Corte Amor
БОЙТЕСЬ СВОИХ ЖЕЛАНИЙ

Нонсенс

Вчера вечером общалась с Катей. Нам было очень скучно и она предложила порыться в интернете, поискать как можно призвать любимого персонажа. Конечно, до этого привел разговор о том, какого героя она бы хотела видеть в нашем мире. Рецепт попался сразу: «Чтобы призвать персонажа, вам нужно взять три слезы, перо единорога, две простыни, шерсть кентавра, слезы кота, сильносоленую селедку, соевый соус, майонез, пельмени, суп с гренками и молоко и на полнолуние выпить стоя спиной к юго- западу, дыша на северо-восток» и это всего лишь для Локи из Марвела. Повезет, если только в туалете после такого застряну, а не буду лежать в инфекционке. Конечно, ради интереса все же решила посмотреть на еще варианты. Мой звучал несколько реалистичнее…

«Для призыва возьмите три рюмки острого соуса, дорогую вещь, катану (можно заменить синаем), несколько бананов, рюмку водки, а так же бубен (ну, куда же без него?). Все сложите в бубен, выйдите на улицу, стоя под дождем, бейте в него, приговаривая:

«Милый, дорогой, приди поешь, выпей (если не сопьешься), поиграй, да останься со мной!». После этого подкидывайте бубен максимально вверх. Он должен исчезнуть. Утром возле вашей кровати должен появиться Безумный Шляпник, в роли Деппа». Не знаю кто безумнее – Шляпник или тот идиот, который будет эту ахинею делать?

Конечно, вдоволь насмеявшись над подобным, Катя, ради того же прикола, начала выпрашивать сделать подобное. Пораскинув мозгами, поняла, что если не сделаю – ночью хрен усну. Так как скука заменилась еще тем весельем, то перед сном мою головушку могли посещать разные мысли, в том числе и: «Делал ли кто-то это?», «Как выглядел человек, делающий эту байду?», «Может все-таки сделать ради прикола?

Который час? Час ночи. Отлично, самое время» и прочие. Тяжело вздохнув, потому что без этого никак, согласилась. Катя тут же запричитала о том, что хочет видеть это и чтобы я сняла на камеру.

Итак… Острого соуса под рукой вообще не оказалось. Поэтому я заменила его тремя стаканами соевого, вливая жидкость в найденную пустую бутылку. С дорогих вещей была только заколка, но запихнуть ее туда так и не смогла, из-за чего решила заменить обычной ручкой, затем второй. Катану как-то найти в шесть вечера очень проблематично. С бананами было проще – они точно были в холодильнике. Измельчив один, второй съела, чтобы не вызывать какую-то японскую мартышку, засунула и тот в бутылку. Эту гремучую смесь осталось разбавить только водкой.

Как только я появилась в зале, с серьезным видом, по крайней мере пыталась таков сделать, с бутылкой, в которой было что-то инородное, проследовала к бару, моя мама подавилась чаем. Она не останавливала, а лишь тихо наблюдала. Открыв дверцу, беру бутылку, затем рюмку, мама все еще молчит, усиленно пытаясь не засмеяться на весь дом. Наливаю полную, а затем ее выливаю в бутылку, закупориваю ту, ставлю все на свои места и с тем же видом шагаю обратно. За спиной раздается оглушительный смех.

Приходится вылезать на чердак. Бубна-то нет, но где-то на верху был старый детский барабан брата. Очень надеюсь, что двадцатипятилетнему парню он уже не понадобится.

Найдя его почти в кромешной тьме, подсвечивая фонариком, понимая, что бутылка-то побольше будет, забираю и спускаюсь в дом. Надевая куртку и обувая шлепанцы, понимаю, что выгляжу, как гусеница в куртке, пижаме, шлепках и носках. Выхожу на улицу и начинается самое интересное.

Бью в барабан бутылкой, громко и отчетливо приговаривая слова. На этот то ли жалобный, то ли чокнутый крик выходят посмотреть не только родители, но и соседи. Задний двор, темнота, стук в барабан, громкий крик. Никто не решается прервать это действие смехом или вызвать скорую, в крайнем случае, – сразу психушку. Это было похоже на то, будто приехала кунсткамера на пару с экстрасенсами и вот эта помесь изгоняла каких-то демонов. Хотя… Судя, по заклинанию, скорее призывала и сразу уничтожала. Они отважно терпели и ждали конца. Когда же я закончила с заклинанием, изо всей силы подкинула вверх барабан и бутылку, отбежав. Не прошло и десяти секунд, как бутылка тут же разлетается с характерным грохотом, а сверху падает барабан.

– Все, теперь ваш дом чист, – подхожу к родителям с максимально серьезным голосом.

– Это что сейчас было? – Шокировано спрашивает папа и немедля заходит в дом.

– У тебя температура? Лиза, ты заболела? – Мама тоже слегка недопонимает ситуацию.

– Да нет, все нормально, это… Ритуал такой, на привлечение…

– Психушки, я тебя поняла и услышала, – массируя виски, мама так же удаляется.

До конца дня родители продолжали странно коситься, делали попытки измерить температуру и, скорее всего, подумывали позвонить в скорую. Выпихнув из комнаты кота, переоделась и приготовилась ко сну. Ворочаясь, пыталась нагреться. Как-то холодновато у меня в комнате, по сравнению с остальными. Чувствую себя королевой ледяного царства. Осталось только Кая притащить.

Проснувшись, первым делом, по инерции, взяла телефон, включила вай-фай и стала листать новости. По большей части, все они были одинаковыми: красивые фото, а под ними какая-то заумная подпись, типа: «Осмыслить неосмысленное неосмысленными мыслями». Хрен что понятно, но мозг взрывает конкретно. Полежав еще минут двадцать, мысленно пытаясь дойти согласия между тараканами в черепной коробке, большинство снова побеждает и заставляет вставать.

Переодевшись во вторую пижаму, причесываюсь, включаю ноутбук и шагаю прямиком в ванную, в холодную часть дома. Умывшись и почистив зубы, направляюсь на кухню ставить самый громкий чайник. Его, мне кажется, можно услышать даже если ты поедешь в соседний город. Если не взорвется – и на том хорошо. Три ложки сахара, ложка кофе, ожидание кипятка. В кухню заглядывает папа, на ходу надевая куртку.

– Доброе утро, как спала? Не холодно? – Он собирается, пропуская все мимо ушей.

– Привет, нормально, нет, – хотя, по правде, замерзла, как сосулька. Готовлюсь к зиме.

– Мама на работе, я тоже уезжаю, будем поздно, завтрак сама приготовишь, главенствуешь над котами, – а затем поспешно покинул дом и уже через пару минут за окном услышала звук мотора – уехал. А на меня смотрели два больших зеленых глаза черного кота.

– Мяу, – говорит тот, облизываясь.

– Я не режу мясо, – спокойно отвечаю.

– Мяу, – не перестает тот.

– Правду говорю, – с некоторых пор, когда в доме стало шесть котов, мы научились разговаривать с ними. Не всегда понимаем, но оттого они не прекращают свою дрессуру. Кот спокойно встает и удаляется в прихожую.

– М-р-р-а-а-а-у! – Вопит он. – Мау!

– Подожди минуту! – Заливаю кипяток в чашку и беру ее в руки, идя следом за котом. – Задница замерзла, да?

– Мау! – Открываются двери и он залетает в гостиную, а после в залу, поближе к импровизированной печке.

Сама же направляюсь в свою комнату. На диво все остывает в ней довольно быстро, сажусь за стол, медленно догружаясь. Видимо, какое-то обновление в мозгах.

Приложение «Фантазия», наверное, обновляется. Кот, отогревшись, вальяжной походкой заходит в комнату, по-хозяйски залезает на постель, ищет любимое место и немедля начинает вылизываться.

Пока он вылизывается, прихожу в осознание нового дня и выпиваю уже теплый кофе. Затем приступаю к работе. Включив музыку, настраиваюсь на нужную волну, полностью поглощаясь в мир грез и фантазий. Но не надолго. Кто-то начинает упорно стучать в дверь. Терплю, стараясь не подавать виду, авось подумают, что никого нет? Но стук не прекращается. «Включив» режим «Если никого не будет – найду и прибью», встав, направляюсь прямиком к двери.

Настраиваясь на то, чтобы ее открыть, стук не прекращается. Дело в том что ручка от двери уже несколько лет формально есть. Ручка странный предмет – она, вроде, и есть, а, вроде, и нет. Каким-то волшебно-магическим образом мы умудрились разломать ее на две части а прикрутить новую всем лень, вот и открываем с Божьей помощью.

Предварительно стоит помолиться перед тем, как за нее браться. Настроившись, нажимаю и открываю их.

Тут же вижу шарф, похоже, женский. Под ним что-то сродни халату. Черному, а под ним белый. А над этими двумя еще один. Тоже белый. У кого такая больная фантазия в халатах расхаживать почти зимой? Затем замечаю белые наручи. Застываю. Перевожу взгляд наверх. Черные длинные волосы, заколки кенсейкан, пронзительные синевато- серые глаза, хозяин которых, видимо, пытается, на данный момент, выяснить есть ли у меня что-то в черепной коробке или нет?

Моментально закрываю двери. Так… Хорошо вчерашний ритуал торкнул. Потирая виски, упорно убеждала себя в том, что это галлюцинация. Но она продолжала стучать.

Проморгав, решила снова открыть двери, авось точно крыша поехала. Открываю. Нет, фигура не исчезла. После опять закрываю. Кажется, что что-то не так…

– Так, это только галлюцинация, – убеждаю себя. – И, да, она не может быть здесь. Это, блин, даже в теории невозможно! Да не может быть! Это точно не так!

– Я замерз, – послышался грубый мужской голос с той стороны.

– Постой еще немного! Я убеждаю себя в том, что ты – не настоящий! – Кричу в ответ, не надеясь, что услышит.

– Прошу прощения за вторжение, но здесь действительно очень холодно, – продолжает говорить галлюцинация.

– Ты еще не вторгся! Стой и жди! – Начинаю злиться. Ну… Жалко же мужика… Все-таки открываю дверь. – Даже. Не. Думай. Говорить. Тебя. Не. Существует.

– В теории – да, – он засовывает руки в рукава. – Так как я уже мертвый. Но на практике…

– Тебя нет и на практике! – Мужчина переваривает сказанное. – Ты не можешь быть живым!

– Я и не живой, – спокойно отвечает. – Я – синигами. Ищу путь домой.

– Иди, Анастасия, за Айзеном куда-нибудь, подальше от этого дома! Как увижу твоего лейтенанта – обязательно скажу, что ты здесь пробегал! – И резко хочу закрыть двери, как тут же он хватает за нее, останавливая.

– Прошу прощения, но вы меня видите? – Удивленно спрашивает брюнет.

– К сожалению, да. Еще вопросы? Возвращайся в свой Сейритей, страдашка!

– Кто? – Я вообще поражена, что ему знаком русский. Ну, да ладно. Синигами же. Вдруг они там полиглоты? – Я не могу вернуться. Не могу понять как здесь оказался и то, как отсюда вернуться обратно. Я пытался…

– Стоп-стоп-стоп. Хватит. Заходи, иначе я сейчас окоченею, – открыв двери, мужчина входит в дом и тут же снимает обувь. – Да ты рисковый мужик.

– Разве у вас не так?

– А ты разве не видишь где остальная обувь? – Осмотревшись, тот кладет обувь к остальной. – И почему ты вообще снял обувь?! Как у себя дома!

– Можно войти? – А сам уже дверь открыл в гостиную.

– Я вот сейчас не поняла: у вас, у Кучики, у всех такое? Вы входите в чужой дом, как к себе, я не мешаю? Может мне уйти? – И гневный взгляд.

Сделав пару вдохов и выдохов, вошла следом. Мужчина, немного пригибаясь, чтобы не влететь лбом в верх двери, вошел туда, где было теплее всего – в залу. Он спокойно, без лишних вопросов, присел рядом со слегка ошеломленными котами, которые вообще-то не сильно любили чужих, особенно почти двухметровых да еще и тех, которые нахально пытаются влиться в их кошачью идиллию. А у меня, в это время, глаз задергался.

Обалдеть просто. Ни стыда, ни совести. Хотя о чем это я? Если они всей оравой к несовершеннолетнему пацану в комнату заявились обсуждать победу над главным злодеем. Причем без приглашения.

Бьякуя спокойно огляделся, одарил таким взглядом печку, будто она никогда не станет достойной его, а после такой же взгляд, только на меня. Видимо сравнивал от кого пользы больше. Затем притронулся к кошке, которая странно косилась на мужчину, видимо тоже предполагала, что из-за вчерашнего ритуала торкнуло конкретно всех. Тут же Тиша, серый кот, который приболел и из-за этого вечно храпел аки трактор, сообразив, что пора линять, отполз на середину залы. Чернышка, сын Бакса Орущего, поспешно ретировался в комнату брата. Ну и что что там холодно?

– Хорошая кошка, – Маша продолжала буравить взглядом главу клана Кучики. – Ласковая.

– Смотри чтобы что-то не расцарапала, – сложив руки на груди, дышу словно бык перед тореадором. – Что вот это вот такое? А? Иди обратно в свой Сейритей.

– Я уже сказал, что не могу туда вернуться, – в сравнении с тем, как тот ровно держит спину, как общается, как выглядит, я была похожа на того самого злого пельменя Аркадия из приколов. – Как вы меня видите?

– Кошки вообще видят таких, как ты, – Машка теперь посмотрела на меня, будто пытаясь узнать ответ на вопрос «Он здесь надолго?». – Можешь сравнить меня с кошкой. Это с детства, так что отстань. И вообще, иди куда-нибудь в другое место! Почему ты сюда приперся?!

– Вы, видимо, из Руконгая…

– Да какого, к черту, Руконгая?! Я из Земли, идиот! Вообще-то ничего, что я не душа, а человек?! В твою умную головушку такого не приходило?!

– Вы не квинси?

– Мать твою, нет.

– Не синигами?

– Боже, ты параноик.

– Не визард?

– Хватит! Не грузи меня!

– И вы не душа?

– Хэй! Капитан первого отряда, вы потеряли капитана шестого отряда! Просьба вернуться и забрать! Желательно немедленно! – Закричала я в потолок, сделав руки, как рупор. – Иди в другой дом.

– Прошу прощение, но нет.

– То Рукия у рыжего остановилась, теперь ты у рыжей. Вас к рыжим тянет что ли?! – Да, я не рыжая, пока что, но уже как год мечтаю снова вернуться к рыжему. – Рыжефилы. Я, вообще-то, с родителями живу и они не привыкли в доме видеть двухметрового мертвого мужика!

– Они тоже меня увидят?

– Мама точно. Давай проваливай.

– Это не прилично.

– Плевать я хотела на этикет. Я не твоя бывшая женушка, так что имею право. Считай, что я – второй лейтенант твоего отряда. Блин… – И тут я задумалась. – И он же рыжий. Та емае! Проваливай давай к своему рыжему! Точно какие-то маньяки-рыжефилы!

– Если вы – второй лейтенант, то я приказываю.

– Да чихать я хотела на твои приказы! Мои родители придут и что я им скажу? «Мам, пап, это какой-то мертвый мужик из слова, которое вам ничего не скажет, приперся к нам в дом и оккупировал печку с котами»? Ты сейчас представляешь как это выглядит со стороны?!

– А что не так?

– Все! Вот вообще все не так! – Кучики посмотрел на меня.

– Не психуйте.

– Не психую я! Я спокойна, как удав! – А сама уже на грани, чтобы не заехать промеж глаз. – Будь добр свали куда-нибудь.

– Не могу, мне нужно вернуться. А, как вы уже знаете…

– Да знаю я! За что?! Боже, за что?! Что я такого сделала?! Р-р-р-р-р, – сделав пару глубоких вдохов, лихорадочно стала перебирать планы в голове. – И что мне делать? Оставить трупа в доме тоже не могу. Слушай, это… Можешь сделать себе человеческое тело? – Тот кивнул. – Давай, скоренько.

– Только…

– Только что?

– У меня не будет одежды, – я зависла.

С одной стороны – это очень заманчиво, мне двадцать один, без парня, а здесь такой хорошенький, хоть и раздражает. С другой – как-то прохладно с голой задницей щеголять, да и эксгибиционистов в нашем селе еще не было. Не правильно поймут. А где я возьму одежду на метр восемьдесят? Нарисую? Что же он мне делает проблемы? Хотя, он сам как одна большая проблема, будь он неладен. Войдя в комнату брата, не сильно надеялась найти одежду по размеру. А после вышла.

Взяв Бьякую за шарф, потащила в комнату брата. Открыв один из шкафчиков, где находилось нижнее белье, мысленно попросила прощения, но другого просто не было. Сказав, чтобы сам подбирал, мужчина сразу же странно покосился, отказываясь носить чужое, но тут же получил подзатыльник ибо нефиг. Конечно, предложила смотаться в соседний город за пятьдесят километров, и купить шмотки, но если они будут витать в воздухе – люди сильно не поймут.

– Это не хорошо чужие вещи, – второй раз за день задергался глаз.

– Боже мой, какие мы аристократические. Я донашиваю одежду за братом и кузиной – и ничего, еще не рассыпалась, – злой взгляд. – У тебя есть деньги?

– Да.

– С собой что ли? – Он преспокойно достал откуда-то из рукава. Ой, как напомнило русскую сказку. Хоп! И из рукава! – Во всяком случае добраться до ближайшего города нужна машина – а я водить не умею и машины нет.

– Можно с помощью поступи, – помассировав виски, вздохнула. – Я понесу, вы все равно маленькая, – а затем поднял на руки. – И легкая.

– Нет-нет-нет, так не пойдет, опусти на пол, – поставив, непонимающе взглянул. – Летающий человек. Ты каждый день такое видишь?

– Нет.

– Вот и люди не видят, – он присел. – Ты на спину что ли предлагаешь залезать?

– Только капитанский хаори нужно снять.

– Покажи деньги, – слегка обалдела, увидев наши деньги. У них там есть где менять деньги? Хорошо Общество Душ. – Жди, я пойду оденусь.

Переодевшись в более теплую одежду, мы обулись. Закрыв одни двери, вышли через задние, закрыв их, предварительно оставив капитанский хаори в доме. Держась за мужчину руками, плотно прижав ноги, скоординировав курс, он тут же использовал поступь. Это перемещение на приличных дистанциях слегка пугало, но, в целом, терпимо. Хотя люди, видевшие человека, который плотно прижался к воздуху, при этом паря и молниеносно перемещаясь – начали креститься.

Где-то через минут сорок, с небольшими пробками, в которые случайно попали, были уже в городе. Соответственно, все, не видавшие ранее в своей жизни чего-то подобного, тут же стали снимать на камеру телефона. А где еще подобное увидите? Добравшись до одного из магазинов, сам Бьякуя настоял на том, чтобы он был дорогим. Понятное дело, что предупредила о том, что нужно зайти и в более дешевый. Продавщица, миловидная девушка, пыталась сообразить что делать первое: помогать покупателю с подбором одежды или вызывать психушку, так как покупатель реально разговаривал с воздухом, интересуясь у того что брать. Удивительным и было то, что деньги, в отличии от Бьякуи, были не только реальными, но и не подделкой.

Кое-как закончив с основными покупками, Кучики так же захотел зайти в супермаркет. Ему никто не говорил, что там делают, когда набирают продуктов, да и то, что вообще делать дальше. И как-то призабыл, что его никто не видит. Мужчина спокойно прошел, обходя охрану, затем прошел к еде, беря хлеб, выясняя срок годности, положив, взяв другой, молоко, несколько связок бананов, затем бутылку вина, так как толком не выяснил зачем это, коньяка, лимонада, у них ведь такого нет, пару палок колбасы, сосиски, оливкового масла, пять килограмм муки, сыра. Люди даже забыли зачем заходили, наблюдая за тем, как по магазину дрейфует набор продуктов, к которым периодически подтягивались другие, а за ними бегает девчонка, крича о том, что нельзя все подряд брать. Некоторые достали телефоны и обсуждали феномен. Особенно рьяно обсуждали охранники, пытаясь, на пару с администратором, выяснить что делать. Им еще ни разу не приходилось забирать продукты у воздуха.

То ли мужчина думал, что попал к нищим, то ли решил скупить весь магазин, но набрал столько, сколько смог унести. Пришлось его курировать на кассу. Кассирша, уже поседевшая молодая девушка двадцати пяти лет с прекрасным именем Элла и не менее прекрасной фамилией Седая, приступила к питью валерьянки и корвалола. Затем трясущимися руками пробивала товар, дрожащим голосом спрашивая нужен ли пакет.

Два и больших. Еще больше девушка побледнела, как только продукты самостоятельно загружались в пакеты. Ей на помощь пришла вторая кассирша, видимо, более крепкая и, пока Эллу отпаивали и приводили в чувства, она с лицом кирпичной стены пробивала товар дальше. Закончив, я протянула ей деньги, но она не сводила глаз от левитирующих пакетов. Все-таки расплатившись кое-как, мы вышли из супермаркета.

Загружена сумками была не только я, но и Бьякуя. За нами проследовали из магазина вообще все, кто там находился. Кучики, взяв в одну руку оба пакета, схватил меня за руку и тут же использовал поступь. Кажется, после такого дня в Бога поверят даже атеисты. Конечно, телевидение очень пожалело, что их машина ездит медленнее, чем шунпо капитана шестого отряда, хотя, для них, это были летающие пакеты с девушкой, которые очень быстро перемещались. Журналистка сорвала голос, крича о том, чтобы их подождали, ведь это сенсация будь здоров, когда девушка задницей кверху летает с пакетами.

Очень повезло, что телевидение отстало и мы смогли добраться без преград домой. Максимально осторожно. Впервые за всю жизнь хочу выразить большую благодарность дорогам за то, что они такие отвратительные. Спасибо! С вашей помощью, скорее всего, у машины журналистов отлетело колесо и они где-то остановились. А пешком добегать долго. И я даже не сомневалась, что сегодня-завтра во всех новостях будет удивительное происшествие. Конечно, не каждый день подобное увидишь!

Легкое недопонимание

Сгрузив шмотки в руки мужчины, отправила его переодеваться в дом, а сама тем временем придумывала куда разложить продукты. Вроде бы холодильник и пуст, но, с учетом того, что он накупил, даже не знаешь куда положить. Бутербродный маньяк. Я вообще удивлена что он даже не предполагает зачем нужно вино. Хотя, где-то глубоко внутри, все еще тлела надежда на то, что прекрасно все понимает. Как-никак около двухсот лет, он точно не может не знать зачем алкоголь. На сколько я помню, в Обществе Душ алкашей хватает. Конечно, ты же все равно труп и печень не посадишь.

Закончив с продуктами, направилась в основную часть дома. Для Бьякуи этот двухэтажный частный домишко всего лишь часть бараков шестого отряда, и то наименьшая. Его поместье, не сомневаюсь, в разы больше и выше. Сильно головой не стукнется, разве что темечком, но пригибаться все же надо в доме хоббитов. Гендальф, блин, недоделанный. И ладно если бы только мистер Бэггинс здесь жил, но нет. С ним еще живет Фродо, Сэм, Мэрри и Пиппин. Правда, сам Бильбо иногда захаживает дабы оценить обстановку и дать подзатыльников всем остальным хоббитам. И это был не двоюродный дед – это была родная бабушка, увы. Хотя, сравнивая с персонажами Толкиена… Она была бы, скорее всего, помесью Смауга, Трандуила, Азога и Голлума. Не то, что я была плохого мнения о ней, но и не хорошего – это точно. При общении нужно стараться максимально абстрагироваться.

Кучики, словно сорока, надевал на себя самые дорогие шмотки, опять шарф и кенсейкан. Подойдя к тому, стащила шарф, потому что к нему дотянуться еще смогла, а затем, стоя на носочках, стянула еще и кенсейкан. Такой взгляд видела впервые, мол «Женщина, вы что?! Не подобает какой-то смертной из двадцать восьмого главы клана бла-бла-бла снимать символы власти!». Это уже точно какой-то «Властелин колец». Нет, не так.

«Властелин шарфиков и кенсейкана». Найдя среди одежды что-то попроще, чем полный официализм, состоящий из белой рубашки, галстука, черного пиджака, брюк и белых носков, выдала обычную вязаную длинную кофту, свитер, джинсы и черные носки. Еще насобирает белыми что-то, потом не отстираем.

– Но разве я не должен перед вашими родителями выглядеть более официально? – Эта аристократическая логика напрочь убивает все остатки моей.

– Нет, ты же не знакомиться с ними будешь, – тяжелый, очень тяжелый вздох с его стороны. – Я вообще не понимаю как буду объяснять родителям то, кто ты такой, откуда появился и какого фига забыл в нашем доме.

– Просто скажите, что я – глава клана Кучики из Сейритея и вы принимаете столь важного гостя, – Бьякуя прищурил глаза. – Вы так и будете на меня смотреть? Может, хотя бы, отвернетесь? Я считаю, что переодеваться перед кем бы то ни было – это не прилично.

– Капец… Веришь, тебя голеньким уже видели, – и глаза, как блюдца. – Твой папа и твоя мама, может и дедушка. Без понятия. Им же нужно было как-то тебя купать и переодевать, ты же не родился и не начал самостоятельную жизнь. Тц…

Принципиализм. – Я отвернулась. – Давай быстрее только. И, да, если я скажу что наш дом принимает достопочтенного живого трупа, но не зомби, из Общества Душ – загремлю в психушку, вместе с тобой.

– Тогда придумайте что-нибудь. Мне младшая сестра, Рукия, рассказывала, что она жила в шкафу у Куросаки Ичиго. Я могу так же в нем обитать, – я прыснула со смеху. Детская мечта сбудется – мы найдем Нарнию! Хотя бы потому что ни в один шкаф метр восемьдесят не влезет. – Что смешного?

– Нашел с чем сравнивать! Японские шкафы, которые на половину комнаты, в которых можно спокойно прятать и жену, и любовницу, и детей, причем все влезут, и наши старые, в которые едва влезают вещи.

– Я могу купить…

– Но-но-но, не надо. Не разбрасывайся деньгами. То, что их у тебя – куры не клюют еще ничего не значит. У нас просто места не хватит. Ты же помни, что здесь – не Сейритей, не Япония. Ты в другом мире, – почти пропела я.

– Но я ведь должен где-то жить и отдайте мои вещи, – да, и кенсейкан, и шарф держала в руках.

– Ага, уже бегу и спотыкаюсь, не отдам. Они будут у меня в руках, так что не дождешься, – повернувшись, мужчина уже застегивал кофту. – Я вот не могу понять: ты реально с меня издеваешься или у вас таким манерам с пеленок обучают? Ты зачем застегиваешь кофту?

– Потому что по этикету…

– Убейте меня и не воскрешайте. Расстегни пуговицы. Все должно нормально быть, кофта – это как часть гардероба, как… м-м-м… Шарф, аксессуар. Она и теплая, но застегивать пуговицы не обязательно. Особенно на длинных. Будь это какой-нибудь бомбер – тогда да, можно и застегнуть. Привыкай. И, вообще, шел бы ты в город и там искал себе жилье. Хуже, чем это село – не придумаешь. Ты понимаешь что тебя здесь ожидает?

– Скорее всего много животных и работа?

– Кошмарно много работы, особенно летом. Так что готов будь испачкаться и терпеть. Это тебе не шубу в трусы заправлять и морду бить. Так, ладно, с этим разобрались. Пока вещи скинем в мою комнату. Еще нужно тебя покормить, небось оголодавший. Учти, я тебе не прислуга и хоть слово скажешь о том, что ты хочешь и что не хочешь – растерзаю твой шарф и эти идиотские заколки.

– Они не идиотские.

– Вот у твоего отца выглядели они чудесно, а на твоей голове… Как… Как бы это помягче сказать? Вот даже коса у Ренджи выглядела куда адекватнее.

Удар ниже пояса не мог остаться незамеченным. Мужчина остолбенел, а после, откашлявшись, принял стандартный вид. Вернулся к заводским настройкам. Взяв пакеты, понесла в комнату. Тот – за мной. И зря. Пока все сложила на кровать и стул, Бьякуя заметил маленькое черное спящее тело у изголовья. Он аккуратно дотронулся до кота, сам же Бакс немного муркнул, а после, сообразив, что рука не моя, не мамы и даже не папы, как вскочил с ошалелыми глазами, на дыбы, я старалась удержаться, чтобы не засмеяться во весь голос, но получалось с трудом. Потому что мистер Орущий, поняв, что какой-то левый мужик прикасается к божественной шерстке, стал профессионально фырчать.

Кучики остолбенел. Он не ожидал, что на него начнет фырчать кот. Сам Бакс имел очень уникальное фырчание, не сравнимое ни с чьим. Он очень похож с Чернышем. Один-в- один. Но как только кто-то начинает скалиться, фырчать, при этом злобно мяукать, глотать воздух ртом, еще и плеваться при этом – это Бакс. Только он имел такой навык.

Сам кот не любил когда рядом ошивается кто-то, кто претендует на его жилплощадь. Мужчина непонимающе посмотрел на кота, который старался слиться со стеной, продолжая злобно фырчать, то на меня, у которой смех больше походил на истерическое ржание коня.

Попытавшись успокоиться, поторопилась вывести брюнета прочь из комнаты. Благо, что хоть тапки комнатные купили. Он в них и расхаживал. Серьезный мужчина в мягких розовых тапочках с зайками. Я думала, что такое только в каких-то анекдотах бывает.

Придя на кухню, где было холоднее всего, он поспешно укутался получше в кофту. На вопросы о том, почему не переоделась, отвечала лишь то, что иначе у него случится второй взрыв мозга за сегодня. Порыскав в холодильнике на наличие того, из чего можно приготовить, решила сделать картофельное пюре. Ничего страшного, привыкнет.

Надрессируем.

Усадив того на кресла, стоящие в углу, включив телевизор на программе «Мастер-шеф», впервые увидела, как мужчина с небывалым интересом наблюдал за поварами. Не знаю понимал ли он все сказанное, потому что говорили на украинском, а не на русском, но кивал. Пока чистила картошку, Бьякуя тихо наблюдал за поварами, изучал рекламу, иногда даже предлагал прикупить какое-то средство. Особенно он настоял на презервативах. И из-за этого я поранила палец. А после непонимающе на того посмотрела. Столь наивный вид.

– Ты хоть соображаешь зачем это нужно? – Спросила я, когда реклама все тех же контрацептивов снова появилась. Миловидная девушка рассказывала что от них будет хорошо и ему, и ей. Даже нож отложила.

– Исполнение желаний? – Почему он такой наивный?

– Ты же женат был… Ты с женой вообще чем занимался? Спали в десяти метров друг от друга, прогулки под луной и взаимные переживания? У вас детей аисты приносят что ли?

– Ну… Вообще-то это не ваше дело.

– Да я поняла, что у вас не клеилось.

– Хисана была хорошей женщиной.

– Да я же не спорю, бросить маленькую Рукию на авось, только хорошая женщина способна. Да ладно. Это ваши проблемы. Так вот. Вот этот вот препарат, который ты так хочешь купить – называется «контрацепция», вам это слово, конечно же, ничего не сказало бы. Он нужен затем, чтобы пара могла наслаждаться друг другом в полной мере, если ты понимаешь о чем я говорю, – он согласно кивнул. – Интим. – И глаза выпучил. – Так понятней. Чтобы они не волновались за то, что девушка залетит… Блин… Как все сложно. Сленга не понимаешь. Чтобы девушка не забеременела, так ясней?

– А зачем до женитьбы? – Глядя на нож, надеялась, что тот превратиться в пистолет и засажу себе пулю в лоб.

– Ну, не все такие молодцы, как вы. Некоторым хочется пораньше.

– Почему тогда девушка сказала что предоставит удовольствие и ему, и ей? – Чуть не грохнулась на пол.

– Ты, кочерыжку тебя за ногу, серьезно?! Ты с Хисаной в разных галактиках жили?! Да у вас там женщина одна красивее другой, как?! Вот как это?! Либо ты бревно в постели, либо ты еще та недотрога, – я тяжело вздохнула. Он тактично откашлялся. – Не забивай себе голову этой чушью. Просто наслаждайся жизнь так, как ты привык. – И обратно развернулась, чтобы продолжить чистить картошку.

– Может вы покажите? – С громким «Бульк!» картошка грохнулась в ведро, вода из которого, меня тут же окатила. – В чем дело?

– Нет уж, спасибо. Я потерплю. Как бы я не сильно принципиальная, да и ты неплох, но нет уж. Я не собираюсь ложиться с тобой в постель. И с другим тоже. Все, смотри программу и не приставай с идиотскими вопросами!

Видят высшие силы, я пыталась сдерживаться, но с ним это невозможно. Что же он такой тугой-то, а? Вроде бы умный мужик. Вот что значит не бывать в мире людей. Начистив и порезав корнеплоды, вымыла всю и поставила на плиту вариться. Он лишь снова тихо наблюдал за тем, как повара с криками, матами, громко вопя, носятся по кухне, что-то готовя. Все жарится, варится, к ним подходят судьи и выясняют что с теми не так. Судя по лицу Бьякуи тот хотел спросить по поводу Эктора, который разговаривал на помеси испанского и украинского. Причем первый язык переводили. И все же Кучики не решался. Себе дороже. Тем более, когда я держала нож в руке, словно маньяк.

Нет, дорогой, банкай тебе не поможет, как и то, что свою катану ты оставил в моей комнате. Выключив телевизор, сказала идти в более теплую часть дома. Тот поспешно согласился, немного шмыгнув носом. Вот и проверим насколько хорош организм у синигами. Брюнет поторопился в залу, я же ушла в свою комнату. Работу никто не отменял. Он, заметив, что меня не оказалось в большой комнате, решил зайти ко мне. Бакс, который до этого спокойно спал, перетерпев шок, лишь исподлобья выглядывал. Мужчина присел на кровать, наблюдая за работой и устанавливая контакт с котом, протягивая к тому пальцы, чтобы погладить. Орущий зашипел, как змея, предупреждая, что тому будет плохо.

Но, естественно, Бьякуя пропустил данную угрозу мимо ушей, сравнив ее с ежедневными криками своего лейтенанта. Но, если Ренджи хотя бы когтями не угрожает и обрезает их, то Бакс имел оружие круче любого банкая. Как только рука дотронулась до кота, тот моментально цапнул за нее, а после, чтобы наверняка, еще и, вдобавок, расцарапал до крови. Мужчина онемел, мне же пришлось встать и пойти за ватой. Придя, промыла след от когтей, а после приложила к ране.

– Почему он так сделал?

– Это – кот, ему все равно, он защищает свою территорию. Ты посягнул на нее – он тебя и цапнул. Не все коты ласковые и мирные. У нас их много, поэтому здесь битва за территорию, похлеще чем у вас.

– Чем вы занимаетесь? – Начинаю привыкать к тому что постарела, раз на «вы» обращаются. Конечно, это норма приличия, но у нас это воспринимается по-другому.

– Пишу.

– У вас, наверное, красивый почерк.

– Вот представь если бы Рукия решила написать любовное письмо Ренджи, волновалась бы и переживала, – Бьякуя помрачнел. – И вот ее дергающийся почерк – вот это вот мой. Короче, пишу, как курица лапой, причем левой, когда она – правша.

– Это редкий талант.

– Нет, это значит, что мой почерк кошмарный, – взяв со стола дневник, протянула. Он открыл и застыл. – Вот о чем я говорила.

– Ваши буквы…

– Не мои, а… Эм… Не помню кого. Не важно.

Сидя еще час в сплошной тишине, занимаясь работой, во время вспоминаю, что на кухне картошка варится и иду доделывать работу. Он, словно хвостик, следует за мной.

Превратив картошку в пюре, кладу в тарелку, протягивая, вместе с ложкой, сомневаюсь, что с вилкой у него не возникнут проблемы, говоря, что это едят. Кучики покосился на меня, затем на картошку, снова на меня и удивленно спросил «Это?». Чтобы показать на своем примере, так же решила поесть. Причем совершенно спокойно. Он несколько минут наблюдал, затем снова покосился на пюре и неуверенно решил попробовать.

Удивившись тому, что, оказывается, это можно есть, а не только бананы, принялся за трапезу, предварительно пожелав приятного аппетита. Такого аристократизма не то что наш дом, а наше село не видало. Расправившись с едой, поблагодарил. Это вызвало улыбку, пока еще не могла понять – истерическую или милую, но точно улыбку. Помыв быстро посуду, снова ушли в мою комнату. На сей раз Бьякуя внимательно рассматривал все, что в ней находилось.

Особенно заинтересовали белые листы. Задавая вопросы, тут же получал ответы – листы нужны для записей, чтобы не забыть. Хорошей памятью никогда не отличалась. Розовые обои с зайчиками, для детей до пяти лет. И они были у меня. Их еще клеили, когда мне было лет девять-десять. Тогда их ненавидела и сейчас упорно продолжаю это делать. А все почему? Мы переезжали в этот дом и как-то так получилось, что бабушка подогнала именно такие противно-розовые с этими не менее противными детскими зайчиками обои, потому что тогда не могли позволить другие. В общем, больше десяти лет не можем позволить себе другие обои, приходится мириться.

Кучики, встав с кровати, подошел к стене, которая была противоположной мне, сидящей за столом, повернутая в сторону двери. Там были рисунки. Он внимательно изучал, приглядывался, затем спросил о том, мои ли они? Получив утвердительный ответ, сказал, что, оказывается, я еще умею рисовать. Комплимент века. Все равно рисунки были с разряда «мультипликация». После он подошел к шкафам, где находились два медведя, один побольше, второй поменьше, кукла и разнообразные книги. Рассматривая, спросил можно ли взять. Изучал, читал, выбирал. Даже заинтересовался одной из многих.

Особенно «Шерлоком Холмсом». Я не сомневалась.

До полпятого стояла сплошная тишина. Послышался стук, затем голоса – мама и папа прибыли. Бьякуя схватился за катану, от чего пришлось его остановить, говоря, что это родители, а не пустые. Мама, сняв куртку и войдя в дом, сразу зашла ко мне в комнату и забыла о приветствии напрочь, сказав стандартное «Здравствуйте», завидев Кучики, который поклонился. Жестом подозвав, спросила кто это, на что я тут же ответила, что скажу и познакомлю позже. Мама немедля удалилась.

– Я все еще не знаю как вас называть, – подал голос мужчина.

– Манока Елизавета Викторовна. Манока – фамилия, Елизавета – имя, Викторовна – отчество, – без задней мысли ответила я, вставая.

– Лиза, мы готовы, знакомь, – сказала мама, войдя в комнату. – Мы будем в зале.

– Мама – Мила Владиславовна и папа – Виктор Павлович. Будь добр, не опозорься, пойдем, – взяв его за край кофты, потащила в залу.

– За это можете не переживать, Елизавета Викторовна, – еще с обращением на «вы»

можно смириться, но не с этим.

– Просто называй «Лиза», я не в школе преподаю, – шикнула на него, а после вошли в залу, где мама и папа уже сидели за журнальным столиком. – Мама, папа, познакомьтесь – это Бьякуя Кучики, он э-э-э… – и вот случился застой, только заметив что тот собирается сказать свое фирменное «Двадцать восьмой глава бла-бла-бла», быстро перебила, сболтнув не то. – Мой парень. Да вот. – Тот не просто опешил, он офигел, причем так конкретно, как и мои родители. – Мы познакомились вот… Эм… Еще раньше…

– А почему не говорила? – Ошеломленно спросил папа, я же поторопилась принести пуфики, чтобы мы сели. Выглядели, как двое провинившихся.

– Приятно познакомиться, Мила Владиславовна и Виктор Павлович, – он сделал глубокий поклон, я – сильный фейспалм. – Я не…

– Мы отойдем на секунду, – выгнав его из залы, вышла следом в гостиную, становясь так, чтобы нас не видели. – Ты умом тронулся? Если скажешь, что нет – тебя на британский флаг тут же порвут. Это единственное, что могло подходить под ту ахинею, которая у нас произошла. Объяснить родителям по какой причине у нас дома живет труп-синигами, да еще и с какого-то клана и куча неизвестных слов – нереально, – тихо шикнула я на него.

– Только поэтому у людей могут жить другие? – Так же тихо спросил он, наклонившись.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.