Противостояние Фаусту
Часть первая
Виктория Чуйкова

© Виктория Чуйкова, 2025

ISBN 978-5-0050-8405-7 (т. 1)

ISBN 978-5-0050-8406-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Прелюдия. Всегда и во всем есть прелюдия: к Жизни – рождение, к Любви – интерес, познание, влечение, соединение. У Смерти же – вся жизнь.

Ольга стояла у открытого окна, медленно вдыхая ментол и струшивая пепел по ветру. Был поздний вечер ноября. Ночи становились холодными и ветреными. Она смотрела вдаль, на метающуюся черную точку, куталась в шаль и думала.

Николя, ее муж, сидел с газетой, просматривая новости и время от времени поглядывая на жену, вздыхал: «а она изменилась. Ее «сталь» характера осталась, но в глазах появилась искорка, а такие несвойственные ей слова: « Я по ним скучаю», просто вводят в ступор. Да! Она изменилась.., возможно к лучшему».

Ольга закрыла окно, остаток сигареты бросила в камин и присела напротив мужа:

– Как хорошо, что они поехали все вместе и взяли охрану.

– Оля! Пожалуйста, прекрати! – Николя отложил газету, наклонился вперед и взяв ее руки, накрыл ладонями. – Прошло две недели, все твои опасения, напрасны. Ты просто устала. Скоро поедешь в свою любимую Вену, а может, съездим в Мадрид. Давно не бродили по его улочкам.

Ольга подняла руку в знак опровержения, вторая по-прежнему осталась в его ладонях:

– Девочки не защищены, мальчики тянут. А им время пить эликсир, они истощены!

– Не начинай! Мальчишки могут еще, полгода минимум, даже не думать об этом, да и потом, ну повзрослеют немного. Ольга! Объясни, что не так?

– Все так, как должно быть! – женщина резко изменилась в лице, взгляд похолодел. Немного помолчав, добавила: – Что пишут?

– Ничего интересного, для тебя! – ответил Ник и она, усмехнувшись ответу, отвернулась к окну.

Ровно две недели небольшая стайка ворон кружила над их кусочком берега, время от времени прерывали спокойный полет, нервно метались по сторонам, но, возвращались на место, образовывая воронку. Их было около десяти, рано утром и вечером поднимали крик, ненадолго, всего на несколько минут, но душераздирающий. Садились на деревья, клювом к дому, напротив окна спальни, словно следя, крутили головой и взлетали ввысь, как только Ольга покидала комнату.

– Я иду спать! – не глядя на мужа, подняв гордо голову, прошла мимо.

– Поднимусь следом. – ответил Ник.

– Как хочешь.

Внимательно посмотрев ей в след, Николай бросил газету в огонь и подошел к окну:

– Что тебя так тревожит?! Ты явно напугана, но чем? Меня это начинает выводить из равновесия. Что ты такое видишь? Ну, кружатся птицы, зима скоро. – вороны как будто услышали, вспорхнули, покружив минуты две, сместились к окнам спальни. – Нет! Это наваждение. – увидев их маневр, мужчина задумался. – Главное не зациклиться на этом….

Задвинул шторы, притушил камин и закрыв стеклянной перегородкой, пошел проверить дом.

Ольга не спала, курила прямо в постели. Бросив на нее мимолетный взгляд, Николай проверил почту:

– Читала?

– Да! Все веселы, счастливы, беззаботны!

– Ты опять куришь! Обещала же Виен, бросить… – приоткрыл окно.

– Ее здесь нет, а мне так лучше думается.

Ник взял пижаму из шкафа и ее пепельницу:

– Окно закрыть?

– Да, на сегодня порция никотина достаточна. Спокойной ночи! – погасила свет.

– Спокойной!

****

Медовый месяц подходил к концу. Гаи путешествовали вместе, скорее как друзья, чем семья. Перед поездкой Жан предложил:

– Можем разъехаться и отдохнуть друг от друга, а можем отправиться вместе. Я присмотрел пару домов, хочу сделать подарки, кому какой понравиться.

– Я соглашусь на любое предложение, – решила первой высказаться Виен, – Мне нет разницы, кого изнурять походами по городу. Но, если честно, я бы поехала вместе с вами, дети. Вел всегда, планирует маршрут дня, и потом, куча магазинов! Жан не выдержит. В общем, решать вам.

– Мне вы не мешаете. – пожала плечами Ев.

– И я за совместную поездку! Больше увижу. – Подхватила идею Вел. И совсем тихо добавила: – Хоть что-то увижу кроме постели.

Прага, Вена, Стокгольм,…

****

Николай услышал звонок.

– Ответишь, или подойти мне?

– Ответь, пожалуйста, – попросила Ольга и замерла в ожидании.

Николай прошел в гостиную и поднял трубочку:

– Слушаю!

«Доброе утро! Извини, что так рано.»

Ник услышал голос Стефана, отца Татти, так глупо окончившей свою жизнь, невольно вздохнул и ответил:

– Все нормально, мы уже на ногах.

«Как у вас дела, молодежь вернулась? Вы не уезжаете?»

– Все, слава Богу, нормально. Дети путешествуют, мы здесь, но уже собираемся. Что-то случилось? – Николай слышал тревожные нотки в голосе друга.

«Надо бы встретиться. Мы можем подъехать?»

– Что за вопрос? Когда ждать?

«Послезавтра. Закончим, небольшое дело и к вам.»

– Всегда рады. До скорого! – Николай пытался понять, что встревожило Стефана в таких, ничего не значащих фразах.

– Кто звонил? – Ольга встретила его в той же позе, с вопросом во взгляде, хотя уже знала.

«Всевидящая «О», как это точно подмечено, подумал Николя, но ответил:

– Стефан, хотят приехать.

– Вот же, я была права!

– Это еще ничего не значит!

– Когда? – перебила она мужа и несколько раз покрутила кольцо на пальце.

– Послезавтра! И еще раз, осмелюсь тебе противоречить: кольцо, что ты крутишь – немо!

– Оно не немо, оно умерло!

– Ну вот что ты за человек?! Неужели просто нельзя радоваться жизни? Умерло! Это камень, он не может умереть. – ее взгляд пронзил насквозь. – Ну, да, мы все отлично знаем, что колечко наша связь, что в нем сердце семьи Гаев. Но, Олюшка, колечко просто молчит.

– Отлично, Стефан приедет, все и решится.

****

Утром третьего дня раздался звонок. Ольга взяла телефон:

– Слушаю… Добрый… Ждем…. Николя! – крикнула она громко, даже не положив трубочку, и пошла вниз.

– Да, дорогая! – муж встретил ее на втором этаже.

– Звонили! Через час, полтора, будут у нас.

– Значит приехали… Пойду, предупрежу, что у нас гости.

– Скажи, пусть приготовят комнаты и только закуски.

Николай ушел, а Ольга подошла к столику, разложила пасьянс. Он легко сложился.

– Удивительно! – произнесла она и усмехнулась.

Встречать вышла лично:

– Добрый день! Стефан, Мари! – поздоровавшись, пропустила их в дом. – Вы надолго?

– Извини, дорогая, – ответила Мари, – всего на пару часов.

– Может, погостите? – Оба замотали головой. – Ну, нет так, нет. Я все же провожу вас в вашу комнату, а затем все обсудим. Встретимся через полчаса, в голубой гостиной. Открыла перед ними дверь гостевой комнаты, пропустила внутрь и ушла.

Николай шел ей навстречу:

– Как они?

– Очень сдали. После последней встречи постарели лет на двадцать.

– Потеря близких людей, не радует. – Сделал не большую паузу. – Завтрак готов.

– Пойдем, будем ждать там.

Стефан и Мари вошли, еще раз обменялись незначительными фразами и сели за стол. Воцарилась тишина, изредка нарушаемая стуком серебра о фаянс. Подали чай и женщины пересели ближе к огню, за круглый столик.

– Мари! Прими, еще раз, наше сочувствие. Мы не хотели этого.

– Не стоит, Ольга, мы сами во всем виноваты. Собственно, по этой причине мы и приехали. Стефан! – Позвала она мужа.

– Да, родная! – поняв без слов, чего она хочет встал и вышел, вернувшись, положил на столик сверток. Слегка склонил голову и отошел к Николаю.

Женщины продолжали разговор.

– А как молодые?

– Путешествуют! Так хочу скорее уехать в свой маленький домик, что не могу их дождаться.

– А они решили обосноваться здесь?

– Возможно, мы еще не обговаривали. Не хотелось сразу загружать вопросами. У женщин свой бизнес. Думаю, вернутся на тот берег. Но несмотря на это, я надеюсь уединиться и отдохнуть от дел.

– Понимаю! – женщина вздохнула. – Мы часто не в курсе жизни детей, а потом жалеем…

– Прости, что напомнила. – Ольга слегка сжала ее руку.

– Я не забывала.

– Мари! Я встревожена вашим состоянием.

– Ольга! Мы, сделали выбор.

Воцарилось молчание. Мужчины не спеша допили ликер, и подошли к ним.

– Ольга, Николай! – Стефан взял в руки сверток. – Это дневники Татти. Мы нашли их, приводя ее дом в порядок, к продаже. Прочтите. Нам показалось это очень важным.

– Обязательно! – Пообещал Николай.

– Мы решили переехать к брату. – сообщил Стефан.

– Это правильное решение. Одиночество тяжело. – понимающе проговорила Ольга.

– Очень! – призналась Мари. – Мы бы хотели еще раз просить у вас прощение, за… – Слова так трудно давались женщине, что она проглотив больную тему, перескочила: – Не знаю, доведется ли свидеться вновь.

– Время лечит, сочувственно сказал Ник, – а вы нам очень дороги. Берегите себя!

– Нам пора. – Стефан подал Нику руку.

– Может быть, останетесь, хоть до утра? – Обнимая друга, предложил Ник.

– Спасибо, но нет! Очень просим, прочтите, не откладывая!

Гости уехали. Ольга взяла сверток и поднялась на третий этаж:

– Никогда не верит мне! – укорила, следующего за ней мужа. – Так значит, Вел!

– Что Вел?

– Именно она под угрозой.

– Ты опять?! Ничего же не ясно!

– Я вижу! – положив руку на сверток, тихо, но жестко сказала она. Присела в кресло у окна и сорвала бумагу. Три толстые тетради, в тисненых переплетах, легли на стол. Ольга прикрыла глаза, снова положила руку на тетради, прочувствовав их, взяла нижнюю и стала быстро просматривать – страница за страницей. На средине второй она остановилась. – Ник! Принеси, пожалуйста, мои сигареты, что-нибудь выпить и сядь рядом. Ты должен это послушать! – Николя подал ей пачку, мундштук и подставил скамеечку под ноги, сам же придвинул кресло усаживаясь рядом. Ольга подкурила, сделала пару затяжек, вернулась на несколько страниц назад.

«Октябрь, 7-е, 1819г.

Сегодня, ко мне в гримерную, заходил юноша. Господи, я такого бледного, худого еще не встречала. Бедный, бедный мальчик! Хотела выгнать, не смогла. Что-то бормотал, не поняла, да и не слушала. Его глаза! Бездна черная… Страшно!»

«Декабрь, 30-е, 1819г.

Завтра наконец-то год уйдет. Нет, он был хороший. Столько поклонников, столько…

Опять приходил ОН. Почти изнеможден. Почему пускают, не понимаю. Сидит, бормочет, а взгляд, как насквозь пронизывает. Завтра надо дать указание, чтоб не пропускали. Жуть охватывает в его присутствии!»

Ольга сделала пару затяжек.

– Так, это не важно. – Листая страницы, говорила она. – Вот! Вот отсюда. Слушай.

«Декабрь, 30-е, 1820г.

Чуть не умерла! Год его не видела, забыла. Собралась идти домой, ждал «Р». Раздвинула шторы, он стоит. Серый – как тень. Когда вошел? Не слышала. Я вздрогнула и отступила. Он за мной:

– Все ропщешь, суетишься, как бабочка на свет. Молчи! Я говорю, меня ты слушать не берешься!

– Я слушаю, ты же изрекай ясней.

– Куда ясней?! Жизнь коротка, а мысль еще короче. Вот тут она и нет ее.

– Прости, но мне пора. Скажи хоть как тебя мне величать?

– По-всякому, меня зовут. Но лучше Фауст. Коль надо, так иди. Еще зайду.

И он ушел. Оставив холод за собой. Нет, это ж надо, так назвать?! Фауст! Начитаются и обрекут детей на разные сомненья.

Все! Ночь уже. Забуду, спать!»

«Январь. 2-е. 1820г.

Ах, праздники! Вот встретим Рождество и я в театр. Соскучилась, нет мочи! И женихи поднадоели. Нет лучше ничего, чем запах пыли от занавеса, и скрип подмостков! Съедает душу мне мой Фауст! Ночами снится. Придет ли, нет? Скорей спешу в театр, из-за него!»

«Январь. 8-е. 1821г.

Люблю я святки! Веселье, сани, всю ночь цыгане! Одна развеселила! Пыталась погадать, да почернела. Вот потеха! Что может знать девчонка…

Опять мне снился ОН – манил, манил…»

«Август. 10-е. 1902г.

Ну, наконец-то! Он пришел опять. Не изменился. Нет, я не права. Стал лучше, как-то веселее. И посветлел. К глазам я тоже, кажется, привыкла. Мой Фауст! Рассмешил. Говорил про вечность, жизни бытие и предлагал на веки воссоединиться! Но я за ним скучала. Обещал зайти!»

Ольга читала страницу за страницей, Николай слушал молча. Жизнь Татти открывалась им с новой, не лестной, стороны.

«Март. 1-е. 1924г.

Сначала была зла, что родители повезли меня к Гаям. Что там делать раньше срока? Да и мне, зачем ездить? Но теперь я довольна. Этот мальчик, такой душка! Еще лет, так двадцать и он будет сводить девушек с ума. Фауст смеется надо мной! А я, подожду.»

Ольга отложила тетради, опять закурила. Встала и подошла к окну.

– Надо дочитать. Осталась последняя тетрадь. И я вижу, там все об Эдгаре.

– Мы же знали, что она в него влюблена. – заметил Ник.

– Знали! И воспринимали как само – собой разумеющееся, – кивнула Ольга, – надеясь, что все наладиться. Увы! – она набрала полные легкие воздуха, словно собиралась сказать речь: – Сейчас меня пугает, совсем, иное.

– Фауст! – догадался Николя.

– Он.

– Я не понимаю, как можно видеть то, чего нет? – вставил муж.

– Ни «чего», а «кого». Если мы с тобой не встречали, не значит, что и остальные не должны. И потом, имя – это не главное, главное – суть! Она много десятилетий раздваивалась, а я не заметила… – Ольга опять вздохнула, затем добавила: – Вот вам и всевидящая «О»!

Николай невольно улыбнулся:

– Ты знаешь.

– Знаю. – Ольга резко развернулась. – Мне нужен воздух! Прогуляемся.

– Еще бы! Дымишь как паровоз!

Гуляли по осеннему саду недолго, молча, осмысливая прочитанные рукописи.

– Надо возвращаться, заканчивать с этим…

– Закончим, как только пообедаем. У тебя круги вокруг глаз от неудержимого курения и тревог.

– Уговорил! – взяла его под руку и прижалась, как делала очень, очень давно. Юной девушкой, ищущей опору и защиту. – Идем, мой Победитель! Будем восстанавливать силы.

****

Совсем стемнело. За окном все настойчивее поднимали гомон птицы. Николай задернул шторы, выключил верхний свет. Ольга продолжала:

«Март. 1-е, 1944г.

Надоело целый год искать встречи. Ему сегодня 20, а я даже не знаю где они, в какой стране, на каком континенте. Все в развалинах! Но скоро этому конец. Фауст смеется, что я распыляю душу на пустяки. Ничего себе, пустяки! Моя жизнь рушится!»

«Март. 1-е. 1945г.

Достали! Меня все достали. Год выслушиваю мораль. Уж и не знаю, что лучше: бессмертие под контролем, или свобода? Одна новость – они вернулись. Ему 21, значит, будет искать жену, надо поехать на лето в гости.»

«Июль. 15-е. 1945г.

Месяц отдыха. Ну, собственно, делала вид, что восстанавливаю силы. Эдда не видела. Учится. Где не говорят. Я все еще полна надежд!»

«Май. 10-е. 1960г.

Наконец-то жизнь возвращается! Мне предложили роль! Мой Фауст опять со мной. Не отразим, свеж и весел. Я почти не думаю об Эдгаре. Он еще побегает за мной! Я сделаю все, что бы он слышал мое имя каждый день. Маленький, чопорный мальчишка! Конфетка моя!»

Пробегая страницу за страницей, Ольга вслух читала только то, что касается ее семьи. Наконец-то она дошла до наших дней.

«Июль. 15-е. 1995г.

Глупый мальчишка! Что такое правила?! Это то, что надо изменять, преступать, нарушать! Но так и быть, займусь учебой! Найду лазейку. Вот и Фауст говорит, что всегда найдешь, что ищешь!»

«Июль. 20-е. 2005г.

Десять лет! Десять лет жила как книжный червь, изучая их талмуд и что?! Он, как тупой глазеет, на рыжую малолетку! Что в ней нашел? Ведь нет же ничего! Но так и быть. Пусть поглазеет. У меня новый контракт. Завтра я буду на всех обложках! Пришлю ему, пусть полюбуется. Сравнит. Сравнить есть с чем!»

«Июль. 10-е. 2007г.

Пришлось выбирать, победил мой дорогой и единственный друг Фауст. Я не еду к этому негодному мальчишке. Пусть год, другой поскучает. Мы с моим другом спешим покорять Мир! Да и самой хочется развеяться, а то, все эти годы, как монашка.»

«Июль. 15-е. 2010г.

Завтра увижу его! Наконец-то всеобщий сбор! Фауст просится со мной, с трудом смогла уговорить. Побудет дома. Как я соскучилась! Столько новенького, модного, он не устоит!

Никто не смог устоять перед Белокурой Татти! А я сейчас другая, лучше, сексуальней! Как же мне нравится этот век! Эдд, я еду!»

«Июль. 17-е. 2010г.

Бал! Простушки! Ничего они в это мире не знают. Он был с ней. С этой рыжей. Какая же она… Ну ничего, мне практически и делать ничего не надо. Аннет, простушка Ан, начнет. В ней желчи хватит на двоих! Я же прослежу.»

«Я счастлива! Меня приглашают приехать! Сам Эд звонил! Лед тронулся! Мой друг, мой Фауст, гениален!»

«Июль. 24-е. 2010г.

Какая же я глупая! Говорил же Фауст, что так и будет. И кто это – рыжая простолюдинка! Глупышка! Думают, я шучу. Уничтожу! Сотру в порошок! О нет. Я отдам ее Фаусту, как игрушку, как хрупкую фарфоровую куклу, пусть играет. Ему нужны силы, ему нужна душа! Они уберечь ее не смогут. От него не смогут. Она же смертная… Есть что терять. А я в Карпаты. Милый друг! Займи мое место. Сделай все медленно, насладись. Я знаю, ты прочтешь, как раньше, мои мысли и дневники. Я еду! Жалею, что не слушала тебя. Увидимся, твоя Татти!»

На последней странице было дописано красными чернилами, размашисто – нервным, мужским почерком.

«Август. 2010г.

Моя любимая Татти! Я прочитал. Я понял. Я иду!»

Ольга побледнела, едва взглянула на последнюю строку, положила руку на грудь.

– Оля! Что? – не на шутку обеспокоился Николай. Распахнул окно, впуская холодный воздух, налил в стакан воды и подал жене. Она выпила все до капли, после чего смогла вымолвить единственное слово:

– Читай!

Ник взял тетрадь. Буквы блестели, будто только написанные чернила.

– Звонить им?

– Нет! Виен позвонит сама. Пусть отдыхают. Мне надо все понять.

– Мы вместе. Мы все вместе. Все будет хорошо.

– Будет… Надеюсь… Но не знаю, как лучше поступить. Я впервые не знаю, как быть и чего ждать.

– Может сжечь их?

– Не сейчас. Эдгар должен прочесть.

– Давай я помогу тебе лечь. Уберу из комнат все тетради и принесу горячего молока.

– С медом? – Взгляд был наполнен страхом и девичьей растерянности, которую Николя забыл, за долгие-долгие годы их жизни.

– С медом.

Глава 2

Дорога домой была неимоверно долгой, со множеством остановок: на ночлег, перекус и даже сфотографировать красивые цветочки. Спешить было некуда, вот мужчины и выполняли маленькие капризы жен, да и сами наслаждались отпуском, о котором не думали долгие годы.

Ев мирно спала, осознавая, что приедут, сделают с сестрой номер, и они с Дэном уедут к теплу, до самых новогодних праздников. Вел же была грустной и уже не прятала этого.

– Что с тобой, рыжик? – обнял ее Эдгар, решившись уточнить грусть в глазах.

– Не пойму, как-то не по себе. – ответила она, даже не глянув на него.

– Еще бы, моей девчонке не устать, столько в дороге! – поцеловал в висок, поправил сползшую с плеча кофточку. – Признайся честно, жалеешь потерянное время?

– Ты что, конечно нет! – подняла голову и выражение лица изменилось, глаза загорелись, что обрадовало мужа. – Это хорошая усталость, плодотворная. – утвердила она и снова положила голову ему на плечо.

– Радость моя! Я не перестаю тебе удивляться. И прекрати переживать. Пару дней отойти от дороги, проведать Ольгу с Николя, и в город. Будешь, моя пчелка, ездить в офис, командовать. – получив в бок локотком, исправился. – Извини, руководить.

– Я говорила, что ты хороший?

– Нет!

– Говорю – ты лучше всех! – его горячий поцелуй был лучше любых слов, и она смогла справиться со своей тревогой, забыть на время все волнения. Затем Вел развернулась и положив на мужа ноги, задремала. Эдгар сразу укутал ее пледом, под голову положил подушечку.

– Позвони Ольге, Ви говорит, что чувствует ее угнетенное состояние. – попросил, подойдя к ним Жан.

– Ты не дозваниваешься? – удивился Эд.

– Телефон отключился.

Эд кивнул и достал трубку:

– Как вы там? … Ждете? … Возвращаемся, все вместе. Возможно, где-то остановимся на ночь… Дед, у вас точно все в порядке? … Целуем, привет бабульке. – Эд отключился, постукивая пальцем по телефону, задумался. И поняв, что атмосфера разговора с дедом была необычной, позвал отца: – Говорил с Николя. Говорит, что все спокойно. Ольга спит. Уже это настораживает, время не то, как бы, для ее сна. Чувствую, утаивают они правду. Как Виен, выдержит без остановок?

– Сейчас спрошу, а заодно, проконсультируюсь у ее личного доктора. – Жан кивнул на Дэна. А тот, боялся пошевелиться, чтобы не разбудить удобно разместившуюся жену.

– Мне нужен твой совет, – наклонился к его уху Жан.

– Я подойду, это же терпит.

Жан кивнул и вернулся на свое место:

– Эд говорил с Ником, ты права, у них не все гладко, но усиленно скрывают. Как нам быть, ума не приложу.

– Поехали без остановок на ночлег. – предложила Виен.

– Выдержишь?

Виен лишь усмехнулась, купленный перед самым отъездом «домик на колесах» пришелся всем по душе и с каждым километром они все больше привыкали к mercedes-benz/ Vito, как к чему-то самому необходимому, позволяющему не только передвигаться на значительные расстояния, но и чувствовать себя вольготно всю дорогу. Она оглянулась назад: дочери спали, мужчины собрались в самом конце и напряженно беседовали. Обрывки их фраз пролетели в ее голове, не спрашивая разрешения. Взгляд вернулся к девочкам. Вел, после замужества, сильно изменилась, становилась как-то свободнее, радостнее. Ев, не менялась, жила как раньше. Просто в ее жизни добавился еще один лепесток. Все также выдумывала каверзные шуточки и воплощала их с Вел.

Иногда по лицу старшей дочери пробегала никого не тревожащая тень, все списывали на волнение за агентство и редакцию. Ошибались ли они, пока было не ясно, но и лезть с вопросами и укорами не спешили.

****

Домой приехали утром. Встретить их вышел только Николя, сославшись, что Ольга еще спит. Виен взглянула на него, противоречить не стала, сразу поднялась к себе. Девушки, на удивление, пронеслись по лестнице уважительно тихо, даже не поприветствовав дом, как делали это всегда.

Вел, первой вошла в свою комнату, поставив на стол сумочку, стала посредине, как гостья, Эд понял это с первого взгляда, но не стал акцентировать:

– В душ? – спросил он.

– Хочу ванну! Помоги, пожалуйста, расстегнуть молнию. – повернулась спиной.

– Я открою воду набираться, – поцеловал он появившиеся плечи, – и поднимусь к Ольге, узнаю, что с ней.

– Мне пойти с тобой?

– Схожу сам. – очередной поцелуй лег на ее шею. – Как же хорошо дома… Не соблазняй меня! – поцеловал и сразу же направился к выходу.

– Кто кого соблазняет! – Вел опустилась в ванную.

– Ты что-то сказала? Я не расслышал! – крикнул он от двери.

– Ты же ушел!

– Почти. Не усни без меня!

– Постараюсь, если пообещаешь принести вкусненького.

– Моя королева, как я могу не выполнить?! Я быстро! – Эд хотел подойти, но сдержал себя.

****

– Бабушка! Ты где? – открывая дверь в гостиную, Ольги и Николая, крикнул Эд.

– Проснулась, – появился Николя, – сейчас выйдет. Как Вел?

– Хорошо! Принимает ванну.

– Здравствуй внук! – появилась следом Ольга. Лицо серовато, впалые щеки, синяки под глазами. За время их короткого отсутствия она явно постарела.

– Внук?! – удивление Эда было настолько, что он не сдержался. – Что произошло? Ты меня так не называла уже много-много лет.

– Так ты же мой внук! – Ольга тянула время. – Как отдохнули, как девочки?

– Отлично! Как настоящие авто – туристы. У этих трех женщин есть самозаводящаяся пружинка. Но, об этом позже, за столом. Что случилось? Виен всю обратную дорогу слышала твою тревогу.

– Эд! – начала Ольга не в силах больше ждать. – Я в смятение и растерянности. Поднимись к нам, как Вел заснет, многое надо обсудить.

– У меня есть минут тридцать, неужели этого мало?

– Хотелось бы, не спеша.

– У нас проблемы! Как не странно – предвидено. – Эдгар вздохнул, почесал подбородок изучая их по очереди. – Кто на кухне?

– Пока только Петр, к обеду будет полный состав. – ответил Николя, обязанностью которого был дом.

Эд еще раз посмотрел на родных ему людей, хотел выказать слова поддержки и не смог. Ушел, молча, подмигнув деду.

Вел расчесывала волосы, когда дверь открылась и зазвенела посуда. Не выпуская из рук расческу, вошла в комнату:

– Какой аромат! – потянула она носиком и наклонилась к подносу.

– Уж кто здесь аппетитно пахнет, так это ты! – обнял, поцеловал. Подал принесенное, как только она улеглась в кровати. – Пока все, что сообразил на скорую руку, может еще чего-то хочется?

– Эд, я же вижу, тебе не до меня.

– А вот это не правда! Ты у меня на первом месте.

– У меня есть маленькое преимущество, перед твоей попыткой составить умозрительную схему отлучки. – говоря все это Вел жевала. Эд поперхнулся глотком чая, из ее чашки и склонил голову набок:

– Это на тебя дом так действует, или Родины дух? Хотя не важно. Поясни, пожалуйста, человеческим языком.

– Я из ванной, столько дней в дороге, а ты сидишь, пьешь из моей чашки, а не молнией посещаешь душ. Пей, пей дорогой, мне приятно делить с тобой все. Но, вот что странно, еще неделю назад я тебя отправить никуда не могла, чтобы побыть одной, а сегодня… – Вел замолчала, давая ему время понять прямой намек, сделала пару глотков, не забирая чашки из его рук, но муж отмалчивался: – Иди, не томись. Я у тебя умненькая – благоразумная. Обещаю, из комнаты ни нагой! Буду спать до твоего возвращения. – Отодвинула посуду, и удобно легла, подставив ему губы.

– Спасибо, мое сокровище! – нежно целуя губки, глазки и опять в губы, говорил Эд.

Оставив воду и фрукты на ее тумбочке, исчез.

Глава 3

– Штаб в сборе! – попытался пошутить Дэн, входя следом за Эдгаром, но мгновенно отбросил улыбки, увидев напряжение на лицах старших членов семьи.

– Похоже на то, – ответил Жан, даже не оглянувшись.

– И что у нас? – убрав игривый тон, почесав затылок и не найдя в себе даже предположения, поинтересовался Дэн.

Ольга, молча, положила перед всеми три тетради и выдержав напряженную паузу, наконец, соизволила пояснить:

– Вот эта, – указала она на верхнюю тетрадь из стопки, – представляет наибольший интерес, однако, Эдгар, просмотри все.

Он взял тетради, глянул на указанную, тут же отложил ее в сторону и взял первую, по датам заполнения. Прочел все, подумал, прочел еще раз ту, что касается Вел, не как всегда, молниеносно, а присматриваясь, вчитываясь, можно сказать, даже внюхиваясь в каждое слово.

– Я от нее ничего другого и не ожидал. – сказал он пересохшим горлом. – Неприятно, но не понимаю вашей тревоги, ее больше нет!

– Ее нет, – посмотрела на него Ольга, – но проблема есть. И она над Валери!

– Родные! Ну не преувеличивайте! Я не вижу трагедии. – Эд был искренен, он не видел, в прочитанных тетрадках, опасности, хотя и ощутил некое отвращение. – Родственники Тат недовольны, кто-то из Рода высказал претензии?

– Эд! – повысила голос Ольга, – не глупи! Это совсем другое, это то, с чем я не сталкивалась за свои…, безмерно долго прожитые годы.

– Хотите сказать, ее дух, проснулся?! – Эд отошел от стола, стал посредине комнаты, развернулся так, чтобы видеть всех без исключения и ждал ответа.

– Ее, или чей-то еще, более сильный! – сказала Виен, до этого тихо сидя чуть в стороне от всей компании.

– Виен! И вы туда же! – всплеснул руками Эдгар. – Ольга, милая моя бабуля, умная и образованная! Ты же сама, только что сказала, никогда не сталкивалась с потусторонним. Что, сейчас природа изменилась? Или фантазии прозаиков воплотились?

– Эд! – спокойно начал Николя. – Я тебя понимаю, тебе не хочется верить в то, что никогда не видел, на что не тратил свою жизнь. Но Татти…

– Татти была больна, себялюбива, взбалмошная и развращенная женщина. – заявил Эдгар. – Не мудрено, что она раздваивалась в своем сознании! Я понял, – он стукнул себя по лбу, указал на тетради, – вас всех смутило имя Фауста. Дорогие! Что ей, артисточке, могло еще в голову прийти?! Виен, Ольга! Если бы была угроза, уж вы бы знали!

– Ты так говоришь, как будто у меня есть третий глаз! – отозвалась Виен. – Я и слышу лишь мельком. Эд! Я полностью доверяю Ольге. Да нет, я согласна с ней! К нам идет нечто невообразимо ужасное.

– Сын! Ты знаешь, как я отношусь ко всему, потустороннему, но посмотри в окно, может это тебя убедит. – Жан приоткрыл шторы и не отошел, поджидая его.

Эд подошел, смотрел с сарказмом, но постепенно его лицо менялось. За окном, на деревьях сидели черные птицы, усыпав ветки, словно сгнившие и уже почерневшие плоды и листья, а к ним тянулись все новые и новые. Не по одной, даже не стайками, а сворой.

– У них что, слет? – усмехнулся Эдгар.

– Вот это и непонятно. – проговорил Жан и положил руку ему на плечо.

– Их было всего десять, – голос Ольги заставил Эдгара вжать шею в плечи, – со дня венчания и до вашего приезда… А за это время, как вы в доме, их выросло втрое. – не вставая с места, сломав вторую сигарету, поясняла Ольга, прикрыв глаза и видя все происходящее за стенами дома, всем своим существом, чувствуя, осязая, каждой клеточкой.

– Мне кажется, уже больше. – тихо сказал Эд, наблюдая как птицы тянутся и тянутся со всех сторон. Заполнив все деревья, провода, напротив окон, садились прямо на землю, и устремляли свои головы к ним. Не кричали, а «переговаривались». – Прошлое не умирает… – вспомнил он слова Вел, оброненные в день их отъезда.

– Что ты сказал? – Виен, услышав фразу у него в голове, но сказанную слегка иначе.

– «Прошлое не умирает, оно хочет меня за тебя!» Так мне сказала Вел в день нашего отъезда на отдых. Она что-то увидела, возле дома, но я не придал значения. Болван! Она чувствовала!

– Вел, с детства боялась, параллельного мира. – откровенно призналась Виен, – ощущала его присутствие. Я поддерживала ее, как могла, зная как это, слышать кожей, что рядом, возле тебя, кто-то есть и не видеть. Надеялась, что перерастет, привыкнет, не будет обращать внимание. Простите, я сейчас вообще, растерялась, и в себе, своих ощущениях, и в том, как дочь сможет принять присутствие параллелей.

– Я тоже, впервые, не ведаю что делать. – Ольга понюхала сигарету и отложила, уважительно относясь к Виен. – Ник, вот, и тот тревожится.

– Ольга! Да не мучайтесь, курите! Я отсяду к окну. – нервное состояние Ольги передавалось Виен все больше, и она уже, всеми фибрами, хотела от нее отдалиться, чтобы спокойно соображать, чтобы поразмыслив над всем услышанным и увиденным, начать принимать, хоть какие-то действия.

– Спасибо, родная, а то я без нее совладать с собой не смогу, ты сиди, я у камина, пару затяжек сделаю.

– Мне тоже не по себе, – сказал Жан. – Я за всей этой сворой и напряжением в имении, чувствую чужого.

Эд снова взял дневник, принялся перечитывать, медленно, отбросив сарказм, всматриваясь между строк.

– Посмотрите! – позвал Николя, как страж, дежуривший у окна. – Птицы зашевелились!

Птицы двигались, нервно переваливаясь с лапы на лапу, покрикивая. Некоторые взлетали, подлетая ближе к дому, но возвращались, как по команде. Эд закрыл тетрадь, собираясь подойти ко всем, и птицы тут же угомонились.

– Эд! Открой-ка тетрадь, – попросил Жан. Эдгар послушно открыл – птицы занервничали, закрыл – успокоились!

– Виен! Помоги мне, – попросила Ольга, – как в тот вечер. Я вижу какую-то тень, даже не тень, не могу определиться, что у меня перед взором. Не дается оно мне.

– Я постараюсь. – Виен отошла в дальний угол комнаты, по дальше ото всех, благо она была достаточно просторная. Все молчали, а Эд, в очередной раз вернулся к чтению.

– Не получается. Их ор все перекрывает! Даже мысли Эдгара.

Эд положил тетрадь, изучив ее от корки до корки, птицы уселись, но перекрикивались.

– Не слышу я ничего! – расстроилась Ви. – Да сожгите вы их! Может все затихнет. Отпустите вы ее с миром!

– Обязательно! – сухо сказала Ольга, – но я прочту все, еще раз. Теперь уже без спешки и эмоций.

Эд смотрел на женщин, будто взвешивая предложения и последствия. Взял одну тетрадь, самую пустую, по его мнению, бросил в огонь.

– Я же сказала! – Ольга подняла на него сердитый взгляд.

– Птиц уменьшилось! – немного повеселевшим голосом сообщил Дэн. – Будто сгорели.

– Если бы проблема решалась так просто! – проговорила Ольга и ушла в спальню.

– Но их действительно уменьшилось! – посмотрел ей в след Эд. Она лишь пожала плечами. – Ба! Я хотел проверить.

– Делайте, как знаете! – Ольга открыла окно и опять закурила. – Вши жизни, вам и ответ держать.

Жан, видя колебания сына, бросил в огонь вторую тетрадь, а затем, взяв из рук старшего сына последнюю, вырвал страницы последних лет и остальное предал огню:

– Это я хочу прочесть, еще раз. Простите, скоро вернусь.

Оставшийся десяток ворон кружились над домом большим кругом.

– У вас гости? – как-то растерянно спросила Виен.

– Нет! – Ольга вышла к ним, оставив руку с сигаретой в спальне и заинтересованно уставилась на невестку. – Почему ты спросила?

– В гостевой комнате кто-то ходит. – Виен сидела с закрытыми глазами и, выставив вперед левое ухо, водила головой, как бы «следя» за чьими-то передвижениями.

– Скорее всего, там Жан. – Предположил Ник.

– Нет, – покачала головой Виен, – Жан пошел к нам, это незнакомец. Я Жана не так слышу.

– А где ты слышишь гостя? – Ольга нервно затушила сигарету, обломав, бросила в камин, а мундштук на столик, и подошла к Виен, совсем близко, ожидая ответа.

– В голубой гостиной. – руки Виен сжимали подлокотники кресла, на котором она сидела, настолько сильно, что пальцы посинели. – Он ходит, беспрерывно, от стены к стене.

Парни мгновенно понеслись вниз.

– А я думала, схожу с ума! Все время ощущала присутствие кого-то. Даже опускаясь в сон, просыпалась, словно на меня смотрят.

– Странно, я слышу звук шагов ребят, но это не такие звуки. Ольга, вибрация шагов разная!

– Подождем немного, молча. – попросила женщина, приложив палец к губам. Замерла в центре комнаты и прищурив глаза всматривалась. Вздрогнула, напряглась как струна и глаза забегали, будто перед ней мелькали картинки.

Мужчины пробежали три этажа, на подходе к гостиной приостановились и уже дальше двигались затаив дыхание. Резко открыли дверь гостевой комнаты – пусто. На всякий случай проверили все, что можно было. Эд вышел, прошелся по всем помещениям левого крыла особняка и пришел обратно.

– Ну и вонище! – Дэн уже открыл настежь все окна, устроив сквозняк. – Буд-то что-то опочило!

– А я ничего не чувствую. – Эдгар достал телефон. – Пусто! – сказал он Нику. – Может это просто ветер через камин шевелил портьеры?

– Никого! – Передал всем Николя.

– Они просто не видят! – находясь все в том же состоянии, отозвалась Ольга, – оно затаилось, его что-то спугнуло, еще до их появления! Оно с ними рядом! Пусть оставят окна открытыми и уходят оттуда. – Зрачки Ольги сужены до точки, уставились в одну точку.

****

– Там такой запах! – с порога сообщил Дэн.

– Сладко приторный. – потерла нос Виен. – Вы им пропитались. Так пахнет смерть.

– Пойду, распоряжусь сделать генеральную уборку! – Ник глянул на жену и пошел к двери.

– Ник! – окликнула его Виен, – я конечно не уверена, но пусть помоют родниковой водой.

Мужчина кивнул.

– Вел, очень расстроится, – с грустью в голосе произнес Эд, – она так хотела в город!

– А вы и поедете с ней, как собирались. – сказала Виен.

– Как?! – не соображая, крикнул Эд. – Вы же сами, с Ольгой, говорили об опасности!

Ольга открыла глаза и тоже, не понимая, уставилась на Виен, Дэн сел в кресло, чесал затылок в полном недоумении.

– Что вы на меня так все смотрите? Да, я считаю, что им лучше уехать в город. Вел не будет паниковать. Оставив ее здесь, мы лишь будем нагнетать обстановку.

– Объясни. – попросила Ольга, взяла мундштук, но не смогла вытащить отломанный фильтр, швырнула назад. – Объясни же!

– Вел начнет злиться, нервничать. Что мы ей сейчас скажем: извини, нам кажется?! Самим бы понять!

– Ну, знаешь ли, твоя дочь! Делай, как знаешь. – Ольга махнула рукой и села, положив ногу за ногу, будто решив больше не вмешиваться.

– Ви! – заговорил Дэн. – Вел же ничем не защищена! Да и у Эда силы на исходе. Он ждет ее.

– Знаю! Но, не вижу необходимости сидеть и всем вмести трястись. В городе безопасно. Угроза в этом доме! Мне так кажется, – договорила она тихо, и в этот момент появился Жан.

– Хорошо, что пришел! – встретила его Ольга. – Тут твоя жена чудит! Отправляет детей в город.

– Да, отправляю! – настойчивее сказала Вилена.

– Я не согласна! Здесь они под нашей опекой! – стояла на своем Ольга.

– Какая опека?! Если никто не знает, что оно вообще такое. А ОНО здесь! И разгуливает свободно по дому, полному всякой технической безопасности. Неужели вы не понимаете, что сидеть в этой комнате не есть защита?! Надо дать детям спокойно жить. Решение придет.

– В подушке! – хлестнула Ольга невестку.

– Возможно именно в ней! – дала отпор Виен, поднявшись и впервые показав «свои зубки».

– Мам! – остановил Жан мать, намеревающуюся сделать ответный ход. – Обойдемся без твоего заключительного слова. Мне кажется, Виен еще не все сказала!

– Я могу и помолчать. – спокойно заметила Ви, – Мое мнение и догадки, все равно останутся при мне.

– Да делайте, что хотите! Это твоя дочь. – махнув на всех рукой, Ольга отвернулась.

– Вел еще и моя жена! – вмешался Эд.

– Вот и замечательно! Вот и решайте проблему самостоятельно. – у Ольги явно сдавали нервы. – Привыкли, что бабушка говорит: что и куда!

– Ба, прекрати! – не выдержал Дэн. – Отец, ты пришел с чем-то?

– Ах, да! Мне кажется, нет, я уверен – это кровь! Я даже запах ее слышу. Писал мужчина, чья рука привыкла к перу.

– Может это Стефан? – предположил Эд, глянув на листочки, принесенные отцом. – Прочитал дневник, заскучал за дочерью. Кстати, ба, как они?

– Очень сдали. Сообщили, что сделали выбор, простились. – уже спокойней сказала Ольга. – Наверное, мне тоже пора отдохнуть. Простите за резкость.

– Извини и ты, что был резок! – Эд, присел у ног бабушки, взял ее руку и поднес к губам.

– Давайте сожжем остальное, успокоимся и подумаем на свежую голову. Мы все с дороги, не спавши двое суток. – Жан бросил оставшиеся листья в огонь. Пламя встрепенулось, загорелось ярче, искры понеслись столбом вверх по дымоходу. Виен вздрогнула, ей послышался стон, душераздирающий, женский стон. Эд это заметил, но не подал вида:

– Бабушка! Мы тоже пойдем. – постаравшись вложить в голос как можно больше уважение, глянул на Ольгу и предложил Виен руку.

– Прости за эмоции. – сказал Жан, целуя мать.

– Идите, идите! Встретимся за ужином. Мне надо побыть одной.

Эд довел Виен до их комнат, Дэн послушно шел за ними.

– Вы ничего не хотите сказать? – не отпуская Виен, спросил Эд. Дэн, будто имел внутреннюю связь с братом, присоединился к нему, став перед Ви.

– Смотря, что вы хотите услышать?

– Не стойте на пороге, – подходя, попросил Жан, – зайдите и общайтесь!

Эд нервничал, Жан направился к бару, говорить на сухую не было сил.

– Давай помогу! – предложил отцу Дэн, подавая брату бокал и право первого вопроса.

– В данный момент я слышу только недовольство Ольги и безмятежный сон девочек. Вы все требуете от меня очень многого, я просто боюсь, что мой мозг начнет выдавать желаемое, за действительность.

– Вы скрываете от меня нечто, я это знаю! Я видел, как вы вздрогнули! – заявил Эдгар.

– Держи и сядь! – Жан сменил Эду стакан. – Может быть и правда, дадим Виен выспаться, а разговор перенесем на вечер?

– Боюсь показаться назойливым, но до того пока Вел проснется, я хочу понять, что происходит, набросать, приблизительно, как ее защитить, а главное смотреть на нее уверенными глазами. – держа стакан двумя руками, Эд стоял посреди комнаты и нервно раскачивался.

– Присядь, пожалуйста, – посмотрела на него Виен. На лице была усталость, но превозмогая себя, она попыталась улыбаться, – Эд! Я могу только гордиться выбору дочерей. Да, я слышала отчаянный крик женщины, когда в огонь бросили последние листы. Кто это был, не знаю. Меня сейчас беспокоит запах, который наполняет дом. Вы принесли его снизу едва ощутимым, а сейчас я чувствую его все сильней. Вел этот запах, как и я, чует с детства. Поверь, это будет ее очень напрягать, она начнет себя накручивать. Вот почему я настаиваю – вам надо уехать! Да, между нами будут тысячи километров, но ты будешь с ней. Она окунется в работу. А мы, четверо, попытаемся понять, что тревожит Ольгу и найти решения на все вопросы. Ты меня понимаешь?

– Да! Что мне сказать Вел?

– Правду! Ольга переживает, но сама не знает причину. У вас двоих есть желание работать, Ев не хочет ехать в холодный город, это не секрет. Связь прекрасная. Приехать мы к вам сможем в любое время, ведь так дорогой?

– Без вопросов! – ответил Жан и наполнил всем стаканы.

– Это все понятно, – Эд немного успокоился, но настойчиво смотрел ей в глаза, – у вас ведь есть предположения.

– Ты упрямый! – сказала Виен, – Дэн ты не хочешь забрать своего брата и отправиться вместе с ним к своим женам?

– Хочу, но, как и он чувствую, что вы уловили нить. Если опасность над Вел, то Ев это заденет, а я этого допустить не могу.

– Жан! В кого они? Мне надо посоветоваться, – она прищурила глаза, ожидая от них усмешки, какую получала от Ольги, но ребята были серьезны.

– Виен, любимая! Они не уйдут, пока ты не скажешь свои предположения, а они есть. Я знаю. – Обнял ее Жан.

– Хорошо, мои узурпаторы! Вел грамотней меня в этих вопросах, писала работу на эту тему, много литературы перевернула. О чем это я? – Виен потеряла мысль, но сразу же вспомнила. – Ах, да! Я о женской упертости. Мне кажется, ваша Тата, пользовалась магией. Знала и употребляла заклятия. Да вы и сами это знаете, только скрываете от нас. Жан, помнишь, ты мне рассказывал о находке? – трое мужчин кивнули, как по команде. – И девочки мне сказали о письме. Так вот. Я, конечно, не знаю, когда Татти оставила этот мир, да и оставила ли, но то, что душа ее болтается и требует отмщения, не сомневаюсь! Она будет находить Вел во всех ваших домах. А теперь соотнесите друг с другом факты, прошедших месяцев. Первое – Дэн взял письмо.

– Ев стало плохо. – кивнул Дэн. – Мы тогда не знали, отец долго не отвечал. Тат в этот вечер… – он не договорил, не зная, как коротко объяснить.

– Уж не знаю, как ей удалось передать послание Ан, но Вел повезло, что открыла не она, а ты. – Виен уже забыла о своей усталости, полностью отдалась размышлениям. – Ровно через три дня на себя беру все я. И длиться это…

– Девять дней в общей сложности! – сложил Жан цифры и события. – Да, девятый день, поминки.

– Вот она и помянула о себе. – Виен отдала мужу пустой стаканчик и отрицательно закачала головой на его предложение повторить.

– Даже представить боюсь, что было бы с Вел. – Эд в ужасе встряхнул головой. – Мы увидели рой мух, Вел говорила, что грядет беда, но я пытался ее успокоить.

– Мы все так делаем, потому что – Верим или нет, главное – не пользуемся, отсюда и спокойствие, типа: само пройдет! – Закончила Виен.

– Ев в тот день опять было плохо. – Добавил Эд.

– Но уже прошло больше трех месяцев! – Напомнил Дэн.

– Боюсь утверждать, но я слышала, что душа может целый год блуждать.

– Вот вам и сказки о приведениях! Столько прожили, а ничего не знаем! – Признался Жан.

– Не обижайтесь, просто вы жили, как под колпаком, в рамках дозволенного. Не преступали законы сами, поэтому и не сталкивались. Но, рано или поздно, познаете всё. Ваши сородичи уже суют нос во все. У них на это уйма времени! Пока вы храните и соблюдаете писания. Может, закончим? Я устала, голова не варит.

– Прости нас мамочка. – обнял ее Дэн.

– Иди уже, вековая деточка. – засмеялась Виен.

– О нет! Я еще далек до этого.

Виен сама подошла к Эду, целуя в щеку, легонько подтолкнула к выходу. Он обнял ее и спустившись за Дэном следом, сел на ступенях, пытаясь успокоиться. Укусил пару раз свою руку, взъерошил голову и побежал вниз, отправил одного из водителей за цветами. Заказав Вилене и Ольге белые, Ев – желтые, а любимой – красные, бархатные розы.

****

Вел мирно спала. Стараясь ее не разбудить, Эд пробрался в душ, снял и обнюхал вещи, и хотя ничего не почувствовал, свернул и отправил их в корзину для грязного белья. Намыливался и смывал несколько раз, растирая кожу до красна. Посмотрел на ее милое личико и то, как она завоевала и его часть кровати, решил прилечь в гостиной, но не смог. Забрался под одеяло, закрыв ее, от всего своей крепкой рукой, уснул.

Глава 4

Ольга покинула дом рано утром. Накануне, очень сдержанно, ни словом не обмолвившись об утреннем разговоре, поужинала и удалилась спать. Как Николай ни пытался ее остановить, Ольга была непреклонна. И ему ничего не оставалось, как следовать ее воли, тихо вынести сумки, сесть в машину и попрощаться с домом в зеркало.

Вел же, несказанно радовалась отъезду. Эд погрузил, не распакованные с путешествия вещи в подаренный им, на свадьбу, Hummer H3. Зашел перебросится с охраной парой слов, передал ключи Игорю, и поднялся за женой:

– Спускайтесь, барышни, машина подана! – многозначительно переглянулся с Виен, обнял Ев и пожал мужчинам руки.

– Просто церемония прощания! Восточный хан отправляется на войну. – прокомментировала его действия Вел, Игорь усмехнулся и покачал головой.

Но отъезжая все дальше Вел становилась унылее.

– Чего нос повесила? Ты же так хотела вернуться в любимый город! Придешь завтра в агентство, устроишь всем Кузькину мать, а может наоборот – великий праздник.

– Сколько можно праздновать?! И не разговаривай со мной, как с ребенком!

– Не буду, если перестанешь губки дуть.

– Как это? – Вел отодвинулась, посмотреть на него.

– Трубочкой! – и он перевел тему. – Что-то я начинаю уставать от дорог, наверное, старею. Вернемся домой, возьму стопку газет, сяду у камина и буду читать.

– В квартиру! – поправила Вел. – Там нет камина.

– Почему? – не понял ее Эдгар.

– Почему нет камина?

– Зачем ехать в квартиру, если у нас есть свой дом?

– Не хочу жить одна в большом доме!

– А как же я? Ты не будешь одна, ты теперь со мной!

– Можно подумать ты действительно сядешь у камина с газетами! Еще скажи, что купишь сигары.

– Я не курю. – напомнил Эд.

– Да ладно, знаем мы… – и Вел осеклась, закусив губу. Игорь глянул на них в зеркало, сдерживая смех, а Эд удивленно воскликнул:

– Что это ты знаешь?

– Ничего, просто так сказала.

– Ну, уж нет, голубушка, договаривай!

– Да говорю же, просто взболтнула!

– А я-то думаю, кто устроил кутерьму на мальчишнике! Догадки, конечно, были. Теперь же я уверен, это наши девочки! Надо сказать Дэну.

– А вот и не угадал, это не мы! Я так уж точно, здесь не причем. – развеселилась Вел.

– Ты хочешь сказать – Ви?! – Вел мотала головой. – Ну, конечно – это ваши подружки. Вам такой же подарочек сделали?

– Девочек?! – Вел смеялась, – ну ты даешь! Даже Саша бы до такого не додумалась! Девочек пригласить… Вот выдумал. А вообще-то, это не девчонки и не Виен. Скажу, не поверишь.

– Даже не намекай, что Ольга.

– Я же сказала, не поверишь.

– Да ладно. Не может этого быть! Железная, всевидящая «О»? Не верю!

– Спроси, у кого хочешь!

– Дожили! Что же тогда от тебя ожидать?

– Я сама скромность.

Игорь не выдержал, залился смехом вместе с ними. Эдгар чувствовал вину перед Ольгой, сам не понимал за что, искал причину позвонить, сгладить расставание. Смеясь, набрал ее:

– Нет, нет! У нас все хорошо, – ответил на ее вопрос. – Я тут кое-что узнал. Ты меня удивила! – «Чем это? Изволь пояснить.» – А то ты не догадалась! Я о мальчишнике. – Ольга засмеялась. – Вот и выдала себя. Спасибо, было необычно и приятно. От Вел привет, мы тебя любим! – убрал мобильный и поцеловал жену: – И как это выглядело со стороны?

– Что именно?

– Наша реакция, например.

– Не знаю, меня с вами не было.

– Все ты знаешь, партизанка.

Она еще никогда не была ему так дорога. Сидя рядом с ней в машине, Эд вдруг реально понял всю ответственность за любимую женщину. Он обнял жену, прижав к себе, поцеловал в макушку. Вел в ответ притиснулась и положила голову на плечо.

– Я сменю тебя часа через два. – сказал он Игорю.

– Как захочешь, я не устал.

Долгая дорога даровала возможность о многом подумать. Дав время водителю поспать, Эдгар поймал себя на том, что не следит за трассой, постоянно уносясь в сказанное Виен и необъяснимые срывы бабушки. Ноябрь. Темнело рано. Чем ближе они подъезжали к городу, тем больше ощущался холод. Эд включил подогрев.

– Давай я сяду за руль. – проснулся Игорь.

– Смотри, а на полях уже местами снег. – усаживаясь рядом с женой, тихо говорил Эд. – Может, заедем сначала в дом, разожжем камин, будет тепло. Максимовна, наверное, наготовила всяких вкусностей…

– Уговорил! Но обещай, если мне будет неуютно, мы переедем.

– Обещаю! Вел, в доме охрана, Максимовна, Игорь.

– Я же сказала, хо-ро-шо! А холодно-то в туфельках.

– Давай мне свои ноги, буду греть.

****

– Дорогие мои! Ну, наконец-то приехали! – запричитала с порога женщина, сразу напомнив Вел мультик «Простоквашино», она приготовилась услышать: «А загорели-то, как» и далее по списку, но женщина не порадовала, спросив: – А где же младшие, как родители, как путешествовали?

– Все хорошо! Колесили, устали, приедут весной. – скороговоркой выпалила Вел и пошла наверх.

– Я обед наготовила. – растерянно сообщила Максимовна.

– Давайте через часик, но только, легенькое, несколько суток в дороге. – искренне улыбаясь, попросил Эд. – А вот Игоря подкормите, ему это просто необходимо!

– Да как это легенькое?! – всплеснула руками женщина. – Он у девочки, одни кости да кожа, небось только бутербродами давитесь!

– Максимовна! – перегнулась через перила Вел, – Не волнуйтесь, это я так на овощах похудела. Вы чайку заварите, а мы спустимся и решим, на что нас сегодня хватит, а что завтра доедим. Вот тогда и поболтаем, за столом.

– Вот видишь, любимая, а ты говорила: «одна, в большом доме!» Максимовна нам всю семью заменит. Правда, Максимовна?! – смеялся Эд.

– Правда, сынок, правда! – не поняла шутливого тона женщина, скрылась в примыкающий к дому, довольно большой флигель, где находились все службы, кухня и комнаты для обслуги.

– Тараторка! – заключила Вел.

– Просто она соскучилась, столько одна.

– Чего бы ей скучать? Всего недели три прожила здесь, до нашего отъезда.

– Не три, а пять. – поправил Эд. – У нее же никого нет.

– Я разве против, но мне то, что делать? Я другой раз вообще говорить не хочу, ты же знаешь. – Вел первым делом включила комп и проверила почту.

– И как ты выдержала без этой машины столько времени?

– Сама не знаю. Смотри, Ев открытку прислала! – радостно смеялась Вел, читая послание.

– Ну нет, сегодня никакой техники! Всю эту «паутину» оставим на завтра. Я прошу, нет, я требую! – Эд приподнял ее, обняв за талию, и потихоньку продвигаясь к кровати, осыпал поцелуями: – Ну, разве что дистанционку, если ты боишься оставаться со мной в тишине…

Глава 5

Нежный поцелуй, второй, третий. Вел проснулась, но не спешила открывать глаза, подставила вторую щеку.

– Который час? – наконец проговорила она, потянулась, и обняла мужа.

– Восемь! Ты просила разбудить.

– Восемь…, нормально. Спасибо, человечище!

– У меня сегодня свободный день, – как бы невзначай сообщил Эд, – буду твоим водителем. Доставлю с ветерком, съезжу к себе в филиал, хочу перенести сюда главный офис, пожалуй, наведаюсь еще в пару мест, и буду ждать тебя, как личный шофер, у дверей!

– «Как водитель», у дверей, не стоит. – поднявшись произнесла Вел, – зайдешь, подождешь в приемной, будешь смущать моих сотрудников, если мой кабинет тебе мал. – Эд подошел и обнял, но Вел вывернулась из объятий: – Спустись, пожалуйста, определись с Максимовной на вечер. А сейчас, я бы хотела выпить только кофе с сыром. А мы сможем выехать до десяти?

– Командир! – проговорил с грустью, но послушно вышел.

Чистя зубы, Вел заметила в зеркале промелькнувшую тень:

– Эд! Ты что, уже вернулся? – тишина была ей ответом. – Показалось. Да, что так холодно?! – войдя в комнату Вел ощутила ногами морозный ветер. – Сквозняк!

– Сквозняк? – услышал ее слова муж. – Это ты говоришь?

– Я! Так обдало холодом. Конечно, может быть, после горячего душа показалось. – Запахнула халатик и уселась на пуфик у зеркала.

– Ваш кофе, мем! – шутя склонился Эд, выдвигая одну руку с подносом, убирая вторую за спину.

– Какая прелесть. – вдохнула Валери аромат и взяла свою чашку. – Ничего нет приятней чашечки кофе, по утрам.

– А я? Ведь я же лучше. – Эд чуть не подавился от ее слов и замер в ожидании ответа.

– Ты превосходишь все на свете! – Вел поняла оплошность сказанного. – Разве тебя можно сравнить с земными прихотями? Ты часть меня! – она повернула к нему мордашку и смотрела, будто говоря, «ну, как ты мог такое спросить?» Эд наклонился, поцеловал ее ушко и слегка укусил:

– Напоминай мне, почаще.

Собравшись, Вел взяла легкое пальто и направилась к выходу.

– Ты на календарь смотрела?

– А что?

– Тогда в окно посмотри и оденься по погоде.

– Мы же на машине?!

– А вдруг ты захочешь с подругами пройтись?

– Ты мой дорогой, конечно, захочу! – обрадовалась она, но тут же спохватилась, – а как же ты?

– Решим за обедом. Так когда за тобой заехать?

Издали слышалось ворчание Максимовны о завтраке, и они, как провинившиеся дети, прошмыгнули мимо. – Твою, мою? – остановился Эд между двух машин.

– Твоя! Давай не все сразу.

Эд засмеялся, понимая ее стеснения.

****

Специально не предупреждая и не афишируя приезд, Вел вошла в офис и окунулась в шумную, не рабочую обстановку:

– А, что здесь происходит? – громко спросила она.

– Вел! – радостно зазвучало в ответ, – с приездом!

– Спасибо, но в связи с чем устроили выходной? Работать, милые, работать! Праздники закончились, я здесь! – спокойно, но категорично заявила она, одарив всех лучезарной улыбкой, прошла в кабинет. – Вопросы в нерабочее время! – бросила, чувствуя спиной любопытство подчиненных. Подойдя к секретарю, положила на стол подарочек: – Это тебе. Я часик поработаю, ко мне никого, хотя. – Вел вернулась к рекламщикам. – Ольча, зайди!

– Спасибо! – проговорила секретарша, держа пакетик в руках.

– Спрячь. На это есть перерыв. – улыбаясь, произнесла Вел.

– Как поколесили? – догнала ее подруга.

– Замечательно! – они обнялись. – Вечером расскажу. Устала без работы, жуть! Это тебе.

– Спасибо! Я посмотрю? – низенькая блондинка, смотрела на Вел снизу вверх и моргала, сгорая от любопытства.

– Спросила! Смотри и рассказывай, как у нас? Где Юлька?

– У рекламодателя. – Ольга посмотрела на часы, – скоро будет. А у нас… – любуясь подарком, Ольга подробно изложила суть.

– Ладненько! Значит так, можем поехать после работы ко мне и проболтать всю ночь, а можем и куда-либо прогуляться.

– А Эд?

– Он сам предложил. Правда, дома есть пару бутылочек хорошего, привезенного вина.

– Решай сама, мне только предупредить своих.

– Значит, ко мне, дом пустой, хоть оживим его. Иди, работай, а то опять галдеж подняли. – И засела за свою «умную машину».

– Пишешь? – услышала она незнакомый мужской голос и вздрогнула. Он прозвучал не громко, даже глуховато, словно из-за мебели.

– Вы кто? Как сюда прошли? – подняла глаза и поежилась от холода, охватившего ее. – Изъясняйтесь быстрей! Извините, много роботы.

– Вот я и говорю, одна, как пчелка, без помощи. – он стоял у двери, в тени шкафа, рассмотреть его Вел было трудно, что-то невзрачное, серое, в такой же одежонке.

– Я все поняла. Прошу покинуть кабинет! – и, повысив голос, добавила. – До свиданья!

– Увидимся! – сказал он тем же монотонным, гундосым голосом, открыл дверь и исчез.

– Света! – крикнула Вел.

– Да? – девушка появилась сразу.

– Я же просила, никого не пускать!

– Так я и не пропускала! – выщипанные ниточкой брови взлетели вверх.

– А мужчина?

– Какой? – еще больше удивилась Света.

– Ты что, спишь на рабочем месте?! – Вел начинал раздражать этот блиц опрос.

– Извини, я выходила в туалет, но не спала.

– Иди, работай! И будь, пожалуйста, внимательней. – Светлана вышла, а Вел поежившись, подошла к шкафу, набросила пальто. – Да что же так холодно?! – проверила батареи и достала обогреватель.

– Извини! – всунулась голова секретарши, – приехал Эд.

– И???! – Вел глянула на нее в полном недоумении, – что за вопрос?

– Ну, ты же сказала…

– Света, не дури! – девушка спряталась, а вместо нее появился, сияя на все 32-а, муж:

– Ну, у тебя и жара! – сбросил легкое, длинное пальто.

– Разве? А я замерзла!

– Ты не заболела? – глядя на ее алые щеки, обогреватель и пальто на плечах, Эд взял ее за руки, как бы проверяя жар ладоней и приложил губы к ее лбу.

– Ничего я не заболела! – сняла пальто, выключила обогреватель. – Вот, согрелась! Просто иногда, такой холод пронизывает, словно где-то дыра.

– Малыш мой! Скоро час, обед сюда закажем?

– Не надо заказывать, поехали, нормально поедим.

– Вдвоем или?

– Вдвоем. Не раскатывай губу! Ишь, ему меня мало.

****

– Столько работы накопилось! – говорила Вел в промежутках жевания, – просто жуть! Везет же Ев.

– Ну, допустим, Ев ты сама отпустила.

– Не отпустишь тут: Лапки маленькие, хвостик мерзнет! – Эд расхохотался. – А чего это ты такой мягкий?!

– Я не мягкий, а справедливый. Или ты в другом смысле? – прищуривая один глаз, спросил Эд.

– В самом, что ни есть прямом, заступаешься за всех! Кстати, а как ты съездил?

– Отлично! Думаю, что через пару дней возьму какое-то дельце, если надоем тебе, в образе шофера.

– Не говори глупости. Есть возможность быть со мной двадцать четыре часа, я, пока, не буду против! Надо отсутствовать – пойму.

– Пока?

– А ты хотел, чтобы я опрометчиво утвердила на всю жизнь?

– Нет, конечно. Я же прекрасно понимаю, пройдет время, и ты изменишь мнение и желания. – Эд замолчал, тепло смотря на нее, мечтая, чтобы все треволнения остались в прошлом, сделал пару глотков кофе: – Что ты решила на вечер?

– Пригласила Ольгу к нам, не возражаешь?

– С чего бы? Даже рад! Ты же будешь рядом. Хотя, если честно, я думал вы умчитесь.

– Так вышло, хотя еще не поздно, мы можем и удовлетворить твое желание, пошляться.

Эд передернул плечами:

– Вот только без этих словечек, пожалуйста! – и тут же спросил: – Что купить?

– Что хочешь. Я в холодильник не заглядывала. Выдумывать особенного ничего не надо. Вот только….

– Мне предстоит спать на диване. – догадался он.

– Ну, это если мы не наболтаемся. – милая улыбка, хитрые глаза.

– Уж постарайся!

– А вот возьму и буду специально, приглашать каждую ночь по подруге!

– Мечтаешь о шведской семье или гареме?

– Тресну! – Вел глянула на часики.

****

– Только не отвлекай моих сотрудников! – подъезжая к офису говорила Вел.

– Не буду. – заверил Эд и остановив машину, помог выйти.

– Валери! – увидела их Света и протянула узкую, длинную коробку, без единой пометки на отправителя. – Тебе просили передать.

– Кто? – задала вопрос Вел, уставилась на коробок, не спеша его брать.

– Он не представился, сказал, ты знаешь. – Вел, дрожащей рукой, взяла посылку и прошла в кабинет.

– Странно! – достала черную розу, на дне лежал конверт, запечатанный красным сургучом с большой буквой «Ф».

– У тебя есть поклонник? – заглянул через плечо Эдгар: – Я вызову его на дуэль!

– Ничего не понимаю. – не обратив внимание на слова мужа, Вел стояла с развернутым листом, в полном недоумении.

– Можно взглянуть? – Эд протянул руку к бумаге.

– Пожалуйста! Без тебя я не разберусь. – передала мужу послание, принюхалась. – Что здесь за запах? Света!

– Да?

– У нас что, крыс травили?

– Нет! А что?

– Ты не слышишь? Дохлятиной несет!

– Прости, я простужена.

– Иди! – резко сказала Вел и повернулась к Эду, обнюхивая свои руки и вещи. – А ты, слышишь?

– Приторно сладкий?

– Точно! – Вел, немного успокоилась, получив его поддержку.

– Есть немного, скорее всего, несет из подвала, он же не ваш? – Эд вспомнил слова Виен и то, чем пахло в имении. – Я этот почерк уже видел где-то. Можно я возьму?

– Делай что хочешь. «Спаситель»…. Блин! Вот же носит Земля всякую мишуру.

– Ты это о ком?

– Приходил тут один, сегодня. Такое нес…

– И что? – Эд задавал вопросы, как бы невзначай, даже не смотря на Вел, крутя в руках записку.

– Лепетал тут, что я пчелка труженица, всеми брошенная, пришлось выставить. Вот результат! – Вел вышвырнула розу в окно. – Пойду, вымою руки. – вышла, а Эд прочел записку еще раз: «Помни! Всегда есть шаг к спасению! Ф.»

– Вел была права. А я дурак, ей не верил! Кажется мне, что треволнения еще впереди. И это не шуточки.

– Скучаешь? – перебила его мысли Вел.

– Нет. В котором закончишь?

– В 17:00, сегодня.

– Солнышко, а как выглядел гость?

– Не рассмотрела, он в тень стал. Да я постаралась его быстрее выпроводить. Тебе зачем?

– Просто спросил. На часок отпустишь?

– Хоть на два.

****

«Кажется, я начинаю различать этот запах!» – обнюхав свои руки, Эд тщательно их вымыл и вышел на улицу. Обходя здание вокруг, внимательно всматривался в лица. Подошел к окну кабинета. Вместо розы на асфальте лежал пепел. Эд просмотрел все, что мог и пошел к машине. Отъехал от входа, поставил машину так, чтобы видеть и окно, и дверь.

– Ви! – набрал родителям. – Добрый день.

«Добрый! Как вы там?»

– С Вел все хорошо, наслаждается работай. Но дела не очень. К ней в офис принесли послание. Я сейчас дежурю под дверью, уверен, появится опять.

«Что за послание?»

– Черную розу с запиской. – он в подробностях описал.

«Знаешь…, мне кажется, ты не увидишь никого. Я долго думала. Вел должна это пройти! Не знаю, как понятней объяснить. У меня как-то было нечто похожее, очень давно. Страхи, они подавляют ее, делают слабой. И растят темное. Она должна научиться, с этим жить, пересилить свои страхи, или… Эд! Будь с ней рядом, пожалуйста! Я буду думать. Целую тебя. Мы позвоним.»

– Я ее не оставлю. Буду ждать звонка. Бог ты мой! – воскликнул Эд, не успев отключиться.

«Что там, что?!» – испуганно закричала Виен.

– Не знаю как, как это передать вам, я постараюсь снять на мобильный и переслать! А на словах, в общем, на то место, куда упала роза, прилетела ворона. Виен! Она собирает пепел! Каждую крупинку. Прости, я перезвоню.

Птица, собравшись в комок, крутилась по асфальту. Еще несколько штук сидели рядом и ждали. Наконец она успокоилась и замерла, остальные подошли к ней и принялись «облизывать» каждое ее перышко, беря его в клюв и проводя от основания до края. Собрав с нее все, что могли, гуськом пошли за здание. Уже вечерело, но было достаточно хорошо видно. Эд просмотрел запись еще раз.

– Ерунда какая-то. Может сжечь записку? Тогда они исчезли. Интересно.

Отошел от машины, развернул лист, слова будто горели от заходящего солнца. Листок хрустнул и Эд за спиной услышал: «Кар!» – Что, почуяли? – птицы уже были здесь. Одна стояла впереди остальных и нервничала, переваливаясь с боку на бок. Эд достал зажигалку. – Ваше? Ну, ну. Поиграем. – он помахал листом, затем подвигал рукой вправо, влево. Птицы как под гипнозом двигались за бумагой, не отводя глаз. Агрессии не было, пока не было, просто глаза – бусины не отрывались от его руки. Эд поджог лист. Птицы, подняв крылья и открыв клювы, чего-то ждали. Бросив горящее пепелище, Эд не успел загасить, как пернатые, подпрыгнув ближе, съели остатки. Собрав все, до крохи, засеменили одна за другой.

– Да, дела! Придется сжечь пиджак… – снял его, свернул и убрал в пакет.

Глава 6

Вел беззаботно общалась с Ольгой, выбросив из головы офисного гостя. Эд оставил их, переоделся и, прихватив с собой снятые вещи, спустился в гараж. Взял из багажника пакет с пиджаком и все вместе бросил в камин.

– Ух, как горит, синим пламенем! А говорили чистая шерсть. – произнес Эдгар, увидев как его вещи мгновенно покрылись сине-белым огнем.

Наверху смеялись. Открылась дверь, Эд услышал шаги девушек. Достал одну из привезенных бутылок, протер, собирая мысли в кучу, поставил на стол и встряхнув головой, улыбнулся их голосам.

– Как у вас хорошо! – восхищалась Оля.

– Мне тоже нравится, – отвечала Вел, – хотя ничего не меняли. Признаться, очень хочется, особенно спальню.

– Что же ты молчала? – Эд подошел к лестнице.

– Не успела, да и зачем спешить. – Вел улыбнулась ему в ответ.

– Прошу! – усадил девушек, налил в их бокалы по глотку вина, смотрел в ожидании, не сменить ли напиток, Вел кивнула одобрив его выбор и он продолжил, беззаботно улыбаясь жене и гостье: – экскурс по дому устроишь попозже. Кормим девушку байками!

****

– Мы поболтаем? – кокетничая, заморгала Вел глядя на мужа, неспешно закончив ужин.

– Скажи кому, не поверят! – хохотнул Эд. – Моя жена ночь проведет с женщиной!

– Эд, не начинай! – подставила щеку и потащила подругу наверх.

– Счастливый Дэн. – крикнул он вслед.

– Подожди немного. – не оборачиваясь смеялась Вел. – Вот приедет Сашка, увидишь его счастье.

– Пока я вижу свое. – подмигнул оглянувшейся в извинениях Ольге, та смутилась, отвела взгляд. – Я поскучаю, пока здесь.

– Зайди сказать спокойной ночи. – Вел свесилась с перил, послала воздушный поцелуй.

– Оля! – Эд опять взглянул на гостью. – Что мне за изверг попался?! Увидеть вас и потерять сон? Но, так и быть, зайду. – они, смеясь скрылись из виду. Максимовна принялась хлопотать у стола. А Эд сел в кресло у камина, разбивая горящие угли, с задумчиво – серьезным лицом, таким, что даже болтушка Максимовна не решилась произнести ни слова.

«Теперь я понимаю Ба, – думал Эдгар. – чтобы думать, мне надо занять себя. Хоть начинай курить.»

Он долго колебался, все так же смотря на огонь. Решившись, достал мобильный и, несмотря на позднее время, набрал Стефана, отца Татти.

– Добрый вечер! Прости за поздний звонок.

«Ну, что ты, Эд! Рад слышать. Собственно, я ждал звонка.»

– Тогда скажи, кроме тетрадей, еще что-то было?

«Много всего, а что именно интересует?»

– Если бы я знал! Что-то необычное, или касаемо меня?

«Необычное? – Стефан задумался, а Эд слышал его тяжелое дыхание и убеждался в словах деда, не мог Стефан сотворить подобное, не мог. – Сразу и не соображу… – наконец, заговорил мужчина. – Есть фотографии, письма, мы их не читали. Сложили в коробку. Понимаешь…, было тяжело. Ах, да! Ларец. Его даже не открыли.»

– А могу я взглянуть на все это?

«Забирай, раз надобно. Мы думали предать огню, но не собрались… Все осталось в ее доме. – Он немного помолчал. – Решили оставить, до года.»

– Прости, что напомнил.

«Этого не избежать. Да ты и сам знаешь, как бы мы не сторонились, а Род говорить будет».

– Как Мари? – поинтересовался Эдгар, упуская разговор о сородичах.

«Не очень».

– Мы заедем, за ларцом?

«В любое время, я распоряжусь».

– Спасибо, спокойной ночи! – попрощавшись Эдгар сразу же набрал Дэна.

«Привет! Решил пожелать нам спокойной ночи?» – услышал в трубке голос брата, слегка грустный, но Эд не акцентировал свое внимание, ссылаясь на общее волнение.

– Привет! Как вы там? Как обстановка в доме?

«Все нормально. – коротко ответил Дэн. – По голосу слышу, разговор будет долгий.

– Не то, чтобы…

«Дай мне минуту, я перезвоню».

Эд допил вино, прислушался. Тихо. Лишь из кухни доносилось присутствие Максимовны. Но вот и ее шаги удалились. Минута казалась вечностью, он уставился на экран мобильного.

– Что так долго? – на первой секунде звонка Эд ответил и собрался перейти к делу, как брат перебил:

«У тебя пожар?»

– Дэн!

«Тогда не сотрясай воздух, рассказывай!»

– Тебе Виен передавала наш разговор?

«Прости, у нас не было возможности поговорить».

Эд подробно описал день. Секунд десять молчали оба. Наконец Дэн произнес:

«Мистика какая-то! Я думал, у бабули нервы сдали. Вилен-то, нас не трогает, постоянными разговорами об опасности».

– А как вообще, она, да и Ев себя чувствуют?

«Гения, немного, раздражена. Сидит днями в „сети“, делает обложку, не получается – психует. Вилену почти не вижу, да нормально у нас».

– Знаешь, я тут подумал. А что если Ба ошиблась, что, если это за мной охота?

«Навряд ли, Тат же нет. Хотя…»

– Ты подумал о том же, что и я?

«Это как посмотреть, мыслей, к счастью, не читаю. А подумал о том, что не видели мы конечного результата. Вывод – кто ж этих женщин поймет!»

– А как же твое высказывание: «Ев – это идеал!» – Эд не сдержался, рассмеялся.

«Так я не о ней. Я, в общем. Может, стоит съехаться? Или дать девчонкам эликсир выпить?»

– А толку? Татти была рожденной, а итог.

«У Тат крыша съехала, сам говорил. И не надо о ней, к ночи!»

– В общем, Дэн, у меня к тебе дело.

«Кто бы сомневался! Выкладывай, а то все ходишь вокруг да около.»

– В ее доме остались кое какие бумаги. Я говорил со Стефаном, забери пожалуйста, и передай мне. Буду искать ответ. Мне, сам понимаешь, сейчас уехать нельзя.

«Да ладно, все нормуль. Конечно слетаю. Что забрать-то?»

– Точно не скажу, ящик.

«Хорошенькое дельце: Привези то, не знаю, что! Спасибо хоть адрес „этого“ известен. Мы с Ев прогуляемся.»

– Прошу, только без нее! Кто его знает, что в доме Тат вообще творится?! Бери Михаила, он по сильнее будет. Отцу женщин бросать нельзя.

«А ты напуган!»

– Посмотришь запись, поймешь!

«Все будет very! – Дэн усмехнулся. – Мы прям, как взрослые мужики. Все сами!»

– Цитируешь Ба?

«Ага! Все Эд, целуй женушку».

– Не могу, она мне с Ольгой изменяет.

«Тогда, пока!» – весело засмеялся Дэн и отключился.

Эду стало легче, уверенней и спокойней. Из дверного проема спальни пробивался свет. Он тихо приоткрыл дверь:

– Я думал, вы спите.

– Рано! – Вел махнула рукой, подзывая к себе. – Мы смотрим наше путешествие. Присоединяйся! – придвинулась к подруге, освобождая ему немного места.

– В этом случае надо выпить. Что хотите?

– Все равно!

Спускаясь, вспомнил, что Ольга любит пиво. Взял бутылочку для нее, соленых орешков, лимон в сахаре и колу, коньяк был в баре. Получив от жены одобрительный поцелуй, присел рядом, но мысли были о своем: «Как же быстро приучила меня ко всему, вот ведь, мужской напиток, пью, как любит она!» – его взгляд что-то уловил, но он не сразу это понял. – Извините! Вел, отмотай немного назад. Еще!

– Пожалуйста! – вручила ему пульт и откинулась на подушку.

Эд нашел снимок и открыл его на весь экран. Пока жена объясняла, где это, он изучал задний план. Практически на каждом втором кадре, присутствовал незнакомый ему мужчина. Лицо было размыто, но на плече сидела черная птица, а иногда еще и несколько у его ног. Наконец пошли фото без него, но Эд рано обрадовался. Другой город, а он за их спинами.

Просмотр закончился. Собрав все лишнее, он пожелал спокойной ночи и ушел. Решив, что завтра посвятит изучению слайдов и видео день, отбросил все мысли и закрыл глаза. Сон не приходил. Легкий скрип кровати и босые пальчики, крадучись куда-то шли.

«Вел! – мысленно возмутился он. – Босиком. Вот семейка! Хоть бы носки надела», – но тут мысли были прерваны ее холодными ногами, переступившими через него. Всунулась между ним и спинкой дивана.

– Что так? – поворачиваясь набок и заключая в объятья, спросил Эд.

– Не могу уснуть.

– И я без тебя. Хотя, ты ли это? Холодная как Ев!

– Откуда знаешь? – развернулась к нему лицом и Эд увидел горящие глаза. Не поясняя, укутал ее пледом:

– Сейчас принесу одеяло.

– Не надо. Лучше поцелуй меня.

****

Под утро перенес ее в кровать. Сон жены был настолько крепок, что Вел даже не отреагировала. Выпил глоток воды, лег и сразу уснул.

Где-то далеко звучали голоса, придвигаясь, становились понятней.

– Игорь! Отвезешь Ольгу в офис.

Эд распознал голос жены и стук трубочки по телефонному аппарату.

– Эд спит? – Спросила Оля.

– Наверное. – Вел пожала плечами: – Максимовна уже приготовила для тебя завтрак. Сама приеду после часа.

Повисло молчание. Эд потер глаза и поправил рукой волосы, заметив девушек в дверном проеме.

– Доброе утро, красавицы! Встаю! – сообщил он. – Может, я отвезу?

– Игорь справится. – бросила Вел и они исчезли, а Эд, не получив и кроткого, воздушного поцелуя, потянулся, поднялся и побрел в душ.

Женщина сияла, ставя на стол завтрак и кладя возле Ольги пакетик:

– Это пирожки! Только испекла. Кушай, деточка. А то мои хозяйки, клюют как воробьи. А тебе, милок, чайку или кофе? – увидела она Эда.

– Чай! А чем это так вкусно пахнет?!

– Пирожки напекла! – радостно сообщила Максимовна. – Подавать? Радость-то, все захотели!

Ольга уехала, провожаемая всем домом.

– Прощай фигура! – ахнула Вел, видя как Эд ставит на поднос чай и огромную тарелку горячих, духовых пирожков. – Мама бы убила.

– За что?

– За горячее, духовое тесто.

– Я тебе остужу. – откусив половину, сказал Эд и, не закрывая рот от горячей начинки, помахал рукой. Наконец, справившись с куском, спросил: – А, чего это ты не поехала?

– Могу я часик еще полежать? – Эд довольно кивнул. – Попишу дома. Твои планы?

– Я весь твой! Завтра Дэн привезет, или перешлет бумаги, тоже буду работать дома.

Он наблюдал как Вел умостившись в кровати, взяла ноутбук и задумчиво смотрела в экран.

– Вел!

– Что?

– Научи меня своим премудростям, а то Дэн уже руку приложил.

– Хочешь за меня писать статьи?

– Нет. Что-то, попроще. Давай хоть бумаги какие-нибудь по разгребаю.

– Может твои любимые циферки? – глянула на него Вел, хитро прищурив глазки. Эд кивнул. – Ну, тогда тебе нужно со мной в офисе сидеть. Все в компе Ев.

– Да без проблем. Чем займемся? – придвинулся поближе и поправил ее подушку.

– Хочу дописать, а то все разлетится.

– Эх, жизнь моя, монашеская!

– Балагур! – не отрываясь от экрана заметила Вел.

Эд еще какое-то время побыл рядом, гладя ее по спине, затем незаметно ушел в кабинет и занялся просмотром съемки, начиная со свадьбы.

Впервые, человек-Тень мелькнул на венчании: перед входом в церковь. Среди гостей и на самом венчании он не присутствовал. Появился опять, уже в сумерках. А затем раз в десять снимков, во всех местах, где они побывали.

– Любопытно! И кто это? Как знал где мы, если мы решали на месте, куда дальше?! Да… – взял трубку, но телефон брата был не в связи. – Летит!

– Ты где пропал? – услышал он голос жены из спальни.

– Бегу! – спешно закрывая все, через миг, садясь на кровать, спросил: – соскучилась?

– Очень! А где ты Дэна дел? Ев ругается.

– На дело отправил, я же говорил!

– Так ты едешь со мной?

– Обязательно! Но еще утро…

****

Вел работала, не обращая ни на что внимания. Эд разобрался в папках Ев и быстро привел все к единому знаменателю. Боковым зрением заметил тень на окне. Повернулся. Кто-то отпрыгнул. Эд подошел к окну. Тень мелькнула за угол.

– Я выйду на пару минут.

– Ага! —не поднимая головы ответила жена.

Вышел, как оказалось, вовремя. Какой-то парнишка передал коробку секретарю.

– Я сам отдам! – Эдгар взял коробку и подхватил под локоть паренька. – От кого это?

– Мужчина попросил занести, вот дал денег.

– А если там бомба?

– Вы что, дядя?! Не тикает.

– Аргумент! Давно попросил? – доставая деньги, спросил Эд.

– Нет, я сразу понес.

– А мужчина? – деньги перекачивали из его руки в ладонь подростка.

– Стал на углу.

– Ну, беги. Спросит, скажи – отдал!

– Не глупый!

Эд вышел следом, никого не было. Открыл коробку. В ней опять лежала записка, поверх двух роз. Эд достал из багажника перчатку и развернул письмо:

«Я жду! Я очень терпеливый! Ф.» – горели алые чернила на белоснежном, глянцевом листе.

– Вот мерзавец! На психику давит. Посмотрим.

Эдгар выбросил розы и подпалил записку. Вороны моментально слетелись и замерли в ожидании. Эд вылил на пепел воду из бутылки. Птицы подняли крик.

– Не нравится вода?! Мне и второй не жалко. – кривясь в отвращении заливал пепел.

Съездил в ближайший магазин и купив огромные, белые хризантемы, упаковал в такую же коробку.

– Ты все еще отсутствуешь? – входя, спросил Эд.

– Что? – Вел подняла голову и взгляд понемногу сфокусировался на нем.

– Это тебе! – положил перед ней коробку.

– А почему хризантемы?

– Не знаю. Просто понравились. Глянул на разнообразие роз и вспомнил, как где-то прочел, что это цветок – образец совершенства. Красивый, изящный, гордый! Тут-то я понял – у меня есть одно совершенство, зачем выбирать, все равно не сравнятся с тобой! Хотел принести вербену – цветок любви и веселья, надеть зеленый плащ, он так бы подошел моей Венере! Но, тогда бы, пришлось ловить белого голубя. Ты бы за него ругалась. А эти. Посмотри, они как снег, чисты и непорочны! Как ты, в тот день… – присев к ее ногам, смотря в глаза, говорил, так искренне, что Вел застыла. Опустив веки и спрятав носик в цветы, молчала, минуты три. Но совладав с собой, сказала улыбаясь:

– Люблю тебя! … Вижу, ты готов писать статьи… Что же, будет, чем тебя занять, когда начнешь скучать. – рассмеялась, отбрасывая в сторону, неожиданно пришедшее видение мужа, рыцарем круглого стола.

– Я за водой! – поднялся Эд.

– Вот так всегда! Намекаю на поцелуй, а он исчезает.

****

Эд первым делом вымыл руки и лицо, ему казалось, он пропах Его запахом!

– Если тебе не нравится, купим другие! – внося вазу с водой, сказал Эд.

– Нравятся, даже очень! Но домой тоже можем купить. Не понравилось другое. Я призналась в любви, а ты сбежал.

– Хитрюля! Ты работу примешь? – поднимая ее со стула и не отрываясь от ее сладких губ, перешел к столу Ев.

– А надо? Не смеши меня. – прикрыв глаза, сидя у него на коленях, Вел утопала в нежности.

– Уже четыре…. План на вечер есть?

– Хочу домой! – поднялась и пошла собирать вещи.

– Как Ев?

– Отлично! Надо было Дэна давно отправить, куда-нибудь, туда, по делам.

– Зачем же так жестоко?

– Так она все сделала. Посмотреть хочешь? Просто шедевр! У нас все готово. Я даже могу сюда, пару дней, не приезжать.

Глава 7

Ев сидела у телевизора, насупившись, уставившись в одну точку и совершенно не замечая, что происходит на экране. У нее уже вторые сутки не было настроения, а с момента отлета Дэна она и вовсе разозлилась на всех без исключения.

– Дочь, не нервничай! – Виен, заметив, что дочь, вот уже полчаса, а может и больше, не пошевелилась.

– Я, не психую! Просто мы договорились, как только я закончу – уезжаем, до Нового Года! А вы, как всегда, меняете планы в свою пользу! – мгновенно парировала Ев и переключила канал.

– Так сложились обстоятельства. Вы должны совсем немного задержаться. – словно оправдываясь заговорила Виен.

– Ни… кому и ни… чего… МЫ… не… должны! – Ев повысила голос, развернулась: – Почему я? Почему именно я должна всегда уступать, понимать, прощать?! Нашли добренькую!

– Тебя совсем не волнует происходящее? – искренне удивилась Виен, тут же поразилась не первой вспышке гнева у дочери. Раньше с ней такого не было, а сейчас просто кипит, как забытый чайник на плите.

– А что происходит? Толком можешь пояснить. – Ев уставилась на мать, не моргая и кривя недовольно рот.

– Пока нет. Пока не могу найти точного объяснения.

– Тогда и проблемы нет! – швырнула пульт от телевизора, встала посредине комнаты, испепеляющее уставилась на мать. – И чем мне здесь заниматься?

– Неужели нечем? – брови Виен взлетели вверх. – Не уж-то мы живем в такой бедной деревеньке, с бездорожьем?! – Ев сжала губы и Виен решила смягчить разговор: – Прошу лишь, просто не уезжать далеко. Временно. – Ев стояла на своем и уперто сверлила ее недовольным взглядом. Виен вспылила: – Если я тебя раздражаю, то можем не встречаться, дом позволяет. – Ев не отвечала. – В общем, я попросила, а ты как знаешь. Вел, была бы возле тебя, не дай Бог, с тобой что-то случилось!

– С ней ничего не случилось и не случится! – наконец ответила Ев, сжала кулаки, лицо посерело: – У нее есть все, муж в том числе! – Жан в это время открыл дверь сообщить, что Дэн подлетает, но не решился прервать их беседу. Когда Ев замолчала, махнув рукой в знак того, что ее не понимают, уселась на диван и отвернулась к пустой стене, заговорил:

– Ев! Поехали в конюшни, там за тобой Звездочка скучает. – он подошел, стал с боку, не спеша мозолить глаза, продолжая искать, как ее отвлечь. – А еще…, ты же хотела заняться своей мастерской.

– Я подумаю. – взяла пульт, обняв свое колено и водрузив на него голову, принялась снова щелкать по каналам.

– Извини, девочка, я только предложил. – рука Жана зависла в сантиметре от нее. Почувствовав нарастающую агрессию, Жан решил не доставать ее разговорами и повернулся к жене: – Ви! Ты мне нужна, можно тебя на минутку.

– Одна я никому не нужна! – бросила Ев, скорее из противности. Виен поцеловала ее в макушку, но Ев скривилась и даже не глянув на них, выскочила из гостиной, со злостью захлопнув дверь.

****

Дэн просто и радостно, прямо с порога, влетел в их комнату:

– Как я соскучился! – Ев не пошевельнулась, продолжая сидеть на подоконнике, смотреть вдаль. У нижнего края окна что-то маячило, бросая темную тень на стекло. – Как ты без меня? – обнял, прижался щекой к ее голове. Неясный объект с быстротой молнии скрылся из глаз. Дэн глянул на окно, но подумал – показалось, сразу забыл о нем.

– Нормально! – сухо сказала Ев, не сдвигаясь с места.

– Я в душ и к Виен. Голодный, жуть! – еще раз прижался губами к ее щеке, тут же оставил ее в покое и ушел. Вернувшись, застал в той же позе. И опять, на том же месте – черный, небольшой силуэт. Постарался подойти не замеченным. Горящий глаз-бусинка впился в него, сверлил недовольно. Дэну стало неприятно от такого соседства, махнул рукой, но птица недовольно открыла клюв и подняла крылья, отпугивая его. Дэн развернул жену:

– Идем! – протянул руку, но Ев поднялась, игнорируя его, чуть отстав, пошла следом.

Родители ждали их в маленькой столовой, стол был накрыт на четверых. Ев не притронулась к еде. Игнорируя всякое приличие, подняла одну ногу на стул, уложив на колено голову, сидела и тупо смотрела в угол.

– Любимая! – заметил Дэн, – что с тобой?

– Я не голодна. – муж пожал плечами, посмотрел сначала на Виен, затем на Жана, те развели руками. Обед продолжился, уже без настроения, и совсем скоро все покинули стол.

Виен открыла коробку, неспешно просмотрела бумаги. В самом низу стоял черный ларец, из блестящего камня, на ножках, золотая чеканка тернового шипа обвивала его, а на крышке, в самом центре, золотой круг в причудливых переплетениях. Крышка не открывалась.

– Это надо срочно отвезти старшим. Эд должен все прочесть. – взглянув еще раз на бумаги, сказала Ви.

– Сейчас узнаю, в котором ближайший рейс. – понимающе сказал Жан, скромно улыбнулся, уловив на себе взгляд Ев: – без меня немного отдохнете.

– Отец, мы отвезем. – начал Дэн, но Ев его перебила:

– Я никуда не поеду! – воцарилась полная тишина, все повернулись к ней. – Что вы так смотрите?! Не вижу необходимости.

– Ев! – Дэн попытался образумить. – Старшим нужна наша помощь.

– Никакой помощи им не надо! – прокричала Ев. Ударив рукой по столу, поднялась, говоря немного спокойней: – Иначе бы мама не отпустила.

– Я отпустила, ибо на тот момент, так было лучше. Потому, что вы замужем и вам строить свою жизнь. В конце концов, вам нужно думать, что появятся дети и вы будете их опекать! И потом, если нужно, я отодвину свою спокойную жизнь и понесусь к любой из вас!

– Вот брось, поднимись с кресла и лети, а не лечи меня! – Ев начало трясти, прокричав, глядя на мать разгневанными глазами, выбежала из комнаты.

– Дэн, успокой ее! – повернулась Виен к парню, растерявшемуся, как быть – бежать за женой или решить вопрос поездки. Жан также был ошарашен этой ситуацией:

– Не понимаю, они же так близки?!

– Сама ничего не пойму. Ев очень добрая и ласковая, а тут…

– Пойди к ней. – говорил Жан уже переживая, что стал всему виной.

– Нет, пусть остынет. Отвези, пожалуйста! Я бы с тобой, но боюсь, что здесь будет не спокойно. Старшим нужны эти бумаги, а если я уеду, Ев решит, что я ее бросила.

Вернулся Дэн, растерян не на шутку, садиться не стал. Всунул руки в карманы, что не свойственно ему, и переминался с носка на пятку.

– Как она? – обеспокоенно поинтересовался Жан.

– Ни как. Села на подоконник, молчит и смотрит сквозь стекло. Только слезы льются.

– Возвращайся! – вздохнул Жан, не зная, как еще можно помочь.

– Обязательно, только договорим. Ев очень всех любит, но, почему-то хандрит.

– Я съезжу, так будет лучше. Иди к жене. – Дэн снова не сдвинулся. Жан повернулся к Виен и спросил, кивая на коробку, – что скажешь?

– Дайте мне ночь, умчишься рано утром. – попросила она и закусила губу, раздумывая над всем.

Дэн сложил еду на поднос и, прежде чем уйти, уточнил:

– Может Ев успокоится и мы сами все сделаем?

– Ну, что вы как дети! Иди уже, успокаивай. Я слетаю!

Виен опять занялась пересмотром привезенного. Жан присоединился к ней. Взяв одно из писем, вдруг подошел к телефону.

– Мне нужны цветы, минуту, – сумбурная идея пришла в голову Жана, он бросился спасать отношения с детьми, как мог: – Виен, что Ев любит?

– Ромашки, но их сейчас нет. Жан в данный момент – это не важно.

– Хризантемы подойдут?

– Конечно.

Далее в трубку:

– Мне надо, пять желтых и три белые.

– Почему хризантемы, да еще желтые?

– Похожи на солнце!

– Спасибо тебе! – улыбнулась Виен в благодарность за понимание.

– И все-таки, что ты об этом думаешь, на первый взгляд? – сделав заказ, он вернулся к ларцу, бегло просмотрел каждый листик.

– На первый взгляд, все это напоминает оккультизм. Все эти символы, знаки, письма. Возможно, ошибаюсь. Если бы Ев была в духе, то я бы посоветовалась с ней. Они это изучали, с Вел, в университете. Слетать бы ей к ним, но не заставишь. Вел поймет эти письмена. Дома масса книг, расшифруют с Эдом.

– Вот и ладненько. Я подышу морозцем, а вы девочку выводите из депрессии.

– Можно я пойду, лягу? – побледнев, спросила Виен, – голова разболелась. Созвонись с детьми, пожалуйста.

– Я проведу тебя. – подал ей руку Жан.

– Нет, я сама!

****

Вел улеглась, удобно облокотившись о плечо Эда и смотрела фильм. Он, время от времени, целуя ее, слегка покусывал мочку ушка. Она водила плечом, не отрывалась от экрана.

– Вел, а ты сколько раз смотрела эту серию?

– Не считала. Просто у меня сумрачное настроение, хочу поднять.

– Нонсенс! Смотреть «Сумерки», чтобы избавиться от сумрачного настроения!

– Вам трудно понять…. Можно я досмотрю?

– Все три серии?

– Только первую. – услышав мобильный, Эд вышел из комнаты. Говорил не долго, спустился на кухню, взял напиток. – Кто звонил?

– Отец. Передает привет, завтра приедет вместо Дэна, привезет бумаги. Виен просила поцеловать. У нее болит голова. У Ев депрессия.

– Как это?

– Не знаю, набери, поговори.

– О, нет, не буду!

– А что так?

– Не хочу попасть под горячую руку. Пусть переболеет. Утром позвоню. – подошла к спальне и, открыв дверь, вскрикнула, резко закрыв, опустилась на пол. Лицо побелело как мел.

– Девочка моя, что с тобой? – подлетел Эдгар и поднял ее. Вел прижалась, будто прячась:

– Там…

– Что там? Говори. – усаживая ее на диван, Эд не выпускал из объятий. – Ты там кого-то увидела? Вел замотала головой:

– Уедем к нам на квартиру, пожалуйста.

– Солнышко! Что, или кого ты увидела?! – голос его стал тверже, требовательней, принципиальней. Ее трясло как от лютого холода, слезы ручьем текли по щекам. Эд встал, зажег верхний свет, то же сделал в спальне и ванной комнате. Проверил каждый уголок. Вел, медленно унимала свой ужас. – Теперь ты можешь сказать?

– Не будешь смеяться?

– Глупыш мой, как я могу!

– Понимаешь, я открыла дверь и как будто открылась дверь в бездну. А там… стоял… некто.

– В спальне кто-то был?

– Не в спальне, а на другом конце. Такой ужасающий тоннель, он стоит, а за ним весь свет окончательно меркнет. Поехали на квартиру, а?

– Обязательно, но не сейчас. Мы должны это пережить, вдвоем. Ночь проведем здесь! – Вел всхлипнула и замотала головой. – Послушай меня. – Эд взял ее руки, нежно погладил. Затем одной рукой, как бы закрывая от всего мира, обнял, второй приподнял лицо, за подбородок: – Милая! Если мы не справимся с этим здесь, оно пойдет за нами!

– Ты думаешь?

– Уверен! Обещаю, я буду ходить с тобой кругом, даже в туалет.

– Ну, тебя, я знала, что будешь смеяться.

– Я не смеюсь. Я тебе верю! Более того, знаю, что существует потусторонний мир и другие параллели, и они пересекаются.

– Ты серьезно, или чтобы меня успокоить?

– Более чем серьезно! Мы обязательно решим эту проблему. Мы просто обязаны! Нам надо учиться быть взрослыми. Мы же хотим детей. – Эд постоянно повторял «МЫ», объединяя их в одно целое. Делая на этом слове акцент, давал понять, что они теперь едины и решать проблемы будут всегда вместе. Не она одна, будет барахтаться, пусть и счастливой лягушкой в сметане, а с ним, опираясь на его плечо. Напоминал, что они теперь – семья!

– Хотим, но не сейчас.

– Не сейчас, а когда?

– Через годик, не раньше.

– Как я тебя люблю! Так боялся, что скажешь, в следующем столетии! Хочешь шоколадку? – отвлекая ее, спонтанно спросил он.

– Я не тащусь по сладкому. Мне сейчас хочется кусочек отбивной, с кровью и глоточек коньяка.

– Заманчиво! Пойду, приготовлю. Главное, чтобы Максимовна не засекла меня на кухне.

– Я с тобой!

– Боишься?

– Очень. – честно ответила Вел.

****

Виен проснулась очень рано. Уверенность росла, что автор этих писем пользовался магией, решая все свои проблемы. Но она совершенно не знала, что делать. Оставалась одна надежда, Вел помнит хоть что-то из учебного процесса, найдет нужные книги. В дверь тихо стучали.

– Доброе утро! – сказал Дэн.

– Доброе! – Ответила Виен, пропуская его в гостиную. – Как Ев?

– Никак. Не разговаривает. Что мне делать?

– Я бы набралась терпения и не обращала внимания, вела бы себя естественно.

– Что ты и делаешь. Но у нас немного другая обстановка, мы еще и спим в одной кровати.

– Она против? – Ви серьезно посмотрела на парня. Дэн пожал плечами. – Сегодня будет солнечно. Свози ее на конную прогулку. Ничего не говори о Вел, пусть сама спросит. Скорее бы вернулось ее настроение. Она нам так нужна!

– А где отец?

– Уехал.

– Он говорил вечером с Эдом? Там дороги занесло.

– Говорил, полетел самолетом. Через два часа будет уже в городе. Ты что-то от него хотел?

– Да ничего важного. Как вы держитесь во всей этой ситуации?!

– Друг за друга! – пустяковая фраза Виен придала парню оптимизма.

– Что-то удалось понять?

– Только то, что девушка увлекалась магией и не играясь. Если все направленно на любовные привороты Эда, то они легко справятся. А если она в своих опытах дошла дальше, если хотела уничтожить всех, то… Вдруг у нее есть последователи. Я даже думать боюсь.

– Ты думаешь, что все взаимосвязано?

– Версии, Дэн, это всего лишь мои предположения. Понимаешь, как-то странно получается. Ольга – вроде приняла нас в семью, переживала за Вел, подняла нас на «уши», извини за сравнение, а потом резко охладев ко сему, сорвалась и уехала. Ев ведет себя не адекватно. Нет, она конечно и раньше двоилась в настроениях, но, чтобы так! Они даже мне не давали глянуть косо на кого-то из них, сразу нападали защищаясь. Ев в особенности, а сейчас…. Эти птицы и цветы для Вел. Ведь кто-то действует наверняка, зная ее пунктик.

– Ан не может подыгрывать?

– Наташка не знала этого. Девочки от всех скрывали свои слабости. Только так мы могли выжить и добиться чего-то. У меня в голове такое творится, будто кто-то пытается вселиться.

– До сих пор?

– Можно сказать, опять. Я чувствую, что теряю дар, даже Ев слышу с трудом. Мне так нужна Ольга!

– Позвоните ей.

– А ты пробовал? Жан пытался, неоднократно. Сначала просто не отвечали, а сейчас оба в не зоны.

– Стыдно сказать, но не звонил. Похоже на то, что кто-то устроил нам испытание. – Дэн так и стоял в дверях, всунув руки в карманы, меняя свои привычки. – И что будем делать?

– Всеми силами стараться быть вместе. – Дэн посмотрел на нее прося объяснения, ведь Вел она отправила сама. – Ты о старших? Я уже говорила, что слышала угрозу именно здесь. А сейчас, Дэн, я говорю не о расстоянии. Понимаешь, в мое детство бабушка говорила: Возьми прутик, поломать легко. А веник не поломаешь. Понял?

– Мудро. Завтракать будешь?

– Нет, не хочется мне есть. Дэн, прошу, не сорвись, но и не потакай Ев, главное, что бы она чувствовала твою любовь.

Глава 8

Холодная подушка Эда пробудила Вел. Ночного страха уже не было и следа, улетучился как сон и все спасибо ему, самому – самому. Вел вздохнула, но уже не тяжело, а с умилением, сколько же в нем, ее мужчине, тепла и заботы, сколько надежности и, страсти. Провела рукой по его подушке, расправила уголки и позвала, тихо-тихо:

– Эд! Ты где?

– Я здесь. – мгновенно отозвался муж. – Проснулась?

– Кажется, – потянулась, подняв руки вверх, не спеша вставать.

– Поднимаешься? – присел рядом, гладил бок. Вел кивнула.

– Хочу тебе кое-что показать, – поцеловав, сказал Эд и добавил, поясняя: – Отец скоро будет здесь.

– Тогда тем более встаю!

– Жду тебя в кабинете. – Эд сразу покинул спальню, по дороге достав бутылку сока, налил в стакан и оставил на столе в гостиной, сам вошел в небольшой кабинет, еще не оснащенный как следует, где провел все утро за компом, изучая непонятного субъекта.

– Чем хотел похвастаться? – застыв в двери, спросила Вел. Эд указал на стакан и улыбнулся, прося взять его. Вел усмехнулась, но взяла налитый для нее сок. А Эд уже ждал ее:

– Сейчас увидишь. – усадил на небольшой диван, опустил экран и закрыв жалюзи, включил слайды: – Смотри внимательно.

– Это же наше венчание. – после второго снимка, Вел повернула голову к мужу и смотрела на него, не понимая, что он хочет. Эд утвердительно кивнул:

– Наше. А необычного, ничего не видишь? – Вел просмотрела еще несколько снимков:

– Вот этот, похож на приходившего в наш офис, помнишь, я говорила.

– Помню! Вот это мне и кажется подозрительным. Он одет, скажем мягко, очень бедно.

– Как бомж.

– Пусть так. – кивнул Эдгар. – Вид его лица, говорит о болезни и частом голоде.

– Глаз потухший и синяки вокруг век. – Вел уже совершенно серьезно рассматривала предложенные ей фотографии.

– О путешествии мы не задумывались, решали на месте. – напомнил Эд. – Тогда откуда он знал, где мы будем?! – Эд показал ей снимки из разных городов.

– Маньяк! – она не шутила, не издевалась над подозрением мужа, у нее начало сжиматься под ложечкой и холод страха возвращался. – Я сразу поняла, что он ненормален.

– Золото мое! Ты можешь выслушать меня и пообещай, что не будешь бояться. Я рядом.

– Ты сначала говори, а я подумаю. – Эд подробно рассказал ей все, начиная со дня их возвращения в имение и предположении Ольги. Вел кивала, не просила что-либо растолковать, или повторить. Он по глазам видел, что жена понимает, о чем идет речь. Не делая паузы, закончил: – Теперь я жду отца с бумагами Татти.

Вел молчала, ни единого намека, типа: «Я знала, говорила, и т.п.». Мозг включился, все переваривая, система самосохранения заработала.

– Ты спокойна?! – не веря собственным ушам и глазам, спросил Эд.

– Я думаю! Нет, мне, конечно, страшно, даже очень, но я стараюсь собраться. Не хватало, что бы какие-то уроды видели это! Эд, мы же семья?!

– Конечно семья! По-другому и быть не может.

– А вдруг это всем грозит?

– Мы дождемся отца и будем думать.

– Извините! – перебил охранник. – Я стучал, вы не слышали. Эдгар, можно просить спуститься к нам?

Эд кивнул и повернулся к Вел:

– Не будешь бояться?

– В слух? НИ ЗА ЧТО!

Эд догнал мужчину:

– Что случилось?

– Система дала сбой!

– Этого не может быть! Я ее сам устанавливал. – прибавив шаг, пошел в охранный блок. – Что здесь? – подошел к дежурному за пультом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.