# Курсант

Михаил Щукин

Стать свободной – главная мечта одинокой девочки. Если ради этого надо стать курсантом элитной Академии теней, значит, она это сделает. В подготовке побега все пригодится. А еще до побега надо помочь подруге обрести младших братьев. Вот только неизвестных врагов у маленькой рабыни империи все больше. И уровень их таков, что приходится искать союзников среди тех, от кого вроде бежишь. И побег теперь не побег, и казнь какая-то странная.

© Михаил Щукин, 2020

© ООО «Издательство АСТ», 2020

* * *

## Глава 1. Дела родственные и не очень

Майя привычно проскользнула в приемную императрицы. На странный взгляд секретаря она не обратила никакого внимания. Сам по себе приказ императрицы допускать ее даже без доклада был слишком необычен. И секретарь, даже зная о его причинах, все еще не мог с этим смириться. В кабинете свет был приглушен. Но не узнать женщину, стоящую рядом с императрицей, Майя не могла.

– Здравствуй, Майя. – Гринда постаралась смягчить свой голос. Для настоятельницы, в чьем подчинении были десятки разновозрастных девиц, целое хозяйство и даже небольшой отряд охраны, это было сделать нелегко.

– М-мастер-настоятельница? Добрый вечер. – Майя, не сводя глаз с Гринды, привычно приветствовала императрицу.

– Было бы неплохо посмотреть ее ребра. На всякий случай. Нашим врачам потребовалось время, чтобы их залечить. – Императрица говорила, обращаясь к гостье.

Женщина медленно приблизилась к девочке. Майя все еще пыталась прийти в себя. Нет, она понимала, что Гринда выйдет на связь. Но почему-то думала, что это произойдет не скоро, скорее всего, по связи. И сейчас совершенно растерялась.

– Я уже наслышана о твоих приключениях. Дедушка будет доволен.

– Он знает? – Голос с трудом подчинился. На глазах все-таки проступили сдерживаемые слезы, и Майя всхлипнула.

– Конечно, знает. Он сейчас наводит мосты с Киром. Пошли, у нас не так много времени. Потом они придут. – Гринда сделала движение к выходу, явно собираясь найти какое-нибудь место для тихого разговора.

– Идите в гостиную, там вам никто не помешает. А о мужчинах не беспокойтесь, подождут.


Спокойствия хватило только до дивана в гостиной покоев императрицы. Едва опустившись на него, Майя все-таки не выдержала. Гринде все отведенное время пришлось только молчать и осторожно гладить дочь своей подруги по волосам. А та взахлеб рассказывала о своих злоключениях. О гибели родителей, о побеге, о Мегере и стервах. О школе и академии, в которую прорвалась с боем. Потребовалось куда больше времени, чем несколько минут, пока она не вспомнила, где находится. Привычный зуд возмущенного ошейника, наконец, пробился через эмоции и напомнил о ее статусе. Но Майя только поморщилась. На это она жаловаться не стала.

– Ты молодец. Я не многих знаю, кто бы смог все это выдержать, даже будучи взрослым. Родители могут тобой гордиться. Скажи, я действительно такая страшная, что ты не захотела связаться со мной? – В ровном голосе мастера-настоятельницы проскользнули нотки обиды.

– Вы всегда ругались с мамой. Я хотела доказать, что чего-то стою. – Майя неохотно высвободилась из объятий и ладошками вытерла слезы.

– Доказала так доказала, – неловко пошутила Гринда. – Император, вон, теперь ждет в кабинете и даже не намекает.

– Ой, неудобно-то как! – Майя поспешно подхватилась с дивана.

– Неудобно, – проворчала Гринда. – Заставить ждать императора со свитой для нее всего лишь «неудобно». Вся в мать.

Поговорить дольше не получалось, надо было возвращаться в кабинет.

Протокольное приветствие было смазано присутствием еще одного действующего лица. Высокий, хоть и в годах, но еще крепкий мужчина с седыми волосами радостно обнял Майю сразу, как позади нее закрылась дверь в кабинет.

– Ну, наконец-то. Выросла-то как.

– Дедушка, как ты тут оказался? Ты же не покидаешь гор. – Майя растерянно смотрела на родное лицо и никак не могла понять, почему до сих пор не попыталась хотя бы дать ему о себе знать. Первые проблески подозрения на что-то неладное зародились где-то в глубине памяти.

– Не покидаю, – кивнул мужчина. – Но тут вот через совет кланов пришел весьма оригинальный запрос на мнемоключи от головы одной юной особы. Дескать, она сцепилась с каким-то суперневменяемым мнемиком, и ей срочно нужна помощь.

Майя погрустнела и как-то сникла. Слова Индерского ее все-таки не убедили, хоть и вселили на время надежду, что все не так плохо, как кажется. Не оглянувшись на вошедшую Иллис, она опустила голову и снова всхлипнула.

– Ты зря приехал. Я не справилась и проиграла схватку.

– Кто это тебе внушил такую чушь? – Дед даже глаза округлил от удивления. – И вообще, почему ты не попыталась связаться с Гриндой?

– Я хотела сначала получить свободу. Чтобы вы не стыдились меня, – снова попыталась объясниться Майя. – Кроме того, она постоянно ругалась с мамой.

– Вообще-то по делу, – недовольно откликнулась Гринда. – Мы с твоей мамой еще адептками вместе учились. Наши пути разошлись, и по многим вопросам мы действительно спорили до хрипоты. Маленькой девочке это могло показаться войной. Но поверь старой тетке, мы с большим уважением относились друг к другу. Даже если на какое-то время и переставали общаться.

– Просто мне было неприятно. Мне казалось, что мое положение может ухудшить ваше мнение обо мне и маме, – протянула Майя.

– Тебе следовало более тщательно отслеживать свои эмоции и все же связаться со мной из Ирбинска. Твоя работа, Райвен. – Гринда недовольно покосилась на дедушку.

– Даже если и так. Недоработка вышла, – развел руками дед. – Внучка, подумай сама. Где бы были кланы, кидай мы своих детей после первого же проигрыша в реальной схватке? Да и хотя бы после сотой?

– Но я думала… – Майя совсем растерялась от таких нападок. – Папа никогда не говорил, что можно с тобой связаться.

– Майя, ты всегда была умной девочкой. Но иногда ставишь в тупик своей глупостью. Я отлично знаю, что ты думала о связи со мной. Сам над этим работал. То, что вы с Лютимиром из кланов и дети вольного воина, скрыть нельзя. Да и не нужно. В любом другом суде за вами бы пришли только потому, что там дети воина из кланов. Ради проверки пришел бы ближайший из наших, а потом сообщил бы информацию дальше. Мы просто не успели, вас продали и увезли слишком быстро, а ребятам, что пришли на следующий день, навешали на уши сказку об однофамильцах. О том, что ты ученица мастера альтер, у них даже пометки не стояло.

– Я промолчала, – неохотно буркнула Майя, понимая уже, какую она допустила ошибку.

– А вот родство со старейшиной рода одного из закрытых кланов совсем другое дело, – продолжил Райвен. – Кланы только снаружи вместе держатся. За первенство между собой мы воюем долго и со вкусом, причем не всегда благородными способами. И попади ты не в те руки, можно попытаться использовать внучку старейшины одного из влиятельных родов клана Рыси. От банального желания нажиться на выкупе до серьезных копаний в голове. Не говоря уже о попадании в лапки служб страны, не связанной с нами обязательствами. Мнеморазработки не просто так охраняются всюду. Даже имена мнемиков, способных заниматься этой темой, закрыты, а те, кто известен, за пределы страны не выпускаются.

Майя покосилась на слушателей, но дедушка только успокаивающе кивнул.

– С Арденом у нашего клана союзный договор. В этой области мы сотрудничаем, до определенного предела, конечно. В вашем с Лютимиром случае я сам контролировал разработку и установку двух особых блоков. По одному, в случае нужды, вы делаете упор на родстве с горным кланом. Он сработал сразу, у вас обоих. Жаль, мы не разобрались, что произошло. А второй не позволяет вам проговориться о любимом, надеюсь, дедушке. Точнее, это вы могли сделать только в присутствии тех, кому доверяете и через кого можно рассчитывать выйти на меня. Тебя же инструктировали. Ты должна была все понять по своим эмоциям и вспомнить.

– Извини, я забыла, – повинилась Майя, действительно что-то такое припоминая.

– Нет, вы слышали? Она забыла! – Дед призвал в свидетели своего возмущения всех окружающих. – Скажи лучше, поддалась эмоциям и вообще ни о чем не думала. Хорошо, главный дворец империи при этом не пострадал!

Вокруг тихо переглянулись. Явно не согласные с последним утверждением.

– Но почему тогда этот блок сейчас не работает? – попыталась найти неувязку Майя.

– Ключом моя физиономия в комплекте с голосом и ключевой фразой является. Когда расстанемся, блок снова заработает, – проворчал дедушка и кивнул в уголок кабинета, где сидел смутно знакомый человек, не сводящий глаз с Майи.

– Защитники Гринды здесь по ее просьбе. Кроме того, это еще и прикрытие. Я сопровождаю мнемика из клана. Он уже просмотрел записи и пообщался с местными мозгоправами. Полчасика за тобой последит, а потом доложит, что к чему. – И уже обернувшись к Индерскому, продолжил: – Ключиков мы вам не передадим. Даже не надейтесь. Если что, будете с нею работать под нашим контролем.

– Да в общем-то, я и не надеялся. – Макс только хмыкнул. – Но попробовать-то стоило.

– Знаю я ваше попробовать. Как ты, кстати, свою собственную разработку не признал? Подвальчик с твоей статьи делался.

– Так связка не стандартная. Блок разрыва все закрыл. – Индерский виновато развел руками, признавая свою оплошность. А гость при этих словах довольно рассмеялся.

– Дедушка, ты что, меня провоцировал? – Майя, наконец, сообразила, что за подозрения брезжили у нее с самого начала. Для старейшины, пусть и не последнего рода, дедушка вел себя странно в присутствии императора союзной империи. При этом никто из присутствующих даже не поморщился, они явно были предупреждены.

– Так надо, для дела, – весело развел руками тот. – А вот то, что ты не поняла это сразу, это плохо. Недостаточно с тобой младший работал. Ну, что там надумал?

Дед обернулся к мнемику, даже не называя его по имени, и тот неторопливо поднялся.

– Сделанные имперской службой выводы в целом верны, старейшина. Лобовых атак прослеживается три. Прорывы шли на голой силе и легко читаются. Какой-то план можно наблюдать только в начале каждой из атак, потом у нападающего кончалось терпение или знания, и шла только сила. Крушил все подряд, не разбирая. Как какой-то первогодок. Верхние три уровня защиты разрушены полностью, что не удивительно. Четвертый только частично. Несколько блоков вообще не затронуто, парочка восстановлены, видимо уже после сработки лифта в ложный подвал. Там он и застрял. Есть следы попытки взлома, но безуспешные. Сознательная личность не пострадала. Если не считать блокировки памяти. Самые сильные антистрессовые блоки стоят на пятом уровне и действуют до сих пор.

– Ясно, можешь что сказать по нападавшему?

– Судя по почерку, мужчина, возраст тридцать пять – сорок лет. Нетерпелив, имеет повышенное самомнение, самолюбив. Практикует давно, но без системы. Действительно самоучка. Базовых навыков практически нет. Скорее всего, имеет богатую практику с обычным уровнем защиты, от силы рядовой и младший офицерский состав. Очень ограниченный опыт с серьезной защитой.

– Но имеет ее? – тут же прицепился Индерский. – Для глубокого эмпатического обследования были нужны мнемоключи и знание структуры защиты. Сам он считать такую информацию не мог.

– Да, нападавший уже сталкивался с большинством стандартных блоков. В конце концов, персонал дворца вы защищаете серьезнее, чем рядовых солдат, даже служанок. Он имел возможность поработать с ними при общении, а может, с кем и более основательно. Но теряется на индивидуальных блоках, тем более с системной эшелонированной защитой. Что интересно, он, похоже, впервые столкнулся с активной обороной. По крайней мере, на практике.

– О как! С чего такой вывод? – заинтересовался дедушка.

– Кроме нескольких многократных атак на разрушенные блоки, которые отмечены и графом Индерским, наблюдаются следы неоднократного использования атакующих блоков. Сопровождающий фон положительный. Зная, что это за закладки, такое возможно, только если напавший вообще не понял, что его атаковали. Причем не распознал и повторные атаки.

– Что? Но я не нашел у нее способностей мнемика! – Теперь уже Индерский растерялся.

– А их и нет, – хмыкнул чрезвычайно довольный дедушка. – Зато есть характер. Она с детства не уступает, даже если заранее знает, что проиграет. Не победит, так покусает. Она упросила меня разучить парочку атакующих блоков. Так и попросила: «Пусть научат, или я сама подгляжу у мнемиков».

Майя при этих словах смущенно хмыкнула. Этот давний разговор она вспомнила, но не стала поправлять дедушку. Общий смысл был верным, а о характере высказываний лучше не вспоминать при посторонних.

– Но как же? Или вы нашли способ создавать активные блоки для людей без способностей? – Макс озадаченно смотрел на гостя.

– Да какие блоки, уважаемый?! Ей всего три паттерна дали. Самых простых и безобидных. – И дедушка тут же переключился на Майю. – Это нормально, что ты их сейчас не помнишь. Они сознательного применения, но завязаны на ложный подвал и подсознание, который сейчас за блоком. Но вот следы их использования считать можно. Э-э-э… да, хм, Киви, насчет пробоя, это точно?

– Абсолютно. Многократное применение всех трех паттернов сопровождается эмоцией торжества. Я особенности этой ее эмоции хорошо запомнил. Она всегда возникает у вашей внучки во время удачно проведенного приема, если он достиг своей цели. Без разницы, физического уровня или ментального. Главное – увидеть, что поставленная цель достигнута.

– Ну, тогда понятно, почему у бедолаги столько ошибок в одной куче. Девочка моя, нельзя же так кусаться. Мне даже жалко этого самоучку.

Майя растерянно захлопала глазками, сильно сожалея, что ничего не может вспомнить.

– Прошу прощения, а что это за паттерны? – Индерский с опаской покосился на Майю. Другие слушатели пока предпочитали не вмешиваться.

– Да из начального курса активной обороны мнемиков. Он у нас с вами практически одинаковый. Паттерн неуверенности, самоуверенности и самолюбия.

– Не понял. Как неуверенность может помочь в реальной схватке с мемиком, тем более самоуверенность? – Вирт выразил всеобщее недоумение.

– Никак, – согласно кивнул довольный гость. – Если это нормально тренированный мнемик, готовый распознать и отразить такую атаку. Разве что отвлечет и даст выигрыш во времени. Но это не наш случай. Представьте, ваше высочество, вы атакуете крепость. Прорвались в ее центр, где засели остатки гарнизона. И вдруг проскакивает мысль, что у противника и сил больше, чем вы думаете, и, может быть, есть сюрпризы, уж слишком легко вас пропустили. Одна мысль вроде ничего. Подумал и забыл. Но вы не смогли взорвать какой-то простенький домик. Вторая попытка тоже не удалась. Поняли, что часть взорванной вами стеночки вдруг непонятным образом восстановилась и надо ее атаковать заново. Атакуете, а ее там нет. У вас появляется мысль, что что-то тут не так. Вы начинаете подозревать, что ваши отряды слабее, чем кажется, выставленные вами блокпосты не так крепки. А противник сильнее и слабым только притворяется. Что вы будете делать?

– Конечно, усилю защиту и штурмовые отряды, – уверенно ответил Вирт. – Это ведь признаки ловушки.

– Здесь то же самое, – кивнул Райвен. – Как следствие, во время атаки вы начинаете без необходимости все сильнее укреплять свою защиту. Атака с каждым разом требует все больше сил. В результате неуверенность в своих силах. А паттерн неуверенности имеет пакостное свойство наложения. Повтор атаки усиливает результат предыдущей. А перед атакой блокировку памяти надо снимать, и в конце ставить, чтобы не всплыли твои делишки. Это простейшее действие. Обычно оно требует так мало сил, что обнаружить вмешательство можно только при очень тщательном обследовании. Но теперь с каждым разом все больше кажется, что блок может самопроизвольно слететь, соответственно в него вбухивается все больше и больше силы. Так, на всякий случай. В конце концов даже не самый пристальный взгляд сможет его обнаружить. Что и произошло, когда уважаемый граф только глянул, как надо.

– А самомнение?

– А вы не задавались вопросом, почему опытный конспиратор, практически не допускавший ранее ошибок, вдруг стал их совершать одну за другой? Вообразил, что его блок такой силы незаметен, его ведь не обнаружили только потому, что Майя не поднималась на этажи семьи и не обращалась за помощью. Первые подозрения появились уже при поверхностном отслеживании ее рефлексов. Допускает контакт с контрабандистами, наверняка не личные контакты. Пока это ничего не дает, но ведь это ниточка. В конце концов разбудил своих зомби среди слуг, для куцых покушений. Он слишком уверен в своей чистке и защите. Ну а самолюбие, видимо, и так было задето, по комплексу непризнанного гения. А тут не справился с какой-то девчонкой без способностей.

– Это что же мы теперь имеем? Мужчина, лет сорока, с сильными способностям мнемика, с наведенным или усиленным комплексом нарциссизма, неуверенный в себе и с уязвленным самолюбием, направленным против одной конкретной занозы во дворце? – подытожил Кир.

– Я не виновата! – Майя растерянно переводила взгляд с одного хмыкающего собеседника на другого.

– Ну да, мимо проходила, – с сарказмом откликнулся Вирт. – Не хочется узнать, что бывает, когда ты признаешь свою вину.

– Но из этого следует, что охота на нее не просто так. И не прекратится, – сделал свой вывод Кир.

– Они меня в качестве наживки собрались использовать, вместе с Илькой. Ой, – пожаловалась деду Майя и смутилась, сообразив, как при всех назвала принцессу.

– К сожалению, это логичное решение. – Райвен перешел на деловой тон. – И мы переходим к вопросу, что делать. Внучка, я бы очень хотел тебя забрать прямо сейчас. За этим, собственно, и ехал. Но эти сенти как саранча. Залезают во все дыры. В кланах их было меньше, чем в других местах. Но они были. И у нас они имеют очень хорошую подготовку. Что клан, что обитель. Для тебя это смена одной тюрьмы на другую. А обеспечить тебе охрану, как во дворце, мы не сможем. Мегеры и стервы есть везде. Тут ты их хотя бы знаешь. И они работают как прикрытие, под контролем. Кроме того, такой школы, как во дворце, я тебе обеспечить точно не смогу. Академия еще ладно, но школ такого уровня у нас нет. Насчет обители могу ошибаться, но я так понимаю, там тебе и делать нечего.

– Так и скажи, что нужна подсадная утка. С лорд-мастером сговорился? – немного обиделась Майя. Но почему-то совсем чуть-чуть. В глубине души она была даже рада, что не надо принимать решения немедленно.

– Ну, не без этого, – не стал скрывать дедушка. – У тебя тут есть практика. Практически идеальное прикрытие и внедрение. Школа, конечно, дорогая, но если потребуется…

– Об этом не может быть и речи, – резко вмешалась Адила. – Моих извинений ваша внучка не примет. Но в этом она мне отказать не сможет. Тем более в качестве платы за близнецов.

– Хм-м. Ну, это уже ваши дела. Что скажешь, внучка?

Майя мрачно смотрела в стол. О том, что она сидит за одним столом с императором, возмущался только ошейник. На зуд которого она привычно не обращала внимания. Но все-таки невольно провела под ним пальцем.

– Потерплю до лета. А потом все равно сбегу, – решительно сообщила она сразу всем. – По-настоящему сбегу, буду пробираться в обитель.

– Я буду тебя ловить. Тоже по-настоящему, – серьезно пообещал Кир. – Об этой встрече никто кроме здесь присутствующих не должен знать. В том числе ваша доверенная служанка и твои дружки из пятерки, Вирт. Я считаю, что Фрид тоже перебьется.

– Если я удеру, я к тебе приду, дедушка.

– С удовольствием буду ждать, – кивнул тот. – Только вот связи у нас с тобой не будет. И так мой приезд слишком большой риск для операции. Официально я тут по просьбе Гринды, в качестве ее личного защитника и поддержки. Все-таки ты из клана. Наша репутация тут хорошо поможет. Клан Рыси объявит отказ от претензий в твоем случае.

Майя согласно кинула, а Иллис с явным облегчением расслабилась и радостно заулыбалась. Желание родственника забрать подругу ей очень не нравилось.

– Теперь моя очередь, – хищно подобралась Гринда. – Я кое-что просмотрела по тому, чем ты тут развлекаешься. Да и граф Индерский мне кое-что рассказал из своих расследований. Голубушка, ты работаешь с синдромом первого и второго уровня в полной шкале?

– Да. – Майя слегка поежилась и покосилась на Адилу. – Но у меня сейчас мало клиентов.

– Этого достаточно. Какова эффективность на остальных уровнях?

– У меня сейчас только пять клиентов третьего уровня. Для него я уверена, что будет процентов семьдесят-восемьдесят. Если появятся пациенты с осложнениями, думаю, года через два смогу закончить мамины наработки. С четвертым уровнем хуже. Нам даже с мамой удалось выйти только на сорок процентов. А у меня сейчас нет ни одного клиента этого уровня.

Майя удивленно осмотрела стол, за которым наступило почти гробовое молчание. Только Иллис весело ей подмигнула.

– Прошу прощения, леди Гринда, просто очень хочется уточнить: эффективность – это?.. – Димир не отводил взгляда от Майи.

– Процент положительного результата. Есть общая эффективность по методике, это максимально возможный. Есть персональная, для каждого мастера. Соотношение этих показателей определяет уровень мастера в овладении конкретным направлением или методикой. Соответственно высший уровень – единица, – задумчиво объяснила Гринда, тоже не отводя взгляда от Майи. – Зная Лилиан, она вряд ли подала бы заявку на мастерство дочери, не будь у нее устойчивого результата. Майя, каков твой уровень по первым двум степеням измененных?

Майя быстро посмотрела на Гринду и, слегка покраснев, снова опустила глаза.

– Я так и думала, – удовлетворенно кивнула Гринда.

– А что не так? – решила уточнить Адила.

– Это слишком сложная техника. На сегодня у нас всего восемнадцать подмастерьев и семь мастеров. Причем полного уровня, то есть сто процентов эффективности, всего два. Продохнуть не могут. И такая ситуация сохранится еще долго.

– Первый и второй уровень изменения, насколько я понял? – Димир даже не спрашивал, а утверждал.

– О других уровнях только слышали, от Лилиан. И то я да еще пара из старших мастеров, с которыми она общалась. Передавать незавершенную разработку бессмысленно. С теорией и так большие сложности. А без нее можно только комплекс целиком отрабатывать. Учениц Лилиан не брала, сколько бы я с нею ни ругалась. До ссор доходило.

– Ну, пациентами мы обеспечим, – задумался Димир. – Планы уже есть, просто немного расширим. С этим сложностей не будет. Любой сложности.

– Это хорошо, – удовлетворенно кивнула Гринда. – Уломать наших можно, ты не думай про эти глупости с ошейником. Не ты первая, не ты последняя. Но в обители сейчас есть свои сложности. Нынешний наш повелитель хоть и внук того, кто нас приютил, но не столь дальновиден. Ему мало придворного мастера, присылаемого обителью. Очень ему не нравится наша независимость. Как только появился первый результат от твоей матери, очень уж ему захотелось прибрать к рукам всю обитель, вместе с мастерами и ученицами. Беглая рабыня-мастер – это в любом случае лакомый кусочек для него. А уж третий и четвертый уровень! – Гринда с сомнением осмотрелась. – Надеюсь, тут такого нет?

– Если надо, могу дать письменные гарантии. – Димир даже не обиделся, только серьезно посмотрел на Гринду. – Как для нее лично, так и для всех ее учениц.

– Отлично, не в обиду, не помешает. Но ты через год готовься, получишь ленту мастера и тогда уж будь любезна принять адепток. Мне мастера вот как нужны. – Гринда провела ладонью выше головы.

– Если мне удастся сбежать. А так, кто пойдет в ученицы к мастеру-рабыне? – с горечью заметила Майя.

– Не сразу. Это понятно. Пока не разберетесь с проблемой сенти, нечего даже думать что-то рассказывать. Но варианты найдутся. Об этом не беспокойся. У тебя есть право самостоятельной работы?

Майя послушно подняла руку и отвела волосы с виска. Там высветился еле заметный знак, рядом со звездчатым шрамом. Его еще ставила мама.

– Отлично. – И тут же пояснила остальным: – Этот знак мастер ставит своим личным ученицам, показывая, что он готов отвечать за все ошибки ученика своей репутацией. Его наличие у Майи дает мне право признать за ней право самостоятельной практики. Ты знаешь, как вести регистрацию пациентов и результата работ?

– Да, этим занимается Лера, я показала ей, что делать.

– Мне надо будет встретиться с этой девушкой, – обратилась Гринда к Адиле. – Для подтверждения уровня претендента мастер обычно лично представляет достижения ученицы. Но есть и другой путь. Можно представить результат своих работ, оформленный надлежащим образом. Тут главное – правильно задокументировать достаточное количество случаев из своей практики.

– Лера – личная служанка Иллисианны. Она у них одна на двоих. Не вижу проблем для личной встречи. Вы можете с Майей пройти посмотреть ее хозяйство. Заодно и поговорите. А Леру Иллис позже пришлет позвать Майю для чего-нибудь.

– Я, пожалуй, тоже посмотрю, что к чему, – решил Райвен. – Очень уж интересно, как тут внучка устроилась. Что это за узорчик у тебя на запястье?

– Это? – Майя привычно вызвала браслет и полюбовалась на красивый узор. – Ну, это так получилось.

– Она бы очень сопротивлялась, – усмехнулся Димир. – Пришлось воспользоваться идеей Вирта. И то чуть не сорвалось.

– Что именно надо сотворить, чтобы император захотел нацепить на тебя браслет связи своей семьи? – заинтересовался Райвен.

– Ничего такого, что бы нанесло ущерб кланам, – поспешно вмешался Кир. Выносить внутренние проблемы ему очень не хотелось. Впрочем, Майя тоже не горела желанием рассказывать больше необходимого.


В комнатах, оборудованных для приема клиентов, Майя немного расслабилась. И уже уверенно показывала свое хозяйство.

Гринда внимательно все осматривала, одобрительно хмыкала и слушала. Особенно внимательно она осмотрела травяные настои и вопросительно приподняла брови.

– Здесь хороший парк, много чего можно собрать. – Майя смущенно пожала плечами. – Но я поздно начала, да и не рассчитывала на стабильную практику.

– Ясно, кое-чем я с тобой поделюсь, но только в этот раз. Дальше будешь думать сама.

– Хорошо, – послушно кивнула Майя. – Дедушка, ты сказал, что ложный мнемоподвал на самом деле существует? Я просто не помню.

– Почему ложный? – Молчавший до сих пор Райвен включился в беседу. – Это дубль, именно для случаев плена. На пятом уровне у тебя есть еще несколько ловушек, и все они отбрасывают атаку в него. В основной подвальчик сможешь пройти только ты, причем только из той раковинки. Отличное определение придумал Индерский, мне нравится. А чужак будет биться на входе до скончания времен. Назад ему хода уже не будет. Так что тут все в порядке. Только вот блок этот моим спецам не нравится.

– Индерскому тоже, – мрачно буркнула Майя. И чисто автоматически потянулась к браслету, чтобы включить звуковую изоляцию.

– Вот-вот. Его соображения мне известны. Они представили отличный отчет. Насколько это возможно, конечно. Но ключей они не получат, обломятся. – Дед одобрительно кивнул, проследив за действиями внучки. – Интересное у тебя тут положение для рабыни. Ты даже имеешь доступ к стационарной защите покоев принцессы.

– Это нормально, что они меня как наживку используют?

– Сенты – это тебе не шутки, – снова посерьезнел дед. – А мнемик такого уровня и вовсе катастрофа. И не только для них. Кланы в свое время сильно пострадали от мнемовойн. С Киром будь поаккуратней. Я еще старого лиса знавал, его предшественника. Так что имей в виду. Кир никогда не действует просто так. За любым его действием есть второе дно, причем не одно. И действует он исключительно в интересах Арден, семьи императора. Тебе он ничего не сделает. Но и поможет только в двух случаях. Если империи не будет вреда или для нее будет явная польза. Впрочем, в спину тоже не ударит. Династия императора Арден славится своим понятием чести и щепетильным отношением ко всему своему.

– Я и так их собственность. – Майя сердито провела пальцем по ошейнику.

– Ты мне поистери еще тут! – строго прикрикнул Райвен. – Мало тебя мать гоняла. Собственность она! Учишься в самой дорогой школе, тренируешься в лучшей академии теней, практикуешь в свое удовольствие, даже условия вон диктуешь. У тебя дома спальня лучше была, чем сейчас?

– Нет. – Майя упрямо пригнула голову. – Но то была моя спальня.

– А надо делать то, чему тебя учили. Попала в передрягу, не выпендривайся, а подай знак Гринде.

– Деда-а, а я не поняла. Ты так хорошо ориентируешься в окружении императора. Кир знает тебя, но пускает ходить тут свободно, даже без сопровождения. Дедушка, я никогда не задумывалась об этом, ты кто?

– Кто-кто. Я старейшина рода Винсенских в клане Горной Рыси. Не последнего, между прочим, рода и не самого захудалого клана.

– Ну да, – скептически покосилась на него Майя. – Только старейшин рода в кланах столько же, сколько этих самых родов. Что-то я сомневаюсь, что император стерпит такое отношение к себе от каждого рода.

– Ну, поймала. Наши воины часто идут в разведку у рубежников Арден. Да и сам клан прикрывает границы и взаимодействует с рубежниками очень плотно. Я в свое время по этой линии с предшественником Кира работал. Потому и его знаю. Сейчас отошел от дел, но вот пригодилось.

– Дед, я все равно не могу понять, почему папа должен был уйти из клана. По его рассказам, он обучался наравне со старшим братом. И разницы ты между ними не делал.

– Плохо тебе давал нашу историю младший, – заметил дед. – Что ты знаешь о собственности в кланах?

– Ну-у, земля принадлежит роду, – неуверенно протянула Майя. – Мне же не возвращаться в клан было.

– Хоть это. – Дед усмехнулся. – Род действительно владеет своей землей целиком, и распоряжается ею только старейшина рода. Остальные только живут на ней, но даже дом их стоит на земле, только пока с этим согласен старейшина. И земля не может дробиться между наследниками.

– Ну и что? Папа ведь не претендовал на место старшего брата.

– И не мог. Прямым наследником в семье старейшины является старший ребенок, без разницы мужчина или женщина. Все остальные дети старейшины ни при каких обстоятельства не будут наследниками, если только они вообще останутся в роду в единственном числе. В случае невозможности передачи прав наследства старшему, претендент выбирается из всех детей параллельных ветвей рода. Их возраст должен быть менее десяти лет. А в конце все решает открытый жребий под контролем глав семей. Это не дает привилегий семье претендента. Ребенок усыновляется и воспитывается самим старейшиной. Это и было сделано, когда мой Конти погиб.

– Сложно как-то все это, – протянула Майя, своего дядю она не помнила, он погиб, когда ей было два года. В то время в горах спонтанный раскол выбросил несколько тварей. В схватке с ними и погиб отряд рысей, возглавляемых старшим братом отца.

– Когда-то это было просто традицией. Часто нарушаемой. Братоубийство и уж тем более интриги привели к тому, что лет сто назад кланы уцелели только благодаря помощи Арден и Эллоухов, с которыми у нас были союзные договора. Роды ослабли настолько, что воинов стало слишком мало, а их подготовкой толком никто не занимался. Империя Торрэйни третья, которая с нами граничит. Их правитель решил, что настал удобный момент прибрать к рукам горы целиком. Чему, естественно, не обрадовались две другие империи. Вот после этого на совете старейшин кланов и решили возвести традицию в закон. Тут такие законы называют непреложными.

– И все согласились?

– Довольных этим законом нет. Это точно. Я с удовольствием бы передал все дела твоему отцу. Он действительно прошел всю нужную подготовку. Но мы не можем позволить себе войны между родами или внутри них. Достаточно соперничества между кланами. И не можем позволить себе дробить земли рода между наследниками. Этих земель и так мало. Вот и получается, мой преемник, как владелец родовых земель, будет иметь титул, равный твоим знакомым баронам. А любимая внучка останется только дворянкой без титула.

– Деда, ты что? Да на… мне этот титул. Тем более что у мамы он тоже есть. И я его наследую. Мне тут уже ткнули кое-где пальцем.

– Это да, – невесело кивнул Райвен. – Но имей в виду, в клане у тебя всегда есть дом, в котором ты найдешь приют, независимо от своего титула. Моему преемнику сейчас девять лет, и он твой троюродный племянник.

– Почти так же, как было бы Лютику, – тут же погрустнела Майя. – Если бы я не ошиблась тогда.

– Да, как Лютимиру. Он паренек был неплохой, и ты сможешь на него рассчитывать. И не думай о прошлом. Ты действовала правильно. Просто рассчитать все невозможно. Тебе придется действовать одной, на пару с принцессой. Но теперь ты знаешь, что у тебя есть поддержка. Просто имей в виду, что я сказал про Кира, ну и Фрида. Этот точно будет знать о наших переговорах, чтобы там ни говорил Кир. Хотя сделает вид, что ни сном ни духом.

– Ректор-то тут при чем? – удивилась Майя.

– Все тебе надо объяснять как маленькой. В императорской академии теней получают начальное образование восемь из десяти высшего командного состава армии Арден, больше половины членов правительства. И все они проходят там плановую переподготовку. Только в других корпусах, вне дворца. Представь связи этого лорд-ректора. Добавь еще к этому, что начальную подготовку у него проходят все члены императорской семьи. И он же возглавляет группу спецов по подготовке и воспитанию правящих. Собственно, он единственный, чье имя нам известно из этой группы, остальные даже в базах под кличками проходят. За этим как раз лорд-ректор и следит. Ректоров академии теней назначают лично императоры, и подчиняются они только ему. Твой Фрид пришел еще во времена прежнего императора. Так что Димира он гонял и в хвост и в гриву. За что тот его очень уважает, и правильно делает. Нового будет назначать уже Димир или Вирт. Это как получится. Но лорд-ректор академии всегда входит в малый совет при императоре. Причем с реальным правом голоса.

Майя покрутила головой, пытаясь сопоставить сказанное с тем, что уже сложилось в голове. Приход Леры прервал столь интересную беседу. Сняв звуковую завесу, она послушно выслушала пожелание Иллис видеть ее у себя, представила ее Гринде и, попрощавшись, отбыла к себе. После всех треволнений очень хотелось отдохнуть, посидеть в гостиной с чаем и любимыми пироженками, а если Илька составит компанию, то и поболтать на отвлеченные темы.

Мысль о том, что она давно перестала беспокоиться о разнице в статусе с принцессой, как-то не приходила ей в голову. Больше обратила внимание на то, что желание пообщаться с дедом как-то само собой отошло на задний план. Майя тихо улыбнулась, радуясь своему спокойствию. Поставленные дедушкой в детстве защитные блоки снова начали работать. А разрушенную защиту можно будет восстановить и после, когда необходимость в маскировке отпадет. Но вот что надо сделать, так это постараться вспомнить все по этой теме.

## Глава 2. Лучше учиться на своих ошибках

Танцы никогда не были ее сильной стороной. Это всегда казалось глупой тратой времени. Куда интереснее учиться в школе, помогать с пациентами маме. Даже тренировки с отцом были намного интереснее и понятнее, чем бессмысленные телодвижения под музыку. Конечно, уроки танцев были. Отец настаивал на занятиях с хореографом даже больше, чем мама. Но этому танцу учат не на танцполе. Она с удовольствием его исполняла с папой или с младшим братиком. Этому танцу ее учил отец.

– Я понимаю, что для тебя это не интересно, – в самом начале говорил он, объясняя свою просьбу разучить его. – Это особый танец. Бой в паре учатся вести все воины, так же как и в строю. Но бывает так, что встречаются два воина, начинающие чувствовать друг друга на расстоянии. В бою они действуют как одно целое, и даже середнячки могут стать равными сильнейшим. Это называется боевой парой. Любой воин мечтает составить такую пару. Если ему это удается и пара для воина находится, то тут уже теряют значение даже сословия.

– А как можно определить свою боевую пару?

– Только в бою. Да и то это часто видно со стороны. Для самих бойцов все это слишком естественно выходит. Тренировки не дают необходимого напряжения. Даже симуляторы на это не способны. В какой-то момент двое в схватке вдруг становятся сильнее, чем обычно. И именно тогда элементы танца начинают работать в полную силу. Во всех других случаях это просто еще один сложный комплекс парного боя, который лучше изучать в ритме танца. Боевой парой нельзя родиться, нельзя стать по протекции. В Ардене даже особая комиссия есть, которая такие пары признает. После признания их не разлучают даже в армии.

– Пап, но мне-то это зачем?

– Я знаю, что ты выбираешь другой путь. Не мой и даже не мамин. Но танец развивает чувство партнера. Вы должны двигаться синхронно, не касаясь мечей друг друга, и одновременно держать под контролем всю сферу вокруг себя. Полезным он будет и для тебя. Ты слишком увлекаешься одиночным боем. А кроме того, твой брат еще слишком мал, чтобы учить его с другими воинами. Да и не с кем в Морсте, если честно. А он хочет стать воином. Какое-то время он будет твоим защитником, а значит, напарником. Пусть он научится танцу боевой пары с тобой. Возможно, это вам поможет когда-нибудь.

Майя часто вспоминала этот разговор. Они с отцом больше никогда к нему не возвращались. Но танец был великолепен. Майя с удовольствием танцевала его с папой, с мамой, а чуть позже и с Лютиком.

Семилетний мальчишка, стоящий перед ней в начале танца, задорно подмигнул и с завистью покосился на ее легкий клинок. Для него металл еще только ковали по заказу папы. Тяжелый учебный меч для танцев не годился. И мальчишка очень переживал, что его деревяшка не смотрится против изящной полоски стали в руке сестры. И даже не скрывал этого.

Первый шаг навстречу друг другу, легкое схождение дерева и металла, но не соприкосновение. Не касаясь, разойтись в разные стороны. Следом, не останавливаясь, повернуться всем телом. Замереть, чувствуя спину Лютика, почувствовать, куда он собрался начать движение, взять под контроль противоположную сторону и развернуться. «Вот же торопыга, опять суетится!» Затылок брата, обрамленный коротким ежиком темных волос, промелькнул на краю зрения.

Ну вот опять, глухой стук деревяшки показал ошибку. Но танец продолжался. Нельзя останавливать танец из-за какой-то ошибки. Снова поворот. Движения брата вдруг обрели какую-то уверенность. Он вдруг четко среагировал на ее выпад и отточенным движением прикрыл спину. Почему-то почудилось, что братик резко вырос и стал одного с нею роста. Но это потом, а сейчас отход назад, поворот головы. Брат сейчас крутится, всем телом, чтобы закрыть ее мертвую зону. От вращения его волосы откидываются и мягко хлещут по лицу. «Волосы? СТОП! Не поняла!» Ох, бездна, отвлеклась. Мечи сошлись, громким мелодичным звоном оповещая об очередной ошибке.

Резко отпрыгнув, Майя в полном недоумении осмотрела Иллис, на лице которой все еще играла задорная улыбка Лютика.

– Она готова. Научи ее, – внезапно раздавшийся за спиной тихий голос папы был полон грусти. – Мертвые не смогут защитить спину живого.

Открыв глаза, Майя какое-то время еще полежала, бездумно глядя в потолок и наслаждаясь минутами покоя.

За завтраком она была непривычно задумчивая. Постоянно косилась на Иллис. Та, заметив эти взгляды и видя, что не время, предпочла не задавать вопросов. Но на тренировке, после предложенного Майей нового чудовищно сложного комплекса движений, все же не выдержала.

– Это ведь что-то другое. Да? Ты весь день о чем-то думала. Может, объяснишь?

– Скажи, на меня как-то воздействуют? Я имею в виду ментально. Может, Индерский решил действовать по-тихому с этим блоком?

– Нет. Я бы знала. И по ночам купол только под нашим контролем. Никто не может пробиться. – Иллис настороженно смотрела на подругу. – Ты чувствуешь атаку?

– В том-то и дело, что нет. Мне ты приснилась, вместо Лютика, – призналась, наконец, Майя.

– Я? Мы дрались? – Иллис судорожно пыталась вспомнить все, что слышала о мнемоатаках и их признаках.

– Нет. Это был специальный танец для воинов. Я его изучала ради брата. Для него он будет важен в будущем. Но папа почему-то предложил научить ему тебя. Он никогда так не поступал.

Внимательно выслушав короткое объяснение, Иллис вдруг довольно заулыбалась.

– Отлично. Я буду учить этот танец. А там, глядишь, и в кошмары твои прорвемся вместе. Я вечером посоветуюсь с Индерским. А сейчас давай показывай.


Уже в конце тренировки Майя решила уточнить для себя еще один вопрос, раз уж речь у них зашла о главном враче дворца.

– Слушай, Индерский уже несколько раз пенял тебе, что ты плохо себя вела в Островном замке. При чем тут врач?

– Летом я должна буду посещать Горный или Островной замок. – Иллис расстроенно вздохнула. – Знаешь, какая там скука смертная! В прошлые разы я там хоть с Виртом была.

– А в чем проблема? – Майя с любопытством смотрела на Иллис. – Что такого в этих замках?

– В них есть все, что нужно для реконтари, – досадливо поморщилась принцесса, как ей казалось, все объяснив.

– Кажется, это какой-то восстановительный комплекс. – Майя задумчиво нахмурила брови, пытаясь что-то вспомнить по незнакомому слову.

– Восстановительный – это у вас, неизмененных, отпуск. – Иллис снова фыркнула. – У правящих, особенно если мы на службе, простой отпуск помогает мало. Точнее, для полного восстановления потребуется полгода на каком-нибудь курорте. Поэтому медики создали специальный восстановительный комплекс. Меня туда гоняют пока просто так, чтобы не расслаблялась. На пару недель. А полный курс почти месяц занимает. Процедуры ничего, даже приятные. Только они проходят с утра до вечера, и даже ночью. Сидишь в этих ваннах. Даже поговорить не с кем. А пользоваться сетью или даже что-то почитать нельзя.

– Не поняла, а как определяется восстановление?

– Так по графику биометрических показателей. Вот смотри.

Иллис быстро что-то набрала на браслете, и в воздухе появились столбики знакомого всем графика.

– Это стандартный график, – заметила Майя. – Нам его на уроках давали. Не знала, что он используется для вас. Какие-то дополнительные показатели? Но я ничего не вижу.

– Нет, как и у всех, при полном упадке график сил уходит в красную зону. Только мы не всегда это сразу чувствуем. Эмоциональный фон может забивать все, пока не станет совсем плохо. Вот Индерский и дергается. Я летом все время пыталась быть на связи с Лерой и, наверно, нервничала. Вирт уже не раз получил за то, что мне помогал. Поэтому он теперь будет проходить процедуры отдельно от меня.

– Ну, с графиком понятно, на уроке говорили, что человека в отпуск выгоняют, если этот график только приблизился к границе зеленой и желтой зон.

– У правящих так же. Только показатели имеют иную фоновую интенсивность. Поэтому на обычной шкале ничего не видно.

Иллис снова что-то переключила, и изображение изменилось. Теперь стало видно, как линия, идущая по верху столбиков, постепенно снижается и приближается к области, окрашенной желтым цветом.

– Вот, видишь? Те же показатели, но приведенные к фону правящего. Для обычного человека тут вообще прямая линия будет. Можешь свой пересчитать.

– Да я поняла, не надо, – отказалась Майя. – Погоди, это что, за мной тоже наблюдают?

– Ну да, у браслета это встроенная функция. Не одной же мне страдать. Но ты не беспокойся, твои показатели только архивируются. Браслет выдаст, если что случится. А вот мой график Индерский постоянно мониторит. – Иллис ткнула пальцем в резкий изгиб линии. – Вот эту ступеньку я получила, когда к экзамену по физике готовились. Он у тебя тоже должен быть.

Рядом с первым графиком появился второй, как Майя поняла, в обычном масштабе.

– Вот он, только почему-то выражен очень слабо.

– Я сдала экзамен с меньшими потерями, – констатировала Майя очевидный факт.

– Вот так всегда. Меня этот интуитивный блок добивает. А ты его пропускаешь.

– Да нудный он и не интересный, – рассеянно пожала плечами Майя с хитрым выражением лица. Для нее, как неизмененной, этот блок был необязателен. В школе она и без него имела высокий балл. А в пари с Виртом это было большое подспорье. Соревноваться с братом Иллис, на его же поле, было почти безнадежным делом. И Майя воспользовалась этой лазейкой, чтобы не проиграть. А сам блок она с удовольствием решала после тестов, у себя в спальне перед сном. Тайны из этого она не делала, но и не обсуждала ни с кем, даже с Иллис. А зачем?

– Когда происходит проявление возможностей у природных правящих, их биопоказатели приходят к такому же виду. Это бывает лет в шестнадцать или чуть позже. Так что до этого возраста, пока график не подтвердит потенциал, они все только потенциальные правящие.

– Бедные, – посочувствовала Майя неизвестным ей потенциальным правящим. – Готовятся, учатся. А потом оказывается, что зря.

– Ничего не зря. – Иллис даже обиделась за неизвестных ей кандидатов. – Возможности потенциалов все равно выше обычных людей. А с такой подготовкой и подавно. Они часто становятся наместниками или их помощниками. А иногда и кураторами провинций от имени правящих.

– Ладно, я поняла. – Майя даже рассмеялась, глядя на реакцию подруги. – Значит, правящие влетают в кризис, а потом отправляются для восстановления в один из этих замков?

– Ну да. Только эти замки не только для нас, ты не думай. Процедуры восстановления проходят все, кто занимает значительные должности. Это происходит реже, как правило, если есть необходимость. А для наместников и кураторов провинций и вовсе обязательно. Просто для неизмененных курс намного короче, и там отдельные процедуры включают только по необходимости. А нам все подряд, – пожаловалась под конец Иллис с обидой в голосе.

– Так ведь помогает, – удивилась Майя. – А чего тебя-то посылают? Ты же вроде не при исполнении. Да и Вирт вроде только с этого года приступил к работе.

– Зато учусь. И чтобы выработать дисциплину, – сердито буркнула принцесса, расстроенная непониманием подруги. – Вот затащу тебя в следующий раз с собой и заставлю пройти весь курс. Будешь знать!

Майя на такую угрозу только рассмеялась.

– Этот курс наверняка стоит столько, что тебя даже слушать не будут.


После вечерних процедур Иллис отправила Майю к себе, как обычно в сопровождении Гарда, и напросилась на встречу к врачу вместе с Лерой. Выложив все события с максимальными подробностями, она вопросительно уставилась на задумавшегося Макса.

– То, что ты согласилась изучить этот танец, это хорошо. Надо сделать это как можно быстрее, – наконец заговорил граф. – О танце боевой пары я знаю. Это действительно сложный и важный танец для любого воина.

– А что не так? – Иллис легко почувствовала неуверенность говорившего.

– Я все еще не могу определить тип блока. Очень много силы в него вбухано. Все закрывает, – признался Индерский. И понизил голос: – В виде снов, кошмарных или нет, подсознание Майи пытается послать сигналы, для расшифровки которых пока слишком мало данных. Все что я могу понять, это то, что за блоком она знает гораздо больше, чем мы. Знает – и боится. Судя по всему, ее собственные блоки еще держатся. Но она отчаянно нуждается в помощи, ждать которую ей неоткуда. Похоже, ее подсознание ищет эту помощь, ваше высочество, и реализует ее через ваш образ. Возможно, если вам удастся научиться этому бою здесь, у вашей подруги там, во сне, появится кто-то, кто поддержит и прикроет ей спину.

– Но во сне у нее есть брат и родители. – Иллис обеспокоенно смотрела на Индерского.

– Брат во сне для Майи живой, но он навсегда останется маленьким младшим братиком. Подсознательно она не верит в его гибель, хотя и знает о ней. – Индерский грустно покачал головой. – Для Майи это якорь, чтобы самой остаться среди живых. Найти виновников его гибели – это попытка спасти брата. В ее подсознании это объект защиты, и Лютимир никогда не сможет вырасти и прикрыть ей спину. Родители мертвы, Майя об этом знает, так как провела с их телами несколько часов. Вполне достаточно, чтобы информация укоренилась в подсознании. А мертвые, они могут быть рядом как воспоминание. Майя очень сильная девочка, и на уровне подсознания не менее упрямая, чем мы знаем на сознательном уровне. Кто бы ее ни учил, он делал это хорошо. Вспомните, ваше высочество. Вас тоже этому учили. Ваша мнемозащита не в пример лучше, чем у нее. Но и вас учили действиям на случай успешной мнемоатаки. Даже на случай полного разрушения всех щитов.

– Дробление подсознания, – сдавленно прошептала Иллис.

– Да, на этот случай в подсознании формируются островки безопасности. Небольшие участки с максимальной защитой. Там стоят только фиксирующие якоря и можно как бы отдохнуть после поражения. Часто в качестве таких якорей используют образы членов своей семьи. Что-то вроде внушения ощущения домашней обстановки. К сожалению, это последний рубеж. По сути, именно для такой вот полной изоляции и разработан прием дробления. Когда создается как бы имитация напарника. Более сложный случай, когда формируется двойник. Но это не наш случай. И очень плохо, что Майя прибегла к этому приему. Создание мнемонапарника говорит о том, что чужой блок не пассивен, а продолжает действовать. Она очень нуждается в помощи. Хоть и вряд ли в этом открыто признается даже вам.

– Может, можно как-то убрать этот блок? Я уговорю ее. – Иллис встревоженно смотрела на Макса.

– К сожалению, нет, ваше высочество. Если мнемоблок активный, то он точно может сработать против самой Майи. Не зная его типа, это неизбежно приведет к ее гибели. Вы абсолютно правильно ответили Майе. Я ничего не предпринимал и, без вашего ведома, не буду ничего делать. Все необходимые меры вашей личной безопасности приняты. Майя сама согласилась на установку дополнительных предохранителей. Это было сделано в присутствии ее деда и с участием прибывшего с ним мнемика, как вам известно. Атака со стороны может быть произведена только при личном контакте. Мы именно этого и ждем. И на этот случай за нею ведется постоянное наблюдение, а под защитным куполом ваших покоев это вообще невозможно.


Охота на рабыню, продлившаяся почти год, с самого начала превратилась из рутинной работы городской стражи в настоящую боевую операцию. Операция не только охватила практически все силовые службы империи, но и задействовала их аналитические отделы и службы обеспечения. Ведь в рамках этой охоты реализовывалось множество планов в разных местах страны. Практически непрерывная годовая операция в боевых условиях дала неожиданно большой опыт в планировании, организации и исполнении сложных многоходовых задач. Неудивительно, что в академии теней решили использовать этот опыт в программах обучения своих курсантов. А под официальным предлогом поиска принцессы часто решались задачи, никак с этим поиском не связанные. Новая программа включала подробный разбор каждой проведенной операции с освещением всех причин неудач или успехов. В академии придерживались мнения, что беспристрастный анализ в рамках учебной программы позволит будущим выпускникам элитного учебного заведения в будущей работе. Конечно, подробнейший анализ происходил на старших курсах, где к ним планировалось возвращаться еще не раз. Но и первокурсникам нашлось чем заняться. Тем более что в их числе был его высочество Вирт, не только непосредственный свидетель, но и участник тех событий. Вирт не был в восторге. Но отец потребовал от него согласия на анализ своих действий в присутствии как всей группы, так и сокурсников-боевиков. Это было неприятно, но полезно. Внезапное появление на первом курсе наглой рабыни заставило некоторых преподавателей пересмотреть свои учебные планы. Первым, разумеется, ее задействовал мастер по подготовке ближнего боя. Девчонка стала по сути постоянным спарринг-партнером принца. И на мечах почти не уступала ему в поединках. Но в рукопашном бою она оказалась заметно слабее. И теперь старательно исправляла этот недостаток под руководством нового наставника, для которого любой перспективный ученик был личным вызовом.

Неудивительно, что преподаватель тактики тоже не упустил такой возможности и решил расширить программу для первокурсников анализом принятых решений и действий противной стороны, за счет этой самой исполнительницы.

Поэтому не прошло и пары месяцев, как на очередном занятии по тактике, после дотошного разбора действий Вирта в операции передачи лекарств, лорд-преподаватель Валентайн подытожил:

– Таким образом, курсант Вирт, вы не смогли определить разницу между движущейся платформой и простой вибрацией. Что ж, если до этого вы могли утверждать, что следовали решениям более опытных командиров, то здесь это вас уже не оправдывает. Это была ваша, и только ваша ошибка, и, возможно, главная.

– Согласен, лорд-преподаватель, я должен был заметить, что движения не было, по реакции своего тела. Но меня отвлекли.

– А вы ожидали, что противник предоставит вам доклад о своих действиях? – деланно удивился тактик.

– Прошу прощения лорд-преподаватель, я приму к сведению свою ошибку, – поспешил исправиться Вирт.

– Не только вы, курсант, надеюсь. – Преподаватель обратился сразу ко всей группе. – Тактик отличается от любого бойца не тем, что облечен правом командовать. Тактик – это мозг группы. Вы, будущие тактики, должны научиться собирать и анализировать информацию в любых условиях, лучше беспристрастно, а если это невозможно, то и в любом эмоциональном состоянии. В рассматриваемом нами эпизоде вы, курсант, бездарно потеряли время и упустили представившийся шанс. Вместо того, чтобы попытаться разговорить противника, хотя бы в течение этой мнимой поездки и процедуры прививки. Вместо этого вы предоставили ей инициативу, по сути, определив изначально для самого себя, что иного выхода нет. И проиграли. А теперь пытаетесь найти оправдания своим действиям, вместо того чтобы грамотно их проанализировать. За это занятие я ставлю вам минус. Садитесь, курсант, к следующему уроку попрошу вас составить развернутый реферат по этой теме, с подробнейшим анализом своих действий и ошибок.

Вирт послушно кивнул и недовольно опустился на свое место, стараясь не смотреть по сторонам. Майя, уже немного обвыкшаяся в академии, всегда с интересом слушала подобные разборы. Больше всего ей было интересно узнавать о событиях, происходивших параллельно с тем, что она знала. Тем более что Вирта, как их непосредственного участника, гоняли весьма дотошно. Правда, сама она в таких дискуссиях пока участия не принимала. Только иногда отвечала на прямо поставленные вопросы. И только удивлялась выдержке принца, послушно отдувавшегося за все ошибки.

– Ну а теперь обсудим действия со стороны нашего противника, – продолжил лорд-преподаватель. – Курсант Майя.

Не ожидавшая такого поворота Майя суетливо вскочила на ноги. Но уже усвоенная за короткое время привычка взяла свое, и она выпрямилась, как положено, по стойке смирно.

– Я, лорд-преподаватель.

– Доложите свои исходные данные, определившие ваши действия в той операции.

– Что? – Майя растерянно захлопала глазками.

– Я ознакомился с протоколами ваших допросов. Они не являются большим секретом и доступны для любого курсанта академии, тем более с факультета тактиков, – ядовито проинформировал наставник по тактике. – В любом случае следствие по вашему делу полностью завершено, и вы понесли назначенное наказание. Теперь я прошу вас провести анализ своих действий. В конце концов, лучше всего мы учимся на своих собственных ошибках. И если его высочество готов позволить другим курсантам учиться на его ошибках, то будет только справедливо и вам от него не отставать.

Майя несколько растерянно глянула в сторону Вирта. Но спорить в ситуации, когда только что, на ее глазах его отчитывали, не приходилось.

– Ну, город на карантине, контейнерная гостиница, эпидемия в активной стадии. Полное отсутствие лекарств, при невозможности их достать.

– Но можно было попытаться выйти на санитарные бригады, – продолжал настаивать преподаватель.

Майя отрицательно мотнула головой.

– У меня было несколько контактов с местными жителями, по их словам, у бригад не было вакцины. Новости по визиофону только подтверждали эту информацию.

– И тогда вы решили выйти на его высочество? – тут же сделал вывод преподаватель.

– Нет, я думала, что вакцина есть на каких-то конкретных пунктах, и хотела, ну…

– Курсант, – преподаватель потерял терпение. – Вы слушатель элитной академии теней. Что вы мямлите, как ребенок, стащивший банку с вареньем? Учитесь формулировать свои мысли понятным и четким языком для всех, к кому обращаетесь. Я попробую перевести ваше бормотание, но только в этот раз. Итак. Ваши исходные данные – это закрытый на карантин город с полной изоляцией, в условиях неполной или отсутствующей информации. Наличие неполной и не сработанной пятерки в составе двух человек, включая вас, как тактика и старшего группы. Дополнительное условие, вы оба заражены, причем ваш напарник теряет сознание. Так?

– Так точно, – удрученно откликнулась Майя.

– Дальше, – неумолимо продолжил наставник, – основная задача по выживанию – это получение вакцины. Местоположение объекта поиска неизвестно, источник информации о нем недостоверен. Я правильно определил ваши метания?

– Так точно, лорд-преподаватель, но у меня была угроза задержания, – возмущенно пискнула Майя.

– Отлично. Определим это в качестве дополнительного осложняющего условия, – тут же обрадовался преподаватель. – Теперь, как мы знаем из ваших слов, на основе недостоверных данных вы определили, что наиболее простой вариант достижения поставленной цели нереализуем, а для поиска нового решения требуется информация. Получение источника достоверной информации стало вашей промежуточной целью. Прошу вас изложить ваши дальнейшие действия и объяснить их.

Майя стояла рядом с партой и озадаченно осмысливала столь оригинально сформулированную ее собственную ситуацию. До этого момента она вообще не вспоминала о теперь уже давних событиях.

– Ну, новостные передачи не давали ничего нового, – наконец заговорила она. – Захватывать и допрашивать я никого не могла. Я знала, что у каждого сотрудника есть браслет связи. Слушая переговоры, можно много чего услышать. Вот я и решила найти бойца теней и взять у него служебный браслет связи.

– Тишина в группе! – резко оборвал возмущенный ропот курсантов преподаватель. – Сейчас идет разбор боевой ситуации. И курсант Майя воспринимала теней как своих противников. И это нормально для той ситуации. Лучше прошу обратить внимание на последнее замечание. Думающий и внимательный противник из переговоров внутренней связи может получить очень много информации. И на следующих курсах мы вернемся еще к этому вопросу, в том числе и на примерах этой истории. Курсант, объясните, почему вы решили использовать именно бойца теней. Городская стража, патрули санитарной службы и прочие были бы более легкой добычей.

– Городская стража часто пользуется открытыми каналами связи, я их иногда ловила при прослушивании радио. Они мало что знали. Имперская полиция, судя по новостям, действовала под контролем теней и придавалась им в качестве усиления. Медики ходили всегда с охраной. И насколько я поняла из переговоров полиции, вакцину с собой они тоже не носили. – Майя пожала плечами. – Оставались бойцы теней.

– Отлично! Неплохой анализ неполной информации, – кивнул преподаватель. – Но браслет служебной связи мог иметь защиту.

– Я же не собиралась убивать, только вырубить. Браслет сохранился бы в рабочем состоянии. Мне надо было всего несколько минут для смены пользователя. В крайнем случае с помощью бессознательного пальца носителя.

– Вы были уверены, что справитесь с действующим бойцом теней?

– Что с ними справляться, – забывшись, буркнула Майя. – Я понаблюдала за ними. Они все ходят, глядя только по сторонам и себе под ноги.

– Объяснитесь, курсант. Куда же им еще смотреть? – Лорд-преподаватель недоуменно нахмурился.

– В условиях города, лорд-преподаватель, опасность может угрожать и сверху. Неплохо иногда и голову задирать, – с сарказмом откликнулась девочка.

– Отличное замечание. То есть вы решили атаковать сверху. – Валентайн никак не отреагировал на наглость курсанта.

– Нет, конечно! Я нашла пару бойцов. Они отослали стражу для проверки параллельной улицы. А сами шли по тротуару. Группы оказались вне зоны прямой видимости. Они могли перекликаться по связи, но в том месте не было переулков поблизости. И подстраховывающим потребовалось минут пять, чтобы выйти в точку атаки. Для засады я использовала мебель на втором этаже соседнего здания, в качестве отвлекающего маневра. Выпавшая из окна тумбочка должна была только привлечь внимание. Тогда кто-то из двух теней пошел бы проверить квартиру. А против второго планировалось использовать пращу с камнем. Для этого я приготовила широкий ремень из войсковой амуниции. Камень был легкий и только оглушил бы бойца.

– Для справки, второй группе потребовалось около четырех минут для выхода к месту засады, – заметил Валентайн. – Вы владеете пращой?

– Ну да, в детстве во дворе с мальчишками часто соревнования устраивали, – подтвердила Майя. – Я проследила, по какой стороне улицы они шли, и подготовила тумбочку на подоконнике, она держалась только на одной веревочке. Облила веревку маслом и подожгла. Но она не успела перегореть, как я рассчитывала. Я не виновата, что тумбочка чуть задержалась с падением!

– И что же было дальше?

В классе уже слушали разбор полетов как захватывающий детектив.

– Ну, так я же говорю, наверх иногда надо смотреть. Тумбочка на голове второго разбилась. Хорошо что легкая была. А второй стал его тормошить. Я ему чуть в висок не попала.

Группа грохнула, глядя на искреннее возмущение Майи.

– Эти моменты как-то упущены в вашем деле, – вытирая слезы, проговорил преподаватель.

– Ну так на допросах об этом никто и не спрашивал, – невинно заметила Майя.

– Отлично, вы заполучили браслет одного из бойцов теней, причем из провинциальной группы. Ваш прием с переводом мог бы сработать, если вы знакомы с системой кодирования. Но он и не потребовался. Браслет оказался со снятым контролем, за что боец уже получил свой выговор. Дальше?

– Из переговоров по браслету я узнала о планируемом прибытии лаборатории по производству вакцины и поняла, что лекарства от болезни в городе и его окрестностях нет вообще. В браслете был устав службы и список процедур вызова разных командиров. Из устава я поняла, что боец теней может обратиться к любому действующему командиру. В списках вызова Вирт был в числе первых.