Вратами радости
Ольга Сергеевна Кулькова

Фотограф Ирина Коньякова

Дизайнер обложки Валерия Дудоладова

© Ольга Сергеевна Кулькова, 2020

© Ирина Коньякова, фотографии, 2020

© Валерия Дудоладова, дизайн обложки, 2020

ISBN 978-5-4498-0445-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

День тепла, любви и света…

Читаю стихи нового сборника Ольги Кульковой «Вратами радости» и думаю: наверное, каждое стихотворение создавалось в день тепла, любви и света – столько в них радости, счастья от созерцания красоты природы, какое желание приобщиться к этой красоте, сделать всё, чтобы не дать ей исчезнуть.

Да, в жизни бывает много и других дней: холодных, мрачных и – что страшнее всего – дней без любви. Такие дни были, есть и, к сожалению, будут у каждого из нас. Но поэт – на то он и поэт! – не вправе отчаиваться и, тем более, передавать это отчаяние читателю.

Ольга Кулькова всегда верит и надеется, что дни «без тепла, любви и света» – это временное явление. Надо только всё это заслужить. Чем?

Добротой, щедростью души, постоянным стремлением к свету…

Душа, извечное горенье,
Ты в мир спустилась для творенья —
Так сотвори в себе свой рай
И миру – хоть крупицу дай.
Свети, люби на радость небу
И не живи единым хлебом.

«Вратами радости» – это четвёртый сборник Ольги Кульковой. По его содержанию нельзя не заметить, как от книги к книге повышается её профессионализм, умение поэтическим словом создать картину природы, описать состояние героя так, чтобы оно передалось читателю. В этом автор видит свою ответственность перед ним…

Нельзя не отметить разнообразие тематики стихов Ольги Кульковой: времена года («Снег сыплется, как будто из лукошка», «Незримая весна», «Роза и ромашка», «Лето»); воспоминания о детстве («Бабушкин дом», «Читающая мама», «Улица детских снов»); предназначение человека («Родиться женщиной», «Я – радость, воплотившаяся в мир…», «Я просто буду в этом мире…»). И всё это – красота души, глубина чувств, переживаемых автором, дающим и нам возможность переживать и сопереживать.

Разве можно равнодушно читать такие строки:

Не стоит петь и говорить о муке,
От этого мучительней стократ.
Но помните: есть ласковые руки,
Что, прикасаясь, благодать творят.

Поэт призывает нас всегда помнить, что в жизни, наряду с горестями и бедами, есть много хорошего: «И если мука отступать не хочет, /Спасут тебя любовь и доброта…»

Автор убеждён в том, что надо радоваться «Каждому лучу, / Снежинке первой, ранней птичьей трели…», принимать всё, что дано нам свыше. Ведь радость есть даже в том, «Чтобы свой крест нести», потому что «Страданье сердцу дарит ливни света…»

И не случайно Ольга Кулькова дала такое название своему сборнику – «Вратами радости».

Обрадуемся: в небе есть звезда,
Что будет вечно нам сиять, поверьте.
Однажды мы поднимемся туда,
Войдя вратами радости в бессмертье.

Конечно, это дано не каждому. Но то, что мы сейчас сможем сделать – все, кто этого захочет, – войти вратами радости в богатое содержание нового поэтического сборника Ольги Кульковой.

Валентина Дорожкина,

член Союза писателей России

От автора

Эту книгу я хотела бы посвятить своим родителям – маме Светлане Алексеевне и папе Сергею Петровичу Кульковым. Прежде всего потому, что именно им я обязана радостью жить в этом мире, писать стихи, любить, мыслить и мечтать. И ещё потому, что умение смотреть на мир светло, дружить и любить я во многом унаследовала от них.

Мама всегда поддерживала меня в первых поэтических опытах, а папа неизменно советовал писать доходчиво и ёмко – его идеалом были стихи А. Твардовского.

И ещё они часто говорили, что я пишу слишком грустные стихи.

Вот так мне в голову и пришла идея данной книги. Я отобрала для неё свои самые светлые и радостные произведения, полные надежды и радости, веры в Бога и его благодать. Меня и саму удивило то, насколько их оказалось много.

Ещё я хотела бы, чтобы эта книга стала выражением моей благодарности миру – за всю его красоту и нежность: небу, морю, деревьям, цветам и ветру.

Выражаю также глубокую благодарность моим друзьям и наставникам – они укрепляли мою веру в человечество даже в самые трудные минуты жизни. Я преклоняюсь перед их мудростью, преданностью, добротой и великодушием. Я благодарна за их слова, которые живут в моём сердце, и за всё, что они сделали для меня.

Многие стихи сборника посвящены Богу. Я убеждена, что именно Он – источник бесконечной, подлинной радости, вдохновения и бессмертия. Так я чувствовала всегда, с раннего детства и доныне.

Я надеюсь, что читатели моей книги почувствуют радость, с которой рождались эти строки, ощутят любовь и благодарность к жизни. Ведь именно этими светлыми чувствами и живёт человеческая душа в нашем бесконечно прекрасном мире.

Ольга Кулькова

Рождественское

Среди утрат, среди печалей
Ты вспомни: счастье обещали,
Ещё когда ты был душой,
С небес глядящей в мир большой.

И ты пришёл, поверив чуду,
Как бы – из сна, из ниоткуда,
И сбылся – тёплый и живой,
И этот мир – по праву твой.

Он ждал тебя – заветным даром,
Звездой с небес, хрустальным шаром,
И ты пришёл – в суждённый миг,
И счастьем стал твой первый крик.

И вот сейчас – ты повзрослела:
Душа, одевшаяся телом,
И плачешь, небо позабыв.
Но в глубине огонь твой жив.

Ты помнишь, счастье обещали?
И звёзды вещими свечами
Сияют в небе Рождества…
Сейчас – припомни те слова!

Душа, извечное горенье,
Ты в мир спустилась для творенья —
Так сотвори в себе свой рай
И миру – хоть крупицу дай!

Свети, люби на радость небу,
И не живи единым хлебом.
Лишь в этом счастье обретя,
Любимо, помни – ты, дитя.

Одуванчик

Одуванчик облетает,
Отпускает семена.
Лето тихо тает, тает.
Всходит полная луна.

Август дышит поздним счастьем
И не помнит о весне.
Осень – время попрощаться
И не видеться во сне.

Только семя в землю канет,
До зари и до тепла.
Ждать весны не перестанет,
Хоть кругом мороз и мгла.

И однажды в день апрельский
Одуванчик расцветёт.
Он – живой, смешной и дерзкий,
В нём – всех прошлых жизней мёд.

Благодарение

Благодарю Тебя, за всё благодарю —
За то, что встретила я новую зарю,
Что роза расцвела в моём саду
И тихо шепчется с кувшинкой на пруду.

Благодарю Тебя за песни соловья,
За то, что жизнь – моя и не моя.
За то, что я люблю, дышу, пишу,
Что радость я кому-то приношу…

Благодарю Тебя за всех земных друзей,
Что не покинули, хоть знали – быть грозе!
За добрые и щедрые сердца,
Что верными пребудут до конца.

Благодарю Тебя, за всё благодарю!
Что вновь к святому прихожу я алтарю,
Вдыхаю ладана кадильный фимиам
И вновь – в себе творю Твой светлый храм.

Благодарю Тебя – за всё благодарю!
О, чем Тебя в ответ я одарю?
Ведь всё, что есть, – ниспослано Тобой…
Отдам я сердце – свет его и боль!

Тряпичная кукла

Огромный мир – и снега купол
Накрыл нас всех, как мягких кукол.
Дрожат ресницы на ветру —
Жизнь не похожа на игру.

А мы в неё играть хотели,
Совсем не верилось в метели…
Легко закрылись глазки – хлоп!
Как быстро намело сугроб

Над куклой лёгкою тряпичной.
Душа мелодией скрипичной
Летит туда, под белый купол,
К творцу всё чувствующих кукол.

Магия весеннего броженья

Я чувствую, что, несмотря на холод,
На скользкий лёд на стылой мостовой,
Весна уже тайком проникла в город
И скрытно действует – как ночью домовой.

И вот уже наутро – чуть теплее,
Уже синее неба вышина,
И птицы распевают веселее,
И счастье в сердце, и, конечно, не до сна.

Мне хочется в дорогу – и влюбиться,
Писать стихи и собирать друзей.
Смотреть пытливо в радостные лица,
И жить, и жизнь не превращать в музей.

Всё это – магия весеннего броженья,
Огонь в крови, предчувствие чудес.
Весна – пружина тайного движенья
Земли и очарованных небес.

Роза и ромашка

Одна цветёт как роза, горделиво,
Царит в саду, пленяет красотой.
Другая же ромашкою стыдливой
Средь трав жемчужною мерцает простотой.

Прекрасны обе – роза и ромашка.
У каждой свой ценитель и знаток.
Цветут они открыто и бесстрашно —
Расцвету друга не завидует цветок.

Они в саду невидимого Бога
Равно прекрасны и равно важны.
В них поровну – дыхания весны
И зноя летнего. И жизни – очень много!

Зрелость

Чувств созрело во мне – удивительно много:
Боль и радость, любовь и печаль;
Любопытство, веселье, тревога
И последней надежды хрусталь.

Говорят, апельсины так зреют
В сицилийской полдневной жаре:
Солнце злее – они розовее,
Ароматней в тугой кожуре.

Что ж, смелее срывай – и так сладко
Упивайся их вкусом, дари,
В аромат погружайся украдкой —
Пусть внутри тебя солнце горит!

Тишина

Есть тишина заветная в тебе:
Услышь её, когда умолкнет внешний шум,
И прикоснёшься ты к своей судьбе,
Войдёшь туда, куда не входит ум.

Как в этой тишине прекрасен ты —
Как звёзды в небе или как цветы.
Так тихий ангел смотрит с высоты,
Благословляя детские мечты.

И эта тишина – как тайный код.
Вселенная, прочтя его, поймёт,
Что ты душой давно уже готов
Услышать песнь невидимых миров.

«Мы не вечны – в этом счастье…»

Мы не вечны – в этом счастье,
Что однажды мы уйдём
К Богу на руки качаться.
Мы вернёмся в Отчий дом…

Посидим в тени древесной,
Вспомним пташек имена.
Будут в сердце свет небесный,
Мир и вечная весна.

«Снег сыплется, как будто из лукошка…»

Снег сыплется, как будто из лукошка
Прорвавшегося – спелая морошка,
И неказистый наш, невзрачный край
Преображается в белейший рай:

Цветы волшебные цветут на голых кронах,
Снежинки пляшут на ресницах у влюблённых,
Мир тих и светел, как младенец в пеленах,
И ангелы идут к нему во снах.

Лето

Дождись, когда лиловая сирень
Тебе письмо отправит,
Лепестки роняя в тень,
Когда цикады небосвод восславят —
Придёт тот день!
Когда, врываясь вальсом,
По улицам промчится лёгкий пух.
Дождись его, а до него останься
Ты в летнем городе, как чей-то добрый дух.
Когда же этот день медвяной кистью
Легко коснётся твоего лица,
Ты упакуй в стихи нечаянные мысли
И на деревню к дедушке скорей отправь гонца.

Ты будешь знать – июнь взошёл на царство,
И больше времени не можешь ты терять.
Пион и клевер ароматное лекарство
Мешают в воздухе, чтоб хворь твою прогнать.
А город пуст, и нечего в нём делать
До августа, быть может, сентября.
Луна висит в нём ягодой неспелой,
И если здесь останешься, то зря.
В деревне – плёсы, грозы, сотни радуг
И танцы огневых больших стрекоз.
В деревне – лето! Это значит – будет радость,
Как будто здесь до солнца ты дорос.

Дом

Из этих окон – мягкий свет.
О, дом – ответ на сотни бед!
Ты был ничьим, ты был чужим,
И вот однажды – стал моим.

Жизнь по-другому потекла:
Ты стал обителью тепла,
И пирогов уютный дух
Вновь усладил твой чуткий нюх.

И из-за штор твой зоркий взгляд
Следит, чтоб мы пришли назад.
А ночью ты хранишь наш сон,
Плывущий по реке времён.

На окнах здесь сидят коты
И обгрызают все цветы.
По вечерам бегут встречать
И любят пить с хозяйкой чай.

И ничего дороже нет,
Чем окон дома вечный свет.

«Стихи не сочиняю – слышу я…»

Стихи не сочиняю – слышу я.
Они приходят из иного бытия,
И только бы успеть запечатлеть,
Облечь их в слова золотую медь,
Одеть их в шёлк, порфиру и виссон,
Чтобы узнать в них воплощённый сон.

«Этот доктор был фантазёром…»

Этот доктор был фантазёром,
Впечатлительным чудаком.
Посылал он людей к озёрам,
В горы, к небу, что высоко.

Уверял – ближе быть к природе —
Панацея от всяких бед.
А потом он исчез, и вроде
Потерялся его и след.
А его пациентам хворым
Так знакомо вдруг веял бриз:
«Ну, чего ж ты, дружочек? В горы
Ты, не мешкая, соберись.
Там, в горах, всё пройдет, поверь мне!
Ты забудешь болезнь, как сон.
Говорят, даже бледной смерти
Чистый горный не мил озон».

И тогда горожанин вялый
Начинал паковать рюкзак.
Улетал с аэровокзала —
И оказывался в горах.
Он вдыхал чистый горный воздух,
Он купался в просторах рек —
Становился здоровым, просто
Душу высвободив, человек.

Бабушкин дом

И если у любви есть дом, то он такой —
Уютный, светлый и всегда живой.
Здесь вкусно пахнет сдобой и обедом,
Здесь места нет унынию и бедам.

В саду у дома – облака пионов,
В тени малина спеет потаённо.
С полголовы моей – такие груши!
А у плетня развесил ревень уши.

Бельё крахмальное из шкафчика со скрипом
Манит прилечь на мягкие постели.
Здесь, если б вы случайно заболели,
То пили б чай с малиною и липой.

Здесь дом любви, здесь вечно ждут и любят,
Здесь время зачарованно течёт.
Здесь места нет сторонним, чуждым людям.
Улыбка бабушки здесь бабочкой живёт.

Я помню эти ласковые руки
И голос искренний, весёлый и родной.
Забудутся страдания и муки —
Здесь дом Любви. И лишь её одной.

Белая лилия

Поминай меня в своих молитвах,
Чистая прекрасная душа.
Я вдали, в трудах своих и битвах,
То тщеславьем, то унынием греша,
Буду всё же чувствовать неявно
Благодать, что призвана тобой.
Поспешит ко мне мой ангел славный,
За меня поборется с судьбой.
И во сне, когда миры открыты,
Я мольбу твою увижу обо мне —
Белой лилией, слезинками омытой,
Что цветёт у Спаса на окне.

Незримая весна

Пусть небо серо, пусть вздыхает хмарь,
Но позади уже декабрь и январь,
И, дни последние считая февраля,
О тёплом свете тихо думает земля.

Ещё под снегом дремлет первоцвет,
И жёлудь бурый не готов пуститься в рост,
Но воздух так таинственно согрет
Весны дыханием, пришедшим с дальних звёзд.

Ещё и почки не набухли – не пора,
Но в сердце – радость ясная с утра,
В душе – томление и жажда новизны,
Как знаки явные невидимой весны.

Маяк

Моя душа не угасает,
Во мраке светит маяком,
И я иду к нему – босая,
И колокол звонит – по ком?

Вся жизнь лишилась основанья,
И дом мой – пуст, и хлеб мой – тлен.
Невыносимо расставанье.
Но я – душа. Встаю с колен.

Я не живу единым хлебом.
Я не живу – одним тобой.
Душа моя причастна небу,
Придя на землю, как на бой.

Я буду жить, питаясь светом:
Душа светла, и свет – с небес.
Перезимую. Будет лето.
Свершится чудо из чудес —

Душа и сердце исцелятся,
Прогонят мрак и холод прочь.
Я, как дитя, смогу смеяться,
Хотя сейчас – вдохнуть невмочь.

Всё перемелется, и будет —
Небесный хлеб на блюде дня.
В сплетенье времени и судеб
Душа моя спасёт меня.

В берёзовой роще

Иду за новою строкой
Всегда в берёзовые кущи.
Здесь оставляю непокой,
Благословляя всё в грядущем.

Я обнимаю тонкий ствол,
Что, словно жизнь, – и бел, и чёрен,
И ощущаю – гнев ушёл,
И самый воздух миротворен.

Ушла заклятая тоска
И о несбывшемся страданья.
Я вновь – лесная, я – легка,
О счастье вспомнив утром ранним.

Внутреннее сияние

Спокойным внутренним сияньем
И тайной радостью отныне я живу.
Любовь моя – со всем живым слиянье,
Она лишь держит душу на плаву.

Отныне не стремлюсь я к совершенству,
Меня не греет дальний идеал.
Иду тропой любви и веры женской,
Приемлю то, что Бог мне ниспослал.

«Пока зима, и белый кокон…»

Пока зима, и белый кокон,
Во сне так сладостно мечтать,
О синеве раскрытых окон:
За ними – свет и чистота.
А что до сна —
Придет весна.
Придет весна и всех пробудит,
И умирать никто не будет.
Все сбросят коконы, и снова
Крыла заплещутся шелково
В высокой майской синеве.
Плескаться будет в голове
Вино весны,
Хмельной нектар,
И будет жизнь – как дивный дар,
Не будет сна, что яви краше,
И сможем мы летать ночами
Над вешним миром башен, пашен,
И будет нам никто не страшен,
И обернутся мелочами
Все скорби зимние легко.
Мы улетим так далеко,
Что с высоты узрим планету,
А прилетев, иного света
Ей принесём в своих очах.

Ожидание чуда

Так чьё-то – детское – ожидание чуда
Превозмогает твоё «Не хочу, не буду!»,
Твоё отчаяние и разочарование —
Чтобы свершилось обетование.

Ты смиряешься с тем, кто в тебя поверил
Наперекор твоему сомненью —
И ради него открываешь двери
Самому главному своему свершенью.

Воспоминания

Что-то слишком ценное, памятное,
чтобы отдать другому —
Высокая нота итальянского дивного голоса,
Мысли о древнем любимом мифе,
Отблеск закатного дальнего моря,
Нежный взгляд тобою безумно любимого,
Воспоминание об отчаянной ночи,
Стихотворение на едином выдохе,
Дружба, не отступившая
перед угрозой смерти —

Что-то, слишком ценное, чтобы быть позабытым,
Когда не станет меня, единственного хранителя,
И поэтому я пишу сейчас.

Просто закройте глаза
И вспомните ваше – самое ценное,
И тогда – все мои сокровища
Оживут в пространстве вселенной,
Отзовутся в моей душе отлетевшей
Высшим счастьем прожитой жизни.

Мельница

Тяжелые жернова дней
Перемалывают в муку
Обиду мою и боль,
Льётся вода на мою мельницу,
Смывая печаль,
И вот широкие крылья
Рассекают летнее небо,
И кажется, что летит
Мельница в синем полудне,
Что выпекается в недрах её
Из воздушной муки
Небесный хлеб,
И от его аромата
Людям хочется жить.

Красота души

Чем к себе прислушиваюсь больше,
Тем сильнее жаждет проявиться
Внутренняя красота.

Так вода подземного ключа
Может, наконец, пробиться к свету,
Если сильный дождь размоет землю.

Так ребенок начинает лепетать,
Если мать поёт и говорит с ним.

Если солнце с неба греет жарко,
Станет роза лепестки высвобождать.

Есть момент, когда услышать голос,
Тот глубинный рокот духа своего,
Можно просто, как своё дыханье

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.