# Человек и то, что он сделал… Книга 1. Накануне краха

Александр Николаевич Афанасьев

Эта книга – документ, книга-размышление и причинах и событиях, вызвавших распад и развал нашей недавней Родины – Союза ССР. О том, какие люди и события к этому привели, что этому способствовало и кто помогал или противился.

# Александр Афанасьев. Человек и то, что он сделал… Книга 1. Накануне краха

© А.Афанасьев. 2019


## Книга 1. Накануне краха

> Я уже не говорю, что позитивный имидж Москвы в мире никогда не был столь неоспорим, как при Михаиле Горбачеве, которого страна слишком недолго имела честь называть своим президентом.

> Конечно, в те годы многим сторонникам перемен казалось, что все нужно делать быстрее и решительнее. Однако история показывает, что в большинстве случаев успехов достигают те реформы, которые идут пусть и не слишком быстро, но поступательно и целенаправленно. Горбачев, вероятно, сам задал иной тренд, объявив перестройку революцией, которой она в итоге, увы, и стала.

> Владислав Иноземцев

### Пролог. Горбачев. Перестройка

Более четверти века прошло с тех пор, как у нас рухнула страна.

Эти, в общем-то, простые слова – не отражают и сотой доли катастрофичности всей ситуации. Без видимых причин перестала существовать одна из сверхдержав мира. Была разрушена целая мировая система социализма, в которой в центре был Советский Союз. Для многих народов – перестала существовать надежда модернизировать свои страны и свою жизнь и жить как люди, а не как скоты или пушечное мясо в истребительных войнах. На Ближнем Востоке – крах социализма обернулся стремительным ростом наиболее радикальных форм ислама, предлагающего лишенным надежды людям простой и страшный выход из жизненного тупика – идите, грабьте и режьте неверных! Ваша жизнь ничего не стоит, в ней нет просвета? Так отдайте ее за Аллаха!

В Европе – потерявших центр притяжения поляков, чехов, болгар, румынов, венгров – приняли в ЕС и в НАТО – но получили ли они то, что хотели? В каком-то смысле да – почти все страны получили немалые деньги на инфраструктуру, на развитие. Но при этом – далеко не всем удалось сохранить свою промышленность, на тех же Гданьских судоверфях сейчас тишина. Честная работа на заводе – сменилась трудом гастарбайтеров на птичьих правах или статусом беженца. Но самое главное – лишь меньшинство стран, таких как Чехия – действительно стали европейскими и по уровню достатка (хотя бы на минимальном уровне) и по уровню политической культуры. Кто-то живет в нищете и беспросветности как болгары – у которых в деревнях снова яйца стали использоваться вместо денег. Кто-то построил нормально функционирующую экономику – но при этом общество является радикально ксенофобским, а в политики проходят и явные психопаты – это Польша. Кто-то до сих пор существует на деньги ЕС и потерял до четверти населения – это Прибалтика.

В странах бывшего СССР – где-то построили современный аналог средневекового ханства, где-то ударились в ксенофобию, где-то в авторитаризм разной степени мягкости. Но я вряд ли солгу если скажу – нигде, ни в одной стране постсоветского пространства – не построили то государство, тот политический строй, о котором мечтали вслух во времена Перестройки. И нигде нет того общества, о котором мечтали в Перестройку. Рухнуло братство народов. Растоптаны мечты и надежды. Немалое число людей не желало бы жить в тех странах, в которых они живут.

В экономике – произошел развал хоть как-то, но функционировавшего механизма, позволявшего огромной территории мира обеспечивать самих себя всеми материальными благами, производя их самостоятельно. Во многих случаях – развал не был обусловлен экономически, он был вызван или политическими причинами, или банальной жадностью и неуступчивостью одного из звеньев цепи поставок. Яркий пример – Украина, импортозамещение судовых турбин и вертолетных двигателей. Надо понимать, что, импортозамещая, мы по второму разу вкладываем деньги и труд, которые были уже вложены нашими дедами и отцами, причем часто они поднимали предприятия из руин после ВОВ. И теперь – как оказалось – ради того чтобы все это бросить. Это трагедия, иначе и не скажешь. Трагедия, обусловленная глупостью, злонамеренностью и амбициями.

В начале всего этого было слово, и слово это было Перестройка. И произнес его человек по имени Михаил Сергеевич Горбачев.

Когда я начал подбирать материал, я обнаружил, что серьезных книг о Горбачеве немного, а про Перестройку – и того меньше. Удивительное дело – произошло планетарного масштаба событие, прошло двадцать пять лет, даже больше – а мы о нем ничего не знаем. Или почти ничего. Вот скажите, в чем заключалась Перестройка? Не знаете… А в какой момент начала разваливаться страна и почему? Тоже крайне дискуссионный вопрос.

Что еще хуже – большая часть книг про Горбачева написана либо самим Горбачевым, либо под его диктовку. То есть, написана пристрастно, и в них сказано то, что хотел сказать сам Михаил Сергеевич. Я читал его труды, например, «Остаюсь оптимистом». Поражает то, что при объеме книги – каких-то серьезных, весомых размышлений о том, почему рухнула страна – нет. Горбачев пишет в повествовательном стиле о себе, о том, что он делал, о том, что делали другие – а вот серьезный анализ отсутствует. Максимум что там есть – политический анализ, причем довольно наивный. Горбачев юрист – но по какой-то причине в его книгах совершенно нет точной информации о том, планировал ли он правовую реформу, зачем, какую именно, какие именно новые нормативные акты были приняты и как они сказались на стране, на хозяйственной жизни, на людях. Почему Съезд народных депутатов был избран именно в таком виде, какие решения он принял, зачем Горбачев решил там председательствовать (то есть совмещать в одном лице законодательную, исполнительную и партийную власть), почему именно парламентом был первый раз «в виде исключения» избран президент СССР? Ответов на эти вопросы – Михаил Сергеевич не дает, и закрадывается вопрос – а знает ли он их? Или действовал наобум (в моем понимании, Горбачев действовал наобум довольно часто, и это и стало одной из причин катастрофы)? Полностью отсутствует экономический анализ – какие были планы экономических реформ, почему премьером стал Рыжков, какие задачи перед ним ставились и выполнил ли он их, почему была провалена на этапе принятия программа «500 дней» и в чем была альтернатива. Зато время от времени, обычно в интервью прорываются удивительные вещи, так как «надо было изыскать десять – пятнадцать миллиардов долларов и закупить на них за границей товары для продажи гражданам». Господи, да и сто миллиардов бы не помогли – когда все каналы товародвижения в стране находились в руках экономической мафии, любая товарная масса разошлась бы по нужным рукам, а, то и была бы реэкспортирована, чтобы продать за твердую валюту и за настоящую, а не государственную цену. Мы же видим пример Венесуэлы. Она не распалась до сих пор только потому, что в ней нет и никогда не было союзных республик и братских народов.

Судя по обрывкам информации – приходится констатировать, что Горбачев и его команда в экономике были опасными дилетантами, нахватавшиеся чего попало во время поездок на Запад и разговоров с учеными, и теперь пытающимися это внедрить, причем действовавшими часто наобум. Попробуем, а если не получится, еще что-нибудь придумаем. Ну и… политический догматизм все-таки сильно довлел над разумом и здравым смыслом. Попытки все поменять ничего при этом не меняя, никогда ни к чему хорошему не приводят. Попытки создать систему, взявшую что-то от социализма, а что-то от капитализма – привели к появлению нежизнеспособного монстра. Горбачев не поднялся над уровнем первого секретаря обкома партии, Рыжков – над уровнем директора крупного завода.

При написании этой книги – я не буду вступать в контакты с самим М.С.Г., с фондом Горбачева и с иными связанными с ним лицами. Это нужно для того, чтобы рассказ о Горбачеве не превратился в рассказ Горбачева, как бывало уже не раз. Более того, я почти не буду писать о детстве, молодости Михаила Сергеевича, о его взрослении, учебе, руководстве Ставропольем – и даже о его пребывании в Политбюро до того как он стал генеральным секретарем. Про это написали многие, и думаю, для многих это было дымовой завесой, призванной скрыть непонимание ими самими того, что произошло с СССР в последние пять – семь лет его жизни. Меня интересуют только 1985–1991 годы. Человек – и то, что он сделал…

Хотя… короткую предысторию всего этого все же написать надо.

### Миша…

Родился 2 марта 1931 года в селе Привольное Медведенского района Ставропольского края (тогда Северо-Кавказский край), в крестьянской семье. Отец – Сергей Андреевич Горбачёв (1909–1976), русский. Мать – Мария Пантелеевна Горбачёва (дев. Гопкало) (1911–1993), украинка.

Оба деда М. С. Горбачёва в 1930-е годы были репрессированы.

Дед по отцу, Андрей Моисеевич Горбачёв (1890–1962), крестьянин-единоличник; за невыполнение плана посева в 1934 году отправлен в ссылку в Иркутскую область, через два года освобождён, вернулся на родину и вступил в колхоз, где работал до конца жизни.

Дед по матери, Пантелей Ефимович Гопкало (1894–1953), происходил из крестьян Черниговской губернии, был старшим из пяти детей, в 13 лет потерял отца, позднее переселился в Ставрополье. Стал председателем колхоза, в 1937 году был арестован по обвинению в троцкизме. Находясь под следствием, провёл в тюрьме 14 месяцев, вынес пытки и издевательства. От расстрела Пантелея Ефимовича спасло изменение «линии партии», февральский пленум 1938 года, посвящённый «борьбе с перегибами». В итоге в сентябре 1938 года начальник ГПУ Красногвардейского района застрелился, а Пантелей Ефимович был оправдан и освобождён. Уже после отставки и крушения СССР Михаил Горбачёв заявлял, что рассказы деда послужили одним из факторов, склонивших его к неприятию советского режима.

Во время войны, когда Михаилу было 10 с лишним лет, отец ушёл на фронт. Через некоторое время в село вступили немецкие войска, семья пять с лишним месяцев провела в оккупации. 21–22 января 1943 года эти районы освобождены советскими войсками ударом из-под Орджоникидзе. После освобождения пришло извещение, что отец погиб. А через несколько дней от отца дошло письмо, выяснилось, что он жив,

Похоронку прислали по ошибке. Сергей Андреевич Горбачёв был награждён двумя орденами Красной Звезды и медалью «За отвагу». В трудные моменты жизни отец не раз поддерживал Михаила.

С 13 лет совмещал учёбу в школе с периодической работой в МТС и в колхозе. С 15 лет работал помощником комбайнёра МТС. В 1949 году школьник Горбачёв за ударный труд на уборке зерновых был награждён орденом Трудового Красного Знамени. В десятом классе, в 19 лет стал кандидатом в члены КПСС, рекомендации дали директор и учителя школы. В 1950 году окончил школу с серебряной медалью и поступил без экзаменов в МГУ имени М. В. Ломоносова, такую возможность предоставляла правительственная награда.


Ставрополье. Середина века. Село, в котором одна улица говорит по-русски, другая – по-украински. Понять, кто есть кто решительно невозможно.

Дом Горбачевых. Как здесь и принято – мазанка, не деревянный, два окна вперед и аж четыре по бокам, вытянутый. По словам друга детства Горбачева Ивана Будякова – хозяйство у Горбачевых было большое – корова, поросята, овечки. Зажиточная крестьянская семья.

Само Ставрополье – сильно отличается от средней полосы России, скажем. Это место, которое подверглось хозяйственному освоению относительно поздно, когда научились решать проблемы с водой, народ здесь в основном пришлый, колонисты отовсюду – Россия, Украина, другие места. Зимы здесь теплее, летом жарко. Здесь никогда не было аграрной перенаселенности и связанного с этим голода, как в центральных районах России. Наоборот, земли было сколько хочешь – только поворачивайся. Как не было здесь и общинности – слишком пестрое по национальному составу население.

Видимо, с этим что-то связано. У российского крестьянства, поколение за поколением живущего в перенаселенном центре общинами – общинность осталась в крови. Я это знаю, потому что сам в детстве много бывал в деревне, знаю, какие там люди. Им не надо объяснять про коммунизм, они сами все понимают, хотя подчас не могут красиво высказаться. Коммунизм для них – не политическая теория, а строй жизни. Как и память о голоде – она есть даже сейчас, не надо обманываться. У Горбачева – ничего этого не было.

В сорок втором в село пришли немцы. В связи с этим существуют две противоположные теории. Первая – то, что маленький Миша, увидев немцев, сказал своим товарищам – стоять, мы их не боимся. Вторая, появившаяся позднее – что Миша пособничал немцам, топил для них баню.

Думаю, что и то и другое – ложь. Когда появились немцы – Миша ничего не сказал своим товарищам. Равно как и немцам он не пособничал – ну, может, приказали баню истопить, он истопил, не больше. В остальном – он просто пытался выжить в немецкой оккупации, как и все, для этого он не высовывался. Не было ничего. Это кстати очень по-горбачевски – когда надо принимать решение, он его не принимал. Вот такой вот человек, понятно, что для руководящей работы такой человек непригоден…

Под немцами – село Привольное было пять месяцев. Больших боев не было, как при взятии села немцами, так и при освобождении. Когда село освободили – пришла похоронка на отца. Как оказалось ложная – отец был жив. Но думаю, потрясение это бесследно для маленького Миши не прошло.

Весной 1943 года в селе пахали на коровах…

После победы вернулся отец. Живой, такое счастье – далеко не всем выпало. Вместе с отцом – Миша сел на комбайн. И вот тут случилось то, что стало первым шагом в Кремль для крестьянского сына.

Сорок восьмой год. Разруха. Дикая нищета. Государство в этих условиях пытается хоть как-то наладить хозяйство. Бросается клич – комбайнерам кто намолотит 10000 центнеров – Героя соцтруда, пять тысяч – орден Трудового Красного Знамени.

Горбачевы, отец с сыном – намолотили 8888 центнеров. Кстати, в китайской нумерологии – цифра восемь означает огромную удачу. Вопрос в том, для кого – для Миши Горбачева или для страны…

Кстати, именно поэтому я не верю, что Горбачев пособничал немцам. При вручении наград – строго проверяли, а был сорок восьмой год, все прекрасно помнили – кто кем был. Пособнику немцев награду просто не вручили бы.

Но Миша получил Орден Трудового Красного знамени. В восемнадцать лет. Это открыло ему дорогу в партию – в девятнадцать. И в Москву…

Тут есть такой нюанс. Трудовые ордена в СССР не имели никакого отличия для рабочих и менеджеров. Одинаковую награду получал и комбайнер, и председатель колхоза – миллионера, перевыполнившего план. Но мы то с вами знаем, что хороший работник далеко не всегда хороший руководитель. И выдвигая хорошего работника в руководители – можно потерять хорошего работника и приобрести плохого руководителя. Как здесь и случилось. В США – вопрос решался просто – деньги. У рабочего и у руководителя не могло быть одинакового количества денег и следовательно возможностей. У нас были только ордена. И система – при продвижении не видела, кто хороший работник, а кто потенциально способен руководить.

Кстати, Горбачев никогда в своей жизни не был организатором. Все посты, которые он занимал – были связаны или с идеологией или он приходил на готовое. И уходил до того как в полной мере проявлялись плоды его трудов. Он не прошел важную для него школу комсомольца – орговика, где он или научился бы или срезался бы. Сразу проскочил в партию. А ведь в комсомоле действительно учили, и немало нынешних олигархов и высших госчиновников – начинали именно там. Но Горбачев ничему полезному не научился.

Так система дала фатальный сбой.

Серебряная медаль в школе и орден – дали Мише возможность поступить в МГУ, на юридический факультет. Это был еще один сбой системы, правда, не персональный, а заложенный изначально.

Во многих странах юридические факультеты являются кузницами кадров для госуправления. Во-первых – это отличное базовое образование гуманитарного направления. Во вторых – люди учатся уважать закон, что для любого чиновника немаловажно. Служить закону. В третьих – государственная работа во многом и заключается в издании законов и проведении их в жизнь. Но скажите, чему мог научиться молодой парень на юридическом факультете времен заката сталинизма, при котором каждый закон систематически попирался?

Помимо прочего, юридическое образование повредило и Горбачеву и стране еще в одном. Придя к власти – Михаил Сергеевич мало знал экономику, мало знал международные дела – он вообще мало что знал, но при этом юристом он был. И будучи юристом, он начал делать то, что умел лучше всего – менять законы. Горбачев решил привести теорию в соответствие с практикой, формализовав и законодательно закрепив некоторые неофициальные практики в советском государственном управлении. При этом он неосторожно сунулся в самые болезненные места советской системы – взаимоотношения между центром и регионами, между исполнительной и законодательной властью, роль партии и ее органов в системе государственного управления. То что раньше было обычаем – Горбачев решил сделать законом, по видимому в итоге должна была быть принята реально исполняемая Конституция. Ну и собезьянничав еще некоторые черты западной политической системы, например – создав пост президента и парламент. Но юристом Горбачев был таким же плохим, как и руководителем – хороший юрист не задает вопрос, если не знает ответ, а Горбачев бросал идеи как бабу в полк. Он явно не осознавал, что ситуация уже критическая, но не в экономике – в экономике было еще так себе – а в политике. Что республики уже готовы к самостоятельности, что ленинская политика коренизации создала национальные элиты, что они держаться вместе только потому что ждут подачек от Центра, а так посматривают налево. Так и началась целая серия дискуссий, загнавшая страну в могилу. По итогам этой дискуссии – приняли решение о разводе. К счастью, цивилизованном. Так Горбачев утопил вверенный ему корабль…

В университете – Миша Горбачев встретил Раису Титаренко…

### Раиса

Раиса Максимовна Титаренко родилась 5 января 1932 года в Рубцовске Западно-Сибирского (ныне Алтайского) края в семье железнодорожного инженера Максима Андреевича Титаренко (1907–1986), приехавшего на Алтай из Черниговской губернии. Мать, Александра Петровна Титаренко (в девичестве Парада; 1913–1991), – коренная сибирячка, уроженка села Веселоярск Рубцовского района Алтайского края. Младший брат, писатель – Евгений Титаренко (р. 1935).

Семья часто переезжала вслед за отцом-железнодорожником, и Раиса провела своё детство в Сибири и на Урале. Окончив с золотой медалью среднюю школу номер 3 в городе Стерлитамаке (1949), она приехала в Москву и была без экзаменов принята в Московский государственный университет на философский факультет (1950). Там в общежитии она и познакомилась с будущим мужем Михаилом, который учился на юридическом факультете.

25 сентября 1953 года вышла замуж за Михаила Горбачёва. Свадьбу сыграли в диетической столовой студенческого общежития на Стромынке.

…

Раиса Максимовна, как самая прилежная студентка, расположилась на первом ряду, прямо напротив него, что она и делала на каждом публичном выступлении Михаила Сергеевича. Всякий раз во время этих выступлений, уже входивших у М. С. в привычку, она напрягалась, не сводила с него глаз, словно перед нею балансировал на высоте канатоходец, сидела, не шелохнувшись и не проронив ни слова. Если слышала шум, возню за спиной, недовольно оборачивалась и хмурила брови. Они выступали всякий раз вдвоем, только она – молча (из книги Р.М. Горбачевой «Я надеюсь…»)


Михаил Горбачев, безусловно, не состоялся бы как политик и государственный деятель без своей жены.

Во-первых – она происходила из городской (пусть и не из крупного города) и более образованной семьи – ее отец был инженером, школу она заканчивала тоже в городе. Во-вторых- образование она получила на философском факультете, затем защитила кандидатскую диссертацию – явно не написанную на заказ. Видимо, Раиса Максимовна – один из первых в СССР политтехнологов – для своего мужа. Все кто знал Горбачевых, отмечали, что Раиса интеллектуально превосходила своего мужа, скорее всего – намного. Михаил это признавал и не пытался выйти из-под контроля.

В то же время – Раиса Максимовна никогда не пыталась играть самостоятельной роли – она всегда была за мужем, ее устраивала роль шеи при голове…


https://www.novayagazeta.ru/articles/2009/09/18/41326-raisa-gorbacheva-shtrihi-k-portretu

Нина Мамардашвили. Однокурсница Раисы Максимовны. Окончила философский факультет МГУ им. М.В. Ломоносова в 1953 году. Вдова философа Мераба Мамардашвили.

…

В год нашего поступления в МГУ (1949-й) философский факультет проводил программные изменения: на курсе появилось три направления – гуманитарное, естественно-научное и психологическое. Соответственно, из пяти групп были одна естественно-научная, три гуманитарных и психологическая. Мы с Мерабом учились во второй – гуманитарной, а Раиса с Ниной Лякишевой – в пятой, психологической. Часть лекций (логика, общефилософские дисциплины) слушали вместе всем курсом, часть – отдельно. Гуманитариям читались многочисленные истории, литература и прочее, хотя и естественные дисциплины тоже: и математика, и физика, и биология (называлось это «современные проблемы»).

Студенты философских групп были более амбициозны: в идеологизированных 50-х убеждение, что философский факультет – это самый передовой, самый главный, без которого естественники просто пропадут и вообще пойдут не туда, считалось нормальным и просто не обсуждалось. Психологи были скромнее, но, по большому счету, наукой в обычном смысле слова они занимались больше. У психологов была своя, особая жизнь: какие-то практикумы, лабораторные работы, эксперименты. Они трудились, скорее, как на естественных факультетах, с соответствующими требованиями к точности, методичности, умению ставить и проводить конкретный эксперимент, получать конкретный результат, умению работать с таким сложным объектом, как человеческая психика. Возможно, эти навыки не в последнюю очередь пригодились Раисе в ее последующей исследовательской работе как социолога.

«За одной из дверок замечаю, – пишет Г. Пряхин, – наклеенную на торец книжной полки полоску бумаги с надписью от руки: «Друзья! Ставьте, пожалуйста, по алфавиту…». И на меня сразу пахнуло комнатой на Стромынке… И специфический ядовитый запах свежей ярко-красной краски, которой периодически крыли обычный деревянный пол на Стромынке; и ощущение лихорадочного энтузиазма по наведению порядка перед санкомиссией студсовета; и любимое словечко Раисы – «друзья», снимающее формализм с попытки «внедрить дисциплину» в жизнь компании юных жизнерадостных девиц. Во внутреннем и внешнем мире Раисы всегда был порядок – это такой общий абрис (в моем восприятии). Иногда он нарушался (об этом ниже), и его нарушение чаще всего было извне, а не по волеизъявлению, но он снова восстанавливался.

…

Раиса вообще никогда (и не только по этому поводу) не суетилась, была немногословна, без амбиций и натуги, а естественно целеустремленна, в меру серьезна: о таких говорят «человек со стержнем». Скорее всего, причина тому – ее детство, как она сама рассказывала о нем и как сейчас это мне представляется и мыслится.

…

Наше знакомство с жизнью продолжалось: на второй курс Мераб приехал с душевной травмой от первой женской измены, а после зимних каникул приехал Толя, ухаживавший за Раисой, и привез для нее первую настоящую беду (из интервью Михаила Сергеевича я впервые узнала и фамилию Толи, и почему его родители запретили ему встречаться с Раисой: она была ему неровней, родители его были «из власти», «из министров»).


Толя – это Анатолий Зарецкий, сын директор Прибалтийской железной дороги. С ним у Раисы и не сложилось – родителей жениха не впечатлила.

Интересно, может это стало спусковым крючком для Раисы Максимовны – любой ценой прорываться во власть, не самой, так толкая мужа?

### Ставрополь

В СССР существовало такое понятие как «распределение». То есть, хотя образование было бесплатным – но в обмен ты должен был отработать несколько лет там, где укажет государство.

Защитившийся на отлично Михаил Сергеевич мог остаться в Москве – ему предлагали либо аспирантуру на кафедре колхозного права, либо распределение в прокуратуру СССР в какую-то провинцию – причем предлагалось и подмосковное Ступино с предоставлением жилья. Горбачев предпочел вернуться с женой в родной Ставрополь.

Сложно сказать, что тому было причиной. Возможно, климат – Раиса Максимовна была больна, они потеряли ребенка. Возможно, понимание того, что лучше быть первым парнем на деревне, чем еще одним провинциалом в Москве. Может, сыграл свою роль романтизм – тогда люди искренне ехали из Москвы поднимать родной край, или Сибирь, или на север, и не за длинным рублем. Как бы то ни было – в Москве семья Горбачевых не задержалась.

Но перед отъездом в Ставрополь – Михаил Сергеевич с удивлением узнал, что в прокуратуре его не ждут – по его словам, шла борьба с последствиями культа личности и было принято решение не допускать «зеленых» выпускников ВУЗов к работе в прокуратуре. Так, Горбачев уже в Ставрополе – принял решение попробовать себя в комсомоле – как активиста и комсомольского организатора еще до учебы, его легко приняли в крайком комсомола.

Всё. Отныне – карьера Михаила Сергеевича шла вверх и вверх – зам заведующего краевым отделом агитации и пропаганды, второй секретарь крайкома, первый секретарь крайкома комсомола, парторг крайкома партии, заведующий отделом партийных органов, первый секретарь Ставропольского горкома, второй секретарь крайкома, первый секретарь крайкома партии. Дальше – была только Москва. Все эти должности Горбачев «пробежал» стремительно, задерживаясь на каждый по два, максимум по три года. Задержался он только на посту краевого первого секретаря, хозяина области, где его никто критиковать уже не мог.

Почему так?

1. Все-таки Горбачев имел по меркам провинции выдающееся образование – юридический факультет лучшего ВУЗа страны, и правильную биографию – сын фронтовика, орденоносец. Кого повышать, если не его?

2. Ставрополь был довольно простым регионом. Почти нет промышленности – сравните со Свердловском, где пришлось подниматься Ельцину? Почти нет никакой оборонки. Тепло, не надо готовиться каждый год к зиме, которая у нас всегда наступает внезапно. Шансов оступиться – было гораздо меньше, чем в более сложных регионах

3. По отзывам – Горбачев обладал идеальным характером – не ершист, почитает старших, лишних вопросов не задает, всегда готов подкинуть нужную цитату из Ленина. Как подчиненный он был просто идеален для все более стареющего партийного ареопага, приезжавшего отдыхать. В Ставрополе – от первого секретаря не требовалось сверхусилий, и все это понимали, в том числе и в Москве.

4. Фактор Кулакова – Федор Давыдович Кулаков, политик и крепкий хозяйственник, как бы сейчас сказали – как и все советские руководители сколачивали себе команду еще на месте, и продвигали своих людей – в обмен на поддержку. Горбачев попал в команду Кулакова еще будучи первым комсомольцем края. И дальше – его тащил Кулаков.

Кстати говоря – сам Горбачев свою команду не создал, и это потом сильно вышло ему боком – постоянной сильной команды единомышленников и кадрового резерва у него не было никогда. Он обходился ситуативными союзами и набранными на месте людьми – большая их часть оказалась непригодной, а кое-кто – и предал его.

В Москву – Михаила Сергеевича перевели в 1978 году, в самом конце. Как он сам выразился – у него в Москве были заступники. Потом раскопали историю, что якобы Ким Ир Сен обиделся что к нему на съезд партии не прилетел член Политбюро, а все члены Политбюро были старыми, самолет переносили с трудом, вот кто-то и предложил, давайте кого-то молодого возьмем, пусть летает по заграницам. Правда это или нет – неизвестно, но думаю, Горбачева взяли бы в Москву и без этого. По тем же причинам, по каким он стремительно взлетел наверх в Ставрополе. Потому что в брежневском СССР шли наверх не те, кто чего-то добился – а те, кто не облажался. Вот и Горбачев – он до Перестройки вообще нигде и ни в чем не облажался.

Правда, и серьезных дел у него за плечами не было – но это дело второе…

### Михаил Горбачев и КГБ СССР

Даже намеков на какие-то связи с КГБ СССР – Михаил Сергеевич не любит – слишком уж они не вписываются в его общепринятый образ демократа, отца Перестройки, борца за свободу. И тем не менее, обмолвки попадаются, и у него самого и в воспоминаниях его друзей.

1. По воспоминаниям школьных друзей Михаила Сергеевича – его подозревали в стукачестве во время обучения в университете – впрочем, на закате сталинизма стучали многие. Подозрения еще более усилились, когда начали распределение на практику и Миша выбрал Лубянку…

Но на Лубянке Мише сказали, что он не подходит – был на оккупированной территории и есть репрессированные родственники.

2. По воспоминаниям самого Михаила Сергеевича «Нас предполагалось использовать во вновь образованных отделах по прокурорскому надзору за законностью прохождения дел в органах госбезопасности». Затем, по словам самого Михаила Сергеевича – на эту работу его не взяли ввиду молодости и неопытности.

3. По свидетельству Э. Б. Нордмана, начальника Управления КГБ СССР по Ставропольскому краю – М. С. Горбачев в разное время рассматривался как кандидат на пост начальника Управления КГБ СССР по Ставропольскому краю и заместителя председателя КГБ СССР по кадрам (надо сказать, что в КГБ было немало партработников, которым партстаж засчитывался за выслугу лет, и они получали сразу полковников и генералов).

4. По свидетельству Е. И. Чазова, Ю. В. Андропов в разговоре, состоявшемся перед переводом М.С. Горбачева в Москву, сказал: «Это не только умный и толковый руководитель, но и наш человек».

Слова «наш человек» можно трактовать по-разному: КГБ запрещалось вербовать помощников среди некоторых категорий советских граждан, в частности – не могло быть и речи о вербовке первого секретаря обкома партии. Но в данном случае – видимо была просто дружба, советы, обмен мнениями – и Андропов не просто так считал Горбачева своим человеком.

В дальнейшем КГБ СССР, а именно В.М. Чебриков и В.А. Крючков – приложили немалые усилия к избранию Горбачева на пост Генерального секретаря.

Полагаю, к моменту избрания Горбачева – КГБ СССР, его руководство находилось уже в стане реформаторов, а не консерваторов. Причин видимо много – это и личность Ю.В. Андропова, и его дружба с М.С. Горбачевым, и доступ КГБ к реальной информации о состоянии дел с преступностью, трудовой дисциплиной и т. д. Сотрудники КГБ были тоже люди и понимали – надо что-то менять. Проблема была в том, что на вопрос «как менять» они знали ответ не больше чем сам М.С. Горбачев.

### Москва

Бокал шампанского за новый, 1979 год – Горбачевы поднимали уже в Москве. В Москву они вернулись состоявшейся семьей – замужняя дочь, Раиса Максимовна защитила кандидатскую, Михаил Сергеевич – секретарь ЦК. С 1979 года – Председатель Комиссии законодательных предположений Совета Союза Верховного Совета СССР.

Вот про эту должность Горбачева, которую тот занимал до 1984 года, мало кто знает – почему то распространено предположение, что он занимался сельским хозяйством. Горбачев не занимался сельским хозяйством, если бы занимался, наверное, не стал бы генсеком, потому что должность «расстрельная», имея четверть плодородных земель мира, СССР закупал импортное зерно. Горбачев занимался совершенствованием советского законодательства – и скорее всего именно в это время у него и вызрела идея коренного реформирования советского законодательства, ставшая потом частью перестройки. Идея эта стала вкладом в гибель страны не меньшим, чем спровоцированный Горбачевым тяжелый экономический кризис. Хотя забегая вперед, идеи то были как раз правильными. Убийственным было их исполнение.

Кстати, откуда появилось заблуждение, что Горбачев занимался сельским хозяйством? Вероятно, вот отсюда. Виталий Воротников:

23 февраля. Заседание Политбюро. Ведет в должности Генерального секретаря ЦК КПСС К.У.Черненко. Тезисы его выступления:

«Последнее время я стремился к тому, чтобы в поле зрения Политбюро находились наиболее важные и крупные вопросы. Уходить от мелочной опеки. Нужно разгрузить и Секретариат, передавать больше вопросов на решение секретарей и отделов ЦК. Под свою опеку, – сказал Черненко, – я беру принципиальные вопросы внутренней и внешней политики, партийно-организационную работу, общий отдел и Управление делами, оборонные вопросы. За Горбачевым – сельскохозяйственное производство, отдел сельхозмашиностроения. Ведение Секретариата ЦК. И в отсутствие Генсека – заседания Политбюро».

Последнее предложение вызвало «движение» среди некоторых членов Политбюро. Подал реплику Н.А.Тихонов: «А правильно ли отраслевому секретарю, который занимается вопросами сельского хозяйства, поручать ведение Политбюро? Не приведет ли это к определенному перекосу при рассмотрении вопросов на Политбюро? И вообще, – продолжал он, – обязательно ли вести Политбюро секретарю ЦК? Вот ведь В.И Ленин вел заседания Политбюро, не будучи секретарем».


Это первое заседание Политбюро после избрания генеральным секретарем К.У Черненко. И его выступление – это демарш против Горбачева, поддержанный Н.А. Тихоновым (предсовмина), у которого с Горбачевым уже был крупный конфликт (Горбачев занимаясь вопросами экономической реформы вместе с Рыжковым сильно наступал на пятки Совмину, доходило до перепалок на ПБ при Ю.В. Андропове). Так что предложение Черненко, поддержанное Тихоновым – это ссылка Горбачева на провальную сельхозтему.

Но Горбачева открыто поддержал Д.Ф. Устинов, а Черненко прожил совсем недолго.

Снова Виталий Воротников:

07 марта (того же года) на Политбюро встал вопрос о подготовке Пленума по совершенствованию управления экономикой. Эту идею активно продвигал Горбачев. Однако Тихонов реагировал негативно, резко. Сказал, что «Правительство не готово. Не надо нас подталкивать. Что это за манера – выносить предложения за спиной председателя Совмина…» Черненко замял разговор: «Обсудим позже…»


Тем временем, страна вползала в кризис, сама того не замечая.

### СССР перед Катастрофой: 1941 год. Призраки перестройки

Как говорится, век живи, век учись и дураком помрешь…

На самом то деле, Перестройка в СССР имела глубокие корни, и процессы, аналогичные перестроечным происходили не раз. Некоей предтечей перестройки можно назвать НЭП, перестройку планировали начать с 01 января 1941 года, да Сталин выступил категорически против. Глобальная проблема советской экономики была всегда одна и та же – в ней полностью отсутствовал по политическим соображениям частный инвестиционный процесс, что приводило к регулярно повторяющимся кризисам. Кризис 1985–1991 года был, в общем-то, посткризисом брежневского рывка, точно такой же кризис, правда в меньших размерах был в конце тридцатых (и не это ли стало одной из причин 1937 года?). Просто его не смогли погасить ввиду того, что масштаб проблем в 1987 году был больше чем в 1937 году, а лучшая часть советского общества в лице спекулянтов, коррупционеров, воров в законе и прочего мафиозного подполья – была несравнимо более сильной, хищной и сплоченной, чем в конце тридцатых годов. Конфискационная реформа Павлова 1991 года была слабой попыткой повторить конфискационную реформу Зверева 1947 года, но на этот раз из трагедии она стала профанацией.

Если кратко – что происходило?

Государство, взяв на себя роль единственного в экономике кредитора и инвестора – нуждалось в экономическом рывке и ради его обеспечения печатало деньги. С этим было все нормально, так и должно быть. Но дальше… напечатанные деньги, которые теоретически должны были служить чем-то вроде квитанций за товары – рано или поздно скапливались у определенных людей, а не размазывались по обществу тонким слоем, как того хотели коммунисты. Социализм не работал, нарастало скрытое неравенство. При капитализме проблема решалась просто – накопленные капиталы снова пускались на инвестиционные нужды, частный инвестор постепенно заменял государство. У нас же частные инвестиции были запрещены, так как противоречили марксизму – ленинизму и тайно накопленные капиталы провоцировали инфляцию. Властям ничего не оставалось, как раз за разом завершать инвестиционный цикл конфискационной денежной реформой, то есть изымать скопившийся на руках у «спекулянтов» излишек денег. В 1947 году у Сталина это получилось, хотя и плохо – недаром министр Зверев, проводивший реформу, по ее итогам был понижен в должности. В 1987 году у Горбачева не получилось. Только и всего.

Итак, в период примерно с 1929 по 1932 годы Сталиным была сознательно сломана финансовая система, сложившаяся в период НЭПа. Сломана для того чтобы убрать финансовые ограничения на пути форсированной индустриализации.

Что было сделано. Был практически убит кредит, а банковская система была отныне обязана оплачивать платежи промышленности по факту поступления платежки. То есть, каждое промпредприятие получило неограниченный, бесплатный и автоматически предоставляемый кредит. Более того – такой кредит был предоставлен и в получении наличных денежных средств для расчетов с рабочими – то есть промышленники получили неограниченные возможности по найму рабочей силы и расчету с ней. Сколько надо нанять людей – столько и нанимай.

На банковскую систему возлагались и контрольные функции. Был введен единый активно-пассивный счет для каждого предприятия – контокоррент. Банк видел все движение по счету предприятия и если какое-то предприятие работало хронически убыточно – он должен был сигнализировать в соответствующий наркомат. Но по факту сигнализация не работала, так как наркоматам надо было выполнить план любой ценой, а какой именно – никого не волновало.

Отмечу что в этой схеме деньги на зарплату так же получались и выдавались широко и бесконтрольно, что к концу тридцатых годов – запустило мощный инфляционный механизм…

Из книги Чуднова И.А. «Денежная реформа 1947 года»

Автоматизм кредитования привел в 1930 г. к значительному превышению кредитного плана. Первые годы индустриализации предприятия для привлечения рабочей силы непрерывно наращивали фонд оплаты труда. Низкая квалификация новых рабочих кадров, старое оборудование и плановый авантюризм неизбежно вели к росту себестоимости продукции. К 1930 г. предприятия уже вышли из сферы рыночных отношений периода нэпа, и их уже не столько волновала высокая себестоимость, сколько выполнение директивного планового задания в натурально-вещественном выражении.

Материально необеспеченные краткосрочные кредиты обналичивались через заработную плату за счет эмиссии, которая покрывала рост себестоимости, заработной платы и непроизводительных расходов. В результате в 1930 г. денежная масса выросла более чем в 1,5 раза (55,1 %), а рыночные цены на 83 %. Таким образом, год кредитной реформы стал годом максимального годового прироста денежной массы в обращении за период 1926–1940 гг.

Еще советские исследователи отмечали опережающее увеличение нарастающего итога общей суммы кредитов в годы первой пятилетки (в 4,3 раза) по сравнению с темпами роста промышленного производства. Также опережающими темпами (в четыре раза) выросли фонды заработной платы по сравнению с ростом производительности труда (на 41 %). По данным А.Е. Мелкова, уже в 1931–1932 гг. налично-денежная эмиссия выросла на 5,6 млрд руб., т. е. в 3,3 раза. Исходя из этого, Ю. Кочеврин вполне обосновано одним из первых результатов кредитной реформы называет дезорганизацию денежного хозяйства. Необеспеченные кредиты направлялись не только в производственную сферу, но и поступали в кассовый оборот, который в тот период еще не был четко отделен от безналичного. Ликвидация кредитования, соответственно, привела и к ликвидации легального частного сектора в городах, что в совокупности с коллективизацией завершило ликвидацию легального частного сектора вообще. Абсолютный финансово-кредитный приоритет капиталоемких отраслей тяжелой и добывающей промышленности обусловил нарастающую и неконтролируемую денежную эмиссию. Советские исследователи, признавая это, существенно расходились в оценках денежной массы. Давали себя знать дискуссионность методики ее определения и отсутствие адекватной объективной статистики. Н.И. Конник указывал на то, что если в 1930 г. наличные денежные средства на руках населения достигали 1,7 млрд руб., то к 1940 г. этот показатель вырос в 23 раза, составив 40 млрд руб.

По оценкам М.С. Атлас, которая в 1936–1938 гг. работала в Правлении Госбанка СССР, наличность у населения в 1940 г. составляла 22,4 млрд руб., т. е. выросла за 10 лет более чем в 13 раз. В любом случае показатели огромны и существенно превышают официальные (в 4–4,5 раза), что стало одним из поводов для проведения денежной реформы 1947 г.

При этом надо отметить, что накачка промышленности страны деньгами на нерыночных условиях не вела к увеличению предложения товаров потребительского спроса на рынке, так как практически все силы советской промышленности уходили на производство средств производства (по Марксу) и производство вооружений. Огромные деньги, накопленные населением, увеличивали потребительский спрос, не находивший удовлетворения. Это приводило к исчезновению товаров с полок, пышному цвету спекуляции, подпольным заработкам в торговле. К концу тридцатых годов ситуация в СССР была даже хуже, чем в Перестройку. Сталинский СССР был царством нищеты, голода, спекуляций.

Из письма жителя Киева Н. С. Ковалева В.М. Молотову

Уважаемый Вячеслав Михайлович. Вопрос одежды у нас в Киеве чрезвычайно тяжелый. Позорные дела творятся. Многотысячные очереди к магазинам собираются за мануфактурой и готовой одеждой еще с вечера. Милиция выстраивает очереди где-нибудь за квартал в переулке, и потом "счастливцев" по 5-10 человек гуськом, один за другого в обхват (чтобы кто не проскочил без очереди), в окружении милиционеров, как арестантов, ведут к магазину. В этих условиях расцветает спекуляция жуткая, произвол милиционеров, и говорят, что не без взяток. Сердце сжимается от таких "порядков". Сколько недовольства и проклятий. Честный рабочий человек, если он даже крайне нуждается, не может купить себе белья, брюки и пр. самое необходимое, разве что у спекулянтов за удвоенную цену. Так дальше терпеть нельзя, это положение нужно изменить. Или, если есть, дать больше товаров в продажу, чтобы открыть несколько магазинов или установить какую-то норму или право на покупку товара всякому гражданину. Я считаю, что, когда ликвидировали карточную систему, имелось в виду, что будет лучше, а на практике с мануфактурой это не оправдывается. Ничего плохого, а наоборот, будет лучше от введения гос. регулирования в этом вопросе. Дорогой Вячеслав Михайлович! Убедительнейшая просьба разобраться с этим делом. Об этом вопят сотни тысяч граждан.

Из письма Зайченко, г. Казань

Я хочу описать то кошмарное положение, которое имелось и имеется у нас в Казани. Но прежде мне хочется задать вопрос, почему наши депутаты молчат, каким образом выполняется план торговли в магазинах, когда до потребителя… ничего не доходит, все расхищается на базах, а в магазинах это расхищение только завершается? Почему не обратят внимания на сильное истощение детей-дошкольников и школьников, которые не имеют ни сладкого, ни жиров? Почему молчат, что в колхозах не желают работать, бегут в город, посевы остались не убранными в 39 г. и не вся земля засевается в 40 г.? Почему у нас страшный голод и истощение? Почему такое хулиганство на улицах, среди подростков бандитизм? Милиция для них ничто. Почему говорят о достижениях и всеми силами скрывают, что у нас творится? Почему народ озлобляется? Теперь расскажу все. Вы, мне кажется, даже не представляете, что у нас делается, а наше правительство мало заботится о нуждах населения и не видит голода и истощения среди населения, особенно среди детей. Почему у нас спекуляция растет не по дням, а по часам? В магазинах у нас буквально ничего. Дети вот уже больше года не имеют самого необходимого. Они истощены до крайности. Какие же они "будущие строители коммунизма".

Из письма П. Гайтцука (Новгород) А.Я. Вышинскому:

В лексиконе русского языка появилось слово "блат". Я не могу Вам буквально перевести это слово, так как оно, может быть, происходит от какого-либо иностранного слова. Но зато на русском языке я его хорошо понимаю и могу перевести буквально точно. В переводе на русский язык слово "блат" означает – жульничество, мошенство, воровство, спекуляция, разгильдяйство и т. д. А что означает, если Вы встретите такое выражение "я имею блат", то я имею тесную связь с жуликом, спекулянтом, вором, мошенником, подхалимом и им подобным. Не иметь блата это равносильно тому, что вы везде всего лишены. В магазине вы ничего не достанете. На ваши законные требования вам дадут ясный ответ. Обратитесь с просьбой – к вам будут слепы, глухи и немы. Если вам нужно достать, т. е. купить в магазине товар – нужен блат. Если пассажиру трудно или нельзя достать железнодорожного билета, то легко и просто достать по блату. Если вы живете без квартиры, то никогда не обращайтесь в жилуправление, в прокуратуру, а лучше заимейте хотя бы маленький блатик – и сразу найдется квартира. Если хотите отлично устроить свои личные дела по службе, за счет кого-либо другого, нарушая при этом всякую справедливость и законность, опять же обратитесь к блату.

Из спецсообщений НКВД СССР

Магазин "Ростекстильшвейторга" (Кузнецкий мост). К 8 часам утра покупателей насчитывалось до 3500 человек. В момент открытия магазина в 8 час. 30 мин. насчитывалось 4000–4500 человек. Установленная в 8 часов утра очередь проходила внизу по Кузнецкому мосту, Неглинному проезду и оканчивалась на верху Пушечной улицы – добрый километр…

Ленинградский универмаг. К 8 часам утра установилась очередь (тысяча человек), но нарядом милиции было поставлено 10 грузовых автомашин, с расчетом недопущения публики к магазину со стороны мостовой. Народ хлынул на площадку кинотеатра "Спартак", в образовавшуюся галерею между кинотеатром и цепью автомашин. Создался невозможный беспорядок и давка. Сдавленные люди кричали. Милицейский наряд оказался бессилен что-либо сделать и, дабы не быть раздавленным, забрался на автомашины, откуда призывал покупателей к соблюдению порядка. К открытию очередь у магазина составляла 5 тыс. человек…

Дзержинский универмаг. Скопление публики началось в 6 часов утра. Толпы располагались на ближайших улицах, трамвайных и автобусных остановках. К 9 часам в очереди находилось около 8 тыс. человек".

Народ пытался купить что-либо без очереди, прибегая к самым разнообразным способам – от подкупа милиции и продавцов до силового прорыва в магазин организованной и сплоченной группой в сто-двести человек. Власть отвечала усилением борьбы с покупателями, которых милиция задерживала за скупку товаров. То, что далеко не все из них затем перепродавали товары и продукты, имело второстепенное значение.

Нарком внутренних дел СССР Лаврентий Берия докладывал в июле 1940 года в Совнарком о борьбе с очередями и, как водится, предлагал ужесточение наказания:

"Во исполнение постановления Совнаркома СССР о борьбе с очередями за промышленными и продовольственными товарами в гор. Москве НКВД СССР с января по июнь месяц 1940 года включительно проведена следующая работа:

По промтоварам. Арестовано и привлечено к судебной ответственности скупщиков – 947 человек; оштрафовано – 16 853 человека на общую сумму 474 696 р. Кроме того, отобрано у них промышленных товаров на сумму 1 038 279 рублей.

По продтоварам. Арестовано и привлечено к судебной ответственности – 463 человека; задержано – 50 809 человек, у которых отобрано продовольственных товаров 582 688 кг; из них оштрафовано – 38 962 человека на общую сумму 626 556 рублей.

Из числа привлеченных к судебной ответственности за спекуляцию 1410 человек – работники торговой сети составляют 184 человека. За это же время выслано в административном порядке из гор. Москвы 1220 человек нарушителей паспортного режима, задержанных в очередях. Для усиления борьбы со спекуляцией промышленными и продовольственными товарами в гор. Москве НКВД СССР считает необходимым дополнительно провести следующие мероприятия:

1. Лиц, задерживаемых органами милиции два и больше раз за скупку или перепродажу продовольственных и промышленных товаров в гор. Москве, арестовывать.

2. Аресту подвергать также лиц, прибывающих в гор. Москву из других городов и областей СССР, уличенных в скупке продовольственных и промышленных товаров в спекулятивных целях.

3. Арестовывать лиц, занимающихся скупкой и перепродажей промышленных и продовольственных товаров, прикрывающих свою спекулятивную деятельность работой в советских учреждениях и колхозах.

4. Дела на лиц, арестованных за скупку и перепродажу продовольственных и промышленных товаров, рассматривать на Особом Совещании НКВД СССР".

Понятно, что согласие на все меры, включая внесудебное установление сроков наказания арестованным, Берия получил. Очереди действительно начали уменьшаться, однако поскольку товаров больше не стало, с той же скоростью принялась расширяться система добычи всего и вся по знакомству, по повышенным ценам.

Из книги Чуднова И.А. «Денежная реформа 1947 года»

Группа денежного обращения, готовя денежную реформу 1947 г., признавала «весьма значительную» «сферу рыночной циркуляции денег». Объем оборотов по рыночным ценам примерно в 3,5 раза превышал обороты по «единым» ценам, составляя при этом (в товарном, натуральном выражении) примерно 10 %, а если учесть «перепродажу промтоваров», то до 20 %. Таким образом, в Наркомате финансов СССР понимали, что крупные накопления образуются «именно в сфере рыночных оборотов и цен». Там же определялась и «реальная значимость этих денег», измеряемая ценами рынка, где эти средства преимущественно расходовались.

Единственная принципиальная разница между сталинским и горбачевским СССР – в сталинском СССР массово существовали артельный труд (те же самые кооперативы) и колхозные рынки, на которых артельщики и колхозники продавали те самые товары потребительского спроса, и еду, которую удавалось вырастить самим и уберечь от фининспектора, или от изъятия по плану за трудодни. Продавали по коммерческим, то есть спекулятивным ценам. Там же продавали и то что удавалось пустить налево в торговле. Коммерческие цены, отражавшие реальный баланс спроса и предложения – были в несколько раз выше государственных.

На допинге бесплатного кредита страна прожила всего несколько лет, после чего катастрофичность такой политики уже стала ощущаться и очень хорошо. Безналичные деньги стали просачиваться в экономику через все возможные щели, спекулянты и недобросовестные чиновники освоили методы обнала. В итоге, в период где-то с 1938 по 1941 год в стране происходило что-то вроде начала перестройки – в плане исчезновения товаров с полок и разгула спекуляции. Все это накладывалось на куда более трагичные условия существования советского народа – в 1985 у нас за спиной все же было брежневское благополучие, у них – революция и гражданская война. Мы просто не помним тех предвоенных события ввиду масштаба заслонившей их войны. Но они были.

Из книги Чуднова И.А. «Денежная реформа 1947 года»

В первом квартале 1940 г. расходы бюджета превысили доходы. К 1 сентября бюджетные средства на счетах в Госбанке были исчерпаны. Пришлось прибегнуть к заимствованию банковских средств. Денежная масса стала расти за счет эмиссии. Официально бюджет 1940 г. был сведен с положительным сальдо 59 млрд руб., но на 1941 г. превышение было запланировано всего на 8 млрд, т. е. уменьшалось более чем в семь раз. Для преодоления сложившейся ситуации был предпринят ряд мер.

В 1939–1940 гг. были повышены государственные розничные цены на ткани, одежду, посуду, обувь, сахар, мясо, рыбу, жиры, сыр, молочные продукты и пр. Индекс розничных цен в 1940 г. вырос на 13,8 %. Реально этот показатель с учетом рыночной торговли был значительно выше. Тогда же были урезаны нормы отпуска продуктов и товаров в одни руки. Фактически в конце 1940 г. в стране уже существовала карточная система.

…

10 февраля 1941 г. Президиум Верховного Совета СССР издал Указ «О запрещении продажи, обмена и отпуска на сторону оборудования и материалов и об ответственности по суду за эти незаконные действия». Виновные осуждались непосредственно по Указу и наказывались лишением свободы на срок от 3 до 5 лет. В военные и послевоенные годы «продажа, обмен и отпуск на сторону» сырья, оборудования, материалов и готовой продукции в промышленности приобрели чрезвычайный размах. «Руководство заводов, – докладывали Г.М. Маленкову из Наркомата электропромышленности в ноябре 1945 г., – почти полностью загружено преодолением трудностей внесистемного приобретения сырья и материалов». Минчермет СССР в ходе ревизии своих предприятий в 1946 г. сделал вывод о том, что «почти все предприятия отпускают незаконно материальные ценности на сторону». Такого рода деятельность на нормальном социалистическом рынке означала корректировку второго уровня. На первом уровне в рамках административного рынка министерства, главки и предприятия путем сложного взаимодействия составляли, утверждали, а затем корректировали (как правило, в процессе выполнения) государственные планы.

Для осуществления нелегальной снабженческо-сбытовой деятельности предприятиям был необходим резерв наличных средств. Их в значительной степени получали путем обналичивания банковских кредитов, что неизбежно увеличивало денежную массу.

…

«Экономия» фонда заработной платы обернулась задолженностью. Предприятия и организации в начале 1941 г. были должны рабочим и служащим 236 млн руб. Фонд зарплаты в первом квартале 1941 г. увеличился только на 4,2 % при валовом росте производства в январе на 35,1 %, феврале – на 23,3 % по сравнению с соответствующими месяцами 1940 г. Отставание зарплаты от роста цен усугублялось ростом удержаний по займам и налогам на 28,8 %. Нехватка средств приводила к «отливу» вкладов из сберкасс и росту ссуд под залог облигаций, составивших за первый квартал 1941 г. 138 млн и 338 млн руб. соответственно.

Проблемы были и в советском сельском хозяйстве. Надо понимать, что Сталин, проведя коллективизацию снова превратил только недавно получивших свободу крестьян в государственных рабов, которые должны были кормить города и быть источником как рабочей силы, так и денег для быстро развивающейся тяжелой промышленности. Уйти из села они не могли – у крестьян не было паспортов. Положение крестьян было даже хуже рабского – потому что хозяин должен раба кормить, а советский крестьянин должен был прокармливать себя сам, после того как сдаст положенное государству. Повышенным налогом было обложено все частное хозяйство – яблони, скот…

Автор этих строк городской, но его род все же из деревни. И о тогдашней жизни – ему порассказали. Как тогда жили? Плохо жили. Собирали грибы и ягоды – это невозможно было отследить и обложить налогом. Воровали лес – причем и колхоз воровал и сами колхозники. Дед плел корзинки и продавал – налогов понятное дело с этого не платили. В колхозе работали только тогда когда от работы невозможно было увильнуть и работали кое-как. Ничего лишнего не держали ни в огороде, ни в хлеву – зачем налог платить?

Про отношение к Сталину не рассказывали. Но думаю, мало кто его любил…

Из книги Чуднова И.А. «Денежная реформа 1947 года»

Подобное уже наблюдалось во второй половине 1930-х гг. В годы второй пятилетки колхозные земли, сданные в аренду, фактически использовались для частнопредпринимательской деятельности крестьян. Попытка пресечь эту практику была предпринята в постановлении ЦК ВКП(б) и СНК СССР от 27 мая 1939 г. «О мерах охраны общественных земель колхозов от разбазаривания». На майском 1939 г. Пленуме ЦК (21–24, 27 мая) в докладе «О мерах ограждения общественных колхозных земель от разбазаривания в пользу личных хозяйств колхозников» А. А. Андреев констатировал, что «приусадебные земли стали терять свое приусадебное значение… превращаются в частную собственность отдельных колхозников…». Причина проста: «доходы с приусадебных земель, от личного хозяйства во много раз превышают доходы по трудодням». Примечательно, что выход видели не в регламентации инициативного использования пустующих земель, а в существенном сокращении приусадебных участков. В результате в марте 1948 г. колхозники Новосибирской области получали 40–50 г зерна или 80 коп. на трудодень. Это казалось в Москве меньшим злом по сравнению с раздачей непроизводительно использующихся колхозных земель в аренду тем, кто мог их эффективно обрабатывать. Аренда представлялась промежуточной ступенью к частной собственности.

В 1946 г. решения майского 1939 г. пленума ЦК были актуализированы. Проверка Мингосконтроля установила, что постановление 1939 г. «оказалось забытым», а факты расхищения общественных земель колхозов вновь стали массовыми. Вновь надо было бороться с «расхищением» общественных земель, самовольно присоединяемых к приусадебным участкам колхозников «в целях раздувания личного хозяйства в ущерб общественному».

Уже после денежной реформы, в весной 1948 г., для обсуждения членам Политбюро был представлен проект закрытого письма ЦК ВКП(б) «О задачах партийных организаций в связи с представлением мер по выселению в отдаленные районы лиц, злостно уклоняющихся от трудовой деятельности в сельском хозяйстве и ведущих антиобщественный, паразитический образ жизни».

Правительство СССР понимало происходящее и искало выход. 08 апреля 1941 года при Госбанке СССР была создана группа экспертов, которой поставили задачу разработать новую советскую кредитно-денежную политику. Поиски прервала война.

Из книги Чуднова И.А. «Денежная реформа 1947 года»

Воодушевленное некоторыми успехами в деле сокращения просроченной задолженности в конце 1940 г., правление Госбанка СССР предложило программу финансового оздоровления. В начале 1941 г. оно обратилось в СНК СССР с проектом постановления «О кредитно-расчетной работе Государственного банка СССР и об укреплении платежной дисциплины хозяйственных организаций». В нем была названа неправильной практика прямого бюджетного финансирования предприятий важнейших отраслей.

Госбанк предлагал:

– перевести на кредитование в Госбанке предприятия всех наркоматов;

– отменить действующий порядок выделения Наркоматом финансов бюджетных ассигнований в оборотные средства предприятий, как не обеспечивающий контроля над правильным расходованием средств предприятий и организаций;

– обязать Наркомфин с третьего квартала 1941 г. отпускать бюджетные ассигнования на увеличение оборотных средств и на покрытие убытков только через Госбанк;

– создать гибкую систему кредитования, включающую краткосрочный коммерческий кредит и возможность применения санкций;

– ввести с третьего квартала 1941 г. следующую форму расчетов между государственными и кооперативными организациями:

а) вексель с акцептом банка;

б) вексель без акцепта банка;

в) переводной вексель, гарантированный банком;

г) аккредитив.

Простой вексель являлся обязательством, выданным покупателем поставщику за товары и услуги, для расчета через банк. Переводной вексель являлся приказом поставщика покупателю уплатить поставщику через банк за отгруженные товары и оказанные услуги. Минимальная сумма векселя по проекту Госбанка устанавливалась в 1000 руб. Проект предусматривал также изменение очередности платежей. Расчеты покупателей с поставщиками, а также предприятий по кредитам должны были производиться до взносов в бюджет. Предполагалось формирование в наркоматах небольших маневренных резервов в 50–60 млн руб. для гарантии возврата банковского кредита.

Предложения Банка были направлены на серьезное реформирование кредитного механизма и системы расчетов, сложившихся в 1930-е гг. Постановление дало бы возможность Госбанку активно участвовать кредитами в формировании оборотных средств хозяйственных субъектов, что позволило бы в значительной мере контролировать работу предприятий. Реакция в правительстве и ЦК ВКП(б) на проект была в целом отрицательной. Категорически против «фантастических предложений кредитников» выступил Наркомфин. Банк не только явно забегал вперед, но и в определенном смысле покушался на систему. Министр финансов напоминал, что вся экономическая система «пока действует по-другому» и нет смысла «заниматься деталями».

Показательно обсуждение проекта на заседании Бюро СНК СССР под председательством И.В. Сталина. Докладывал председатель правления Госбанка Н.А. Булганин. Затем «по общим моментам» выступил Сталин. Его особенно удивило предложение о введении кредитных векселей: «Это пройденный этап в кредитных отношениях. Для чего же восстанавливать былое? Не дойдем ли мы до того, что кто-нибудь потребует учредить биржу? Не видно, как именно обеспечивает проект дело укрепления социализма. Зато видно, чем он ослабляет социалистическое строительство». Судьба проекта была решена. Выступивший затем А.Г. Зверев только конкретизировал претензии к предложенному плану.

Реформаторские усилия Госбанка на рубеже 1930-1940-х гг. имели немного шансов на успех, а надвигавшаяся военная угроза свела их к нулю. Денежно-кредитная система, сформировавшаяся в первой половине 1930-х гг., вполне подходила, а вероятно, была единственно возможной для т. н. мобилизационного типа экономики, когда, особенно в экстремальных ситуациях, эмиссия считалась нормальным инструментом финансовой политики. Система была устроена так, что избыточная денежная масса практически не отражалась на работе промышленности. Инфляция влияла только на внутренний потребительский рынок, насыщение которого не относилось тогда к числу приоритетов. Дефицит создавал «кубышки» и огромный отложенный спрос. Меры санации денежного обращения делились на постоянные (принудительные займы и коммерческие цены) и временные (периодически повторяющиеся «финансовые маневры»), которые давали временный эффект.

Военный период мы опустим – хотя он интересен сам по себе, но не в рамках этой книги. Вернемся в 1945 год, когда отгремели залпы и страна начала возвращаться в мирное время и к мирным проблемам. В том числе и с огромным количеством людей, которые видели что можно жить и иначе.

Какова же была ситуация с денежным обращением в стране к 1945-46 году?

Из книги Чуднова И.А. «Денежная реформа 1947 года»

Определить точное количество денег в обращении достаточно сложно. По расчетам Н.Г. Сычева, за годы войны количество денежных знаков в обращении выросло в шесть раз и составило 180 млрд руб.

О.В. Хлевнюк указывает, что к 1 января 1946 г. в обращение было выпущено 73,9 млрд руб. (к 1 июня 1941 г. – 18,4 млрд). Этот показатель приводит А.Г. Зверев, отчитываясь 3 января 1946 г. о результатах реформы. На 1 декабря 1947 г. он приводит цифру – 63,4 млрд руб.

Председатель правления Госбанка СССР Я.И. Голев в докладной записке В.М. Молотову о финансовых итогах войны 12 декабря 1945 г. определил на 1 января 1946 г. денежную массу в обращении в 69 млрд руб. (без денег, уничтоженных и изъятых врагом) вместо 19,4 млрд руб. на июнь 1941 г. 1 апреля 1946 г. он же указывал, что к концу 1947 г. в обращении должно остаться 35–40 млрд руб., полагая, что денежную массу требовалось сократить на 15 млрд руб.

20 апреля Группа денежного обращения приходит к выводу о том, что денежная масса выросла с 1 июня 1941 по 1 января 1946 г. с 18,4 до 74 млрд руб. Объем «лишних» денег на середину 1947 г. оценивался в 35 млрд руб. 6 мая 1946 г. А.Г. Зверев Я.И. Голев пишут В.М. Молотову о том, что при обменном курсе 2: 1 (тогда еще обсуждалась и такая возможность) потребуется напечатать 45 млрд руб.

Эмиссия в годы войны также оценивается по-разному. В.П. Попов определяет ее за период с начала войны до 1 января 1946 г. в 55,4 млрд руб. В указанном докладе Госбанка называется цифра 54,7 млрд руб. 2 апреля 1946 г. Госбанк оценивает эмиссию за годы войны уже в 56,2 млрд руб.

…

Рост цен на колхозном рынке за годы войны в отечественной литературе обычно определяется по тексту постановления от 14 декабря 1947 г. – в 10–15 раз. О.В. Хлевнюк считает, что цены на колхозных рынках в 1945 выросли по сравнению с 1940 г. в 4,7 раза. Председатель Госбанка Я.И. Голев указывал, что рыночные цены с мая 1940 по май 1943 г. выросли в 13,9 раза, а к началу 1946 г. в сравнении с июлем 1943 упали в 4,3 раза. Таким образом, по данным Госбанка, с мая 1940 до начала 1946 г. они выросли в 3,2 раза. Столь существенные расхождения объясняются разными исходными данными для расчетов.

Общий платежный оборот, проходивший через Госбанк в 1941 и 1945 гг., мало изменился – 555,6 млрд и 561 млрд руб., то же можно сказать о розничном обороте. Денежная масса при этом выросла в четыре раза! Это значит, во-первых, что скорость оборота замедлилась, а во вторых – что 3 из 4 руб., эмитированных в годы войны, оказались или в сберкассе (только 8,5 млрд руб. на 1 января 1946 г.), или в «теневом» обороте.

В 1940 г. платежный оборот между населением и государственными организациями обслуживался примерно 29 % денежной массы, находившейся в обращении. К 1944 г. этот показатель упал почти в 2,5 раза и достиг 12 %. Деньги переместились в частный сектор. Денежная масса, обращавшаяся на «неорганизованном» рынке, по некоторым современным оценкам, за тот же период выросла с 8,6 до 28 %.

Что мы видим?

Мы видим, что несмотря на разные причины произошедшего – ситуация с денежным обращением к концу войны была никак не лучше, чем в 1991 году в СССР. Вот например, ситуация с состоянием денежного обращения в СССР в 1991 году.


Межреспубликанский экономический комитет товарищу Силаеву И.С.

24.09.1991


О состоянии денежного обращения.


Поручение Комитета по оперативному управлению народным хозяйствам к-28, п.9.


Состояние денежного обращения в стране за последние годы значительно ухудшилось, что обусловлено несбалансированностью бюджетных доходов и расходов государства, денежных доходов населения и их товарного обеспечения. Возрастает инфляция, усиливается напряжение на потребительском рынке. Начиная с 1988 года разрыв между доходами и расходами населения все увеличивается. В 1991 году денежные доходы населения с каждым месяцем возрастают, продолжается значительный рост фонда оплаты труда при снижении объема производства.

Установленный Верховным Советом СССР порядок расходования средств на оплату труда в зависимости от роста объема продукции (работ, услуг) не выполняется в связи с тем, что целый ряд республик объявил его не действующим на своей территории и бывший Кабинет Министров СССР и его органы санкционировали многочисленные исключения из него. Средства на оплату труда выдаются практически независимо от конечных результатов производства.

Кроме того, в 1991 году, начиная с апреля, денежные доходы населения возрастают номинально в результате выплаты в значительных суммах компенсаций в связи с повышением розничных цен.

Прирост доходов населения в первом полугодии т. г. по сравнению с первым полугодием 1990 г. составил 43,8 %, в том числе в мае – 61,3 %, в июне – 78,5 %, в июле прирост достиг 97,7 %, а в августе денежные доходы населения увеличились в 2,1 раза (в сопоставимых условиях).

По оценке, денежные доходы населения в 1991 году с учетом тенденций, сложившихся в январе-августе т. г., могут составить 1260 млрд рублей и возрасти за год более чем на 600 млрд. рублей.

Рост денежных доходов-населения происходит в условиях замедленного роста расходов населения на покупку товаров и оплату услуг. Темп прироста этих расходов в мае-июне 1991 г. был на 17 пунктов ниже, чем прирост доходов, а в июле-августе – на 22 пункта.

Реализация денежных доходов населения через покупку товаров и оплату услуг в текущем году за истекший период составила 73,3 % против 77,6 % за соответствующий период прошлого года. Прирост розничного товарооборота происходит за счет роста розничных цен. Товарооборот за восемь месяцев 1991 г. возрос на 47 %, а в сопоставимых ценах он составил к прошлому году только 87,1 %. За счет роста цен товарооборот увеличился на 200 млрд. рублей.

Такое положение обусловило значительный выпуск денег в обращение, начиная с мая т.г. За январь-август количество денег в обращении увеличилось на 57,3 млрд. рублей (в том числе за июнь-август – на 53, 4 млрд. рублей) против 16,7 млрд. рублей за соответствующий период 1990 года.

Значительно ухудшилось соотношение между денежными доходами и расходами населения на территории РСФСР, Республики Украина, Казахской ССР и Узбекской ССР.

Рост количества денег в обращении в определенной мере носит закономерный характер и обусловлен расширением емкости денежного оборота в связи с изменением розничных цен и условий оплаты труда, введением компенсационных выплат с апреля т. г. Исходя из этого, около 60 % прироста денежной массы требуется для его обслуживания, то есть носит нормальный характер.

Прирост сбережений населения в организованных формах (вклады, ценные бумаги) за восемь месяцев т. г. составил 58 млрд. рублей и увеличился против января-августа 1990 г. на 31,8 млрд. рублей или в 2,2 раза.

Накопление средств у населения в определенной мере является вынужденным, так как заработанные деньги граждане не могут реализовать из-за недостатка товаров и услуг на внутреннем рынке. Если не принять срочных мер по увеличению производства товаров народного потребления и объема платных услуг, а также по ограничению неоправданного использования предприятиями средств на оплату труда, остатки денежных средств населения в 1991 году могут увеличиться на 250–280 млрд. рублей, в т. ч. в наличных деньгах на 100–110 млрд. рублей. Количество денег в обращении может возрасти с 136 млрд. рублей на 1 января 1991 года до 240–250 млрд. рублей на конец 1991 года.

Увеличение потребности в эмиссии наличных денег после изменения цен и выплат компенсаций при отсутствии соответствующего предложения товаров и услуг привело к тому, что в августе-сентябре т. г. из-за недостатка банкнот в ряде регионов страны не обеспечивалась своевременная выдача денег из касс банков для выплаты заработной платы и других неотложных платежей. Гознак не может обеспечить выполнение повышенных заказов Госбанка СССР на изготовление банкнот, так как производственные мощности бумажных и печатных фабрик Гознака перегружены, работа на них в 1991 году ведется практически в три смены, оборудование изношено, ведущееся с 1989 года техническое перевооружение фабрик даст результат только к началу 1994 года.

Госбанк СССР, стремясь предотвратить нежелательные явления, принял меры к максимальному ограничению выдачи наличных денег на все цели, кроме текущей зарплаты, компенсаций, пенсий, на закупки сельскохозяйственной продукции, рекомендовал не производить выдачу денег в 1991 году на досрочную выплату вознаграждений по итогам работы за текущий год, выплату единовременного вознаграждения за выслугу лет. Кроме того, в октябре 1991 г. в обращение будут выпускаться 200-руб левые купюры, а в конце декабря в оборот должны начать поступать купюры достоинством 500 рублей.

Одной из основных причин ухудшения состояния денежного обращения в 1991 году, наряду с экономически неоправданным ростом денежных доходов населения, является дефицит как союзного, так и республиканских бюджетов, которые постоянно растут и требуют увеличения денежной массы для их покрытия.

Так, за восемь месяцев т. г. дефицит союзного бюджета составил более 77 млрд. рублей, а к концу года его размер оценивается в 145 млрд. рублей. Поступление доходов союзного бюджета за январь-август 1991 г. составило только 68,2 млрд. рублей или 40 % к плану. В Общесоюзный внебюджетный фонд стабилизации экономики за указанный период поступило только 18,1 млрд. рублей при годовой потребности в средствах в сумме 68, 4 млрд. рублей.

Для покрытия расходов бюджетов используются ресурсы Госбанк а СССР, предназначенные для краткосрочного кредитования, а также средства, принадлежащие населению, значительная часть которых не обеспечена товарами и, поступая в новый оборот, вызывает все увеличивающуюся эмиссию денег. Попытка покрытия бюджетных дефицитов за счет выпуска государственных ценных бумаг пока не удалась. Вместо изъятия средств из оборота источником покупки основной массы облигаций вновь стали ресурсы Госбанка СССР и Сбербанка СССР, которые приобрели в 1990 году таких облигаций на 55,3 млрд. рублей. В 1991-году Минфин СССР и минфины республик даже не пытались выпускать новые облигации на приемлемых для населения и предприятий условиях.

На нужды союзного бюджета за январь-август т. г. было привлечено кредитных ресурсов Госбанка на сумму более 40 млрд. рублей (в том числе 33 млрд. рублей на покрытие дефицита бюджета и 8 млрд. рублей в единый фонд социальной поддержки населения). Кроме того, на покрытие дефицита Общесоюзного внебюджетного фонда стабилизации экономики за этот период направлено 22,2 млрд. рублей.

Госбанк СССР не видит возможности для дальнейшего прямого кредитования дефицита государственного бюджета за счет краткосрочных кредитных ресурсов, т. е. эмиссии наличных денег. Уже сейчас около 60 процентов этих ресурсов использовано на покрытие расходов бюджетного характера и продолжение такой практики чревато крайне отрицательными последствиями для экономики.

В целях относительной стабилизации положения в денежном обращении и нормализации денежного оборота представляется необходимым:

1. Разработать и осуществить дополнительные экономические меры по стимулированию увеличения производства товаров народного потребления и расширению сферы платных услуг до конца 1991 г.

Наряду с этим обеспечить сокращение расходов союзного и республиканских бюджетов и проведение мер по увеличению доходной базы бюджетов. В условиях дефицита бюджета не представляется возможным обеспечить нормальное денежное обращение.

2. Для предотвращения возможной гиперинфляции полагаем необходимым осуществление жестких мер по регулированию расходов на оплату труда. В связи с этим предлагается с 1 октября т. г. по 1 января 1992 года заморозить фонды потребления (оплаты труда) предприятий, объединений и организаций (независимо от форм собственности и подчиненности) на уровне, сложившемся за II квартал 1991 г. (в пределах средств, причитающихся на потребление в соответствии с действующим порядком). При этом целесообразно разрешить предприятиям сверх этого уровня осуществлять дополнительные расходы на потребление лишь в размерах, соответствующих увеличению объемов реализации товаров и услуг для населения.

В названный период, т. е. до конца 1991 г., представляется крайне необходимым завершить выработку организационных мер по переходу к налоговым методам регулирования средств, направляемых на потребление.

3. Активизировать процесс приватизации жилья, государственных предприятий (прежде всего в торговле, сфере обслуживания и услуг) в целях сокращения давления на ограниченный потребительский рынок резко возрастающих в 1991 году доходов населения с направлением всех полученных средств на погашение внутреннего государственного долга.

В связи с расширением выделения гражданам садово-огородных участков необходимо изыскать дополнительные возможности для продажи населению строительных материалов (шифера, цемента, кирпича, пиломатериалов), так как потребность в них не удовлетворяется.

4. Обязать Минфин СССР и минфины республик совместно с центральными банками рассмотреть и решить вопросы выпуска казначейских векселей сроком на 6-12 месяцев, в том числе с использованием имеющегося запаса казначейских обязательств прошлых лет.

В.Н. Куликов


Что касается эмиссии, то в 1985 году в обращении было примерно 700 млрд рублей, в 1991 году их стало 1,4 трлн – то есть в два раза. Плохая, но не катастрофичная цифра.

Как решали проблему в 1947 году? Конечно же, денежной реформой

Вообще, первый проект послевоенной денежной реформы начали разрабатывать еще в 1943 году (В.П. Дьяченко). В задачи реформы входило приведение в соответствие количества денег с потребностями экономики, прекращение чрезмерной эмиссии и обмен скопившихся на руках у населения денег. Отдельным пунктом значилось недопущение перекачки средств из города в деревню через рынок – то есть Сталин ставя задачу отлично понимал и масштабы спекуляции и то что город находится в состоянии перманентного голода, а власть не в состоянии досыта накормить рабочих.

Дьяченко понимал, что решение не может быть достигнуто через повышение платежей в бюджет с населения – оно ударит по социально незащищенным слоям, а спекулянты окажутся в стороне. Кроме того, уровень налогов и так признавался чрезмерным. Выход он видел в повышении цен на ненормируемые товары до рыночных, с последующим обменом дензнаков. Первым этапом должно было стать повышение ненормируемых цен, вторым – сближение коммерческих и нормируемых цен. Третий этап – переход к торговле по новым единым розничным ценам, которые будут средними между первыми двумя.

Обмен денежных знаков планировался с деноминацией, при этом планировалось введение единых денег. Напомню что с реформы 1922–1924 годов в СССР было два типа дензнаков – билеты Госбанка СССР и казначейские (то есть правительственные) билеты. Выход из режима превышения денежной массы над товарной через инфляцию отвергался, так как в этом случае цены пришлось бы повысить в 10–20 раз (!).

Предполагалось наращивание объема розничного товарооборота через стимулирование промкоперации и колхозной торговли. Предполагалось так же разрешить коммерческую торговлю вне колхозных рынков по коммерческим ценам. Причем, как просматривается из плана – в будущем вся (!) торговля должна была бы быть коммерческой. Планировалось повысить платежи предприятий за использование мат ресурсов и заготовительные цены на селе. Реформа ФОТ предлагала резко увеличить премиальную часть ФОТ с дифференциацией по званию, должности, стажу, образованию, «звену аппарата», «поясу местности», «наличию связи с сельским хозяйством».

В декабре 1944 года Дьяченко конкретизировал проблему излишней денежной массы на руках у населения, предложив провести конфискационную денежную реформу с обменом денег находящихся на руках у населения только по строгому лимиту. При этом он признавал, что реформа будет иметь успех только при ее внезапности и пресечении спекуляций и злоупотреблений на местах.