Ладога
Владимир Дараган

© Владимир Дараган, 2019

ISBN 978-5-0050-3143-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Как все начиналось

– Закис ты в своей Америке, – сказал капитан, когда мы сидели в ресторане «Тарас Бульба» около метро «Автозаводская». – Тебе нужен морской простор и суровые мужские испытания.

Капитан – один из последних романтиков. Он уже двадцать лет ходит на яхтах. Бороздил просторы Атлантического океана, Средиземного моря и Пироговского водохранилища. Последние годы он избороздил просторы и шхеры Ладожского озера, храня свою яхту на берегу реки Вуокса в городе Приозерске.

Подошел официант.

– У меня раздельная диета, – сказал капитан. – Сегодня я ем только овощи. Несите все что у вас есть овощного, начиная с первой страницы меню.

Я решил не отставать.

– А мне несите все, что пропустит мой друг. Мы скажем, когда остановиться.

– Это ты правильно заказал. В плавании аппетит должен быть на уровне. Это не только морское здоровье, но и главное морское развлечение. Когда ты созреешь для Ладоги?

Я созревал три года. Капитан каждое лето проводил на Ладоге месяц, публиковал в блоге красивые фотографии и говорил, что яхтинг – это не развлечение, а стиль жизни.

– Могу часами смотреть на горизонт, слушая шум ветра в парусах, – писал он. – Сознание просветляется, в голове только чистые и правильные мысли.

Мне это казалось странным. Я сам любил смотреть на горизонт и слушать шум прибоя, но мыслей от этого не прибавлялось. Со стороны могло оказаться, что я о чем-то думаю, но это казалось только со стороны. Внутри же происходила беседа с внутренним голосом.

– Вот волны катятся, – сообщал я невидимому собеседнику.

– Ишь ты! – отвечал внутренний голос.

– Что-то я замерз.

– Зачем тогда сидишь?

– Вставать лень.

Потом, после стакана чая с бубликом в любимом кресле за компьютером начинало казаться, что волны и простор навеяли гениальные мысли, но ветер помешал их запомнить.

Ничего этого я капитану не говорил, считая это невежливым и неромантичным.

Наступил 2017-й год, принесший смятение и творческий кризис. Весной я три месяца занимался с преподавателями литературного мастерства, которые намекнули, что мне лучше заниматься ремонтом дома, а не проводить время за компьютером в ожидании прилета муз.

– Способности у тебя есть, – сказали они, – но работа над собой предстоит огромная. Для начала научись выкидывать местоимения и лишние фразы.

Перечитав старые рассказы, я догадался, что почти все фразы там были лишними. Тогда я позвонил капитану:

– Так что ты говорил про Ладогу?

– Идем?

– Ага.

– Высылаю список необходимого.

Список был внушительным. Начинался с плавок, заканчивался теплой курткой и лыжной шапочкой. Меня поразило в списке наличие «лабутенов» – дорогих женских туфель с красной подошвой.

– Ты уверен, что «лабутены» мне необходимы на яхте?

– Это будет сменная обувь. Они легкие, не тонут в воде. Если утонешь, будет легко найти твое тело.

– Может ты имел в виду «кроксы»?

– Может и «кроксы». Главное, чтобы с ног не слетали. Учти, пассажиров у нас не бывает. Ты будешь матросом со всеми вытекающими последствиями.

Я сразу догадался, что вытекающие последствия означают выполнение команд старших по званию. Деваться было некуда – пришлось согласиться. Это все равно выглядело лучше, чем страдания за компьютером.

Итак, меня берут на яхту матросом. Капитан написал много статей о яхтинге – я их проштудировал, чтобы от стыда сразу не упасть лицом на палубу. Так я узнал, кто такой матрос:

«матрос – „человечешко“, который всегда хочет есть, не хочет работать, при первой возможности ложится спать или садится играть в карты, а списавшись на берег – торчит в кабаке».

Ну что же, мой круг обязанностей стал яснее.

На яхте еще есть боцман. Читаю: «боцман – «старый матрос, который был всем, кем угодно, и думает, что он самый умный, опытный и может обойтись без капитана, рулевого и кока. Отвечает за все хозяйство». Неплохо, по крайней мере о запасах продуктов мне думать не придется.

Ну а что пишет капитан о самом себе? «Капитан – человек на судне, к которому положено обращаться „Господин капитан“, который постоянно всем недоволен, дает распоряжения в самый неподходящий момент. Эти распоряжения команда обязана выполнять беспрекословно. Отвечает за всех и за всё».

Осталось непонятным – а кто будет на яхте работать?

Говорят, что дневник путешествия на север должен начинаться и заканчиваться после пересечения Полярного круга. Что было до и после – неинтересно. Полярный круг пересекать не планировалось, и я хотел начать описание путешествия с Московского вокзала в Питере. Однако графоманский зуд и яркие впечатления вынудили написать о Москве 2017-го года. В моем блоге появилось нечто восторженное, что читатели сразу назвали гимном Москвы в прозе. Для плавности изложения этот «гимн» здесь опущен, его можно найти в приложении №1.

А восторгаться было чем. Я бродил по широким тротуарам, сидел в кафе, наслаждался московским темпом жизни, забредал в странные помещения, где собирались любители книг и кофе, встречался с друзьями, приобретал новых знакомых.

– Ничего, на яхте отдохну, – бормотал обессиленный путешественник, забираясь в кровать своей квартиры около ВДНХ и прислушиваясь к гулу проспекта Мира.

Проспект гудел всю ночь. После тягучей тишины американской деревни московский ночной шум казался зовом пионерского горна, напоминающим, что пора работать, иначе тебя опередят.

– Что за чушь! Я ни с кем не соревнуюсь.

– Отстаешь, отстаешь! – шумел проспект.

Приходилось вставать, заваривать чай и делать вид, что о чем-то думаешь. Становилось легче, казалось, что ты, как и все москвичи, вступил на тропу, на которой никто не останавливается.

Путь к яхте

Москва, Ленинградский вокзал, 23:30. Проводник «Красной Стрелы» взял мой паспорт и вздохнул:

– Вы в вагоне один не китаец. Но в купе, кроме вас, никого не будет.

Моя мечта о ночном разговоре с интересным попутчиком рассеялась.

– Я могу устроить вас в соседнем вагоне, – продолжил проводник.

Мечта вернулась, но ленивый внутренний голос сказал, что хочет тишины под стук колес.

– Ничего, я выживу, – храбро озвучил я желание внутреннего лентяя.

– Ну-ну, как хотите, – удивился проводник.

Засыпал я под птичий гомон и топот неведомых животных. Так я решил представлять суету в коридоре вагона, не смолкавшую полночи. Ко мне иногда заглядывал проводник, жалуясь, что китайцы не говорят по-английски.

– Я сам не говорю, но они и подавно.

Московский вокзал в Питере встретил серым утром, полусонными полицейскими и улыбчивыми таксистами.

– Куда? – чернявый мужчина в кожаной куртке протянул руку к мой сумке.

– Приозерск.

– Это где?

– На Ладоге.

– Командир, до Приозерска сколько будет? – спросил он у сурового мужика, внимательно рассматривающего будущего матроса.

– Десять, – так суровый оценил мои платежные способности.

Я знал, что предложенную цену надо делить на три и попытался отнять мою сумку у чернявого.

– Восемь, – сопротивлялся он.

– Три, – предложил я.

Чернявый сразу потерял ко мне интерес. До Приозерска ходил автобус от метро «Девяткино». Сумка была почти неподъемная, идти в метро не хотелось, я стоял и просто радовался, что нахожусь в Питере.

– За пять поедем?

Ко мне подошел мужчина лет шестидесяти, седой, солидный. Сумку он вырывать не стал, молча стоял и ждал.

– Торг, как я понимаю, неуместен, – поинтересовался я.

– Какой торг? – удивился седой. – Себе в убыток поеду.

– Хорошо, – я передал ему сумку.

– Еду за пять до Приозерска, – отчитался седой перед суровым.

Суровый кивнул, мы сели в машину.

– Дорогу знаете? – это первое, что спросил седой.

– Вы не питерец? – удивился я.

– Тридцать лет тут живу, но так далеко ездить не приходилось. Я на Невском живу, а вчера с парашютом прыгал.

– Зачем?

– Было предложение – два прыжка по цене одного. Я подарок приятелю сделал, заодно и сам прыгнул.

– И как?

– Ух!

– А приятель?

– Эх!

– Понятно.

– Сами кто?

– Физик.

– Профессор, значит. Я вас профессором буду называть. А я инженер, такси – это так, к пенсии прибавка.

– Убер и Яндекс-такси мешают работать?

– Да кто там работает! Ни хрена город не знают, едут по навигатору-шмамигатору. Кстати, у вас навигатор в телефоне есть?

Я достал телефон и проложил маршрут.

– Ни хрена не вижу, вы мне говорите: направо или налево.

– Сейчас направо, впрочем, мы уже проехали.

– Фигня эти ваши навигаторы! Едем прямо на север. У меня чутье.

Мы ехали прямо, пока не начались заборы каких-то предприятий. Водитель заволновался.

– Странный ваш навигатор, куда это он завел?

Навигатор сообщил, что нам нужно развернуться.

– Ладно, успеем. Вон заправка, сейчас спрошу дорогу.

На заправке работала девушка-таджичка, которая дорогу не знала. Она даже не знала, где находится заправка. «Меня муж привозит», – объяснила она. Помог шофер грузовика. Он долго махал руками, означая повороты. На пятом мой водитель сказал, что хватит, сел за руль и повернулся ко мне:

– Вы все поняли?

Я пожал плечами, пожалел, что не поехал на автобусе, и стал изучать маршрут в телефоне.

– Вы включите звук, чтобы он мне говорил повороты.

Я включил. После третьего поворота навигатор сказал, что ему надо рассчитать новый маршрут.

– Тихо он у вас говорит, – пожаловался водитель. – Китайский, небось.

– Все айфоны в Китае собираются.

– Я так и думал, что китайский.

Потом случилось чудо. Мы выехали на шоссе с указателем, что до Приозерска 130 километров.

– Вот видите! – сказал водитель. – Интуиция – лучший айфон. Щас газку прибавим и птицей домчимся. Вот только поездка нервной получилась, надо бы добавить. Профессор, как насчет тыщёнки?

«Профессор» сделал вид, что не расслышал и стал читать новости в телефоне. В новостях сообщалось, что президент сейчас на Ладоге, на острове Валаам.

– В правильное место еду, – подумал «профессор».

У моста через Вуоксы в городе Лосево я попросил притормозить. Под мостом бушевали знаменитые лосевские пороги.

– Тут у нас соревнования по гребному слалому проходили. Ностальгия…

– Ну и как? Побеждали?

– Нет, но и в последних рядах не был.

– Зря, надо было побеждать. Я вот вчера с парашютом прыгнул, жену победил. Теперь у меня уважение. Она сказала, что я старый дурак, но сказала уважительно.

– Не велика честь женщин побеждать.

– Это смотря каких женщин.

Вскоре позвонил капитан:

– Ты уже в автобусе? Куда доехал.

Я объяснил, что еду в такси и скоро буду. Капитан долго молчал. Его мысли были такими яркими, что передавались по телефону. Если кратко, то «американцу надо вправить мозги, чтобы не выпендривался», и напомнить, что «наши люди в булочную на такси не ездят». В конце он сказал уже вслух:

– Буду ждать тебя на заправке при въезде в город.

Я оценил капитанскую сдержанность.

Я давно бросил курить, но электронная сигарета всегда в кармане. Днем на яхте будет суровый сухой закон, а стресс по время шторма надо чем-то снимать. А шторма будут обязательно. Капитан написал мне письмо, где рассказал, сколько яхт гибнет на Ладоге, и чтобы я был готов к смертельным опасностям. Вот для этой готовности и необходима сигарета.

Капитанская «ауди» выделялась на заправке своей немытостью и самим капитаном. Могучий и веселый он стоял, скрестив руки и внимательно наблюдая, как я расплачиваюсь с водителем.

– Профессор, ты не забыл свое обещание о добавке?

– Я не мог забыть того, что не обещал.

– А ты забыл, какой сложной оказалась дорога?

Капитан подошел поближе. Бородатый, суровый.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.