РУССКИЙ РОК
Евгений Ю. Додолев

© Евгений Ю. Додолев, 2019

ISBN 978-5-0050-2908-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Про русский рок мне однажды, анализируя троицу Градский/Макаревич/Гребенщиков, сказал Максим Дунаевский:

«На мой взгляд, русского рока, как понятия нет. Это люди все творческие, добившиеся определенного успеха, кто меньше, кто больше. Кто стал жутко популярным, кто им не стал. Но такого понятия нет».

Есть ли такое понятие с точки зрениях тех, кого величают рок-музыкантами? И чем они могут объяснить феноменальную популярность рок-движения на закате Советской империи? Почему некоторые из них продолжают играть рок-музыку, а другие, по их словам, повзрослели?

Фото на обложке: из личного архива Юрия Лозы.

Автор признателен за предоставленные иллюстрации коллегам из «Нового Взгляда» (Александру Ф. Алейникову, Лилии Шарловской) и «Москва Медиа» (Александру Авилову, Айсель Магомедовой, Александру «Кролику» Сивцову, Никите Симонову и другим), Марианне Ефремовой, Юрию Лозе, Виталию Калгину, Андрею Макаревичу, Семену Оксенгендлеру, Джоанне Стингрей (Joanna Stingray) и особо – официальному фотографу группы «Машина времени» Маргарите Шол.

ОТ АВТОРА

Конечно, поставить на обложку книги «Русский рок» фото Юрия Лозы это троллинг своего рода. Это снимок 1985 года, тогда по приглашению Юрия Лозы в «Зодчие» пришел Валерий Сюткин, до того игравший в московской рок-команде «Телефон».

Это, собственно, и есть тот самый РУССКИЙ РОК, в известном смысле, быть может, и бессмысленный, но ставший мощнейшим драйвером перемен в той стране, которой руководила КПСС: как раз в 1985 году к власти пришел Горбачев.

Изначально, кстати, на облогу планировал фото, подаренное мне для этого издания Джоанной Стингрей, из сессии для пластики Red Wave, где справа налево Кинчев, Цой, БГ, Сологуб.

Red Wave

Но потом я прикинул, что спекулировать ликом лидера «Кино», который #цойжив – слишком упрощать себе задачу (разобраться в сути явления). И потом – это иконостас ленинградского рока (не надо мне напоминать, что Костя – москвич, «Алиса» = питерский коллектив), а сологубовские «Странные игры», как и «Кино» – возникли после основания тех же «Зодчих», не говоря о том, что «Интеграл», в котором Лоза зажигал основан в 1962 году, на 10 лет раньше «Аквариума». Про то, что «Машине времени» в этом 2019 году – 50, лишний раз не буду напоминать.

Крис Кельми:

«70-ые были самые счастливые годы, потому что это были годы андеграунда, это была эпоха рока. Это были чистейшие отношения. Это были концерты в Питере, когда собиралось по 700 человек. Милиции при этом было семь тысяч. Еще группы „Аквариум“ не было».

«Високосное лето»

Так что, пусть будет Лоза, в этом есть вызов, а мне такие провокации по нраву.

БГ:

«Я не знаю, что они имеют в виду под рок-н-роллом, но мне всегда казалось, что это делать, то, что ты хочешь делать, и делать это до конца».

Сергей Рыженко:

«Кто-то когда-то заметил, что все рокеры разделяются на волшебников, на клоунов и на героев.

И всегда это видно, вот, скажем, Цой, естественно, это герой; Петя Мамонов – естественно, клоун; Боря Гребенщиков – волшебник. То есть легко градация просматривается».

Юрий Шевчук декларировал (в 90-х):

«Что такое рок-н-ролл? Многие журналисты путаются. Одни говорят: „Кузьмин – великий рок-гитарист“. Да какой он „рок“, он же поп-музыкант. Хорошую попсу играет, но я в этом непрофессионал. Или группа Мазая, как ее… „Моральный кодекс“. Это же поп-музыка. Или эта „Агата Кристи“. Просто они играют в стиле рок-н-ролла – у них электрогитары, фузы, но там нет духа рок-н-ролла! Любой уголовник вам скажет: смешение понятий. Да вы что, запутали всех. Все называете роком, скоро им Кобзон станет»

Любопытное обсуждение фрагмента настоящей рукописи случилось в Facebook’е.

«В комментах пассажа из книги пробросили: а, что Газманов тоже рокер, о рок-музыке рассуждать? Какой то лютый «пипец» (©) в полушариях комментаторов этих. То есть говорить о жанре и/или давать оценки дозволено исключительно рок-музыкантам? Стало быть, про Киркорова дозволено слово молвить лишь Баскову, например? Дъ!

И, «чтобы два раза не вставать»: музыкальную карьеру Газманов начинал в рок-команде «Атлантик». У меня в книге резюмирует все это дело с композиторской точки зрения Максим Дунаевский; по мнению бдительных хранителей наследия группы «Телевизор» тоже полное чмо?»

Vladimir Zelick:

«Сектанты-с!».

Филипп Хамидуллин:

«Женя, это только за бугром Рикки Мартин может говорить про творчество «Роллинг Стоунз». А у нас, сам знаешь – все в своей среде.

Илья Смирнов:

«Когда-то разделение на рок и эстраду имело смысл, но уже почти 30 лет остатки рок-музыки составляет часть эстрадного шоу-бизнеса. Что тут делить? Преданья старины глубокой? У кого больше денисовских генов?».

Для тех, «кто в танке» (©), поясню: Смирнов – один из основоположников и ключевых фигур так называемого «рок-андеграунда» 80-х.

Здесь собраны разговоры с музыкантами, которые я записывал с 2012 года. В студии канала «Москва 24» (проект «Правда-24»), студии радио Mediametrics (проект «МимоНот») и в рамках авторских проектов «Семейный альбом» («Россия 1») и «Важная персона» («Москва 24»).

«Александр Градский. The Голос».

Впрочем, должен признаться, что многое записывалось и в кулуарах, а что-то и в домашней обстановке.

Из помянутой в беседе с Дунаевским троицы здесь только интервью с БГ. Тому есть объяснение: про Градского и «Машину времени» я сделал несколько книг и не хотелось повторяться. Первые мемуары об АБГ «Александр Градский. The Голос» вышли в издательстве «Рипол-классик» в 2013 году, годом позже «Времени машины» в «Олма медиа» и в этом году АСТ выпустило труд «Машина времени. История группы. Юбилейное издание» с любопытнейшим предисловием Макаревича.

Фото Маргариты Шол, 2019.

Ну еще и «Легенды нашего рока», которые та же группа АСТ презентовала пару лет назад. Интервью «Экспресс-газете», посвященное выходу последней публикую в спецразделе «Приложение», потому что Градский счел нужным прокомментировать данную публикацию на своем сайте gradsky.com: так сложилось, что в нашей державе рок-музыка и политика изначально сопряжены и это весьма чувствительная точка раскола в среде рокеров. В приведенных под этой обложкой диалогах упоминаются и Крым, и Кремль, и Путин. Без этого не обошлось.

НОВЫЙ ПОВОРОТ

Здесь беседы с теми музыкантами, которые начинали на рок-площадках, а затем перешли на светлую сторону (в этом месте как бы «смайлик»).

Возможно не все фанаты знают, что Олег Газманов стартовал в рок-команде «Атлантик», Юрий Антонов зажигал с легендарным «Араксом», Валерий Сюткин был основателем (ровно 40 лет назад, в 1979) хулиганского совершенно «Телефона», а то, что вытворял Юрий Лоза на сцене в алибасовском «Интеграле» – ураган, в сравнении с коим экзерсисы «Аквариума» и «Машины времени» кажутся карамельными притопами КСПшного разлива.

Впрочем, тот же Александр Буйнов мне говорил: «Я же недалеко от рок-н-рола ушел».

Крис Кельми: «И „Ночное рандеву“ – это попса? Ну, какая же это попса? Не знаю. Тогда битловская Michelle тоже попса».

Так что есть, над чем призадуматься.

БЛОГЕР ЮРИЙ ЛОЗА

Юрий ЛОЗА за последние несколько лет стал мега-ньюсмейкером. И в этой связи – первый вопрос.

– Все эти заявления сенсационные, которые наш брат-журналист тут же подхватывает, делаются осознанно? Или это получается спонтанно, как сочинение песен?

– Давайте сразу: я этих заявлений не делал, «эти заявления» – просто выдранные из контекста фразы. Скажем, канал «Звезда» приглашает меня на запись часового эфира, идёт съёмка, мне задают вопрос: кто является символом эпохи, кто самый главный человек в России? Отвечаю: наверное, в Советском Союзе, наверное, всё-таки Гагарин, который прорубил дорогу в космос. Одна улыбка Гагарина чего стоит, сколько контрактов мы подписали только потому, что рядом сидел Гагарин. Но его нельзя сравнивать с сегодняшними космонавтами. Как нельзя сравнивать первого человека, охрой нарисовавшего оленя на стенке пещеры и Сурикова, это разные по уровню творцы, но они оба ценны для истории. Как нельзя сравнивать гитаристов: Джими Хендрикс научил гитару «визжать», сегодняшние гитаристы в школе играют круче Хендрикса. Так вот, сегодняшние космонавты играют в бадминтон, а физически Гагарин в ракете ничего не делал, он просто лежал. Из всей передачи остаётся фраза «Гагарин в ракете ничего не делал, он просто лежал».

Они бегут с этим к Леонову, тот кричит: сволочь, он оскорбил моего друга, подонок, гад. Я звоню на «Звезду», говорю: ребята, когда передача пойдёт, чтобы люди поняли, о чём речь? Они отвечают: а мы не будем её монтировать, нам достаточно этого скандала. Я им – как так, товарищи, мне уже идут конкретные угрозы, что убьём, сволочь, за нашего Гагарина. Я разговариваю с Пимановым на передаче какой-то, он спрашивает: а что ты не идёшь к нам больше на «Звезду»? Я говорю: ребята, у вас вообще совести нет. Он – я, мол, лично разберусь. Ничего не разобрался, всё точно так же и осталось.

И эта фраза сейчас гуляет по интернету. Чем я его оскорбил, Гагарина? Я им говорю: ребята, ладно, Бог с ним, оставьте эту фразу, но пусть кто-нибудь докажет, что Гагарин в ракете танцевал, стоял или сидел. Я же знаю немножко о космонавтике. Академик Раушенбах написал, что полётная инструкция для первого космонавта состояла из четырёх слов: ничего руками не трогать. Гагарин сам на одном из банкетов встал и говорит: я не знаю, кто я – первый космонавт или последняя собака. Всё шло в автоматическом режиме, человек лежит просто запеленатый в этот скафандр, не может пошевелить ни одним из членов, взлетел, сел. И мне говорят, что сейчас я оскорбил Гагарина. Да он великий, я и называл его первым, самым великим деятелям Российской Империи ХХ-го века, именно Гагарина. И вдруг выясняется, что я его обидел. Вот так делаются все эти мемы.

***

– Чем объясняете увлечение социальным роком в конце восьмидесятых? Просто рок-культура тогда нам казалась вообще доминирующей в среде молодёжи. Сейчас же не слушают?

– Мы должны понимать, что рок-культура появилась в мире на волне социального протеста. Культура вполне обошлась бы рок-н-роллом, если бы не было столько проблем в мире. И рок-н-ролл трансформировался в рок именно потому, что феминистки бились за свои права, негры – за свои, началась война во Вьетнаме, хиппи бродили по миру и втыкали цветочки в дула винтовок. Весь мир взбурлил неожиданно.

Фото из личного архива Юрия Лозы.

Вот это протестное начало и вынесло на эстраду очень многих. Когда мне говорят: как ты можешь про великих такое говорить? Я говорю, возьмите Rolling Stones и представьте, что этот альбом вышел не тогда, когда он прогремел, а вышел на 20, 30, 40 лет позже. Кто-нибудь заметил бы Rolling Stones? Вот тех Rolling Stones? Не заметили бы, они бы сидели где-нибудь в клубе, как и должны были по качеству своей работы. Но тогда их вынесла именно эта протестная волна.

Или возьмите альбом 1995-го года группы «Chicago», когда они перепели все стандарты. Если бы он вышел в наше время, он соберал бы все «Грэмми». Он по качеству такой. Возьмите любой альбом Фрэнка Синатры, забросьте его в любое время – качество самого материала таково, что оно абсолютно точно будет признано.

Качество материала тех ребят, которые вылетели тогда наверх, абсолютно никуда не годится. Поэтому сегодня их бы никто не заметил без этой подоплёки протестного начала.

1980-й год считается официально годом смерти рока. Как явления. В 1981-м году образовалась первая Рок-лаборатория в России, в Советском Союзе. У нас всё это – мертворожденные дети.

В 1985-м возникла московская Рок-лаборатория. Мы сидели вместе с Юрием Резниченко и ребятами в серых пиджаках, обсуждали – разрешать Рок-лабораторию или не разрешать. Пили коньяк, я пел песни, и мы думали, что делать с роком. Я говорю, если хотите с роком что-то делать, разрешите его, он убьёт себя сам. Что и произошло.

Первый концерт в Горбушке – лезли через крышу. На последний, через три года уже никто не пришёл, потому что смотреть не на что.

Всё умирает, любое явление убивает само себя, когда оно начинает трансформироваться, меняться. Как только из рока ушло протестное начало, всё кончилось. Ребята, которые выросли на этой культуре, до сих пор рвут майки на груди. Кажется, Чухрай хорошо сказал о них, режиссер – что они похожи на Александра Матросова, который падает на амбразуру, точно зная, что пулемёта там нет.

Поэтому сегодня, когда они кипят и бурлят, я говорю: ребята, забудьте вы об этом роке. Но Сукачёв кричит «Бабушка курит трубку» и рвёт майку на груди… Ну, курит бабушка трубку. Но протест в чем? Ну, он может охрипнуть, может разбить микрофоны, гитары поломать, они могут всё разнести, даже всю сцену, но бабушка курит трубку и… всё.

– Кстати, помянули режиссёра. Я просто по ассоциации вспомнил про ленту «Лето» Кирилла Серебренникова о Майке Науменко, о Викторе Цое. Вы что-нибудь слышали про это, смотрели фильм?

– Да нет, зачем мне об этом смотреть? Я же жил в то время.

3-й фестиваль рок-клуба. Фото Г. Молитвина.

– Вы были знакомы с героями ленты?

– Зачем, мы привет-привет, не более того. Был на рок-фестивале в Питере в 1981-м году, но я посмотрел на всё это дело, на всю эту тусовку, она меня совершенно не вдохновила. Этот образ жизни мне абсолютно не нравится: секс, наркотики, рок-н-ролл меня никогда не интересовали – я хотел в детстве быть великим футболистом. Мало того, и все коллективы, в которых я работал, вообще никак не были связаны боли ни с сексом, ни с наркотиками.

– Ну да, «Интеграл» не был связан?!

– «Интеграл» вообще никак не связан.

Вы поймите, слухи от кого идут?

От Алибасова. Алибасов – это же генератор слухов.

Не надо верить только этому.

Йоала, Яак Арнович (1974)

Я один раз увидел записную книжку фантаки. В которой она она предлагала подруге Яака Йоалу за меня. Они нас точно так же коллекционировали, передавали друг другу, и я понял, что мы – такой же предмет торга, и у меня сразу отпало всякое желание с этими поклонницами иметь какое-нибудь дело. Я понял, что я их интересую только в плане галочку поставить.

***

– Вы совершенно неожиданно раскрылись, как блогер. Вас это термин коробит?

– Нет, почему, если я действительно веду блог. Я и на радио вёл блог, на «Комсомольской правде» долго достаточно, почти год.

– Музыканты в советские времена, даже в девяностые были настроены более-менее единодушно. То есть никто не хотел, чтобы существовала цензура. А сейчас разошлись?

– Женя, более поляризованного музсообщества, чем в Советском Союзе – не было. Были те, кто был в экране и те, кто были вне экрана. Ненавидели друг друга так, что даже представить невозможно. Какими словами поливали! Потому, что одни имели доступ к кормушке, вторые – нет.

И хотя я прекрасно знал, что то, что я делаю, это востребовано, это интересно, это надо людям, но это не проходило через определённые фильтры, через определённую цензуру. И я знаю, что выпустил альбом в 1983-м году, некоторые вещи спетые, скажем, та же «Баба Люба», её никто не повторил на протяжении 30 лет, никто близко так рядом не спел, как я тогда исполнил. Но ведь я даже не был номинирован ни в одном списке, как вокалист. То есть даже не номинирован, не то, что признан.

Я ни разу нигде не был номинирован, как текстовик, хотя я написал об этом ремесле книгу. Даже как человек, который умеет это делать. Хотя бы в десятке, в сотне. Меня не включили ни разу даже в список.

Я играю на гитаре 40 лет, я ни разу не представлен был, как гитарист.

Моя песня «Плот» – единственная, которую американцы поют на английском языке. Я, как композитор, не попал ни разу вот в такой же список, то есть я не присутствую, меня нет, меня просто не существует. Меня проще не замечать.

Очень просто, я давно уже вывел формулу идеального руководства медиасистемой. Она выглядит так: расплоди бездарности, и на их фоне твоя посредственность покажется талантом.

С момента убийства Листьева на Первом канале не появилось ни одной авторской программы. Все люди, которые имели креативное начало внутри, которые могли что-то создать, все уволены. Для того, чтобы можно было покупать ширпотреб и пилить бабло.

«С момента убийства Листьева на Первом канале не появилось ни одной авторской программы».

– Но это же глобальная тенденция. Все используют «форматы», все покупают апробированные.

– Глобальная тенденция. Я прихожу на радио, приношу новую песню, мне говорят: не наш формат. Я говорю: скажите, ребята, у меня около сотни песен, и вот я сейчас могу выбрать любую из них, они абсолютно разные, во всех стилях, я найду для вашего формата. Скажите, как он выглядит, подберу песню. Он говорит: он выглядит так, что это не ваш формат. Вот как хотите с этим, что хотите делайте.

– Приходится конфликтовать?

Со мной пол-эстрады не разговаривает.

Скажем, я позвонил Леше Рыжову из «Дискотеки Аварии», сказал, что я приведу в своей книге текст его песни целиком, он говорит: Юра, да хоть ведром назови, как сказал в своё время Робертс Кончаловскому. Тот его позвал сыграть в своём сериале, он говорит: у вас готов хоть помойное ведро играть. От мастера – всё, что угодно. Мне практически то же самое Рыжов говорит: пожалуйста, на здоровье.

Приехал к Диане Арбениной домой, говорю: я хочу одно твоё произведение в свою книгу поместить для примера целиком. Я имею право его раздолбать на части и приводить фрагментарно, никто слова не скажет. Но, если я привожу целиком, для этого нужно разрешение автора. Она говорит: что ты будешь говорить про это произведение? Я говорю: ты в нём уверена, ты же его написала, ты же его опубликовала везде, оно везде в твоих сборниках, оно приведено целиком. Я его тоже приведу целиком, можно? Что я скажу, тебя это интересует?

Арбенина говорит: ну, в общем-то, наверное. Я говорю: ну ты же, наверное, выше всё-таки по статусу, чем критика какого-то Лозы, ты тоже такая понятная сидишь в жюри, всех учишь жизни. Она: ну ладно. Так вот, я ей потом отправил свою книжку, она руки не подает, все, Лоза сволочь, гад. Я просто высказал своё мнение о её стихотворении.

– Эта реакция ожидаема была?

– Абсолютно, так я ей в глаза сказал, ребята, я же всем глаза говорю, ребята, хотите меня критиковать, пожалуйста. Если есть что сказать по поводу моих произведений, на здоровье, говорите всё, что вздумается, пожалуйста. Я готов выслушать, если эта критика конструктивна, если она что-то мне даст, пожалуйста. Но молчат все, просто проще не замечать. Критиковать нечего, и начинается вот такая беда, что делать с Лозой, блин. Лучше, чтобы его не было.

Диана Арбенина. Фото Маргариты Шол.

***

– Почему на «Евровидении» ограниченный набор авторов, свой тесный клуб. У нас достаточно композиторов?

– Да море, замечательные композиторы. Мне шлют пачками песни новые. Смотрите, что получается. Ведь там же распил как идёт: песня, которую купили у якобы американско-израильского дуэта или тринтета: там три человека авторов – американский якобы автор Гуткин, израильский автор текста и человек, который пилит бабло. Эта песня не стоит и десятой части тех денег, которые за нее заплачены. Выбит на нее большой бюджет, Гуткин получает свои, все всё получают.

Точно также на Самойлову бюджет был выбит: на костюмы, на медицинское сопровождение, на всё, тем более, такая страна. В этой бригаде знаете, сколько тогда человек поехало? Португалия – красивая страна, дети, родственники, тёщи, все там были всунуты под каким-нибудь, как назвать, статусом, и все туда рванули. Конечно ей сказали, можешь просто рот открывать, за тебя бэк-вокал споёт, что и было. Она шептала только первую часть, а припев пели ребята. Но она и первую часть забыла, такая девочка, она же непрофессиональная.

– Вы вообще следите за «Евровидением»?

– Нет. Просто в некоторых случаях меня спрашивают, просят прокомментировать и мне приходится смотреть. Также здесь, меня попросили прокомментировать, я взял, посмотрел её номер. Все «Евровидение» я смотреть не стал. Почему? Потому, что это давно уже англовидение, давно британцы уже подмяли конкурс под себя.

В установочных документах было написано, что этот конкурс должен объединять, чтобы могли познакомиться с культурой своих соседей, там очень много хорошего было написано. Что он такой развлекательный, что никакой политики, и так далее, так далее. Со временем все вот эти установочные лозунги позабыты, и сейчас всё перевернулось с ног на голову.

– Хорошо, из наших исполнителей, которые выступали за всё время Евровидения, кого-то можете выделить?

– Ну, все враги.

– Все враги Отечества?

– Враги Отечества, конечно, и Лозы, в частности.

– И «Бурановские бабушки»?

– «Бурановские бабушки» одни из самых больших вражин. Объясняю, почему. Уже много лет пытаюсь провести одну мысль. Ребята, что мы хотим получить? Если взять как сверхзадачу пропаганду российской культуры вообще как таковой, тогда все наши, кто туда едут, все враги. Потому что они работают на британскую культуру, а не на нашу.

«Бурановские бабушки» одни из самых больших вражин. Фото: Лариса Горбунова

Никто не может повлиять на гордых французов. К примеру, когда Патрисия Каас едет на этот конкурс, перед ней не ставится задача победить. Она поёт песню на французском языке, занимает своё девятое место и едет после этого в европейское турне.

Наш Дима Билан приезжает, пытаясь понравится ирландской домохозяйке, поёт ей по-английски, побеждает, едет на гастроли в Сыктывкар. Почему? Потому что никто Диму Билана в звёзды не пустит.

Но французская певица Патрисия Каас интересна, оригинальна и самобытна, а Дима Билан, это точь-в-точь, один в один. Он никому не нужен. Мы можем использовать площадку «Евровидения» для пропаганды своей культуры, как это делают французы. Приходишь, поёшь русскую песню. Они говорят: ух ты, ничего себе, они, оказывается, не только могут нас копировать, у них композиторы есть, певцы, у них есть поэты, у них есть люди, которые могут поставить номер.

Мы победили, привезли сюда этот конкурс, а нашим ведущим запрещено было говорить по-русски. И зачем нам эта победа?

Второе, когда мы проводили здесь конкурс, мы даже винтик последний привезли из-за границы. Вся техника была, всё обеспечение, свет, звук, специалисты, всё было оттуда. Наши были только нефтедоллары. Зачем нам показывать миру, что у нас только нефтедоллары, что мы тупые, можем точь-в-точь, один в один? Поэтому мы покупаем все эти битвы хоров с дельфинами. Зачем они нам нужны?

«Потому что никто Диму Билана в звёзды не пустит». Фото Руслана Рощупкина («Первый канал»).

– Поскольку упомянуты были «Бурановские бабушки». Меня в своё время озадачил совершенно Дробыш, когда я привёл ему в пример творчество Александра Борисовича Градского. Он мне сказал, у Градского нет ни одного хита, а у меня, сказал Дробыш, их 100. Вот что такое хит в системе координат Лозы?

– Вот смотрите, гимн Удмуртии, это Party for everybody dance, который пели вот эти бабушки, не понимая ни слова из этой тарабарщины. Он считает, Дробыш, что написал хит, что этот хит будет исполняться этими бабушками. Кто его будет петь, когда и где в Бурятии?

Что такое хит? Это песня, которая стала популярной и так далее. Вот я знаю, что у Высоцкого в таком случае сотни хитов. Почему? Это песни, которые звучат, которые поют за столом. У Визбора этих песен больше, чем у Дробыша. Почему? Потому, что песни Дробыша не поют, а песни Визбора поют везде.

Песни, которые раскрутились по радио или по телевизору, которые были прокручены много раз, если называть это хитом, тогда мы опять начинаем приходить вот к чему. Был такой спор, всё-таки количество лайков может оценивать песню, количество подписчиков, которые зашли на сайт и так далее. Я ответил на этот вопрос так: был такой осьминог Пауль, он предсказывал результаты матчей, у него подписчиков было больше, чем у девушки-блогера. Поэтому тут говорить об этом смешно. Если вы хотите по лайкам, допустим, считать хит, то мне приходилось комментировать одну песенку, недавно она набрала миллиард просмотров. У песни Gangam Style, которую кореец этот спел, у неё 8 млрд. просмотров. У другой – миллиард просмотров, но она состоит вот из чего, человек сидит на самоиграйке на этой, одним пальцем: тю-тю-тю-тю-тю pen, тю-тю-тю apple, тю-тю-тю-тю-тю apple-pen,

Я бы не писал этой песни, мне бы стыдно было за неё. Поэтому говорить о хите сейчас очень сложно. Песню «Плот» поют уже 35 лет, она звучит на каждой кухне, мне пишут, что она и жизни спасла и т. д. Мне уже 25 человек написали, что они её авторы, то есть вот эта песня живёт своей жизнью.

Является она хитом? Безусловно. Но песен уровня «Плота» у меня несколько десятков. Я как считаю, как профессионал, хорошо сделанные.

Но в эфир их никто не пустит. Мне Аксюта говорит, опять же, на том же канале: что ты там с одной песней ходишь, и т. д. Я говорю: Юра, ты сделал всё для того, чтобы народ услышал только одну песню. Это же ты меня вырезал из программы «Давайте обедать», это же твои все дела, понимаешь? Когда вы мне не даёте показать остальные песни, получается, что вроде как у меня их нет. Я не могу их нигде прокрутить.

Аксюта (справа). Фото Руслана Рощупкина («Первый канал»).

У меня песня написана про Новый год 15 лет назад, она за 15 лет не попала ни в один из новогодних эфиров. Я приезжаю, говорю: ребята, включите меня, хорошая же новогодняя песня, все говорят – охренительная.

Но мне редактор говорит: что я могу сделать? Если я тебя суну, я же должен кого-то выкинуть. Они уже придумали новое название для старого названия, для старых названий новых песен, они уже поменялись костюмами, сели в поезд, уехали в Белоруссию сниматься, и вдруг ты заявляешься с песней. Если Киркоров узнает, что у него будет не 20 песен, а 19, ты можешь представить себе уровень истерики из-за того, что какого-то Лозу включат? Он уже перья поменял, он уже костюмы пошил, всё, и вдруг ему говорят, что будет песен только 19. Ты не знаешь, что будет. Но ты же взрослый мальчик, ты можешь песню написать, ты можешь книжку написать, пьесу можешь написать, сценарий, ты всё можешь, да ты музыкант, ты встанешь в переходе, тебе подадут. А я их сейчас перестану показывать? Что им, вставать в очередь за бесплатным супом?

– Но вот вы сказали, что есть у нас масса композиторов. Я, допустим, уже упомянутого Александра Борисовича Градского спрашивал, почему всё время на «Голосе» исполняются песни из англоязычного репертуара? Он говорит: у нас нет своего материала, у нас не сочиняют таких песен, которые можно представить. Почему смеётесь? Мне это кажется грустным, а не смешным.

– Александр Борисович, это совершенно отдельная субстанция, он сам по себе. Мы у него работали, в этом его зале. «Градский холл», да, мы пришли, он говорит: я вам всё настроил, там всё под меня.

«Я, допустим, уже упомянутого Александра Борисовича Градского спрашивал…", 2019.

Я как начал ржать, говорю: Саша, ёлки-палки, то, что настройка под тебя, это не подходит больше никому. Ты хуже этого сделать ничего не мог. Если бы ты ничего не трогал, мы бы успели. А, так как ты успел все настроить под себя, мы сейчас будем в полном… У тебя голос оперный, у меня нет. Как можно под тебя настраивать микрофон для меня, ты подумай сам. Твои критерии, твои оценки, это твои оперные оценки, твой оперный подход, твоё восприятие голоса. Как можно их вообще проецировать на остальную жизнь? Смешно, честное слово.

– Вы считаете, что Градский рок-н-ролльный человек, его называют отцом или дедушкой советского рок-н-ролла?

– Почитайте блог Градского, и Вам всё станет ясно.

– А у него нет блога.

– Потому я и говорю, потому что блог появляется у человека, когда ему есть, что сказать. Если ему нечего сказать, а есть, что показать, он идёт в Instagram и показывает, как он ест, пломбу показывает, которую он сейчас делает, он фотографируется. Человек, которому есть, что сказать, заводит блог и начинает что-то говорить. Таких, кто говорит, на нашей эстраде процентов 5. Остальные показывают. Ну, или делают из блога афишу.

– Вы рок-н-ролльный человек?

– Я вообще терпеть не могу каких-то определений. Я выпустил альбом «Путешествие в рок-н-ролл», который был одним из первых рок-н-рольных альбомов. Мне, когда я выпустил следующий альбом, рок-н-роллисты кричали: ты сволочь, предал рок-н-ролл и так далее. Я говорю: братцы, мне скучно быть просто рок-н-роллистом.

Я закрывал блюзовый фестиваль, закрывал бардовский фестиваль, но меня блюзовики своим не считают и барды тоже. Я закрою рок-н-ролльный фестиваль, пожалуйста, у меня рок-н-роллов достаточно. Но мне скучно быть чем-то одним.

Фото из личного архива Юрия Лозы.

Вообще для меня лучший отдых – это смена деятельности. Лучшая песня, это та, которая не повторяет предыдущую. Если я выпустил альбом рок-н-ролла, сколько их ещё можно писать? Сколько можно сыграть блюзов? У меня есть несколько замечательных блюзов, на альбом наберётся точно, но больше куда? В мире 30 сюжетов, я написал 100 песен, это значит, уже по 3 песни на каждый сюжет придумал.

Сколько можно написать песен на сюжет о счастливой любви? Одну. Но когда пятую писать об этом, это же бред сивой кобылы. Это уже 100% самоповторы.

***

Пост от 5 августа 2019 (как образец письма + концепта):

«Ещё один мэтр покинул этот мир – ушёл Вилли Токарев. Вообще-то при рождении его назвали в честь Владимира Ленина, и пусть он придумал себе имя Вилли, мы все обращались к нему исключительно – Вилен Иваныч. «Респект и уважуха» в нашем цеху сопровождали его всегда, ведь после эмиграции он запел в Америке не только одесскую классику, а начал писать свои песни, которые быстро перекочевали через океан и прекрасно прижились на родине. У нас любят лепить ярлыки, поэтому некоторые околомузыкальные деятели записали его в этакого полублатного шансонье, что Токарева категорически не устраивало. Ему хотелось, чтобы его воспринимали как серьёзного эстрадного композитора и текстовика, поэтому, даря свои пластинки, он часто уточнял – «старик, послушай вот этот трек, я там такую гармонию придумал!» Но ему и не надо было ничего доказывать – он был образованным музыкантом, успевшим поработать с различными коллективами и даже с оркестрами. Когда он вслед за Стингом написал «небоскрёбы, небоскрёбы, а я маленький такой», то не лукавил – Вилли действительно был невелик телом; может, потому и носил всю жизнь гренадёрские усы – чтобы казаться больше и внушительнее. Я не думаю, что у него где-то остались враги, ведь он ни с кем не конкурировал, был абсолютно самобытен и по праву занимал своё почётное место в нашей эстрадной тусовке.

Прощай, Вилен Иваныч, покойся с миром».

— Возвращаясь к началу нашей беседы. Блог Лозы. Это исключительно ваша работа, или всё-таки коллективное творчество, кто-то помогает?

– Зачем мне это нужно? Единственное, что я всегда показываю жене, она всё-таки закончила литературный институт, и один из лучших поэтов у нас сейчас в России. Она прекрасно разбирается. Она, в первую очередь, это человек, который может сказать «нравится – не нравится».

Фото из личного архива Юрия Лозы.

Когда-то Шаинского спросили: зачем ты показываешь жене свои произведения, она же в этом ни бум-бум? Он говорит: она в этом самый главный бум-бум, потому что она отвечает на вопрос «нравится – не нравится». Это единственный критерий, который существует в творчестве сейчас. Понравится или не понравится. А уже всё остальное вторично. Это не имеет большого значения. Главное, чтобы это понравилось.

Она ещё и по-женски смотрит. Она же не может абстрагироваться полностью от своей сущности, от своего естества. Поэтому сначала смотрит, как женщина, потом как профессионал, потом как корректор, потом ещё как-нибудь. То есть если даже она не знает, что конкретно с её точки зрения надо изменить, она всегда может ткнуть пальцем и сказать: вот тут – «не верю!», знаменитую фразу Станиславского.

Главное, иметь свою точку зрения.

Но она наверняка не совпадёт с мнением второй половины нашего общества, потому что общество поляризовано.

А значит, когда вы высказываете любую определённую точку зрения, вторая половина будет против. Если вы говорите, я «за», то значит те, кто против, будут полемизировать, и пойдёт драчка. Главное, иметь собственное мнение.

Всё.

Говорят: ты много чего хорошего говоришь, почему бы тебе не говорить в камеру? Многие люди не читают, потому что им некогда читать. Но они с удовольствием включают какое-то устройство. Скажем, готовит женщина, ей читать некогда, а послушать – она с огромным удовольствием. Мы новости так слушаем, они идут параллельно. А уж тем более смотреть, если это нормально снято, перебивается какими-то картинками – это весело и интересно. Это моментально даёт совсем другое, новое словечко – «выхлоп».

"Единственное, что я всегда показываю жене, она всё-таки закончила литературный институт, и один из лучших поэтов у нас сейчас в России". Фото из личного архива Юрия Лозы.

И вот на меня вышла одна компания, это было в конце прошлого года: «мы хотим сделать ваш блог по-настоящему, мы готовы вложиться в это дело, дать студию, команду и так далее. Наша задача – миллион подписчиков через год».

Я говорю: понимаете, в чем дело, моя задача – сказать этим что-нибудь хорошее. Так ставить вопрос для меня кажется неправомочным и неправильным. «Вы понимаете, что этот миллион мы можем получить только через скандал, через драку. Вам надо вот этих опустить, испачкать, измазать, то есть…».

Обычный журналистский подход.

Я говорю: ребята, подождите секундочку. Я музыкант в первую очередь. У меня много хороших песен, я работаю свои концерты. Я обеспечен по жизни, основное я себе купил. Жильё у меня есть, автомобиль есть, на котором я езжу, у меня есть, где отдыхать. Чтобы у меня насущная какая-то проблема, которая заставляет меня пахать?

Я знаю, что некоторые мои коллеги плачевно кончили, когда начинали пахать с утра до ночи. Это когда работали на три семьи: всем дай, этой купи, там ещё и любовнице… Я знаю все эти истории, они на слуху.

Это очень хлопотно.

У меня высшее экономическое образование, я всегда очень хорошо считал. Я в математических олимпиадах участвовал, поэтому я всегда, даже когда был молод, сравнивал возможные приобретения и возможные потери. Я конформист в этом плане.

Мало того, я как-то вывел для себя формулу комфортного существования на эстраде. Я сижу на откидном стульчике в хит-параде. Есть такие в любом зале увидите центральный проход, а по краям откидные стульчики. Они без спинки, они без номера, на них не очень удобно сидеть, но на них никто и не претендует. Вот я сижу на откидном стульчике и смотрю, как они тусуются и обсуждают этот свой переход из 1 ряда в 6 или с 3 в 11.

А я думаю: а кого-нибудь взял бы я на разогрев своего концерта?

Нет, не взял бы.

Так что мне хорошо сидеть на своём стуле.

«МИМОНОТ» ОЛЕГА ГАЗМАНОВА

Про околомузыкальный скандал связанный с эскападами Лозы не смог умолчать в беседах с Олегом ГАЗМАНОВЫМ.

Юрий Лоза Vs Rolling Stones

Автор «Плота» Юрий Лоза в ТВ-передаче писателя Захара Прилепина «Соль» наехал на Rolling Stones и Led Zeppelin:

«80% того, что спето Led Zeppelin, слушать невозможно, потому что это сыграно и спето плохо. В то время это все воспринималось, все нравилось. Rolling Stones гитару не настроили за всю жизнь ни разу, а Джаггер ни в одну ноту не попал ни разу, ну что поделаешь. Кит Ричардс как тогда не умел играть, так и сейчас не умеет. Но в этом есть определенный драйв, кайф какой-то. Многие проецируют свою молодость на эти группы, а ведь они были очень слабыми».

Rolling Stones, 1976.

Ну, ясно какую реакцию вызвало провокационное заявление: в блогосфере Лозу смешали с пищей воробьев (©).

Однако в радио-эфире «РСН» за коллегу вступился Олег Газманов, заметивший, что реплика Юрия Эдуардовича вырвана из контекста: мол, композитор критиковал их как инструменталистов. И добавил, что, по его мнению. и «группа „Битлз“ не перестанет быть великой, несмотря на несовершенную игру… Дело не в том, насколько они чисто ноту возьмут или как они хорошо или плохо сыграли. Вообще, Ринго Старр, не очень хороший барабанщик. Более того, Пол Маккартни за ним кое-какие партии на студии переигрывал, это общеизвестный факт. Многие группы в то время играли и пели лучше, но „Битлз“ – это революция в музыке. Они нечто такое нашли, чего не было и нет у других групп до сих пор, это великое достижение. Но при этом можно сказать, что они слабо играли, и что их записи первые слушать на современной аппаратуре, оборудовании не очень интересно».

«Есаул» Vs Ринго Старр

Собственно, я давно хотел пригласить Олега в радио-проект «Мимонот» и здесь информационный повод нарисовался сам собой.

Во время прямого эфира с Газмановым, разговор с «битловской» темы соскользнул в канву «сердитых молодых людей»: моя соведущая Юлия (студентка МИТРО) поинтересовалась отношением народного артиста к «делу Сердюкова» и нынешней экономической ситуации.

Газманов. В студии радио Mediametrics (проект «МимоНот»).

Олег Михайлович сказал, что дела в шоу-бизе хуже, чем раньше, но честно признался, что не разбирается в экономических + коррупционных нюансах.

Вот за что я люблю Газманова? Не за его восхитительную силу воли и не за то, что Олег Михайлович каждый год подтверждает титул князя позитива, а за то, что никогда не выходит из зоны своей компетенции.

Говорить о The Beatles и/или о Юрие Лозе он может, поскольку – профессиональный музыкант (и, полагаю, полемизировать с ним в праве лишь те, кто тоже в предмете разбирается: я вот прямо во время передачи позвонил главному битловеду Владимиру Леонардовичу Матецкому и они с нашим гостем пообщались), а вот заявлений в отношении того, в чем не является признанным экспертом – не делает. В отличии от многих коллег по своему цеху.

Я, между прочим, никого конкретно не имею в виду: таких спецов ныне хватает. И среди «белых», и среди «красных». Они, кстати, порой из одного лагеря в другой перетекают, розовые такие. А вот Олег себе не изменят. Я помню его с 1991 года (мы вместе были в круизе «Мисс Пресса»). Помню и горжусь тем фактом, что в нашем шоу-бизнесе есть люди, не выстраивающие дискурс в угоду конъюнктуре. Идущие своей дорогой. Собственной. Хорошо, когда получается так, что с ними по пути.

Матецкий Vs Градский

Я не только во время эфира позвонил Владимиру Леонардовичу Матецкому, который, кстати, был премьерным гостем программы «Мимонот» осенью прошлого года, но еще и до приезда Олега Михайловича в студию —проконсультировался с маэстро.

И Матецкий в известной степени дезавуировал реплику Газманова о «битловском» барабанщике, напомнив высказывание продюсера Джорджа Мартина: «Ринго Старр – лучший… для The Beatles!».

В эфире это не прозвучало – нас поджимало время. Но! Но в эфире не прозвучало и признание нашего главного битловеда ВЛМ: знаменитый концерт The Beatles «на крыше» продемонстрировал – накануне распада легендарная группа выглядела не на 100%, и виной чему, быть может, был большой перерыв в концертных выступлениях (с 1966 года!), а может и эксперименты с ЛСД и прочими расширителями сознания.

Что, впрочем, никак не влияет на статус самых гениальных музыкантов в истории рок-движения. Но этот тезис и Газманов, к слову, не пытается оспаривать.

Градский. В студии радио Mediametrics (проект «МимоНот»).

Хочу признаться, что до начала эфира позвонил и нашему музыкальному авторитету Номер Раз, который, кстати, тоже недавно гостил в проекте «Мимонот».

И Александр-Борисыч Градский без особого энтузиазма, но согласился: первые концерты и The Beatles, и The Rolling Stones не могут считаться образцами инструментального мастерства.

По мнению АБГ – просто по той причине, что атмосфера этих выступлений и не предполагала, что публика что-либо услышит, так как «крик толпы и сумасшедшая энергетика музыкантов являлись главным критерием оценки этих шоу; впоследствии, особенно, когда концерты рокеров стали выпускать на разного рода носителях, а толпа на этих концертах стала вести себя менее истерично – качество непосредственно игры на инструментах и пения заметно улучшилось и говорить о каких—то „недостатках“ стало просто неприлично, в силу общепринятого мнения об абсолютном таланте и The Beatles, и The Rolling Stones, да и их последователей».

По мне, вполне исчерпывающе. Аргументированно + лаконично.

Фото Vs факт

Кстати, о помянутой выше «Мисс Прессе». Олег начал беседу с эпизода, который был зафотодокуметирован фотомастером из «Комсомолки» Владимиром Веленгуриным.

Как утверждал организатор первого & последнего конкурса «Мисс Пресса СССР» Алексей Романов, тот десант на греческий остров был премьерным. То есть до этого дня советские лайнеры на Родос не заходили. Не знаю, так это или нет, но такого количества тогдашних хэдлайнеров нашей эстрады в Средиземноморье точно не было.

Апрель 1991. Программу «Взгляд» закрыли в начале года и режиссер проекта Иван Демидов стартовал со своим «МузОБОЗом», чтобы «свято место (то есть пятничные вечера на Первом канале) пусто не бывало». А я отправился со съемочной группой ВИDа снимать фильм о как бы «журналистском» – о, боги гласности & перестройки – конкурсе (Иван Иванович был, собственно, постановщиком ленты).

«Не люблю я это фото». Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН.

Не люблю я это фото. Не потому, что я на первом плане, а потому что «носки под сандалии» это, как изящно высказывался «универовский» персонаж Марии Кожевниковой, пипец просто (©). Кроссовки были утоплены в море накануне, а греческие вечера выдались прохладными. Приходилось согреваться метаксой. И топить предметы гардероба. Замкнутый круг, короче. А все три кожанки в кадре (Газманов, Макаревич, Додолев) были за пару дней до этого приобретены на стамбульском рынке, где Евгений Маргулис (крайний слева) выбрал Ивану Демидову (в центре с бутылкой) знаменитые черные очки, в которых Рулевой вел культовую музыкальную передачу.

Еще на снимке: мегапопулярный в ту пору Крис Кельми (между Андреем Макаревичем и Ваней Демидовым), газмановская клавишница и справа от нее – Александр Кутиков.

Так вот, собственно, о газмановском пассаже. К нам, согревающимся алкоголем на лестнице какого-то храма, подошел местный. Оказалось – потомок белогвардейских казаков-эмигрантов. И – слово за слово – речь зашла об «Есауле» Газманова. Самый лестный + впечатляющий момент: «средиземноморские казаки» считали этот хит Олега Михайловича… народной песней! Так что, есть Газманову чем гордится и что вспомнить.

Ну и «Плот» Лозы по-прежнему в эфире профильных станций.

Каждому – свое.

«Коллективный Макаревич» Vs «коллективный Кобзон»

– Группа, которая в Калининграде первая, «Атлантик». Это была рок-команда?

– Вообще «рок» – размытая тема. Терминология у нас в стране отсутствует жесткая, правильная. Вот это рок – это не рок. Мы играли разные песни. В какой-то момент 50% репертуара у нас было «Битлз». Но «Битлз» я не считаю рок-группой в прямом смысле.

Фото из личного архива Олега Газманова.

– Вот сейчас кто-то обиделся, я думаю.

– Ну, смотри. Все-таки я оперирую словами. То есть образами, выражениями, когда пишу стихи. Я начинаю копать.

Ну, что такое поп-музыка? Это популярная музыка. То есть любая музыка, которая стала популярной, становится поп-музыкой. Независимо от направления музыкального. Первый момент.

Второй момент. Вот рок-движение – это понятно. Рок-музыка – непонятно. Потому что, в принципе, рок – это музыка протеста. То есть это рок – это нечто, выбивающееся из определенной колеи.

Например, рок-группа, и у нее появляется один хит, ну, не знаю, «Отель Калифорния». Это рок-музыка или не рок-музыка?

– Вообще, Eagles – это рок музыка по позиционированию.

– Как, по какому позиционированию? Если ты не можешь четко сформулировать, что это такое, значит, здесь очень размытые границы этого всего.

Я тебе расскажу историю. В начале перестройки появилась масса групп, все, уже можно рок играть, обвешались цепями. Царство ему небесное, Саня Барыкин мне тоже говорит, ой, сейчас рок будем играть. Я говорю, Сань, ну, «Мы будем долго гнать велосипед» – это у тебя классная, красивая песня. И ты так здорово поешь. Зачем тебе рок? Не, мы сейчас будем рок. Я помню, была такая группа, она называлась не то «ЭВМ», не то «Дисплей», не то еще как-то. И они известные были музыканты. Не буду просто фамилии называть. Вот они поют: «я купил эвм, ду-ду-ду-ду-ду, я купил эвм, ду-ду». И вот это ду-ча-ду-ча. Они говорят, давай к нам, будем вместе вот это делать. Я говорю, ребят, ну, я не понимаю, в чем здесь, ну, драйв. Ду-ду-ду, гитара – это значит рок, да? А слова «ты купил эвм», чего орать? Я для них написал какой-то текст. «Пусть кровью помады всегда запечатан твой рот». Они говорят, вот это рок. И у них пошло как-то.

Есть именно такой же, серьезный драйв даже в народной музыке.

Фото из личного архива Олега Газманова.

У меня, например, сейчас одна песня, она называется «Никогда не проси». Вот там как раз элементы фолка, элементы дискотеки есть. А песня «Эскадрон», например, вот там такой драйв страшный. Я вот готов с любыми рокерами выйти, спеть эту песню. И отвечаю, будет нормально все. Рок это или не рок? Я не знаю, что это такое. Сейчас все очень переплелось.

– Ты работал звукорежиссером в легендарном коллективе «Синяя птица» 4 года. Это что-то дало Газманову нынешнего дня, вот эта работа за пультами?

– Меня сначала взяли в дублирующий состав вокалистом. Я все эти песни выучил на всякий случай.

Потому что, ну, Сережа Дроздов, царство ему небесное, тяжеловато с ним было временами.

А у меня была аппаратура, которая очень здорово звучала. И я ее взял с собой, чтобы на гастролях ее продать. Мне сказали, слушай, не надо продавать. Мы тебе платить будем. А мне интересно было со звуком работать. Мы сделали самопальные какие-то колонки и все. У нас звук был шикарный. Звучало здорово.

И я вот эту науку прошел. Я был, как звукорежиссер. И настраивал звук.

Я потом рок-группа, кстати, «Галактика». Там я и пел еще. И как звукорежиссер там был. Причем, я из-за пульта вскакивал на сцену, нарезал все это дело, опять возвращался под дикие крики. И мы ездили, причем, с «Круизом». Мы первое отделение, и второе отделение «Круиз». Гаина Валера. Очень сильный был состав. Мотя Аничкин там курировал все это. И у меня опыт появился, конечно.

Фото из личного архива Олега Газманова.

– Удивительное, но совершенно очевидное наблюдение, что музыканты, которые позиционированы как рок-музыканты занимают очень жесткую позицию в отношении власти: «коллективный Макаревич». А звезды эстрады, есть такой термин – «коллективный Кобзон» – власть поддерживают. Это как-то связано с жанрами музыкальными?

– Ну, я не эксперт в этом смысле. На самом деле я, например, занимаю прагматическую позицию. В том смысле, что не просто вот, ура-патриот, побежал со знаменем, куда сказали. А просто я хочу, чтобы моя страна была самая лучшая, самая сильная. И вижу это по-своему.

Что касается, рокеров, понимаешь, какая штука – вот вся рок музыка – это протестная музыка. Они не имеют быть не протестными. Иначе это будет, по их выражению, попса. Они на этом кормятся, понимаешь. Они собирают протестную часть населения на своих концертах. Вот и все.

Фото из личного архива Олега Газманова.

Я тебе больше скажу. Когда заканчивалась вот эта жесткая советская система и перестройка началась, очень многие потерялись рокеры.

«А нам это запрещают». Вот, значит, надо бежать в подворотню и слушать. И – опс – разрешено. И что? И ничего. Почва выбита. Все можно. И оказалось, что все помнят «там, где клен шумит над речной волной».

Оказалось, что, ё-моё, на самом-то деле остается мелодия, поэзия. Елки-палки, Пахмутова все-таки глыба с Добронравовым, получается, да. Вот им 90 лет. Такие песни, такие слова красивые.

А вы, рокеры, а что вы создали, ребята?

Ну, понятно, «Битлз» – гениальная музыка. А что вы сделали такого, что можно запомнить? Хорошо, вы рокеры, идите на Западе сыграйте. Это будет там популярно? А «Калинка» популярна. И что делать? Надо где-то протестовать. Ну, давайте против Крыма протестовать. Но очевидно же, что, 99% страны помнят, что кровь пролита за эти города. Почему вы не протестуете против того, что Америка истребила индейцев? Потому что никто не заметит там, как вы протестуете.

Буйнов: самый рок-н-рольный из попсы

С Александром БУЙНОВЫМ я встречался в студии «ПРАВДЫ-24» накануне его давнишнего сольного концерта, но беседовали тогда мы и о проекте «Битва хоров».

ДЖИП КАК У НАСТАВНИКА

– Вопрос первый – по поводу прикида. Очень нарядный цветочек. К чему все это?

– Я приехал на эфир. У меня было на выбор два костюма: черный с черной рубахой – такой очень такой мужской, как бы, я думаю, погода такая, да. А с другой стороны, почему бы не вернуться в весну? И именно вопреки этой погоде, вообще всему плохому настроению депрессионному, которое сейчас наступает у народа в связи с дождями и вот с листопадом, вот я такой типа жених.

Фото из личного архива Буйнова.

– Жених вечный, вечный жених Буйнов. Насчет двух костюмов точно не поверил, знаю, что минимум две тысячи костюмов есть. Поэтому – проехали. Я подумал, это ведь не форма «Битвы хоров». Вот в «Битву хоров» -то мы ходим как?

– В «Битву хоров» надо было мне этот костюм надевать наверное, когда случилось такое несчастье по поводу голосования. Напомню, не оправдывая себя в выборе репертуара или костюмов хора, напомнить о том, что Москва купеческая спит вальяжно на своих печах по домам и сыто ковыряется в зубах, извините за выражение, смотрит телевизор. И кого бы я не спросил, мне дочь звонит, мне звонит брат, мне сын звонит. Все родственники звонили, я всех спрашивал: «Ну, ты хоть кнопочку нажал? – А зачем?». Нормальный вопрос и нормальный ответ москвича – а зачем кнопку нажимать? Поэтому провинция сильна тем, что она бьется.

Фото из личного архива Буйнова.

– Вот этот проект, конечно, очень интересный. Проект «Битва хоров» канала «Россия». Тебе досталась Москва, потому что ты рожден в Москве? Как вообще это распределение происходило?

– К сожалению, вот теперь я думаю – к сожалению, с другой стороны, нет, я бы не отказался от Москвы. Но не потому что я родился в Москве и очень люблю свой город, естественно, и тот старый, которого уже нет, но и новый люблю. И напоминаю, по статистике москвичей 6 или 7 процентов, ну, я имею в виду коренных москвичей… Остальные же – тоже москвичи. Они же здесь живут, работают. Но многие не любят Москву. Потом может быть их дети скажут: «Папа, Москва-то, я родился уже здесь». Но постоянно это вот идет кутерьма: Москва и москвичи – прямо по Гиляровскому. И с «Битвой хоров» случилось так, что было мне предложено: любой регион, любой город.

То есть как бы мне была оказана, так сказать, уважуха: «Александр, Вы выберите себе, что хотите: Новосибирск, Екатеринбург, ну, там многие другие, Волгоград». Но было все-таки сказано так: «А может все-таки Вы, как москвич, может быть возьмете Москву?» И на что я купился. Думаю: Москва – а почему бы и нет? Ведь там сколько у нас там миллионов 12—13 – не помню – 17 – сколько москвичей в Москве и гостей столицы. И мне казалось, что это как бы достаточно людей для того, чтобы голосовать.

Но к сожалению, вот так получается, что очень аморфный, очень такой наш город ленивый. Настоящие москвичи как раз они вообще не голосуют оказалось. А те, кто приехали, они голосовали именно за свои регионы. Я так теперь понимаю ситуацию. Но мы ко всему относимся с долей юмора конечно. И продолжается проект, и мой хор еще участвует.

– А вот в кастинг, когда ты отбирал персонажей, участников, ты учитывал – коренные они москвичи, не коренные? Или только по вокалу?

Фото из личного архива Буйнова.

– Наверное если бы я учитывал только коренность москвичей, то нас вообще не допустили бы до программы. Потому что это было бы так – кого не любят москвичи. Нет, я набирал просто людей талантливых, людей красивых. У меня самый красивый хор был.

Я учитывал все. Какие-то данные и хореографию, просил там как-то подвигаться. И, так сказать, ребята двигались, девчонки у меня просто были самые-самые-самые красивые из всех хоров. Это просто реально. Я видел их, я видел других. Есть симпатичные. У меня были просто для подиума. И мне приятно было узнавать при том, что когда я видел, что девочка интересная, может ей там в театральный вуз поступать куда-нибудь, да. Я говорю: «А вы еще можете что-нибудь спеть?» И поют здорово. Поэтому критерий был простой: чтобы выглядели классно, приятно для глаз, и пели хорошо.

«Я очень доволен своими ребятами».

– А вот не обламывает ли, что многие на вопрос – почему участвуют в этом проекте – говорили, хочу машину как у Буйнова? Что люди идут на сцену, не потому, что их прет, что вот они хотят этот драйв получать из зала, а что хотят машину как у Буйнова, костюмчик как у Буйнова, дачу как у Буйнова?

– У меня есть один парень. Он очень импозантный. Он клевый такой. Он одет как Виктюк. Вот как я сегодня типа. Ну, какой-нибудь шарфик, что-то такое вот. Модный такой, продвинутый, как говорят. Он говорит: «Я пою в электричках».

Он – москвич. Вот он поет в электричках. Я потом переспросил, я говорю: я не ослышался? Нет, этот парень поет в электричках. Как бы ну, зарабатывает себе на что-то, не знаю, как. Может быть, может у него богатые родители. Я не знаю. Может быть это его образ жизни. Но он не играет в бомжа. Он поет там, где он может петь. Пока это электрички. Может, потом клуб.

И я не слышал ни от одного из своих участников моего шикарного прекрасного московского хора про свое продвижение куда-то как-то. Только один паренек может быть где-то был чем-то не доволен: «Я уже выступаю там на свадьбах или там корпоративах». Ну, мне пришлось включить старшину армейского. Сказать: «Знаешь что. Кем ты был на гражданке? Вот так вот. А сейчас ты полное…». Так сказать, подравнял его подо всех. Я очень доволен своими ребятами.

ЛОЛИТА ВЕДЬ НЕ РОКЕР

– Я про афиши. Там написано: «Александр Буйнов и его друзья». И вообще ни одного даже чуточку рокера. Там тебе и Лолита, и Стас Михайлов. А вот никого из тех, с кем начинал?

– На самом деле, если не знаю, покопаться в других или не копаться, эстрада – это есть эстрада. Я не хочу разделять.

– Вот видишь – Басков, Меладзе, Трофимов, Винокур. А где рокеры-то?

– Маршал.

Дело в том, что я не хотел объявлять какое-то примирение рока с попсой. Но мне достаточно изречения ребят из Питера известных. Тоже в силу этических соображений я не буду ни тех, ни других называть. Но это реально.

Одни говорили, что у нас – а, Буйнов, а, это он самый рок-н-рольный из попсы. А в Екатеринбурге переиначили фразу. Говорят: это самый попсовый из рок-н-рола.

Вот что близко в теме.

Тем более, что вот эти все люди, которые здесь участвуют у меня, они просто как бы мои самые близкие друзья. Чтобы у нас не было разночтения с рок-н-рольщиками, которые: Сань, ну, при всем том, знаешь, нам как бы неловко как бы будет в этом участвовать. Говорят: мы к тебе просто с удовольствием, хочешь мы к тебе приедем, просто у тебя поиграем. Вот такие вот.

Я говорю: ладно, и мы не будем сейчас приравнивать. Что, кто чем занимается. Но я сейчас считаю и знаю точно абсолютно.

Я же недалеко от рок-н-рола ушел в музыке по крайней мере, а в последнее время и в содержании слов. В концерте будет содержание музыкальное такое, которое не снилось давно уже рокерам. И это ребята знают.

Александр Маршал. Фото: Семен ОКСЕНГЕНДЛЕР.

***

Этот пассаж обсуждал у себя в Facebook’е (орфография и пунктуация сохранены):

Алексей Коблов:

«Егор Летов, интервью в Харькове, 1998 год: «Любэ» – вообще любимая группа. Мы когда напиваемся, ставим «Любэ» постоянно». «Единственное, что хорошего услышал за последнее время, не сочтите за издевательство – «Если хочешь остаться» Дискотеки Авария. Егор Летов, из ответов на вопросы посетителей официального сайта Гражданской Обороны, 26.06.05.

Егор действительно ценил музыку без привязки к стилям.

Песня «ВИАГры» «Цветок и нож» ему тоже очень нравилась.

Другое дело, что он прекрасно понимал, что от него таких ответов не ждут, и намеренно провоцировал собеседников парадоксальными в их понимании репликами.

А так всё говорилось искренне, и CD тех же «Любэ» у него на полочках стояли, соседствуя с «гаражом» и психоделией 1960-х годов».

Кир Сухомлинов:

«В конце 80х, что ли, мелким еще попал на концерт Весёлых ребят в Ставрополе. Так они там посередине выступления вдарили токкату Баха в хардроковой обработке! Буйнов, есесно, на клавишах. Это единственное, что я запомнил из концерта»

Ирина Евгеньевна Сэ:

«Ну какой он рок'н-рольщик?! Обыкновенный попсовщик… Да ещё с отяжелённой совестью… Как вообще можно петь и так легко жить, после того как он поступил со своей первой любовью! Я бы с тоски умерла… Циник, что с него взять? А потом, разве он поёт? Он же хрипит всегда в одной тональности непонятно о чём… Но этот хрип у них пеСТней зовётся… Таланта ни на грош».

Александр Бурый:

«В шоубизнесовой тусовке конца 80—начала 90-х про Буйнова ходила забавная байка. К музыке, правда, отношения не имеет. Где-то на гастролях, в какой-то дыре, поселили музыкантов в номере, где умывальник не в отдельной комнате, а при входе. Были такие тогда. Над ним ещё прямоугольник из кафельной плитки. Так вот. Буйнов, обладавший, как говорят, немалого размера мужским достоинством, мучимый сильным желание опорожнить мочевой пузырь, влетел в номер, дёрнулся в туалет – закрыто. И тогда он с криком „только покойник не ссыт в рукомойник“ достал своё достоинство и приноровился напрудить в этот самый рукомойник. Но видимо в рукомойнике трещина была или что. Как только он своё хозяйство взгромоздил, фаянсовый рукомойник развалился на куски, прямо ему на ноги. Получилось, что он как бы своим членом рукомойник-то разбил. Так и закрепилась за ним слава человека, который своим хреном раковину разбил».

***

– Ну, я думаю, что Стас Михайлов и Жасмин не снились рокерам.

– Нет, во всяком случае, нет по звуку.

Стас Михайлов. Фото: Семен ОКСЕНГЕНДЛЕР.

Мы к составу моих ребят собрали еще такой же состав гитаристов и всех остальных ребят, двое барабанщиков будут. Плюс дудки, плюс обязательные даже не подпевки, а небольшой хор.

– Кстати, про «Битву хоров» еще. Говорят, что ты не приветствуешь, когда из классического репертуара что-то пробуют. Что ты просишь все время что-нибудь попопсовее чтобы исполняли. Это-то вообще почему?

– Это я не хотел классического репертуара? Когда я появился только на переговорах о «Битве хоров», я сказал: наконец-то будет настоящая акапелла, хоры. Люди будут петь по-настоящему.

И у меня было предложение сразу Моцарта, такие предложения серьезные, Бетховен.

Я думал, что мы как дадим сейчас. И я этим серьезно хочу позаниматься. И люди, которые поначалу занимались этим делом, говорили, что да, это будет так. Потом все скатилось к хорошему, такому нормальному, вот то, что сейчас происходит.

– Попса.

– Ну, как попса. Там всего хватает. «Чайф» спел песню хор из Екатеринбурга. Здорово спели. Молодцы! То есть пошло по разным городам и весям все по-разному. Жаль, что я немножко не понял концепцию, что хотелось – давайте исполним мировые шлягеры, вот все хиты, которые только может быть. Или там не знаю, из «Битлз». Вот это бы была фишка клевая конечно. Джазовые произведения. Но все пришло к тому, что мы сейчас имеем. И это не плохо. Я еще раз повторю, что проект гениальный.

Фото из личного архива Буйнова.

Мы пришли немножко к шоу, что мы сейчас видим. Ну, наверное народ все-таки любит, чтобы были какие-то костюмы, переодевания, какая-то клоунада. У кого-то лучше, у кого-то хуже. Но я надеюсь, что это не последние соревнования хоров. И я с надеждой уповаю на будущее, что следующие соревнования хоров я пропущу. А через годик, два, три, когда у меня все это уляжется здесь, мы-таки сделаем акапельные соревнования хоров наших городов всей нашей России. А может быть всего СНГ.

ПРО THE BEATLES И АРМЯН

– А вот интересно, что слушает Буйнов в своем вызывающем зависть у всех внедорожнике?

– Наверное, как все артисты, в машине слушаю новости, чтобы быть в курсе событий. Живу я за городом. И пробовал выписывать раньше журналы и газеты. Это был один год: повторялось это безобразие, когда мне их приносили раз в неделю сразу все. Потому что почта далеко. И все были недовольны: почтальоны, что нужно куда-то идти и в дождь, и в пургу и нести кучу эту.

Ну, отказался от этого.

Поэтому радио для меня это новости.

Да в общем-то как и телевидение, новостные передачи. Обязательно, чтобы быть в курсе событий. И любое радио, которое на вкус, ну, исключая какие-то произведения.

Но это всем будет скучно опять, это в основном «Битлз» конечно. «Битлз», конечно, я слушаю редко, ну, не может набить оскомину, ну, никак не может, ребята.

Сколько я не сопротивлялся, мне говорят: ну, вы сейчас скажете, как Макаревич, наверное, скучно, ну, что вы – битломан, там все.

И я перестал это говорить.

– Я же помню, у тебя какая-то награда была за исполнение Black Bird с «Белого альбома», такая очень недооцененная вещь, где-то я сейчас не помню, ты не помнишь где?

– Я помню Ереван, по-моему.

– Да, Ереван-81.

– Песня была выбрана случайно. И тогда в группе «Веселые ребята», так сказать, мы не играли голимую попсу.

Мы старались что-то такое делать. Там те же Led Zeppelin, что-то еще.

Или аранжировки, сделанные под это дело, что ценилось всегда музыкантами.

И на сейшенах – так называемых концертных площадках, где собирались разные и рок, кстати, группы, и не рок, и все – мы были очень объединены, потому что музыканты так приходили сквозь «Веселые ребята» в группу «Аракс», из «Аракса» – в «Воскресенье», из «Воскресенья» – через какую-то группу опять в «Веселые ребята».

Все это вот так вот помешалось.

И тогда я взял в виде стебовой шутки песню Black Bird. (Поет) Вот, напомнил специально, как она звучит в оригинале у Маккартни. И мы сделали из нее рок-н-ролл. Ну, это не то, чтобы успех, это было вообще. От того, что это был Ереван. Армения – самая поющая, самая…

Пол и Линда Маккартни на концерте Wings, 1976

– Оппа! Ну грузины то сейчас вздрогнули, «самая поющая – Армения».

– Грузины – самые интеллигентные ребята у нас. Никого не трогают. Но в Армении все-равно были самые джазовые продвинутые поющие композиторы и певцы.

Я даже объявлял эту песню, сейчас вспомню:

«Для тех, кто знает „Битлз“, эта шуточная песня звучит».

Ну, сказать, имело успех – это ничего не сказать.

В основном армяне – это был белый верх, черный низ. Белые рубашки, весь стадион такой.

Естественно, все живьем.

МАКЕДОНЕЦ ВЕРОЯТНО

– Слушай, здесь же читаю интересную вещь, что первоначальное ударение в фамилии было на первый слог, то есть БУйнов? То есть ты в школе БУйнов был?

– Нет, у нас все равно называли не ИвАнов, а ИванОв, правильно. Поэтому и Буйнов получился не БУйнов, а БуйнОв. Мне, когда только появился Интернет, было письмо из Болгарии.

Фото: Семен ОКСЕНГЕНДЛЕР.

«Меня зовут Афанасий БУйнов – с ударением на первый слог – я наверное с вами, это у нас редкая македонская фамилия».

То есть он расписал как чего. Ей, фамилии больше 500 лет. То есть парень интересовался происхождением фамилии.

Поэтому мы могли потеряться в истории, как бы откуда что-то. Может быть что-то идет. Потому что она явно какого-то славянского происхождения.

Фото из личного архива Буйнова.

Я знаю, что есть еще одна версия. Нет, не по фамилии. Отец мне говорил, что вообще БУйнов, потому что все были кузнецы. Мой прадед с Кавказской войны 1860, если не ошибаюсь, Ермоловской кампании привез черкешенку в город Ефремов. И улица стала называться Черкесской.

Тоже это такая небольшая легенда, непроверенная, это мне было сказано бабушкой там как-то чего-то.

А я не интересовался – правда ли, как, что это все.

Фото: Семен ОКСЕНГЕНДЛЕР.

Надо будет попробовать подключить к этому ФСБ и узнать свои корни в конце концов.

PS

На его юбилейном концерте со своими песнями выступили Стас Михайлов, Александр Маршал, Надежда Бабкина, Лолита, Валерий Меладзе, балет Аллы Духовой «Тодес».

Позже в Твиттере участник мероприятия, продюсер «Русского радио» Роман Емельянов написал:

«На празднике у Саши Буйнова. Очень круто! Особенно импровизационный блюз от певицы, которая как бы не поет».

Речь шла об Алле Пугачевой, которая уже готовится предстать перед публикой в другом имидже.

ЮРИЙ АНТОНОВ, ПОНИМАЮЩИЙ ЯЗЫК КУРИЦ

Прославленный хит-мейкер Юрий АНТОНОВ пришел в студию «ПРАВДЫ-24» чтобы пропиарить свой юбилейный концерт, но крайне удачно пропиарил приютскую кошку Боню, которая осваивала тем вечером территорию канала «Москва 24».

GORKY PARK?

– Добрый вечер, Юрий. Вы уже познакомились с кошкой Боней. Мы ее постараемся пристроить.

ИЗ ИНТЕРВЬЮ «МУЗЫКАЛЬНОЙ ПРАВДЕ» (1997):

«У меня теперь есть домашний очаг. Я ведь большую часть жизни прожил в малогабаритных квартирках. В то время выделяли 13 метров на душу, и то я не мог купить. Теперь большой дом имею, деревья около него понасажал… целая свора собачек! Причем в основном дворняжки и только один дог. С собачками-то я кое-как разобрался. Теперь Соня окотилась. Не знаю, куда деток девать. Может, кому из журналистов подарить?»

– Ну, Боня – чисто мужское имя. Как она у вас оказалась?

– Ммм, принесли сердобольные… Мужская кличка? Ну, почему? И Beatles была песенка My Bonnie. Там что-то такое, любовное признание. Это у вас кобель.

– У меня собака Боня, да. Мне его перебросили через забор. Я приезжаю с концерта, ночь это была. Захожу на свой участок, смотрю, стоит собака. Думаю, что такое? Откуда взялась? Поводок. Все дела.

– А с поводком прямо перебросили? Денег не предложили на корм? Я знаю, что у вас же, в усадьбе там какие-то чудо-павлины, какие-то необыкновенные птицы.

– Ну, это, есть, да. Понимаете, они украшают какую-то мою такую жизнь. А когда я после общения с огромном количеством людей (я имею в виду концерты) приезжаю домой, мне очень комфортно. Тишина, животные. Класс вообще.

И поэтому я получаю огромное удовольствие от общения вот с животными. Это как-то успокаивает. Потому что концерт это, это как бы вам сказать, нервная достаточно атмосфера.

Фото из личного архива.

Я после концерта очень устаю. Не знаю, кто от кого подзаряжаются. Но, во всяком случае, они влияют очень положительно на меня. У меня сразу хорошее настроение бывает, знаете.

– Нет, но от собак-то я могу понять. А от куриц, как можно подзаряжаться…

– Откуда вы знаете про куриц?

– Ну знаю, знаю вот. Курицы, петушки.

– Знаете, вот мы воспринимаем куриц, как что? Как уже такой материал для обеда. А я рассматриваю их немножко по-другому. И у меня есть некоторые образцы чрезвычайно редкие.

В магазинах не продается. Есть такие определенные люди, их откуда-то привозят, не знаю.

Ну, конечно, экзотика. Они очень смешные. И чрезвычайно интересные. И я воспринимаю их не как куриц, а как животных, которые доставляют мне радость. Они вообще разговаривают со мной, знаете. Они бегают за мной. Я говорю там, ну, в общем, Галочка есть такая и Любочка. Они понимают язык. Я говорю: «Галочка», она бежит ко мне.

– А сколько они живут? Какая продолжительность жизни?

– Они у меня уже так года полтора. Поэтому сказать, сколько они живут, мне очень трудно.

1979.

– А вы же все время в разъездах постоянно.

– Да, очень много концертов. И очень много я как бы живу в самолете. Причем летаем по всему миру. Очень часто в Италии. Очень часто в Америке.

ИЗ ИНТЕРВЬЮ «МУЗЫКАЛЬНОЙ ПРАВДЕ» (1997):

«Меня узнают в определенных странах, где есть эмиграция. Иногда бывают смешные встречи. Вдруг на нас летит какой-то человек и кричит: «Юрий Антонов! Я вас люблю! Я учился в институте Патриса Лумумбы». А однажды в Бруклине зашли с другом в магазин купить ему зонтик за два доллара. Так там на нас накинулся какой-то индус, знавший русский. Просто чума!

– Это русскоязычная публика или не обязательно?

– В основном русскоязычная. Но которые проживают там, которые просто проводят свои мероприятия какие-то вдали от Родины. Чтобы, так сказать, недремлющий глаз не увидел, что происходит, и как происходит.

– Я почему спросил? Потому что ваши хиты, они ведь очень мелодичны. Очень напоминают итальянские песни. Вообще гармоничный рисунок русской музыки и итальянской очень схож. И поэтому, мне кажется, вас бы могли бы слушать в Италии местные тоже.

– Ну, вы понимаете, в чем дело? Это сложный вопрос. Вообще для русского артиста работать на Западе в коммерческом проекте – это очень сложно. Практически невозможно.

– Однако «Парк Горького» работал же в Америке.

– Но «Парк Горького» – это исключительная история. И где сейчас «Парк Горького»? Его и нету. И очень хорошо, что его там нету. Потому что «Парк Горького» – это замечательные музыканты. Мы так бы потеряли бы Сашу Маршала, который мне, действительно, чрезвычайно нравится.

– Он вам нравится, как музыкант или как человек?

– В нем соединились все положительные качества. Он – замечательный музыкант, певец прекрасный, просто с удивительным тембром. И, конечно, очень хороший человек. Мы с ним общаемся с радостью, можно сказать так. Чего не скажешь о других более молодых музыкантов, которые, мне кажется, ненавидят друг друга.

«У нас общение хорошее с Олежкой Газмановым»

В моей среде, в моей возрастной категории, ну, может быть чуть помоложе, у нас такого нету. У нас как-то общение очень хорошее с Олежкой Газмановым, очень приятные отношения, с Игорем Николаевым.

– Вы ведь очень многим помогли. Вот я недавно беседовал с Женей Маргулисом, он рассказывал, что вы буквально в какой-то момент его спасли. У вас Укупник начинал на бас-гитаре, Володя Матецкий.

– Витя Зинчук еще. Я со всеми остался в очень хороших отношениях. Очень уважительно отношусь к ним. И я чувствую, что они ко мне очень уважительно относятся. И поэтому у нас у всех сложилась судьба положительно в музыкальном смысле. И Володя Матецкий прекрасно себя чувствует, хороший композитор. Аркаша Укупник прекрасный композитор. Да я бы назвал массу людей, моих друзей…

– Действительно очень крепкие сочинители. Но у них у всех суммарно не наберется столько шлягеров, сколько у Антонова.

– Вы знаете, но мы давайте не будем об этом говорить.

– Но это же определяется арифметически. Это же не то, что умозаключение каких-то музыкальных критиков. И к вопросу о молодых. Вам не приходило в голову сделать, может быть, с какими-то там, я не знаю, ди-джеями обработки ваших хитов для того чтобы новое поколение узнало эту музыку?

– В голову не приходило. Я должен вам сказать, что они это дело делают без моего ведома.

Время на себя не хватает. Это нереально сегодня. Просто нереально. Потому что, потому что у меня и так лежит очень много музыки…

Фото из личного архива.

– Новый материал?

– Но я бы не сказал, что это совсем новый. Но это для вас он новый; для меня это, может быть неновый. Вы его не слышали. Значит он и есть новый. Его нужно реализовать.

Наконец у меня заработала студия. Студия шикарная просто. Я бы сказал, такая супер профессиональная. Но она все время была, так сказать, в состоянии нулевой готовности. Наконец она заработала. Наконец там все заиграло. Звук хороший.

И вот сейчас, учитывая то, что у меня предстоят очень важные концерты в Кремле, это будут концерты, ну, как бы, ну, не скажу, что отчеты. Но посвящены моей работе на эстраде. 50 лет на эстраде.

Я вспоминаю, как я пришел в Минскую государственную филармонию, это был 1963 год. В конце года я пришел в эту филармонию. А в феврале месяце 1964 года я выехал на гастроли. А до этого уже работали там, где-то обкатывали, работали в Минске. Там, в область выезжали. По Белоруссии немножко проехались.

BORN IN THE USSR

– Вы ведь в Белоруссии, именно в Минске стали сочинять?

– Да, да, да. Абсолютно верно.

– Достаточно поздно начали сочинять? Моцарт в 5—7 лет уже что-то там творил.

– Я сочинял с 1962 года: я уже в музыкальном училище учился. Но это были такие работы… Просто не было возможности их показать. Я стал их показывать только тогда, когда возникли ВИА, этот жанр. А песни-то были написаны.

«А после срочной службы вернулся в родную филармонию».

И, конечно, первая песня, естественно для меня «Нет тебя прекрасней». Это был 1969 год. Ленинград. «Поющие гитары». А до этого я уже пел, после срочной службы я вернулся в родную филармонию и работал музыкальным руководителем ансамбля «Тоника» известного певца Виктора Вуячича.

– Да, был такой. А что такое музыкальный руководитель? То, что вот сейчас продюсером называется?

– Ну, я набирал музыкантов, я с ними разучивал песни Виктора. Репетировал с ними. И у него уже мы начали петь. Он нам дал возможность 3—4 песни в концерте спеть. Уже пошел такой рок-н-ролл. Там то-се, туда-сюда. Но, собственно говоря, вот эти вот 50 лет пролетели, как одно мгновенье.

– Вы ведь родились в Ташкенте. Это заграница сейчас. Начали карьеру композиторско-музыкальную в Белоруссии. Тоже заграница. Я к чему это. Вот пишут в энциклопедиях: итальянский, американский певец и композитор. Антонов – это «русский певец и композитор» или «советский певец и композитор»?

– Ну, конечно, основу популярности и огромные тиражи пластинок проданных произошли во время Советского Союза, конечно.

Сейчас я как бы, ну, починая на лаврах что ли.

Ну не совсем как бы. Я вам скажу такую вещь. Вы знаете, вот все популярные песни известные мы записывали лет так 30 тому назад. Это тогда было очень модно с компьютером, там вот только появились всякие ритм-машинки. Так вот знаете, я вот переписал 57 песен с живыми музыкантами. Практически все свои шлягеры и даже не только шлягеры. Просто была такая возможность, и я их записал. Ну и они у меня лежат в записанном виде. То есть я хочу выпустить вот эти альбомы, где не будет никаких драм-машинок, никаких синтезаторов. Будут живые гитары, вокальная группа там, ну, все, в общем, натуральное, аналоговое.

И я хочу выпустить какой-то определенный тираж на виниле обязательно.

– Вы зарабатывали приличные деньги по тому времени.

– Плюс я еще был автором. Мне приходило совершенно официально через ВААП очень большая сумма.

И у нас была единственная студия грамзаписи фирма «Мелодия». На весь Советский Союз, на 300 миллионов граждан у нас была одна профессиональная студия с двумя студиями. В одной стоял пульт, в другой, малой студи тоже стоял. Это были хорошие пульты, они и до сих пор хорошие. Британские пульты самые лучшие в мире. Ну, неважно. Представляете, какая очередь.

Фото из личного архива.

У нас еще, правда, был Радиокомитет, там тоже были студии. Но уже было такое несерьезное… Там записывали в основном симфоническую музыку, какие-то хоры.

– Несерьезную, я понял.

– Ну, для нас, – нет.

– Вы знаете, мы уже финишируем, поэтому я чтоб так закольцевать. У Beatles на «Белом альбоме» была песня Martha My Dear – «Дорогая Марта», которую Маккарти написал. Все гадали, кто эта Марта? А он написал про свою собаку. А вы когда-нибудь посвящали песни животным?

– Вы знаете, я животным песни не посвящал.

– А девушкам? Это ведь тоже прекрасные домашние животные.

– А вот девушкам.. Скажем так, что посвятил девушке не столько я, а сколько автор текста, поэт Леонид Фадеев. Ну, известная песня «Анастасия».

В моей жизни у меня не было знакомых – таких близких Анастасий. Но как-то мы с ним познакомились в ресторане Дома композиторов, это была первая песня, которую я с ним написал. Вот он мне дал текст в ресторане, и я почитал, говорю, хорошо. И через несколько дней написал.

– То есть ни одной из ваших трех жен вы песни не посвящали?

– Ну, вы уже все знаете о моей личной жизни. Трех жен… Что было, то прошло. Вы посмотрите, что происходит. Как только откроешь Интернет, развод. Тот развелся, этот развелся. Какие люди, известные на весь мир. Ричард Гир развелся. Такая красавица жена. Я не понимаю. И говорят, что он развелся из-за религии. Что он буддист. А что он 11 лет думал?

Первая жена Анастасия живёт в Нью-Йорке (США). Вторая – Мирослава; живёт в Загребе (Хорватия). Третья – Анна; живёт в Париже (Франция)

Вместо PS:

В самом начале 90-х я делал еженедельник «Новый Взгляд», который начинавший в нем свою скандальную карьеру Отар Кушанашвили позднее обозвал «культовой». В своих мемуарах славный грузин особо отмечал диковинные для той эпохи блиц-рубрики, придуманные медиа-идеологом Мариной Леско. Среди них были персональные хит-парады. Летом 1994 опубликовали мы и хит-парад от Юрия Антонова:

«Юрий – убежденный адепт того подхода в оценке современной музыки, когда все вторично по сравнению с Профессионализмом. Исходя из этого, можно аккуратно высказаться о положении дел на нашей эстраде: уповать на то, что в ближайшее время в смысле качества будет совершен некий прорыв или скачок, – это все равно, что ожидать на Чукотке урожая бананов. Среди легиона певунов есть, впрочем, человек, который назван «самым незаурядным певцом».

«Помню, как он меня раздражал, казавшись бесталанным, но донельзя самовлюбленным…» (1994).

Филипп КИРКОРОВ. Его рост как мастера просто потрясает. Я ведь отчетливо помню, когда и как он появился. Помню, как он меня раздражал, казавшись бесталанным, но донельзя самовлюбленным… Слава Богу, я ошибся. И теперь с удовольствием признаю, что у этого парня громадный потенциал. В отличие от многих он, мне кажется, трудолюбив. Такое подкрепление его высоких вокальных данных – гарантия многих покоренных творческих вершин.

Есть молодые дарования, но слишком рано и преждевременно по одному хиту, по яркому дебюту авансом награждать превосходными эпитетами. Так, Анжелика ВАРУМ, скажем, превосходна с песней «ГУД БАЙ, МОЙ МАЛЬЧИК», но что дальше? Поэтому боюсь и забегать вперед, и сглазить. То же можно сказать о Татьяне БУЛАНОВОЙ из «ЛЕТНЕГО САДА», об АНАСТАСИИ.

Вообще имена называть – это дело неблагодарное, потому имен не одно и не два, а с десяток. Учиться можно у всех. И нужно. Если говорить о коллегах, назову, пожалуй, Игоря НИКОЛАЕВА.

Из тамошних близок Филл КОЛЛИНЗ, могу назвать Эрика КЛЕПТОНА.

Осталась КЛАССИКА? Современная – для меня это в первую очередь София ГУБАЙДУЛЛИНА.

И вечное имя – ЧАЙКОВСКИЙ».

А годом раньше, весной 1993 года Ю.А. озвучил в аналогичной мини-рубрике свои тогдашние ТВ-пристрастия:

«Одну из форм «совковой» обломовщины (причем, это «повальное проявление», утверждает композитор) – денно-нощное бдение перед телеэкраном – Антонов не признает. Отсюда – оперирование суждениями, составленными в результате спорадических и изолированных просмотров.

Из ПОЛИТИЧЕСКИХ программ отмечу «ИТОГИ», которые развиваются по синусоиде – за яркими взлетами следуют огорчительные спады, и все же всегда интересны насыщенностью, взвешенностью, полнокровностью, что ли, компетентностью. Я не случайно сказал про взвешенность. Меня жутко раздражает, что все политпередачи превратились в какие-то резиновые клипы, топорные и дремучие по содержанию, клипы ужасов: берется любая деталь из нашего повседневья и «откошмаривается оптикой»… да еще с такой бравадой это подается! Так что увольте. Лучше и полезнее и уму, и сердцу посмотреть, послушать «В МИРЕ ЖИВОТНЫХ», моя любимая передача. Может, оттого, что я просто обожаю животных. И важный в связи с этой передачей момент: она «кормит» нас очень «калорийными» добрыми эмоциями.

С колоссальным, во все глаза, во все уши вниманием и соответственно громадным душевным удовлетворением смотрю передачу «НЛО: НЕОБЪЯВЛЕННЫЙ ВИЗИТ». Тут ничего не попишешь: этот интерес – с малолетства.

Иван ДЕМИДОВ мне не сват, не брат, но объективности ради скажу, что он – лучший ведущий в телевизионном шоу-бизнесе. Поэтому смотрю «ОБОЗ» регулярно, елико возможно. Правда, тут же, ради той же объективности присовокуплю, что лучший он по прозаической причине отсутствия у него конкурентов. Но все одно – уровень крепкий.

«Иван лучший ведущий в телевизионном шоу-бизнесе».

А к Юрию НИКОЛАЕВУ испытываю дополнительно даже благодарность за ту чрезвычайно тяжелую, но чрезвычайно же важную ношу, что он взвалил на себя, осуществляя помощь самым маленьким артистам. «УТРЕННЯЯ ЗВЕЗДА» – это великое дело, и Юре зачтется, я убежден».

НОТА «МИ-МИ-МИ» ВАЛЕРИЯ СЮТКИНА

С Валерием СЮТКИНЫМ я познакомился в марте 1985 года. Тогда разудалая кампания не вполне формальной и весьма условной молодежи количеством голов человек 15—20 отправилась в Ленинград на премьерный концерт Константина Кинчева в составе группы «Алиса» (третий фестиваль Ленинградского рок-клуба), коего большинство путешествующих знало как москвича Костю Панфилова.

Это был лихой вояж, нетрезвый и безрассудный, и сейчас мне уже не вспомнить всех поименно.

Миша Королев, организовавший тот марш-бросок в Питер, ныне владеет своей студией и снимает мировых знаменитостей для обложек российского глянца.

Кто-то стал олигархом-light, кто-то сделал скромную ТВ-карьеру.

Кто-то «ушел молодым», заэкспериментировавшись с «веществами», кого-то в 90-е убили «черные риэлторы» (такая судьба настигла клавишника «Машины времени» Александра «Полковника» Зайцева, ставшего крестным единственного сына Макаревича Ивана).

Кто-то эмигрировал (той весной в городе на Неве тусила небезызвестная Джоанна Стингрей со своей младшей сестрой Джуди и неравнодушные американки охотно находили энтузиасток из Штатов, устраивавших фиктивные браки с активистами советской рок-тусовски; сама Джоанна, кстати, вышла за соратника Виктора Цоя Юрия Каспаряна, а после развода с последним – за барабанщика группы «Центр» Александра Васильева, ну а младшая Стингрей вступила в брак с лидером «Центра» Василием Шумовым, который был ровесником Джоанны и во время описываемой поездки как раз отмечал в столице свой четвертьвековой юбилей).

Фото из личного архива Валерия Сюткина.

В этой кампании народ был пестрый & веселый, но Сюткин был самым позитивным. Таким я его запомнил. Стиль + оптимизм, такая нехитрая формула. До профсцены Сюткин кем только не работал: басистом в армейском ансамбле (срочную служил в г. Спасске-Дальнем, 1976—1978), учеником повара, сторожем, барменом, грузчиком, проводником вагонов зарубежного сообщения. Его веселая команда «Телефон» тогда, в начале 1985-го только-только выпустила свой последний альбом «Твист-каскад» и ходили разговоры, что проекту скоро кранты: Валерий, по-моему, уже вел переговоры с Юрием Лозой о переходе в команду Юрия Давыдова «Зодчие».

Фото из личного архива Валерия Сюткина.

Год спустя опоздавший на тот поезд журналист «МК» Женя Федоров назовет «Зодчих» одной из пяти лучших рок-команд СССР, а еще через год Сюткин вместе с Давыдовым примет участие в записи первой «общей» песни «Замыкая круг». И тот же Федоров оказался единственным немузыкантом, принявшем участие в съемке знаменитого клипа «Замыкая круг», ставшим настоящей сенсацией новогодней ТВ-ночи.

Трек, между прочим, пришлось перезаписывать отдельно из-за дотошности Александра Градского, которому угодить непросто. Мария Могилевская во время фото-сессии & телесъемки поставила Федорова в верхний ряд с правого края, на место как раз Давыдова, которого не совсем удачно коллеги отправили из Останкино за выпивкой, что должна была украсить стол Сергея Минаева, где и отмечалось все это «замыкательнокруглое».

Впрочем, в Сюткину это отношение имеет по касательной. После знакомства в скоростном поезде Москва-Ленинград виделись мы крайне редко, раз в несколько лет и поэтому я рад был удостоверится: формула метаморфоз не претерпела. Все тот же жизнеутверждающий оптимизм и чувство юмора, все та же стильная элегантность каждого жеста, а главное – каждого движения души.

В одном из интервью Валерий воспоминал про то далекое время:

«В 1980-х, когда случились первые концерты западных рок-музыкантов, я видел, как взрослые дядьки просто плакали от осознания невозможности происходящего. В 1960-е годы скорее можно было на Луну полететь, чем организовать в СССР рок-концерт. И всплеск рока был обусловлен именно тем, что это были закрытые направления. В 1974-м я прорывался на концерт группы Blackout, двое суток ходил отмечаться, чтобы послушать гитариста Тадеуша Налепу из Польши. Можете представить себе, что бы я в те годы отдал ради того, чтобы услышать вживую Стинга, Джонса или Эрика Клэптона? Между тем мне довелось выступить на одной сцене со Стингом… я пел вместе с Томом Джонсом… Том обнял меня: „Спасибо, сынок!“ Если бы тридцать лет назад кто-нибудь сказал, что я услышу эти слова от своего кумира, я бы не смог в это поверить… А Брайан Ферри… Мой друг Олег Тиньков праздновал на Байкале 20-летие совместной жизни со своей женой Риной, и я был у него в качестве гостя, а выступал Брайан Ферри. А еще на вечере был ансамбль народных инструментов. Они немножко моих песен знали и немножко отечественной и зарубежной классики. Немножко – это часа полтора. Брайан сказал мне в глаза, что давно не видел человека с такой энергией. Это человек, которого я знаю, когда он еще в Roxy Music пел! Рок-музыка – это просто красивая лампочка. Но свет этой лампочки делал тебя необыкновенно сексуально привлекательным. Тогда, в 1980-х, это казалось таким важным – в те времена я еще ухаживал за девушками».

Сейчас в его жизни самая главная девушка – Виола. Вернее, их две. Обе носят одно и то же имя. О них (и не только) мы и побеседовали. От первого брака у Сюткина дочь Елена, от второго – сын Максим. А вот в третьем родилась девочка, которую родитель назвал в честь жены Виолой. Про супругу Сюткин говорит: «Виолу я люблю на молекулярном уровне, на уровне запаха, звука, осязания. Ее врожденная недоступность, иногда прохладная отчужденность, порой категоричность стимулируют мой интерес. А также безупречный стиль, красота и достоинство. Собственно говоря, сначала я влюбился в достоинство, потому что меня, короля российского рок-н-ролла, она взяла и отшила».

«Мой друг Олег Тиньков праздновал…».

«И» Vs «Е»

– Валерий, я прежде чем задать вопрос, который меня давно интересовал, зачитаю просто, как звучит твоя биография в славной Википедии. Валерий Сюткин родился, бла-бла-бла, в семье преподавателя военно-инженерной академии и москвички. Вот как получается, что преподаватель, твой папа, не был москвичом?

– Мой папа приехал в Москву из города Пермь, и вообще мое отчество Миладович.

– Да, вот я про это и хотел спросить, потому что это же персидская какая-то история.

– Да. Если «Т» («Тимофей») на конце. МилаД – это имя, распространенное в Сербии, в Хорватии, вот этот регион.

– Откуда вдруг в Перми взялся Милад?

– А в Перми бабушка назвала папу, и последняя буква «Д» («Дмитрий») в его имени, Как у Валерия МЕЛАДзе фамилия: мы так с ним юморим.

– Там через «е», он же не Миладзе.

– Да. А здесь – «Ми». Папа, стало быть, в Москву приехал, с отличием окончил военно-инженерную академию имени Куйбышева, которая определила место моего рождения, потому что дом, в котором я родился, ровно напротив. Это перекресток Яузского и Покровского бульваров с улицей Воронцово Поле. Она какое-то время была улица Обуха (в 1935—1994 – Е.Д.), но сейчас ей вернули историческое название. Вот в этом доме я вырос. И папа окончил академию и остался в ней преподавать, в этой академии, блистательно.

И познакомился с мамой на танцах. Они ходили оба в кружок танцевальный, и вот там все это состоялось. И вот мама моя – коренная москвичка. Но бабушка по материнской линии одесситка – из города Балта Одесской области. А деда я своего в жизни ни разу не видел (по материнской линии – Е.Д.). Он был поляком, потому что там, кстати, ошибка в Википедии. Пользуясь возможностью заявлю об этом. Фамилия моей мамы девичья – Бржезицкая, Лидия Павловна Бржезицкая. Не «дитская» там. Брж, без согласных, и дальше «е» буква.

– А дед по маминой линии Анжей Бржезидский, без «д». Анжей Бржезидский?

– Да, здесь все правильно. Именно Анжей. А бабушка – Родионова в девичестве.

– Процитирую тебя: «Москва – город с высокой жизненной скоростью, она проверяет человека на способность жить в быстром темпе. Если этот темп не по вам, уезжайте в другой город, будьте там романтиком. Не надо искать проблемы в городе. Вообще все наши проблемы находятся в собственной голове». Это про столицу. А вот помянутый город Балта Одесской области. Ты когда-нибудь в этом самом городе Балта бывал?

– Конечно, был.

Фото из личного архива Валерия Сюткина.

– На гастролях или как турист?

– Я был там до пятилетнего возраста как турист. У меня есть такие фотографии, Жень, прям даже когда я вижу, я абсолютно лысый, так детей тогда стригли, под ноль, «под Котовского», так говорили, в честь Григория Котовского, героя Гражданской войны, и там у меня в руке машинка деревянная. Это были только в начале 60-х годов такие игрушки. И сзади стоит полуторка. То есть машина, которая всю войну прошла. И вот когда я смотрю на этот снимок, вот тут я понимаю, что я человек древний, из середины прошлого века. Вот здесь, на фото, это понятно. А потом я приезжал в Балту, впоследствии, когда плотные гастроли в 80-е годы были по Одессе.

Псы Vs мамонты

– А расскажи про свою Джульетту.

– С удовольствием. Во-первых, я сам Собака, потому что 1958-й год, как год, в котором я родился, год Собаки… Я без собаки просто не могу. У меня была моя любовь на протяжении десяти лет – это доберман, девочка Корса моя. Мне нравится рассказ, который написала моя младшая, процитирую дословно. «Корса – это моя собака. Когда ее принесли, она была маленькая, она считала, что я ее ребенок. Когда на меня однажды напала собака, Корса на нее набросилась. Почему я это пишу? А потому, что сегодня ровно год, как наша Корса умерла. Но вы не расстраивайтесь, мои дорогие, у вас все будет хорошо».

И собаку, которую принесла потом моя любимая женщина Виола, вначале вызвала такую реакцию: ну как после добермана можно принести вот этот пушистый комочек.

– Несерьезно.

– Да. Но он меня абсолютно сразу очаровал. И вообще я считаю, что реинкарнация – есть. Потому что вот в моей нынешней собаке все, что, за что я любил мою предыдущую. Ну а за что может такая собака, как я, тут уже без иронии говорю, любить. Вот когда я гастролирую – часовые пояса, утомительная дорога, – и вот приезжаешь в Москву днем и понимаешь, что силы тебя покидают, надо поспать. Вот в такие минуты я щелкаю пальцами, Джульетта запрыгивают прям рядом, я лежу, и более глубокого наслаждения, чем снять напряжение и поспать немножко днем рядом с любимой собакой, – я не знаю.

Даже такой отпетый ловелас, как Джек Николсон где-то сказал, что только собаки и дети (именно в такой последовательности) дают такое наполнение жизни, которое вы никогда не получите.

– Ага, помню Фекла Толстая рассказывала мне, что ее отец назвал именно в честь любимой собаки, да: собаки и дети. Ну смотри, ты сам открыл эту дверь, про детей упомянул. Я спрашиваю у всех знакомых музыкантов, почему не делают семейных коллективов? У тебя же трое. Вот взяли бы такой квартет организовали и что-нибудь записали бы, сделали бы ремейк какого-нибудь хита твоего.

– Ты знаешь, мы делаем это. Делаем, но не для наживы. Ну и не для публики. Потому что сейчас такое время, что если ты что-то делаешь, в это надо вложить не только интеллектуальную силу, но и, если хотите, организационные, продюсерские, силы; дальше глянцевые журналы, ну и все то, что я не очень люблю. И вообще, надо отдать должное, мы в семье давно определились. То есть я отвечаю за мамонта. Приношу добычу. А за всю красоту и за правильный образ жизни – как раз моя любимая женщина и дочь. И они сразу сказали: только дозированное ныряние в глянцевую, публичную жизнь. Мою жену не заставишь прийти на телеэфир, никогда не ходит. Поэтому когда мой друг близкий Миша Куснирович делает показы мод, вот там мы семейно участвуем. Потому что это все-таки семейный праздник в кругу близких знакомых. А когда это вот прям – давай запишем песню и будем ее тиражировать.

– Ну да, а почему нет. Про «дозирование» ты еще год назад, в 2013 говорил: «Каждое занятие должно быть в радость. И я избегаю пиарить себя путем ныряния, катания на коньках или поднятия штанги. Я уже понял, что не испытываю при этом ничего веселого. Будучи в дружеских отношениях с Ильей Авербухом, принял его предложение „поддержать один проектик“. И сдержал обещание. А дальше зрителям, наверное, весело было смотреть, как я спотыкаюсь на коньках и падаю». Это все так, но ведь есть жесткие законы шоу-биза…

Фото из личного архива Валерия Сюткина.

– А потом, если о моей дочери сказать, она склонна к такому «закрытому шоу-бизнесу». То есть это сценарии, режиссура.

– Это ты про младшую говоришь?

– Говорю про младшую. Потому что старшая уже состоялась. Ей уже 33, работает специалистом по пиару в иностранной компании, летом (июль 2014 – Е.Д.) сделала меня дедом уже, так и написала мне в СМС: «Дедуля, поздравляю!»; внучку с моей подачи назвали Василисой, родилась весом чуть больше трех кило, а рост пятьдесят один сантиметр.

Сыну Максиму 27, он окончил географический факультет МГУ, работает в туризме.

Для старших детей я не был отцом в полном смысле слова, но всегда был рядом, если требовалась моя поддержка. Финансово я им помогал до совершеннолетия, ставил, так сказать, на крыло. Теперь они в моей поддержке не нуждаются. Претензии к тому, что я мало присутствовал в их жизни, принимаются полностью. Как отец я далек от идеала, но все, что должен был сделать, сделал. Полностью я воспитал лишь Виолу. Присутствовал при родах, гулял по бульварам с коляской, бегал на молочную кухню, проверял уроки.

Хотя, конечно, самое трудное выпало жене. Это я приеду с гастролей и бросаюсь к дочери с объятиями: «Мой барсик, моя птичка, мое солнышко, Виолуся», а ей приходится проявлять строгость. Очень за это ей благодарен.

Младшая закончила в Москве школу «Золотое сечение». Я очень был рад атмосфере, которая у нас в школе была. Она вышла оттуда незакомплексованным, свободным, готовым к творчеству человеком. Но раньше, чем ее сверстницы, она вышла в 16. Это осенью ей уже 19. Пару лет проучилась в Швейцарии, окончила там колледж. Очень смешно вышло, когда в первый день пребывания там дочь попала под отчисление. Сын Валерии пригласил ее на свой день рождения…

Фото из личного архива Валерия Сюткина.

– Артемий или Арсений?

– Старший, Тема… Пригожин заехал за Виолой, как положено, написал расписку. А назад привез только в два ночи, к закрытым дверям кампуса (студенты же обязаны возвращаться до девяти вечера). Пока Йосиф решал проблему, директор уже позвонил и сказал, что в истории школы это первый подобный случай. Но окончила и вот летом поступила в Американский университет в Париже.

– А почему школу окончила в 16, я не понял?

– Ну так получилось. Пошла с шести лет и из первого класса в третий перескочила. Там были какие-то эксперименты.

– Ух ты, а почему?

– Ну это наш тогдашний министр образования: давайте тестировать детей, определять группы. И поскольку она была девочкой развитой, ей посоветовали сразу из первого в третий класс.

– Поскольку она была Сюткина, наверное. Нет?

– Нет, вообще нет. Там просто предложили.

– Мы сейчас про Виолу Валерьевну говорим, да?

– Про Виолу говорим. Сюткина Виола перескочила из государственной школы в «Золотое сечение», там было две группы: чуть помладше, чуть постарше. И я всегда приветствую, чтобы человек хорошо развивался, он должен быть с теми, кто сильнее и талантливее. И я ее – в старшую группу. Ей было тяжеловато. У нас замечательный был класс. Там сын Саши Любимого, нашего с тобой общего знакомого, учился.

– Да, да, да. У Айзеншписа, по-моему, там же кто-то. Помню в середине нулевых ты рассказывал про школу. Зачитаю твою прямую речь: «Я выступаю в роли организатора всего процесса обучения. Могу придти и в школу, произвести впечатление, но потом водить-то будут мама и бабушка! Самое главное – организовывать каждый день ребенка. Я преклоняюсь перед женщинами, которые день за днем водят детей на занятия, делают с ними уроки. Мы можем дать детям воспитание и образование. Воспитание, это когда с ребенком дружишь, а образование, когда даешь возможность получать знания… Дочь делится со мной всеми секретами. У нее в классе отличные отношения между мальчиками и девочками. Год назад мы праздновали ее день рождения и весь класс, благо там всего 17 человек, пригласили в боулинг. Так ребята разбились на две смешанные команды, чтоб в каждой были и мальчики и девочки. Один мальчик попросил разрешения перейти в Виолину команду, чтобы помочь имениннице выиграть. Мальчики очень заботливо ухаживали за девочками, протирали и подносили им шары. Я был поражен отношениями 9-летних детей! У моего поколения все было по-другому, мы старались задеть девочек. А эти… „Папа! – говорит мне дочка, – мы в бутылочку до четвертого уровня играем!“. Когда мне первые два озвучили, я понял, что имею дело с уже взрослыми». То есть действительно, ты был отцом, погруженным в школьные расклады ребенка.

– Ну, в этой школе, знаешь как, 1 сентября приходишь, там и Шац с Лазаревой, и Ваня Ургант с Наташей, и Андрюша Лукьянов с супругой, наш с тобой общий товарищ, поэт в прошлом, ныне бизнесмен. Ну в общем, тесная замечательная атмосфера.

«…и Ваня Ургант…»

И я после этого еще Виолу делегировал в зарубежье. Ну знаешь, за опытом, за тем, чтобы она научилась сама себя немножко позиционировать.

– Ну-ну, конечно, за опытом. Уже в 10-летнем возрасте девочка «издала» книжку собственных стихов и смешных рассказов.

– И это тоже. Как-то Танич спросил пятилетнюю Виолу: «Как называется страна, в которой ты живешь?». Виола в тот момент рисовала весну – снег, деревья распускаются… И ответила: «Зимний рай» называется наша страна“. То есть мыслит нестандартно. Рассказы она начала сочинять в пять. Пять лет я собирал все листочки и на ее 10-летие выпустил сборник тиражом 20 экземпляров. Виоле пришлось сочинить предисловие, которое меня убило. „Когда я начала писать эту книгу, я была очень маленькая, поэтому в ней есть ошибки. На них не надо обращать внимания, потому что фантазии не имеют границ, а поэзия выходит из берегов“. Когда она подарила книги одноклассникам, один мальчик попросил автограф. Она ко мне подбежала: „Пап, как писать автограф?“ – „Напиши «От Виолы…» В ее глазах я прочел: приятно что-то сделать самой. И дальше она вольна делать, чего она хочет. Теперь я дал ей крепкое среднее образование.

– Ну, слух, голос есть у нее?

– Есть, но тяготеет она к театру, причем, как режиссура, так и сценарий – все ей интересно. На самом деле самое дефицитное ремесло. Но я ее склоняю к более широкому гуманитарному образованию. Интересный сценарий выходит из-под руки человека, у которого есть к этому, безусловно, талант, но главное, чтоб жизнь была такая – не глянцевая. Тогда будет сценарий правильный. Ничего плохого в глянце тоже нет. Как помните, «быть можно дельным человеком и думать о красе ногтей». Но все-таки хотелось, чтобы это не становилось главным, потому что я сам пижон, люблю посмотреть что-нибудь нарядное.

Но при этом мне кажется, что самые лучшие и глубокие вещи получаются у людей, у которых сердце болит иногда из-за чего-то, и чтоб переживания были.

Стас Михайлов Vs Мортен Харкет

– А вот что слушает, допустим, Виола Сюткина, какую музычку? Папу то слушает она?

– Папу слушает дозировано. Папа сделал все возможное, чтобы в ее гаджете был полный набор, ну, во-первых, я не могу сказать, что там Beatles весь, но Beatles one есть, то есть по крайней мере, я имею в виду этот альбом, в который входят все главные их синглы, занявшие первые строчки. Ты не представляешь, какую большую работу мы с женой провели, пока она запомнила норвежскую группу a-ha. Мы обычно делаем так. Играет что-то красивое, я говорю, это кто? Дочь говорит, это, допустим, Simply Red. Молодец. Этого она сразу, нашего рыжего товарища запомнила. А вот почему-то голос Мортена не определяла. Она говорит, я не знаю, это, может быть, Duran? Я говорю, какой Duran? Duran тоже хорошая группа, достойная. Но мне кажется, что у вокалиста группы a-ha Мортона Харкета уж такой узнаваемый голос.

Фото из личного архива Валерия Сюткина.

– Ты знаешь, я только Take On Me знаю, вот этот их хит.

– Ты что, у них такие мелодии красивые. Это норвежская музыка. За что мне нравится: есть абсолютно ярко выраженный, пусть даже этнический, привкус у них. У них такая все-таки музыка скандинавская, холодная. Хотя и на английском. Она изящно холодная, неспешная, скажем так.

Ну, она, естественно, слушает и Тимати из наших, R’n’B… Замечательный парень, кстати, я тебе хочу сказать, коммуникабельный, не величайший композитор пусть даже, но крепкий..

– Говорят, что удачный бизнесмен. Во всяком случае, мне он говорил, что он – бизнесмен прежде всего и дилер.

– А так и есть, да. Но при этом это правильное позиционирование. Мне очень импонирует Эмин Агаларов.

Тоже, казалось бы, зачем человеку петь, многие задают этот вопрос. А потому что не может не петь. И это замечательно. И он очень, во-первых, воспитанный и образованный, здесь спасибо родителям.

А, во-вторых, Эмин очень открыт. Я вообще люблю людей, которые улыбаются навстречу. Вот всеми обсуждаемый Стас Михайлов. Я был приглашен на его день рождения. Мы идем с женой фактически к незнакомому человеку: на тот момент мы несколько раз виделись на других тусовках, но вот так не общались за жизнь. Единственное, что Стас мне успел сказать: «когда я был юным» и давно, (я постарше все-таки на десять с лишним лет), «я ваши кассеты продавал» (группы «Телефон» – Е.Д.), и так смеялся…

Фото из личного архива Валерия Сюткина.

– Подожди. Ты старше Михайлова?!

– Ну да, на 11 лет.

– Вы выглядите, как отец и сын, причем, ты – сын. Михайлов такой серьезный, солидный мужчина, а ты такой мальчик весь из себя…

– Нет, ну я бы не сказал. Если ближе посмотришь, у него молодые глаза. У него просто стать, ну, обязывает, поскольку поклонницы все-таки. Знаешь, что меня удивило. Он настолько щепетильно галантный… На дне рождения своем. Каждый человек говорит тост про него, Стас подходил сам, каждого спросил, вкусно ли, хорошо ли, и не потому, что ему нужно что-то от этих людей, просто такой вот незлой человек.

– Ну, вот, оказывается, в чем секрет успеха. А все говорят, что в расстегнутой рубашке.

– А у меня вообще главный критерий, знаешь, Жень, честно? Человек должен быть незлой. Ведь жизнь коротка, и прощать надо учиться быстро. И принимать, вот то, что ты говоришь, «ну что вы, это не для меня, я эстет, творчество». Если он завоевал популярность такую, так значит не зря: не бывает дыма без огня. В нем обязательно какая-то должна быть изюминка. И вот когда я сейчас пообщался с Михайловым, могу сказать: она в нем есть. Он не эгоцентрик, на себе любимом не концентрируется… Когда я первые песни его услышал и увидел его в кадре, мне показалась это смесь такого проповедника умелого и… А это не шоу-бизнес. Он такой и есть.

– По-моему, ты совмещаешь как-то свою основную деятельность и работу пиар-агентом у Стаса Михайлова. Просто такой монолог выдал! А то ведь в интернетах наших бытует шутка: «Ты на Стаса Михайлова пойдешь?». «Да как же я на него пойду – у меня и лицензии то нет». А ты вот что-нибудь спой из Стаса Михайлова. Ты знаешь хоть одну его песню?

– Ну, конечно, знаю.

– А исполни.

– Но я не смогу в нее вложить столько мужского сострадания, потому что у меня все равно будет иронично. (поет)

«Но это для тебя рассветы,
я ее сейчас Виоле пою,
и закаты, для тебя».

У меня, кстати, тоже есть песня «Для тебя» потому что вначале идет

«Без тебя не завяжу я галстук
И бриться не стану.
Без тебя пойду неверным галсом.
И врежусь в рифы без тебя.
Без тебя я так бы и остался
обычным хулиганом.
Без тебя я б так не улыбался
как улыбаюсь для тебя».

Такая у меня есть.

«Телефон» Vs «Браво»

– Конечно, стилистически очень напоминает те работы, которые может быть даже некоторым твоим поклонникам не известны, группа «Телефон» была такая, где очень такие хулиганские (в хорошем смысле) были тексты, и очень заводные мелодии. Почему она не рванула тогда?

– Как?

– Ну так. Потому что она не стала такой значимой, каким стал Сюткин solo, скажем, она не стала крупным игроком на сцене.

– Момент. Ну, во-первых, в 80-х это сегмент кассетной культуры. Я стал профессионалом в 1982-м году и то по стечению обстоятельств, потому что для того чтобы стать профессионалом, нужно было иметь средне-специальное образование, то есть муз. училище окончить. Я его закончил заочно. А мы играли в Долгопрудном, там любили это дело.

Фото из личного архива Валерия Сюткина.

Там, кстати, все, ровесники, если можно сказать, выступали. что Градский, Макаревич, Костя Никольский – это первая половина 50-х по рождению, мы же – вторая половина. Мы – это прежде всего Коля Расторгуев, Мазай – начало 60-х, Женя Хавтан, Гарик Сукачев, вот, «Альянс» – замечательная команда, Игорь Журавлев.

– А я, знаешь, такое для себя объяснение видел, что очень были все увлечены тогда социальным роком. «Телефон» – это был стеб. Там же не было какой-то серьезки, революционности.

– Во-первых, надо объективно сказать, от природы я не композитор, который выдает хиты. У меня все через вот это место. Надо много анализировать, смотреть как-то. И я не конструирую никогда песни. Все мои главные шлягеры были выданы, как будто меня к провайдеру подключили, и вот они просто выскакивают. А потом ты можешь пыжиться, что-то делать, а нет. Как награда за труды приходит. Вот, я сформулировал сейчас.

А у больших маэстро иначе, хотя бы взять моего товарища по «Браво» Женю Хавтана, он композитор, потому что у него такие мелодии, которые, мне кажется, что их вообще Цфасман написал, а не мой ровесник, или Варламов.

То есть вот «Король оранжевое лето». Это музыка Хавтана на стихи Вадима Степанцева.

– А я к стыду своему думал – твоя, она настолько ассоциируется с Валерой Сюткиным, что я, честно говоря..

– Нет, она ассоциируется с «Браво». Я вообще деликатный парень. Мне ничего перетягивать не надо. Я сделал пятилетку, да (с 1990 по 1995 в составе «Браво» – Е.Д.).

Мне вообще кажется, что артиста большого делает энное количество шлягеров. Один хит все-таки большим человеком артиста не делает. Если чего-то спел, и его всю жизнь с ним ассоциируют. А здесь мне приятно, когда начинают ерничать в мою сторону.

«Телефон» – это был стеб.

– А кто ерничает в твою сторону? Про композиторское ремесло ты, помню, риторически вопрошал: «Где выпускники „Голоса“, „Фабрик“? Их один-два остается, и то большинству из них песни пишут продюсеры. А музыкантов уровня Земфиры, Лагутенко – я имею в виду молодое, по сравнению со мной, поколение – за последние десять лет появилось крайне мало. То есть среди авторов в основном это ветераны 1990-х, а то и 1980-х годов. Очень мало людей, которые умеют сами писать песни». К вопросу о том, что «ерничают в сторону». И про Хавтана, не удержусь, процитирую тебя же: «Мы с Хавтаном прекрасно дополняли друг друга. Женя – интеллигентнейший тонкий композитор, застенчивый человек, а я – энерджайзер. Из нас двоих получилась гремучая смесь. Фридлянд четко говорил: „Вы можете разругаться в пух и прах, но пока я здесь, будете работать. Ваш тандем – золотая жила“. Женю я ценю и люблю, жаль, что пройти вместе длинный творческий путь нам оказалось не под силу. Если бы он не приревновал меня к сольному проекту и не включил начальника, мы бы и по сей день могли выступать вместе и сочинять чудесные песни. Но мной нельзя помыкать». Вот такое заявление твое. Ты же сам говорил что твое главное качество самоирония. Цитирую: «Это одно из важнейших качеств для мужчины после порядочности. И конечно же мужчины должны обладать достоинством. Почти английским». Так ты говорил.

– Ну, бывает, люди скажут, вот человек есть, певица такая-то, у нее вот шлягер, его сейчас по радио крутят. Я отвечаю, как дядя Леша Кузнецов, наш великий гитарист. Я всегда так – смотрю в сторону и говорю: «Берете бумажку и пишете, у каждого крепкого артиста есть минимум пять песен, ну называете». И все говорят, ну конечно, что тут? Вот мы в «Браво» таких пять песен написали, даже и сомневаться не надо.

– Ну, знаешь, ты ведь пусть не создатель, но бесспорно пропагандист отдельного жанра. Ты ассоциируешься не с какими-то определенными хитами, а с отдельным направлением в музыке. И это круче чем миллион. Ты как то сказал: «Главный недостаток мужчин – жадность. Мы более рациональные существа, чем женщины. Поэтому мужчинам надо быть чуть щедрее, чуть галантнее, женщины отплатят такой лаской и вниманием, какая не измеряется никакими богатствами. Но я больше теоретик, нежели практик». Конец цитаты. При этом ты завидуешь своим более богатым друзьям? У тебя ж точно есть более богатые друзья, я просто знаю.

– Скажу объективно. Меня родители по генетике наградили одним качеством – белой завистью. У меня любая зависть только как стимулятор работает. То есть я хочу, чтобы не у него не было, чтобы он был бедный, как я, а я хочу быть богатым, как он или она.

И второе. У нас с годами у всех характер выходит на лицо. И мы заслуживаем ту внешность, которая продиктована нашим отношением к жизни, к окружающим. Поэтому как только вы завидуете, ругаетесь, все время недовольны жизнью, вы никогда не будете свежемолодым, как я.

Юрмала, 2019.

– Сразу тем самым очень многое объяснил про кое-каких своих коллег. Мда… Свежемолодой и стильный. Помню твое интервью десятилетней давности, ты утверждал: «денди отличается от стиляги или фигляра одной простой вещью: фигляр любой ценой пытается привлечь внешним видом внимание к своей персоне. Он тратит по три часа перед зеркалом только для того, чтобы кто-то посмотрел в его сторону. Денди же небезразлично, как он выглядит в глазах окружающих. Внешний вид для него лишь составляющая жизни, а не сама жизнь… Кто ж в разрез Чехову будет утверждать, что не все в человеке должно быть прекрасно! Мне нравится постулат: сформируй привычки – получишь характер, сформируешь характер – получишь судьбу. Юля Рутберг рассказала одну историю. Однажды она была на съемках в Питере. Режиссер показал ей на улице женщину: „Посмотрите, – сказал он ей, – эта женщина была когда-то первой красавицей Питера“. Юля увидела ужасно неприятную пожилую персону… Юля сказала, что как-то неубедительно она выглядит и не тянет на красавицу. На что режиссер ответил: „Да, с годами характер вышел на лицо!“ Чтобы быть красивыми, надо изначально любить, быть щедрым, естественным. И красота придет к вам. Есть же женщины, которые расцветают с годами». И раз уж про женщин речь. Расскажи о своем худшем свидании.

– Худшее свидание. Ну так чтоб такое, чтоб я прям «завалил участок», я вспомнить не могу. Но буду надеяться, что оно уже позади, это свидание. Так что впереди… Впереди, как говорит мой друг, писатель Зеленогорский, такое: девушки, за которыми я когда-то ухаживал, потихоньку начали умирать.

– Про девушек ты как-то совершенно замечательно заметил: «Если стиляга нормальный человек и не лишен самоиронии, он, взрослея, всегда будет тяготеть к понятию „денди“. У стиляги в юности главное желание – любой ценой привлечь к себе внимание. А денди – повзрослевший стиляга – это тот, кому небезразлично, как он выглядит в глазах окружающих. Дядя Лёша Козлов, который относился, наверное, к первым советским стилягам, очень точно ответил на этот вопрос: конечно, это все был просто молодежный выпендрёж! Никакой это не социальный протест, даже не тяга к капиталистическим шмоткам. Это просто желание понравиться девушкам. Много времени посвящается внешнему виду и не очень много – развитию личности». Ну а Зеленогорский… Он – мизантроп. В отличие от тебя. А ты – профессиональный оптимист. Больше тебе за это спасибо.

«Юля рассказала одну историю». Рутберг в «Правде-24».

– Я обладаю даром подарить оптимизм любому, хотя жена моя говорит, хватит, – даром ни за что.

ПОСТРАЗГОВОРНОЕ: ЗВЕЗДЫ VS ОБЫВАТЕЛИ

Знакомые дамы, узнав, что я собеседовал с Валерием, накинулись на меня с упреками: мол, надо было осудить артиста в полный рост – как же так, трое детей от трех разных жен, а последняя так и вообще из костюмерш группы «Браво», служебный роман, «ей всего 18 было, ему 35», бла-бла-бла.

Почти официальная версия звучит итак:

«Девушка попала в группу «Браво» при следующих обстоятельствах. Однажды группа выступала с концертами в Риге. А поскольку в то время музыканты обходились без костюмера, один из участников группы привел за кулисы свою рижскую знакомую. Она тогда благополучно закончила химико-технологический техникум и работала манекенщицей в рижском Доме моделей. Однако, едва ей предложили оставить подиум и перейти работать в «Браво», она тут же согласилась. В течение полугода Сюткин и Виола общались друг с другом как сослуживцы, пока однажды не случилось нечто. Вспоминает Валерий Сюткин: «Мы возвращались с гастролей. Дело было ранним утром, мы ехали на заднем сиденье такси и, утомленные перелетом, спали, пока нас по очереди развозили по домам. И во сне случился поцелуй! Бывает же такое! Самое интересное, что никакой прелюдии к этому поцелую не было. Да и после него, проснувшись, мы ничего друг другу не сказали, доехали, вышли из машины и разошлись в разные стороны. Как будто ничего и не было. Прошел месяц, и все это время поцелуй не давал нам покоя…». Стоит отметить, что в то время Валерий Сюткин был женат во второй раз, и в этом браке у него рос сын (от первого брака у него была дочь). Однако семейная жизнь его была далека от идеальной, иначе он не бросался бы с головой во все новые амурные увлечения.

Певец как-то признался:

«Я был ловеласом. У меня были какие-то девушки, я знакомился здесь, там и еще где-то одновременно. Приходилось обманывать, выкручиваться… Это в принципе нормально, если человек ведет жизнь ловеласа и не скрывает этого. У меня тогда было чувство, что вся интересная жизнь проходит мимо меня, я и старался за ней успеть – шумные компании, девушки тут и там. Было неплохо…»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.