Разрешите представиться: недоврач
Артур Алехин

© Артур Алехин, 2019

ISBN 978-5-0050-5460-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От автора:

Граждане, как и в моей книге «Территория абсурда», вынужден сразу предупредить – данное произведение является художественным вымыслом. Ничего того, что будет описано ниже, со мной не происходило. Все события, истории, персонажи и прочие детали – в чистом виде фантазия.

На самом деле, я считаю нашу медицину лучшей в мире! Она настолько хороша, что захотелось немного очернить ее в своем художественном произведении. А потому, не воспринимайте прочитанное в серьез. Это всё выдумка. Мое больное воображение в очередной раз родило сюжет, который будет подаваться от первого лица.

Как и в упомянутой выше книге, с пролога начнется фантазия автора.

Спасибо за понимание и приятного вам чтения:)

Пролог:

Друзья, как вы догадались, речь в этой книге пойдет о медицине. В частности, про взаимоотношения врачей и пациентов. Довольно-таки болезненная тема для нашего общества. Люди крайне негативно относятся к такой профессии, как врач. Медики, в свою очередь, не лестно отзываются о тех, кого им приходится лечить.

Мне захотелось рассказать про свой опыт работы и попытаться показать проблему изнутри. Вы, наверное, опять догадались – я сам врач, а потому знаю, о чем буду говорить.

Вполне отдаю себе отчет, что получу по шее и от первых, и от вторых:) Это не пугает. К гадким комментариям я привык. Правда, полагаю, в этот раз их будет в двое больше.

Думаю так потому, что в своем повествовании опишу обе стороны конфликта.

Вопреки некоторым убеждениям, никакого врачебного братства не существует. Поэтому, без зазрения совести, не стесняясь, расскажу про своих коллег, нормальных и не нормальных. Это станет поводом к осуждению с их стороны. Они скажут, я все вру. Скажут, что на самом деле, все врачи хорошие, честные, отзывчивые люди. Жизнь свою кладут во имя спасения других. А я врун, негодяй и выдумщик.

Ровно так же, расскажу о пациентах, которые вовсе не являются мучениками в лапах врачей убийц (обычно в байках про медицину всё выставляется именно в таком свете) – это тоже станет поводом к осуждению меня другой стороной:) Обвинят в том, что я коновал, что на моих руках кровь невинно убиенных людей (может быть даже и детей), и пожелают гореть в аду во веки веков:)

Хочу показать процесс взаимоотношения «врач-пациент» с несколько непривычной стороны. Расскажу, не просто истории банального конфликта, а попытаюсь объяснить в развернутом виде: откуда всё начинается, откуда берется неприязнь, что происходит в рабочем быту рядового доктора и как вообще выстраиваются отношения с людьми в этой сфере деятельности. Поверьте, всё перечисленное имеет непосредственное отношение к заданной тематике.

Пытался структурировать книгу. Думал: сначала расскажу про одно, потом про другое, затем про третье. Но, не выходит так. Вообще никак невозможно отделить одно от другого. Словно вы пытаетесь разобраться в спонтанно возникшей массовой драке.

Представьте ситуацию, завязалось побоище 20 на 20. Все участники битвы не знакомы друг с другом. Ваша задача – понять кто прав, кто жертва, кто агрессор, кто случайно попавший под месиво человек. Начнете их опрашивать, все как один будут отвечать, «да я вообще просто мимо проходил, а он мне грубить начал». Каждый тычет друг на другу. Показания меняются. Сами люди из этого перепутанного клубка, имеют как положительные, так и отрицательные характеристики. Вот и получается, описать от чего именно возникла драка, кто, что и кому сказал до начала рукоприкладства, уже невозможно.

Так будет и у меня в повествовании. Вы заметите болтание из одной стороны в другую. Очень важно понять заранее (обратите особое внимание на то, что я сейчас пишу): видя меня на стороне одной из групп (пациентов или медиков) не подумайте, что я поддерживаю кого-то из них, пытаюсь оправдать или выгородить. Я абсолютно убежден, и покажу в процессе рассказа, что правых и виноватых в этой холодной войне не существует. Никого не хочу осуждать, никого не хочу защищать. Расскажу лишь то, что происходит на самом деле. Сугубо на мой личный взгляд, разумеется.

Конечно же буду опираться на личный опыт. Мог бы ссылаться на рассказанное мне коллегами, но тогда книга будет походить на сборник сплетен, «слышал звон, да не знаю где он».

Я учился, работал и работаю в столице. Поэтому мой личный опыт, далеко не худший из возможных. Однако, у других, вполне возможно, было иначе. Всегда ведь находятся люди, у которых было по-другому… Тут уж вам, граждане, решать, верить мне или нет:)

В завершении пролога, акцентирую ваше внимание на следующем: я не оцениваю себя как врача. Это должны делать пациенты. Соответственно, описывая случай из своего арсенала, не пытаюсь поставить себе оценку плюс или минус. Только лишь констатирую факт, как было.

Хотелось бы начать с того, что в народе действительно крайне много предубеждений относительно врачей, по делу и без. Даже образ у людей сформирован. Мне приходилось не раз в своей жизни слышать уточняющие вопросы.

– Вы врач???

– Да

– А что вы заканчивали, мед училище?

– Мед. Училище заканчивает средний медицинский персонал, а я врач, – специально отвечал канцелярским языком, потому что, кроме как иронизировать, ничего не оставалось. Когда глупость возводится в абсолют, затмевая простейший, здравый анализ – есть два варианта: самоирония или ненависть. Всегда выбираю первое, иначе можно погрязнуть в злости и негативе. Как вы могли заметить, с самоиронией у меня все хорошо:)

– Так вы врач или нет?

– Я же уже ответил, да я врач, – и нелепая сцена со стоянием на пороге квартиры продолжается. Человек зависает, в его глазах отражается ступор, он почему-то полностью дезориентируется. У него есть шаблон, который не соответствует реальности. Просто-напросто нужно в этот момент признать себе, «оказывается мой шаблон не верный, в действительности все не совсем так, как представлялось». Но, он не хочет этого делать. Не привыкли наши люди признавать неправоту, даже самому себе. Поэтому человек продолжает хлопать глазами и у него случается перегруз, диссонанс между тем чего он ожидал, и тем, что увидел.

Знаете, где именно мне задавали такие вопросы? На вызовах, когда я работал в поликлинике участковым терапевтом. А почему? Потому, что не толстый, без усов, без надменно-циничного юмора и без хамовато-нагловатого поведения. Ведь, именно так выглядит настоящий врач, в понимании немалого количества людей (один из стереотипных образов).

А молодой человек 25—30 лет, с ухоженным лицом, вежливый, спокойный, культурный и корректный, никак не может быть представителем этой профессии. Таких вообще в представлении огромной части общества не существует. Если таковой стоит перед ними – так это скорее всего аферист или мошенник. Наверняка дело было так: этот лощеный жулик подключился к телефону 50-ти летней женщины, дождался пока она вызовет врача и моментально воспользовался моментом, дабы убить и обокрасть. И вот, пришел негодяй… убивать и обкрадывать.

Вопросы: как реагировать доктору на такой прием? Кто тут ведет себя неправильно? И, обоснована ли будет негативная реакция врача в сторону пациента? Таких историй, граждане, много. Только они рассказываются коллегам по работе. Пациенты же, никогда, между собой этого обсуждать не станут. Даже если человек поймет, что был не прав (убедится: к нему действительно приходил врач, еще не раз его увидит, станет захаживать к нему на прием, автоматически запомнит фамилию, имя и отчество. То есть не малейших сомнений не останется), он все равно не скажет:

– Зря я так с доком поступил. Надо бы извиниться, а то не хорошо получилось, – нет, этого не произойдет. В лучшем случае он сотрет этот фрагмент из памяти, будто ничего и не было. А скорее всего, расскажет байку, как пришел новый участковый терапевт и вместо:

– Здравствуйте, я из поликлиники номер 10, – сказал, – Слышь бабка, открывай дверь!

– И тут я ему ответила…., – вот так будет выглядеть история. В соотношении «пациенты-врач», первых конечно в миллионы раз больше. Получается, масса с одной стороны, количественно задавливает другую.

К примеру, лично Вы, если не имеете отношения к медицине: много ли у вас знакомых врачей, которые расскажут про хамство пациентов? А много ли пациентов, которые расскажут про хамство врачей? Кого больше, ответьте честно?:)

Соответственно, вектор в обществе определяется исключительно количеством. Ровно, что по телевизору 20 каналов говорят одну информацию, и только один противоположенную. Обыватель поверит 20-ти, потому, во-первых, их больше, а во-вторых, тот второй, он может даже не найти.

Несколько раз меня даже не пускали на порог, при этом требуя выдать больничный лист без осмотра. Не скрою, мне доставляет удовольствие ставить невежд и безкультурщину в логические капканы. Сразу же сделаю ремарку – это не имеет отношение к моей профессии. Я люблю так делать не потому что закончил медицинский университет или ношу на работе белый халат. Это имеет отношение, исключительно к моим внутренним соображениям и воззрениям.

Так вот, история та же. Идентифицировали по внешности.

– Я вас не пущу, дайте мне больничный и все! Осматривать себя не дам. Вы не врач.

– Хорошо, – достаю пачку больничных листов, показываю, – вот больничные листы. Вы понимаете, что этот документ может выдать исключительно доктор и никто больше?

– Ну?, – а глаза все тупеют и тупеют.

– Если вы просите меня выдать вам лист нетрудоспособности, значит автоматически признаете, что я врач. Иначе, как я могу вам его выдать? – в подобные моменты казалось, что сейчас из головы человека пойдет дым, произойдет короткое замыкание и он просто грохнется в обморок от перегрева. Отключится как компьютер, который не вытягивает тяжелую программу.

Увы, даже логические аргументы не действовали. К сожалению, далеко не каждый умеет думать и размышлять. Всё тот же случай с шаблоном.

Видите, граждане, пациенты далеко не святые мученики, которых старательно убивают докторА, стараясь сделать по мучительнее и по болезненнее:) На их стороне тоже попадаются весьма противные особи, их не мало.

На этом моменте призываю комментаторов начать атаку:

«– Да ты просто плохой доктор, поэтому тебя и не пускали, дебил, придурок, идиот… и скотина… вот»

«– Да знаю я таких как ты… расстрелять к чертовой матери!»

«– Настоящего медика всегда видно издалека, а раз по тебе было не видно, значит ты не настоящий!»

«– Все ясно, ты врач и будешь все время выгораживать коллег! Люди, айда его на дыбу!»

А я, с позволения тех, кому интересно читать дальше, продолжу:)

Раз уж начал с опыта конфликтов, расскажу про очень важный случай. Яркий показатель, откуда берутся жуткие мифы про оборотней в белых халатах. Данная история вполне могла стать зародышем байки, которая пополнит счет уже имеющихся.

Захожу в квартиру. Чувствую запах тления.

Думаю, далеко не каждый чувствовал запах разложения. Представьте себе мясо, которое забыли положить в холодильник. Откровенно говоря – вонь, вызывающая рвотные позывы.

Захожу, смотрю на отметку вызова (всегда записывал в блокнот, чтобы быстрее ориентироваться), написано: «болит рука». Ну, болит и болит. Обычно это означает ушиб, растяжение, артрит, редко перелом после падения. Но, воняет то почему?!

Родственники приглашают. Показывают на закрытую комнату, рассказывают:

– Дней 10 назад бабушка порезала палец. Мы перевязали. Через пару дней заболела рука. Думали пройдет. Прошла еще неделя, боль не прекращается, решили вызвать вас – подходим к комнате. Открываю дверь, захожу и едва сдерживаю рвотный рефлекс. Запах ужасный.

На диване сидит бабушка, лет 70-ти, с перевязанной правой рукой. Бинт серо-желтого цвета. Спрашиваю, «что случилось?», рассказывает ту же историю, что и родственники.

Понимаю, под повязкой ничего хорошего нет. Достаю перчатки (кстати, далеко не каждый носит их с собой, это личная инициатива сотрудников). Медленно беру за кончик бинта, потихоньку развязываю. Открывает картина… Я такое видел только на кафедре гнойной хирургии – несколько пальцев превратились в жижа подобное состояние. На языке медицины называется «влажная гангрена». Простыми словами, гниение ткани, которое начинается и распространяется все выше и выше. Еще раз представьте, как выглядит гнилой кусок мяса, которому несколько дней. Тоже самое.

Мне становится дурно. А бабушка совершенно искренне, ничего не понимая, говорит:

– Болит сынок, может обезболивающее выпишешь?, – очень хорошо помню ее лицо. Настолько наивное, доверчивое, совсем не понимающее масштаба проблемы. Появилось чувство вины, за то, что не могу помочь, за то, что ей придется очень нелегко в ближайшее время.

– Бабушка, сейчас скорая приедет, обязательно Вам поможет, – родственники подвергают сомнению мои действия, мол:

– Да зачем скорую? Давайте перевязку сделаем и всего делов.

Спрашиваю, раздраженно, набирая 03.

– Вы запах не чувствуете?

– Чувствуем

– Вас ничего не смущает в этом запахе?

Они реально не понимают.

– А что, что-то серьезное?

Я не стал объяснять. Просто вызвал скорую, оформил вызов и ушел.

Почему не стал объяснять? Никакого цинизма в этом не было. Не знал, как сказать. Поясню, что на самом деле произошло: бабушка порезала палец. Не сильно. Обычный бытовой порез кухонным ножом, с каждом бывало и еще много раз будет. Дочь с зятем перевязали рану. Решили, этого достаточно. Не обрабатывали, не меняли повязку. Когда появился запах, слабый, но все же запах тухлятеньки, не придали этому значения, никак не связали с недавно полученной травмой.

Ок, допустим они и не обязаны ничего связывать, т.к. не медики и не могут собрать картину воедино. Согласен. Но, если в квартире появляется нотки разложения, вонь тухлого мяса, разве не интересно откуда берется этот запах и как его устранить? Как можно «забить» и продолжать спокойно жить?

В рану попала инфекция или она просто загноилась. Возникла характерная боль. Целую неделю родственники на это не реагировали. Лишь тогда, когда вонь достигла невероятных масштабов, и жалобы на боль бабушка начала предъявлять каждый день, они решили что-то предпринять…

Я бы мог им это рассказать. Но, понадеялся, что они искренне ничего не замечали. Не из-за своего наплевательского отношения, а правда не понимали.

Уходя, точно знал: бабушке ампутируют руку, как минимум кисть. А может и по локоть, тут уже будет завесить от адекватности хирурга. Не спорю, может попасться доктор, которому плевать кому, что и сколько отсекать. Он может это сделать просто от балды, на всякий случай, чтобы не морочиться и скорее уйти с работы домой. Тоже правда. Встречались мне такие коллеги.

К чему я рассказал этот случай? К тому, что дочь этой бабушки и ее муж, никогда, никому не расскажут правды! О том, что именно по их вене бабушка лишилась руки. Такое признать крайне сложно. Даже честному, искреннему перед самим собой человеку. Что говорить о тех, кто живет в соседней комнате с гниющим родителем и не проявляет никакой реакции?

Они расскажут совсем иную историю. Придумают и сами поверят в нее: как не верно бабушке что-то назначили, пропустили заражение руки, не верно наложили повязку, отрубили руку без повода. На выходе получится очередная байка, в которую вы с легкостью можете поверить. Потому что история будет привычная, обыденная. Таких тысячи. Только, обратите внимание: как правило тот, кто их рассказывает, всегда ссылается на какую-нибудь соседку, у которой есть подруга, а у подруги еще подруга, с которой что-то подобное и произошло. Странно, но такой информации вполне достаточно, чтобы поставить клеймо.

А что будет, если я скажу: у меня есть друг, а у друга знакомый, а у того приятель – экономист, рекомендовавший вкладывать все свои сбережения в определенную акцию, которая завтра вырастит в 10 раз? Интересно, много ли людей поверят мне?:) Полагаю, никто.

Но, если по такой же цепочке дойдёт информация о том, что некий врач, назначил аспирин вместо антибиотика – зайдет на ура. Все поверят и начнут пересказывать без капли сомнений.

Не видите ли вы в этом, граждане, некой несправедливости?:)

Теперь, переключимся на черную сторону медицины.

Учебу трогать не стану, хотя и там есть много чего интересного. Расскажу о том, как впервые произошло знакомство с практической медициной лично у меня. Естественно, найдутся те, кто скажут, «тебе просто не повезло, а ты всех под одну гребенку. Страна большая, мало ли у кого и что было?». Отвечу сразу, руководствуясь последующим опытом: страна, конечно, большая и действительно есть места по лучше, по хуже… но принцип одинаковый везде. Имейте это ввиду и в последующем моем описании событий. Не бывает в медицине такого контраста (в глобальном смысле): в одном месте все на 5+, а в другом на 1-. Здание может быть более ухоженное, может быть оборудования в одной больнице в два раза больше, и оно современнее, чем в другой, но принцип взаимодействия, поведение и отношение друг к другу не отличается.

Например, не бывает у нас таких государственных складов, на которых бы не воровали. Они могут отличаться внешне, быть разными по ухоженности, организации порядка внутри, но воруют на всех – вот что я подразумеваю под общим принципом. Грузчики на этих складах, к сожалению, везде ругаются матом и вряд ли у кого-то из них будет высшее образование…

Тем более мое знакомство началось в одной из известных больниц столицы, а не в каком-нибудь провинциальном городе. Как всегда: человек, еще пока чистый и искрений, попадает в систему, которая начинает его по-всякому извращать.

Это произошло, когда я закончил третий курс университета. На этом этапе, студент имеет право работать средним медицинским персоналом: медсестрой и, соответственно, медбратом. Кстати, как ни странно, но официально такого понятия, как «мед. брат» не существует. Даже в трудовой книжке написано «мед. сестра». И это в нашей гомофобной атмосфере общества:) Такой вот казус.

На третьем курсе я дебютировал как «медик». Тогда же ясно и осознал: то чего ожидает человек получить от медицины поступая в университет, очень сильно разнится с тем, что он в итоге получает.

Студенты медики, выглядят так же, как и студенты – будущие педагоги, будущие механики, будущие экономисты. Все одинаковые: молодые, озорные юноши, в основной массе 18—20 лет. Увидев на улице смесь, вы конечно же не поймете, кто из них будущий врач, а кто дипломат. Иногда складывается впечатление, будто в глазах обывателей, врачи, это специально выращенные в инкубаторах убийцы, которые выпускаются сразу во взрослом виде, в халатах и со всеми присущими стереотипными атрибутами. Нет, они такие же люди, имеющие детство, юность, молодость, средний возраст и прочее.

Если спросить любого первокурсника:

– Почему ты поступил именно в это учреждение?

Большая их часть, скорее всего, ответит нечто вроде.

– Потому что я хочу лечить людей. Врач – это благородная профессия, мне нравится помогать страдающим, – граждане, это будет правдой. Студенты реально так думают, в своем большинстве. Грезят мечтой. Романтизируют. Вообще живут в розовых очках. По-другому и быть не может, ибо люди только-только после школы. Они жили в другом мире, беззаботном. Учились, гуляли – гуляли, учились. По сути, не сталкивались с так называемой «взрослой жизнью». В какой-то мере, несмотря на свой возраст, они все еще остаются детьми, и представление о профессиях (впрочем, как и о людях вокруг) у них весьма размытое, перевешивающее в сторону позитива. Они видят окружающее так, как должно видеться в нормальном цивилизованном обществе. Едва ли могут представить, что начав работать, легко могут попасть в коррупционную схему вышестоящего руководства, которое будет давить на них, разве что не требовать, продавать больничные листы и отдавать процент.

– Нет, так не бывает, – скажут студенты первокурсники, – врач должен лечить! Именно это я хочу делать, – понимаете, в чем трагедия реалий нашей системы?

Уже будучи на пятом курсе, помню на одну кафедру пришли репортеры с какого-то канала, чтобы освятить жизнь студентов и их мотивированное отношение к будущей работе. Спросили, кто хочет дать интервью. Вызвался я, еще пару парней и одна девушка – отличница. Зарплаты врачей в то время были крайне мизерными. Переводя на сегодняшний день, буквально 12 000 – 15 000 (на данный момент времени, зарплаты в регионах, лишь в два раза выше. В Москве в 4—6, в зависимости от места). Вообще «не о чём» для человека, который семь лет учился для того, чтобы работать с самым ценным в жизни – со здоровьем людей.

И вот репортёры ко всем добровольцам подходят, задают вопросы из серии:

– Вы знаете какие низкие зарплаты сейчас в вашей профессии. Что вы об этом думаете? Не жалеете ли, что потратили столько времени? Не разочаровались ли?

Я ответил, как всегда, честно.

– Конечно разочарован. У меня друзья работают барменами и регулярно меня подкалывают, говорят я дурак. Они сейчас не имея образования, почти не напрягаясь, в три раза больше зарабатывают!

Опросили всех. Когда я услышал, что говорила девушка-отличница, меня чуть не стошнило:

– О, конечно я не разочарованна. Деньги для меня нисколько не важны. Я учусь для того, чтобы помогать, чтобы делать людям добро, я готова делать это совершенно бескорыстно, ведь человеческая жизнь – это святое, – и прочую хренотень про чистоту души и помыслов. Угадайте, чье интервью показали на одном их федеральных каналов, мое или ее?:)

К пятому курсу, я уже имел стаж два года работы медбратом. Успел нюхнуть реалий, которые развалили весь мой романтизм. Его как рукой сняло:)

Итак, пошел устраиваться на должность, как уже упомянул, в одну не последнюю больницу Москвы, в кардиологическое отделение. Взял справку из университета, все нужные документы и на крыльях полетел туда, весь такой сияющий и порхающий. Думал, «вот он, момент истины. Сейчас начнутся ночные дежурства, экстренная помощь, уколы, капельницы, подбадривание пациентов, слова благодарности от родственников, а главное – я буду работать в команде таких же добродушных и добропорядочных коллег, которые тоже отдали годы учебы, на благо людей».

Прилетел. И….что сказать? Все это конечно было, особенно инъекции и ночные дежурства. Более того, я очень даже прирос к первому месту работы, был там одним из лучших: студент, которому доверяли пост с наркотическими препаратами, что запрещено… Студент, который один оставался в ночные смены на всё отделение – что тоже запрещено. Студент, которого просили делать внутривенные инъекции сложным пациентам, за место медсестер с 15-ти летним стажем, что очень странно! Неужели за 15 лет не научились делать инъекции лучше, чем новичок за полгода?

Скажу так, атмосфера в которую я попал, была абсолютно не дружелюбной и серой.

Например, в первый же день, одна противная медсестра которую поставили со мной в пару, показывала, как раскладывать таблетки (простая процедура, через месяц любой сотрудник сможет выполнять ее закрытыми глазами). Она все бубнила себе под нос:

– Че я за двоих работаю, а деньги получать ты будешь?….

Смутившись, комментирую.

– Я же только первый день, ничего не умею и не знаю. Покажите мне, я научусь. Кто-то же должен ввести в курс дела, – а дальше, поверите или нет, она стала действовать как уличный урка-разводила, пытающийся отжать что-то у подростка.

– За то, что я трачу время, ты мне должен, – не помню точно, какую она назвала сумму, но довольно значимую, особенно учитывая, что зарплаты медсестер были крайне низкими (я получал около 2400 рублей в месяц. Однажды зашел в Макдональдс, оставил там 400 рублей и окончательно понял, как низко ценится месяц моей работы).

То, что она сказала, друзья, был не вопрос, не попытка обсудить или договориться, а становление перед фактом. Это какое дерьмо нужно иметь в душе? Какую озлобленность и бесчеловечность, чтобы вот так напасть на новенького коллегу? Чистой воды попытка взять в оборот, еще ничего не соображающего, растерянного, дезориентированного человека. А ведь этот самый сгусток грязи, работает с людьми. С чьими-то близкими, родственниками, друзьями. От этого существа может завесить чья-то жизнь…

Конечно я сказал ей «нет». Несмотря на то, что в том возрасте был вполне покладистый и управляемый «старшими товарищами». Почти никогда не спорил, не возражал, не пытался перечить, но ее утверждение было настолько вопиющим, что даже я, скромный и спокойный юноша, осмелился пойти в стык. Мало того, что до сих пор помню этот фрагмент из жизни, я еще помню те чувства обиды, которое испытал. «Как же так?», думал, «не может быть такого, что происходит!? Я что, вот для этого буду учиться 7 лет?».

Представьте на минуточку такую ситуацию: вам говорят, вы летите на Мальдивы. Вы радуетесь, готовитесь, жадно изучаете фотографии места, собираете чемодан. Мечтаете, как будете купаться в чистом голубом океане, загорать на солнце среди пальм. Садитесь в самолет, взлетаете, а приземляетесь где-нибудь в деревне, у пруда. Стоите, смотрите и осознаете, «а Мальдив то не существует. Только деревня с прудом. И то не самое худшее место».

Примерно такой же облом я испытал в первый рабочий день. Помню, как стало не по себе, как-то стыдно что ли, как-то противно. Не хотелось принимать реальность происходящего, а работать хотелось.

Через шесть месяцев, быт в отделении уже не шокировал. Сплетни, надменность, интриги, гадости в лицо – стало совершенно обычном делом. Да и сам я на время окунулся в эту среду: алкоголь на ночных дежурствах; продажа дешевых препаратов «на лево», по еще более низкой стоимости.

Суть такая: чем больше натырите лекарств, а присваивались они очень просто – открываете ящик и в прямом смысле слова черпаете ладонью, даже не считая; чем больше нарушите закон: выпьете алкоголь или приедете пьяным на работу; чем надменнее себя ведете – тем вы круче. Понимаю, что звучит глупо. Вопрос, откуда я этого всего нахватался? Ведь 6 месяцев назад пришел чистым, беспорочным мальчиком, желающим лечить и помогать всем страждущим. Что со мной случилось за этот период? Камень на голову упал, и я стал дурачком? Может быть резкая, внезапная психотравма? Или на наркотики подсел? Да нет, все как обычно – система.

Вы, совершенно юный, прозрачный, попадаете в коллектив, в котором установлены определенные нормы. Все вокруг призывают поступать так же. Начинают активно навязывать правила поведения. Поощряют и осуждают за действия того или иного характера.

Например, обращаюсь к блуждающему по коридору дедушке с деменцией (для обывателей, понятней будет термин – в маразме).

– Дедушка, тут нельзя гулять, пойдемте провожу Вас в палату.

Вмешивается бывалый напарник.

– Да че ты с ним сюсюкаешься, он же не хрена не понимает. Дед, давай в палату быстро!.

Смущаюсь.

– Давай я провожу, мне не сложно. Не кричи на него.

– Ты че, мать Тереза что ли? Будешь с каждым так себя вести, времени не хватит, – потом уже, через какое-то время, если разум и человечность преобладают, подобный тон пресекается. Потом я жестко осекал.

– Не ори на моих пациентов! Это мое отделение (имеется ввиду мужская или женская часть), я за него отвечаю, и сам буду решать, как с кем разговаривать. Иди на свой пост, там веди себя как хочешь!, – но это потом. А на первых парах, пытался встроиться в систему и вести себя подобающе.

К тому же, тем кто уже в системе, важно ввинтить новенького, что бы тоже рыльце в пушку было. Если все вокруг продают казенные таблетки, нужно и вас склонить к этому, хоть раз, дабы не настучали на коллег.

И конечно, очень большое значение имеет эффект подражания. Молодой, не освоившийся в жизни человек, хочет быть похожим на тех, кто старше, опытнее. Можно привести в пример ребенка. Дети копируют повадки, мимику, слова, эмоции, манеры, тон голоса и все прочие атрибуты своих родителей. Почти всегда, делают это, что называется, не в тему. Без осмысления. Копируют, не придавая смысла. По причине эффекта подражательства. Родители авторитеты – значит нужно быть на них похожими. Дети полагают, эти манеры правильные. Даже если это ругань матом, отрыжка за столом, ковыряние в носу. Ровно так же ведут себя новички, студенты или выпускники училищ. Во всяком случае большая часть 17-ти – 18-ти летних юношей, которые только формально совершенно летние. В том смысле, что им легко «запудрить мозги» или направить «не в ту сторону».

Что я увидел, устроившись на работу в больницу? В первый рабочий день понял – никакой команды нет, а есть толстая мерзкая медсестра, буквально вымогающая, еще не полученные деньги за то, что показывает мне мои обязанности.

Затем, я попал в смену с другой медсестрой, шизофреничкой (диагноз называю, не оскорбляю). Как она там работала, не имею понятия. Все знали, да и сама она не скрывала – ее мама регулярно лежала в психиатрической клинике с обострением шизофрении. Сама медсестра тоже стояла на учете в ПНД, ее внешний вид являлся одним сплошным диагнозом.

Она рассказывала, что у нее дома живет домовой, общается с ней, просит налить ей молочка по вечерам, и прочий всякий бред (снова выражаюсь медицинским языком). Но, работала она, надо признать, хорошо, и довольно часто брала несколько суток подряд. Этому была причина: когда ее мать выходила из психиатрической больницы, то била ее, кричала, всячески угнетала. Соответственно медсестре было комфортнее бесконечно дежурить, нежели находиться дома.

Не удивляйтесь этому факту. В медицине встречается очень много невменяемых людей. Потом, работая врачом, я в этом убедился. Далеко ходить не нужно, уже на первой врачебной должности, в поликлинике, работал невролог, женщина, 45 лет. Она ночевала прямо в своем кабинете, потому что у нее не было дома. Сидя на приеме, разговаривала сама с собой! Пациенты регулярно ходили к главному врачу:

– Там что-то странное происходит, ваш врач кажется с ума сошел, – заходя в кабинет он лицезрел сидящего невролога, разговаривающую с пустотой, смотря в одну точку, никого вокруг не замечая.

Она же, диким воплем орала на пациентов. Нередко кидала в них картами, ручками, карандашами. Об этом знали все, и посетители, и персонал. Тем не менее, работала, вела прием, назначала лечение, получала зарплату. Не понимаю, как такое возможно.

На другом месте, вплотную общался с врачом, который на полном серьезе предлагал устроить старикам 3х дневное голодание, объясняя рекомендацию тем, что какой-то японец доказал пользу подобной диеты.

Этих странностей в самом деле куча, один из десяти врачей точно «с приветом». Поэтому, возвращаясь к медсестре, для меня было странным ее присутствие в отделении. Сейчас, уже бы не удивился.

Несмотря ни на что, с ней было комфортно. Она не злая, не агрессивная, только нудная очень. Именно с ней на дежурстве я в первые в жизни увидел смерть, и собственно, труп человека. До того момента, на кафедре анатомии студенты практиковались только на зафармалиненых телах, напоминающих мумии. На них изучают мышцы, связки, кости и т. д. А кафедра суд-мед экспертизы, на которой самостоятельно делают вскрытие на оценку, появилась то ли на 5-ом, то ли на 6-ом курсе.

До сих пор детально помню, как все было. Даже диалог, слово в слово.

Она меня будит. Просыпаюсь. Нахожусь в прострации, не привык еще резко подниматься, да и вообще куда-то идти, соображать в три часа ночи.

Иду за ней, как в тумане. Ведет в палату, просит помочь. Захожу, а там тело старого человека, на полу. Спрашиваю:

– Он что, умер?

Она отвечает совершенно спокойно, иронично.

– Нет, прилег отдохнуть, – я даже с начала не понял, шутка это или нет. Не то что бы был шокирован, просто как-то не привычно. Перед вами вроде человек, а вроде кукла. В первый раз смерть очень странно выглядит.

Дальше подробности опущу, детали будут неприятны, даже мне, неоднократно видевшему это. Одно только тактильное ощущение холода чего стоит…

Интересно то, что, эта психически нездоровая медсестра, много чему меня научила. Не имею ввиду чего-то особенного, просто безотказно показывала фронт работы, никогда не раздражалась, если вдруг просил помочь или повторить порядок действий.

Вспоминаю о ней с человеческим теплом… и чувством сострадания. Она выглядела очень некрасиво. Носила большие нелепые очки, которые в довесок к несимпатичной внешности, увеличивали ее глаза. Руки всегда были в трещинах из-за аллергии на перчаточный тальк.

Таких как она, обычно чураются, избегают контакта. Она это все понимала, вела себя забито… только заколка в волосах, и попытка сделать пряди, выдавали женственность и желание быть красивой. Я всегда время смотрел на ее заколку с каким-то необъяснимым переживанием. Словно, на девушку с изрезанным лицом, которая красит себе губы, пытаясь показать, что она все еще девушка, а не уродец.

Между прочим, несмотря на свою болезнь, та медсестра куда лучше и надежнее, чем психически здоровый сотрудник, внутри которого живет злоба, цинизм и ненависть ко всем вокруг.

Еще был в том отделении мед брат-гей. Как оказалось, каждый год впадающий в запои. Мне довелось увидеть его в этом состоянии. Оказывается, об этом все знали.

Ему отдельное спасибо. Он работал в том месте более 10лет, научил делать инъекции, вести себя смелее и т. п. Забавно наблюдать, как человек, который воспринимался как учитель, вне гласно отлеживался в палате, нес всякую пьяную ахинею и клянчил у меня пиво, которое я у него отобрал (по наказу врачей, конечно же). Еще один шок. Внезапность происходящего, переворот реальности в совершенно противоположенную сторону.

Опять же, сейчас не удивлюсь, если мой хороший сосед, приятный и культурный в общении, вдруг окажется убийцей. Уже привык к хаосу нашего общества. А тогда, картинка была черно белая. Если человек хороший, значит он не делает плохого, и наоборот. Когда авторитет внезапно превратился в свинью, это стало уникальным опытом, шокирующим, с которым ранее я не сталкивался (в силу возраста).

За те пару лет работы медбратом, реалии нашей медицины всё сильнее и сильнее выпихивали красивую картинку, основанную на детской пропаганде о добрых медиках.

Были разные медсестры, с которыми проходили дежурства. В процесс выстраиваются свои коалиции: кто кого любит, кто с кем хочет дежурить, кто кого ненавидит и т.д, все как у людей одним словом:)

Но всех объединяло одно: все (как не странно, кроме медсестры-шизофренички) абсолютно единогласно проповедовали образ не достойного профессионального поведения. И позиционировалось это фактически так (приведу обобщённый пример, но концепция такая):

– Ты медик или не медик? А если медик, так что не сбагриваешь на лево препараты? У нас зарплаты маленькие, больница государственная, стало быть своровать не грех. Воруй и продавай за пол цены.

– Ты медбрат или не медбрат? А че тогда трезвый? Ночью выпить святое дело. Прикольно же бухим дежурить.

– Ты настоящий медработник или нет? А че тогда любезничаешь c пациентами? Их надо ненавидеть, грубить им, не докалывать препараты, смотреть на них с пренебрежением сверху в низ.

Снова повторюсь, вы, как человек чистый, дезориентированный, всё это впитываете, повторяете словно мартышка.

Например, сколько людей вокруг вас (да и может лично вы сами) ругаются матом в быту, при незнакомых людях, на улице или просто в разговоре тет-а-тет? Ради Бога, только не утверждайте, «никто»:) Давайте лучше попытаемся понять, почему большинство ругается матом не стесняясь, понимая, что ругаться не прилично? Когда они были детьми, им же рассказывали – это плохо. Только вот, они также слышали, как взрослые вокруг ругаются, в том числе сами родители. Наверняка, вам приходилось быть свидетелем разговора:

– Не ругайся при ребенке!

– Да ладно, он же пацан, все равно за матерится, – а ребенок как чистый лист, что напишешь на нем, то и останется. Хорошо, если во взрослом возрасте человек может сам с себя стереть не правильное, написав заново.

Так вот, вновь пришедший «зеленый» медик, такой же чистый лист. Он не знает, как надо, не знает, как правильно, к тому же по уши напичкан профессиональным романтизмом, хочет почувствовать себя настоящим мед. братом или врачом. И тут ему уже опытные в этом деле люди говорят, «ты хочешь быть одним из нас? Ну так делай так же. Мы же все так делаем. Это круто. Это правильно. Это по медицински» и человек повторяет.

Слава Богу разум достучался до меня. Стал регулярно кАпать мне на мозги:

– Ау, ты что дурак что ли? Ты зачем этой бессмысленностью занимаешься? Зачем ты себя так ведешь, как скотина какая-та?

Я начал понимать обратное: не этого мне хотелось. Вести себя как вор, как барыга, как циник не желаю.

Но, то я, а то те люди, которые меня учили. Им было не столько лет, сколько мне, а далеко за двадцать пять (не всем, но многим). Разница еще и в том, что я учился на врача, для меня работа мед. братом этап проходной. Уже в середине пятого курса я уволился из-за нехватки сил на учебу.

А для всех них – это жизнь. Они поступили в училище, отучились, пошли работать. Весь принцип, который мне пОдали – закоренелые несокрушимые скрепы большинства сотрудников. Кстати, они ведь до сих продолжают работать.

Я описал одну из иерархий медицины. Всю эту муть видят случайно попавшие в больницы люди. Один из источников, откуда берется мнение о медиках-негодяях.

Не оправдываясь, хочу еще раз подчеркнуть: люди, идущие работать в медицину, чаще всего, изначально, не преследуют корыстных целей, «вот сейчас отучусь, пойду работать и обязательно буду грубить пациентам, воровать у больниц, бухать на дежурствах», нет! Их этому учат. Им начинают активно впаривать такую модель поведения. Нет наказания, нет никакой гильотины, вы в отделении вообще царь и бог, особенно когда нет врачей. И по сути, это так. Когда вы ночью дежурите, от вас много чего зависит. От ваших действий, в буквальном смысле, может зависеть чья та жизнь.

Конечно, становление недостойного медика, без его собственного дерьмеца в душе, не обходится. Безусловно, как бы, кто и чему не учил, человек духовно развитый, в итоге не примет извращенную модель поведения. Это явление, касается не только врачебной практики. Можно предположить, что хроническая необразованность, невоспитанность, лень, бескультурье, автоматически толкают людей в сторону разрушения. А тут еще коллеги за это поощряют. В довесок ко всему, чувствуется власть, пусть и не большая.

В очередной раз хочу сделать акцент – такой принцип работает во всех сферах. Говорил бы сейчас не о медицине, а о поварском искусстве, наверняка довелось бы стать свидетелем, как повара плюют в блюда, кладут свиное мясо пополам с говяжьим и т. д.

Или может быть, вы полагаете, что сантехники, механики, учителя, пожарные, уборщики, менеджеры в офисе, библиотекари и прочие другие, совершенно разные профессии, всё делают идеально? Недорабатывать и вести себя отвратно – мода нашего общества… постулаты, если хотите. Не знаю, когда они возникли, но харкнуть где-нибудь на улице при людях, считается круче, нежели сделать это незаметно, аккуратно, в урну. Если человек поступит по второму варианту, он почему-то почувствует себя ущербным, будто его заставили, принудили, унизительно ограничили. Почему-то так… В профессиях ровно тоже самое, особенно в госучреждениях. Можно попытаться предположить, свалить все на зарплаты, «вот, мол, зарплаты маленькие, люди и сходят с ума». Нет, связь не большая. Сейчас, в столице, выплаты более-менее достойные, а уровень медицины прежний. Работают те же самые люди, что были до меня, что выпустились вместе со мной и те, что после. Сделайте зарплату врача 200 000 рублей в месяц, думаете это улучшит качество? Нисколько. Продолжат воровать, вести себя по-хамски, всячески саботировать нормальный адекватный рабочий процесс. Дело не во внешнем факторе, а во внутреннем.

Обычно, когда приводишь в пример другие профессии, парируют. Говорят:

– Ну ты и сравниваешь! Одно дело хлеб недопечь или машину плохо помыть, а другое дело здоровье человека!

Вот какая штука: многие мелочи, в итоге могут привести к большим последствиям. Тот же недопеченный хлеб, если его есть регулярно, может привести к заболеваниям желудочно-кишечного тракта. А плохо закрученная гайка в кране, через полгода, может привести к прорыву воды, когда человека нет дома. Затем потоп у соседей и возмещение материального ущерба, вплоть до нескольких десятков тысяч рублей… а то и сотен. Но, наперед смотреть никто не привык. Если здесь и сейчас, максимум через пять минут, нет очевидного урона – значит все ок.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.