Словно сказки
Постмодернистские стихи
Антон Вячеславович Сухарев

© Антон Вячеславович Сухарев, 2019

ISBN 978-5-0050-4579-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Робот – вдохновитель

Раньше читал Мандельштама и Блока
Строки текли на волне впечатлений.
Старые опыты с простеньким слогом
Либо в костре, либо в печке горели.

Ныне ищу вдохновение в каждом
Шорохе, звуке, осевшем в сознаньи —
Фанк, кинофильмы, игрок эпатажный
Космоса дали и глубь океана.

Встречи с друзьями добавят очков
В мой кошелек поэтических мыслей
Фразы, мотивы из песен и снов —
Тоже мои плодотворные прииски.

Образ получен, заточен в основу
«Нужно добавить красивые рифмы!» —
«Может синкопу? Может двойную?» – «Попробуй!
Главное – четкие, плавные ритмы!

И не рифмуй на глаголы, дружище
Это не модно и бьет по ушам
В общем, желаю чтоб стих твой услышан был
Близок был старым и юным сердцам.»

::: КОНЕЦ СВЯЗИ:: :

(2015)

Эта вода

Человек льет воду на белые камни
Из старого худого кувшина
В желании вылить постылую память,
Которой уже он не вспомнит причины.

Он думает это кому-то здесь нужно,
Надрывом манерным он преисполнен,
Но вместо морей только жалкие лужи,
И в них отражаются росчерки молний.

Эта вода сушит мне горло.
Эта вода раздувает пожары.
Эта вода мне делает горько.
Я знаю она не утолит мою жажду.

Человек строил дом из бамбуковых веток —
Тропический ливень смыл эту хижину.
И если воды нет, жди дым или ветер,
Закрой в доме окна и возлюби ближнего.

Человек верит в воду, как в чудо и манну,
Он и сам стал течением вымерших рек.
И с каждым пороком и с каждою раною
Он забывает, что он – Человек.

Эта вода сушит нам горло.
Эта вода раздувает пожары.
Эта вода нам делает горько.
Я знаю она не утолит нашу жажду.
(2014)

Киновоин (Трудно быть богом)

Меняются герои, вдаль уходит честь.
Без пафоса, мне просто скучно стало.
Похоже, в этом мире мало нынче мест,
Куда без сожаленья убежал бы.

Все говорят – попридержи коней,
Останься винтиком в огромном механизме.
Теряю я себя среди людей
И находить не вижу смысла.

Ты для меня останешься борцом
Нелепой жизни киноверсий.

Вновь грязь с дорог тебе в лицо,
Ошметки грязи прямо в сердце.

Я тщетно красил в желтый будни
И вольный подчинить пытался ветер.
Скажу тебе – быть Богом трудно,
Еще сложнее – человеком.

Забыть людей хотел как сон,
Но от себя мне никуда не деться…

Вновь грязь с дорог в мое лицо,
Ошметки грязи прямо в сердце.
(2014)

Брутальный Вадим

Черные волосы, пыльная куртка,
Алый туман за высоким забором,
Старый Питбуль разложился у будки,
Грозный хозяин спускается в погреб.

Ствол приготовлен, наточен топор,
Бьюик Электра на заднем дворе.
Он по ухабам уральских дорог
Мчит с каждой милей – быстрей и быстрей!

Невозмутим, беспощаден, отважен —
Первым бросается в лютый огонь.
Жажда движения кровь будоражит,
Жажда борьбы и безумных погонь!

Дети в песочнице – Рокстар и Марвел.
Им не придумать историй таких…
Быть выше мод и надуманных правил
Право, мог только Брутальный Вадим.

Мчит он по трассе, не видя постов
К озеру, где намечается встреча —
Девки танцуют под вопли и рев,
Парни друг другу «втирают» и «лечат».

Да… их облегающие майки с картинкой «соус парк»,
Они не знают по-английски ничего, лишь слово «фак».
Ай лав Нью-Йорк, фото в туалетном зеркале,
Скоро небо разразится стрел арбалетных серией
Миски- каски, киски ласки, Вадя в парке рыскал – хаски,
Выстрел в маску, тех кто в сказке жил и верил в смысл басен.
С молчаливого согласия их царь построил рай для хайпа,
Край для лайков, в водочной реке и дымке Лаки Страйка.
Лозунги и речи, грозный вид, бесспорно бес опознан,
Статусы и поддражатели – каждый гопник здесь философ.
А вот и она – та что любила, крепко руку зажимала,
Лежит с другим, она японка – Тосука Тошимара.
Бах! Крики, выстрелы, блики искрами…
Льют в пустоту люди-ники визгами.
Грязь и нищета прикрыты розовой гламурной оболочкой,
Гниет несчастно под урной почва, безумна очередь.
Их мир нуждается в разносе как дешевая пицца,
Он был близок к успеху, но задержали держиморды полиции.
(2014)

Миша-жиган

Новые герои
Нынче во дворах —
Из железа скроены,
Мускулов гора.
Знала Молдованка,
В сердце сберегла
Память о жестянке
Мишки – жигана.
Намечалось дело
И серьезный куш,
Охмурили деда,
А затем – паркур.
Четверо матерых,
Дерзких пацанов
Навсегда в истории
Улиц и дворов.

Мишка был в почете
У одесских дам.
Он кожанкой черной
Их сердца пленял.
Танцевал под Кука
В рукаве луны
С девкой белокурой —
Дочерью весны.

Он сверкал улыбкой,
Обчищал легко —
Так крутых барыг он
Превращал в лохов.

Оттрубила песня,
Отыграл халиль.
Паренек соседский
Мишку красным слил.

Под прицелом дерзко
Напевал он джаз.
Шелест занавесок…
Он покинул нас…

Знала Молдованка,
В сердце сберегла
Похожденья банды
Мишки-жигана.
Четверо матерых,
Дерзких пацанов
Навсегда в истории
Улиц и дворов.

– — – — – — – — – — – — – — – —
Через пол столетия
В городе другом
Я по парку летнему
Шел к себе домой.

А навстречу парень мне
(Я работал с ним),
И за ручку маленький
Пятилетний сын.

Экий шустрый малый!
Кстати, тоже Миша,
«Ты ученым станешь
Иль на сцену выйдешь».

Миша мне: «Спокойно.
Порешал давно:
Я хочу быть вольным.
Буду жиганом!»
(2014)

Корсар

Ночь интересна после боя, велика добыча.
Да, я первый из пиратов, последний из Могикан опричник.
Солнце едва показалось из-за туч над пальмами Гаваны,
Я в нирване, снова раны, мы слывем брутальными парнями.
Докурю трубку и по доскам в город медленно спущусь,
Дам монету пьянице, понесу на мельницу свой груз,
После буду зависать в знакомом баре, слушать байки.
Чем южнее тем страшней огонь, но и лучше травы.
Вчера на абордаж мы взяли славный бриг,
Заставив капитана их устами масло пить.
Он был под прессингом свежего кокса – футболист Зырянов,
Да я и сам не идеал, в числе я скандалистов пьяных.
Раньше люди говорили – тебе бы в Принстон, парень,
А теперь как Солженицын буду выслан в лагерь.
Да у нас коллективный разум, с третьим лишним в поряде —
Линчеватели гребут напалмом, объединившись в отряды,
Но запретный плод сладок, опять нельзя на пол ставить,
Ты был бы рад работать на пол ставки, сменить пол старым.
Я хотел стать звездой, устроить шоу на треке,
Я вошел в этот дворец, но пока лишь пришел к узбеку.
Если б корсар узнал что такой же как вы – в тот же день бы
повесился,
Ведь в этой жизни все также – карьеры, деньги и лестницы.
Течения грызутся, новые конфедераты, федералы
Кто-то налажал – конфету дали, все замяли.
Я одинок в этом море, не имея веса в зверинце
Моих друзей зовут в уличные псы и светские львицы.
Написанный бесами принцип…
Попробуй стать в грязном месиве принцем…

И я снова уйду от наполненных ором базаров,
Здесь освистан, не понят мой строгий тезаурус.
Я беру бёёми, возвращаясь на борт своего корабля.
Правы были – трудно быть Богом, живя.
Но я подбодрю команду, усмехнувшись седине в волосах.
Море успокоилось – наверх паруса!
Солнце восходит, даря мотором надежду,
Ваши шхуны нами будут скоро повержены.
Ведь также грозится Востоку орлан, танцует для Запада стерх…
Но хищник не знает ни черных ни белых —
Кусает одинаково всех.
(2014)

Футболист

Пустой стадион. Но в воздухе нервы
Натянуты словно гитары струна.
Под крышей призыв – «Ты должен быть первым!»
И ты понимаешь – начнется война.

Соперник выходит под бурю оваций
Нацистов, шпаны и диванных агентов.
Полиция сдержанно ждет провокаций
С трибуны летят разноцветные ленты.

Вмиг чаша наполнилась блеющим стадом,
С серьезным лицом вновь подходишь ты к точке…
Забьешь – и победы великие кадры
Заполнят пространство уже этой ночью.

Промажешь – сбегутся эксперты из школы,
Аналитики с видом «на выпивку дайте!»
Ты видишь лишь мяч и зеленое поле…
Забей же уже этот чертов пенальти!

И пусть твой соперник хоть трижды силен,
Под рьяным напором ты выстоять должен
Он скоро падет, словно осенью клен,
С триумфом пройдешь по победной дорожке.

Забив, повторяешь простые слова,
Но это не слоганы броской рекламы —

«Никто меня никогда не ломал
И он никогда не сломает!»
(2014)

Персона нон грата

Чтоб ты ни делал,
Все выходит ужасным,
Вызывающе красным,
Экстремально опасным,
Ты – враг.
Ты надел балаклаву,
Угрожая Минздраву,
Говорят, ты по праву
Дурак.

Ты боролся с системой как витязь в легенде,
Грозился джихадом ты матрице лжи,
Вот только с весны не залатаны кеды,
И бурно сигналят над бровью прыщи.

Где твоя девушка?
Где же
под
штангою
тела
струна?

Все говорят, что ты бледный и немощный
«Все виноваты!» Ты не виноват.

А нам нужны новые формы,
Нам нужны новые лица.
Мы снова и снова
Уходим из дома,
Чтоб с новым сознаньем родиться.

Называешь прогрессом хожденье по кругу,
Полетом – прыжок на диван.
Как Буратино родился из стружки,
Но Карло в 6:30 не скажет – «Вставай!»

Иди на турник.
Герой послезавтра,
Солдатик надежды
Вступив в нашу жизнь —
Бесконечный турнир,
Ты позабудешь ванильную нежность.

Нам нужны новые формы,
Нам нужны новые лица,
Как вышедший ночью
Из вековой комы
Дай новому зверю
В сознаньи родиться.
(2014)

Сосна

Птицы щебечут во влажной листве,

Речка шумит, камни падают в воду.

Грозно стою над просторами век —

Край этот стал мне опорой и домом.

Мудрость гласила – «глубоких не надо

Мыслей о том, как придет твой черед

Кто одинокий, кто ходит за стадом

Кто в ностальгии, кто смотрит вперед…»

Стану скамейкой в предпраздничном парке?

Буду в объятья людей принимать…

Бодрый мальчишка под солнышком ярким

Смело царапает гвоздиком «…!»…

Может, я стану доской объявлений

В городе, скисшем от вечных дождей?

Звезды районной хардроковой сцены

С гулом афишу повесят на ней.

Или я стану столом в кабинете

Старого лорда, что пишет трактат?

Может быть в школе Баку иль Ташкента

Стану я в ряд ученических парт…

Грустно, отдав этим землям столетье

Падать бесславно под скрежет пилы…

Как ни тянула до неба я ветви —

С треском упала в объятья земли.

В грусти стою над просторами леса.

Бурый медведь лапой ветку сломал

Капли дождя… Повернув крону резко

Вижу вдали серебристый туман.

«„''''''''''''''''''''''''''''''''''''''''''''''''''''''''''''''''''“»

Что же теперь,

Вот скажи и не мучай.

Мысли, сомненья

Все снова и снова…

Смерть – это все?

Окончательный случай?

Может рожденье

Чего-то другого?
                        (2015)

Журавли

Вновь журавли устремляются к югу,
Дети бегут от родительских глаз
Каждый- к знакомому светлому кругу,
Лишь бы не слышать отцовский наказ.

Может быть, стали чуть-чуть популярней,
Может быть ветер сменил направленье.
Я в этом мире- бывалый полярник,
С грустью привыкший к оледененьям.

Кто-то давно долетел до кормушки.
Гордо оттуда другим журавлям
Он говорит, что «страдание нужно
Всем!», но при этом куражится сам.

Внутренний голос меня убеждает:
«Хватит смотреть, как другие летят
Сам для себя сочинил ты преграды,
Стал мещанином и этому рад…

Осень – не смерть, а рождение новых
Чувств, наполняющих сердца сосуд.
Летний альбом разукрашен и порван —
Значит осенний в сплетении рук.

Просто воспрянь от болезней и скуки,
Раньше чем с крыши потянутся капли…
Пусть журавли устремляются к югу —
Ты постарайся на запад.»
(2015)

Детали

Лежал в постели рано утром,
В воображеньи рисовал —
Я платье ярким перламутром,
Лица небесного овал.

Глаза – на бронзе изумруды,
До плеч пшеничная река.
Твой взгляд – взволнованный и мудрый,
Но непонятный мне слегка.

Ночей июльских мне не жалко —
Забыв про встречи и ребят,
Деталька за деталькой
Я создавал тебя.

Я резал фото из журналов,
Пытаясь образ твой собрать.
В ответ пока – ничтожно мало…
По-прежнему пуста моя кровать.

Во сне с тобой гулял по парку.
Фаланги клавиш теребя,
Деталька за деталькой
Я узнавал тебя.

Ты говорила по-французски,
Любила осень, крепкий чай
Я в белизну изящной блузки
Тогда вцепился сгоряча.

Ах, губы были так близки…
Одежды на готове лечь в углу!
Движенья страстные легки
Вот-вот ты скажешь: « Я лю…»
– — – — – — – — – -//////// – — – — – — – — – —

Гром – за стеной орет нахалка,
Будильник в уши бьет набат…
Деталька за деталькой
Я потерял тебя.
(2014)

Лезгинка

Давай, Тая…
С тобой станем
Отличной парой…

Поздний вечер.
Клубы огнями зовут.

Хаус-ботаник,
Хаус-джигиты
Под крышей танцуют одной.
:
Разные лица.
Смелые лица…
Метко пульсирует звук.

Образы – горы.
Образы – пальмы…
Из рога рекою вино.

Давай, Тая
С тобой станем
Отличной парой…

Хватит ли смелости выйти из круга?
Хватит ли силы сказать: «Я другой!»
Будь мне женой, а не просто подругой.
Станем орлами над шапками гор.

Дикие танцы…
Вольные танцы…
Пальцы идут глубоко в декольте.

Танец – лезгинка
Хаус- лезгинка
Утром ты станешь росой на листе…

Стоп!..

Не разрушай этот мир, возьми мою руку!
Крепче, крепче.. Парим над лесами.
Если откажешь – я упаду трупом
С высоких небес на холодные камни.

Давай, Тая…
С тобой, Тая…

Танец нас нитью собрал воедино —
Жемчуга бусы, глаз синева.
Верю, ответишь на зноя порывы
Ласковой кошкой: «Конечно, Леван»..
(2014)

Уеду

Каждый день

Глотая пыль с дорог

И радуясь огням

Я несмотря на грязь и смог

Прекрасно понимал