежному нарастанию крена, превращению «корабля» славы Русского флота в Эразмовский «корабль» и переворачиванию вверенного Вам «судна».

Восстановите пропорцию, Руслан Шамсудинович!

Объем писем Смирнова сегодня достигает 200 печатных страниц и 175 фотографий с подписями, разбором ошибок, источниковедческим обоснованием – указаниями на специальную литературу. Около 300 замечаний, адресованных Вам за последних три года.

Почему не отвечаете на письма посетителей музея, журналистов, например, М.Н.Золотоносова и иногородних русскоязычных граждан? Как такое стало возможно? По законам России на письма положено отвечать. Ответьте.

Смирнову не отвечают. А устно Смирнову сказано: «Не Ваше дело…»

Константин Кириллович, коренной петербуржец, строивший своими руками корабли и малые плавсредства, имеющий соответствующее техническое кораблестроительное образование, эрудированный и воспитанный человек, вынужден Вам на Ваше «Не Ваше это дело» отвечать: «Ошибаетесь, Руслан Шамсудинович, – мое».

«Это дело» – Ваше, Руслан Шамсудинович, и Смирнова, и всех тех, кто посещает музей, временные выставки ЦВММ и его сайт. Дело это – национальное! И бережете его, Руслан Шамсудинович, не Вы один. Дело это славное нация бережет. Но уж доколе это дело только «ВАШЕ», то уж, тогда, и книга эта «ПРО НЕХАЯ»…

В этом «научном и содержательном» Вашем ответе Смирнову «Не Ваше дело» хорошо просматривается Ваш стиль работы с сотрудниками и посетителями, Руслан Шамсудинович!

Горько то, что мы знаем итоги выхода настоящей книги в свет: Вы не прочтете эту книгу, и ничто в Вас не изменится, и Ваши начальники и заместители тоже эту книгу не прочтут. Им – вашему начальству в департаменте культуры МО РФ – и Вам лично, Руслан Шамсудинович, некогда. Важные и государственные дела занимают все ваше рабочее время…

Вот такие «итоги» написания и издания нашей книги нами прогнозируются.

Почему Вы на закрытые заседания коллегий морских музеев, презентации книг, научные конференции музейные никого, кроме приглашенных, не допускаете?

Ваши конференции «патриотически – закрытые мероприятия»?

– Всегда?

– Всегда!

Почему даже для сотрудников музея Вы создали такое постоянно действующее в музее постановление – «не пускать в конференц-зал на слушание докладов под страхом лишения квартальной премии»? За исполнением этого негласного (?) «распоряжения» строго следит «начальник режима» и еще два—три «особо доверенных» лица – инженер, пожарный и председатель второго музейного профкома, числящаяся в научно-экспозиционном отделе, в котором она, почему-то не работает, только зарплату получает исправно. Она – «порученец по особым делам»… И квартальной премии Вы в соответствии с докладной «начальника режима» лишаете, и фамилии лишенных за этот «проступок» в 2018 году мы можем назвать. Борьба за дисциплину – с сотрудниками? В подтверждение этих строк можем привести примеры лишения квартальной премии «за отлучку с рабочего места» на конференцию, проводимую в стенах ЦВММ в первом квартале 2018 г.

Константин Кириллович посещает ЦВММ как рядовой посетитель с 1971 года, и ему есть с чем сравнивать организацию экскурсионного дела «тогда» и «сейчас». Смирнов подарил музею 100 гигабайт специальной морской литературы – это колоссальная библиотека! В каждый новый свой визит в ЦВММ Смирнов передает в дар музею все новую и новую литературу в электронном виде.

Но, Вам, Руслан Шамсудинович не нужны эти книги и в списочный состав «ДРУЗЬЯ МУЗЕЯ» Константин Кириллович Вами не включен…

Константина Кирилловича Вы единственным ответом в письменном виде удостоили внимания, а устно обещали взять его на работу в ЦВММ. Но Ваш заместитель сказал Смирнову, что «мест нет».

Константина Кирилловича не пригласили в «Друзья музея», хотя такая «структура» в ЦВММ имеется. Когда он посещает Ваш музей, всегда передавая в дар в Е-виде собранные им книги, его поят чаем, и более никак применить его знания у музея «не получается»…

Почему это стало возможно при Вашем руководстве?

Можно перечислить элементы Вашего «бережного» отношения к сотрудникам, выращиванию новых и молодых специалистов, кадровой политике:

– Отсутствующая библиотека (не развернута с 2013 года) и отсутствующий интернет на рабочих местах научных сотрудников и экскурсоводов, и «мест нет» для желающих устроиться на работу в музей и одновременно большое количество «свободных» вакансий.

– Из экспозиционного отдела за полтора года 2017—2018 ушли шесть человек, и фамилии мы можем сообщить на суде чести. На офицерский суд чести – вот куда Вас необходимо вызвать. В экспозиционный отдел за последние 1,5 года пришли пять новых сотрудников, закономерно или подозрительно, но кроме одного никто из них ранее не имел опыта музейной работы.

– За этот период в музее сменились три заместителя по науке и два главных художника. Все заместители директора по науке были кандидатами наук (искусствоведения, философии, социологии /по памяти/). И среди них не было ни одного человека, имевшего флотский или армейский, офицерский профессиональный и жизненный опыт.

– В фонды (святая святых музея) берут людей «с улицы». Такого не было никогда! Фонды – особо оберегаемое музеями место, в них брали только людей с музейным опытом, проверенных на работе в «открытых» отделах.

– Последний раз молодые специалисты (историки и музейные работники) со студенческой скамьи распределялись в музей более пятидесяти лет назад – в 1957 году /по памяти/. С тех пор берут на работу в музей только «своих»: знакомых, родственников и т.д., безотносительно специальности. И в Ваши планы не входит изменить такое положение дел с молодыми специалистами.

«Элементы» Вашей кадровой политики можно легко продолжать, потому что людей, которых коснулась Ваша так неразумно применяемая «дисциплинарная длань», достаточно. Одни еще продолжают работать, другие «уволены по собственному желанию», по возрасту, без наград и почестей, проработав по 15, 20, 30 и более лет (есть и такие). Но они «не применяются» Вами, сидят по домам и через одного пишут свои исследования, воспоминания, потому что любят флот по-другому, не так, как любите его Вы: «Где мои статьи в журналах?» – цитата из «Сборника выражений Нехая». Сотрудниками замечен еще один «кадровый высокопрофессиональный ход» – всех, кто проработал в музее 4—5 лет, необходимо уволить под любыми предлогами». Чтобы в «жилах» музея не застаивалась «старая дурная кровь»? Или чтобы не вырастали знающие специалисты? Или Ваша кадровая политика – часть стихотворения Осипа Мандельштама: «Наши речи за десять шагов не слышны…»?

Кадровой политике музея мы планируем уделить отдельный раздел альманаха и рассмотреть в нем многие вопросы.

Почему Региональную общественную организацию ветеранов МВД Афганской и Чеченской войн Адмиралтейского района под председательством Игоря Дембовского не пригласили в «Друзья музея»? Члены этой организации в июне 2018 года выполнили условия вступления в «Друзья музея» – совершили бескорыстный поступок, подарив музею новую инвалидную коляску стоимостью более 6 тысяч рублей с передачей товарного чека. По условиям, разработанным Вами же, РОО, как дарителя более 5000 тысяч рублей, должны были включить в состав «Друзей музея», с предоставлением на один год /по памяти/ права бесплатного посещения ЦВММ одному или двум людям (друзьям). Первая инвалидная коляска у музея появилась за все время работы. А дарителей ЦВММ в Вашем лице не отблагодарил включением в состав «Друзей музея». Это упущение разве не нужно как можно быстрее исправить?

Вниманию любознательных читателей представляем наше собственное понимание «анатомии» случившегося казуса (с дарителями инвалидной коляски): в ЦВММ некому заниматься «друзьями музея». Эта работа кропотливая и для любого музея необходимая: так как «друзья» – люди состоятельные, они и дарители и спонсоры и меценаты. Здесь каждый музей проявляет свои дипломатические и культурные возможности, стараясь «закрепить» своих «друзей» в этом статусе надолго, желательно на многие годы. Но эту работу, как и работу собирательскую, ЦВММ, судя по случаю с РОО под председательством Игоря Дембовского и по другим имеющимся у нас документам, не проводит. Равно как не проводит и реальной закупочной политики. А ведь музей «приобретал покупкою» предметы истории и искусства, начиная с 1825 года, и в трудные послереволюционные годы (например в 1926-м), и в годы советской власти (то есть все время своего существования). Только начиная с 2013 г. мы не видим приобретений морского музея покупкою. А «видеть» этот процесс несложно: ЦВММ ежегодно представляет вниманию читателей сайта и своей газеты основные предметы, приобретенные дарением. Приобретенное дарением демонстрируется, а покупкою – нет. Значит, закупочная деятельность у ЦВММ с 2013 года отсутствует.

Этим двум вопросам («Друзья» и «Закупки») в нашей книге будет отведено специальное место.

Дарители инвалидной коляски – ветераны войн и сами по своему состоянию здоровья многие инвалиды, Ваш сайт, Руслан Шамсудинович, не обязаны посещать. О «Друзьях музея» они не знали. Их в друзья не пригласили по очевидной причине: музей работает по системе «ЗИС» («Звонки и Связи»). Но ни эти ветераны, ни досужие любители флота, такие как К. К. Смирнов и большой ряд других любителей и патриотов ВМФ (фамилии можем назвать), музею не нужны. Это не те «связи», которые Вы создаете или сохраняете.

Вам не нужны любители флота, они пишут письма и приезжают иногда из далеких и близких городов России и зарубежья, чтобы узнать о воевавших или служивших родственниках, или предложить музею архивы, или предметы своих умерших родственников. Это и многое другое приводит их издалека в Центральный военно-морской музей России.

В музей передаются книги морской тематики советского времени, часто весьма познавательные и представляющие собой библиографическую редкость. Все книги, вышедшие более 20 лет назад, являются по библиотечной классификации редкостью. К дарителям – чаще всего вдовам конструкторов атомных подводных лодок и офицеров подводных и надводных кораблей «уровнем» ниже капитана 1-го ранга – подчас не выходит никто: директор и его заместители заняты, начальник экскурсионного отдела в делах. С ресепшена, где до недавнего времени находился один из знатоков флота, а теперь, видимо, «не знаток», достойного сигнала «наверх» как не поступало, так и не поступает. Книги принимаются без счета – «навалом» работником ресепшена, без надлежащей регистрации и, конечно, без благодарственного письма и описи. Если литературу приносят директору в дар, все, в том числе вновь изданные, книги также не регистрируются, директором не читаются, через ПЯТЬ! минут они уже переданы секретарю, чтобы в кабинете директора не скапливались «посторонние предметы»…

Нам, пишущим эти горькие строки страницу за страницей, трудно удержаться в рамках «фактологических» и не давать характеристику методам работы руководства, равно как и самому руководству.

Из-за незнания истории флота Вы, Руслан Шамсудинович, попадаете в длительные разбирательства с посетителями и собственными сотрудниками, например, с высокопоставленными посетителями от военно-сухопутного ведомства в апреле /по памяти/ 2018 года на тему:

«Были или не были стиральные машины на „Авроре“ во времена Русско-японской войны 1904—1905 годов?»

Стиральные машины на «Авроре» были. Но «случай» этот в музее стал притчей во языцех не потому что Вы, как и высокопоставленные экскурсанты этого не знали, а потому что продолжали упорствовать, что «этого не могло быть». Вам недостаточно было справок, распечатанных из интернета, ни через один день, ни через один месяц (ЦЕЛЫЙ МЕСЯЦ ДЛИЛОСЬ РАЗБИРАТЕЛЬСТВО), и тогда Вы собственной рукой на докладной записке, представленной в Ваш адрес, начертали: «Впредь непроверенных сведений не применять». Каких, Руслан Шамсудинович, «непроверенных»? Вами «непроверенных» – непрочитанных книг и сведений мы «впредь» применять никак не сможем. Просто читайте книжки по истории ВМФ или доверяйте своему старшему научному сотруднику, между прочим, практически единственному в музее, владеющему двумя языками… А себе самому мы Вам рекомендуем занести выговор, задним числом. Будь Вы человек хотя и не флотский, но знаток, с пятилетним опытом, а не только пятилетним стажем директорствования в музее военно-морской истории и военно-морского искусства, или еще не знаток, но жадно впитывающий все знания по морским дисциплинам, традициям и истории ВМФ, Вам бы прощали такие оплошности – человек не может знать всё. В составе музея немало знатоков флота, экспертов, научных сотрудников, людей с большим, чем у Вас, флотским опытом.

Но где они?

В «экскурсионном отделе» из 16 человек персонала нет ни одного экскурсовода с военно- или просто морским опытом, а ведь не так давно они здесь работали (где они?) … Руководит отделом армейский отставной офицер, также не имеющий опыта службы на кораблях и береговых частях флота.

Ваш заместитель по науке, находящийся в должности и два его предшественника, также не имели никакого отношения ни к гражданскому, ни к военному флоту. Впрочем, этой и другим составным частям проводимой в музее кадровой политики будет уделено внимание в отдельной главе.

Но знатоков флота, его истории и техники в России всегда было достаточно! Где они?

С ними разрушены взаимоотношения. Вами разрушены, Руслан Шамсудинович. Они Вас боятся, избегают… Они ушли из музея, равно как ушли и самодеятельные экскурсоводы и клубы катерников и подводников, и этим «потерям» мы тоже уделим внимание в книге.

Поскольку Вы «ни то, ни другое, ни третье» – не моряк, не любитель истории флота и не «собиратель» человеческих драгоценных «душ», каковыми, кстати, были Ваши предшественники (и мы о них тоже расскажем в разделе к книге В.Б.Морозовой – о сотрудниках музея с 1936 по 1990-е годы) – эти Ваши стирально-мыльные оплошности видят все, кроме Вас, обличенного властью и употребляющего власть и «единоначалие» по своему разумению.

«Начальник делает то, что умеет», – говорят о Вас умные люди в музее… Ваши недостатки и оплошности музея собираются вокруг Вас, как металлические опилки вокруг магнита, создают неуничтожимую девиацию и составляют неотъемлемую часть Вашей биографии и, к сожалению, музея тоже. Такое положение недопустимо для авторитета национального музея страны.

Ваши деловые качества и высокая личная энергия позволяют Вам и музею с честью и достоинством встречать и провожать любые проверочные комиссии, «круглые» и юбилейные даты, события внутримузейные и касающиеся всей истории Великой России. Но, определенно нужно быть тщательнее в составлении экспозиций (о чем большой специальный разговор еще впереди) и бережнее к людям.

По характеру приведенных фактов можно предположить, что у Вас нет профессиональных экспертов и знатоков дела?

Но знатоки морского дела и истории в музее есть!

Почему начальниками отделов нашего музея от смотрителей в 18 веке, через лиц выше названных, через еще не названых – Сарычева Гавриила Андреевича, Крузенштерна Ивана Федоровича, через все времена до и после переворотные «великооктябрьские-революционные» и даже в новодемократическое время после 1991 года, почему начальниками музея назначали мореплавателей, героев и ученых? Потом стали назначать капитанов 1-го ранга (Кулешов до 1973 г., Фатеев до 1986 г., Алёшин до 1991 г., Корчагин до 2004 г., Шидаков до 2008 г.). А потом в начальники (до 2013 г.) попал с должности завхоза гражданский человек Лялин!? Опозорил музей… И ситуацию (с 2013 г.) «исправили» генерал-лейтенантом танковых войск, политработником Русланом Шамсудиновичем… Вы, Руслан Шамсудинович, сорок шестой начальник среди плеяды руководителей Модель-камеры, Морского музеума, Морского музея, Центрального военно-морского музея с 18 по 21 век. Говоря «счетом американских президентов», Вы 46-й президент.

Филиал ЦВММ крейсер-музей «М. Кутузов». Машинное отделение.

Почему прервалась плеяда мореходцев?

«Уносит ветер золотое семя, —
Оно пропало, больше не вернется.» *

* – Осип Мандельштам. Стихотворение «Феодосия»

1920г.

«Пропала плеяда» мореходцев, героев и ученых, их более нет в России? Или просто в должности начальников ЦВММ их почему-то больше не берут?

Вы не были бы поставлены на место директора и занимали бы эту святую для каждого морского офицера должность, если бы не умели хорошо делать то, что требуется начальству свыше. Отсюда закономерный и единственный вывод-предположение: все безобразия, которые нами перечислены, не входят в тот идеальный образ, который начальство свыше требует от Вас!

Только что мы обнаружили «новое и небывалое»: от Вас («свыше») требуется совершенно иная деятельность!, а «безобразия», уже перечисленные (и еще не указанные) в тексте нашей книги, относятся к величинам «МИЗЕРНЫМ», в расчет департаментом МО РФ и другими надзирающими за деятельностью музея «комиссиями» не берутся, не рассматриваются, и никому из начальства или многочисленных проверок, так часто наведывающихся в музей, невдомек, что они (наши замечания) есть! Это говорит о профессиональном уровне надзирающих и проверяющих музей?

Стоп. Рассмотрение этих вопросов выходит и за рамки, объявленные названием нашей книги, и за рамки нашей компетенции. То есть «жираф большой, ему видней» (В. Высоцкий).

Но вопрос мы обозначим так: – что же требуют от музея в настоящее время «начальство свыше»?

«Почему во главе ЦВММ стоит не флотский человек?» – Потому что надежный.

Карта оборонительных фортов Кронштадта

Но всё меняется. И то большое внимание, что уделяется сейчас в ЦВММ благодаря руководству музея, деловым и энергетическим качествам Руслана Шамсудиновича и командования флотом не музейной работе, а работе с учащейся молодежью, заставляет нас предполагать, что в ближайшее время здесь будут введены штатные офицерские должности. А вот займут ли эти должности флотские офицеры – в этом мы сомневаемся.

Фрагмент из полной версии книги САНКТ-ПЕТЕРБУРГ. 310 лет ЦВММ»

30 писем без ответов директору ЦВММ»

из 1-ой части книги – части «Практической»

В качестве иллюстрации к сказанному приводим несколько писем К. К. Смирнова.

Письма содержат вопросы и замечания Смирнова по экспозициям музея, неточностям, техническим и историческим ошибкам, приведшим к недостоверно подаваемой письменной и визуальной информации, вопросам строительства и вооружения флота, его действий, участия в событиях, материального обеспечения, технического и боевого снабжения, Письма к Р. Ш. Нехаю сопровождаются обширным иллюстративным материалом – 194 фотографии. Стилистика и пунктуация писем сохранена такими, как их, каждое в свое время, получал Нехай Р. Ш. от Смирнова К. К.:

«Первое мое посещение ЦВММ после переезда совпало с выставкой ««Аврора» в истории России».

Поразила подпись под фото в левом верхнем углу на стенде, где под фото крейсера «Аскольд» (построен в Германии на верфи Круппа) стояла подпись, что это крейсер «Аврора» перед спуском.

Фото 1

фото 1

Также была указана скорость крейсера 20 узлов, которую крейсер никогда не развивал. Максимальная скорость «Авроры» была 19,17 узла.

Было написано письмо следующего содержания:

«Отчет по испытаниям крейсеров «Паллада» и «Диана».

Как видно из испытания крейсеров «Паллада» и «Диана», означенные суда развили скорость только 19—19,17 узла, т. е. почти на целый узел меньше скорости, которая ожидалась при проектировании.

Этот неудовлетворительный результат заслуживает тем большее внимание, что оба крейсера развили не только положенное число индикаторных сил, но даже значительно превысили его. Вместо 11610 индикаторных сил, по которым проектировались машины этих судов, крейсер «Паллада» развил 13100, а крейсер «Диана» – 12200 индикаторных сил.

Трудно объяснить причину таких результатов, но одинаковость скоростей, которые развили крейсера, дает основание предположить, что в образовании их корпусов, вероятно, кроется одна и та же ошибка, одинаково сказывающаяся на скоростях обоих крейсеров».

ЦГАВМФ ф.417 оп. 1 д. 2505 л. 24—25. На испытаниях «Авроры» 25 октября 1902 года скорость была 19,28 узла при мощности 13007 л. с. На испытаниях «Авроры» 9 ноября 1902 года скорость была 18,75 узла при мощности 12277 л.с. и переуглублении 19 см. Т. е. скорость «Авроры» практически полностью одинакова со скоростью однотипных крейсеров. Так что озвученная на экспонатах скорость «Авроры» никогда не была 20 узлов. Данные взяты из книги Поленова «Крейсер Аврора». – Ленинград: «Судостроение», 1987 г.

Последующее знакомство с экспозицией музея сильно насторожило меня. На выставке, посвященной Балтийскому заводу, в витрине с закладными табличками кораблей, построенных на нем, лежали таблички крейсера «Очаков» (построен в Севастополе) и царской яхты «Штандарт» (построена в Дании). По поводу выявленных неточностей у меня началась переписка с руководством музея.

Полное содержание писем приводить не буду, чтобы не утомлять читателя, а просто озвучу неточности в экспозиции музея, описанные в них. – На табличке макета 8-дюймового орудия было написано, что это орудие «гладкоствольное системы Пестича».

/Мною/ было написано письмо, что Пестич никакого отношения не имеет к этому орудию, да и само орудие не было гладкоствольным, а было нарезным не скрепленным образца 1867 года (крупповским). А вот само орудие установлено на станок системы Пестича.

Фото 2

фото 2

Орудие, установленное на станок системы Пестича

Были высланы книги «Исторический очерк развития наибольшего берегового калибра в России» (С-Петербург, 1889 г.), где находится описание этого орудия, и «Памятная книга для морских артиллеристов» (С-Петербург, 1872 г., там есть этот станок). После этого табличка была исправлена. Но это оказалось ненадолго.

Фото 3.

Макет крепостного орудия, на табличке которого написано, что орудие имеет «ленточный компрессор».

фото 3

О том, что это название неправильное, я говорил работникам музея неоднократно, высылал книги, где написано правильное название – «струнный компрессор». Но работники музея не соизволили исправить табличку.

фото 4

Фото 4.

Следующий экспонат, подпись у него «Модель адмиралтейского якоря системы Паркера образца 1840 года». Работников музея не смущают слова «образца 1840 года» в разделе эпохи Петра Великого.

фото 5

Фото 5.

В витрине войны 1812 года находится пистолет с ударно-капсюльным замком. Как было озвучено ранее, ударно-капсюльный замок был у оружия образца 1843 года.

Было написано письмо по этому поводу и в очередной раз выслана книга* Федорова В. Г. «Вооружение русской армии за 19 столетие», Санкт-Петербург, 1911 год, где описаны все образцы стрелкового оружия, бывшие на вооружении русской армии в этот период.

фото 6 а

Фото 6 а.

фото 6 б

Были написаны три письма со ссылками на описание этого орудия. Высланы книги того времени с описанием, таблицы линейных размеров, где было написано, что шведский дюйм меньше английского. И только после этого фото, где на линейке штангенциркуля виден калибр орудия 44 мм.

Фото 6 б.

Табличку изменили и на новой написали правильный калибр 44 мм (1,75 дюйма ШВЕДСКОГО), но эпопея с табличкой орудия на этом не закончилась…»

Конец цитируемого фрагмента. С большей частью текстов писем и фото Константина Кирилловича Смирнова (170 страниц и 194 фотографии) можно ознакомиться в полной версии нашей книги в свободном и для желающих, бесплатном доступе в интернете по адресу на Ф-буке: /groups/PORTS/ или пишите, вышлем в электронном виде всем желающим.

Великий князь Константин Николаевич (1827 – 1892)

Наставники и основатели

Главные смыслы и хождения «по морям» и «за три моря» в нашей книге почерпнуты из «трех начал»:

– книга историка флота Степана Фёдоровича Огородникова, описывающая времена жизни морского музея с 1709 по 1909 гг. [Огородников, 1909].

Степан Фёдорович Огородников

Степан Фёдорович Огородников (1835—1909) – офицер Российского Императорского флота, участник Крымской войны 1853—1856 годов, историк, исследователь отечественной морской и военно-морской истории, офицер ученого отделения Морского технического комитета, писатель, краевед, автор трудов по истории Архангельского Поморья, действительный член Императорского русского военно-исторического общества.

2) статья начальника ЦВММ в период с 1991 по 2004 гг. Евгения Николаевича Корчагина, описывающая времена с 1917 по 2004 гг. [Девять…, 2004];

3) труды директора ЦВММ с 2013 по наст. время Руслана Шамсудиновича Нехая с 2013 по 2019 г.

Мы взяли эти три фамилии как «реперные точки», помогающие следовать нашей книге на пути рассмотрения эволюций, происходивших с музеем и в музее за 310 лет его существования.

Упомянутая книга «История ЦВММ (1709—2019)» на 760 страницах издана музеем в январе 2019 года и на 80 процентов написанная Андреем Леонидовичем Ларионовым – великий итог работы творческого коллектива четырех авторов ЦВММ (А. Л. Ларионов, С. Ю. Курносов, Р. Ш. Нехай, С. Д. Климовский) [История…, 2019]. Об этой книге мы будем размышлять отдельно.

О «книге Ларионова» и о нем самом мы скажем по-другому, то есть не как о «наставнике». То же самое касается капитального исследования С. Ю. Курносова и его фундаментального труда «Морские музеи: история, современность и перспективы» на 660 страницах, из которых 403 страницы – примечания, библиография и приложения [Курносов, 2002].

О «книге Ларионова» мы будем говорить много, и разговор этот еще впереди, а книга С. Ю. Курносова будет помогать нам видеть, что есть морские музеи, какие они существуют в мире, как появлялись, «куда шли» и какие задачи решают «сегодня», то есть, к 2002 году. И хотя сегодня год 2019-й, другой столь капитальной книги «об эволюциях морских музеев» мы под рукой не имеем.

В армии и на флоте работает могучий принцип единоначалия: командир части, учреждения, организации Министерства обороны РФ единственный имеет право на переписку, что совпадает с французским – «чья земля под виноградником – того и вино». Сегодня более ста специалистов в ЦВММ и шести его филиалах «возделывают виноградники» ЦВММ, но по признаку «единоначалия, замешанного на французских традициях» – все вино с этих полей Руслана Шамсудиновича. Вся слава его, и вся ответственность за качество вина также его.

Уговорившись таким образом, понятно, почему Нехай в нашем ряду третий. То есть, сегодня он главный в музее и Впередсмотрящий.

Нам мало известно о биографиях трех избранных нами мэтров, но смыслы, которые они вложили в свои труды, нам близки, и мы их всю книгу будем пристально изучать глазами не специалиста, но простого посетителя и любознательного читателя.

Первым в списке из трех персон – «наставников» – историк флота, подполковник, штурман С. Ф. Огородников (1835—1909 гг.)

Называется его труд «Модель-камера, впоследствии Морской музей…». Книга эта, изданная к 200-летию музея в 1909 г. является, по-видимому, последним трудом его жизни. Очевидно, Огородников не был сотрудником морского музеума, но написал на 96 страницах до сих пор весьма ценную книгу.

Евгений Николаевич Корчагин

Второй наш «визави» Е. Н. Корчагин (1945—2015), директор ЦВММ (1991—2004 гг.), капитан 1-го ранга в 2004 году переиздает книгу С. Ф. Огородникова с весьма значимыми и, одновременно, очень странными словами в тексте анонса: «…Книга С. Ф. Огородникова – это единственная из опубликованных за всю историю музея работа, содержащая наиболее полные и объективные сведения о нем…». Странными нам эти слова кажутся потому, что за последующие с 1909 по 2004 гг. сто пять лет книга Огородникова, по мнению весьма уважаемого в музейных кругах Е. Н. Корчагина, так и осталась «Единственной из опубликованных («наиболее полной и содержащей объективные сведения о нем») за всю историю музея работой».

Путеводители по музею с 1909 по 2004 год издавались раз пять /по памяти/, в советские времена был даже Детский путеводитель по ЦВММ, но «Огородников» так и остался «единственной книгой». Впереди мы будем много говорить, изучать и систематизировать книгу Огородникова. Но почему она так и осталась «единственной» книгой о Морском музее России за последующие с 1909 года сто пять лет существования страны, мы попробуем предположить именно сейчас.

«Времена Огородникова» (1909 г.), несмотря на то что время было для истории России имперским, его «нравы позволяли» Огородникову рассказать о всех перипетиях жизни музея с 1709 по 1909 год, например, о таких фактах, как невозможность «окончить скорее поверку имущества и явиться на службу» даже под нажимом писем Адмиралтейского Департамента директору «Морского музеума» Русановскому Петру Ивановичу (время директорствования над музеем 1810—1823) в связи с чем, в частности, стояла закрытой и библиотека «Морского музеума» с 1810 по 1822 гг., как стоит наша библиотека закрытой с 2013 года по настоящее время. Русановскому, отчасти, Французское нашествие и начавшаяся было, но так и не случившаяся передислокация музеума из Петербурга помешали вовремя открыть библиотеку, а какой «француз» Руслану Шамсудиновичу мешает уже шестой год сделать библиотеку доступной – остается тайной для большинства сотрудников ЦВММ…

Вопрос: Руслан Шамсудинович, какие причины мешали с 2013 по 2019 годы открытию библиотеки ЦВММ для сотрудников и всех желающих россиян?

Благодаря, как оказалось, относительно свободной «несвободе слова», характерной для 1909 года, мы сегодня знаем от Огородникова о рапорте Русановского Департаменту в 1818 году: «об недостатках книг по библиотеке ничего определенного сказать не могу /пишет Русановский/, ибо и сам не знаю, есть ли оныя или нет». На что Департамент в своем ответе не без иронии заметил: «Невозможно поверить, чтобы попечительный и добропорядочный хозяин в течение 8 лет не обозрел, что есть и чего нет в его доме!»

Русановский чувствовал себя настолько хозяином в музеуме, что даже предпринятые Департаментом меры не помогли: чтобы «побудить директора к надлежащей деятельности, Департамент предписал производить ему половинное только жалование».

Огородников разгадывает поведение Русановского имевшего дружбу с тогдашним морским министром маркизом де-Траверсе. – Вот причины «видимой любви /Русановского/ к сибаритству, оказавшему на дела музея разлагающее влияние» и далее: «С 1794 года Русановский занимал должность чиновника особых поручений при начальнике нашей гребной флотилии вице-адмирале маркизе де-Траверсе. Русановский плавал с маркизом непрерывно в течение последующих пяти лет» (С. Ф. Огородников, стр. 28).

Там же: «Желаемый порядок водворился в музее лишь к 1822 году, а в 1823 году Русановский, будучи уже в чине статского советника, был уволен от службы, причем, согласно ходатайству маркиза де-Траверсе, высочайше пожалован ему в пенсион полный оклад жалования по 1500 рублей в год. Русановский умер в Москве в 1839 году» (там же, стр. 28). Для справки не удержимся сказать, что 1500 рублей в год – это цифра, которую получал от Империи ежегодно Морской музеум на свое развитие и повседневную жизнь.

Не будем проводить аналогий с закрытой ныне библиотекой ЦВММ.

Нам более интересно, почему книга Огородникова оставалась и, возможно, остается «единственной… содержащей наиболее полные и объективные сведения» о музее, как написал в своей аннотации к книге Огородникова директор ЦВММ Е. Н. Корчагин в 2004 году…

Но, возможно, уже этот выше приведенный пример с директорствованием Русановского дает часть ответа: времена, нравы и цензура в 1909 году позволяла публиковать нелицеприятные критические моменты, мешающие нормальному и должному развитию Морского музеума, а после 1909 года и во времена Корчагина эти возможности в русской публицистике, по крайней мере в отношении Морского музея России, были утрачены. Евгений Николаевич, пользуясь «демократической оттепелью», смог и «Огородникова» извлечь – переиздать. Вернее, успел перед увольнением (2004 г.) и многие другие «вещи» назвать своими именами (это мы о «деидеологизации» и о статье Рогачева-Ларионова-Курносова), но в 2004-м же году Корчагин становится «неугоден» несмотря на заслуги (за время своего начальствования над ЦВММ он – беспрецедентный ряд (!) – 23 раза вывез ЦВММ за рубеж и показал миру, что такое национальный военно-морской музей России!).

Корчагин, несмотря на заслуги и авторитет, увольняется из ЦВММ, его просьба оставить его в ЦВММ на должности рядового научного сотрудника не удовлетворяется. Но и «те» «сильные морские ветры» не смогли загнать на мель столь значимую для истории ЦВММ фигуру, как Евгений Николаевич Корчагин, и его в качестве «поощрительного приза» назначают директором музея «Исаакиевский собор».

Дата смерти Евгения Николаевича нам неизвестна. В ЦВММ не принято почитать выдающихся музейных деятелей прошедших времен. Где доска почета в ЦВММ? Мы ее, как и большинство посетителей музея, тоже не видели. Нет в музее и традиции посещать могилы сотрудников, внесших значительный вклад в развитие музея, а ведь традиция такая была… После интенсивных зарубежных «гастролей» времен Корчагина музей в «зарубежные экспозиции» выезжал не более пяти раз. Может быть достоин Евгений Николаевич, чтобы мы проведали его место захоронения.

Петропавловская крепость, г. Санкт – Петербург.

Вопрос: почему доска почета ЦВММ не размещена на видном, для всех посетителей музея обозримом месте? Почему и Красное Знамя, которым награжден ЦВММ, не хранится по армейским традициям на виду у сотрудников и посетителей под стеклянным колпаком, и где оно хранится?

За ограниченностью места в нашем альманахе скажем об Огородникове, что он скрупулезно пересчитал для нас все что осталось в музее к моменту его вторичного воссоздания в 1867 году после расформирования в 1827-м. Мы только благодаря Степану Фёдоровичу знаем, что из всех реликвий в Адмиралтейских верфях сохранился «запыленный штандарт Петра Великого за шкафом и модель, собственноручно изготовленная Петром Великим, простоявшая почти сорок лет забвения Россией своего Морского музея на подоконнике без футляра /по памяти/ до 1866 года». Повторимся, – распоряжение, отданное Адмиралтейским Департаментом – сыскать еще моделей кораблей и старых чертежей по верфям разных городов Российской империи – ни к чему не привело. Обнаружилось, что моделей и старых чертежей нет ни в Соломбальских верфях (Архангельск), ни в Астраханских, ни во всех других.

Далее Огородников скрупулезно не поленился пересчитать для нас – нынешних его потомков – два «пополнения» музея с момента его возрождения в 1867 г. и наглядно демонстрирует «прилив поступления предметов в музей», приводя для нынешнего и всех предыдущих читателей «… перечень предметов в порядке поступления по годам». Таким образом, читая «Огородникова», мы узнаем, какие предметы поступают в музей с момента его второго возрождения в 1867 году, а затем в 1868-м. И так по порядку до 1908 года включительно. Огородников назвал для нас (!) каждый из пяти тысяч поступивших предметов, описал происхождение каждого предмета – кто подарил или из какого учреждения предмет поступил, или «приобретено покупкою» и у кого… Современным языком выражаясь он нам составил ТЭП (Тематико-экспозиционный план всего музея). Ничего подобного с тех пор о музее прочитать невозможно.

И места, оказывается, в книге журнального размера для этого надобно немного, а именно – девяносто шесть листов.

Такого отношения к предметам, их происхождению, к дарителям и проч. уже с тех пор не было. С 1917 года все было «идеологизировано», с 1991 года «деидеологизировано», путеводители выходили и выходят, а «Огородников» остается «единственной» толковой книгой. Что мы потеряли? Когда это произошло? И почему «это» не вернулось даже к временам постперестроечным, по-нашему в этой книге – «временам Е. Н. Корчагина»?

По поводу размышлений на этот счет мы отсылаем читателя к статье Рупасова П. Г. «Книги о ЧФ. Попытка антологии…» [Рупасов, 2008], воспроизведенной в настоящей книге.

В «Попытке антологии книг о Черноморском флоте…» на примере 9 книг о ЧФ со времен Веселаго Феодосия Фёдоровича [Веселаго, 1875] до изданий времени 2008 года [Российский…, 2008] приводится много наблюдений о том, как менялся характер статей в книгах о ЧФ: как уменьшалась доля схем с разборами боев и сражений (большое их количество было характерно для «сталинских времен») и как «пропорционально» с уменьшением доли карт и схем боев увеличивалось количество описаний «героев» и их подвигов в Гражданскую, потом в Великую Отечественную войны. Затем прослеживается, как «герои» (по видимому, по мере ухода их в мир иной) постепенно замещались описаниями видов вооружений Черноморского флота с фотографиями кораблей, пушек и ракет; как затем «доля текстов и фотографий „пушек и ракет“ уменьшается и первенство с иллюстративном ряду занимают „новые герои“» – портреты начальников целыми галереями «по родам войск»: начальники тыла, затем начальники политуправления… и тому подобными рядами.

Эта статья об эволюции книг о ЧФ сродни эволюции книг о ЦВММ: книгу Огородникова сменяют один за другим все новые и новые путеводители, в которых нет уже тех смыслов, которые есть у Огородникова, затем, так и не начавшись, промелькнут «времена Корчагина» и через девять лет после ухода Корчагина наступает «эра Нехая» – эра парадных альбомов о ЦВММ. В парадных альбомах, как нам объяснили, нет места «командирским размышлениям» – согласно флотской мудрости «командир сидит лежа в кресле и думает, как сделать так, чтоб всему его экипажу было бы хорошо». В парадных – юбилейных альбомах этой «ерундой» (размышлять) не занимаются, парадные альбомы – это флаг! Флаг наших достижений, успехов и побед. «Эра Огородникова» – размышлять, «считать цыплят по осени», как это сделали в Морском музеуме к его 200-летию, – прошла. «Правда о музеуме» на парадной открытке не нужна. На конференциях и коллегиях «правда» тоже, как мы позже покажем, не нужна… Эра парадных и красочных альбомов на дорогой бумаге самой высокой и качественной печатью заменила сейчас «метод» Огородникова – таковы «приметы времени». Вместе с парадными альбомами наступила так же «эра» красочных каталогов и буклетов о выставках музея, где достижения дизайнерской мысли заступили на место учебе мыслить; эра отдельных изданий о каждом из шести филиалов ЦВММ, наконец это «эра» музейной газеты, издаваемой /по памяти/ с 2014 года, и с 2018 года – альманаха ЦВММ (который, к слову сказать, так и не попал в «свободный доступ» к читателям вплоть до конца декабря 2018 года). Парадные альбомы музей продает по пять тысяч рублей, «филиалы» продаются по тысяче рублей. Патриотизм продается? -При технической возможности издавать книги бесплатно. Наша книжная серия «ПОРТЫ МИРА» шесть книг, от 500 до 600 страниц каждая, в бесплатном доступе на «Озоне», «Амазоне» по всему миру распространены. Руслану Шамсудиновичу мы свои книги дарили еще в 2017 году, технологию бесплатного издания объясняли. Не нужно: – через три минуты после нашего ухода Руслан Шамсудинович передал «ПОРТЫ МИРА» в канцелярию. -Не нужно. В ларьке продает…

Продолжим. И, конечно же, «эра Нехая» – это «эра», когда прошлые названия трудов ЦВММ, которые так и назывались «Сборники научных трудов сотрудников ЦВММ» или «Материалы военно-морских исторических чтений в Центральном военно-морском музее» замещаются новыми названиями: «Материалы коллегий музеев военно-морской направленности» и «Материалы научно-практических конференций».

Устоявшиеся во времени названия «Труды ЦВММ» и «Чтения в ЦВММ» уходят, о них более не вспоминают. С новыми названиями – «Коллегии морских музеев», «Ассоциация музеев морской направленности» – появляются новые «смыслы», о которых разговор у нас еще впереди, но так и не возвращаются «смыслы» Огородникова. И, как-то неловко за наших предшественников… Возникает подспудная мысль – «все старые названия убрать и более их не только не применять, но и не вспоминать. Преемственность с названиями трудов нынешних с трудами предыдущих поколений мешает смотреть вперед? В светлое будущее?

Музейным работникам должно быть известно, что даже старинные названия улиц в наших городах являются частью истории этих самых городов. И переименовывая улицы, мы стираем эту историю. Историю надо беречь, Руслан Шамсудинович, а не стирать… История не есть пыль музейная. Историю собственного музея и каждую из его маленьких историй надобно бережно сохранять.

А как это делается в музее (вернее сказать, как впредь не надо бы делать), мы расскажем в другом месте на примере судьбы книги сотрудницы музея В. Б. Морозовой.

А здесь кратко: одна из старейших сотрудниц, около четырех десятков лет трудившаяся в ЦВММ и последние десятилетия бывшая начальником изобразительного фонда, ныне здравствующая Вера Борисовна Морозова написала книгу воспоминаний о музейных работниках (начиная с 1930 и заканчивая 2015 годом). Свою книгу Вера Борисовна издала на собственные средства /по памяти в 2016 году/, в твердом переплете, тиражом пятьдесят, а фактически сорок (!) экземпляров, без получения какой-либо помощи от ЦВММ.

Не поленимся еще и еще раз заметить, что при Руслане Шамсудиновиче произошел огромный прилив в издательской работе музея. Благодаря энергии и волевым качествам Руслану Шамсудиновичу удается год от года осуществлять невиданный ранее за все 310 лет существования музея ежегодный прирост и даже взлет издательской деятельности.

Но «смыслы воспоминаний» о старых сотрудниках музея, которые собрала Вера Борисовна, в издательские музейные планы Руслана Шамсудиновича не вписывались. Видимо, все планы у Руслана Шамсудиновича были «парадные» – о том, как музей «монолитно, триумфальным маршем, поротно… «строевым» исполнял торжественное прохождение все свои 100 последовавших за «Огородниковым» победоносных лет, строго соответствуя протоколу.

Воспоминания же Веры Борисовны интонационно другие и патриотизм в её книге «другой»: о былых временах, о тех трудностях, которые переживал музей за период, охватываемый памятью Веры Борисовны (1930—2015 гг.), о людях, которые все трудности побороли, и как они это сделали, и как их вознаградила Родина или, наоборот, «не вознаградила» и даже наказала, и как потом все это «быльем поросло», было предано забвению и почти сравнялось в памяти людской – «ни холмика, ни кочки». А Вера Борисовна вот не к месту зачем-то все это вспоминает.

Не совпадают цели Руслана Шамсудиновича с целями Веры Борисовны – «вспоминать о тех, кого уж нет…» И ЦВММ помощь Вере Борисовне в издании ее книги воспоминаний не оказывает…

Почему, Руслан Шамсудинович, книга Веры Борисовны Морозовой не показалась Вам достойной поддержки и изданию силами ЦВММ? Вам что, сотрудники музея с воспоминаниями своими так надоели? Несут и несут Вам свои воспоминания о жизни ЦВММ?

Нет, господа и товарищи читатели, причина другая: книга Морозовой (всего около ста страниц) не попадает в «концепцию Нехая» о том, что надо печатать и издавать музею. И это самое «что же музей печатает-издает» будет нами внимательно рассмотрено в соответствующем месте настоящей (второй) части нашего альманаха.

Взгляните еще только на один смысл книги Огородникова: «что и кем было подарено музею». В наше время этот «смысл» возвращается в виде демонстрации на итоговых практических конференциях 4—5 особо высоко оцененных музеем подаренных за год музею предметов. В сравнении со 120 перечисляемыми Огородниковым ежегодными дарениями «Морскому музеуму» предметов это падение минимум в десять раз. Не дарят герои свои предметы в музей… Что в России – закончились герои? Закончились моря? Мореплавание, как древнейшая деятельность человечества, исчерпалось в России?

А сколько в книге Огородникова гордости за того человека – дарителя или ту организацию! Гордость такого порядка имеет для автора этих строк особенную ценность, ценность человеческую, воспитательную, патриотическую – качества, которые так, казалось бы, ищет и стяжает ЦВММ во главе в Русланом Шамсудиновичем: расставание с реликвиями и передача их в Морской музей событие более значимое, чем то, как о нем скромно упоминает музей! Нет пиетета у музея к дарителям. Мелькнет заметка – «подарили». И хватит. Хватит одной короткой заметки о дарителе, и о предмете на двух строчках – достаточно. Подарили и забыли. Музей ведет себя как ребенок, не понимающий ценности происходящего? Или это Руслан Шамсудинович ведет себя как неблагодарный подросток, которому «все должны»?

В 2008 году, к 225-летию ЧФ РФ в 2008 году вышла капитальная книга «Российский Черноморский флот» (исторический очерк), написанная в жанре популярно-исторического очерка. Авторский коллектив из девяти офицеров, под редакцией командующего КЧФ РФ вице-адмирала А. Д. Клецкова. 725 страниц, тираж 4000 экз., цена не указана, издана в Симферополе. Период охватываемой в очерке истории – все 225 лет существования Черноморского флота, по 2007 год включительно. В анонсе к чести авторского коллектива сказано, что эта «…книга… дополняет и развивает ранее изданные книги «Краснознаменный Черноморский флот» и «Черноморский флот России» 2002 года. В этой фразе достаточно и благодарности перед авторами-предшественниками, и она указывает на преемственность авторов 2007 года с работой авторов 2002 года. Ничего подобного в стиле работы Руслана Шамсудиновича вы не найдете. До него «здесь» была площадка «ровная и сухая», пришел Нехай и здесь «развел сады и построил город и дал счастье людям своим талантом, упорством и гением своим…» А где, Руслан Шамсудинович, в музее «памятная доска» о погибших в блокаду с восемью сотрудниками ЦВММ? Нам удалось узнать только две фамилии из восьми погибших блокадников. А Вы, господин директор, сколько фамилий знаете?

В связи со сказанным выше (о собирательской работе, дарениях и дарителях), мы читаем в документе из четырех страниц, названном «Концепция развития Военно-морского музея на период с 2000 по 2009 гг.»: «В настоящий момент собирательская работа, как основа комплектования фондов, носит неплановый характер. Общие высокие показатели поступлений музейных предметов не дают объективной оценки пополнения коллекции.

Среди тысяч поступающих ежегодно в фонды единиц хранения более половины относится к фотонегативному сектору, а среди второй половины большинство принимается в научно-вспомогательный фонд».

Таким образом, в ЦВММ ежегодно в 2000 году поступали тысячи (!) единиц хранения (это при том, что практика отправки сотрудников музея в войсковые части и на корабли флотов для сбора материалов для ЦВММ, по-видимому, после восьмидесятых годов 20 века угасает совершенно.

Поступающие в музей тысячи (!) единиц хранения – определенно не результат закупочной деятельности музея. Это дарения населения и организаций. И по сравнению с гораздо более скромным «ручейком дарений» при Нехае мы можем говорить о более низком уровне популярности флота и флотских профессий в наше время по сравнению с «двухтысячными годами».

Но судя по словам из «Концепции … 2000—2009 гг.», из поступающих ежегодно тысяч дарений более половины относятся к фотонегативному сектору, а среди второй половины большинство принимается в научно-вспомогательный фонд», то есть такой фонд, куда не входят предметы, являющиеся памятником истории и культуры. Вывод: дарители ныне – это «простые» люди, и они дарят музею «простые вещи», предметы и документы своих героических предков, дедушек и бабушек… То есть среди дарителей редки люди «большие» или большие организации – времена подъема русского морского патриотизма описываемые Огородниковым, когда музею дарили «большие люди» и «большие» предметы, канули в лету. А «увидеть», что это так, мы вам предлагаем простым методом: за 41 год (с 1867 по 1908 гг.) музей получил «прилив поступлений» – 5000 (пять тысяч) предметов, названных Огородниковым поименно, с гордостью и за державу и за дарителей. То есть музей в течение 41 года получал по 120 предметов, в глазах Огородникова значимых для музея или от лиц значимых. В современных терминах это «предметы основного фонда», являющиеся памятниками истории и культуры.

Кто «такое» определяет? Памятник истории или «неистории» подарен, памятник культуры или «некультуры» попал в ЦВММ – а комиссионно определяют!

Сегодня мы имеем в десять раз меньше значимых дарений (предметов основного фонда) и в десять раз меньше значительных дарителей. И это не значит, что такие предметы в человеческом обществе «закончились»… Просто политики соответствующей у музея нет, нет у музея и должности собирателя (а была), и мы обо всей этой утраченной собирательской «политике» музея и о собирателях обязательно расскажем еще, и Вера Борисовна Морозова в своей книге рассказала…

Имеем и вторую тенденцию: люди, в том числе специалисты музея, избегают передавать в ЦВММ предметы (и архивы) на «вечное хранение». Объяснением может послужить сложившаяся внутримузейная вульгарная присказка: «В музее больше кортиков, чем офицеров на флоте».

Что это всё означает? А это означает, что сначала «огородниковы» гордятся приобретениями музея, затем эти же приобретения объявляются сменившейся властью, политикой или притязаниями моды утратившими «историческую значимость, подлинность, профильность, научность и… культурность» (это опять слова из «Концепции ЦВММ 2000—2009 гг.»). И музей уже в который раз (1827, 1918, 1936, 1964 гг. /по памяти/) снова и снова (комиссионно!) от них избавляется, как избавлялся от многих вещей, принадлежавших «царским фамилиям», потом избавлялся от непрофильных“ предметов революции, затем СССР. И сегодня музей „дошел“ до того, что „непрофильные предметы не берем“, и даритель (если он человек в этих „тенденциях“ сведущий) „дошел“ до того, что „лучше в музей ничего не несем, лучше уже, как-нибудь, среди своих родственников сохранять, чем относить в музей свои архивы и памятные предметы, которые и принимаются-то зачастую музеем (личные библиотеки так точно) «без накладной» и хранятся без учета, и затем уничтожаются как «непрофильные». Так в точности произошло и с архивом писателя Игоря Петровича Чернышева (1919—1994 гг.), во время войны бывшего командиром звена малых «охотников» (класс торпедных катеров) на Балтике, издавшего в 1949 году сделавшую его известным книгу «На морском охотнике», а затем еще шесть книг.

О вкладе Чернышева и его «непрофильных» для ЦВММ архивах более подробно смотрите главу «О музее писателей-маринистов (вновь о традициях музея) и «Где мои статьи в журналах?»

Такого же забвения, если не уничтожения, боялся Владимир Иванович Фирсанов, хранивший свой архив с НИРами (научно-исследовательскими работами по крейсеру «Аврора») у сотрудника музея Николая Ивановича Слесаревского, а позже у автора настоящих строк.

Владимир Иванович, проработавший в филиале ЦВММ «Крейсер-музей Аврора» более 41 года, когда ему перевалило за 90 лет, знал, где хранить свой личный «аврорский» архив (10 кг тетрадей с записями): «ни в коем случае не в музее!» – у друга, такого же старейшего сотрудника ЦВММ капитана 1-го ранга в отставке Николая Ивановича Слесаревского. А когда «запахло» увольнением Н. И. Слесаревского «по собственному желанию» из ЦВММ – то у автора настоящих строк Рупасова П. Г. (за сохранение архива у Рупасова имеется благодарность, написанная лично рукой Владимира Ивановича Фирсанова).

Так сохраняют старейшие сотрудники ЦВММ свои архивы, может быть более точным выражением здесь будет «охраняют свои архивы от ЦВММ». А вот Игорь Петрович Чернышев, как и многие другие, не знал, наверное, о «профильности-непрофильности» своего литературного архива. И архив его, «отлежавшись» в музее двадцать лет, был уничтожен путем выбрасывания в мусорный контейнер наряду с другими «ненужными» и незарегистрированными музеем бумагами.

Уже десять страниц мы рассказываем читателю простые и очень понятные даже ученикам средней школы вещи и особенности «функционирования» ЦВММ. Напрашивается простой вопрос: что, Руслан Шамсудинович не видит всего этого? Не знает обо всем «этом»?

Наш ответ: Нехай Руслан Шамсудинович и знает и видит не хуже нас с вами. И он сам бы рад все «это» устранить и «причесать». Но у него нет времени… У Руслана Шамсудиновича до всего этого «руки не доходят». А почему? А потому что у музея есть какие-то очень важные, очень спешные и очень большие задачи. А задачи и недостатки здесь нами перечисленные – они «мелкие» и не важные, их исполнения никакие комиссии не требуют, и еще они «никому не нужные» на фоне той какой-то большой и огромной общеполитической задачи, которую не покладая рук выполняет весь музей (84 выставки в 2018 году /даешь выставку за три дня! … «а пятилетку – за три года»/). Ну, здесь тогда понятно становится: лес рубят – щепки летят, подумаешь, какие-то там мелочи, бабушка книги своего мужа принесла – никому ненужные, да уже давно все книги эти оцифрованы… И детские рисунки и поделки – да сколько уже их можно хранить в главном музее страны? Десять лет что ли? И для чего? В пухто! Накопили тут мусора – всё у вас на «затычках», какой шкаф ни открой, оттуда сыплются старые бумаги. Выкинуть все старье! Музей должен блестеть, как у кота!

Всем всё понятно?!

– У матросов нет вопросов…

Так вот и уничтожены (спущены в пухто) все 14 кг рукописей Чернышева, изданных и неизданных его книг. Рукопись его несостоявшегося сборника морских рассказов молодых шести авторов уничтожена, как и рукопись книги командира подводной лодки о действиях лодки в ВОВ, которую они вместе с командиром написали, но книга «не прошла» – получила плохую рецензию на 20 страницах и осталась навечно в архиве Чернышева. То есть уже не осталась «навечно», уничтожена в составе 14 килограммов чернышевского архива в 2018 году. Формальной причиной уничтожения «непрофильных» книг и «недокументов» послужило недостаточное количество шкафов. А шкафы такие новые, стандартные, фабричные, серой краской крашеные, очень кому-то понадобившиеся… числом пять или шесть штук! Вот и «выселили» из шкафов скопившиеся там килограмм 100—150 «старых бумаг», среди которых и «Чернышев» и «бог его еще знает кто и что…» в пухто (мусорный ящик размером с кузов грузового автомобиля), имеющий определенное место хранения в ЦВММ.

И учетных каких-либо номеров на уничтоженных архивах капитана 1-го ранга, писателя и сотрудника журнала «Морской сборник» Игоря Петровича Чернышева не было. Архив Чернышева по музею не числился. Значит архива чернышевского в музее как бы никогда и не было. Так что и комиссию никакую по принятию решения об уничтожении этих 14, да и всех 150 килограммов бумаг (и фотографий) собирать не надо было. Что ж собирать-то комиссию? Если это «не документы». Если документы не зарегистрированы и им не присвоены инвентарные номера (читайте Ильфа и Петрова – синие бумажки «слушали-постановили») то это «не документы», это просто старые бумаги, никому не нужные, никем никогда не смотренные, скорее всего оставшиеся от старых уволившихся сотрудников музея, «натолкали» их тут в новые шкафы, и лежит этот «мусор» бумажный, новые шкафы, так нужные музею, занимает. Всё в этих шкафах уже знающими людьми разделено «по-морскому» – «на говно-неговно». Так что не задумывайтесь, это классифицировано давно как «говно» – в пухто!

И вынесли…

Периодически мусор, скапливающийся в пухто, вывозится хозяйственной городской службой на городскую свалку… Раньше-то было «удобно» – в здании Фондовой биржи, где располагался ЦВММ с 1939 по 2013 год, было печное отопление. И «непрофильные предметы» не было необходимости вывозить на городскую свалку, и сердобольные сотрудники по пухто не лазили, пытаясь спасти «непрофильные» предметы.

Особенно ностальгически и, одновременно, просто выглядит и решается проблема с сохранением и дальнейшим (через 2—5 лет) уничтожением детских работ, победивших в разных городах по объявленным юбилейным и праздничным событиям, победивших и присланных как победители (!) в ЦВММ. После проведения выставки-экспозиции детских работ-победителей через пару месяцев выставку снимают, детские работы бережно хранят (например, в бездействующей и неподключенной одной из двух курительных комнат /кабины такие пластмассовые вместимостью, по контейнерным меркам, как «10-тонный контейнер/). И еще через время (2—5 лет) детские работы, «отлежавшись», отправляются всё туда же – в пухто.

По причине того, что не нашлось пока доброго сердца, придумавшего бы дальнейшую жизнь детским работам: хотя бы оцифровыванию их – фотографированию и размещению в оцифрованном виде на детском портале ЦВММ. Нет пока такого «портала», и «дождь смывает все следы», и время, неумолимое время «забирает» не только человеческие жизни, но и предметы, нас окружавшие и бывшие для нас когда-то дорогими реликвиями… или детскими поделками на морские темы.

Беспощадное время… Или бездушные люди?

И с архивом этим чернышевским и во многих других случаях, когда родственники приносят в музей книги умерших моряков по морской тематике, как технические, так и популярные, а музей их «не берет». А книги тяжелые, а старушка их до музея с трудом довезла… И куда она теперь с этими десятью—пятнадцатью килограммами книг, которые так берег и так ценил ее покойный муж – конструктор подводных лодок, проработавший в «Адмиралтейских верфях» 35 лет…

Доброго сердца у музея нет («у него гранитный камушек в груди») эти книги принимать, благодарность старушке писать, и потом эти книги торжественно в школьные библиотеки передавать с «наградным листом»: «Книги из личной библиотеки такого-то и растакого-то».

«Добрые сердца» в ЦВММ есть, и школьные и другие библиотеки есть, и морские детские технические и патриотические клубы такие библиотечки торжественно примут и с гордостью будут хранить как великие реликвии.

Всё есть! Нехая нет! У Нехая другие представления о массовой воспитательной работе среди населения и молодого поколения. И ничьих других мнений /кроме собственных/ Нехай не слушает, и советов «дурацких» ничьих не воспринимает, и ни с кем не советуется, и «такой ерундой» не занимается… Отработанный пар? В пухто!

Оставим эту грустную тему и пойдем дальше в своем бесконечном плавании по милям «утрат» в работе ЦВММ, как выразился наш соавтор Н. В. Скрицкий: «Не книга у вас получилась о ЦВММ, а бесконечный фельетон»…

***

Но мы сильно отвлеклись. Снова вспомним книгу Е. Н. Корчагина «Морской музей России» 2004 г.

Материалы о «современной жизни музея» с названием «Девять десятилетий Морского музея России», опубликованные Е. Н. Корчагиным в 2004 году под одной обложкой с репринтным изданием книги Огородникова, на удивление представляют совсем небольшую – восемь страниц – и к чести авторов Г. М. Рогачева, А. Л. Ларионова, С. Ю. Курносова, весьма толковую статью о современной жизни музея (за «отчетный период» 1909—2004 гг.). Это восемь страниц, где три автора кратко охарактеризовали все последовавшие за Огородниковым времена – советской власти, всех великих войн, потерь и свершений, через сильный флот, флот слабеющий, развал Союза и девять прошедших после развала лет…. Публикация небольшая, но сказать в ней коллективу авторов во главе с Корчагиным пришлось обо всем перечисленном и еще много о чем из жизни нашей страны и ее главного морского музея. И сказали об этом авторы так вразумительно, что статья эта встала для нас в один ряд с Огородниковым.

***

Последний наш «визави», нынешний впередсмотрящий Руслан Шамсудинович Нехай – генерал-майор в запасе, имеет большой опыт службы в советской и российской армии, участник боевых действий, кандидат политических наук, доцент кафедры гуманитарных и социально-экономических дисциплин Михайловской военной артиллерийской академии. Родился 30.07.1956 года в республике Адыгея. С октября 2013 года по настоящее время директор ЦВММ. Обладая выдающимися волевыми и организационными качествами, построил новейший музей. Имеем мощное государственное образование с невиданным за всю его историю расцветом в тех областях, которые он (Нехай Р. Ш.) знает и понимает («как учили) – политико-воспитательную, издательскую работу и работу с «массами», при совершенном небрежении к другим областям музейного дела (которые никогда не знал и сегодня не знает): музейному, ветеранскому, клубному, «морскому» (в том смысле что морского дела армейский офицер Нехай не знает и знать не стремится), исследовательскому, экспедиционному, закупочному, собирательскому, выставочному…

С «непобедимой» твердостью, устоявшейся и отработанной во время службы в рядах Вооруженных Сил Российской Федерации, в иных – боевых военных – условиях, где Руслану Шамсудиновичу приходилось служить и дослужиться до звания генерал-майора, «там», на военной службе, у Руслана Шамсудиновича выработалась собственная «наука побеждать», собственные представления о кадровой политике (способах подбора персонала в Центральный военно-морской музей России) и еще ко многим и многим другим «делам», которые он знает и понимает. Всё находящееся за пределами в силу возраста, отсутствующего опыта и бескомпромиссности, характерной для настоящего лидера, во вверенной ему организации отвергается. Так целые области быстро хирели «без полива», забывались, не изучались и не умножались, за современными задачами становились не видны и не нужны.

У музея за годы советской власти были разные директора и начальники. По рассказам людей, проработавших в музее 10, 20, 30 и 40 и более лет, редко бывали директора «из размышляющих историческими категориями» или имеющих сколь-нибудь подходящее академическое образование, концептуальное мышление, редко они бывали и людьми пишущими (научных статей директора прошлых времен – советской власти – не писали совсем или писали в редких случаях). Но по большому жизненному опыту они, будучи хорошими хозяйственниками, имеющими крестьянскую хватку, как, например, послевоенный директор Кобыльских Сергей Максимович (1946—1947 гг.) или Кровяков Николай Сергеевич (1947—1951 гг.), которых вспоминает В. Б. Морозова, отличались «понятливостью». Они – фронтовики, воевавшие в Великую Отечественную войну, понимали нужды простых людей, уважали «ученость» сотрудников, не имели высокомерия и заносчивости, вскоре бурно расцветшие среди чиновничьего сословия, фронтовики-директора не имели тенденций перестроить «здание музея» по своему пониманию. Наоборот, они всячески учились у сотрудников так мало им знакомому музейному делу, в начале своего начальствования поменьше командовали, свои «суперценные» мысли вслух не высказывали, побольше молчали и слушали. И, нужно отдать им должное, через несколько лет представляли собой уже довольно опытных специалистов в музейном деле, продолжая понимать, что границы их музейного опыта остаются достаточно узко-административными, и указывать в фондах, как здесь нужно правильно работать они себе не позволяли… Директора-фронтовики впитывали от окружающих знатоков-историков – сотрудников музея – общее знание и уважение к морскому делу. К службе морской и дружбе мужской. Это воевавшее поколение «из ниоткуда возникнув» – все сплошь сыны крестьян и рабочих, через одного воевавшие в окопах Второй мировой войны – дало стране плеяду людей, выработавших в себе академическое мышление и составивших славу русской науки, академиков и теоретиков молодого советского государства. Государства рабочих и крестьян, победившего фашизм…

Куда делись они со временем, после 1974—1975 года, нам не удалось понять, но их постепенно сменили «нехаи». Причины тому называют всякие, но одна из них понятна – шапкозакидательство: «мы на горе всем буржуям мировой пожар раздуем», и «покажем Кузькину мать». Наши корабли, наша советская техника всегда стремилась к повышению боевой мощи за счет всего остального, поэтому вопросы обитаемости на кораблях были на одном из последних мест. Коммунизм строили за счет человека и не считаясь с нуждами человека, поспешая «догнать и перегнать» капиталистические страны. Все люди хотят человеческих условий жизни. Если человеческие условия десятилетиями «нечеловеческие» и «обитаемость кораблей» не улучшается, население в конце концов устает, и энтузиазм строить великое будущее угасает. Это, наверное, только одна из причин, почему великая страна Союз нерушимых республик – пала.