Смотритель
Влад Ислав

Ждущим встречи посвящается

Любовь – над бурей поднятый маяк, Не меркнувший во мраке и тумане. Любовь – звезда, которою моряк

Определяет место в океане.

Уильям Шекспир,

Сонеты

Картина на обложке Карлос де Хаэс

© Влад Ислав, 2019

ISBN 978-5-4474-1719-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Шторм

…Всё мрачней и ниже тучи опускаются над морем, и поют, и рвутся волны к высоте навстречу грому…

Максим Горький,

«Песня о Буревестнике»

В октябре 191. года на пристани Бракслита, что на Внешних Гебридских островах, шла погрузка небольшого грузового судна «Гесперус», чтобы доставить на острова Фланнан нового смотрителя маяка.

– Ветер усиливается, нужно спешить. Если мы не отправимся сейчас, можем проторчать в Бракслите около недели, – шкиперу «Гесперуса» Харви приходилось срываться на крик, чтобы стоящий в пяти шагах мужчина услышал его в сплошном гуле и вое ветра. – Не передумали? После таинственных событий, произошедших на островах, желающих попасть на них можно пересчитать по пальцам одной руки. И те окажутся газетными писаками.

– Сейчас на маяке есть кто-нибудь? – мужчина поднял воротник черного пальто из дублёной кожи.

Небо стало синим, в некоторых местах чёрным. Сырость усиливала чувство холода. Шкипер посмотрел на темнеющее с неумолимой быстротой небо.

– Никого! Только чайки и ревущий ветер. Опасайтесь ветра! На островах Фланнан он даже скалы не щадит: в прошлый мой рейс один из смотрителей, кажется его звали Джозеф, говорил, что кусок огромной цельной скалы после шторма был сдвинут на метр! Представляете, какая силища? – капитан Харви снова посмотрел на небо. – Не попасться бы в лапы этой буре! Эй, да что вы там возитесь со швартовами так долго? Хотите пойти на корм рыбам? Живее, салаги! – шкипер закручивал кончики усов, глядя на молодых матросов, торопливо отвязывавших канаты.

Наконец, «Гесперус» отчалил от берега навстречу чёрному небу. Харви то и дело всматривался в движение грозных туч, пытаясь определить, насколько сильным будет шторм. Назад он не повернул. Мужчина в чёрном пальто смотрел вперёд, словно выискивая в темноте огонь маяка, который ему только предстояло разжечь.

Чем дальше «Гесперус» отходил от берега, тем сильнее сгущались тучи на небе. Наконец, корабль погрузился в кромешную темноту.

– Вы слышали легенду острова Эйлин Мор? – пытался поддержать разговор с молчаливым попутчиком шкипер.

– О пропавших смотрителях? – невозмутимо ответил мужчина.

– После исчезновения смотрителей прошло слишком мало времени, чтобы эта история стала легендой, – Харви смотрел по направлению курса, – к тому же никто не знает, что с ними случилось. Речь не об этом.

– О чём же тогда? – попутчик развернул карту и что-то искал на ней.

– До строительства маяка на остров заплывали только пастухи, чтобы здесь пасти своих овец, но никогда они не оставались на ночь – всегда покидали остров до наступления темноты, – начал свой рассказ капитан.

– На Гебридских островах слишком суровые шторма, чтобы долго оставаться на острове без укрытия. Это слишком опасно, – мужчина в чёрном пальто вымерял координаты.

– Дослушайте же до конца, – шкиперу «Гесперуса» не понравилось, что одну из его любимых баек прервали на полуслове. – В старину этот остров был населён эльфами, которые терпеть не могли, если какой-нибудь чужак оказывался на нём. Пастухов охватывало чувство тревоги, от чего они боялись оставаться на ночь на острове. А окружавшую остров воду они называли «морем духов».

Мужчина у карты не слушал дальнейший рассказ капитана. Он был занят одному ему известными расчётами и мыслями. Не может быть! Или всё-таки может?

58, 17, 16, 7, 35, 16

Цифры значили ни что иное как 58 градусов 17 минут, 16 секунд северной широты, семь градусов, 35 минут, 16 секунд западной долготы. Координаты сходились на острове Эйлин Мор. Это ещё более укрепило веру мужчины в то, что он на правильном пути.

В свете прожекторов судна можно было разглядеть лишь нескончаемые стрелы ливневого дождя, да волны, некоторые из которых достигали футов пятьдесят, не меньше, в высоту.

– Маяк бы нам сейчас помог! – шкипер «Гесперуса» дал полный вперёд, поворачивая корабль по направлению встречного ветра. – Не беспокойтесь, такие шторма обычное дело в здешних водах.

Огромная волна обрушилась всеми толщами холодной воды на палубу. От резкого толчка в рубке слетели со стола карты и личная кружка шкипера, тут же разбившаяся на мелкие осколки.

– Чёрт бы побрал эти острова! Каждый раз они пытаются отобрать у меня что-то! Надеюсь, на этот раз я обойдусь потерей кружки! В прошлый раз сорвались с тросов спасательные шлюпки! – Харви с усилием удерживал штурвал.

Внезапно дверь рубки распахнулась. На пороге стоял один из матросов, промокший до нитки.

– Сэр, прямо по курсу виден огонь! – матрос, сообщив информацию, тут же ретировался.

Капитан взял бинокль и стал всматриваться в темноту. Ничего не обнаружив, он протянул бинокль Ирвину Фланагану, – именно так звали пассажира «Гесперуса», готовившегося стать новоиспечённым смотрителем маяка на островах Фланнан.

– Мистер Фланаган, я прошу Вас проверить информацию, сказанную этим салагой, лично я ничего не вижу, но необходимо удостовериться. Вам придётся выйти на палубу. Держитесь крепче и наденьте плащ. Первым делом проверьте курс! – шкипер из предосторожности сбавил ход и пристально вглядывался в бушующее море.

Шквальный ветер чуть не сбил Ирвина с ног, но он успел ухватиться за ручку двери рубки. Дождевой плащ спасал от ливня. Впереди бесновались волны.

Когда нос корабля устремился вверх, Фланаган увидел впереди по курсу яркую желтую точку. Он посмотрел в бинокль: нечёткие очертания чего-то тёмного, огромного, неправильной формы, а выше – огонь, проблёскивающий огонь!

«Быть того не может, на маяке никого нет», – Ирвин отвёл бинокль в сторону, чтобы через мгновение снова удостовериться в обратном. На этот раз ему удалось разглядеть очертания скалистых берегов и сам маяк. – «Но почему же он горит? Игра света?» – он поспешил в рубку.

– Впереди острова! Мы идём прямо на них! – Ирвина чуть не сбил с ног всё тот же матрос, ворвавшийся в рубку

– Прямо по курсу Эйлин Мор! – почти одновременно прозвучала исчерпывающая информация для шкипера от матроса и Фланагана, чтобы принять решение незамедлительно взять вправо и дать полный назад.

Судно качало из стороны в сторону, волны поднимались над ним, обрушиваясь на корабль.

– Не налететь бы нам на скалы! – шкипер с усилием удерживал штурвал.

«Гесперус», преодолев огромный гребень волны, шёл по нисходящей с неё. Ветер ослабевал, а с ним и волны. Очертания островов виднелись невооруженным глазом слева по борту.

– Мы на краю бури, – настроение шкипера улучшилось, он снова покручивал кончики усов, – скоро волнение прекратится.

Эйлин Мор

Остров есть. Толчком подземным

Выхвачен у Нереид. Девственник. Еще никем не

Выслежен и не открыт…

Марина Цветаева,

«Острова»

Шторм шёл на спад, небо начало проясняться. «Гесперус» огибал архипелаг из семи островов с западной стороны. На самом большом из островов, представлявшим собой один сплошной скальный массив, виднелось белое тело маяка, который выглядел одиноко в серо-голубом обрамлении воды и неба.

Глазам Ирвина предстал довольно печальный вид: пристань местами была разбита ранее случавшимися здесь штормами.

– Что за строение рядом с маяком? – Фланаган с осторожностью поднялся на пристань, так и норовящую рухнуть в любой момент.

– Часовня. Построена вместе с маяком, – капитан поднялся за ним следом. – В этих местах помощь Всевышнего никогда не помешает, не так ли, господа матросы? Ваша помощь в выгрузке провианта тоже не будет лишней, живее! – Харви повысил голос на команду, которая находилась в двух других лодках с грузом.

– Да, Сэр! – хором ответили матросы.

Проходя мимо голого флагштока, капитан отдал приказ закрепить флаг на нём.

– Великобритании или Шотландии, сэр? – один из бывалых матросов посмотрел на шкипера и не скрывал улыбки, зная ответ своего капитана наперёд.

– Правь, Британия, морями, – Харви осёкся, – но, чёрт меня побери, Андреевскому кресту здесь быть! – капитан ударил кулаком по металлическому поручню пристани, от чего тот прогнулся.

Команда встретила одобрительным ревом распоряжение шкипера. Внезапная сцена шотландского свободолюбия приободрила Ирвина.

Они поднимались вверх по бессчетному количеству каменных ступеней. Вскоре Фланаган и шкипер достигли вымощенной брусчаткой извилистой дорожки, ведущей к маяку, по которой были проложены рельсы для доставки грузов на маяк от берега в небольших вагончиках.

– Вы осмотритесь тут, а я вернусь и ускорю разгрузку ящиков с провиантом и инструментами, ветер усиливается, нам пора возвращаться, – Харви повернул назад к пристани так же неожиданно, как закончился сегодняшний шторм.

Ирвин заключил, что от силы ветра в жизни шкипера многое зависит. Истинные причины стремительного отступления заключались в другом. Фланаган понимал это и разделял его волнения.

Ворота, ведущие к маяку, были заперты на массивный замок. Механизм давно заржавел и не поддавался ключу, полученному Ирвином в Администрации Маяков Шотландии. Потребовалось немало усилий, чтобы при помощи тяжелого камня снести его.

Ощущение пустоты не покидало Фланагана. Пустоты и беспокойства. Свет на маяке в шторм не давал покоя. Ему хотелось подняться на маяк и проверить лампы.

Отперев двери, ведущие в башню маяка, на этот раз замок поддался, он увидел винтовую лестницу. Ирвин стал медленно подниматься по ней. Шаги эхом отдавались в стенах маяка, создавая обманчивое впечатление, что рядом с ним идёт кто-то ещё. Фланаган не стал задерживаться в вахтенной комнате, а сразу же начал подъём по лестнице в фонарное помещение. Крышка входного люка потребовала немалых усилий, чтобы Ирвин смог её открыть. Первым делом он проверил лампы: фитили были не подрезаны, топливо в них отсутствовало.

«Значит, это была игра преломления света, и никто не зажигал огонь на маяке», – груз беспокойных мыслей упал с плеч Фланагана.

Из башни Ирвин направился к домику смотрителя. На крыше нервно поскрипывал флюгер. В тон флюгеру заскрипели открывающиеся входные двери, замок на которых был исправен.

У двери на жерди располагались три дождевых плаща. У окна на столе стояла керосиновая лампа, и лежал весь покрытый пылью вахтенный журнал. Три кровати были заправлены. Фланаган тут же подумал, что две кровати он из помещения удалит для увеличения пространства. Стенной шкаф был отведён под книги. Между книгами небрежно были вложены бумажные свёртки.

«Карты или важные распоряжения Администрации Маяков Шотландии», – Ирвин поправил их.

На кухне царил порядок. Посуда и приборы аккуратно были убраны в кухонный шкаф, три стула заведены под стол.

Фланаган вернулся в жилую комнату. Только сейчас он обратил внимание, что часы на стене отсчитывают время в обратном порядке. Ему стало не по себе, лёгкая дрожь коснулась его тела.

«Неисправность, наверное, что-то с заводным механизмом, шестерёнками. Но как они столько времени идут?» – Ирвин снял часы со стены и положил их циферблатом на стол.

Воздух в помещении был с привкусом пыли. Оказавшись на улице, Фланаган почувствовал себя свободнее. Он направился к двери помещения, где хранятся инструменты. Со старым ржавым замком пришлось разобраться с помощью всё того же увесистого камня.

В помещении было темно. Ирвин зажёг спичку, и свет выхватил из темноты стену с закреплёнными на ней инструментами, металлический стол с ящиками и установленным на него верстаком. Открывать ящики он не стал. Слева от стены с инструментами была сложена довольно сносного качества доска и застеклённые оконные рамы.

На причале заканчивали выгрузку вещей и провианта для смотрителя.

– И что заставило его взяться за эту работу, Сэр? – один из матросов, обращаясь к шкиперу, с трудом поднял из лодки на причал ящик с картофелем.

– Слухами людскими земля полнится, много чего говорят, – на секунду Харви задумался, лично устанавливая шотландский флаг на флагшток.

– Поговаривают, одна молодая особа из здешних краёв, небезразличная Фланагану, бесследно исчезла. Он искал её повсюду… – бывалый матрос не успел сказать, что хотел, как товарищи продолжили за него.

– Выходя замуж, женщины меняют фамилию. Этого Фланаган не учёл в своих поисках? – раздался хохот моряков, находившихся рядом с балагуром.

– Нет, братцы, тут другое дело. Фланаган всю Шотландию объездил… – бывалый матрос снова был прерван балагуром.

– И решил посмотреть, нет ли её на маяке? – моряки снова захохотали.

– Отчаяние привело его сюда, – закончил свою речь бывалый матрос.

– Отставить разговоры! Заканчивай выгрузку! Ветер усиливается, а значит, шторм вернётся! Вы же не хотите, чтобы вас завтра поймали в рыбацкие сети? За работу! – шкипер любовался флагом, реющим на ветру, и был одержим желанием поскорее убраться с этого острова.

Вдали показалась фигура мужчины в чёрном пальто. Фланаган шёл от маяка к причалу. Выгрузка шла полным ходом. Матросы подавали из лодки ящики с провиантом, инструментами, топливом, другие подхватывали их на обветшалом причале, третьи поднимали их по лестнице и складировали их в вагонетки.

Наконец, последний ящик был поднят на берег из лодки. К этому времени Ирвин оказался на причале.

– Мистер Фланаган, матросы помогут Вам доставить всё это, – шкипер обвёл жестом вагонетки, – к маяку. После чего мы отплывём в Бракслит.

Матросы, взяв короба, направились к маяку, а капитан Харви остался на причале. Он раскуривал трубку.

– Сырость отступает, – шкипер продемонстрировал Фланагану курительное устройство. – Вы не курите?

– Нет, мне придётся разжигать устройство сложнее курительной трубки каждую ночь, недостатка в огне не будет, – Ирвин спустился в лодку шкипера.

Он отыскал свой саквояж и вернулся на причал.

– Одно лишь море вокруг! Море приятный собеседник: оно умеет слушать. А если научитесь слышать его, то Вам одиночество не страшно, – Харви смотрел в сторону маяка. – Не стоит придавать значения всему, что Вы слышали об этом месте. Не всё то правда, что люди говорят.

Ирвин молчал, сжимая с силой ручку саквояжа.

– Мне пора отправляться, скоро стемнеет, нужно успеть подготовить маяк к работе, – мужчины обменялись крепким рукопожатием.

– Следующая наша встреча состоится в декабре на этом же причале. В двадцатых числах, если погода позволит. Но если же море будет неспокойно, ждите нас в течение следующих двух недель. Обычно, волнения не длятся дольше, – шкипер отпустил руку Ирвина.

«Что ждёт тебя в этом проклятом самим Морским Дьяволом месте?» – думал шкипер, смотря Фланагану вслед.

Выгрузив короба у ворот маяка, матросы возвращались назад. Никто из них даже из любопытства не выказал желания посетить маяк, имевший в здешних краях крайне сомнительную репутацию.

Сдержанно попрощавшись с шедшим навстречу Ирвином, они поспешили к причалу, где их ждали лодки.

Таинственная история

…И тени намека на смерть не нашли,

Обрыскав от края до края

Весь остров. Исчезли ребята с земли

Пучина ль взяла их морская?¹…

Уильям Гибсон,

«Острова Фланнан»

Эта встреча состоялась в Глазго до предпринятой Ирвином переправы на острова Фланнан. Кто может рассказать больше о маяке, чем главный смотритель, работавший на нём с 1899 по 1910 годы?

В обычный шотландский пасмурный день Фланаган постучал в дверь дома Джозефа Мура. На пороге долго никто не появлялся, тогда Ирвин позвал хозяина дома:

– Господин Мур! Мне нужно поговорить с Вами, – стук в двери становился всё нетерпимее.

Наконец, послышались шаги, дверь отворилась. На пороге появился Джозеф. Глубоко посаженные глаза, грозный взгляд, чёрные густые борода и усы, длинные волосы. Он выглядел отшельником, монахом-старцем, но грозным монахом.

– Если Вы один из газетных писак, ищущих сенсаций, убирайтесь, – Мур попытался закрыть двери, но Ирвин остановил его.

– Меня утвердили в должности смотрителя маяка на Эйлин Мор, с этим к Вам и пришёл.

– Чего Вы от меня хотите? – интонация в голосе Мура сменилась с недоброжелательной на вопросительную.

– Услышать правду, что же действительно произошло на маяке Эйлин Мор со смотрителями, – Ирвин протянул Муру бумаги из Администрации Маяков Шотландии, утверждавшие его в должности смотрителя маяка.

– Стало быть, скоро Вам отправляться на вахту? – Мур прочёл несколько строк из бумаг, – Прошу простить за резкий приём, ко мне часто обращаются из газет, чтобы в сотый раз услышать то, что говорил ранее. Это изрядно мне надоело. Входите, – Джозеф пригласил нежданного гостя войти в дом.

Расположившись в гостиной, которой явно недоставало света с улицы, Ирвин некоторое время ожидал Джозефа, решившего проявить своё гостеприимство и угостить чаем нежданного гостя.

– Итак, мистер Фланаган, строительство маяка было начато Джорджем Лаусоном из Гутерглена в 1895 году по проекту Дэвида Алана Стивенсона. Заказчиком выступала Служба Северных Маяков. Местом для постройки маяка была выбрана наивысшая точка самого крупного из островов, – Джозеф угостил Ирвина чаем.

– Эйлин Мор? – Фланаган обжёгся горячим напитком, но не подал вида.

– Именно. Дело было чрезвычайно затруднено тем, что приходилось поднимать строительные материалы из лодок прямиком на ста пятидесяти футовые скалы.

Мур удобно расположился в кресле. Беседа предстояла быть длительной.

– Вместе с маяком была сооружена береговая станция в Бракслите на острове Льюис, откуда Вы отправитесь на маяк в сопровождении доблестного шкипера «Гесперуса» Харви, настоящего морского волка здешних морей. Остров Льюис находится в семнадцати морских милях к востоку от островов Фланнан.

На улице стал накрапывать дождь. Чашка чая в руках позволяла Ирвину чувствовать себя уютно. Он приготовился слушать историю Джозефа.

– Впервые огонь на маяке был зажжён 7 декабря 1899 года. Он служил ориентиром кораблям, огибающим Верхние Гебридские острова, в частности острова Фланнан, и западный берег Шотландии, – Мур поставил чашку чая на стол. – Сигнал маяка можно было увидеть в радиусе шестнадцати морских миль.

– Вы были на маяке в первые дни его работы? – Фланаган снова попытал счастья отпить чай и не обжечься. На этот раз ему это удалось.

– Нас было четверо. Дежурная бригада маяка состояла из трёх человек, – Джозеф сделал паузу. – Нелегко Вам одному придётся. Четвёртый смотритель находился на станции в Бракслите и при каждом рейсе на острова сменял одного из смотрителей с маяка. Вас сменять некому, насколько я понял, исходя из предоставленных бумаг.

– Меня это не останавливает, господин Мур, – Ирвин обвёл взглядом гостиную. Его внимание привлекла фотография на стене. На фоне маяка стояли четверо мужчин. – Это пропавшие смотрители? На фотографии? – он подошёл к ней и подробнее рассматривал фотокарточку.

– И я вместе с ними, второй слева. Это казалось большим приключением: море, маяки, настоящая мужская работа. Кто бы мог знать, что всё так кончится, – Джозеф смотрел в одну точку, не переводя взгляд и не моргая. – В декабре 1900 года на маяке дежурили Джеймс Дукат, Томас Маршалл и Дональд Макартур.

– Вы находились в Бракслите? – Ирвин снова расположился в кресле.

– И жалею об этом всё это время. Если бы я был на маяке, этого могло не случиться, – Мур поставил чашку на стол. Частое постукивание её о стол выдавало дрожь в руках бывшего смотрителя.

– Прошлое не знает сослагательного наклонения, никто не может знать, какие варианты готовила судьба, – Фланаган знал, что-то сказать нужно в этой ситуации, но не знал, что именно.

– 15 декабря 1900 года Холмен, капитан парохода «Арктор», следовавшего из Филадельфии в Лит, не обнаружив сигнала маяка, сообщил об этом по прибытии береговой охране Шотландии. С 20 по 26 декабря мы ждали подходящих погодных условий, чтобы отправится на «Гесперусе» к маяку. Много времени было упущено. По прибытии на Эйлин Мор меня удивил тот факт, что никто из моих товарищей не вышел к причалу встречать корабль. Тогда я отправился на маяк, в надежде найти их там, но тщетно. Мы обследовали остров с матросами. Было ясно, что смотрителей на нём нет. Они бесследно исчезли, – развёл руками Мур.

– Проводилось ли расследования этого случая? Власти не могли оставить исчезновение смотрителей без внимания, – Ирвин хотел узнать больше об этих событиях, об этом острове, о маяке.

– Официальное расследование проводил сам руководитель Администрации Маяков Роберт Мюрхед. Одну минуту, мистер Фланаган, у меня есть текст этого заключения, – Джозеф вышел из комнаты и вернулся с листом печатного текста, протянул его Ирвину. – Это официальное заключение расследования.

Ирвин прочёл текст.

На основании тех свидетельств, которые были у меня в распоряжении, я могу заключить следующее: мужчины были на службе до обеда 15 декабря 1900 года. Ввиду надвигающейся бури, они отправились на берег для того, чтобы получше закрепить ящик, в котором находились швартовочные снасти. Когда смотрители достигли берега, шторм резко усилился и, вероятнее всего, внезапная волна накрыла смотрителей полностью и смыла их в море.

Подписано Робертом Мюрхедом

– За десять лет, проведённых на острове, я так и не нашёл разгадки странного исчезновения товарищей, которую нашёл Мюрхед за два дня, – Мур скептически относился к официальному заключению расследования. – Это была опытная команда, но по версии Мюрхеда, смотрители грубо нарушили правила работы на маяке. Один из смотрителей всегда должен оставаться на маяке, тогда как в заключении расследования все трое находились на берегу.

– Тогда в чём причина исчезновения смотрителей? – Ирвин хотел услышать версию Джозефа.

– Когда я вошёл в домик смотрителей, то увидел заправленные кровати, часы на стене остановились, на кухне был перевёрнут стол. Водонепроницаемые плащи были на месте. Тогда я обследовал остров с матросами. Мы увидели, что западный причал был практически не тронут штормом, а восточный причал понёс серьезнейшие повреждения: ящик со швартовными снастями, находившийся на высоте ста десяти футов над уровнем моря, был опрокинут; металлические рельсы на причале погнуты, а то и выкорчеваны из бетона; на высоте около двухсот футов над уровнем моря огромный монолит гранитной скалы был сдвинут на расстояние одного ярда, – на лице Мура в этот момент можно было запечатлеть удивление.

В гостиной стало ещё темнее, небо прочно заволокло серым одеялом туч.

– Очень странным для меня было то, что на платформе чуть ниже маяка пропали ящик с инструментами и два из трёх непромокаемых костюмов. Почему смотрители взяли инструменты и плащи там, а не на маяке, если, вообще, они их взяли, – Джозеф сделал паузу.

– На Эйлин Мор заходят суда помимо «Гесперуса»? – спросил Ирвин.

– Могут, но в вахтенном журнале нет ни одной записи об этом. После постройки маяка на острове даже пастухи с овцами редко стали показываться, – Джозеф посмотрел на открытое окно, через которое в комнату стал забивать дождь.

Мур закрыл окно и вернулся к беседе.

– Обследовав маяк, было видно, что его подготовили к работе: фитили в фонарях были чисты и аккуратно подрезаны, резервуары полны топлива, лампы почищены и заправлены.

– А вахтенный журнал был на месте? – Ирвин знал о существовании и использовании оного в работе смотрителей.

– Не менее таинственны и записи в журнале. Журнал сохранился на маяке, Вы найдёте его в домике смотрителей и прочтёте собственными глазами о событиях с 10 по 15 декабря 1900 года. Я лишь добавлю, что шторма, упоминавшегося под датой 13 декабря, не могло быть. Мы бы в Бракслите непременно знали о нём. Так же странно, что были стёрты меловые записи о погоде в период с 12 по 15 декабря, – Мур подошёл к окну, дождь не прекращался. – Если Вы что-то узнаете, сообщите мне почтой. Я оставил все вещи на маяке в таком же расположении, в каком они были на момент первого моего рейса после исчезновения друзей, чтобы следующий смотритель смог взглянуть новым взглядом на те странные события.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Перевод с английского Юрия Князева

Вернуться