Глава 1

Ришка не стала звонить. Она осторожно открыла дверь своим ключом, шагнула через порог, замерла и прислушалась. Мама гремела на кухне кастрюльками и звонко подпевала телевизору. Хлопала дверца холодильника, гудела стиральная машина. Вот и отлично! В таком шуме она точно ничего не услышит. Ришка тихонько разулась и незаметно прокралась в свою комнату. У неё было очень важное дело, о котором маме лучше не знать.

Плотно притворив дверь, она достала дневник, зачем-то огляделась по сторонам, будто кроме неё в комнате кто-то мог быть, и… И решительно вырвала сегодняшнюю страницу. Быстренько сложила её пополам, потом ещё пополам, и ещё – пока не получился крошечный квадратик, – и с облегчением спрятала в карман. Выбросит в мусоропровод, когда пойдёт гулять на улицу. Теперь-то уж точно пойдёт! Осталось только аккуратно заполнить новую страничку – чистую. Вот и всё, будто ничего и не было!

Ришка вышла из комнаты, громко потопала в коридоре и крикнула:

– Мама! Я уже дома! Пахнет вкусно… Что ты готовишь?

– Уже приготовила. – Телевизор замолчал, и из кухни выглянула мама. – Мой руки и садись за стол!

В ванной Ришка долго тёрла мыльные ладони, будто они были очень грязные, и вздыхала. Ей было стыдно. Никогда раньше она не поступала так со своим дневником. Но в этот раз пришлось избавиться от противно-красного замечания: «Болтала на уроке чтения!» Не такого уж и страшного, вообще-то. В Ришкиной ученической жизни случались записи похуже – «Не готова к уроку!» или «Опоздала на 15 минут». И она честно показывала дневник маме. Та её немножко ругала и в наказание не отпускала гулять. Но именно сегодня Ришке обязательно, всенепременно нужно попасть на улицу.

Дело в том, что на уроке чтения она не просто болтала, а говорила с воображалой и задавакой Клопиковой. И спорили они про смелость и нечистую силу.

***

– А ещё, говорят, там есть настоящие привидения! – шёпотом пугала Клопикова. – И другая нечисть!

– В обычном подвале? – фыркнула Ришка. – Да если бы там была нечисть, дворники давно бы её выставили!

– Скажи ещё, что тебе не страшно…

– Ни капельки! Никакой нечистой силы я не боюсь! – зачем-то похвасталась Ришка. – Да я… Да я прошлым летом даже ходила ночью на кладбище. Когда была в деревне у бабушки…

Вот кто её за язык тянул? Это было неправдой. На самом деле она к кладбищу и днём-то боялась подходить. Деревенские мальчишки рассказывали столько ужасов про духов, которые там живут… Но так хотелось, чтобы Клопикова хоть на минутку перестала задаваться и поняла, какая же она, Ришка, храбрая!

Только Клопикова, кажется, ничего такого не поняла. Она недоверчиво прищурилась и прошептала:

– Хорошо-о. Раз ты ничего не боишься, сходи к заброшенному пруду. Хоть бы даже и днём!

И Клопикова победно улыбнулась. А у Ришки перехватило дыхание.

Если кладбище отсюда очень далеко – час на автобусе, – а в подвале никакой нечисти нет, то заброшенный пруд рядом и это очень страшное место. Даже просто проходя мимо, все складывали пальцы крестиком, смотрели в другую сторону и подпрыгивали на каждом третьем шаге – известное средство от нечистой силы.

А какие истории рассказывали про этот пруд!

Говорили, например, что несколько лет назад туда забрёл один мальчик. Он искал свою собаку. Так вот там он увидел призрак пса. И этот призрак прошептал ему человеческим голосом: «Убега-ай! Меня забрал водяно-ой! Сейчас он и тебя схватит!» Мальчик выскочил из калитки совсем седой, а потом они с родителями переехали в другой город.

А одна девочка играла на берегу пруда с куклой. Было очень жарко, она заснула и проснулась оттого, что над ухом раздался таинственный шёпот: «Спасайся!» Девочка открыла глаза и увидела, что кукла стоит на самой глубине и длинными когтистыми лапами тянет её в воду, а во рту куклы острые зубы…

А один дяденька отправился на пруд ловить рыбу. И не вернулся. И никто его после не видел. И лишь у самого берега теперь по ночам светятся зелёные жуткие следы…

А одна отважная старушка пошла ночью к пруду, чтобы нарвать лекарственных трав… И увидела что-то страшное, очень страшное. Но что – никто не знает, потому что она никому ничего не рассказывает и совсем перестала сидеть на лавочке у подъезда.

Или вот ещё история про слепого старичка, который собирал для внука гербарий…

Или та, про пропавшую невесту…

Историй было много, одна страшней другой.

И все-все они были правдой. Иначе зачем построили такой высокий забор вокруг пруда? А затем, чтобы нечисть не могла вылезти наружу! Вот она и не вылезает. Только по вечерам из-за забора доносится завывание и чавканье – видимо, нечисть догрызает косточки тех, кто попался к ней в плен…

Только тогда, на уроке, Клопикова смотрела так насмешливо, что Ришка об этом не подумала.

– Ну и пойду! – решительно прошептала она. – Вот сегодня же и пойду. Как только уроки сделаю!

И тут Инна Валерьевна, которая уже давно неодобрительно поглядывала в сторону «болтливой» парты, грозно произнесла: «Дневники на стол!»

Все оставшиеся уроки Ришка мучилась и переживала из-за своего обещания. К пруду приближаться ой как не хотелось. Даже днём. Даже на спор. Зачем только она вообще начала спорить с Клопиковой? Хоть бы она забыла об обещании! Было бы здорово!

Но, когда после уроков вышла из школы, сразу стало понятно: Клопикова ничего не забыла. Она ждала её, и не одна. Рядом шушукалась целая стайка девчонок: несколько из их класса и даже одна из параллельного. Увидев Ришку, они замолчали и насмешливо смотрели, как та приближается.

– Ну что, – задиристо спросила Клопикова и упёрла руку в бок, – не передумала идти к пруду?

– Нет, – глядя себе под ноги, пробормотала Ришка.

– Тогда ждём тебя в четыре часа возле забора.

Все развернулись и пошагали в сторону калитки.

До Ришки донеслось: «Да не придёт она!» Чей это голос, она не узнала. Следом послышался другой: «Конечно, не придёт, струсит!» И ещё: «Она вечно врёт».

Трусиха и врушка… Вот, значит, как они все о ней думают!

Ришка вздохнула. Если честно, они были немножечко правы. Самую капельку. Она не собиралась идти к пруду. И даже придумала, как можно выкрутиться. Стоило только показать маме замечание! Мама бы рассердилась и не пустила бы её. И никто бы не сказал, что Ришка струсила. Попробовали бы сами отпроситься гулять, когда в дневнике – запись! Но после этих обидных слов… Нет уж. Она пойдёт, и точка!

***

– Спасибо, – сказала Ришка, отодвигая от себя пустую тарелку. – Мам, мы сегодня в школьном саду будем цветы сажать, я помогу, ладно?

Против такого хорошего дела мама, конечно, не возражала. И Ришка отправилась в свою комнату, обдумывая замечательный план, который только что пришёл ей в голову. В конце концов, необязательно идти к самому пруду. Можно просто шагнуть за калитку и спрятаться в кустах или траве. Высоченный забор так плотно увит вьюном, что сквозь него ничегошеньки не видно. А внутрь девчонки вряд ли сунутся – они и сами боятся. Так что всего-то и нужно – посидеть там сколько-нибудь, минуточек десять. Нет, десять много, хватит и пяти. И выйти.

Тоже страшно, но, говорят, нечисть живёт в глубине пруда, а не в траве у забора. Значит, серьёзной опасности нет. Зато уже никто не сможет сказать, что Ришка обманщица и трусиха.

Точно! Так она и сделает!

Глава 2

Возле запретного забора сегодня было очень шумно. К девчонкам, которые встретили Ришку после уроков, присоединились ещё несколько. Этих она совсем не знала. Они, может, вообще из двадцатой школы! Все пришли посмотреть, как она испугается, разревётся и убежит?

– А вот и она, – протянула Клопикова. – Готова?

– Готова! – весело кивнула Ришка.

Клопиковой это не понравилось. Она с подозрением посмотрела на Ришку и спросила:

– Боишься?

– Ни капельки!

Она и вправду почти не боялась, ведь у неё был такой замечательный план. Клопикова прищурилась.

– Чтобы мы тебе поверили, принеси кувшинку из пруда.

– А если там нет кувшинок? – спросила Ришка. – Да они вообще только в июле расцветают, а сейчас май!

Она ничего не знала о том, когда цветут кувшинки, но старалась говорить как можно увереннее.

– Тогда принесёшь нераспустившуюся, – отрезала Клопикова и махнула рукой: – Иди!

Все одобрительно загудели.

Делать было нечего. Ришка подошла к обвитой вьюном калитке и несмело потянула её на себя. Все, кто ждал поодаль, не сговариваясь, сделали шаг назад. Но калитка не поддалась. А если она вообще не откроется? Вот было бы здорово!

Ришка покосилась на Клопикову. У той была такая решительная физиономия, что становилось ясно: если калитка сейчас же не откроется – Ришку просто перекинут через забор. Она вздохнула, покрепче ухватилась за ручку и дёрнула изо всех сил! Ржавые петли громко взвизгнули, дверца дрогнула и чуть отъехала. Ришка ещё раз вздохнула и бочком-бочком стала протискиваться внутрь.

Едва Ришка пробралась сквозь узкую щель, калитка тут же захлопнулась, словно все девчонки разом на неё навалились. Может, так и было. А может… А может, калитка сама?! Ришка в ужасе зажмурилась и вцепилась в ржавую ручку. Если она вот так постоит минут пять-десять, а потом выйдет – всё будет хорошо. Принесёт какую-нибудь травку, отсюда же, от забора, и скажет, что только такая и была. А если кому-то не нравится, то этот кто-то может сам пойти и проверить.

Да! Так она и сделает!

Ришка почти успокоилась. Она даже немного вытянула ногу назад и пошуршала ею по траве, чтобы с той стороны забора, откуда доносились сопение и шёпот, подумали, что она пошла к пруду.

И вдруг кто-то тронул её за плечо. Прохладной колючей лапой, точно не человеческой рукой…

– А-а-а! – громко завизжала Ришка, – А-а-а-а!!!

В забор гулко стукнуло, словно кто-то ударился лбом, раздался удаляющийся топот множества ног. А потом стало тихо-тихо…

Ришка осторожно открыла один глаз и покосилась на плечо, ожидая увидеть там что-то скользкое, когтистое и ужасное. Она чуть-чуть повернула голову и…

За Ришкиной спиной покачивалась на ветру пушистая лапа ёлки. Ну и ну! Вот так нечисть!

И тут Ришке стало совсем не страшно. Ну не бывает же никакой нечисти. И призраков. Это вообще взрослые нарочно сказки сочиняют, чтоб дети не ходили одни к пруду.

Она представила, какие сейчас перепуганные лица у девчонок, и вообще развеселилась. Изо всех сил стараясь не хихикнуть, Ришка немного повозилась в траве, поскребла ногтями доски калитки. Потом тихонечко, едва слышно, повыла, с интересом прислушиваясь к переполоху по ту сторону забора. Ну и кто тут трусиха?

Кувшинку, говорите? Да будет вам кувшинка, хоть пять штук!

Ришка покрутила головой, разглядывая всё вокруг. Около забора стояло несколько деревьев, а дальше росли кусты шиповника. Много кустов, сплошные заросли, да такие густые и высокие, что за ними ничегошеньки не было видно. Ришка даже немножко растерялась. Где пруд? Куда идти? И спросить некого. Не спрашивать же у кустов: «Здравствуйте, уважаемый куст! Не подскажете, как добраться до пруда?» Это только в сказках кусты разговаривают. А в жизни о них лишь уколоться можно. Ай…

Ришка облизала уколотый палец, присмотрелась внимательнее и прямо под ногами увидела едва заметную тропинку. Она начиналась от самой калитки и уходила куда-то вглубь зарослей. Наверное, к пруду. Да, точно, к пруду. Больше некуда.

Ришка решительно шагнула по тропинке. Потом ещё. Шаги, как нарочно, получались маленькие-маленькие, и не потому, что она так хотела. Просто ноги не слушались, всё время норовили попятиться обратно к калитке, а то и вовсе броситься наутёк. Это ведь Ришка точно знала, что нечисти не бывает. А её ноги, видимо, сомневались.

Чем дальше она шла, чем плотнее сдвигались кусты – тем скорее улетучивалась её смелость. Когда Ришка уже была готова развернуться и побежать обратно, шиповник наконец расступился. Ришка сделала еще шаг… и обомлела.

Глава 3

Заброшенный пруд вовсе не был похож на страшное болото из фильма ужасов, где по ночам творится что-то отвратительное. И на обычный пруд тоже не был похож.

Ришка словно оказалась в сказке… Трава тут была крупная и яркая, как в мультфильмах, и в ней сияли сотни цветов. Самых разных: розовых, жёлтых, белых, синих. Больших и маленьких, лохматых и звездчатых, крохотных, словно бусинки, целыми кучками и поодиночке. Огромные кувшинки и лилии покачивались на изумрудной глади пруда, над ними летали стрекозы и бабочки. Ришка присмотрелась и ахнула. Нет! Не стрекозы и бабочки, а самые настоящие феи, тоже точь-в-точь как в мультиках.

Она зажмурилась, потёрла глаза, снова их открыла, но ничего не изменилось. Всё было на месте – трава, феи, цветы.

По воде громко хлопнула хвостом большая рыба. Хотя нет, не рыба это, а русалка! Настоящая, с хвостом и зелёными волосами.

Такое только в сказках бывает, а Ришка не маленькая, чтоб во всякие сказки верить. Может, она спит? Точно! Уснула прямо за кухонным столом и теперь просто видит сон. И про то, как пришла к забору, и про девчонок, и про цветочки разные, и про этот странный пруд. «Надо ущипнуть себя за руку. Так всегда делают, чтобы проснуться», – подумала Ришка. Ущипнула. Пруд никуда не делся, зато ущипнутая рука покраснела и заныла.

– Здравствуй, девочка! – откуда-то сбоку раздался тихий голос.

– А-а-а! – взвизгнула Ришка, подпрыгнув от неожиданности.

Что-то булькнуло, у большого кувшиночного листа по воде разбежались круги. Она скосила глаза и увидела в воде лягушонка.

– Ну и что кричим? – сердито спросил он.

Говорящий лягушонок! Ха. Ха.

Ну, это уже никак не может быть по-настоящему! Это девчонки нарочно всё устроили и теперь снимают её, чтобы потом выложить ролик в интернет и набрать кучу лайков. А заодно посмеяться, да! Ришка украдкой огляделась по сторонам и прислушалась. Никакого шуршания и хихиканья в кустах, только зелёная листва. И такой же зелёный лягушонок.

– А ты, наверное, заколдованный принц? – с насмешкой сказала Ришка. – Тебя нужно поцеловать или сжечь твою лягушечью кожу?

Она снова огляделась. Если за ней кто-то подсматривает, пусть видят, что не очень-то она и поверила во всё это.

– Имейте в виду, никаких лягушек я целовать не собираюсь! – на всякий случай громко и чётко выговорила Ришка.

– Не надо меня целовать! – фыркнул лягушонок, – И шкурка моя пусть при мне останется. Никакой я не принц. Хоть и заколдован.

– Заколдован?!

Творились какие-то сказочные, невозможные вещи. Но она же видела всё собственными глазами! Значит, не такие уж они невозможные.

– А почему…

– Все вопросы потом, – перебил её лягушонок, совсем по-человечьи замахав лапками. – Сначала надо выяснить, что тебе нужно сделать, чтобы меня расколдовать… Помолчи, пожалуйста.

Ришка вовсе не была уверена, что хочет кого-то расколдовывать, но послушно замолчала. Вдруг нужно будет сделать что-то совсем простое? Ей что, жалко, что ли?

Лягушонок внимательно посмотрел на Ришку, потом долго вглядывался в глубь воды. Так долго, что Ришка с любопытством уставилась туда же, но ровным счетом ничего не увидела.

Наконец тот оторвался от пруда и покосился на Ришку.

– Да-а, – озадаченно протянул лягушонок и даже почесал лапкой макушку. – Непросто нам придётся. Ты, значит, Ирина, любишь приврать.

– Я… Нет!.. – Ришка густо покраснела. – У меня просто богатая фантазия… И…

Теперь и лягушонок считает её врушкой. А это вовсе не вранье, когда немножко добавляешь фантазии. Например, опоздав на урок, можно сочинить такую историю – закачаешься! А отправляясь играть с подружками во двор, сказать маме, что пойдёт объяснять уроки отстающему Синичкину. Или, как сегодня, сажать цветы у школы. И не потому, что мама иначе бы её не отпустила. Нет! Просто так же интереснее!

– Чтобы меня расколдовать, тебе нужно не врать три дня. Совсем.

Ришка повеселела. Три дня она уж как-нибудь выдержит. Главное – не забыть и не соврать случайно.

– Это ещё не всё, – продолжал между тем лягушонок, – о том, что ты здесь видела, рассказывать никому нельзя. Иначе перенесут меня в другое место, а что там будет – неизвестно.

– Никому-никому?

– Ни-ко-му! – по слогам отчеканил лягушонок.

Ришке стало немного грустно. О таком приключении – и не рассказать! Хотя… Кто ей поверит! Вот ведь задача, а? Врать нельзя, правду говорить тоже нельзя…

– Стой! Эти твои условия вместе не работают! – выпалила Ришка. – Вот, например, если вдруг меня кто-то спросит: а что ты там делала, возле заброшенного пруда? Что мне отвечать?

– Что-что… Не знаю, – буркнул лягушонок. – Я, что ли, виноват, что у тебя такой недостаток оказался? Могла бы не врать, а что-нибудь другое делать. Лениться там, или трусить… А если ты не справишься, я останусь лягушкой еще на много-много лет.

– Значит, тебя уже пытались расколдовать? – догадалась Ришка.

– Целых два раза.

– И никак?

– Сама, что ли, не видишь? – разозлился лягушонок. – Конечно, никак! Сидел бы я тут в пруду, если б расколдовался?! Сначала мальчишка попался очень трусливый, ему надо было дракона победить…

– Драконов не бывает! – возмутилась Ришка. И он ещё назвал её врушей!

– Это сейчас не бывает, а раньше бывали. Вымерли.

– Да если бы они жили когда-то, археологи бы косточки находили!

– Ха! Косточки! – рассмеялся лягушонок. – Это же драконы! Мистические существа. Они, когда умирали, самовозгорались и пылали, пока в кучку пепла не превращались. Поэтому никаких косточек и быть не могло. А рыцарю, как только отрубит голову, надо было скакать изо всех сил – чтоб не сгореть за компанию!..

Лягушонок помолчал немного и добавил:

– В общем, побоялся мой рыцарь на дракона идти. Только до пещеры добрался, дым с огнём увидел и сбежал.

– А второй раз?

– Второй раз забрела ужасно ленивая девочка. Ей нужно было гору посуды перемыть, огромную! Тогда ещё ваших моющих средств не было… Песок да пучок травы. Больше я её не видел, – вздохнул лягушонок. – Даже и не знаю, попыталась ли она.

– Ну, она же обещала…

– Обещала… – передразнил лягушонок. – Эх… Да лучше бы не обещала. Тогда бы только меня в другой пруд перенесли. А вот пообещала и не сделала – это куда хуже. Каждый раз после такого провала колдовство продлевается ещё на много-много лет…

– Я постараюсь! – с жаром сказала Ришка. – Я очень-очень постараюсь!

Вот только как это сделать, особенно когда и врать нельзя, и правду говорить тоже нельзя? И тут Ришке пришла в голову одна замечательная идея:

– А что, если я притворюсь, что заболела? Не пойду в школу и ни с кем не буду разговаривать? Останусь дома, даже воды в рот наберу. Тогда уж точно не совру!

– Если ты притворишься, что заболела, это уже будет неправдой! – испугался лягушонок.

Ришка тут же пожалела о своих словах. Теперь-то он точно не верит, что у неё что-то получится… Лучше увести его от грустных мыслей и поговорить о хорошем:

– А если справлюсь, в кого ты превратишься?

– В кого, в кого… В кого надо, в того и превращусь, – проворчал лягушонок и грустно посмотрел вдаль. Видимо, за столько лет он и сам забыл, кем был когда-то. Или просто не хотел говорить. – Что-то мне кажется, что на превращение надежды мало. Ладно, ступай уже. Ждут тебя.

Точно, ждут! Наверное, уже умирают от любопытства и нетерпения.

Ришка развернулась, чтобы уйти, но тут вспомнила про кувшинку.

– А ты мог бы достать мне одну из красивых белых лилий? Мне надо…

Она не сомневалась, что такую простую просьбу он точно выполнит. Тут этих кувшинок – полно. Не жалко же ему!

– Ты не можешь отсюда ничего унести. Вообще! – замахал лапами лягушонок, едва не свалившись с кувшиночного листа в пруд. – Ты должна расколдовать меня совершенно бескорыстно. Иначе не сработает.

– Но лилия – это же просто цветок! – удивилась Ришка. – Какая тут корысть?

Впрочем, в колдовстве она разбиралась плохо, а потому поверила лягушонку на слово. А вот поверят ли ей девчонки?

Ришка торопливо попрощалась с лягушонком и со всех ног побежала к калитке.

Девчонки встретили её смешками.

– А что так быстро? – ехидно спросила Клопикова. – И почему ты так кричала? Видела призрак?

– Я… Нет, не видела.

Ришка не могла понять, почему они смеются. Она машинально взглянула на часы и не поверила своим глазам: было три минуты пятого. Получается, она вошла в калитку всего две минуты назад. Не может быть…

Клопикова хотела спросить ещё что-то, но остальные девочки оттёрли её в сторонку:

– Риш! Что там? Правда, что ли, нечисть?

– А призрак собаки ты видела?

– А кукла – ты видела ту куклу?

– А косточки прямо так на земле и валяются?

– Ну скажи, почему ты закричала? – спрашивали они наперебой.

Ришка радостно вдохнула и даже открыла рот, чтобы рассказать про косточки, про водяного и призраков. Вот он, её звёздный час! Можно говорить что угодно – девчонки сейчас поверят в любую историю.

Но тут она вспомнила лягушонка… Ришка выдохнула обратно и ответила совершенно честно:

– Это меня ветка по плечу стукнула. И я испугалась.

Девчонки переглянулись и расхохотались. И громче всех смеялась Клопикова. Потом все начали расходиться по домам, хихикая и обсуждая между собой, конечно, её, Ришку.

Это было ужасно несправедливо, потому что она действительно была у самого-самого пруда. А ей не верят и смеются. Ну и пусть!

Глава 4

Ришка недолго расстраивалась. Как можно расстраиваться, если только что видела волшебный пруд, и фей, и русалок! У неё теперь есть тайна. Это ведь здорово! И то, что время у пруда совсем не движется, на самом деле тоже хорошо. Можно приходить к пруду учить уроки, а потом целый день играть на улице. Или наоборот – сделать уроки дома, а потом отправиться к пруду, потому что играть с феями и русалками гораздо интереснее, чем с обычными девчонками. Тем более что теперь, когда они над ней смеются, с ними вообще играть не хочется.

С такими мыслями Ришка незаметно дошла до дома, и, как только она захлопнула за собой дверь, мама весело спросила из комнаты:

– Ну как, посадили цветы?

Ой…Вот же неприятность! И что на это ответить?

– Нет, – пробормотала Ришка тихо-тихо. Может, мама не расслышит?

Но мама расслышала.

– Как это нет? А почему? – Она вышла из комнаты и теперь удивленно смотрела на Ришку.

Вот сейчас бы сказать, например, что семена не принесли. Или что всё отменилось, потому что учительница была занята. Или… Ох, да что угодно можно было придумать. Но нельзя.

– Мы не сажали цветы, – глядя на кончики своих босоножек, ответила Ришка и покраснела, – я обманула. Просто очень хотела погулять и боялась, что ты не разрешишь… Я уроки не все сделала.

«Теперь-то меня точно неделю на улицу не выпустят», – подумала она про себя.

– Это хорошо, что ты сама призналась, – неожиданно сказала мама. – Больше не обманывай, пожалуйста. И сейчас же займись уроками! – добавила она строго.

– Конечно! Я сейчас! Я мигом! Вот увидишь, – обрадованно подпрыгнула Ришка, поцеловала маму и скрылась в своей комнате.

***

Не врать оказалось довольно сложно.

С утра Ришка нечаянно разбила чашку. Осколки пришлось не прятать, а честно предъявить маме.

А в школе Инна Валерьевна спросила, кто не уезжает за город и сможет прийти в субботу подежурить во время спартакиады. Ришка вздохнула и созналась, что она никуда не уезжает, поэтому придёт. А так хотелось поспать подольше!

Но кое-что Ришку удивило. Вот, например, когда Клопикова стала дразниться: ну что, мол, ветки испугалась, – она честно сказала: да, было очень страшно. И почему-то Клопикова больше не приставала. Да и мама из-за чашки не очень её ругала. А Инна Валерьевна и вовсе похвалила всех, кто «откликнулся и принял активное участие в жизни школы». Так что говорить правду оказалось не так уж и плохо.

После школы Ришка помчалась к заброшенному пруду. Надо же было убедиться, что лягушонок всё ещё на месте!

Сердце громко стучало, когда она проскальзывала в приоткрытую калитку, когда шла по почти невидимой тропинке между колючих кустов.

Но всё было как и вчера: мелодично тренькая, летали феи, всеми цветами радуги сияли диковинные цветы, а русалка, глядя в водную гладь, как в зеркало, вплетала в густые зелёные волосы белые лилии.

Только вот на листе кувшинки никого не было.

– Лягушонок! – позвала Ришка. – Лягушонок! Ты где?

Но никто не откликался… «А вдруг соврала и не заметила? В какой-нибудь мелочи… Что же я наделала!» – с ужасом подумала Ришка.

– Лягушоно-о-о-к! – громко закричала она.

И тут на лист кувшинки прыгнул её новый знакомый.

– Опять кричишь? – недовольно проворчал он. – Оглохнуть можно.

Но Ришка видела, что на самом деле он ни капельки не сердится. Значит, всё прошло хорошо.

– Осталось всего два дня. Должна справиться, – весело сказала она и хитро добавила: – А у меня к тебе куча вопросов…

Лягушонок насторожился. Кажется, он не очень хотел вопросов. Но разве Ришку это могло остановить!

– Почему тебя заколдовали? Кто это сделал? Кем ты был раньше? Вдруг и правда принцем? И вообще – откуда тут феи с русалками? И как их никто раньше не увидел? – выпалила она на одном дыхании.

– Действительно… куча! – задумчиво пробормотал лягушонок и почесал лапкой нос. – Спасибо! – сказал он и прыгнул в воду.

Ришка ахнула. Она ради него говорит правду кому попало, а он… А он вот так?! Ну и ладно. Все равно болтать ей некогда. Нужно хорошенько подготовиться к завтрашнему дню.

Дома Ришка выучила все-все уроки, чтобы не пришлось убеждать маму, что плохая оценка – это потому что была очень сложная тема, и все, даже отличники, получили двойки.

Заранее собрала рюкзак и несколько раз проверила, всё ли взяла, чтобы не придумывать, почему что-то там забыла.

Встала утром пораньше – чтобы не объяснять, почему опоздала.

И пулей выскочила из кабинета, как только одноклассники решили спрятать игрушку-пищалку в тряпку для доски – чтобы… Ну тут уж совершенно понятно почему, ведь на вопрос, кто это сделал, Ришке пришлось бы не только признаться, но ещё и назвать сообщников. А теперь она честно могла сказать, что ничего не знает.

После школы Ришка снова отправилась к пруду и всю дорогу думала: почему в сказке, чтобы расколдовать лягушку, Ивану-царевичу пришлось идти за тридевять земель, стаптывать по десять сапог, сражаться с Кощеем и совершать всякие подвиги? А ей и делать ничего не нужно: сиди себе да помалкивай. Неужели расколдовывать принцев на самом деле так просто?

Всё это Ришка рассказала лягушонку, который к её приходу уже грелся на солнце, растянувшись на кувшинковом листе.

– Не знаю, трудно это или легко… – лениво ответил лягушонок, перевернулся на спину и закрыл глаза. – Меня ещё ни разу не расколдовывали толком. Ну, хочешь – надень сапоги в следующий раз и походи вокруг пруда. Только лук со стрелами не бери, не люблю я этого. – Он немного посопел и добавил: – А вот говорить заранее «Ах, как все просто», пока ещё дело не сделано, – точно не нужно…

Больше лягушонок ничего не сказал. Потому что уснул. Ну, или притворился, что спит.

Ришка ещё немного посидела у пруда и задумчиво побрела к калитке. Вдруг и правда она рано обрадовалась? Вот забудется и скажет что-то не то. Ну, или неприятность какая-нибудь случится. Впереди же целый долгий день. И ещё сегодняшний вечер…

И только Ришка оказалась за калиткой, она поняла, что не ошиблась насчёт неприятностей. Напротив неё стояла Клопикова.

– Интересно-интересно! – протянула та и, как всегда, ехидно прищурилась. – Тебе тут так понравилось, что теперь каждый день ходишь?

Ришка промолчала.

– Видно, не всё ты нам рассказала… – продолжала настырная Клопикова. – Что там, за калиткой? Ну-ка, отвечай! Не то пожалуюсь Инне Валерьевне, что ты там была! А она твоим родителям позвонит!

У Ришки холодок пробежал по спине, хотя день был майский, жаркий. Вот оно! То, чего она боялась больше всего. Если правду сказать нельзя, а врать совсем-совсем нельзя…

– Отстань, Клопикова! Какое твоё дело! – нарочно грубо сказала она.

А что, грубить же ей никто не запрещал! Вдруг действительно отстанет? Клопикова не отстала.

– Не признаешься? Хорошо же! Тогда я сама схожу и посмотрю!

– Тогда я расскажу Инне Валерьевне и она позвонит твоим родителям, вот! – в отчаянии выпалила Ришка.

– Только попробуй! – пригрозила Клопикова и шагнула вперёд.

Ришка попятилась к калитке. Если Клопикова туда зайдёт, то обязательно увидит волшебный пруд с русалками и расскажет кому-нибудь. И тогда – всё! Лягушонок отправится неизвестно куда, причём именно сейчас, когда до его освобождения осталось так мало! А он ещё, как назло, не нырнул в воду, а спит, подставляя солнцу жёлтое беззащитное пузо! То, что Клопикова на голову выше и намного сильнее, сразу стало неважным. Ришка раскинула руки в стороны и загородила калитку спиной.

– Стой, не ходи! Тебе туда нельзя!

– Пусти! – насупилась Клопикова и потянула за ручку.

– Нет! – помотала головой Ришка, упираясь ногами в землю.

Клопикова дёрнула изо всех сил, Ришку отбросило открывшейся дверцей. Она тут же метнулась обратно, но Клопикова уже оказалась за калиткой. Не успела Ришка протиснуться следом, как из-за забора послышался крик и громкий жалобный плач. Она тут же влетела в калитку и увидела, что непобедимая Клопикова сидит на траве и ревёт.

– Что случилось?

– Нога-а! – протянула Клопикова.

Она уже не выглядела задавакой и воображалой. Просто девочка, которой очень больно.

– Попробуй встать, – сказала Ришка и подала руку. – Я отведу тебя в медпункт, там тебе наложат гипс.

А про себя подумала, что Клопикова в гипсе куда безопасней, чем Клопикова без гипса. Ришке с лягушонком всего лишь день продержаться. А потом он расколдуется, и пусть Клопикова на этот пруд хоть каждый день смотреть ходит.

Идти к медпункту было тяжело: Клопикова не могла наступать на ногу и потому опиралась на Ришку, больно надавливая на плечо.

В школьном медпункте Клопикову осмотрел врач.

– Перелома нет, только очень сильное растяжение, – сказал он, наматывая бинт на ногу Клопиковой. – На всякий случай сходите в травмпункт и сделайте снимок. Кстати, где же она так упала? – спросил он, но почему-то не у пострадавшей, а у Ришки.

Ришка молчала и страшными глазами смотрела на Клопикову. Ну же! Пусть сама ответит. Ей-то врать никто не запрещал! Но Клопикова тоже молчала и только тёрла зарёванное лицо.

– Ну? – нахмурился врач.

– У заброшенного пруда, – призналась Ришка.

– Вот как? А кто же вам разрешил ходить туда одним, без взрослых?

Дальше всё было быстро. Врач позвонил Инне Валерьевне, а та тут же сообщила мамам.

Глава 5

– Ты не только трусиха и вруша, но ещё и ябеда! – сердито сказала Клопикова, когда они вышли из медпункта. – Знаешь, как мне теперь попадёт?

– Мне, между прочим, тоже попадёт! – так же сердито отозвалась Ришка. – Почему ты сама не ответила, когда спрашивали?

Тоже выискалась… Ришка вон сколько молчала, лишь бы не говорить правду.

– Так спрашивали же тебя! Я думала, что ты что-нибудь сочинишь. Как обычно. А ты… Ябеда! – выкрикнула Клопикова и, прихрамывая, медленно пошла домой.

Ришка тоже шла медленно, хотя у нее с обеими ногами всё было в порядке. Только вот возвращаться не хотелось. И не потому, что получит нагоняй или её накажут. Ей предстоял серьёзный разговор с вопросами, на которые она не знала, как отвечать.

Когда она появилась на пороге, мама уже была в курсе. Новость и должна была прилететь быстро.

– Ты представляешь, что могло случиться? Это же водоём, глубокий! Там всё старое, всё прогнило! Ты могла утонуть, могло случиться всё что угодно! – мама утирала слёзы и пила валерьянку. – Вот зачем, зачем ты туда пошла?

Ришка, насупившись, молчала.

– Что там такого, что тебе непременно нужно было туда ходить?

– Прости, пожалуйста. Я…

Эх, если бы она могла объяснить маме, что просто хотела помочь одному симпатичному заколдованному лягушонку.

– Я тебя спрашиваю, – строго сказала мама. – Зачем ты ходила к этому пруду? Или ты мне ответишь – или я вообще с тобой не желаю разговаривать! Лена Клопикова сказала, что ты была там не в первый раз.

Какая же ябеда эта Лена Клопикова! Её-то никто не заставлял говорить правду!

Эх, лучше бы мама кричала на Ришку, а не плакала. Ришка не боялась, что мама не станет с ней разговаривать. А вот маминых слёз боялась. Ужасно боялась. Больше всего на свете.

– Я… Я просто так. Посмотреть на кувшинки и… – Она с трудом подбирала слова. – Там красиво.

Сказала – и разревелась.

Ну вот, соврала. И теперь лягушонка никто много-много лет не расколдует.

– Будешь наказана, – устало сказала мама. – Неделю на улицу – ни ногой. Из школы – сразу домой. Ясно?

– Ясно, – согласилась Ришка.

Ей совсем не было себя жалко. Что такое неделя дома по сравнению с сотнями лет в лягушечьей шкуре.

***

Неделя тянулась бесконечно долго. Дома мама, которая всё ещё злилась, а в школе – недовольная Клопикова и одноклассницы, которые дружно встали на её сторону. Наверное, в какое-то другое время Ришку бы это очень огорчило, но сейчас она словно не замечала всех этих «ябеда-карябеда» и строгого маминого тона. Все её мысли были там – у заколдованного пруда. Как там лягушонок? Где он? Что с ним? Кто его заколдовал и куда его теперь перенесли?

Когда неделя прошла и Ришку наконец отпустили гулять, она сначала посидела во дворе, потом несколько раз обошла вокруг дома, вроде как гуляла, а потом тихонько, обходными путями направилась к заветной калитке. И чем ближе она подходила, тем страшнее ей становилось. Нет, Ришка боялась не того, что кто-то её заметит в запретном месте. Она боялась того, что увидит там, за забором.

Ришка прошмыгнула в калитку, пробежала по тропинке, завернула за куст и… чуть снова не расплакалась.

Волшебство пропало. Теперь пруд был совсем другим. Серый, блёклый. Густые камыши, старый деревянный мостик, грязновато-зелёная вода и никаких цветов. Обычная трава, обычные листья… В общем, обычный заброшенный пруд.

Вот и всё. Нет тут никакого лягушонка. А может, его и не было? Может, Ришка сама всё придумала и сама же поверила? Она часто начинала почти что верить в свои выдумки, вдруг в этот раз именно так?

Но тут Ришка увидела красивую белую кувшинку – ту самую, что просила у лягушонка. Огромный белоснежный цветок на большом ярко-зелёном листе был точно не отсюда! Он из того, волшебного пруда! Наверное, лягушонок оставил ей весточку!

Ришка потянулась за кувшинкой, но та была далеко. Взобралась на деревянный мостик, ещё раз потянулась. И ещё немножко…

Нога соскользнула, под ногами что-то хрустнуло – и Ришка полетела в воду.

Глава 6

Холодная вода сомкнулась над головой. Сначала Ришка испугалась, а потом вспомнила, как ныряла в школьном бассейне. Она перестала барахтаться, посмотрела вверх, туда, где среди мутной тёмной воды сияло большое светлое пятно. Прямо над головой! Вот, именно туда и надо выныривать. Уж что-что, а тонуть Ришка точно не собиралась. Она хорошенечко оттолкнулась и стала грести руками. В одежде и обуви плыть было куда тяжелее, чем в купальнике. И всё-таки Ришка смогла вынырнуть.

Уф! Она отдышалась, огляделась, чтобы понять, где ближе выбраться из воды, и ахнула.

Не было никакого пруда, заросшего камышами и тиной. Кругом разливалось чистое озеро. Вода была вовсе не грязной, мутной и тёмной, а, наоборот, изумрудной и прозрачной. Такой прозрачной, что Ришка могла пересчитать каждый камушек на дне и каждую промелькнувшую мимо стайку рыбок. У берега покачивались огромные кувшинки и лилии, на самом берегу в яркой крупной траве росли красивые цветы. Над ними летали стрекозы и бабочки, вернее, не стрекозы и бабочки, а, конечно же, феи. Точь-в-точь как в тот день, когда она встретила лягушонка. Вот только кустов колючего шиповника не было. Вместо них начинался прекрасный цветущий луг, за которым виднелся сказочный дремучий лес! Ну, может, не совсем дремучий, отсюда точно не рассмотреть, но всё равно сказочный! Несколько деревьев словно сбежали из него и теперь стояли зелёным островком посреди луга, а одно дерево росло прямо на берегу озера, и на его толстой ветке, склонившейся над водой, сидела… русалка. Она болтала хвостом и расчёсывала длинные волосы. Видимо, та самая, из пруда.

– Ух ты! – вслух сказала Ришка.

Значит, вот откуда был кусочек волшебства, что ненадолго появился на месте заброшенного пруда!

Тут она поняла, что ужасно замёрзла, и быстро поплыла к берегу, пока ногу судорогой не свело. Утонуть нигде не хочется – ни в грязном пруду, ни в тёплом южном море, ни в волшебном озере.

Только она выбралась на берег, как одежда сразу же высохла. И волосы высохли, будто Ришка ни в какой пруд не падала и ни в каком озере не выныривала, а так и сидела на зелёной траве среди красивых цветов. Она немножко отдохнула, согрелась и подошла поближе к русалке.

– Здравствуйте! – вежливо сказала Ришка. – Скажите, пожалуйста, а вы не видели лягушонка? Он такой маленький и заколдованный. Он наверняка здесь.

Русалка не ответила. Она бросила гребень и скрылась в озере, только хвостом по воде шлёпнула на прощанье. Да так шлёпнула, что брызги во все стороны полетели.

Ришка едва успела отпрыгнуть. «Какая невоспитанная русалка! – сердито подумала она. – Подумаешь, я и сама справлюсь».

Ришка прошлась вдоль берега, внимательно рассматривая каждый листок кувшинки, потом зачем-то поискала в траве, вспугнув с большого розового цветка парочку фей. Никого!

– Лягушонок! Лягушонок! – громко закричала она. – Лягушонок, это я, Ришка! Лягушонок!

Крик пронёсся над озером и потерялся на другой стороне в дремучем лесу. Ришка снова пошла вдоль берега. На этот раз она вглядывалась в воду, ожидая, что из неё вот-вот вынырнет лягушонок и вспрыгнет на большой кувшиночный лист. Или сразу на берег. Сначала поворчит, а потом обязательно расскажет, как его теперь расколдовать и как самой Ришке вернуться домой.

Но никто не появлялся. А вокруг стало тихо-тихо. Не жужжали шмели, не стрекотали кузнечики, и даже феи перестали летать. Ришка немножко струсила. Самую малость, чуть-чуть. Потому что совсем непросто бродить одной по незнакомому берегу незнакомого озера и не бояться.

– Лягушонок! Ну же! Ау!

– Ты что раскричалась тут? – раздался голос у неё за спиной.

Ришка подпрыгнула от неожиданности и обернулась. Сзади стоял совершенно посторонний незнакомый… лисёнок. С огромными ушами, чёрным кожаным носом и большими лапами. С круглыми глазами. И очень, очень, очень пушистым хвостом.

– Ты… разговариваешь? – растерялась Ришка.

Ничего удивительного, что растерялась. Сначала лягушонок с феями, потом русалка с хвостом, теперь вот говорящий лисёнок… От такого у кого угодно голова кругом пойдёт! Хотя к болтающему лягушонку она уже привыкла. Но ведь то был не просто лягушонок…

– Тебя тоже заколдовали? – ахнула Ришка.

– Никто меня не заколдовывал, – фыркнул лисёнок. – Я всегда такой был.

– Как тебя зовут? – спросила она.

– Уруруш. А тебя?

– А меня – Ришка.

– Какое смешное имя! – расхохотался лисёнок.

– Ничего смешного! – нахмурилась Ришка.

Она сначала хотела обидеться, а потом передумала. Некогда ей обижаться. Ей лягушонка срочно искать надо, а никто, кроме лисёнка, не желает с ней разговаривать.

– Уруруш, ты не встречал тут лягушонка? Маленький такой, зелёный.

– Конечно, маленький и зелёный, – хихикнул лисёнок. – Разве ты видела больших и красных лягушат?

«Нахальных болтливых лисят я тоже раньше не видела», – сердито подумала Ришка, а вслух сказала:

– Он заколдованный. Я должна была его расколдовать, но у меня не получилось. А потом меня наказали. А потом я упала в пруд, а выплыла здесь. Мне кажется, он точно должен быть поблизости.

Лисёнок повёл ушами и после недолгих раздумий заявил:

– Ну, если заколдованный, то нужно идти к злой колдунье. Больше никто про это ничего не знает.

– Злая колдунья? – испуганно переспросила Ришка. – Мне одной идти к ней?

А вдруг эта колдунья и её во что-нибудь превратит? В лягушку, в мышь, в стрекозу вон… Сиди потом в болоте или подвале, жди, пока тебя какая-нибудь Ришка расколдует.

– Точно. Сама ты её не найдёшь, – вздохнул Уруруш и огляделся. Видно, подыскивал, кому бы её, Ришку, перепоручить. Но кругом, как назло, никого не было. – Ладно, так и быть, отведу тебя.

Лисёнок развернулся и побежал по тропинке в сторону леса, Ришка за ним. А то ещё вдруг передумает.

– А что это у вас тут за место?

Всякий, кто читал сказки, знает: если попадаешь в волшебную страну, сразу нужно выяснить, какие тут правила и законы. Иначе можно что-то случайно нарушить, а потом неприятностей не оберёшься.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.