# Байки из серванта

Александр Шубенков

Все рассказы написаны в течение 2018 года, и на сегодняшний момент я многое в них изменил бы, но пусть рассказы остаются в первоначальном варианте.

© Александр Шубенков, 2019

ISBN 978-5-0050-5920-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero


## Новая жизнь

***

– Роби, принеси стакан воды, – голос пожилого человека ураганом вылетел из кабинета и волной прокатился по длинному коридору. Мужчина был чем-то раздражён, и в свой призыв он вложил весь гнев, на который только был способен. Ответа не последовало. В доме царила тишина, на фоне которой секундная стрелка настенных часов, отбивающая мерный ритм, отсчитывала подходящее к концу терпение старика.

– Роби, сукин ты сын! Я долго буду ждать чёртов стакан воды? – хозяин дома с яростью отшвырнул держащие в руках документы. Бумаги полетели на пол, устилая его белым покрывалом. Пожилой мужчина поднялся. Кожаная обивка кресла протяжно заскрипела, будто облегчённо выдохнув, освобождённая от тучной задницы хозяина. С трудом передвигая отёкшие ноги, старик вышел из кабинета и, прихрамывая, поплёлся на поиски Роби. Преодолев коридорный марафон, попутно окликая слугу брюзжащим, но громким голосом, мистер Церц – хозяин дома, оказался на кухни.

Помещение было настолько большим, что его размеры можно легко сопоставить с размерами квартиры человека среднего достатка. Богатая утварь также говорила о том, что хозяин дома не привык отказывать себе в чём бы то ни было. Однако, несмотря на своё приличное финансовое состояние, старик был до смешного скуп. Вместо того чтобы нанять себе штат сотрудников для присмотра за огромным домом, мистер Церц приобрёл универсального робота-помощника на рынке технологических новинок. К слову сказать, новинкой эта модель была добрых пять лет назад. Именно тогда старик-одиночка, всеми способами избегающий общества, стал владельцем Роби – молчаливого робота, беспрекословно выполняющего всю работу по дому.

– Вот ты где, паршивец, – негодующе воскликнул старик, облокотившись от усталости на столешницу. Посреди кухни в луже пролитой воды и мелкого крошева от разбитого стакана барахтался робот-помощник, делая тщетные попытки встать. Ему было невдомёк, что подняться, а тем более нормально функционировать с отвалившимися ногами не получится. Нижняя часть Роби валялась в стороне, подрагивая ногами на шарнирных креплениях.

– Давно надо было тебя заменить, – скорчив недовольную гримасу, произнёс старик без тени жалости. Сев на стул, мистер Церц достал из кармана телефон. Глядя поверх очков на дисплей телефона, который он держал в вытянутой руке, хозяин дома долго копался в списке контактов. Найдя, наконец, номер фирмы, продавшей ему робота, старик нажал вызов.

– Алло, – всё тем же мерзким голосом сказал мистер Церц, – некоторое время назад я купил у вас робота. Так вот – он сломался. Я требую, чтобы вы его починили или прислали мне нового.

– Здравствуйте, – будничным голосом ответили в трубке. – Прежде чем вам помочь, я должен узнать, что именно сломалось.

– Сломались ноги. Вернее, они просто отвалились.

– Назовите модель робота.

– «Роби 1».

– Ого! Да это самая старая модель. Удивительно, что робот так долго вам прослужил. На него гарантия всего два года.

– Чёрт бы вас побрал! Мне наплевать, сколько на него гарантия. Я спрашиваю: вы почините его или нет?

– Вы меня вообще слушаете? Я же вам говорю, это очень старая модель. Наверное, вы единственный человек в городе, у которого она ещё осталась. Все наши склады забиты запчастями роботов под завязку, но вряд ли найдётся даже самая незначительная деталь «Роби 1». Не говоря уже о пояснично-крестцовой пластине. Мой вам совет – оставить затею с ремонтом и заказать у нас «Роби 7».

– Советы вы будете давать своим друзьям. А я даю вам ровно час. Если через час робота не будет, вас ждёт такой разнос, что вы пожалеете, что связались с Церцем. И надеюсь «седьмой» будет прочнее.

– Кажется, я уже пожалел, – произнёс голос. Однако мистер Церц, со злостью швырнувший телефон об пол, уже не слышал ответа.

Лежащий на полу Роби всё не прекращал попыток подняться. Он будто старался доказать хозяину, что ещё может послужить. Что его рано выбрасывать на свалку. Кто бы что не говорил о бездушности роботов, но то, с каким взглядом тускнеющих огоньков глаз Роби провожал хозяина, наводит на мысль об обратном. Будь у него функция говорить, он бы напомнил мистеру Церцу о пяти годах безупречной службы. Но такой функции у него не было, и всё, что ему оставалось, это дожидаться своего последнего путешествия. Путешествия на свалку.

Старик в ожидании заказа расположился в кабинете, усевшись в своё любимое кожаное кресло. На какое-то мгновение мистер Церц задумался о том, что остался один. Пусть ненадолго, но всё же один. И какой бы сволочью он не был, но полное одиночества угнетало даже его. Он полез в карман за телефоном, но вспомнив, что разбил его, отдёрнул руку, будто обжёгшись. Где-то там, в списке контактов есть номер, появления которого он ждёт на экране телефона. Каждый день, ежеминутно, старик дрожащей рукой лезет в карман, в надежде увидеть этот номер входящим вызовом. И каждый раз разочарованно кладёт телефон обратно. О том, чтобы позвонить дочери самому, и речи быть не может. Гордость. Чёрт дери эту гордость. Но так он устроен. Пять лет они не общаются из-за пустяковых разногласий. Впрочем, как и большинство размолвок случается по пустякам. Слепишь вот так однажды маленький комок обиды, пустишь его на самотёк с высоты гордыни, и не заметишь, как этот комок станет неприподъёмным от твоих домыслов.

Его размышления прервал звонок. Старик встрепенувшись, полез было в карман пиджака, но тут же убрал руку. «Чёрт, – выругался он, – это в дверь звонят». Посмотрев на часы, мистер Церц отметил про себя, что курьер приехал минута в минуту.

Открыв дверь, старик увидел молодого парня из службы доставки. Тот улыбался, выставляя напоказ желтоватые от налёта зубы. Это не была дежурная улыбка, необходимая при встрече с клиентом. Это была улыбка молодости. И ей не нужна причина. А вот курить надо бросать. Так подумал мистер Церц, глядя на парня. Рядом с курьером на транспортировочной тележке стоял большой ящик, притороченный к ней верёвками.

– Ты так и будешь стоять и скалиться? – процедил старик. – Завози уже.

Несмотря на прохладную встречу, улыбаться парень не перестал. Разве может ворчащий дед испортить настроение влюблённому мальчишке? Закатив посылку в дом, курьер осторожными, но ловкими движениями вскрыл ящик. Новенький, отдающий хромированным блеском, обтекаемой человекоподобной формы робот не шёл ни в какое сравнение с роботом первой модели. Бочкообразный «Роби 1» был отголоском прошлого. Затихшим отголоском, которого за преданность удостоили местом на свалке.

– Мистер Церц, – обратился к старику доставщик, – подайте ему голосовую команду, чтобы робот идентифицировал вас как хозяина.

– Сам знаю, – совершенно без злобы фыркнул старик. Обновка на время смягчила его вздорный характер. Проведя рукой по металлическому корпусу, мистер Церц произнёс пароль активации. Зашумел компрессор, подавая порцию сжатого воздуха в пневмоцилиндры. Ссутуленный робот выпрямился. Индикаторы глаз замерцали, говоря о том, что модель готова к работе.

– И не забудьте загрузить ему схему дома и подробный план его обязанностей, – продолжая улыбаться, сказал парень, – я, если что, могу с этим помочь.

– Спасибо, я сам справлюсь, – ответил мистер Церц. – Я буду вам признателен, если вы заберёте старую модель, – он сунул в карман курьера крупную купюру, – справа по коридору кухня, он там.

Упаковав обе части старого робота в ящик, парень загрузил его в машину и отправился на городскую свалку.

***

Сухой, невысокого роста старичок вышел на почерневшее от времени крыльцо своего домишки. Дом был маленьким, и со стороны его можно было спутать с добротной сарайкой. Взъерошив седые волосы грязной ладонью, дедушка улыбнулся щербатой улыбкой и прищурено взглянул на солнце.

Жил он на отшибе города, там же находилась и свалка. Хибара деда не была обнесена забором, так что нельзя сказать, где заканчиваются его владения и начинается кладбище мусора. И выходило так, что с попустительства городских властей и молчаливого безразличия горожан, старик оказался выброшен на помойку. Все в округе его так и называли: «мусорный дед». Но он никогда не жаловался на своё положение. Глаза видят, уши слышат, руки и ноги работают, значит всё не так плохо. А то, что люди болтают – это пусть. У умных людей язык всегда на поводке. Глупые же всегда повод найдут.

В животе заурчало. «Да, – сказал себе под нос старик, – пора приниматься за работу. Одним солнышком сыт не будешь». Сам себя дед негласно считал хозяином свалки. Кроме него здесь никто не обитал. Тут его дом и его работа. Он тем и жил, что отыскивал в куче хлама сломанные вещи и ремонтировал их. Потом продавал, и на вырученные деньги покупал еду. А сломанных вещей, к слову сказать, было немало. Давно прошли те времена, когда люди несли поломанные телефоны, телевизоры и прочую технику в мастерские. Теперь народ со средним достатком при малейшей поломке несёт всё это на свалку. Ведь куда проще купить новую вещь. А особо зажиточные горожане выбрасывают совершенно нормальную технику, как только выходит новая, обновлённая модель. В такие дни старик особенно счастлив. Не надо тратить время на ремонт. Остаётся только найти покупателя и отдыхать.

Мимо старика, поднимая жёлтую пыль и мелкий мусор, проехал фургон и остановился в двадцати метрах от него. Из машины вышел молодой человек и, выгрузив большой деревянный ящик, положил его рядом с небольшой кучей мусора. Когда фургон уехал, старик подошёл к ящику. Осмотрел его со всех сторон. Крышка оказалась слегка наживлённой, и дед без труда оторвал её и окинул в сторону.

– Ну и ну! Эй, приятель, как тебя сюда занесло? – произнёс старик. – Кому же ты так не угодил?

Робот смотрел на человека тусклыми глазами. Старик, взявшись за корпус робота, потянул его на себя, и, вытащив лишь верхнюю часть, понял причину, по которой от него избавились. Робот, издав короткий писк отключающейся системы из-за севшей батареи, уронил голову на грудь.

Старик хлопотал над роботом всю ночь, но, как ни старался, приладить обратно нижнюю часть так и не смог. Пришлось на место ног установить две рессоры с приваренными к нижней их части металлическими пластинами. Соединённые между собой два небольших аккумулятора сгодились для того, чтобы запустить моторчик робота. Глаза его засветились ярким светом. Роби увидел склонённого над ним человека. Старик улыбался.

– Ну что, дружище? Поживём ещё? – сказал старик. Затем оставив робота, вышел на улицу, чтобы подставить лицо согревающему солнцу.

Дед стоял на улице, принимая солнечные ванны, как вдруг услышал грохот в доме. Он поспешил было узнать, в чём дело, но открывшаяся дверь остановила старика. Из двери неуклюже раскачиваясь на рессорах, вышел робот, неся в руках стакан воды. Пока Роби покачиваясь, дошёл до человека, в стакане осталось воды наполовину. Робот протянул воду старику, виновато опустив голову. Дед улыбнувшись, ободряюще погладил нового друга по спине.

– Не переживай, малыш. Теперь ты не слуга, теперь ты мой друг. А заново ходить ты ещё научишься.

2018

## В космос на диване

1

Говорят, что лень – это двигатель прогресса. Или двигатель прогресса – это реклама? Или реклама – двигатель торговли? Чёрт ногу сломит, что люди говорят. Да, собственно, и неважно это. Важно то, что лень – это главная черта, которая характеризует меня целиком и полностью. Любым движениям жизни, будь то встречи с друзьями, поход в кино или парк, или любая другая активность, я предпочитаю всё-таки остаться дома. С точки зрения психологии это можно списать на интровертность характера, а любители недельных гороскопов, узнав, что я Рак, вообще будут биться в истерике и кричать, что в этом и зарыта собака, только я-то знаю – всему причина лень и только она.

А ещё я где-то давно слышал, что если очень захотеть, можно в космос полететь. Вот вы хотели бы побывать в космосе? Только честно. Я бы хотел! Ну, возможно я и преувеличиваю. Ведь вы это не сможете проверить потому, что наши желания часто не совпадают с нашими возможностями. И опять же, даже если и была бы такая возможность, я всё-таки не полетел бы. Потому что мне лень. Это надо проходить всяческие проверки вестибулярного аппарата и физических возможностей. Слишком муторно. Вот если б можно было полететь в космос прямо так, из своей комнаты. Да прямо вот на этом диване, на котором я сейчас сижу. Ну и глупости же мне приходят в голову.

Толчок. Что это было? Землетрясение что ли? Не должно. Насколько я знаю, у нас не сейсмоактивная зона. Наверное, показалось.

Я откинулся на спинку дивана и продолжил фантазировать. Так, предположим, что в качестве транспортного средства для покорения просторов галактики будет служить диван…

Снова толчок. На этот раз более чувствительный. Да что такое-то? Стоит мне подумать про путешествие в космос на диване, как…

Диван основательно так тряхнуло. Я вскочил как ошпаренный и умчался от дивана в другой конец комнаты. Это перестаёт быть забавным. Может, я сплю? Я ущипнул себя побольнее. Я слышал, что если ущипнуть себя во сне, то обязательно проснёшься. Хотя, как ты проснёшься от этого? Непонятно. Я лишь вскрикнул от боли и оставил на руке синяк. Одно из двух: или это не сработало и я продолжаю спать, либо я вполне себе бодрствую и, похоже, схожу с ума. Конечно, последнее мне нравилось меньше. Предположим, я сплю. В таком случае я ни чего не потеряю, если сделаю то, о чём думал только что. Если же нет, то я чёртов телекинетик, и значит тем более нужно пробовать. Осталось понять, как это работает. Сим-салабим и трах-тибидох, я так понимаю, отпадают. Ладно, будем думать.

Я сел обратно на диван, очень аккуратно. Поджилки ещё тряслись, но я, как Питер Паркер, который пытался пустить паутину, начал подбирать заклинания. Почему в голову пришло сразу «Поехали» Юрия Гагарина? Не получилось. Так, стоп! Вот я болван! Диван же начинает трясти после того, как я подумаю о полёте в космос на нём. И тут, после этих мыслей, диван пришёл в движение. Надо развивать успех! Я сосредоточился на мысли о полёте и бросил взгляд на люстру, висящую под потолком. Диван стал медленно подниматься и причалил точно туда, куда я указывал взглядом. Захотелось крикнуть: «Эврика!», но я передумал. Товарищ Архимед мне бы этого не простил. Пользуясь случаем, я выкрутил давно сгоревшую лампочку, силой мысли спустился на грешную землю и начал собираться в путешествие в космос.

Так как я всё же склонялся к тому варианту, что я сплю, я не стал задаваться вопросом, как я буду дышать в космосе. Здесь мои возможности безграничны. А вот по поводу продовольствия, я решил не пускать ситуацию на самотёк. Без еды в космосе точно нельзя!

Взяв с собой термос с чаем и контейнер с бутербродами, я уселся на диван и приготовился к старту. Стоп! Нужно же ещё приодеться потеплее. Я слышал, что в космосе холодно. Пододев свитер под тёплую куртку, я решил что готов. Распахнул окно, и, усевшись поудобнее, отправился в увлекательный полёт в космос на диване.

2

Вечер стоял тёплый. Это навевало приятные мысли. Слабый ветерок раскачивал верхушки деревьев в такт игравшей в моей голове космической музыки группы «Зодиак». Я медленно поднимался, словно на воздушных шарах, в тёмную неизвестность густого, тягучего пространства вокруг меня. Я летел к тусклым звёздам там наверху, оставляя яркие звёзды горевших окон, где-то внизу. Будущее и прошлое перестали существовать. Осталось только восхитительное настоящее, которое обдувало меня ласковыми потоками ветра, заставляющего зажмуриться от удовольствия.

На высоте птичьего полёта мимо меня проплыла очумелая ворона, щедро осыпая вороньими ругательствами невесть откуда взявшегося чудака. Угостив её хлебом по загривку и услышав, как мне показалось, благодарственное «кар», я полетел дальше. Вернее, выше, всё больше удаляясь от светлой и родной земли, в объятья тёмному, захватывающему всё моё сознание пространству над головой.

Вот уже вечерние огни города стали казаться мне чем-то вроде семян растений, беспорядочно посаженных неумелым садоводом. А дома стали кубиками, которые маленький мальчик рассыпал по комнате, играя в очень интересную игру.

Я не задавался целью лететь в какое-то конкретное место, а просто парил, наслаждаясь небывалыми ощущениями полёта. Вы, может быть, скажете: «Вот чудак-человек, ему выпал такой шанс – побывать на Луне или оказаться первым человеком, покорившим „Красную планету“, а он вместо этого решил просто полетать». Что я могу сказать? Может вы и правы. Но вы, верно, забыли, что я лентяй. К тому же ни лунного, ни марсианского языков я не знаю. Согласитесь, неудобно выйдет, если встретив местных жителей, я и двух слов связать не сумею. Мне не очень хочется при первом контакте с внеземной цивилизацией ударить в грязь лицом. Я просто не могу допустить, чтобы они подумали, что земляне вот такие невежды. Но обещаю вам, как только приземлюсь, я обязательно зайду в книжный магазин и приобрету русско-марсианский разговорник.

Ну вот, кажется, накаркал. Не прошло и десяти минут, как я оказался в космосе, и со мной уже пытаются вступить в контакт какие-то непонятные существа в (нет, не тарелке, как вы подумали) бочке, напоминающей ту, в которой раньше квасили капусту. Если честно, это немного не то, что я ожидал увидеть в случае встречи с инопланетянами. Если я и рассчитывал на встречу, то, как минимум думал, что они будут на каком-нибудь супер межгалактическом звездолёте. А тут бочка. Ну да ладно. Тут вопрос в том, как мне с ними общаться. О том, что они меня могут атаковать, я даже и не подумал. На моё счастье этого и не произошло. Я начал на ломаном английском пытаться изобразить подобие приветствия. Почему на английском? Наверное, потому, что во всех фильмах гуманоиды почему-то разговаривают именно на этом языке.

Целую минуту я изливал из себя все скудные знания, и уже отчаявшись, что это не возымело успеха, вдруг услышал голос из динамика, который имел место на их корабле.

– Расслабься, мужик. Мы говорим по-русски.

Вот те раз! Вот так просто: « Мы говорим по-русски». Обалдеть! Я не нашёл ничего умнее, как спросить:

– Вы кто?

– Мы космический патруль.

И снова я выдал шедевр:

– Что вы здесь делаете?

– Мы контролируем космическое пространство и не даём таким любителям, как ты, бесцельно болтаться в космосе.

– А что, я не единственный посетитель этих мест?

– На таком аппарате, как у тебя, единственный. А вообще бывают лётчики-залётчики. Мы контролируем это участок пространства с помощью радаров. Предъявите, пожалуйста, документы на транспортное средство и разрешение на проникновение в космос.

Сказать, что я удивился, не сказать ничего! Я потерял дар речи. Но сразу взял себя в руки.

– Так вы что, ГАИ?

– Что такое ГАИ?

– Государственная автомобильная инспекция. Это ребята, которые следят за безопасностью на дороге.

– Что-то вроде того. Мы ЛунТИки.

Я прыснул от смеха.

– И что это значит?

– Это значит Лунная транспортная инспекция. А что, простите, тут смешного?

– Извините, у нас на Земле так мультик называется.

– Совпадение, – уверенно, и без тени иронии сказал патрульный.

– А что вы делаете так далеко от Луны?

– Мы следим, чтобы земляне не заходили слишком далеко. Вы ещё молодые и глупые, чтобы покидать планету. Бывают редкие исключения для особо умных землян. Им разрешается экскурсия на Луну. Но дальше, для всех без исключения, проход закрыт.

– А где эти «особо умные» берут разрешение?

– Если ты не знаешь, где они его берут, – значит, ты не входишь в их число. Поэтому знать тебе это не нужно. Только без обид. Так что тебе придётся вернуться на Землю.

– И вы, конечно же, сотрёте мне память?

– Зачем? Тебе всё равно не поверят. Так что лучше не болтай лишнего, чтобы тебя не сочли умалишённым. Счастливого пути обратно! Будь осторожен и всего хорошего!

– Спасибо! И вам того же!

Так и закончилось моё путешествие, не успев начаться. Ну ни чего страшного. Для первого раза неплохо.

Вернувшись в свою квартиру, я мгновенно отрубился на этом же диване. Так что же получается? Это был не сон?

2018


## Выходной

В семействе факсенов, спозаранок, сразу после сигнала будильника, который глава семейства мистер факсен, с весьма недовольным лицом завёл вчера, царила суматоха. Миссис факсен, как организатор семейного порядка, давала каждому члену семьи распоряжения относительно того, что нужно брать, а что брать не нужно. Никто не остался без внимания. Одни сумки выносились, другие отставлялись в сторону, третьи путались под ногами, угрожая, по меньшей мере, быть причиной ушиба кого-нибудь из зевак. Семейство собиралось на дачу. Э Э Э

Мистер факсен с постной миной, потому что это был его единственный выходной, но достаточно проворно, потому как знал, что значит попасть под горячую руку миссис факсен, выполнял распоряжения супруги. Э Э

Казалось, только двое маленьких ребятишек были довольны поездкой, в то время как глава семейства и его жена воспринимали её как должное, а ни как развлечение. Однако ни отцовская хандра, ни материнская нервозность не могли испортить настроения двум бойким мальчишкам. Те впрягались в тяжеленные сумки как два миниатюрных буйвола и волокли их на улицу, где их уже поджидал отец, сбежавший с глаз супруги от греха подальше, под предлогом погрузки вещей в космокатер. Хотя, спасение его носило временный характер, ведь у миссис факсен будет достаточно времени выесть маленькой ложечкой мозги своему мужу по дороге на дачу и непосредственно на ней. Э

Вопреки ожиданиям мистера факсена, миссис факсен нарушила его спокойствие ещё до отъезда. Э Э

– Так, дорогой, – с минорной ноткой в голосе сказала миссис факсен, – давай ещё раз пройдёмся по списку. Э

– Ну сколько можно, дорогая! – умоляющим голосом промямлил мистер факсен, – всё же проверялось и перепроверялось тысячу раз. Э

– Значит, проверим тысяча первый, – неумолимо отрезала супруга, – или ты хочешь на полпути развернуть катер и мчать обратно, когда вспомнишь, что мы забыли что-то важное?

– Конечно нет, – смирился мистер факсен. Э

Дети носились вокруг катера, играя в преступника и полицейского, меняясь ролями по мере того, как полицейский попадал в преступника пятисекундной заморозкой из своего игрушечного зеробластера. После того, как младший в процессе погони за старшим попал в маму, та, оттаяв по прошествии пяти секунд была, мягко говоря, не в восторге. Оружие вмиг было отобрано, задницы отшлёпаны и усажены в космокатер. Во избежание слёз и истерики, детям было вручено их любимое лакомство – мандариновое дерево.