Марина Соколова
Машинка времени

Любава мечтала о машине времени с раннего детства. Но ей пришлось долго ждать, пока Папа её изобретал. «Я подгадал ко дню твоего рождения», – неловко оправдывался Папа. «Лучше бы ты подгадал ко Дню России», – заметила патриотически настроенная Мама. Папа возразил, Мама не уступила, и они начали выяснять, какой день в году самый лучший.

Проскользнув незаметно в Папин кабинет, Любава с замиранием сердца рассматривала изобретение. Машина времени была похожа на Бабушкину швейную машинку, только ручка у неё была очень длинная. Любава её узнала просто потому, что других изобретений в кабинете не было. Девочка не удержалась – и покрутила деревянную ручку. За этим занятием её застал взъерошенный Папа. Испустив душераздирающий вопль, он бросился к машине времени и уцепился за ручку. Послышался хруст, треск, звон, после чего изобретение превратилось в металлолом, а Папа – в самого несчастного человека на белом свете.

«Это не машина, это… машинка времени», – подобрала Мама подходящее выражение. «Я с таким трудом её изобрёл», – пожаловался понурый Папа. «Ремонтировать намного легче», – успокоила его Мама и, подмигнув Любаве, спешно покинула кабинет. Заинтригованная девочка не заставила себя долго ждать.

«Пока Папа чинит машинку времени, мы с тобой подумаем, как лучше её использовать», – Мама вопросительно взглянула на Любаву. «И чего тут думать? – пожала плечами девочка. – Если бы Папа изобрёл утюг, мы бы гладили бельё. А поскольку он изобрёл машинку времени, мы отправимся путешествовать во времени». Мама без колебаний согласилась с дочерью, что случалось крайне редко. «Я предлагаю отправиться в трёхтысячный год», – задумчиво произнесла Любава. «Лучше в 2080», – тут же оспорила Мама. «Почему именно в 2080?» – полюбопытствовала девочка. «Потому, что я так хочу», – объяснила Мама тоном, не терпящим малейших возражений.

Дискуссия закончилась вовремя, так как на пороге комнаты возник довольный Папа, согнувшийся под тяжестью машинки времени. «Когда едем?» – правильно поняла Мама. «Хоть сейчас, – с готовностью отозвался Папа. – Только ехать не обязательно. Достаточно покрутить ручку». «Давайте вызовем из Африки Наташу», – предложила Мама. «Ни в коем случае!» – замахала руками Любава. (Девочка дулась на сестру за то, что она не взяла её с собой в Африку.) «Ты не должна обижаться на Наташу, – заметила Мама. – Твоя сестра родилась обезьянкой. Время от времени она общается с шимпанзе, потому что её зовёт голос предков». «А я считала, что наши предки – это вы с Папой», – необдуманно сказала Любава.

Теперь настала очередь Мамы обижаться на невоспитанную дочь. Атмосфера накалилась, и в воздухе запахло грозой. «Любава права, – вмешался в разговор задыхающийся Папа, не выпускающий из рук бесценное детище. – Все мы – чьи-нибудь предки». «Папа тоже прав, – поддержала его девочка. – Это ты меня недовоспитала». «Я тебя породила, я тебя и воспитаю, – пообещала Мама, – в 2080 году». «Зачем же так долго ждать?» – удивился Папа. «Ждать не будем ни минуты, – решительно заявила Мама. – Дело не терпит отлагательства. Сейчас же отправляемся в путешествие во времени. Совершим пробную поездку. А в следующий раз захватим с собой Наташу». «Не надо никуда ехать, – натужно произнёс Папа. – Положите сюда правые руки ладонями вниз». По указанию изобретателя Мама и Любава обхватили гладкую ручку в нужном месте. Папа на полусогнутых ногах привёл машинку в действие – и через мгновение путешественники, не сходя с места, перенеслись в будущее.

«Ты куда подевал мой изумительный персидский ковёр?» – металлическим голосом спросила Мама. «… а потом выложил пол плиткой», – Любава издевательским тоном продолжила Мамину мысль. «У меня появилась идея, – Папа горделиво выпятил грудь. – Взгляните-ка на календарь». «Картинка совсем другая, – констатировала Мама. – И год почему-то 2080». «В начале века ты быстрее соображала, – со вздохом признала Любава. – Дело в том, что мы перенеслись в будущее». «Я немедленно принимаюсь за твоё воспитание», – строго взглянув на дочь, Мама аккуратно закатала рукава. Но Любава очень не любила, когда её воспитывали. «Я сбегаю к соседям за солью», – одним духом выпалила девочка и, толкнув входную дверь, оказалась на лестничной площадке. Подъезд заворожил Любаву своей белизной: белые стены, белые перила, и даже пол – абсолютно белый. Не тратя времени на бесполезное изумление, девочка постучала в ближайшую белую дверь. Не дождавшись реакции, она нажала на белый звонок. Вместо привычной трели раздался поросячий визг, послышались частые шаги, дверь бесшумно раскрылась – и Любава увидела симпатичную девочку… с поросячьим пятачком на месте носа. «Одолжи, пожалуйста, соли», – попросила гостья из прошлого, стараясь держать себя в руках. «Сначала давай познакомимся, – смутилась необычная девочка. – Меня зовут Хрюша. А ты, наверное, внучка Бабушки Любавы? Ты на неё очень похожа». «Наверное, – предположила Любава. – Меня, кстати, так же зовут. А ты знаешь, на кого похожа ты?» «Конечно, знаю. Все говорят: я – вылитая Мама». «И кто же у тебя Мама?» – опешила Любава. «Как – кто? Главный специалист по глобальному потеплению», – кичливо произнесла Хрюша. «Так оно всё-таки произошло…» – осенило светлую головку. «Ты с Чукотки, что ли? – наморщила Хрюша узкий лобик. – Мама говорит, что там ещё бывает снег». «А у вас не бывает?» – недоверчиво спросила Любава. «Нет, у нас сплошные проливные дожди», – тяжело вздохнула Хрюша.

Любаве необходимо было переварить всю эту информацию. Она пробормотала нечто невразумительное и побежала к Маме с Папой. «Что стряслось, доченька?» – взволнованно спросила Мама, взглянув на перекошенное лицо дочери. «Здесь… глобальное потепление», – выдавила из себя Любава. «Да ну!» – обрадовался Папа. «Ты чему радуешься?» – возмутилась Мама. «То есть как это? – засуетился Папа. – Надо срочно собирать информацию. Вернёмся домой с научным багажом. Может быть, удастся предотвратить глобальное потепление». «Не удастся», – отрезала Мама. «А ты откуда знаешь?» – саркастически спросила Любава. «Отсюда, – подчёркнуто спокойно ответила Мама, – из будущего». «Ты, к сожалению, права, – расстроился Папа. – Но всё-равно будем действовать и обогащать науку. Что мы можем извлечь из квартиры?» «Из квартиры ничего нельзя извлекать, – предупредила Мама. – Это уголовное преступление». «Это же наша квартира», – напомнила Любава. «У себя тоже нельзя воровать», – стояла на своём Мама. «Я же не в этом смысле! – рассердился Папа. – Я имею в виду полезную информацию». «Ковры заменили плиткой, – заметила Мама. – Помогает от глобального потепления. А ещё занавеску поменяли на жалюзи». «Доченька, а ты ничего особенного не заметила?» – Папа вооружился ручкой и записной книжкой. «Заметила, – припомнила Любава. – У них весь подъезд белый». «Белые дома тоже помогают от глобального потепления», – объяснила информированная Мама. «А ещё наша соседка Хрюша напоминает поросёнка», – поделилась впечатлениями Любава. «Хрюша должна напоминать поросёнка, – с умным видом растолковал Папа. – Было бы странно, если бы она напоминала оленя». «Но она – человек!» – вспылила Любава. «Значит, у неё родители – наркоманы», – внесла ясность всезнающая Мама. «А как ты объяснишь то, что я сама напоминаю Хрюше какую-то Бабушку Любаву?» – напряглась девочка в ожидании ответа. «А откуда эта Бабушка?» – в свою очередь напряглась Мама. «Откуда, откуда…

Отсюда», – проворчала Любава, как маленькая старушка. «Тогда всё абсолютно ясно, – в растерянности проговорила Мама. – Ты похожа на саму себя… в старости». «Ты хочешь сказать, что Бабушка Любава – это я в 2080 году?» – обомлела девочка. «Да…» – заикаясь, подтвердила Мама. «А где тогда вы в 2080 году?» – полюбопытствовала Любава. «Думаю, что нигде, – тихо сказала Мама. – Думаю, что мы умерли». «Это ещё не известно», – почему-то обиделся Папа. «Да, конечно, – согласилась Мама. – Но я бы предпочла, чтобы мы уже умерли». «Лучше подумай о том, что мы скажем при встрече Бабушке Любаве», – сменил тему Папа. «Я не хочу с собой встречаться!» – воспротивилась Любава. «Мы тоже не хотим встречаться… с Бабушкой Любавой», – уверила её Мама. «И что же нам делать?» – почесал в затылке Папа.

В этот момент поблизости залаяла собака. «Что это такое? У нас не было никакой собаки», – запуталась Мама. «Пойду посмотрю», – проявила инициативу Любава. Оказалось, что в прихожей лаял звонок. «Кто там?» – вполголоса спросила девочка. «Хрю-хрю, это я, Хрюша», – послышалось за дверью. Действительно это пришла Хрюша… в купальнике. В розовой ручке она держала солонку. «Мне очень стыдно перед тобой, – призналась Хрюша. – Я понимаю, что пожадничала. У вас на Чукотке, должно быть, много соли. А у нас каждый кристаллик на счету». Любава подумала, что Хрюша может послужить источником научной информации. Со словами «проходи, проходи, я тебя с родителями познакомлю» она втащила соседку в квартиру и выставила для обозрения Мамы с Папой. Судя по их лицам, Хрюша произвела на них сильное впечатление. «Бедная девочка, – прослезилась Мама. – Что же они с тобой сделали?» «Кто?» – Хрюша обернулась назад в поисках нечистой силы. «Родители, конечно», – не унималась Мама. «Я знаю, что вы с Чукотки. Но это не даёт вам права оскорблять моих родителей», – Хрюша смешно зашмыгала поросячьим пятачком. «Ты меня неправильно поняла… – запнулась Мама. – Я очень сочувствую твоим родителям – наркоманам. Но почему они не лечатся? У нас… на Чукотке я бы поспособствовала». «Мои родители – не наркоманы!» – вскричала Хрюша и завизжала, как настоящий поросёнок. Папа остолбенел, а Мама послала Любаву на кухню за желудями. «Свиньи, как и люди, всеядные», – наставительно сказала девочка – и зашагала на кухню. В холодильнике она обнаружила обычный набор продуктов, раскинула мозгами и остановилась на бананах.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.