Роман с душою эха
Сборник избранной поэзии
Сергей Поваляев

© Сергей Поваляев, 2019

ISBN 978-5-0050-2978-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Роман с душою эха

Роман с душою эха
Случается порой.
Домой идти не к спеху —
Не хочется домой.
Тропинка полевая,
Я песенку пою,
А эхо повторяет —
Люблю, тебя, люблю…

Приюти ты меня на сегодня

Приюти ты меня на немного,

От природы дождливой и злой.

Я устал от осенней погоды.

Подари мне тепло и любовь.

Я, быть может. и буду нежданным,

Не ко времени, не для души.

Про любовь я шучу, и да ладно —

Одного я прошу – просуши…

Твой камин так уютно мигает

Весь рубином горячим огня.

И янтарные искры играют

На поленьях, что славно горят.

А ведь было той осенью прошлой

Нам с тобою вдвоём хорошо.

И погода стояла погожей —

Бабье лето на землю пришло.

Жаль, такое не часто бывает.

И любовь все погожие дни

Почему-то опять забывает.

Словно не были вовсе они…

Приюти ты меня на сегодня,

И прошу – ты меня не гони,

От дождей дай согреться негодных.

Лишь тепло – ничего о любви…

Поезд жизни

Поезд жизни вдруг в туннеле пропадает.

У окна один ты пассажир.

Память прошлое как будто возвращает

Без забот и старческих морщин.

А вагон на скорости качает,

Свет в конце туннеля далеко.

Стук колёс в ушах не умолкает

И на сердце снова нелегко.

Нелегко не потому, что темень

И не видят ничего глаза.

Просто знаешь, из таких туннелей

В прошлое не ходят поезда…

Ты позови

Полями светлыми пройду

Цветы подснежные найду

И соберу тебе букет, букет живой.

В осенний дождь, в метель зимы

Ты позови, ты позови

И я пойду, полон любви,

Вслед за тобой.

Зовёт твой взгяд, твои глаза,

И мне без них никак нельзя.

Без них бездушен утренний рассвет.

Тернёю каждая стезя,

От боли катится слеза,

И тень от солнца заметает след.

Ты позови, ты позови,

Когда вечерние огни

Свои кругом рассыплют жемчуга,

Я вслед пойду своей любви —

Ты не гони, ты не гони.

Мне только бы, мне только бы

Не потерять тебя…

Полями светлыми пройду

Цветы подснежные найду

И соберу тебе букет, букет живой.

В осенний дождь, в метель зимы

Ты позови, ты позови

И я пойду, полон любви,

Вновь за тобой

Не забывай про старые места

Не забывай про старые места.

Не важно, будет путь твой днём иль ночью.

К родному дому путь всегда короче.

Не забывай про старые места.

И ты придёшь, и сядешь на крылечке.

А ставен расписных распахнут миг.

И голуби летят к тебе на плечи,

Целуя пухом волосы твои.

И пусть никто тебя уже не встретит —

Прошедшей юности лишь осени листва.

А голуби, а голуби навстречу

Со старой голубятни всё летят…

Я жизнь свою тихонько просыпаю

Меж пальцев, как табачный лист.

Я молодость опять свою встречаю,

Когда в ней первый был я гармонист…

Но всё равно, на старом на крылечке

Мне чудится рассветный вновь туман.

Как я пиджак набросил вам на плечи,

А главного я так и не сказал…

Берёз сухих я нарублю для печки

И разведу в ней сладостный огонь.

Да, я вернулся, больше делать нечего,

Я знал, что путь короче лишь домой…

Не забывай, про тот уют случайный,

Что памятью остался навсегда.

Я вру, что коротко, дороги – дальние.

Но возвращайся в старые места…

Набросок к музыке органа

Как трассы санные
Трубы органные.
Для слуха зримо
Доносят зиму.
Голос простужен,
Слегка натужен.
Педали мягко
Вступают Бахом.
И пальцы в кресле
Прижались вместе.
Чтобы из тела
Не улетела
Душа…

Кладбищенский сторож

Кладбищенский сторож —
Хранитель оград.
Иную историю
Писать был бы рад.
И, вроде, негожи
Про это слова.
На кладбищах тоже
Воруют пока…
Туманный Манчестер
И светлый Мадрид.
С оградами вместе
И сторож могил.
Луна заливает
Аллеи судьбы.
Не умолкая,
Трещотка звучит.
Не знаю, воруют ли
Там или нет.
А сторож кочует
В могильный рассвет…

Оставьте прописи

Оставьте прописи
Чистописания.
Не для проседи
Линий старания.
Пора пёрышком
Взмахнуть случайно.
И кляксы-зёрнышки
Смахнуть отчаянно
И пусть букв несколько
Исчезнет просто —
Значит не место им
В письме, по-взрослому.

Каштаны

Упадут и разобьются…
Любопытные глаза
На асфальте остаются.
И на нас опять глядят
Эти карие каштаны,
Как предвестники судьбы,
Что так рано, что так рано
Нашу осень принесли.
И по чёточке, по каждой,
Лакированную гладь,
Те каштаны, те каштаны
Буду я перебирать…
Перебрав, я все в ладошку
Нежно положу твою,
Потому, что невозможно
Взгляд твой карий я люблю.
Потому, что осень рано
К нам с тобой пришла опять.
На асфальт летят каштаны —
Их глазёнки не унять…
И по чёточке, по каждой,
Лакированную гладь,
Те каштаны, те каштаны
Буду я перебирать..

Пилигрим

Духовный голод утолю
Живой водою, как от жажды.
Одно прошу, одним молю —
Не дай насытиться однажды,
Мессия, хлебом мне Твоим,
И усладиться угощением.
Пусть остаюсь я – пилигрим,
С голодным взором восхищения
На мир, на свет и на любовь:
По капле, лучику, по крошке.
Не сразу всё, а понемножку,
Чтоб ощутить мне голод вновь…

Я начинаю Вас писать

Как Вы прекрасны, как изящны.
Как мягок свет Ваших шелков
И как воздушно ненавязчив
Запах витающий духов.
О, как  небрежно ниспадает,
С уставшим веером, рука.
В беседке ветерок гуляет
И сада летние цвета.
Уютно Вы сидите в кресле,
Думой своей увлечены.
Туман реки плывёт за песней,
За песней вечной тишины.
А вдалеке, мольберт заката
Готов все краски собирать.
Вот локон Ваш упал покато.
Я начинаю Вас писать…

Мы с ней знакомились

Мы с ней знакомились… Сказала мне, -Светлана.

Глаза чудесные и полные любви.

И всё в ней было хрупко, первозданно.

Один изъян, она – не Натали.

И что в тебе застряло это имя,

Как-будто в нём вся значимость судьбы?!

Да первая любовь – она не стынет.

Была бы Света, вдруг, не Натали?

Ну, если б Света – то другое дело.

Мы с ней знакомимся, глаза полны любви.

Она прекрасна, руку тянет смело —

И вместо «Света» – слышу «Натали»…

Воспоминания о джазе

Вот затихает речь,
Джаз-бэнда понемногу.
И сакс даёт сберечь
Ударнику дорогу.
А тот возьмёт души
«восьмёрки» на заклание.
И барабан стучит,
Как духов всех изгнание.
Вот тихо дробь, вполне,
Как каблучком, стучала.
И кисточка в руке
Художником звучала.
А дальше – круговерть.
И все дрожат педали,
На то, что бьёт наверх,
И что внизу осталось…
И пот душою вон,
Рубашка липнет к телу.
Вступает саксофон,
И – продолжает тему…
***
Сакс то хрипит, то плачет,
Заходится взахлёб…
Ударник обозначился
И контрабаса ток.
И клавиши рояля,
Пройдутся по душе.
Певица в позу встанет
И зазвучит фальцет.
А там – проснётся муза
От таинств всех любви…
Я слушаю и грустно,
Что редко джаз звучит…
***
Две трубы, две души —
Молитвой к Богу.
Джаз, как тайна, звучит —
Вышел блюз на свободу.
По прожилке по каждой весь,
До кровинки до каждой словно.
И выходит шоколадная бестия
На дуэль с микрофоном…
Ещё шёпот идёт пока,
Обозначив дыханием тему.
Вот подхватывает труба,
Дальше сакс заходится смело.
Открывается музыка чувств,
Вырываясь божественным голосом.
Как дитя, певица свой блюз,
С микрофоном треплет за волосы…
***
Всё учат нас играть
По нотам Баха.
Хотят нас увидать
Мамы и папы
В крахмальных сюртуках
В концертном зале…
Но классике никак
Не поддавались…
Джинсы протёрты, саксофон —
Джем-сейшн.
Ведёт по жизни Эллингтон
По мере меньшей.
Теперь я сам кумир.
Ты слышишь, папа?
И, всё – таки, спасибо за клавир
От Баха…

***
С родного нас порога
Пусть пронесут не раз.
Не с Моцартом, ей Богу,
Давай, ребята, джаз!!!
***
Своей сонатой уморила.
И чтобы там не говорила,
Как важен нам всем Бах сейчас…
А я играю только джаз.
И саксофоном поверяю
Судьбу и музыку души.
И с негритянкой изменяю
Тебе и Баху – не взыщи!

Лето – блюз

Рыжий мой одуванчик.
Бахрома с бубенцами.
Джинсы в дырочках светлых
Каблучков стэпа бой
Переулок-шнурочек
Фонари леденцами.
Где мальчишка заветный
Ждёт свиданья с тобой.
Начинается лето…
И любовь вечерами.
В патефоне пластинке
Заводится не лень.
Есть такая примета —
Лепестки мы считаем,
Чтобы пять появилось
То, что дарит сирень…
Поёт томно певица,
Язык незнакомый.
Только музыка эта
Понятна без слов.
Пришло время влюбиться,
Ждёт мальчишка у дома.
Мнёт сирени он ветку
Из пяти лепестков.
Рыжий мой одуванчик.
Бахрома с бубенцами.
Джинсы в дырочках светлых
Каблучков стэпа бой
Переулок-шнурочек
Фонари леденцами.
Где мальчишка заветный
Ждёт свиданья с тобой.

Пью чай пустой

Пью чай пустой, завидуя немножко.

И зависть та оправдана вполне.

Луны ест тучка сдобную лепёшку,

И, чмокая, подмигивает мне.

Пью чай пустой, с тоской своей вприкуску.

Голодный кот, с укором на меня

Глядит и думает, -чтоб ему было пусто!

Ешё хозяин! А там сдобное едят…

Да я и сам бы откусил кусочек

От этой сдобы, под пустой свой чай.

Но тучка тоже голодна той ночью,

И съела всю лепешку, невзначай…

Снимается кино

Тарелка вдрызг. Мы – начинаем.
Мотор. Снимается кино.
Любовь. Сомнения. Отчаяние.
Что удалось, что не дано…
Уходит солнце, оператор
Клянет весь северный пейзаж.
Массовка снова мимо кадра,
И отлимитился метраж…
Помреж с талонами питания,
А пиротехник ладит дым.
От дубля третьего купания,
В студёной проруби, простыл
Герой, и режиссёр  не знает,
Что делать и как дальше быть…
И лезет сценарист с поправками —
Всё ему что-нибудь не так…
Директор сметой, как удавкой,
Трясёт – урезать, мол, хотят…
Но всё сойдётся понемногу,
И всё пойдёт своим путём.
Дублёр ныряет  в прорубь голым.
Герой от хрипа отойдёт.
Массовка точно в кадр ложится.
И солнца хватит на чуток.
И пиротехник вновь  божится,
Что дым пойдёт, как надо, в срок…
Тарелка вдрызг. Мы начинаем.
Все по местам. Кончай курить.
Ну, кто опять на заднем плане?!
Мотор! И так тому и быть!!!

Парижский шарм

Ну, что, родная, ты грустишь?

Опять в душе твоей пожар.

Я прорублю окно в Париж

С чудесным видом на Монмартр.

И пусть наш ЖЭК и ихний Мэр

Совместный штраф дадут сполна

За всё, что разбурить посмел,

Ради всеобщего окна.

Ну, а пока не дали штраф

И не замазали окно

С тобой глазеем мы на шарм,

Как парижане пьют вино…

АкваВесна

Первые подснежники
Касаются руки.
Губами ветры нежные
Целуют родники.
В лёгкой дымке света,
Как виденье сна,
Хрустальная карета,
А в ней – весна.
И платье льётся небом,
Лазурный свет в глазах.
И палочка волшебная,
Для всех чудес, в руках.
Карета распахнётся —
Откроет дверцу паж.
И звоном отзовётся
Хрустальный экипаж.
И выйдет АкваВЕсна
И павой проплывёт.
И палочкой чудесной
Весь мир перевернёт.

Звездою ночь приблизилась

Звездою ночь приблизилась ко мне.

Я у окна, душой распахнут лунной,

И словно бы Вселенная вся в думах,

И всё понятно в будущей судьбе.

И пусть ничто тебе не зачеркнуть,

Не поменять и не переиначить.

Душа распахнута, звезда горит, и значит,

Вселенная свой продолжает путь…

Цыганская доля

Дороженькой, ночью безлунной,
Трясётся кибитка, пыля.
Цыганские сонные думы
Качает под топот коня.
Степные просторы лихие —
Бродяги с коварной душой.
Опасные встречи такие,
Из них ты не выйдешь живой.
Кибитка бежит всё быстрее,
Минуя пути этих встреч.
Цыганское счастье умеет
Себя от беды уберечь.
Рассвет встаёт зорькою ранней.
Туманною дымкой земля.
И время привала настанет,
Вести к водопою коня.
В траве лежит потная сбруя,
И вьётся дымок от костра.
И снова дороженька будет,
Как тайна цыганских пространств…

Девчонка-лето

Аллея нежным светом —
Июньский парк.
Сидит девчонка-лето,
Сирени – бант.
Сидит девчонка-лето,
Косички теребит.
Томик в руках поэта —
Любовные стихи.
Иду я по аллее,
Стар стал, и неспеша.
Но никому не смеет
Красивая душа
Мешать, когда в аллеях
Девчонки летом вновь.
Стихи твои лелеят —
Конечно, про любовь.

Звезда по имени Мечта

Звезда по имени Мечта

Всё льётся светом в мирозданьи.

Свет звезд иных не в состоянии

Мечты свет спрятать никогда.

И пусть Мечта от нас далёко —

Все миллионы звёздных лет.

Но нам подарен её свет,

Чтобы душе не одиноко

Было мечтать средь зим и лет,

Пока так низко приземлённых,

Где есть на всё один ответ —

Звёзд не бывает окрылённых…

Ваш взгляд не видел любопытный

Ваш взгяд не видел любопытный,

Как рядом с ней мы шли вчера.

И хорошо, что так сокрыты

В тумане эти вечера.

А то, что завтра по скамейкам,

В досужих домыслах пойдёт,

Дед умный, это он умеет,

Всё самосадом разотрёт…

Фальшивит ноты медь оркестра

Фальшивит ноты медь оркестра —
Квартет халтурит полупьяный…
Приют последний – наше место,
Два метра этой самой ямы.
Поставят крест, венок положат,
Приткнут портрет из старых фото.
И скажут пару слов, возможно,
Если сказать найдётся что-то…
***
Да, всё кончается когда-то.
Жил-был ты скучно ль, интересно.
А всё равно твои две даты
Под звуки пьяного оркестра…

Первокурсница

От всего отстранена немножко

И задумчива по-хорошему.

Всё сверяется с расписанием

И в мобильник говорит с придыханием.

А ещё, стипендия на карточке —

Поглядит, а снимать всё жалко ей.

Но всегда доставать приятно

И, конечно, пофорсить, это свято…

Где-то там, далеко ещё сессия.

А на лекциях шутят и весело.

Все доценты с тобою приветливы.

Первый курс и в душе Бабье лето.

На школьном дворе

Двор школьный – белым мелом классики.

По ним девчонка прыгает с утра.

А за окошком в классе учат классику —

Читают Чацкого из «Горя от ума».

Дошкольнице всё это интересно —

Приплюснут нос к оконному стеклу.

Пусть классика девчонке не известна,

Но любопытно всё же, что к чему…

Звонок на перемену, восьмиклассницы

Бегут из класса шумною гурьбой.

И тоже прыгают по этим белым классикам,

Но не хотят девчонку брать с собой…

Опять звонок, зовёт учёба в классы.

Учебники открыты, тишина.

А дошколятка прыгает по классикам —

Ей далеко до «Горя от ума».

Семнадцать лет

Семнадцать лет:
В окне рассвет —
Твоё рождение.
Небес привет
И тучек нет —
Всё синью велено.
Поёт капель —
Весны свирель,
Как ожидание…
Апреля блюз,
Всех нот искус,
Зовёт к свиданию.
Семнадцать лет,
Ранний рассвет
И нет ненастья.
Неба привет
И тучек нет —
Какое счастье!

В элитной церкви

Читает поп молитву нам
Про Отче…
Сегодня что-то много дам
К службе охочих..
Кругом всё больше от Кутюр,
Диор, Армани…
И урна полная купюр,
Размером манит.
Перебивает ладан весь
Парфюм безбожно.
Солисты из Большого есть —
Там, на хорах, возможно.
Стою, кружится голова,
А Поп чихает…
Подпортил службу он слегка.
Бывает…

Огонь камина

Огонь камина, как мальчишка,
Балует с янтарём смолы.
Морозный ветер в окно дышит,
И мы вдыхаем белый дым.
Метёт метель продрогшим садом,
Деревья голые стоят.
И небо серое покато
Свой к саду обращает взгляд…
А с зимней вишней что-то стало —
Склонилась горестно она.
На ней все веточки сломались —
Не будет ягод никогда…

Испытание чувств

Это тайные струны как будто звенят —

В них то радость, то томная грусть.

И не зря нам с тобой иногда говорят,

Что любовь – испытание чувств.

Кто придумал её и где лоно её —

То ли в сердце, а, может, в душе?

Разбежалась, взлетела и длится полёт

У любви бесконечно уже…

Когда тайные струны как будто звучат,

У аккордов причина одна —

Безмятежная радость, бывает и грусть,

То, чем жизнь наполняет Она…

Перестал на мне жениться

Надо ж этому случится —
 На меня махнул рукой.
 Перестал на мне жениться,
 Нехороший он такой.
 Не красавица, не пава,
 Но зачем же обещал?!
 Водку пил с моим он папой
 И на свадьбу деньги взял…
 Перестал на мне жениться.
 Он такой, едрёна вошь.
 Перед самым ЗАГСом смылся.
 Где его теперь найдешь?!

Не приведи, Господь

Не приведи, Господь, нам перемены,

Когда всё старое сподоблено смахнуть.

А на поверку – та же всё арена,

Но клоун плачет и на сердце жуть!

И мысль приходит нужная и точная :

Из худшего, что нам врагу желать,

Чтоб он в тех переменах жил бессрочно,

Где даже клоунам приходиться рыдать…

Память – подруга

Задержался у друга,
Где тепло и уютно.
Прости, память – подруга,
Что так вдруг, что как – будто…
Задержался у друга.
Да, нет друга давно.
Только зимняя вьюга
Всё судачит в окно…
Одиночеством вечер
Привечает опять.
Та последняя встреча —
Память вновь не унять:
Задержался у друга,
Вроде надо идти.
А у двери, он вдруг мне, —
Брось, ещё посидим…

Лад

Сладко кот урчит —
Лапки в сборочку.
Хлеб готов в печи
С вкусной корочкой.
За окном метёт
Зима вьюжная.
А у нас тепло —
Накрыто к ужину.
Всё как надо, в лад,
По – человечески.
Жить и жить бы так
До самой вечности…

Лоза любви

Зачем Вы так надменно и небрежно

Смахнули мой наполненный бокал?!

Вино в нём было ангельски безгрешно,

Его я лишь пригубить предлагал.

Да как пригубишь, если снова губы

Свои в презрительной улыбке отвели.

Хрустальные осколки собрать трудно —

Изрезать руки в кровь хотят они…

Лоза любви, мой виноград взращёный

Средь солнца утомлённого души,

Вином прольётся снова возвращённым

В бокал, что не пригубить – осушить

С другой, судьба подарит мне удачу,

Которая бокал мой не смахнёт,

А старые осколки, чуть не плача,

Она, надменная, пускай и соберёт…

Акценты

Мы порой не знаем цену
Одному всего акценту.
Вот, поставим не туда —
И случится вдруг беда.
Иль о нём забудем снова
И свой смысл теряет слово.
А бывает, просто так,
Он не ставится никак.
И родная наша речь
Без акцента даёт течь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.