Большая перемена закончилась десять минут назад, но учителя в классе до сих пор не было. Ребята старались не шуметь, чтобы не привлекать особого внимания. Такое положение дел их более чем устраивало, ведь по английскому сегодня намечалась проверочная работа, а познаниями в данной области в классе сильно-то никто не блистал.

Вдруг дверь резко распахнулась, и в класс влетел раскрасневшийся Сашка, который сквозь одышку прокричал:

– Биологичка в столовой дерётся с англичанкой!

Парты полетели вверх тормашками, за несколько секунд класс опустел. А ещё через несколько секунд в столовой собралась толпа учеников обступивших образовавшуюся арену, на которой валяли друг дружку две уже не слишком учительского вида дамы.

***

– Так! – заключила директор школы Зоя Михайловна на вечернем заседании, собрав в своём кабинете всех учителей, – нет ребятушки, дорогие, так дело не пойдёт. Кто позволил вам, уважаемая Клавдия Матвеевна и вам Александра Изольдовна устраивать драку в столовой…, не предупредив остальных. Без тотализатора, понимаешь, без достойной зрительной аудитории. Вы что думаете, нам всем не интересно было бы на это посмотреть и подзаработать?

Коллеги осуждающе кивнули головами, поддержав слова директрисы.

– Вы понимаете, что дракой вопрос не решить, в преимущественно женском коллективе? – продолжала она, – то, что кто-то из вас повыдёргивает волосы коллеге по спаррингу, совершенно не обещает какого-то исхода встречи. Скажем, сегодня одна другой рожу исцарапает, а завтра другая первой       подольёт чего-нибудь в чай. Мы это уже проходили, толку никакого!

После этих слов Зоя Михайловна хотела отпить принесённый ей секретаршей кофе, но проводив девушку дружелюбным взглядом, всё же отставила стакан в сторонку.

– Из-за чего хоть подрались-то?

Виновные стороны молчали, злобно обмениваясь взглядами.

– Молчите? Ну-ну… а то мы как будто бы тут все без глаз и ничего не видим. Да всем известно, что вы никак не можете поделить трудовика! – возмущённо крикнула директриса. – Валерий Степанович уже добрые лет пять треплет нервы женскому коллективу. И ни кому, сволочь, не даётся!

Тут Зоя Михайловна как-то неожиданно резко сменила тактику, тембр, и максимально вежливо обратилась к единственному мужчине, сидящему за столом:

– Не так ли? Уважаемый Валерий Степанович? Или может, мы чего-то не знаем?

Трудовик смутился и даже немного покраснел.

– Так…, по глазам вижу, что так, – не дождавшись ответа, продолжила местная власть. – Думаете, я не мечтала, чтобы этот наш «Аполлон» отодрал меня как последнюю шалашовку на дальнем верстаке трудовой? Да сейчас! Разбежался! И пальцем не тронул! Даже не подмигнул ни разу, скотина, сколько я ему не улыбалась и не ставила в ведомостях дополнительных часов.

Валерий Степанович чувствовал себя сконфуженно под всеобщими осуждающими взглядами дам.

– Все тут на него глаз клали! А он на всех нас клал отнюдь не глаз! Так что же вам даёт право думать, милые женщины, – обратилась директриса к учительнице биологии и английского языка, – что этот незаурядный тип вдруг возьмет, и поддастся на ваше влияние? Чем это интересно знать обладаете вы, чем не обладают остальные женщины школы?

Сотрудницы впились в затейников драки терзающими взглядами.

– Знаете, – отозвалась учительница английского, – я не знаю, что тут у вас в школе было до меня и признаться, меня это не сильно интересует. Свою личную жизнь, я предпочитаю не обсуждать! Да, мы с коллегой чуток повздорили, с кем не бывает, но будем считать, что мы обоюдно решили этот вопрос и более подобного не повторится. Приношу извинения со своей стороны за временную потерю контроля над эмоциями.

Зоя Михайловна перекосилась в лице.

– Так, девки, похоже, у нас намечается сегодня ещё один мордобой! – строго глядя на Александру Изольдовну, проговорила директриса.

– Пятьсот на Зою Михайловну! – полетели голоса от коллег.

– Девочки, у меня только триста, займите.

– Тысячу ставлю на директора!

– Полторы на Зою Михайловну – донеслось ещё откуда-то сбоку.

– Стоп! – хлопнула по столу власть. – Я пошутила. Пока пошутила. Уважаемая Александра Изольдовна. Вы в нашем коллективе совсем недавно, а уже начинаете вносить мятеж в дружный сплоченный коллектив. У нас не принято что-то скрывать от коллег. Мы все вместе решаем общие и частные проблемы. Где-то словом, где-то делом. Вы молоды и амбициозны, и это здорово, но послушайте умудрённого опытом человека. Поодиночке в этом мире не пробиться. Он сломает, растопчет и сожрёт не поперхнувшись. Поэтому извольте в следующий раз, перед тем как давать волю чувствам поставить в известность коллектив, или хотя бы меня.

– Я вас услышала, – не желая вступать в перепалку, тактично ушла из-под удара учительница английского языка.

– Я надеюсь! – подытожила директриса.

***

Собрание закончилось традиционно обобщающими вопросами, а именно у кого ближайший день рождения, по сколько скидываться и кто что будет пить. После чего все разошлись по домам.

Александра Изольдовна пришла работать в школу почти сразу же после того как окончила ФИЯ в педагогическом университете. Успела немного попутешествовать, понимая, что если не сейчас, то потом уже в жизни вряд ли когда-то представится такая возможность. И, в общем-то, если не уповать на чудо, её рассуждения были не лишены здравого смысла. Европа своим английским дала ей понять, что теория и практика несколько отличаются. И что переводчиком её сейчас на работу не возьмёт ни одна серьёзная организация. А вот школа примет с распростёртыми объятиями. Да, в общем, так оно и вышло. Директор школы показалась ей мировой тёткой, с юмором, что приятно. Зарплата, конечно, оставляла желать лучшего, но приятный момент в этой школе всё же ещё один имелся. Этим моментом стал Валерий Степанович, который зашёл ненароком во время собеседования в кабинет директора со словами:

– Зоя, это какой-то звездец, а не пятый «Б». А, заняты, простите, я тогда попозже с кляузой загляну.

Этот взгляд с хитринкой, который поймала на себе Александра, как он обжёг ей сердце лёгким своим прикосновением. На лице проступил румянец, губы растянулись в улыбке, обнажив передние зубы. Словом, девка запала и мимо опытного глаза директрисы это не прошло.

– Послушай, девочка, – строго сказала она, – ты на этого красавца сильно-то не рассчитывай. Не то что бы он занят, нет, он как раз не женат, но… За ним пол школы бегает. Учителя, старшеклассницы и даже, что уж там, время сейчас свободное, осуждать грех, как говорится… даже парочка старшеклассников по нему пускают слюни. Короче говоря, в очередь. Тут у нас с мужиками не густо. Совсем не густо. Так не густо, что удавиться хочется порой, но я каждый раз решаю этот вопрос малой кровью и удавливаю кого-нибудь другого, шучу. Хотя челяди полно на ком можно бы потренироваться. У нас в коллективе все женщины, даже на физкультуре детей гоняет Татьяна Павловна, в прошлом мастер литейного цеха. Так что выкручиваемся, как ты понимаешь… как можем. Мужик у нас один, мы его холим и лелеем. В обиду не дадим.

– Да я и не собираюсь никого обижать.

– Вот! Это ключевой момент! Постарайся никого не обижать. У нас девки все хорошие, но ради несостоявшегося чужого счастья да на старых дрожжах своих каких-то неразделённых чувств…

– Я поняла.

– Давай, осторожней с ним, с этим нашим «Буратино» из мастерской. Лучше вообще к нему не подходи близко, так, здоровайся издалека, но не вздумай ручкой помахать, потому что если наши бабы за это только волосы могут повыдирать, то старшеклассницы – те вообще бешенные, могут и в харю кислотой брызнуть.

– Что даже такое бывало?

– Пока нет, точнее, была попытка, но Клавдия Матвеевна успела обезвредить девочку учебником биологии по затылку. Благо никто не видел, а то бы могли засудить. У нас же знаете как. Учителю ученик может гвоздь забить в грудную клетку и при этом ты обязана соблюдать нейтралитет и уважение, но вот попробуй чуть громче сказать что-то ученику – всё, ты уже применяешь насилие, ты уже опасна для общества и ни при каких обстоятельствах не можешь больше работать в школе. Закон целиком и полностью на стороне учащихся, а они тем и пользуются.

– Да, интересно-интересно. Ну что же, давайте попробуем?

– А чего пробовать, приступайте!

Так Александра Изольдовна стала преподавать в школе английский язык. Первые недели две она осваивалась. Учебный план, программа, коллектив, взаимоотношения с учениками, которые и до этого-то не блистали знаниями по английскому, потом ещё пару месяцев вообще никто не вёл предмет и вот наконец-то вместо окна, появился урок английского, которому школяра были «несказанно рады».

И, тем не менее, отношения удалось выстроить и с учениками и с учителями вполне дружелюбные. Учеников Александра сильно не утруждала заданиями, а коллег особо не грузила собой.

– Слушай, Саш, – обратилась к ней как-то учительница по биологии Клавдия Матвеевна, – ты уже две недели у нас работаешь, а мы с тобой толком и не поболтали ни разу. У меня сейчас окно, если не занята, может по чайку?

Так началась дружба между учительницей биологии и учительницей английского. И всё бы ничего, если бы всешкольное зерно раздора – Валерий Степанович, не поранился как-то раз во время демонстрации перед учениками очередного восхитительного паса «золотых рук», а проще говоря, не удачно козырнул. Конечно, в мастерской был предусмотрен и бинт и дезинфекционные средства, но забинтованный палец не имел шансов обойти внимание Александры Изольдовны, когда трудовик явно испытывая неудобства, старался покалеченной рукой положить себе в поднос первое и второе.

– Что с рукой, Валерий Степанович? – с искренним интересом спросила она, жалостливо наблюдая за тем, как мужчина пытается справиться с примитивной задачей.

– Бандитская пуля…, точнее нож. Слишком хорошо наточил, золотые руки, оказывается, могут нести и вред, не только пользу! – отшутился преподаватель труда, – вы ведь учительница английского, верно?

– Да, я… можно Саша, – протянула руку Александра Изольдовна, испытывая самые трепетные чувства.

– Трудовик, Валера, – в ответ протянул руку с забинтованным пальцем мужчина.

– Так, господа учителя, не задерживайте очередь, мне ещё детей надо накормить успеть, перемена скоро закончится! – поторопила повариха.

– Саша, вы не могли бы мне помочь? Вон те блинчики и супчик бросьте ко мне на поднос…, пожалуйста.

Имела ли учительница английского хоть какой-нибудь шанс отказать в просьбе импозантному мужчине? Казалось, так бережно и нежно она никогда ещё в своей жизни не орудовала приборами столового этикета. Кушать сели за один стол.

– Не подумайте, ради бога, что я в претензии, я охотно выполнила вашу просьбу и если что-то нужно – всегда помогу ещё ни один раз, просто…

– Вы хотите спросить, не приходила ли мне в голову мысль орудовать левой рукой, пока травмирована правая? – улыбаясь, спросил Валерий, так заглянув в глаза, что Саша едва не подавилась от смущения.

– Ну…, не в такой форме, но в общем да, – безуспешно стараясь спрятать улыбку, ответила она.

– Всё нормально, вполне здравый вопрос, что тут такого. Спрашивайте не стесняйтесь.

– Можно на «ты», – отозвалась Саша.

– Так вот Саша, я имел наглость попросить тебя поухаживать за мной по двум причинам. Во-первых, мне очень приятно, когда красивая молодая девушка ухаживает за так себе красивым и не очень молодым человеком.

Александра покраснела.

– А во-вторых, левой рукой я орудовать… не слишком замечательный человек. Вилку держать – могу, но в рот попасть могу уже не в свой.

Саша рассмеялась.

– В таком случае мне стоит немного отодвинуться, поскольку вилка как я могу наблюдать, у тебя сейчас как раз в левой руке.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.