# Убойная должность

Кирилл Казанцев

В полицию за помощью обратился Владимир Ольховиков – начальник службы безопасности крупного банка. Он рассказал, что со счетов клиентов стали пропадать деньги, и попросил разобраться в ситуации. Дело поручено лучшему сотруднику отделения – старшему лейтенанту Антону Копаеву, которого среди своих называют суперкопом. Тот начинает расследование и вскоре выясняет, что деньги пропадают не только со счетов местного банка. Аналогичная ситуация – с банками по всей России. И еще Антон обратил внимание на очень странную закономерность: если в банке пропадала особенно крупная сумма, то одна из сотрудниц – обязательно молодая женщина – совершала самоубийство…

## Глава 1

Новогодний корпоратив, как это теперь называется, уже давно не принято проводить в офисах. Да и не во всяком офисе есть актовый зал или иное подходящее для вечеринок помещение. Для проведения обучающих семинаров, различных тренингов и иных мероприятий, требующих присутствия некоторого количества людей, обычно арендуют специализированные помещения. Так же рационально теперь в мире бизнеса подходят и к проведению корпоративов – арендуют специализированные помещения.

Коллектив екатеринбургского банка «МБК» собрался вечером 28 декабря в кафе «Лимония». Начальство уровня топ-менеджмента, по обыкновению, задерживалось, начальство среднего звена уровня начальников отделов нервничало, полагая, что ответственность привычно ляжет на их тренированные плечи. Нет первого, второго и последующего лиц, значит, решение принимать им.

– Галюнчик! – вежливо и довольно нежно взял девушку под локоток высокий плотный мужчина. – Ты у нас основной игрок, у тебя все клиенты в руках, тебе и бал править.

Галина Романова, двадцатисемилетняя молодая женщина, раскрасневшаяся от уже выпитого с подругами, прикусила губу. Она нервничала и уже не раз порывалась снова набрать номер управляющего. Так начинать без него и первого зама или не начинать? Иногда такое бывало, и коллектив начинал торжество «самостоятельно». И только спустя минут тридцать или час подтягивалось верховное руководство, которое говорило свои дежурные тосты, выпивало и быстро исчезало.

Украшенный традиционными воздушными шарами большой зал был залит ярким светом множества светильников. Наряженная еще утром искусственная елка красовалась у окна, нарядный коллектив, весь в мишуре и блестках, с шумом слонялся по залу и с вожделением посматривал на накрытые столы. Впрочем, многие нашли способ начать «разогреваться».

Принимать решение Галине не пришлось. Позвонил первый зам и посоветовал начинать, а они с шефом вольются в коллектив позже. Известие было воспринято коллективом с голодным воем и грохотом отодвигаемых стульев. Приглашенный ведущий – длинноволосый и немолодой актер местного ТЮЗа – тут же убавил звук музыкального центра и с энтузиазмом принялся за исполнение своей роли тамады.

После первых трех рюмок коллектив размялся в энергичных танцах, быстренько прокатил веселый конкурс, хватил еще по одной и потянулся в вестибюль курить. Галя Романова не курила, но остудить разгоряченное тело все же вышла. За стеклянными входными дверями кружил пушистый снег, укрывая тротуары, деревья и лавки сквера напротив.

На локоть девушки снова легла мужская рука.

– Ну, вот и справились без большого начальства, – снова рядом оказался Володя Ольховиков, заместитель по безопасности. – Ты сегодня обворожительна, Галюнчик!

– Перестаньте меня называть Галюнчиком, – поморщилась девушка. – Терпеть не могу такого обращения. И вообще когда коверкают имена.

– А я терпеть не могу, когда ты меня на «вы» называешь, – усмехнулся Ольховиков. – Просил же, намекал же…

– Опять вы за свое, – нахмурилась Галя. – Я с женатыми мужиками в отношения не вступаю.

– Муж-чинами, – уточнил Ольховиков, и Галя наконец поняла, что он был уже сильно «под градусом». – Пойдем покурим… У меня машина за углом стоит.

– Я не курю, – дернула Галя плечом и попыталась обойти массивную фигуру безопасника.

– Ну так посидим, – снова схватил девушку за локоть Ольховиков.

– Вы что? – дернула руку Галя. – Совсем уже!

– Ой смотри, девка! – вдруг сменил мужчина слащавое выражение лица на злое. – Доиграешься ты у меня. Будешь упираться, я тебе такое устрою.

– Подстроите! Так вы хотели сказать? А порядочно ли это?

– Наплевать! – отрезал Ольховиков. – Ты у нас на всей клиентской базе сидишь… Вот смотри и не снеси яичко… Недотрога! Ишь ты…

Галя вытаращила глаза. Безопасник некоторое время постоял перед ней, покачиваясь, потом отодвинул задвижку на двери и прямо в костюме вышел под снег. Скользя ботинками на покрытом снегом тротуаре, он дошел-таки до оставленной чуть в стороне «Хонды». Галя с брезгливостью и тревогой смотрела вслед настырному ухажеру. Ольховиков все же упал возле самой машины. Не отряхиваясь, он залез в салон, завел мотор и рванул машину с места. После нескольких заносов водителю удалось выровнять машину, и она скрылась за поворотом.

Проворчав по поводу безбашенных мужиков, Галя поспешила в зал, чтобы предупредить помощника Ольховикова, что его шеф уехал на машине в состоянии сильного алкогольного опьянения. А угрозы… Скорее всего, Ольховиков не соображал, что молол только что у входа. Он вообще со своими приставаниями донимал в основном во время вот таких вот вечеринок, когда немного выпьет. А трезвым он был вполне приличным человеком. Не хотелось думать серьезно о поговорке «что у трезвого на уме, то у пьяного на языке».


Первые посленовогодние дни во всех организациях и учреждениях бывают днями малопродуктивными, пустыми. Люди шатаются по офисам и коридорам. Подолгу торчат в курилках или возле кофейных автоматов. После «новогодних каникул» в рабочий ритм войти всегда трудно. Тем более когда начальство уже из года в год в это время уматывает то в Чехию, то во Францию. Расслабление длится до середины января, а то и до самого конца этого лютого морозного месяца.

Двенадцатого января морозы немного ослабли, даже ночью температура не опустилась ниже минуса двух. И в эту ночь на крыше пятиэтажного жилого дома, соседствующего рядом со зданием банка, появились люди. Одеты они были в светло-серую одежду, благодаря чему терялись и на фоне серого пасмурного неба, и на фоне покрытых снегом крыш.

Четыре фигуры выбрались из слухового окна на покатую крышу, спустились к самому ограждению на краю. Один из неизвестных поднял какое-то приспособление, послышался звонкий удар распрямившейся пружины, и на крышу банка полетел титановый крюк, вытягивающий за собой капроновый линь. Попадание! Крюк надежно зацепился одной из лап за каркас из стального уголка, на котором размещался на крыше банка огромный рекламный щит. Один из неизвестных поднялся к слуховому окну и стал осторожно вытягивать тонкую капроновую веревку, которая скользила в кольце крюка. Из слухового окна потянулась прочная веревка, которая должна была выдержать вес нескольких человек.

Через пару минут веревка была туго натянута. Неизвестные в маскировочной одежде натянули на лица вязаные шапочки с прорезями для рта и глаз и поочередно заскользили по веревке вниз – на крышу банка. И вот переправленный все по той же веревке газовый баллон и горелка установлены, растянуто тонкое светонепроницаемое полотно, чтобы свет не был виден снизу с улиц. А через пять минут дымящаяся металлическая дверь распахнулась, звякнув вырезанной частью, на которой с внутренней стороны раскачивался обычный навесной замок.

Ноги в высоких армейских ботинках на прорезиненной подошве тихо ступали по внутренней лестнице, свет фонарей выхватывал двери, потухшие глазки датчиков движения. Шедший первым невысокий коренастый мужчина поднял палец и произнес с заметным кавказским акцентом:

– Порядок! Не подвел нас!

Спуститься неизвестным удалось до полуподвального помещения, где дорогу им преградила еще одна дверь. Снова в ход пошел газовый резак. Еще несколько минут, и в помещении завоняло горелой краской, дымом от горящей прессованной древесины. Эта дверь была с декоративной отделкой, и теперь она воспламенилась.

Грабители распахнули дверь и принялись чем попало тушить горящий лист ДВП. Один из них скинул куртку и стал шлепать ею по двери. Наконец огонь был потушен, а главарь вдруг схватил ближайшего грабителя за руки и знаком приказал всем замереть. В помещении было очень много дыма, а под потолком красовался датчик задымления. Но сигнализация молчала, не горел и красный диод на датчике движения. Главарь облегченно выдохнул и закашлялся.

– Порядок, парни! Все под контролем, все отключено. Теперь последний рывок, и деньги наши…

И в этот момент как-то особенно подло сверкнул красным светом и загорелся диод на датчике движения, тут же пронзительно зазвенела пожарная сигнализация. У всех четверых похолодело внутри. Все представили, как сейчас сигналы о пожаре и о проникновении сработали на пультах пожарной охраны и отделения вневедомственной охраны. Как дежурные на пультах уставились на сигналы, а их руки потянулись к телефонным трубкам, микрофонам и кнопкам. Никто не знал, как там на этих чертовых пультах передается информация о происшествии на одном из объектов, но что она передается быстро, догадывались все.

Мгновенная суета сделала из сплоченной группы стадо баранов. Грабители заметались и дружно ринулись наверх. Тщетно главарь, путая русские и чеченские слова, орал на своих помощников. Троица, громко топая, понеслась наверх к спасительной крыше и веревке. От испуга все они забыли, что веревка натянута под углом и подниматься по ней на крышу жилого дома будет намного сложнее.

Главарь выругался и схватился за голову. Все решают секунды и минуты. Первой же патрульной машине достаточно менее пяти минут, чтобы прибыть на место. Мозг работал лихорадочно. Куда, куда? Вверх нельзя, там сейчас эти идиоты будут рвать друг у друга веревку. Улица, окно! Куда выходит фасад? А промежуток между домами? Ведь здание банка стоит почти вплотную к соседнему старинному двухэтажному дому. Там расстояние сантиметров пятьдесят и кирпичный декоративный забор.

Остатки газа ушли на то, чтобы резаком перерезать решетку на окне. Ноги главаря грабителей скрылись за забором в тот момент, когда к банку подъехала первая патрульная машина вневедомственной охраны. Соседний двор он преодолел довольно быстро, а потом – смежную улицу, арку дома… Машина стояла во дворе, и он завел мотор за минуту.

Людей на крыше банка увидел экипаж второй машины. Полицейские тут же передали информацию дежурному, и к месту событий подтянулись все патрульные машины полиции, которые находились сейчас на службе. Жилой дом и банк были оцеплены, а еще через двадцать минут прибыло подразделение спецназа, бойцы которого поднялись на крышу.

– Лежать! Руки на затылок! Ноги раздвинуть! Лежать, я сказал! – Бойцы спецназа кричали, давя на психику, ударяли ногами по ногам задержанных, тыкали их стволами автоматов между лопаток.

Быстрый осмотр показал, что оружия у задержанных при себе не было, но экипировка не оставляла сомнений, что они перебрались сюда именно по натянутой веревке с крыши соседнего здания. Как и баллон в полуподвале, как и сумки для денег, и слегка обгорелая куртка одного из злоумышленников.

– Где остальные? – орал командир спецназовцев в ухо каждому из задержанных. – Кто еще с вами был? Сколько?

Но перепуганные побледневшие грабители только вжимались в снег, втягивали головы в плечи и ойкали от пинков в самые уязвимые места. Не выдавать, молчать! Это в них вбивалось накрепко на протяжении нескольких дней подготовки к этой операции. Что бы ни случилось, как бы все ни повернулось. Они молчали. А главарь, бросив в другой части города в таком же сонном дворе угнанную машину, уже размышлял, как и через кого передать своим попавшимся баранам приказ молчать, не выдавать его. Если не выдадут, то отделаются легко. Ведь проникновение с целью кражи – это одно. А вот сама кража в крупных размерах – совсем иное. И если они его выдадут, то должны знать, что кара их настигнет везде. В СИЗО ли, на пересылке ли. Или уже в колонии, куда их отправят после суда. Должны бояться! Нужно маляву им отправить, чтобы признавались, что сами окно высаживали, но поняли, что не успеют уйти улицей, и снова вернулись на крышу. Пусть так говорят, это похоже на правду.

Это сейчас волновало больше всего, сейчас это главное. А уж о том, почему сигнализация сработала, можно будет не торопясь подумать и потом. Хорошенько подумать и задать несколько вопросов одному человеку! Нет, не человеку – шакалу!


О том, что его спрашивает какой-то мужчина, профессор Юридического института МВД Андрей Павлович Воронцов узнал, когда вышел после лекции из аудитории. Возле двери кафедры стоял молодой высокий и начинающий полнеть мужчина. Воронцов наморщил лоб и почти сразу вспомнил, что это тоже его бывший выпускник. Он не брался точно назвать годы выпуска, но лет десять, наверное, уже прошло с тех пор, как он отучился в институте.

Курсанты шумной гурьбой наконец схлынули по коридору в сторону лестницы, а полковник Воронцов подошел к гостю.

– Здравствуйте, Андрей Павлович, – расплылся в широкой улыбке гость, и Воронцов сразу вспомнил его и его широкую обезоруживающую улыбку.

– Ольховиков, – уверенно произнес профессор и для убедительности ткнул в воздух пальцем. – Так?

– Ого, а я думал, что это сказки, что вы всех своих выпускников по фамилиям помните! Точно, Ольховиков.

– Н-ну, не всех, конечно, – развел руками профессор, – но на память не жалуюсь. Занятие наукой, тем более такой, располагает к тренировке памяти. Ну, пройдемте на кафедру. Расскажете, как, где. Надеюсь, что вы уже капитан или майор.

– Нет, извините, – покачал головой Ольховиков, пропуская полковника в дверь и заходя следом. – Оставил я службу. Сейчас в банке заведую безопасностью.

То, что Воронцов не отреагировал на это сообщение укорами, было хорошо. Многие считают, что ученик, изменивший делу своего учителя, наносит тем самым учителю страшную душевную травму. Воронцов таким не был. Он понимал, что не все люди созданы для работы в полиции. Многие работают там десятилетиями, не будучи созданными для нее, а другие – талантливые, прирожденные – бросают почти сразу и находят себя на ином поприще.

Ольховиков осмотрелся на кафедре. Все здесь по-прежнему. И мебель, и расстановка, и дух. Внутри защемило, вспомнились курсантские времена.

– Значит, оставили вы службу, – повторил Воронцов, усаживаясь за свой стол. – Ну, пост у вас солидный, ответственный. Так что наша школа наверняка пригодится и здесь. А на кафедру по делу или воспоминания привели?

– По делу, Андрей Павлович. По старой памяти пришел к вам за помощью. Среди выпускников легенды ходят, что вы не только всех по фамилиям помните, но и отношения поддерживаете со многими. Тут уж укорить меня можете, что носа не показывал, а как прижало, так сразу прибежал.

– Полноте, вам, полноте, – рассмеялся полковник. – Вы, Ольховиков, всегда были хорошим парнем, но излишне впечатлительным. Я не красна девица и не старый зануда, которого корчит, если кто-то открыточку не чиркнул на Новый год или День милиции. Я вас сотнями выпускаю каждый год, вы разлетаетесь по области, по стране как птицы, как птенцы, вставшие на крыло. И мне приятно, что вы в той или иной степени работаете по специальности, даже вот так, как вы. Тоже признак того, что мы вам многое дали, раз вас взяли работать в банк. И сейчас вы же пришли ко мне, понадобился вам старый профессор. А это дорогого стоит, когда вот так, через десяток лет приходят. Значит, помнят. Ну, ладно, хватит лирики. Так что у вас, чем могу помочь?

– А нужен мне ваш совет, Андрей Павлович. Понимаете, проблема у нас, и как раз по моей линии, по линии безопасности. Можно бы на общих основаниях обратиться в полицию, заявление подать, только… Вы ведь и сами знаете, что у нас не все в порядке в органах. А тем более когда речь идет об экономических преступлениях…

– Я понимаю, – кивнул полковник. – И не надо стесняться. То наша беда и не наша с вами вина. Да, коррупция в органах внутренних дел велика, и я отдаю себе в этом отчет. Значит, вы хотите обратиться к тому, в ком уверены на сто процентов? И хотите моего совета? Что ж, за всех не поручусь, но есть и такие, в ком я уверен, как в себе. И горжусь этим. Так что у вас за проблема?

– Какой-то очень умный хакер научился взламывать личные кабинеты клиентов банка и совершать операции со счетами. Проще говоря, воровать деньги.

– Та-ак, – задумчиво проговорил Воронцов, уставившись в окно. – Ну, это не экономическое преступление. Двойка вам, Ольховиков. Значит, есть умник, который может снимать со счетов клиентов банка деньги, а потом их обналичивать, я правильно понял? А что это за «личные кабинеты»?

– Это… В общем, когда вы открываете счет в банке, не важно, просто накопительный или заказываете пластиковую карту, или заводите сберегательную книжку, то можете заказать и такую услугу, как личное управление счетом. Вам дают систему кодов входа, которую знаете только вы. Так вы входите в некое виртуальное пространство, называемое «личным кабинетом». Фактически это часть базы данных банка. Там автоматически отражается состояние счета, все операции и даты их совершения. Вы можете со своего компьютера оплатить со счета коммунальные платежи, перевести деньги на другой счет, оплатить Интернет, пополнить счет телефона и многое другое. Очень удобная функция.

– Несанкционированный доступ. Понятно. Если можно войти в свой, как вы его назвали, «личный кабинет» санкционированно через систему кодов, то, значит, можно сделать это и несанкционированно. Просто будучи грамотным программистом и грубо взломав программу.

– Не грубо, а просто взломав. Там таких категорий не существует. Либо проник и получил доступ к командам, либо не проник. Вот я и прошу вашего совета, Андрей Павлович. К кому бы мне обратиться, кто заведомо не связан с коррупцией, кто работает честно?

– Ну, что же, – вздохнул Ворнцов. – Видимо, в самом деле времена такие наступили, что люди перестали доверять полиции. И ищут не блата, а совета. Разыскать в ней честного человека, а тот чтобы свел с еще одним честным человеком. Какой-то клан формируется по принципу честности. Подполье честных полицейских!

– Понимаю ваш сарказм, – развел руками Ольховиков, – вам как учителю грустно такое сознавать. Может, все и не так уж страшно, но в моем деле не хочется ошибаться. И не столько потому, что я никому не верю, сколько потому, что я ищу добросовестных работников, которые не спугнут преступника, не будут работать спустя рукава и спускать дело «на тормозах». Мне нужен положительный результат, гарантированное добросовестное отношение к раскрытию преступления. Извините, но в самом деле получается, что лучшая услуга теперь оказывается по блату.

Воронцов молча достал из кармана мобильный телефон, несколько секунд посидел в задумчивости, а потом уверенно набрал номер. Ему ответили почти сразу.

– Здравствуй, Алексей Алексеевич! Не очень отвлекаю от службы?.. Нет?.. Ну и хорошо! Приятно услышать такое. У меня к тебе вот какая просьба, Алексей. Немного это все не по твоему профилю, но зато ты как раз тот, кто может подсказать. И даже проконтролировать выполнение моей просьбы. Не откажешь старику?.. – Воронцов усмехнулся, выслушав ответ. – Ладно, ладно! Шучу. Я дам твой номер. Это наш бывший коллега, сейчас работает в банке в службе безопасности. У него серьезные проблемы, и ты можешь помочь советом, а может, и больше – непосредственным участием. У тебя много светлых голов, насколько я помню. Ну и отлично! Спасибо, Леша.


Антон приехал по вызову Быкова поздно вечером. Поднявшись на этаж, где размещалось Управление собственной безопасности, Антон с интересом смотрел по сторонам. За все время работы в ведомстве Быкова он был тут считаные разы. Странно сознавать, что это твое ведомство, твое место работы, и бывать тут так редко.

В приемной было пусто и почти темно. Здесь горела только настольная лампа за стойкой секретарши да пробивалась полоса света через дверь в кабинет Быкова, которая была приоткрыта.

– Разрешите? – сделал Антон шаг в кабинет.

Быкова не было, но из смежной комнаты, которую испокон веков принято называть «комнатой отдыха», слышался негромкий разговор и звон посуды.

– Алексей Алексеевич, вы здесь? – громко позвал Антон и подошел к столу.

Быков мгновенно показался, держа возле уха мобильник. Он молча поманил Антона к себе, а потом показал в сторону комнаты. Кажется, разговор был с женой. Антон вошел в маленькую комнату, где умещался только небольшой диван, два кресла и журнальный столик между ними. Возле окна распахнутый небольшой шкаф-пенал, в котором виднелись чашки и еще кое-какая посуда. На столике дымилась, источая аромат, чашка горячего кофе.

Антон уселся на диван и, испытывая блаженство, откинулся на спинку. Быков что-то ворчал в телефон, меряя шагами кабинет. Быков оправдывался! Послушать такое удавалось, наверное, не многим работникам управления. Уж Антон-то знал, насколько Быков любит жену, какие у них трепетные отношения и какая у них любовь. Как в первый год семейной жизни. И это у Быкова-то! Этой рыжей скалы, непреклонного обветренного дуба, кары небесной для всех продажных гнилых полицейских!

Алексей Алексеевич вернулся в комнату. Он был уже прежним Быковым, никаких нежных и просящих интонаций, никакой мягкости.

– Кофе будешь? – коротко спросил он и уселся, когда собеседник отрицательно качнул головой. – Ну тогда давай о деле. Оно не совсем обычное, и поручить его я хочу тебе. Оно не совсем по нашему профилю, но… как бы тебе это сказать, попросил человек, которому не принято отказывать.

– Ого! – ехидно улыбнулся Антон. – Никогда не думал, что вы и чинопочитание совместимы.

Быков промолчал, шумно отхлебывая кофе.

– Значит, и против вас есть рычаги, да? Или это был звонок из министерства?

– Да нет, не из министерства, – спокойно ответил Быков.

– Но все равно человек с положением? Большой человек?

– Ты даже не представляешь, насколько большой. Хотя должен был бы. Сам недавно за помощью к нему приходил. Это профессор Воронцов.

– А… – Антон поперхнулся и прикусил губу. – Интересно!

– Ну, если ты иссяк, тогда слушай. Я тебя оставлю здесь, а ты будешь сидеть, смотреть и слушать. Там вон под крышкой столика ноутбук, там же в коробочке наушники. Аппаратура настроена на камеру над моим столом, так что видны тебе будут все нюансы. Не стану пересказывать суть дела, потому что сам знаю немного. Придет человек из бывших наших и все расскажет. Усек, шкет?

Это был пинок за ерничество в начале разговора. Быков ни за что не упустит, чтобы не напомнить своему сотруднику, что тот еще недостаточно овладел своей профессией и не достиг желаемого начальником уровня мастерства. Антон улыбнулся и кивнул.

– А вот когда я его выпровожу, тогда мы с тобой все и обсудим. Но учти, что работать будешь в обычном для тебя режиме. Поэтому я тебя тут и оставляю.

Убедившись, что Антон все понял правильно, Быков поднялся и вышел из комнаты, плотно прикрыв за собой дверь. Антон уловил даже щелчок замка. Достав ноутбук, Антон убедился, что он включен и на экране видна желтая веснушчатая лысина шефа и приставной стол перед его столом с четырьмя стульями. Найдя коробку с наушниками, Антон воткнул штекер в гнездо и надел их на голову.

Быков как раз разговаривал с дежурным, который позвонил ему и сообщил, что посетитель пришел и поднимается наверх. Антон все же налил себе кофе из высокого кофейника и сел, вытянув ноги. Через несколько минут вошел высокий, широкий в плечах молодой мужчина в куртке нараспашку. Он представился Владимиром Петровичем Ольховиковым и сразу потянулся отдавать Быкову визитку. «Ясно, – подумал Антон, – из коммерческой структуры, раз визитки раздает. Получил уже школу».

Повод своего визита Ольховиков изложил довольно лаконично. Ему нужен был специалист высокого уровня в любом надежном подразделении полиции города или области, чтобы он мог прищучить хакера, который перегоняет со счетов клиентов деньги.

– Дело необычное, – задумчиво прокомментировал Быков, – вполне современное. Значит, стали и безнал воровать. Научились, значит.

– Да, так вы можете мне посоветовать кого-нибудь? Понимаете, хотелось бы быть уверенным, что работать будут на совесть и настоящие профессионалы, а не как обычно.

– А как вы сказали, называется ваш банк, «МБК»? Ну, что же, подумать можно. Только вы скажите, а что, вот так любой ухарь может поломать голову, разжиться соответствующей программкой и заняться воровством чужих денег из любого банка?

– Не каждый. Дело это очень сложное, но посудите сами, что и внутреннюю сеть Пентагона взламывали.

– Это да, – согласился Быков. – И все-таки я хочу понять. Ведь нужно же еще что-то знать, чтобы вот так просто влезть, и не к кому попало, а к кому-то конкретному. Понимаете мой намек?

– Понимаю. Вы хотите сказать, что хакера кто-то должен навести, кто-то должен подсказать, чей личный кабинет взломать, у какого клиента есть там деньги, и деньги немалые. Согласен, такой человек желателен, как я это понимаю. И тем более что хакер не обнуляет счета, а перегоняет с них относительно небольшие суммы. Мне кажется, что он старается оперировать с теми счетами, которые очень активно используются клиентами через свой личный кабинет. Так легче из нескольких сотен тысяч выдернуть несколько тысяч. Подозреваю, что большая часть клиентов и не замечает таких потерь. А кто замечает, те путаются в своих платежах и полагают, что все правильно. Те, кто к нам обратился, потеряли восемь и двенадцать тысяч соответственно из порядка нескольких сотен тысяч, имеющихся на счете.

– Так вы кого-то конкретно из сотрудников вашего банка подозреваете в пособничестве хакеру?

– Если такой человек есть, то хакеру удобнее было бы подбить на участие в преступлении начальника клиентского отдела. Менеджеры знают только свою группу клиентов, а она имеет доступ к сведениям обо всех.

– И кто же это?

– Некая Галина Романова. Двадцать семь лет, работает у нас с момента окончания юридического университета – УрГЭУ, факультет мировой экономики и финансов. Поднялась по служебной лестнице вполне заслуженно, умненькая девочка, симпатичная.

Антон хорошо слышал весь разговор и даже имел возможность наблюдать за лицом визитера. Этот Ольховиков был, видимо, нормальным парнем. Не спесив, деловит, умеет излагать свои мысли. И проблема интересная, только как к ней подойти, если Быков запретил работать официально. Пусть уж он максимально выжмет информацию из этого человека, а я пойду дальше. Галина Романова? Он как-то смущенно назвал имя этой девушки. Не хочется очернять непроверенными подозрениями человека, а может, у них какие-то личные отношения, а теперь в интересах дела он вынужден констатировать, что его пассия в числе подозреваемых. Профессионально, но как-то… А как иначе?

Еще Антон понимал, что суть задания – это дело второе, а вот все ли чисто с этим обращением за помощью? То, что этот Ольховиков пришел к своему институтскому профессору, говорит в его пользу, а что он таким образом, используя доверие к профессору Воронцову, мог умышленно внедриться куда-то – этого отметать тоже нельзя. А смысл? Например, отвести подозрения от себя, от нужной группы лиц, попытаться контролировать или даже вести следствие заведомо в нужном ему направлении, дезориентировать его.

Значит, не стоит серьезно относиться к тому, что внешне Владимир Петрович Ольховиков кажется весьма симпатичным дядькой. Быкова не проведешь, но в жизни бывает всякое. Так что для начала не будем верить никому и ничему, даже явно очевидным фактам. Второе, нужно разобраться со структурой преступления. Кто жертва, легкость или сложность доступа к деньгам, что вообще в анналах криминалистики известно о преступлениях в этой сфере.

– Ну? – поинтересовался Быков, когда Ольховиков ушел. – Понял, откуда тут ноги растут?

– Если вообще, то из задницы, – хмыкнул Антон. – А по сути заявления этого товарища – не очень. Кто-то забирается виртуально к ним в базу данных и оперирует чужими счетами. Очень похоже, что преступление вообще за рамки офиса банка не выходит. Не находите, что это кто-то свой?

– А не кажется ли тебе, что поступить так очень рискованно – запросто можно попасться. Хотя то, что не обошлось без участия «своего», отрицать не буду. Я прошу тебя, Антон, заняться этим делом. Покрутись, внедрись, приглядись. Вообще, постарайся понять, что это за система, как в ней все это делается. Ты не волнуйся, – увидев хмурый взгляд своего сотрудника, добавил Быков, – я подключу компьютерщиков-программистов, чтобы дали квалифицированную оценку возможности таких преступлений. Но ты не обольщайся – и не такие сайты взламывали, и не такого уровня организаций. Ты не в банковской сфере должен разобраться, а хакера этого вычислить. Чувствуешь разницу?

Разницу Антон чувствовал. Алексей Алексеевич, как всегда, сумел довольно точно ограничить задачу. Вычислить хакера можно было и не углубляясь в принципы формирования капитала, организационной культуры банка и других премудростей, которым учат пять лет в специализированном вузе. Он должен понять, кто и с чьей помощью дотянулся до чужих денег. Он должен понять хотя бы механизм этого действия, а потом сформировать свой круг подозреваемых. А дальше, как говорится, дело техники.

Дома Антон сразу засел за ноутбук. И тотчас наткнулся на массу информации о взломах счетов и баз данных. В основном они все касались доступа к счетам абонентов мобильных операторов. Электронные грабители опустошали счета абонентов, делали какие-то рассылки, предлагали зайти на какие-то сайты, отослать какие-то SMS-сообщения. Это было интересно, но мелко. Дураку понятно, что взломать базу данных банка, получить доступ к счетам клиентов намного сложнее. И он стал искать.

Ему попадались обсуждения и повествования пострадавших, как у кого-то со счета в банке сняли приличную сумму. Как он пошел в банк, написал заявление, как предлагал всем быть осторожнее с онлайн-банком. Потом попались комментарии журналистов и специалистов по этой проблеме. А она, оказывается, в самом деле была. И в самом деле в последние месяцы, например, Сбербанк России зафиксировал неоднократные попытки взлома счетов пользователей «Сбербанк ОнЛ@йн». Видимо, специалисты там поработали и разобрались с этими хакерами, потому что схема излагалась подробно. Чтобы получить доступ в «личный кабинет» клиента, воры с помощью специальных вирусов устанавливают на компьютеры различные вредоносные программы. И эти программы, когда клиент заходит в свой «личный кабинет», перенаправляют их на поддельные сайты. Внешний вид поддельного сайта, разумеется, полностью соответствует подлинной интернет-странице сервиса «Сбербанк ОнЛ@йн». А вот там, на этом подложном сайте, ссылаясь на сбой программы, клиента просят ввести разовый пароль якобы для отмены ошибочной операции. А вводя разовый пароль на поддельной странице или уж тем более сообщая его по телефону позвонившему «сотруднику банка», клиент тем самым позволяет ворам провести операции перевода денежных средств от своего имени.

Но представитель банка «МБК», который приходил к Быкову, рассказывал о несколько иных ходах. Там клиент ничего не делал и ни сном ни духом не ведал, что на его счет покушались. Какая-то другая схема действия хакеров? Наверное. Да и пора бы уже преступникам начать шустрить в этой среде. Ведь огромные возможности интернет-банка, системы дистанционного банковского обслуживания среди юридических и физических лиц делают эту услугу очень и очень популярной. В то же время она не была максимально безопасной. Ведь похвастаться тем, что клиентские счета не были успешно атакованы, не могут даже самые крупные и именитые банки. Значит, это очередная затяжная война. Совершенствуется система защиты, совершенствуется система нападения. И там, и там программисты! Война программистов!

А вот это уже официальное мнение. Кто это у нас? Ага, генеральный директор Websafer.ru, который выступил на эту тему на XI Международном форуме iFin «Электронные финансовые услуги и технологии в России». Он полагает, что, по сути, платежи, которые проходят через интернет-банк, не защищены и при желании у 99 % пользователей можно увести деньги со счета.

А это уже приведена статистика МВД. Интересно! Число хакерских атак на интернет-счета постоянно растет. И на протяжении последних трех лет наблюдается лавинообразный рост числа хакерских атак на банковские счета в России.

Так, а это уже советы члена правления одного из банков. По его словам, мошенники часто просто перехватывают клиента, не взламывая банковскую систему. В данном случае либо клиент проявил невнимательность, либо мошенники так хорошо изучили клиента, что смогли собрать достаточно данных для входа в интернет-банк. Вот это интересно. Антон сделал себе пометку. Значит, все-таки личность клиента важна, нужно знать базу данных.

А это уже материалы III Межбанковской конференции «Информационная безопасность банков». Даже уже конференции по этой теме проводятся? Здесь ссылаются на массу примеров, когда похищение средств со счета клиента производится с его же рабочего места или с домашнего компьютера. Часто клиенты подвергают свой счет опасности, дублируя интернет-банк и ключи на несколько компьютеров. Или еще хлеще – открывают доступ к интернет-банку посторонним лицам, в том числе внештатным сотрудникам, ведущим бухгалтерский учет.

Еще кое-что поразило Антона. Почти все представители банковского дела, по мнению исполнительного директора банка УРАЛСИБ по региональным коммуникациям, чуть ли не в один голос сетуют на то, что в большинстве случаев виноват в своей беде сам клиент, который потерял деньги по неосторожности. Они заверяют, что существующие сегодня технологии обеспечивают безопасность сервиса. И в то же время пользователь, безусловно, должен также помнить и соблюдать элементарные правила безопасности. От клиента требуется повышенная бдительность и аккуратность при проведении расчетов в сети Интернет. Ведь при работе с интернет-банком клиент сам несет ответственность за свои действия. Все понятно, все логично! Банк обеспечил безопасность, а лопух клиент всем разболтал о ключах и кодах. Так что банк не виноват. Та тема завуалированно прослеживалась в публикациях.

А дальше откровенная подсказка. Оказывается, чтобы избежать значительных потерь в результате хакерских атак, представитель одного из ведущих банков рекомендует осуществлять операции на крупные суммы, например превышающие 50 тысяч рублей, не через интернет-банк, а в отделениях банка. Вот так! Мы гарантируем безопасность сервиса, но вы крупными суммами не оперируйте. Чем черт не шутит. Вот вам и признание, что сервис не безопасен. И что всегда найдется очередной компьютерный гений, который придумает, как влезть в ваш «личный кабинет» и перечислить от вашего имени некоторую сумму на какой-то счет. И проблема эта специфическая, не каждому она по зубам. Вот самый главный вывод.

## Глава 2

На улице было морозно. Ветер гнал мелкий снег по обледенелому асфальту, замерзшая грязь на боках дорогих машин после последней оттепели вызывала гримасу брезгливости. Антон поглубже натянул вязаную шапочку, поежился и перебежал на другую сторону улицы, где красовалась вывеска офиса банка «МБК».

В помещении его обдало жаром «тепловой завесы», потом ослепили приветливыми улыбками девушки в одинаковом наряде. Темно-синие юбки, такие же жилеты и косынки, повязанные под воротниками белоснежных блузок. Юбочки, как водится, были короткими.

– Здравствуйте, – проворковала у входа девушка с черной папкой под рукой.

– Здравствуйте, – постарался Антон расплыться в еще более приветливой улыбке.

После мороза получилось плохо, потому что лицо онемело и мышцы не слушались. Антон потер щеки руками, сделал несколько гримас и попытался улыбнуться снова. Теперь лучше!

– Я бы хотел открыть у вас счет, но я не знаю условий. Хотелось бы с кем-нибудь из специалистов обсудить варианты.

– Конечно, – счастливо объявила девушка, наверное, стажерка или студентка на практике. – Я провожу вас к начальнику отдела.

Встретиться с начальником отдела было здорово – Антона могли провести к той самой Галине Романовой. На ходу расстегивая куртку и стягивая с головы шапку, Антон поспешил следом за задорно и привлекательно топающей высокими каблучками девушкой. Полненькие икры ног наводили на фривольные мысли, и Антон отвел глаза от девичьих ног и обреза юбки. Или народ в этом офисе вымуштрован, или тут в самом деле работают крайне доброжелательные люди. Хотя откуда в наше время столько доброжелательных, да еще в одном месте. Не следует обольщаться.

Антон шел через зал мимо посетителей, разомлевших с мороза возле стоек, за которыми виднелись улыбчивые девушки. Яркий свет, белые стены, и… где-то за всем этим черные руки тянутся к счетам клиентов. Яркость и свет немного померкли в глазах Антона, он стал воспринимать офис как нечто строгое и деловитое.

Иллюзия, которая может заворожить! А расчет, между прочим, правильный. Те, кто понимает в маркетинге, давно стали делать ставку на приветливость и радушие в отношении клиента. Для большинства граждан нашей страны это стало чуть ли не определяющим фактором при выборе фирмы, в которую он обратится за услугой. Для тех, кто помнит советские времена с хамством из-за прилавка, это важно. Тем, кто родился позже, это тоже импонирует, позволяет чувствовать себя значимым, повышает самооценку. Покажи клиенту, что ты ждал все это время его и только его, и он к тебе потянется.

Дверь без таблички, но с номерком «7». Антона завели в большую комнату, где вдоль стен стояли шесть рабочих столов с компьютерами. Два пустовало, за одним девушка что-то набирала на клавиатуре, еще за двумя – принимали клиентов. А на Антона прямо из-за центрального стола смотрели внимательные, дружелюбные и очень серьезные глаза. Сразу вспомнилась ученица одиннадцатого класса, которая выучила урок и готова к тому, чтобы учитель вызвал ее отвечать.

– Проходите, пожалуйста. – У начальника отдела был мелодичный и немного низковатый голос. Чувствовалось, что эта девушка тут хозяйка, начальница, что тут все работает так, как она завела и как она того требует.

Антон кивнул и уселся на стул. Мельком брошенный взгляд на бейджик – в самом деле Романова Галина. Хорошо, уже удача. Девушка лет двадцати семи – соответствует. А вот… Антон с некоторым трудом отвел глаза от расстегнутых пуговок блузки. По его мнению, как минимум одну стоило все же застегнуть. Слишком отвлекает от проблемы открытия счета и наводит на иные мысли. А грудь, между прочим, классная. И вообще фигурка, комплекция, рост. Вот только выражение лица и глаза. Какая-то она правильная, слишком умная, что ли.

Антон хорошо знал этот типаж женщин. Часто именно среди таких встречаются бесстыдно-безумствующие в постели. Точнее, среди них встречаются в основном две крайности: или холодные, по причине специфичности воспитания в семье, или порочные, но глубоко внутри, что обнажается во время порыва сексуальной страсти. Интересно… Гм, о деле думай, о деле!

– Я вас слушаю, – никак не отреагировав на взгляды молодого человека ей за пазуху, произнесла Галина. – Что вы хотели?

– Я хотел бы открыть у вас счет. Правда, не знаю какой, ведь у вас существуют разные условия, разные процентные ставки?

– Разумеется, – блеснув идеальными зубками, ответила девушка. – Я могу вам помочь сориентироваться в наших предложениях клиентам и выбрать наиболее подходящие вам условия.

– Буду рад, – со скромным видом согласился Антон, пытаясь настроиться на волну молодого и уже преуспевающего предпринимателя.

У него даже мелькнула мысль, что все эти юбочки, блузочки и пуговки специально существуют, чтобы обнажать сущность клиента, затуманивать его мозги и заставить не прикидываться, а вести себя естественно. Если это так, очень разумно. Вот и Антон никак не мог начать изображать из себя солидного человека, а говорил и пялился на девушку, как уличный вахлак.

– Чтобы предложить вам наиболее приемлемые условия, – мило и по-деловому улыбнулась Галина, – мне хотелось бы обсудить варианты оптимизации налогового планирования и надежной защиты активов. Ведь при выборе банковского счета необходимо принимать во внимание целый ряд факторов. Давайте я буду задавать вам вопросы, а вы мне отвечать.