Труден только первый шаг…
Юмористические рассказы. Часть 10. Прогулки по Рудне
Николай Хохлов

© Николай Хохлов, 2019

ISBN 978-5-0050-7105-7 (т. 10)

ISBN 978-5-0050-1751-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Сколько замечательных шуток и реприз появляется в свободном доступе на просторах Интернета и в печати – не сосчитать! Выстрелят, блеснут гранями своего остроумия и затухают, как прогоревшие свечи. Обидно!

Вот почему я решил дать этим шуткам ещё один шанс запомниться. Всего лишь один шанс. Ну а хорошо ли, плохо ли у меня получилось, судить вам, дорогие читатели.

В этом сборнике свои шансы используют шутки с 1307—1426 из моей коллекции. Шутки, и иллюстрации, используемые в рассказах, не принадлежат автору.

В качестве иллюстраций использованы материалы сайта https://pixabay.com/ru/

Труден только первый шаг!
(О дорогах)

Май в этом году в Полоцке выдался своенравным и жёстким. Удивил снегом и морозом. Сады зацвели поздно. Земля на дачных участках подсохла лишь к средине месяца. Тем не менее наши герои успешно справились с весенними хлопотами и решили навестить свою малую родину на Брянщине. Не мешкая собрались и отправились в путь. В Витебске их ждал первый сюрприз. По каким-то соображениям ввели пересадку в Рудне.

Сев в вагон дизеля, некоторое время ехали молча. Иванович, решился начать разговор, чтобы скоротать время:

– Что-то вы смурные сегодня? – покосился он на друзей, – не выспались? Только наше предприятие стоит того. Ведь десять годков в родных местах не появлялись. Так что пора. Помните, труден только первый шаг! Остальные гораздо, гораздо труднее. Так что выше голову. И запаситесь терпением.

– Говоришь остальные шаги гораздо труднее будут? – тоскливо посмотрел в окно Владимирович, – эх, ну что за дела… Какая несправедливость. Да знаете ли вы, что наши дороги самые лучшие: и грыжу вправят, и камни из почек вытрясут! Так что и не надейтесь. Я только вперёд устремлён.

– Превосходно, что ты так решительно настроен, – одобрительно похлопал друга по плечу Константинович, – а как ты относишься к приметам? Вот, допустим, знаешь ли ты что, если дорогу перешла бабушка с ведром урана, то это к обогащению?

– Насчёт обогащения не знаю, – честно признался Иванович, – а вот то, что поговорки народные затрагивают самую суть уверен. Вот, к примеру. Всем известно, что вода камень точит? Вижу, знаете. А задумывались ли вы над тем, что делает это она более успешно почему-то преимущественно только на наших дорогах?

– Да тут и ежу понятно, – отмахнулся Владимирович, – ну, не приживается у нас асфальт. Отторгает его земля нашенская…

– Э-э-э, не скажи, – возразил Константинович, – если в любом городе ехать по хорошей дороге, то можно приехать только к дому мэра, и никакого отторжения асфальта почему-то не наблюдается… Что удивительно, там и ямочного ремонта делать не надо… Нет там ям…

– Вообще-то братцы нужно быть объективными, – призвал Иванович, – дороги федерального значения в России строятся. Хороших дорог становится всё больше и больше. И согласитесь, на трехрядной дороге всегда найдется идиот, который создаст пятый ряд.

– Ой, нашёл чем удивить, – развёл руки Владимирович, – да пойми же ты наконец, дорогой наш человек называет то место, где собирается проехать. Поэтому пятый ряд на трехрядной дороге у нас вполне нормальное явление.

– Пятый ряд, эка невидаль, – усмехнулся Константинович, – вы давненько не попадали на капитальные ремонты полотна с объездом. Помните, уж если наши дорожные службы сделали объезд, будьте уверены, по ремонтируемой дороге даже на танке не проедешь!

– А что вы хотели? – удивился Иванович, – люди у нас бережливые. Экономят на всём. Норовят отщипнуть везде, где можно и нельзя. Помните лежачего полицейского уложили возле девятой школы? Так вот, судя по толщине, лежачий полицейский был нищим майором.

В вагоне появились пограничники, деловито проверили паспорта.

– Бережливость она должна быть полезной, – продолжил прерванный разговор Константинович, – она призвана дисциплинировать человека. Вот согласитесь, рациональнее дорогу переходить только по пешеходному переходу, ведь, если, не дай бог, машина собьёт – то хоть компенсацию получишь…

– В ином месте и переход этот самый трудно определить, – сокрушённо заметил Иванович, – разметка поистёрлась. Да чего уж там, каждое утро ощущаю всю жесть наших дорог… Когда ехал в маршрутке… Жвачка в моём рту… жевалась сама собой…

– Разбитые дороги, – это плохо, – принялся рассуждать Владимирович, – но и новые не лучше. Там машин тьма. А на оживлённой автодороге прямо как в жизни. Движению вперёд всегда мешает чья-то задница!

– Так хорошие дороги пытаются беречь, – напомнил Константинович, – делают их платными. Только нужно помнить, что, если вы решили поехать по платной трассе, то будьте готовы постоять и в платной пробке. (Авт.)

Дизель замедлил свой бег. За окном побежали первые строения Рудни. Медленно поплыл перрон и остановился.

– Вот мы и прибыли, – оповестил Иванович, – помните, труден только первый шаг! Остальные, надеюсь, не будут для нас гораздо, гораздо труднее. Так что выше голову. И запаситесь терпением. Давайте вспомним, что мы знаем о Рудне? Мне, допустим известно, что первые упоминания о поселении датируются примерно 1363 годом. Причём звучало название, как Родня. Означало оно «плодородный». Выходит, земли здешние были урожайными. В наше время название трансформировалось в Рудню, что созвучно с названием протекающей реки, воды которой имеют красно-коричневый цвет, одним словом ржавый.

– Расцвет в Рудне начался в 1856 году, – добавил Владимирович, – когда была построена дорога Витебск – Смоленск и проложено железнодорожное полотно Рига-Орёл в 1868 году.

– Во время войны, – нахмурился Константинович, – немцы вошли в город 14 июля 1941 года. Их скопление на Базарной площади прямой наводкой накрыла батарея «Катюш». А вот освобождали город в конце сентября 1943 года войска двух армий 39-й и 43-й. Входили они в состав Калининского фронта.

– Вот и славненько, – подвел итог Иванович, – освежили память, мозги встряхнули, пора билеты на Смоленск брать.

Друзья вошли в вокзал и направились к билетным кассам.

Май 2017. 1307—1321 (15)

У меня есть один вопрос
(О собаках.)

Вокзал в Рудне достаточно большой, а в просторном зале ожидания оказалось, не смотря на дневное время, пусто. В окошке билетной кассы откровенно скучала молодая женщина. Уразумев, куда нужны билеты, молча оформила и подала вместе со сдачей, дав понять всем своим видом, что мужчины пенсионного возраста её совсем не интересуют. Поняв откровенный намек, наши путешественники прошли в дальний угол и на подоконнике развернули нехитрые домашние припасы. Домашнюю колбаску. Ковалочек полендвицы. Огурчики. Помидорчики. Варёные яички. Перекусили. Полистав смартфон и взглянув на часы, Иванович предложил прогуляться по городку. Получив молчаливое согласие, оставили ручную поклажу в камерах хранения и вышли на перрон. Учуяв запах вкусной домашней снеди, к ним подбежала собачонка, преданно глядя в глаза, активно виляя хвостиком. Владимирович улыбнулся, достал из сумки бутерброд и угостил попрошайку. Та принялась насыщаться, смешно открывая пасть. Глядя на умильную картинку, Иванович, двинулся вперёд, оставляя вокзал за спиной. Псинка, быстро расправившись с угощеньем, проворно обогнала друзей и, с грациозно поднятой мордашкой, гордо засеменила впереди. Глядя на неё, Иванович изрёк:

– У меня есть один вопрос. Он меня очень интересует. Кто определяет, что корм для собак стал ещё вкуснее?

– Как это кто? – удивился Владимирович, – человек и определяет. Ведь собака – это друг человека! Причем она об этом прекрасно знает и поэтому берет котлеты без спроса и молча их уплетает.

– А не надо баловать, – возмутился Константинович, – воспитывать нужно животное. Вот, скажем, если повесить у собаки над головой ту же котлету, она прослужит вам намного дольше.

Повернули влево по Станционной улице. Собачонка, было проскочившая прямо, резко исправила свою ошибку, и возглавила шествие, чаще поглядывая на сопровождаемых, словно охраняя.

– Собака, собака, – позвал Иванович, – давай дружить! Полетим с тобой в дальние страны, а люди посмотрят и скажут – собаки летят, скоро осень…

Пёсик оглянулся, вильнул хвостом и посеменил дальше.

– О, видели, понимает, – восхитился Владимирович, – вот лишнее подтверждение, что собака – это друг человека… Надеюсь этот ротвейлер бежит, – показал он на другую шавку, догоняющую их, – чтобы узнать, как у нас дела…

– Где ротвейлер, – запаниковал Константинович, нервно оглядываясь?

– Вон, – кивнул на обогнавшую их дворнягу Владимирович.

– Фу, ну у тебя и шутки, – облегчённо вздохнул Константинович, – ведь так и до инфаркта можно довести. Друг называется. А между прочим извечные враги, в нашем понимании, кошка и собака часто ломают этот стереотип. И если между собакой и кошкой вдруг возникает дружба, то это не иначе, как союз против повара.

– Не знал, – удивился Иванович, – что ты так боишься собак. Чего их боятся? Подумаешь ротвейлер, среди них то же бывают добродушные создания. А вот из таких, – кивнул он на сопровождающего их пса, – настоящие монстры попадаются. Слыхали про собаку Баскервилей? Так вот, это Муму, которой удалось выплыть!

– Увы, – вздохнул Владимирович, – Муму не выплыла. Ушла на дно. Туда, куда отправил её Герасим несмотря на то, что знал: собака – это образец верности, и она верна человеку, а вовсе не другим собакам.

Словно в подтверждение сказанного, увязавшийся за ними пёсик оскалил зубки и облаял догнавшую его собачонку. Та, от неожиданности, поджала хвост и шмыгнула в ближайшую улочку.

– Толково, – восхитился Константинович, – настоящая охрана у нас. Были бы в Полоцке, взял бы на дачу не задумываясь. На обратном пути может и прихвачу тебя, – обратился он к пёсику, – а вообще, имейте ввиду, если вы купили собаку, и она вовсю грызет деревья – возможно вам достался пес редкой породы «боберман». От такого на даче одни хлопоты будут.

Из-за ворот, очередного дома, залаяла огромная псина. Друзья невольно покосились в ту сторону. В глаза бросилась яркая, предупреждающая табличка «Осторожно! Во дворе очень добрая собака. Но за её настроение не ручаемся!»

Друзья заулыбались.

– Всё-таки здорово, – произнёс Иванович, – что народ у нас остроумный.

– Народ у нас действительно смекалистый, – согласился Владимирович, – но вернемся к теме разговора. Согласитесь, собака – это одно из немногих существ на этой планете, которое любит вас больше, чем себя.

Станционная плавно перешла в улицу Вокзальную.

– Так-то оно так, – с сомнением посмотрел на сопровождающего пса Константинович, – но не надо доводить дело до абсурда и, если еда с вашего стола не подходит вашей собаке… может пора выгнать эту зажравшуюся скотину?

– Или разобраться с тем, кто готовит пищу? – Вопросительно посмотрел на спутников Иванович, – ведь всем известно, что собака умнее человека, потому что она не только смотрит умными и преданными глазами, но ещё и догадывается помалкивать при этом.

– Ты прав, – развёл руками Владимирович, – собака – это очень необычное создание; она никогда не пристает с расспросами, какое у тебя настроение, ее не интересует, богат ты или беден, глуп или умен, грешник или святой. Ты ее друг. Ей этого достаточно.