Коллапс времени
Книга 1. Мученик
Раффи Сергеевич Аведян

© Раффи Сергеевич Аведян, 2019

ISBN 978-5-0050-9446-9 (т. 1)

ISBN 978-5-0050-9447-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От Автора

Вы можете пропустить эту часть, так как она не сильно повлияет на восприятие истории, описанной мной, но если вы прочтете написанное на этих строчках, то лучше поймете меня. Во всяком случае я на это надеюсь.

Сразу скажу, что я не писатель и ассоциировать себя с этой профессией не хочу и в будущем не планирую им становится. Мне приятней определять себя фантазером, который с возрастом не утратил ту сверхспособность из детства выдумывать сказочные миры, накладывая их на прожитый, уже во взрослой жизни опыт. Почему же написал книгу? Потому, что посчитал это отличным и единственным способом поделится своей историей из моей головы, возможно первой из многих. Эта моя личная фантазия и было бы обидно если бы она так и умерла, не имея малейшего шанса на жизнь. На писательские лавры не претендую, но буду счастлив если вас зацепит хоть что-то из написанного здесь.

Я писал эту историю как музыку. Писал будто картину. Итак приступим.

Коллапс времени

Триптих. Левая створка. Слова и Боги

Книга 1. Мученик

Интро

Эта история реальна настолько- насколько реальны ваши мысли. Бытует мнение, и я его придерживаюсь, о том, что наш мозг ограничен и мы не способны воображать, придумывать и фантазировать те веще, которые не могут существовать, то есть каждая, даже самая безумная наша мысль реальна настолько насколько реален весь мир. Посему я буду вести повествование этой истории подобно человеку, парящему над событиями, произошедшими в мире, о котором я вам поведаю.

Бог создал мир за шесть дней, а на седьмой отдыхал. Я в свою очередь писал эту книгу семь дней и ни дня не отдыхал. И хоть я и выступил в роли творца для мира, созданного на страницах этой книги, я бы не сказал, что сильно устал.

Нуль Глава

Марс. Год конца. Эра начала.

Палатиум Голгофа.

Избрание Императора.

«За этим куполом лишь красная пустыня и бешенный ураган, который нам не суждено покорить…»

Лорды земли и высшие дворяне Марса собрались в стенах высочайшего собора, что строили когда-либо люди. Его белоснежная кирпичная кладка поражала своей чистотой и в лучах заходящего Марсианского солнца покрывалась кровавыми пятнами, знаменуя событие, которое изменит все.

В главном зале собора, что назвали Палатиум Голгофа, на троне вылитом из гигантского куска красно-изумрудного золота воссел юноша пятнадцати лет. Высокая фигура в белоснежной мантии, покрытой всеми известными и неизвестными математическими символами, своими худощавыми руками, опустила терновый венец на голову новоиспеченному Императору. Иглы впивались в лоб и алая, густая кровь медленно спускалась по всему лицу, огибая глазницы и смешиваясь со слезами юного монарха. Быть Императором всех людей равносильно тому, чтобы стать мучеником.

Покрытые чистейшим, желтым золотом сотни куполов собора стали кровоточить. Белые стены, которые сияли своей белизной под уже ночным небом Марса, медленно покрывались сгустками крови, которые нарушая все законны пространства-времени то плыли медленно вверх, то с ускорением стекали вниз.

Торжество было в самом разгаре, мальчика уже увели, а дворяне были пьяны до такой степени, что позвали себе самые грязные бесчинства. Сливаясь, друг с дружкой в поцелуях и более откровенных вещах, они напоминали клубок змей во время брачного периода.

Где-то в стороне держа стеклянный тысячегранный бокал, за этим всем наблюдал высокий худощавый человек в мантии, покрытой математическими символами. Он делал небольшие глотки, поминутно смакуя капли на губах. Его взор смотрел сквозь всех находящихся в зале. Он смотрел в сторону трона, но и он был расплывчат для его взора. Длинный, худощавый человек с гордой осанкой смотрел сквозь время, куда-то вдаль, туда, где ему виделась одна печаль.

– Верховный Судья! – окликнул человека в мантии, невысокий мужчина, который был еще одет и относительно трезв. Судья лишь молча повернулся к нему и взглядом пригласил его встать рядом с собой.

– Верховный Судья! – повторял невысокий человек, – Я Балик Унц…

– Мне известно кто вы. – ответ был пропитан гордостью, жесткостью и некой скрытой яростью.

– Вы обещали. Обещали, что раскроете правду, что скажите им всем, что происходит. Я не услышал от вас ни слова на коронации.

– Правды… – Верховный Судья повернулся спиной к Балику, – Правда в том, что Пейн, Азиа, Русс, Негро, Америко и вся Земля превратились в помойку, а люди – в крыс и тараканов. Правда в том, что вы дворяне Марса, ничем не можете им помочь и только мне одному известно решение этого уравнения.

– Вы собираетесь сделать это… Не услышав ответа большинства. А как же воля императора?!

Две темные фигуры в черных словно впитывающих весь свет плащах появились будто из ниоткуда позади низкого и жалкого человека, который почувствовав их приближение попятился назад и упал.

Верховный судья опустошил свой бокал одним большим глотком, а когда повернулся уже никого не увидел, на его лице промелькнула быстрая и зловещая ухмылка, после которой и он быстро скрылся в коридорах Голгофы.

Глава 1
МОИ МЫСЛИ – ДЕБРИ, В КОТОРЫХ Я ЗАПЛУТАЛ

Как и большинство ночей он бродил по густому лесу, одетый в черное пальто, которое явно было ему велико. Глаза скрывали темные, маленькие круглые очки, а на голове красовалась черная шляпа с полями. В его руках были песочные часы. Он не знал зачем ему они нужны, но чувствовал, что обязан их крепко держать и беречь.

Он что-то искал в этом лесу, быть может ответы, а может быть и вопросы. В конце он обязательно встречал расплывчатую фигуру, словно покрытую белым шумом. Он не мог разобрать лица, но человек чьего лица было не разглядеть каждый раз потягивал руку, но в ответ Рене, не делал ничего.

И так из ночи в ночь. Один и тот же сон, что преследовал Рене с того самого дня как он лишился жены. Незадолго до ее смерти он хоронил собственного ребенка, что по странным обстоятельствам выпал из окна сорок пятого этажа бетонного блока, правительственного сектора города Нью-Пейн.

Голова трещала и пульсировала так, что ему приходилось стискивать зубы. Во рту был отвратительный привкус, а запах доводил до тошноты его самого. Он собрался со всеми силами и сел на краю кровати, его взгляд застыл на окне. Именно с этого окна выпал его годовалый сын, а позже и прыгнула на встречу смерти жена.

Он дал себе несколько пощечин. Бледная кожа, была гладко выбрита. Рене пьянствовал уже месяц, но устав Службы Безопасности Времени соблюдал всегда. Сегодня ему предстоит вернуться в СБВ для того, что продолжить свою службу в звание капитана-механика.

Медленно волоча свое тело по темной комнате, в которой не было возможности что-либо разглядеть, он начал свой сбор. Зашел в душевую. Почистил зубы. Одел свое черное пальто, нацепил значок в виде песочных часов окруженных тремя шестеренками разных размеров и отправился на улицу.

Как и подобает служащему он жил в правительственном секторе. Весь Нью-Пейн, напоминал пчелиный улей, изрезанный секторами подобным сотам. Правительственный пятиугольник всегда расположен в центре, окруженный тысячью более мелких жилых и рабочих секторов. Из-за стен каждого сектора топорщились огромные бетонные блоки домов, высотой до ста этажей. За пределом городов-ульев лишь серая пустыня, но и сами города сотканные из бетона и ржавого железа не пестрили красками. Над всем городом всегда стояла дымка, а солнце будто разделенное на две половинки поясом, ели прокидывала свои лучу через густые желто-химозные тучи.

На улице, как всегда, никого. В правительственном секторе находились не только сотрудники службы безопасности времени, но и солдаты. Здание СБВ было самым большим строением в секторе. Это единственное место от куда можно было улететь на Марс, а также провести полноценную видеосвязь с дворянством, которое контролировала всю Землю. За порядком в каждом городе-ульи назначался лорд, который должен был подавлять бунты и следить за тем, чтобы выполнялись поставленные Императором задачи.

Глава 2
СТАРЫЙ ДРУГ, КОТОРЫЙ ХУЖЕ НОВЫХ ДВУХ

Выкурив три сигареты, он наконец набрался сил не трясти руками и начал подниматься по высоким ступеням здания Службы Безопасности Времени. Каждая ступенька давалась ему тяжело и с каждым, тяжелым, шагом он будто вспоминал крупицы прошлого, связанные с этим местом. Тоска одолевала Рене, но большего прочего его мучала мысль о том, что ему предстоит вернуться к делам и снова контактировать с людьми. В последнее время единственный человек, с которым он разговаривал был доставщиком продуктов питания, который за дополнительную плату приносил Рене и выпивку. Доставщик был не слишком многословен и кроме цены, редко что говорил, но вчера, в последний вечер их встречи он разошелся. Стоя на пороге пропахшей синтетическим табаком и синт-алкоголем, смотрящей на опухшее и безжизненные лицо Рене, он завел свой монолог.

– Завтра вы выходите на работу км, – КМ именно так, сокращенно, называли всех капитан-механиков СБВ, – думаю это к лучшему. Просто помните, что жизнь эта история, которую мы сами пишем изо дня в день.

Рене не верил в судьбу и предназначение, он так же был уверен в том, что он хозяин своей судьбы, но смерть близких ему людей, было легче перенести если представить, что над тобой повис злой рок. Впрочем, Рене это не сильно успокаивала и в очередной раз напившись, валяясь в собственных испражнениях и рвоте, он продолжал винить себе. И ведь было за что.

Из потока мыслей и перемотке прошлого Рене очнулся у самой двери Старшего Часовщика отдела Службы Безопасности Времени. Он прошел среди сотен работников и служащих подобно призраку, никого, не замечая и оставаясь незамеченным.

Войдя в дверь, он обнаружил своего начальника, Николаса спящим на каком-то невероятно большом количестве книг и записей. Шум автодвери, которая со злобным скрежетом открылась и с еще более враждебным закрылась, все же заставили старика поднять свое неуклюже толстое тело с импровизированной кровати.

– Рене, мальчик мой, ты наконец явился, – он поправил свой галстук и достал из кармана смятый сверток, в котором лежало несколько сигарет.

– Для меня есть работа? – Рене было не до сентиментальностей, и он поскорее хотел приступить к делам.

– Выкуришь со мной? – начальник зажег сигарету в зубах с помощью небольшого устройства, спрятанного в одной из пуговиц на его пиджаке.

Рене взял одну сигарету из помятого свертка, и так же использовав пуговицу Старшего Часовщика, начал медленно втягивать в себя дым синтетического табака

– Хорошо, – Николас развалился в своем кресле обитый синтетической кожей, – Надеюсь ты пришел в себя, ибо ситуация в Нью-Пейн не самая гладкая. В последнее время сам Верховный Судья, часто выходил со мной на связь и выдавал крайне странные поручение. И то которое я тебе дам, тоже было от него и тоже не самое обычное.

– Любопытно, – Рене спрятал сигарету во внутренний карман своей куртки и приблизился к столу, за которым сидел Старший Часовщик.

– В этом конверте все, что тебе нужно знать, подробные детали задание. Вкратце скажу, что тебе предстоит найти девочку малых лет, которая предположительно попала в город из прошлого и которая имеет некий ключ, который в большей степени и интересует Марс.

– Уважаемый СЧ, надеюсь в конверте будет гораздо больше информации.

– Не рассчитывай на многое, – Николас заулыбался, но потом резко начал кашлять, да так что в моменте Рене показалось, что он задыхается.

Рене подбежал к своего шефу, но тот отмахнулся от него рукой, он потушил сигарету и достал стеклянный флакон с пипеткой из верхней полки своего стола, выдавил себе несколько каплей под язык и облегчено, выдыхая снова расползся по своему креслу.

– Стар я стал, – смотря на зашторенное окно с грустью произнес Николас.

– Эта индивидуальная миссия?

– Рене, ты ведь Механик, у тебя всегда должна быть команда, которую ты должен обучать. Я приписал тебе двух еще зеленых Шестеренок и одну бывалую Шестерню.

– Не слишком ли много людей?

– Поверь мне, мальчик мой, я бы отправил вас с Шестерней вдвоем, но и Шестеренок кто-то должен обучать.

– Я кажется догадываюсь какую именно Шестерню вы направили в мой отряд.

– Вы с ней давно знакомы и многое сделали, работая в СБВ, к тому же она надавила на меня как на отца. Сама просилась к тебе в команду.

Рене нервно мял конверт с поручением в руке. В его взгляде отчетливо читалась растерянность. Он открыл конверт и его взгляд с удивлением остановился на последней строчки, «… доставить в отдел устранения.»

– Меня это тоже смутило, но не будем поддаваться чувству жалости. Нам неизвестно что это за ребенок, но Верховный Судья был явно взволнован, когда поручал мне это задание.

Рене стоял у двери, за которой слышал знакомый ему голос, девушка была крайне недовольна, кричала и отчитывала кого-то. На секунду все звуки утихли и раздалось несколько глухих ударов.

Ворвавшись в комнату, капитан увидел двух незнакомых ему юнцов, облаченных в серые шинели, они стояли к Рене спиной, и он отчетливо видел вышивку множество шестеренок на спинах этих незнакомцев. Лицом к нему, в боевой стойке стояла Шестерня. Она подмигнула Рене и невероятно быстро перешла в наступление. Легкими движениями она повалила обоих Шестеренок на пол, скрутив их руки между собой и уселась сверху.

– КМ! Салаги демонстрируют не лучшую боевую подготовку, – Шестерня залилась смехом.

Это была Тилли старая знакомая Рене. Он знал ее всю свою сознательную жизнь. Девять лет академии и десять лет совместной службы, но их связывало кое-что еще.

– Старшая, – Рене не любил звание Шестерни и чаще использовал словосочетание Старшая Шестеренка. – У них будет время поучится. Представь нас друг другу.

– Вы небывало серьезны КМ, – Тилли парадируя серьезность Рене надула щеки, – Это салаги.

– Тилли. – Рене было явно не до смеху.

– Поняла, – она помогла подняться двум молодым парням, которые по всей видимости только выпустились из академии и им было по шестнадцать-семнадцать лет.

– Я Дайдуд, – начал чернокожий верзила, который дышал, используя только рот, – прибыл из Нью-Негро.

– Я Сы, из Нью-Азио, – продолжил низкий юнец азиатской внешности.

– Это лидер нашего отряда, Капитан-Механик Рене, – Тилли произнесла это со всей торжественностью

– Значит вас отправили из других городов, надеюсь я смогу вас чему-либо научить, но запомните главное правило моего отряда. Я не буду вам нянькой. Никаких торжественных речей тоже не ждите нас ждет дело, и Служба Безопасности Времени на нас надеется. Это ваше первое задание и от него будет завесить ваше дальнейшее продвижение по службе. Либо отстранение и отправка в армию. В любом случае я надеюсь, что вы прикроете меня, а вы можете рассчитывать, в этом плане на меня.

Шестеренки выпрямились и отдали честь своему капитану.

– Итак перейдем к делу, – Рене передал конверт Тилли, – возьмите каждый по листку, здесь подробная информация о цели нашего задания, даю вам на подготовку тридцать минут и жду на улице.

Рене быстрым шагом покинул комнату. Тилли быстро пробежалась взглядом по листку, накинула на себе черное пальто из синтетического драпа и побежала вслед за Рене.

Подкравшись к нему сзади в одном из множества коридоров СБВ, она обняла его и поцеловала в губы, – я скучала по тебе, – Рене отпихнул ее.

– Прости. – Рене явно смутился и ему самому было стыдно за то, что он так грубо поступил с девушкой, которая была ниже его ростом. Он взглядом осматривал с ног до головы. Ее каштановые волосы были собраны в длинный хвост, а большие карие глаза будто слезились, черты ее лица были острыми, а взгляд хищным, но чем дольше он смотрел, тем большее отвращение она у него вызывала.

– Что случилось? – Тилли явно была удивлена.

– Прошу тебя забудь о том, что между нами было. Абсолютно все.

Рене медленно развернулся и направился в сторону выхода, а Тилли так и осталась стоять посреди темного коридора во мраке собственных мыслей.

Глава 3
Цепные псы режима

Отряд был в сборе и направлялся неспешным шагом в сторону нужного им сектора. Тилли поглядывала на Рене, но делала это молча. Капитан, чувствую на себе взгляд чувствовал себя не очень комфортно, он достал мятую пачку и достал из нее две сигареты, одна протянув Тилли, но при этом даже не обернулся, та с удовольствием и с улыбкой на лицей приняла ее. Салаги разглядывали окрестности, но ничего нового для себя они не видели. Все города ульи выстроены одинаково, люди живут, а точнее выживают в них по одним и тем же правилам. Земляне предоставлены сами себе, но и лишнее им не позволительно, Марс бдителен и благодаря солдатам и множествам агентов контролирует все.

В правительственном секторе не было никого, такое бывала крайне редко, видимо ситуация в Нью-Пейн и вправду накаленная раз задействовано столько людей. Подходя к воротам нужного сектора, раздалась гроза и пошел проливной дождь. Отряд отстегнул с поясов свои черные шляпы, надел маленькие круглые очки и продолжил путь.

У самых ворот все обратили внимания на то, как топорщащиеся из-за стен башни жилых блоков полыхают огнем, то тут, то там слышны хлопки и выстрелы, а в сторону сектора летит множество конвертопланов. Над соседним районом опустился парящий город, двигатели которого в буквально смысле плавили верхушки бетонных домов. Парящий город гордо украшали тысячи гигантских знамен Марса.

Когда они прошли контроль, на входе в сам район их встретил статный мужчина, с огненно-рыжими волосами. Им был Генри, командир Алых Плащей.

– О! Вот и наш специалисты, – с некой насмешкой в голосе произнес Генри.

– И я рад тебя видеть, Генри, – не выдавая эмоций произнес, Рене.

– Любимая, ты тоже здесь, не знал, что ты в отряде прославленного Рене.

Тилли молча задрала нос.

– Что здесь делают Алые Плащи, – вмешался Рене.

– Рене, как же бестактно, ты не даешь мне поговорить с моей будущей женой.

– У нас задание и сейчас она моя подчиненная, а не твоя жена, – Рене был крайне груб.

– Ах так ты заговорил?! – Генри был явно недоволен его тоном.

– Я не хотел тебя обидеть.

– Обидеть? Рене, просто не забывай, что я выше тебя в звание.

В этот момент между ними словно огромный монстр навис человек высокого роста, в черном, будто поглощающим весь свет костюме и маске с респираторной системой.

– Вы оба мусор! – Его голос непроизвольно бросал в дрожь, он издавался эхом внутри голов, – Мусор не должен много думать и говорить, Мусор – выполняет приказ.

После этих слов он тяжелыми шагами растворился в разбушевавшемся дожде. Генри сглотнул комок в горле.

– Рене, с Марса прибыл Визи́тор и с ним два специальных агента Верховного Судьи. Этот был Час Разрушения и еще одна Час Смерти.

– Зачем они здесь?

– Как ты знаешь, мы Алые Плащи следим за тем, чтобы вы обычные агенты СБВ верно служили своему делу, а специальные агенты следят за нами.

– Дело ведь не только в этом? – Рене явно не устраивало такое объяснение.

– Это официальная версия, но у меня есть еще две догадки.

– Поделишься ими?

– Конечно. Дело, которое вам поручили на самом деле очень серьезное и напрямую касается Верховного Судьи, Марса и Императора. Видел бы то рожу этого Визитора. Вся изрисована математическими символами, лысый, а взгляд пусто. И он вечно молчит, а за него говорят эти двое. Ко всему прочему, как ты, наверное, успел заметить в секторе ситуация не самая благоприятная, тут объявились сепаратисты и тоже устроили охоту за девочкой с ключом.

– Зачем же это им?

– Кто их знает? Наверняка, как и всегда, причина одна. Лишь бы как-то напакостить верховенству.

– Интересно, а что за вторая догадка?

Генри довольно заулыбался.

– Как ты мог слышать, Верховный Судья собирается избрать Час Суда, высшая должность после самого Верховного Судьи, и я кандидат номер один. Поэтому сюда и прибыла эта делегация с Марса, чтобы понаблюдать за мной лично

Рене начал закатывать глаза и тяжело выдохнул.

– Не завидуй и приступай к делу. Именно здесь она впервые появилась и здесь ты должен взять след. Гав, гав, – ехидно улыбаясь, Генри так же растворился в пучине бушующего шторма.

– Идиот. – Вырвалось из уст Тилли

– И с этим идиотом ты спишь.

Тилли покраснела и недовольно цокнула, а когда заметила, что салаги смеются, то дала им по подзатыльнику.

Рене достал из наружного кармана небольшое устройство с небольшим циферблатом и маленьким экраном, на котором бегали туда-сюда буквы и разные символы. Маленькая лампочка сверху мигала зеленым. Сомнений быть не может, тут был выброс, а значит объект и вправду появился здесь. Рене сделал несколько шагов вперед и поднес устройство к луже, которая переливалась разными цветами, как от пролитого бензина. Лампочка замигала красным, цифры крутились в безумном танце, а буквы и символы вовсе пропали. Однако устройство вывело голографическую проекцию карты сектора с обозначенным маршрутом.

– Что за черт, кэп, – Тилли не понимала, что происходит.

– Мне удалось поймать след. Объект явно не из нашего времени, но вот дату и время от куда она прибыла не удается установить.

– Такое разве возможно? – Удивленно спросил Дайду.

– Устройство может давать сбой, – отвечал Сы.

– Да, может, но я никогда не слышал, чтобы такое случалось. – Рене был сильно обеспокоен. – В любом случае у нас есть маршрут, который ведет вглубь сектора, а это уже что-то.

Дождь утих и над сектором показались двигатели парящего города. Отряд неспешно двинулся вслед за Рене.

Глава 4
Рабы своих же страхов

Несмотря на разбушевавшийся хаос и постоянные стычки солдат с сепаратистами, люди, жившие в секторе, продолжали заниматься своими делами, переступая через обломки разрушенных зданий и кучи трупов. Кто-то выполнял свою повседневную работу, заключавшеюся в перетаскивание огромных контейнеров с места не место. Бессмысленный и тупой труд, который наводнил все города ульи. Платой за него была еда и редко Имперская монета, которая чаще всего тратилась на Мета-Альфа-Морфин самый популярный и второй, после синтетического алкоголя, способ, который помогал людям забыться. Сокращено, в народе, его стали называть МАМа или же звездочка. При его, назальном, применении моментально мерцало в глазах и на несколько минут ты оказывался посреди темной пустоты космоса, среди тысячи далеких и молчаливых звезд. Людям погруженные в суровую реальность бытия так жаждали еще более мрачного одиночества и забвения. Впрочем, обратная сторона тоже есть. Уже на второй раз дозировка увеличивалась вдвое и росла до того, что один человек мог за ночь употребить до пятидесяти граммов МАМы. Жил такой человек недолго, если его не заставала кара любого жадного наркомана- передозировка, то он умирал в течение пяти лет. С первого употребления в организме происходили непоправимые изменения и с течением времени человек начинал разлагаться, выпадали зубы и волосы, терялась связь с реальностью. Первыми ампутировали язык, потом изрезали горло, губы и щеки, которые вздувались словно опухали. Тело человека становилось похоже на оголенный скелет, но самое страшное это то, с какой бешенной скоростью разлагалась личность человека, употребившего звездочку. Его жизнь превращалась в путь из точки трезвости в точку наркотического опьянения и теряла всякий смысл в и так бессмысленном мире.

Таких людей было очень много они ходили небольшими группами их сторонились и опасались, но никто не презирал их и считал это вполне естественным ходом вещей.

Солнце уже садилось, в последние минуты показывая свое разделенное на двое тело, а дым от двигателей парящего города, заполонил весь сектор. Рене скомандовал одеть всем шарфы из специальной ткани, чтобы его отряду было легче дышать. Круглые очки обладали функцией дополненной реальности и показывали множество информации, начиная от карты и заканчивая досье на личности разных людей.

Когда небесное светило окончательно скрылось за горизонт, след привел Рене ко входу в клуб, у которого ходили голые женщины и мужчины, которые не мерзли из-за объятий МАМы и синтетического алкоголя, по крайней мере им так казалось. Они творили самую настоящую грязь прямо на улице не капли, не стесняясь и подзывая к себе Рене и Тилли, которые пинками их отгоняли от себя. У входа в клуб было не так много дыма и тумана. Капитан-Механик вместе с Шестерней обратили внимание, что салаги куда-то пропали. Тилли успокоила капитана предположив, что ребята, наверное, на что-то засмотрелись и их можно будет отыскать после посещения клуба.

Глава 5
Все дороги ведут к воротам, что скрывают Ад.

Клуб был еще более ужасным местом, всюду валялись пакеты с МАМой, прямо за столами могли лежать мертвые шлюхи, которыми, впрочем, некоторые не гнушались. Большая барная стойка, за которой стоял жирный и грязные мужчина была в центре клуба, по правую от него руку стояло множество столов, а слева танцевальная площадка и стойка диджея. Устройство, на котором он крутил свои пластинки напоминало смесь древнего патефона и современного пульта, от этой штуки вело множество кабелей к сфере, прикрученной к потолку. Эта штука сразу привлекла внимание Рене, но сейчас он направлялся к бармену, а Тилли тем временем пошла осматривать сам клуб и зависал у танцпола, слушая смесь звуков мало похожих на музыку, но одурманенные люди плясали под нее в диком танце, напоминающий движение ведьм вокруг котла в ту самую ночь, что называют шабашь.

Рене подходит к бармену и жестом руки подзывает к себе. Тот никак не реагирует и тогда капитан достает из кобуры прикрепленной к его ноге пистолет, переводит его в нейтрализующий режим и показательным жестом кладет его на стол вопросительно смотря на бармена.

– Здесь не обслуживают правительство.

– Я пришел сюда не развлекаться, а по делу.

– Никаких дел не веду с выходками из СБВ

– Ты хочешь, что я применил эту штуку?

– Кишка тонка.

Рене перепрыгнул за стойку, схватил бармена и несколько раз ударил его кулаком. Он бросил тушу верзилы в сторону танцевальной площадки, схватил свой пистолет, перевел его в боевой режим и выстрелил ему в ногу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.