# Не достичь совершенства

Наум Содамов

Сколько необходимо жертв, что бы система наконец то насытилась? Герой получает многое, но отдать он должен гораздо больше.

## От автора

Данный текст, профессионально не редактировался, поэтому в нем могут присутствовать ошибки. Если вам это доставляет моральный дискомфорт, то лучше воздержитесь от прочтения. Всем остальным, всего хорошего.

## Глава 1

Биотехнологический центр в три тысячи квадратных метров, пустовал второй год. За это время, ни один человек не посетил его. Хорошо скрытый от спутников комплекс, полностью функционировал в автоматическом режиме. Большинство проектов велись удаленно, некоторые, искусственным интеллектом. Со временем, это поспособствовало массовому сокращению и переходу к узконаправленным исследованиям. Большинство сотрудников уволили много лет назад, оставив десяток человек, которые время от времени посещали центр с рабочими визитами. Современный мир, стремительно и повсеместно, принялся набирать обороты массовых сокращений. Практически всё органическое человечество отошло на второй план. Алгоритмы менялись с людьми рабочими местами, со скоростью света. А люди в своё время, со скоростью звука, исходящего от водородных топок, превращались в удобрения.

Тесла остановилась около небольшого бетонного здания. Асфальтное покрытие дороги закончилось, а грунтовое её продолжение уходило вглубь леса. В машине, на экране появилось меню доступа к воротам, и указательный палец единственного пассажира дотронулся до области с надписью "открыть". Окна автомобиля постепенно становились прозрачными, и взгляд пассажира устремился на узкую, темную полосу перед капотом. Резко полоса превратилась в большую темную область, открыв въезд в комплекс. Тесла тронулась и плавно въехала внутрь, медленно погружаясь в темноту. Включилось освещение, а крышка въезда вернулась на место. Светлый туннель, однотипного, стандартного вида, как и во многих таких комплексах, встречал долгожданного гостя. Прошло около двух минут, автомобиль снова остановился. На этот раз, тапнуть по экрану было недостаточно. Пассажир, мужчина лет сорока, вышел из машины, он подошёл к воротам и приложил руку к панели. Система мгновенно опознала его. Раздался механический звук затворов, ворота двинулись, открыв просторный лифт. Мужчина зашёл внутрь, следом за ним медленно заехал автомобиль и остановился около определенной черты. Двери закрылись. Лифт пришел в движение.

Комплекс, как всегда стерильный и чистый, встречал нежданного гостя. Возможно, он простоял бы тысячу лет, поддерживая идеальную чистоту, пока не отключилось бы питание или его вовсе не забросили. Пройдя по длинному коридору почти до конца, он остановился около мутной стеклянной двери, на которой, ярким красным пятном выделялась средних размеров наклейка. Мужчина расстегнул куртку и из внутреннего кармана достал карту. Он взглянул на наклейку, на которой, было напечатано его имя "Владимир Тимофеевич Теплов", провел картой и легонько дёрнув, потянул дверь на себя. Компактная лаборатория, совмещенная с кабинетом и зоной отдыха, как обычно прибывала в работе. Владимир Тимофеевич не спеша прошел внутрь, кинул куртку на кресло, по дороге снял ботинки, поставил рюкзак на пол, и, добравшись до большого дивана, принял горизонтальное положение. Через десять минут он уснул.

По прибытию сотрудника, система активировала пищевой принтер, пищевые предпочтения были взяты из архива. К восьми утра всё было готово. Владимир Тимофеевич после душа, прямиком отправился в столовую. Ближайший к выходу стол был накрыт. " Инженер, биотехнолог Владимир Тимофеевич Теплов" гласила надпись на небольшой, информационной табличке. Две тарелки с субстанцией серого и зелёного цвета, йогурт, напечатанные куски хлеба, напечатанные вафли. После пятилетнего перерыва, желание поглощать печатную еду у Теплова не было. Там, в обычном мире, принтеры делают такую вкуснятину, что многие рестораны отказывались от поваров в пользу техники. Этот, устаревший, но как заявлял производитель, надёжный принтер, был установлен здесь с самого открытия комплекса, тридцать лет назад. К вкусу печатной еды, привыкнуть невозможно, от этой дряни, можно только очень быстро отвыкнуть. Оставив больше половины, он встал и просто ушел. Через пятнадцать минут, биотехнолог, уже приступил к работе в главной лаборатории.

Проект требовал личного присутствия главного специалиста. Ему позвонили, а через шесть часов приехала машина. Он собрал в рюкзак всё необходимое, подсел к жене на диван и обнял её.

– Это всего на две недели. Милая. Не успеешь и моргнуть, как я приеду.

– Почему всегда так? Почему они не могут сообщить заранее?

– Ты же знаешь. Мы для них всего лишь инструменты, – обнимая жену, ответил Владимир.

Пять минут они просидели молча. Затем, муж поднялся и вышел в прихожую.

– Надеюсь в этот раз, две недели не затянуться на три месяца, – с улыбкой сказал женщина, прислонившись плечом к стене.

– Думаю, нет. Всё дорогуша, я пойду. Передай Сергею, что когда я вернусь мы с ним поедем к океану.

– Обязательно.

Женщина подошла и обняла мужа.

– Пока, – поцеловав ее, сказал он и исчез за дверями.

– Пока.

Репликатор издал звук завершения. Свежий штамм клеток был готов. Поставив чашку с чаем на стол, Теплов, подошёл к главному монитору. Сделав пару тапов, он застыл на месте. Весь экран резко окрасился ярко фиолетовым цветом, что даже на бледном лице биотехнолога, отображался хорошо заметный оттенок. Спустя секунду двадцать, он пришел в себя. Рука быстро свапнула изображение вправо, открыв меню статистики. Цифры вырисовывали невероятные узоры. Система уже приготовила отчёт для отправки выше и на экране, в связи с ручным управлением, отобразилась соответствующая область. Теплов вернулся на место. Он одним глотком допили еле теплый чай и ещё раз взглянул на отчёт. Торопиться с отправкой было глупо. Угодить верхам на очень сложно, чем может показаться на первый взгляд, ведь корпорацией управляют люди пополам со сложным алгоритмом и правительственным аппаратом. Там из мухи, за доли секунды, сделают целое стадо слонов, оставив тебя крайним в любом случае. Биотехнолог знал все эти тонкости не только по слухам, но и на собственном опыте. Он запустил контрольное сканирование, система выдала время, одиннадцать часов сорок пять минут. Теплов открыл меню управления комплексом и запустил бассейн, он намеревался поплавать, а затем отдохнуть. Система оповестила о готовности бассейна через сорок минут.

## Глава 2

На завтрак принтер, умудрился напечатать сэндвичи с сыром и ветчиной. Конечно, ярко выраженный вкус сыра перебивал остальные вкусы, но Теплов съел всё с пугающим удовольствием. Возможно вчерашний полуторачасовой заплыв, каким-то волшебным образом повлиял на это, а может еда на самом деле, была хорошо напечатана. Возвращение к работе навеяло негатив. Он вспомнил про сканирование, вывел систему из спящего режима и запросил отчёты. Алгоритмы, ещё раз досконально проверили штамм, всё подтвердилось. Атомы и молекулы клеток обладали феноменальной регенерацией, они были способны восстановить любую часть тела или орган, любые сосуды, нервы, любую ткань. Кроме того, каждый атом приобретал индивидуальный номер и координаты места в системе, а собранные молекулы имели био программу вербовки не нумерованных атомов других веществ, что позволяло носителю вернутся хоть с того света. Время на интеграцию у взрослого человека, по подсчётам искусственного интеллекта, составляло всего тридцать шесть часов. Единственным, и пока не решенным вопросом, оставалось медленная скорость регенерации, при тяжёлых случаях, отсутствие более семидесяти процентов живой биомассы носителя. Теплов откинулся на спинку кресла. Последние пятнадцать лет, он, работал над этим проектом и вот наконец-то, нашел выход из межатомного лабиринта регенерации и восстановления тканей. Пять лет назад, Владимир Тимофеевич уже запустил одну удачную программу клеточной замены, но до простых смертных она так и не дошла. Сейчас на ней зарабатывали миллиарды самые приближенные, но только не он. Таковы правила беспощадного мира.

На экране появилась область с условиями подготовки к инъекции. Владимир Тимофеевич быстренько выбрал нужные пункты и запустил процесс, затем, он свернул рабочие программы и открыл мессенджер.

– Привет, – раздался женский голос, но изображение ещё не появилось.

– Доброе утро лапуля, – с улыбкой произнес он.

Появилось картинка. Женщина шла по улице. Она улыбнулась и помахала рукой.

– Ты там как дорогой?

– Всё хорошо. Работаю. Еда отвратительная, а остальное в принципе как всегда.

– Старый принтер?

– Не то слово, – ухмыльнулся он и продолжил. – У меня тут ещё дело к тебе есть.

Женщина подняла одну бровь.

– Какое?

– Пришли мне, пожалуйста, таблицы сравнений. Они так и подписаны на рабочем столе.

Вдруг она изменилась в лице.

– Хорошо, – медленно произнесла женщина.

– Спасибо дорогая. Вечером созвонимся, поболтаем. Пора работать. Целую.

– Целую, – сказала супруга и закончила сеанс связи.

Прислать таблицы сравнений, означало, что он, хочет предпринять, что-то против корпорации. Плюс ко всему быть наготове, покинуть дом по первому сигналу. Лишняя конспирация не никому не мешала в современном мире. Он знал, все проверки закончились ещё лет пять назад, но проект был очень дорогой.

Система оповестила о завершении. Оборудование было готово. Теплов резко встал и вышел из кабинета. Он побежал по длинному коридору, в конце которого остановился напротив мутной, стеклянной двери. " ДНК запись данных ", предупреждал зелёный стикер с восклицательным знаком. Если сделать запись, то она останется на сервере и управляющий центр сразу же узнает об этом. Здесь скрыть ничего не удастся, биотехнолог прекрасно знал это. Рука потянулась за ключ-картой. Он вошёл внутрь. Рабочий экран аппарата светился синим цветом, автоматически включилось основное освещение. Теплов сел на стул, на лице отразились голубые блики. Всего два года назад ему разрешили вести ДНК записи, объемом пятьсот терабайт, треть из которого он уже израсходовал. Удалять данные, технология, пока ещё не позволяла, но записывать, можно было бесконечно. Основные формулы отобразились на экране. Он ввел личный пароль, система включила небольшую камеру записи, появилось соответствующие сообщение. Теплов замер. Мозг работал на пределе.

– Выбор есть всегда. Выбор есть всегда, – сам того не замечая, машинально шептал он.

Выход нашелся. Бросив все, он побежал обратно в лабораторию, схватил рюкзак и принялся проверять каждое отделение. Рука нащупала небольшой предмет. Рюкзак полетел на место, а биотехнолог сел в рабочее кресло. Давно он не использовал шифрование данных. Биотехнолог положил небольшой предмет на область беспроводного подключения. Антивирус мгновенно проверил диск и оповестил о безопасности подключаемого устройства. Программу писали по его заказу, три года назад в одном экземпляре. Для расшифровки требовался специальный, постоянно меняющийся биокод, который сгенерировать мог только владелец шифратора, а также универсальная утилита, по умолчанию установленная на каждое устройство. Процесс занял около двух минут. Компьютер передал зашифрованные данные на записывающее устройство и биотехнолог отправился обратно. Дверца камеры отъехала в сторону. Теплов сел рядом и аккуратно просунув руку, положил ее на специальную подставку. Система мгновенно распознала ДНК человека, на экране появилась соответствующая область. Одно нажатие и запись началась.

## Глава 3

Большинство антибиотиков навсегда потеряли свою эффективность, а проекты регенерации, казавшиеся утопией, приобрели для человечества новый смысл. Фармацевтические и биотехнологические компании усердно искали выходы из сложившейся ситуации. Ещё усерднее, выход искала мировая элита. Когда ни деньги, ни власть, не смогли остановить мутировавшие бактерии. Миллионы смертей, вызванные давно забытыми возбудителями, сыграли ключевую роль в крутом повороте современной медицины. Даже металлическое нейропротезирование, отошло на второй план, так как нуждалась в средствах предотвращающих отторжение тканей. Началась новая эра – эра сверхрегенерации.