# Исчезновение Слоан Салливан

Джиа Криббс

Никто не хочет, чтобы я рассказала вам об исчезновении Слоан Салливан. Ни адвокаты или полицейские. Ни ее друзья или семья. Ни даже мальчик, который любил ее больше всех.
Но мне плевать. Я должна это сделать.
В противном случае вы никогда не узнаете, насколько сильно все может пойти не так. Как одно-единственное решение может изменить всё. Как вы не сможете никому довериться, если до этого дойдет. Даже самому себе. Вы должны понять, чтобы такое не произошло с вами… Ведь есть кое-что куда хуже исчезновения.

Copyright © 2018 by Gia Cribbs

© Ю. Гиматова, перевод на русский язык, 2019

© ООО «Издательство АСТ», 2019

* * *

> Моим дочерям.

> Всегда следуйте за своей мечтой


## Пролог

Я не могла отделаться от ощущения того, что за мной наблюдают.

Сбросив повязку с глаз, я откинула ногой веревки, которые еще несколько секунд назад связывали мои руки. Они были затянуты слишком слабо, чтобы удержать меня.

Я ничего не видела в такой темноте.

Прогремел гром, и справа от меня раздался странный металлический грохот. Я затаила дыхание в ожидании вспышки молнии в абсолютно темной комнате, любой подсказки, которая помогла бы мне понять, где я нахожусь. Но когда через минуту снова раздался гром, я похолодела. «В этой комнате нет окон».

Сердце почти выпрыгивало из груди. Нужно было выбираться, а времени оставалось мало.

Сделав глубокий вдох, я заставила себя сосредоточиться, отбросить эмоции и воскресить в памяти все комнаты без окон в школе. В этой пахло свежестью и немного антисептиком. Вряд ли это была раздевалка. «Может, столовая?» Я пошла на грохот, выставив руки вперед. Даже сквозь перчатки металлические полки холодили пальцы, когда я натолкнулась на них. На полках стояли ведра, губки и флаконы. «Кладовка».

Я шла вдоль полок до тех пор, пока не наткнулась на дверь. Без малейшего звука я слегка приоткрыла ее. Через несколько секунд отчаянного моргания – свет был слишком ярким – я смогла разглядеть коридор, в котором никого не было.

Я быстро осмотрела комнаты напротив. Почти во всех кабинетах были окна, но до одних мне было не дотянуться, а в другие я бы не смогла пролезть. В левом конце коридора, в ста метрах от меня, были двери. Это ближайший выход, но пробежка по освещенному коридору даже с учетом того, что ночью свет в школе был приглушен, казалась слишком рискованной затеей. Я должна была держаться в тени. Значит, оставался единственный выход из этой части школы: через спортивный зал.

Я осторожно приоткрыла дверь кладовки и выскользнула в коридор, перешагнув тряпье, которым была заткнута щель. Через секунду я уже была в химической лаборатории, из которой можно было попасть в другой коридор. Я быстро пересекла темное помещение, стараясь ничего не задеть, и уже собралась выйти к спортивному залу, как вдруг во всей школе выключился свет.

Времени оставалось все меньше и меньше.

Я пулей вылетела в коридор, пытаясь наощупь отыскать дверь спортивного зала. Когда я наконец почувствовала под пальцами гладкую металлическую дверь, что-то позади меня скрипнуло. Очень тихо, почти неслышно. Но я сразу поняла: он шел ко мне.

Я замерла.

У меня волосы встали дыбом на затылке. Я не видела даже свои руки, но чувствовала, что он приближался.

Я вынула из кармана горсть мелких камешков – все, что мне удалось найти снаружи – и бросила их в коридор. Камешки упали на пол с тихим стуком. Я же тем временем поползла в другом направлении.

Пальцами я вела по стене, чтобы не пропустить поворот. Когда я свернула за угол, яркая вспышка света озарила весь коридор. Я быстро обернулась и увидела, что он подбирал камень с пола. Он повернулся ко мне как раз в тот момент, когда в коридоре снова стало темно, а из-за грома задрожали окна.

Я побежала.

Резкий поворот за угол к боковым дверям, которые я успела заметить раньше. Я не слышала, бежал ли он за мной. Шаги гулко отдавались в темноте, сердце стучало в ушах. «Где же эти чертовы двери…»

Я распахнула двойные двери с такой силой, что они ударились о стены, прежде чем закрылись. Я быстро огляделась. Во дворе росли высокие деревья, в которых можно было спрятаться. По соседней улице проехала машина. В окне одного из домов вдалеке горел свет, и оно казалось размытым пятном из-за дождя. Я позволила себе потратить всего одну секунду на то, чтобы улыбнуться, и остановила секундомер, висящий на моей шее.

Наконец через тридцать секунд Марк выбежал во двор. Его темные волосы выбивались из-под кепки, карие глаза бегали по сторонам в попытке найти меня. Я же сидела, прислонившись к стене, и пряталась от дождя под выступом. Я выгнула бровь, когда его удивленный взгляд наконец остановился на мне.

Марк вздохнул и кивнул в сторону моего секундомера.

– Сколько на этот раз?

– Три минуты шестнадцать секунд. – Я с трудом сдержала улыбку. – Новый рекорд.

– Тоже мне.

– Учись проигрывать.

В этой кепке он выглядел старше, не как студент, за которого его часто принимали. Я сдернула ее резким движением, и волосы Марка встали дыбом.

– Ты ловил меня гораздо чаще, чем я выбиралась. Помнишь тогда, в Небраске? Ты поймал меня в актовом зале всего за минуту.

Уголки его рта приподнялись.

– Да, но тогда ты была ребенком, – возразил Марк. – Тебя было легко обмануть. Теперь ты очень хороша. Я про камни. Отличная идея.

– Если тебе станет легче, ты почти поймал меня в темноте. Как тебе это удалось?

Марк улыбнулся.

– Выключатели в офисе секретаря.

Я покачала головой.

– Тебе пришлось воспользоваться всеми?

Марк пристально посмотрел на меня. Его взгляд стал серьезным.

– Урок № 1.

Улыбка исчезла с моего лица. Одно дело – шутить, притворяться, что это всего лишь игра, особенно на этот раз. Но мы оба знали, что это не так.

Это была проверка. Способ понять, насколько хорошо я знаю школу, как быстро я смогу сбежать, если за мной начнется погоня.

Я посмотрела Марку в глаза и ответила:

– Помнить как сбежать.

Вступив в программу защиты свидетелей, я первым делом выучила этот урок. Убегать – это не просто карабкаться в окно или лезть в вентиляционный люк. Это склад ума. Ты должен справиться со страхом, держать себя в руках и думать. Возможно, проникновение в школу со взломом – не лучший способ начинать новую жизнь в новом городе. Но мы привыкли к этому. Так мы могли подготовиться ко всему.

К тому же дополнительная практика отключения системы безопасности никогда не помешает.

Я вышла из-под навеса под дождь, который к тому времени поутих. В воздухе пахло свежестью. Я посмотрела на школу – темное пятно в безлунную ночь.

Марк подошел ко мне, слегка коснувшись плечом.

– Новая школа, новая ты, – сказал он тихим как дождь голосом.

Я кивнула.

– Нужно навести порядок. Ты идешь?

– Сейчас, – прошептала я.

Марк исчез в школе.

Я смотрела на кирпичную стену напротив, кое-где она потемнела от дождя. Взлом, преследование, наведение порядка – все это было так знакомо. Но чем дольше я смотрела на стену, тем больше мне становилось не по себе.

Где-то вдалеке прогремел гром. На секунду мне показалось, что я увидела голубую вспышку на выцветших красных кирпичах. Но когда я моргнула, все исчезло.

Я почувствовала, как сжимается комок в груди.

Это была очередная стена очередной школы. Все было так знакомо. Все, кроме тихого голоса в моей голове, который угрожающе шептал: «В этот раз все будет по-другому».

## Один

Из всех имен, которые были у меня за последние пять лет, это нравилось мне больше всего: Слоан Салливан. Когда я увидела его на расписании занятий, которое мне выдала секретарь школы, оно показалось мне правильным. Как хорошо, что это расписание станет последним в моей жизни.

– Я хочу дать тебе еще кое-что, и тогда ты будешь полностью готова, – сказала секретарь. Я с трудом разобрала ее слова из-за шума в коридоре и постоянной трели телефонов в офисе.

Я оторвала взгляд от расписания и увидела, что секретарь улыбалась. Своей короткой стрижкой и глубокими морщинками в уголках глаз она напоминала заботливую бабушку. Она была похожа на нашу соседку восемь городов назад – бабушку одиннадцати внуков. В глубине души я не доверяла ей.

– Я подумала, что переходить в новую школу в последнем классе нелегко, да еще и в конце учебного года, – продолжила женщина. – Поэтому подготовила для тебя карту школы. На ней отмечены все кабинеты, в которых у тебя будут занятия. Так ты не заблудишься в первый день.

«Ну ладно, – подумала я. – Это очень мило». Я украдкой посмотрела на табличку с именем, которая стояла на краю стола.

– Спасибо, миссис Залински. Вы очень предусмотрительны.

Вот только миссис Залински не знала, что после вчерашних ночных приключений с Марком я уже знала, где находятся все кабинеты. Во время простой тренировки мы не применяли свои более бесчестные навыки, вроде взлома замков и камер. Я давно поняла, что вопросы о том, где находятся кабинеты, или опоздания на занятия не помогут стать невидимкой. А ведь именно это было моей целью. Стать незаметной, следовать правилам и не подпускать других слишком близко. Вот чему я научилась почти за шесть лет, проведенных в бегах.

К тому же, если бы нас поймали, Марк бы просто показал свое удостоверение, и мы бы вышли сухими из воды. Тогда, конечно, нам бы пришлось снова уехать.

Миссис Залински улыбнулась, обрадовавшись, что ее старания оценили.

– Рада помочь, Слоан.

Как всегда, когда кто-то произносил мое новое имя в первый раз, я испытала легкое волнение. Слоан. Мне даже нравилось, как оно звучало.

– Сейчас, только найду карту. – Миссис Залински встала и направилась к безупречно чистому столу в другом углу офиса.

Я снова уставилась на свое имя на расписании. И как Марк на него согласился? Я бездумно выпалила его, а он даже не моргнул. Просто медленно кивнул, из-за чего густые волосы – в то время темно-каштановые – упали ему на глаза.

– Конечно, – согласился он.

Я знала, что он предпочел бы Сару, Саманту или другое незаметное имя для моей девятнадцатой смены личности. Он уже отказал мне в моих более необычных желаниях: было бы круто стать Леей, принцессой из «Звездных войн». Зато он разрешил стать Слоан. Возможно, он, как и я, надеялся, что мы меняем имена в последний раз.

Я провела пальцем по своему имени. «Боже, девятнадцать разных людей почти за шесть лет. Даже двадцать, если учесть мое настоящее имя. Но та девочка уже забыта».

– Вот, держи. – Голос миссис Залински вырвал меня из размышлений. Она протягивала мне карту. – Я подчеркнула твои кабинеты ручками всех цветов радуги. Каждый охотник желает…слышала? Красным цветом отмечены кабинеты первого занятия, оранжевым – второго и так далее. У вас не больше четырех уроков в день, поэтому я остановилась на зеленом цвете.

Я присвистнула.

– Серьезный подход. Я впечатлена.

И я не шутила. Так бы сделал Марк, а мне казалось, что другого такого дотошного человека не найти.

– Нужно быть очень организованным человеком, чтобы управлять школой, в которой учится почти две тысячи детей, – пояснила миссис Залински. Она поправила и без того идеально лежащую стопку бумаг.

Я улыбнулась.Две тысячи детей. Будет легко стать невидимкой в такой большой школе. Мне нужно лишь отучиться последние девять недель без проблем, и тогда я буду свободна. Во всех смыслах. Я навсегда останусь Слоан Салливан. Я не смогу снова стать человеком, которым была первые двенадцать лет своей жизни. Я думала об этом, но федеральные маршалы посчитали, что было бы слишком рискованно возвращаться к прежней жизни сразу после того, как преступник сознался. Мне не помогло бы даже убедительное прикрытие. Но, если честно, мне было все равно. Если для выхода из программы защиты свидетелей нужно быть Слоан, что ж, я согласна.

Свобода. Я и не думала, что это возможно.

– Впрочем, не думаю, что такой красивой девочке понадобится карта, – заявила миссис Залински, кивнув в мою сторону. – Мальчики выстроятся в очередь, чтобы проводить тебя в класс, если ты будешь им так улыбаться.

Я не сразу поняла, что она имела в виду. Обычно я игнорировала комментарии о моей внешности. Все они были не обо мне. Не о настоящей мне. Люди делали комплименты человеку с окрашенными волосами или цветными контактными линзами, или в парике из черных вьющихся волос, которые наощупь напоминали металлическую мочалку – в тот ужасный день парикмахер явно забыл очки. Но сегодня я впервые за последние шесть лет была похожа на себя настоящую.

Новые контактные линзы превратили мои зеленые глаза в темно-карие, но мои волосы были натурального светлого оттенка. «Цвет лимонада», – говорила моя мама, когда я была ребенком. Марк всегда был против моего настоящего цвета волос. Он считал его «слишком светлым и выделяющимся», поэтому я рассталась с ним еще до отъезда из Нью-Джерси. Но поскольку я собиралась навсегда остаться Слоан, я уговорила Марка «вернуться к корням». Мне пришлось помыть голову семнадцать раз подряд, чтобы смыть темно-рыжую краску, которую я выбрала для жизни под именем Руби. Но оно того стоило.

Я помахала картой.

– Спасибо, но меня не интересуют мальчики. У меня ведь есть специальная цветная карта!

– Хорошо, милая. Если у тебя возникнут проблемы, заходи ко мне. Я пометила свой офис знаком пчелы. – Миссис Залински показала на свою табличку с именем на столе. Рядом с буквой З летали две нарисованных пчелы.

Я уткнулась в карту. Разумеется, на карте ее офис тоже был помечен маленькой пчелой.

– Обязательно, – пообещала я.

Миссис Залински улыбнулась в ответ.

Я махнула рукой на прощание и направилась к выходу. В школьном коридоре было очень шумно. Я открыла карту на случай, если миссис Залински наблюдала за мной – меня научили притворяться – и повернула налево. Первым уроком была физика.

Хотя я пришла пораньше, повсюду были старшеклассники. Кто-то просто стоял в коридоре, кто-то укладывал учебники в шкафчики, парочки целовались перед кабинетами. Эти подростки ничем не отличались от учеников предыдущих шести школ, в которых я училась, за исключением одного: их было гораздо больше. И мне это нравилось.

Внезапный шум привлек мое внимание. Группа из двенадцати парней в одинаковых синих пиджаках, начала громко петь. «Школьный хор? Что-то новенькое». Парней окружила толпа, все хлопали и кивали в такт песни, которую я узнала через несколько секунд:The Longest Time Билли Джоэла. Меньше всего я ожидала услышать эту песню в исполнении старшеклассников. Как же давно я ее не слышала… В груди заныло, и я почувствовала тоску по дому.

Я замедлила шаг, заметив самого высокого из певцов, который стоял в центре хора. У него была загорелая кожа и короткие темно-каштановые волосы. Но даже наблюдая за его губами, я не могла сосредоточиться на воспоминаниях. Когда наши взгляды встретились, я быстро опустила голову. Прошло меньше минуты, но я все заметила: то, как другие мальчики подражали ему, то, что вокруг него было гораздо больше свободного пространства, словно такая крутость требовала больше места для дыхания. То, как все смотрели на него. Он был популярным. Харизматичным. Уж точно не невидимкой, а значит, не тем, с кем я хотела бы познакомиться.

Я опустила голову – без зрительного контакта тебя сложнее запомнить – и быстро свернула в коридор, ведущий к кабинету физики. Именно поэтому я не заметила человека, который шел навстречу. Было слишком поздно, и мы столкнулись.

Мне хватило времени расставить пошире ноги и слегка согнуть колени. Я почувствовала удар, мои мышцы напряглись, я приглушенно выдохнула, но шагнула назад и не упала. Незадачливый прохожий с грохотом повалился на пол, выбив все вещи у меня из рук. Не успела я разозлиться из-за того, что у меня не получалось оставаться невидимкой, как по шее поползло липкое чувство слежки.

Я напряглась. Бархатные голоса певцов хора, толпа учеников, коридор – все исчезло. В голове замелькали отдельные картинки: топот ног по бетонному полу, рука, крепко сжимающая мой локоть, сломанная деревяшка. Эти изображения быстро исчезли, сменившись шумом голосом. Вокруг нас собралась толпа учеников. Я с трудом сглотнула. «Они не следят за тобой, им просто любопытно. Тебя никто не знает».

Я сделала глубокий вдох, пытаясь избавиться от комка в груди.

– Нормально ходить не пробовал? – достаточно тихо, чтобы парень, который в меня врезался, не разобрал мои слов. Я была уверена, что это был парень. Редкая девушка может похвастаться таким крепким телосложением, только если она не профессиональная русская бодибилдерша.

– Мне так жаль, – произнес глубокий голос. – Зря я побежал. С тобой все в порядке?

Я стала собирать свои вещи, не глядя на парня и окружающих людей. Они смотрели на нас и перешептывались.

– Все хорошо, – спокойно ответила я. Я не злилась на него, я злилась на себя. «Вот что бывает, когда отвлекаешься на тупые песни Билли Джоэла. Нельзя, чтобы тебя запомнили».

– Ты забыла это. – Парень подобрал с пола карту, отлетевшую в сторону. Он расправил ее, хотя она даже не помялась, встал и протянул мне руку на глазах у нескольких любопытных учеников.

Я взяла карту и быстро спрятала ее в рюкзак. Мне хотелось лишь добраться до кабинета физики и исчезнуть на заднем ряду.

– Слоан Салливан?

Я вздрогнула, услышав свое имя от незнакомого человека. Я машинально напрягла руки, готовясь применить свои навыки самозащиты. Но затем мой взгляд упал на руку парня. Он держал расписание и показывал пальцем на мое имя. Я почти рассмеялась от облегчения. «Держи себя в руках. Можно подумать, ты впервые в новой школе».

– Классно! – воскликнул парень. – Моего дедушку звали Салливан.

Я уставилась на потертый пол, пытаясь перевести дух.

– У каждого должно быть два имени.

Мое тело напряглось, и в голове всплыла новая картинка: черные непослушные волосы, ярко-голубые глаза, блестящие от восторга, дурацкая улыбка, когда он в очередной раз произносил эти слова.

Мое сердце бешено застучало. Парень нагнулся, и я не могла встать, избежав его взгляда.

– Давай я тебе помогу. Это меньшее, что я могу сделать для человека с двумя именами.

Весь мир остановился, и я заставила себя посмотреть наверх.

В легко узнаваемые небесно-голубые глаза Джейсона Томаса.

## Два

Я смотрела в широко распахнутые глаза Джейсона, стоя почти вплотную к нему. Нет, они не могут принадлежать ему. Но почти зеленые ободки вокруг зрачков тонули в синем океане, очерченном еще более синей каймой. Я помнила эти глаза. И смотрела в них миллион раз.

«Это плохо. Очень, очень плохо».

Такое уже было один раз. Три с половиной года назад, когда мы жили во Флагстаффе. Я заметила, как из магазина подарков вышла мисс Дженкинс, пожилая вдова, которая жила с нами по соседству в Нью-Джерси. В тот момент я была в соседнем книжном магазине. Разумеется, мисс Дженкинс не видела меня, но я все равно отправилась домой длинным путем и рассказала обо всем Марку. Через три часа мы уже ехали в нашу новую жизнь.

А ведь я не знала мисс Дженкинс так, как знала Джейсона.

Между его бровей появилась морщинка. Он приоткрыл рот и затем закрыл его, рассматривая мое лицо.

Линзы! Я молилась, чтобы карие глаза убедили его в том, что он меня не знал. Но когда Джейсон перевел взгляд на мою шею, я поняла, что у меня проблемы. В голове прозвучал голос Марка, такой четкий, словно он стоял рядом: «Урок № 6: всегда контролируй ситуацию».

Я перекинула волосы, чтобы скрыть розовый шрам на левой стороне моей шеи – все, что осталось от большой темно-коричневой родинки.

– Прости, – сказала я. – Я не видела, куда иду.

Я схватила расписание и подала руку Джейсону, помогая ему встать.

– Меня зовут Слоан, но ты уже знаешь это. – Я кивнула в сторону расписания.

Морщинка между его бровей стала глубже.

– Джейсон, – ответил он, не отпуская моей руки.

Я едва сдержала смех, когда услышала его глубокий голос. «Что произошло с тем двенадцатилетним сопляком?» Конечно, его глаза совсем не изменились. И черные волосы были так же растрепаны, только теперь эта взъерошенность казалась сексуальной, в стиле «только что из постели». Джейсону подходило это описание. Он постройнел и вытянулся. У меня скрутило желудок, когда я вспомнила, как сама изменилась за последние шесть лет.

Тишину, повисшую между нами, прервал хриплый голос:

– Эй, при-вет.

Я выпустила руку Джейсона. Высокий худой парень с ярко-рыжими волосами стоял рядом, прислонившись к стене. В руках у него был футбольный мяч. Он наклонился ко мне и улыбнулся.

– Ты веришь в любовь с первого взгляда или мне снова пройти мимо?

Я посмотрела на парня, затем на Джейсона и снова на парня.

– Эм-м…

Между парнями появилась миниатюрная девушка с кожей оливкового цвета.

– Не обращай на него внимания, – сказала она мне, кивнув в сторону мистера Любовь с первого взгляда. – Он говорит так каждой девушке.

У незнакомки были волнистые темно-каштановые волосы до плеч. Лоб закрывала неровная челка, спадающая на глаза. Она повернулась к Джейсону и толкнула его в грудь.

– Малыш! Ты почти сбил бедную девочку. Сколько раз я предупреждала, что своим футболом в коридорах вы кого-нибудь прибьете?

«Малыш?»

Девушка повернулась ко мне.

– Я Ливи, – представилась она. Она немного помолчала, покосилась на парней и вздохнула. – Наверное, эти неандертальцы даже толком не представились. Это Сойер. – Ливи показала на рыжеволосого парня. – А это – мой парень Джейсон.

Она взяла Джейсона под руку. Похоже, это движение вырвало Джейсона из оцепенения.

– Простите, ребят. Это Слоан. – Он показал на меня.

Я виновато посмотрела на них. Этим взглядом я владела в совершенстве, ведь в школах постоянно была новенькой.

– Я знала, что опозорюсь в первый же день, но не думала, что это произойдет так быстро, – заявила я.

– Ты не виновата, – возразила Ливи. – Это им должно быть стыдно.

Краем глаза я заметила голубую вспышку на красном фоне. Что-то сжалось в моей груди. Я уже видела эту вспышку прошлой ночью рядом со школой. Я повернулась, ожидая увидеть очередную кирпичную стену.

Сойер резко опустился на колено передо мной. Вспышкой была его голубая футболка на фоне ряда красных шкафчиков. Я тряхнула головой. «Ну конечно, здесь же нет кирпичных стен».

Сойер пристально смотрел на меня, хлопая ресницами.

– Дорогая Слоан, прими мои извинения за то, что я причинил такие неудобства из-за того, что воспользовался своей очевидной силой и бросил этот мяч дальше, чем ожидал Джейсон, заставив его побежать за ним и врезаться в тебя. Обещаю загладить вину за свои супергеройские мышцы.

Я оглянулась. Люди, которые наблюдали за моим столкновением с Джейсоном, уже разошлись, но несколько девушек все еще стояли рядом, хихикая над спектаклем Сойера. Я дернула его за руку.

– Для начала ты мог бы встать, – прошипела я.

Ливи рывком подняла Сойера.

– Она не хочет привлекать к себе внимание, гений.

Сойер улыбнулся, совершенно не жалея о своей выходке, и бросил Джейсону:

– Спорим, ты так не извинишься.

Джейсон не ответил. Он все еще смотрел на меня, склонив голову набок.

Мой взгляд остановился на нем, и сердце застучало в груди так медленно, что я испугалась, что оно остановится. Я знала, что должна была делать.

Я разглядела за Джейсоном дверь женского туалета, едва заметную в конце коридора. Благодаря нашей тайной операции прошлой ночью (и уроку № 2: ищи любой возможный выход), я знала, что в туалете было окно. Достаточно широкое, чтобы выбраться на улицу. Я собиралась вежливо извиниться, отлучиться в туалет и бесследно исчезнуть. На следующее утро я бы стала новым человеком в новом штате.

Это не было выбором, это было правилом. И неспроста. Я не помнила, что видела в тот день, когда вступила в программу защиты свидетелей: небольшое тайное исследование в местной библиотеке показало, что от шока я, скорее всего, подавила свои воспоминания. Но я всегда знала, что разоблачение – это плохо. В голове мелькали страшные вспышки каждый раз, когда мне казалось, что за мной наблюдают. Мой отец и Марк отказывались говорить со мной о произошедшем и шепотом обсуждали показания папы. Однажды Марк сказал мне, что не хотел бы, чтобы я помнила тот день, когда все произошло. Безопаснее всего было исчезнуть.

Я пятилась от Джейсона, не сводя глаз с туалета, и готовилась к побегу.

– Подожди! – выпалила Ливи. Я снова уставилась на троицу. Она открыла свою сумку, вынула мятый листок и улыбнулась: – Ты – Слоан Салливан.

«Почему каждый здесь знает мое имя?».

Ливи слегка подпрыгнула от восторга и сообщила:

– Я – твой Друг с первого дня.

– Мой кто?

– Ну тот, кто показывает все в первый день, следит, чтобы ты не съела сэндвич с рыбой в столовой, отвечает на все вопросы. У тебя же физика первым уроком?

«Нет. Нет, нет, нет».

Я кивнула.

– Миссис Залински пришла вчера к нам в класс и попросила кого-нибудь помочь. – Ливи многозначительно посмотрела на Сойера. – Правда, кое-кто на ее просьбу закатил глаза.

– Если бы я знал, что к нам придет симпатичная девчонка, то я первым бы вызвался помочь, – пробурчал он. – Из супергероев получаются лучшие Друзья с первого дня.

Ливи повернулась ко мне и прошептала:

– Тебе повезло, что это я.

«Я знала, что миссис Залински нельзя доверять».

– Знаешь, не волнуйся за меня, – возразила я. – У меня есть карта. Со мной все будет в порядке. И я скажу всем, что ты молодец.

– Может, я тебе и не нужна, зато ты нужна мне, – призналась Ливи. – Мистер Пруит обещал хорошие оценки за волонтерство, а мне как раз они нужны. И он всегда распознает ложь, да, Джейсон?

Джейсон кивнул и медленно перевел взгляд с меня на Ливи.

– Эй, с тобой все в порядке? – спросила Ливи, с подозрением покосившись на него.

– Да, прости, – рассмеялся Джейсон. – Я представил Сойера в костюме супергероя и испугался.

– Заткнись, – пробормотал Сойер, покраснев.

Джейсон усмехнулся, и у меня перехватило дыхание.

Девочка, которой я была до вступления в программу защиты свидетелей, быстро исчезла из моей памяти. Ее сменяли новые люди. Но усмешка Джейсона – одновременно раздражающая и милая улыбка, которую я помнила с детства – волшебным образом ожила и стряхнула пыль с сотни разных воспоминаний. Из нас двоих я всегда предлагала отправиться на поиски нелепых приключений, а он пытался успокоить меня, хотя радовался моим идеям. Крошечная частичка той девочки, которой я была, девочки, которая жила по своим правилам, ожила где-то внутри. В голове мелькнул безумный вопрос:вдруг у меня получится остаться?

Ливи схватила меня за руку и притянула к себе, словно защищая от Сойера.

– Не волнуйся, – подмигнула она. – В этой школе полно симпатичных парней. Ты быстро забудешь Сойера в костюме супергероя.

Я пожала плечами.

– Даже не знаю. Супергерой Сойер. По-моему, звучит неплохо.

Сойер улыбнулся, Джейсон закатил глаза. Тем временем, я лихорадочно обдумывала ситуацию.

Все зависело от того, пройду ли я последний этап без проблем. Альтернатива – невозможность спокойно доучиться всего девять недель в такой большой школе – казалась невозможной до этого дня. Несколько месяцев назад я сдала экзамен для поступления в университет и заполнила анкеты под именем Слоан Салливан. Тогда я даже не была Слоан Салливан. Я старательно подделала ведомость оценок, вписав занятия, которые я действительно посетила, и оценки, которые действительно получила. Я устала стараться ради хороших оценок и потом терять их из-за очередной смены личности. Я твердо намеревалась поступить в университет своими силами, как нормальный человек. Ну, как нормальный человек в моей ситуации.

Если мы уедем из Северной Каролины, вся проделанная работа окажется напрасной. Потому что Слоан Салливан исчезнет. Мне придется заново подавать документы под новым именем, а к тому времени все сроки подачи уже пройдут. Значит, придется ждать целый год до поступления в университет. Еще один год в программе защиты свидетелей. Еще один год до начала новой жизни.

Я не могла потерять целый год.

К тому же побег был самым безопасным решением, когда впереди оставался еще долгий, бесконечный путь. Когда угроза нападения была более реальной. Но теперь все изменилось. Благодаря признанию преступника угроза исчезла. До моего выхода из программы оставалось всего несколько недель и еще меньше – до моего восемнадцатилетия. Мне предстояло окончить школу и поступить в университет. Таковы были условия Марка, и я была так близка к их выполнению. Слишком близка, чтобы все испортить из-за каких-то правил.

Ливи вздохнула и выпустила мою руку. Она слегка толкнула Сойера в сторону шкафчика и сказала:

– Суперспособности притягивать красоток не существует.

Джейсон посмотрел на меня, приподняв бровь. Его глаза сияли. Хотя я знала, что он просто смеялся над выдуманной суперсилой Сойера, мне показалось, что он бросал мне вызов. И тогда я решилась. Я собиралась остаться. И убедить Джейсона, что я – не та девочка, которая жила с ним по соседству. Я собиралась выйти из программы защиты свидетелей вовремя.

Что бы ни случилось.

## Три

Я внимательно изучила столовую. Воздух был наполнен сотнями голосов, которые окутывали меня, словно кокон. Обычно в свой первый день я всегда наблюдала за учениками в столовой, чтобы выбрать идеальную компанию, к которой можно подсесть. Не слишком большую, но и не слишком маленькую. Не слишком популярную, но и не слишком скромную. Не слишком активную, которая привлекала бы к себе внимание, но и не слишком бунтарскую, которая выделялась. Затем я выходила из кокона в виде того человека, кем хотела стать. Кем бы ни была эта девочка, она сторонилась любого, кто посмотрел на нее хотя бы с малейшим намеком на знакомство. Но на этот раз все было иначе.

Теперь у меня был Друг с первого дня, который клялся, что совместные обеды были необсуждаемой частью контракта всех Друзей с первого дня. Это означало, что впервые за последние шесть лет я собиралась обедать с человеком, который знал меня настоящую.

Я мельком посмотрела на столик, за которым сидели модно одетые парни и девушки, и вздохнула. Они смеялись и подшучивали друг над другом, здоровались с проходящими мимо учениками, но игнорировали приглашения других ребят закидать всех едой. Когда-то я тоже была общительной, а значит могла притвориться такой еще раз. Я могла бы сесть с этими ребятами и вести себя так, словно я не знала и не хотела знать Джейсона. Тогда он бы убедился, что я – не та девочка из его детства. Не та девочка, с которой он вырос. Это был самый безопасный ход. Но я собиралась обедать с Джейсоном.

Я сделала глубокий вдох. Всего лишь один обед, всего лишь один день, а затем я вернусь к своему плану и залягу на дно. «Ты справишься». Но сначала нужно было поесть.

Я схватила поднос и пошла на знакомый запах школьной еды в конец столовой, где женщины с сеточками на волосах раздавали тарелки. Пицца выглядела очень аппетитно, но за ней выстроилась огромная очередь. В желудке заурчало: мне не хотелось так долго ждать. Я подошла к другому концу стойки и взяла тарелку с жареной курицей, салатом и странной оранжевой кашей. Я поморщилась.

Кто-то рядом рассмеялся.

– Это не так плохо, как кажется на первый взгляд.

Я удивленно обернулась и увидела высокого парня из хора. Его ярко-зеленые глаза очаровали меня, и я секунду неотрывно смотрела на него. Затем я быстро показала на оранжевую жижу.

– Что это?

– Пюре из сладкого картофеля.

Я снова поморщилась.

Парень рассмеялся, и на его щеках появились ямочки.

– Хорошо, что я зашел, – заявил он. – Теперь я придумал новое имя для тебя.

Я растерянно наклонила голову.

– Я все утро мысленно называл тебя Новенькой, – пояснил парень. – Но теперь я могу добавить в список имен Ненавистницу сладкого картофеля.

– Ах вот оно что.

Рядом начала образовываться очередь за курицей, поэтому я подошла к парню ближе, успев оглядеться. На нас никто не смотрел.

– И как же мне называть тебя? – Я кивнула в сторону его пустых рук. – Нелюбителем подносов для обедов?

Парень улыбнулся.

– Я уже купил обед. Просто захотел поговорить с тобой.

Меня охватила тревога. «Надеюсь, он не решил поиздеваться над новенькой».

– Я увидел, как ты почти упала сегодня утром, и просто хотел убедиться, что с тобой все в порядке, – пожал плечами парень. – Я подумал, вдруг тебе нужен друг, который не хочет сбить тебя с ног.

«Ну ладно, совсем не то, о чем я подумала».

– Ты все видел, да? – спросила я.

– Знаешь, возможно, мне стоит называть тебя Получательницей непрошенных ударов мячом. Веришь или нет, но на самом деле мы встречаем новеньких по-другому.

Я едва заметно улыбнулась.

– Возможно, меня стоит называть Организатором полноценных приемов новеньких, – заявил парень. – Дружба с новыми одноклассниками гарантирована.

Улыбка на его губах исчезла.

– На самом деле я хотел задать вопрос. Может, ты Искательница места за столиком? – Он кивнул в сторону столика, который, к моему удивлению, оказался свободным.

Я собралась ответить, но меня перебил громкий хриплый голос, который перекрыл остальной шум.

– Вот ты где!

Я обернулась и увидела Сойера.

Он положил руки мне на плечи.

– Ливи боялась, что ты потерялась. Пойдем, можно оплатить еду здесь. Я отведу тебя за наш столик.

Сойер заметил парня из хора, что-то проворчал и повел меня за столик.

Я обернулась.

– Будь осторожнее с летающим спортивным инвентарем! – крикнул парень.

Я улыбнулась и заметила, что на меня смотрела девушка с короткой стрижкой. Она вместе с другими девушками сидела за ближайшим столиком и не спускала с меня глаз. Я знала, что означал ее взгляд. Мистер Добро Пожаловать скорее всего когда-то сидел за этим столиком и, судя по всему, теперь туда вход ему был запрещен. Улыбка исчезла с моего лица.

Сойер выдернул меня из мыслей.

– Что ты будешь пить? – спросил он. – Воду, сок, молоко?

– Воду.

Я поджала губы, разозлившись на себя. Похоже, я забыла, что в школьных компаниях мне не было места. Мне и так предстояло разобраться с Джейсоном. Только других проблем не хватало.

Сойер взял мой поднос и поставил на него бутылку воды.

– Давай я заплачу.

– Что? – Я попыталась вырвать поднос у него из рук, но у меня ничего не вышло. – Не надо, Сойер.

Он достал карту из кармана джинсов и приложил к сканеру на кассе.

– Готово, – заявил Сойер.

– Не нужно было делать этого, – возмутилась я, следуя за ним к столику.

– Это я уговорил Джейсона сыграть в футбол в коридоре, – признался Сойер. – Я должен был извиниться.

Он пожал плечами, но по его лицу я поняла, что это было больше, чем извинение.

Оставалось надеяться, что он не расценивал этот обед как свидание.

Сойер подвел меня к столику, за которым уже сидели Джейсон и Ливи. Она заметила нас и помахала рукой.

– Ты из Теннесси? – поинтересовался Сойер. Он сел напротив Джейсона и Ливи и придвинул ко мне поднос.

На секунду я растерялась. Я жила в Теннесси. Правда, всего два месяца, но с момента нашего первого отъезда не прошло и года. «Надеюсь, мне не нужно переживать, что меня узнал не только Джейсон».

– Просто я слышал, что там живут самые красивые девушки, – продолжил Сойер, не дав мне возможности ответить.

Я нервно рассмеялась. Мне даже захотелось обнять его за такой подкат.

– Дай ей хотя бы поесть, прежде чем приставать со своими шутками, – простонала Ливи. – Их сложно вытерпеть на голодный желудок.

Сойер стащил кусочек колбасы с пиццы Ливи.

– Ты просто завидуешь, что мне есть, к кому подкатывать. К тому же, по-моему, Слоан нравятся мои шутки.

– Боюсь, ты ошибаешься, – возразила Ливи. – Но вообще-то ярада, что теперь ты будешь практиковаться на ком-то другом.

Джейсон наклонился ко мне и сказал с легкой усмешкой:

– Они всегда так ругаются. Ты привыкнешь.

Я помнила этот взгляд и усмешку. В такие минуты казалось, что тебя посвятили в важную тайну.

Джейсон съел кусочек помидора из салата.

– Так откуда ты? – спросил он.

Я колебалась. Мне не хотелось рассказывать о себе. Но именно поэтому Марк придумывал новую историю каждый раз, когда мы переезжали.

– Из Пьерра, Южная Дакота, – солгала я.

– Ого! – воскликнула Ливи. – И как там?

– Холодно, – улыбнулась я. На самом деле я никогда не была в Южной Дакоте, зато прожила в четырех из шести штатов, которые граничили с ней. Поэтому прекрасно знала, как там холодно. Я бросила взгляд на Джейсона и продолжила: – Я прожила там всю свою жизнь, поэтому привыкла.

– Наверное, ты никогда не видела большой воды, – предположил Сойер.

Я нахмурилась:

– Этот город стоит на реке Миссури. И рядом есть большое озеро.

«Спасибо Google».

Карие глаза Сойера загорелись.

– Ты уже видела океан? До пляжа совсем близко. Может, я покажу его тебе как-нибудь.

Я уставилась в свою тарелку. Я выросла на Атлантическом океане в курортном городке на побережье Нью-Джерси. Но я не видела океан с нашего отъезда. С тех пор я даже не была на Восточном побережье. И не была уверена, что готова увидеть его вновь.

– Да, может быть, – пробормотала я.

– Ты ведь в последнем классе? – спросила Ливи.

Я кивнула.

– Наверное, сложно переходить в новую школу перед выпуском, – нахмурилась она. – Я переехала сюда перед началом этого года. Мне было нелегко даже с Другом с первого дня.

– Все не так уж и плохо, – я пожала плечами. – Мой папа устроился на новую работу, и нам пришлось переехать сюда.

– А твоя мама? – спросила Ливи. – Вы не могли остаться в Южной Дакоте на несколько недель до твоего выпуска и затем приехать сюда к папе?

– У меня нет мамы, – ответила я.

Сойер и Ливи выглядели испуганно, но Джейсон немного прищурил глаза. Он был скорее заинтересован, чем удивлен.

Я сделала вид, что не заметила этого.

– То есть у меня есть мама, – продолжила я, подцепив вилкой кусочек курицы. – Просто я не знаю, где она. Моим родителям было по шестнадцать лет, когда родилась я. Мама заботилась обо мне, пока мне не исполнилось три, но ей хотелось свободы и веселья, поэтому она сбежала. С тех пор я живу с папой.

Мы использовали эту историю каждый раз, когда Марк притворялся моим отцом.

Ливи выпрямилась.

– Твой папа в одиночку воспитывал тебя в таком молодом возрасте? Как мило, – Она дернула Джейсона за футболку и предложила: – Мы должны познакомить его с твоей мамой.

Я отложила вилку.

– Что?

– Родители Джейсона в разводе. У него лучшая мама в мире. Ей точно нужен тот, кто будет любить ее.

Я недоверчиво посмотрела на Ливи. Мне всегда казалось, что родители Джейсона словно вышли из сказки «и жили они долго и счастливо». Что произошло?

Джейсон потер рукой затылок.

– Ты же знаешь, что она не любит свидания вслепую, – сказал он.

– Значит, мы должны пригласить Слоан и ее папу, – заявила Ливи. Она взяла Джейсона за руку и придвинулась к нему. – Я помогу твоей маме на кухне, а она познакомится с папой Слоан, прежде чем они отправятся на свидание. Никаких свиданий вслепую.

Может, Марк бы согласился на это, но Джейсону идея явно не понравилась. Впрочем, я не могла оставить Марка и Джейсона вдвоем в одной комнате.

– Мой папа очень занят на новой работе, – призналась я. – Не думаю, что у него есть свободное время.

Ливи вздохнула.

Джейсон с благодарностью улыбнулся мне.

– Думаю, ты пришла как раз вовремя, – сказал он. – Скоро начинается подготовка к выпускному.

– Точно, – согласился Сойер. Он слегка толкнул меня плечом. – Завтра пройдет «Охота за сокровищами». Команды должны найти и сфотографировать разные предметы, разбросанные вокруг школы. Команда, которая найдет все предметы из списка первой, выбирает музыку на выпускной бал.

Я отодвинулась от него.

– Правда? Можно будет выбрать любую песню?

Джейсон кивнул.

– Только если в ней нет нецензурных слов. – Он повернулся к Сойеру. – Помнишь, в прошлом году все время играла песня из «Наш сосед мистер Роджерс»?

– Если мы выиграем, то выберемFight for Your Right группы Beastie Boys, – заявил Сойер.

Джейсон направил вилку в его сторону и кивнул:

– Классика – всегда отличный выбор.

– Ну хватит! – возмутилась Ливи. – Разве наше мнение никого не волнует?

Я поперхнулась кусочком курицы.

– Вы хотите, чтобы я была в вашей команде? – уточнила я. В тот момент я как раз продумывала способ избежать всего этого.

– Это тоже обязательное условие контракта Друга с первого дня, – сказала Ливи. – Миссис Залински хотела, чтобы мы взяли тебя в нашу команду.

«Проклятая миссис Залински и ее предусмотрительность».

– Да ладно, не нужно… – начала я.

– Ну уж нет, – вмешался Сойер. – Не отвертишься. Ты должна быть в нашей команде. – Он похлопал меня по руке, словно растерянную бабулю. – Ты – член клуба.

Я открыла рот и тут же его закрыла. Что здесь происходит?

– Какого клуба? – переспросила я.

Сойер широко улыбнулся.

– Ты ведьСлоан Салливан?

Мое сердце вздрогнуло, но я выдавила улыбку.

– А кто же еще?

Глаза Джейсона просияли.

– Два имени, – пояснил он.

Я перевела взгляд на Сойера и Ливи.

– Подождите, у вас что, у всех по два имени?

Ливи по очереди представила всех:

– Джейсон Томас. Сойер Джеймс. Ливи Доусон.

«Только дай Джейсону возможность, и он соберет целый клуб».

– Ладно, но разве Салливан можно считать именем?

– Помнишь, как звали моего дедушку? – кивнул Джейсон.

В голове вспыхнули воспоминания. Дедушка Джейсона в костюме Санты на Рождество. Вот он вытаскивает четвертак из-за моего уха. Вот мы идем на его похороны, нам по девять лет. В голове застучало. «Он что, спрашивает, помню ли я все это?»

– Я рассказал тебе о нем сегодня утром, когда увидел твое расписание, – продолжил Джейсон.

Я беззвучно выдохнула.

– В сериале «ФБР» играет симпатичный парень с татуировками, – добавила Ливи, не заметив моей внезапной паники. – Его зовут Салливан. И еще певец из какой-то панк-группы. На днях девочки обсуждали его.

– К тому же твое имя и фамилия начинаются с одной буквы, – заметил Джейсон. – Только не говори, что это не считается.

Он улыбнулся, и я не могла сдержать улыбки. В детстве Джейсон обожал Супермена и Человека-паука.[1] Он верил, что любой человек, имя и фамилия которого начиналось с одной буквы, был супергероем под прикрытием.

Ливи презрительно фыркнула.

– Конечно, они возьмут в клуб Салливан. Моя фамилия – Доусон, но они меня взяли.

– Доусон – это имя, – возразил Сойер. – Помнишь сериал «Бухта Доусона»?

– Это вымышленное имя, – сказала Ливи. – Ты хоть раз встречал человека по имени Доусон?

Сойер рассмеялся.

– Некоторым нравятся имена вымышленных персонажей. Да, Слоан?

Я повернулась к Сойеру.

– Откуда ты знаешь, что мое имя принадлежит вымышленному персонажу?

Он пожал плечами.

– Я слышал это имя только в фильме «Выходной день Ферриса Бьюллера».

Я вздрогнула, вспомнив, как мне впервые пришлось выбрать имя. С тех пор я всегда выбирала имена вымышленных персонажей.


Мой папа бегал по комнате. Он постоянно оглядывался, но его взгляд ни на чем не останавливался. Он словно был в тумане.

– Что еще? – Папа сжал руки. – Белье. Ты взяла белье?

Я метнула взгляд на двух крепких мужчин в костюмах. Они стояли между моей кроватью и столом, который мы с Джейсоном когда-то покрасили голубой и фиолетовой краской. Они о чем-то перешептывались, не обратив внимания на слова папы о белье. Я открыла небольшой рюкзак, лежавший на моем покрывале с цветочным узором.

– Взяла.

– Нам нужно уходить, – сказал один из мужчин, посмотрев на часы.

Папа кивнул. Он наклонился ко мне, и я заметила капли пота у него на лбу.

– Ты можешь взять с собой одну личную вещь. Я пока соберу вещи мамы.

Он выбежал из комнаты, оставив меня с незнакомцами.

Мужчины переглянулись и пошли за папой в зал.

– Какое имя ты выбрала?

От неожиданности я подпрыгнула. Я не слышала, как ко мне подошел третий мужчина. Все это время он стоял у окна, проверяя, что на улице все в порядке. От него пахло потом. Я с трудом сделала вдох, надеясь, что меня не вырвет снова.

– Ну? – переспросил он с сильным акцентом жителя Нью-Джерси.

Я сжала дрожащие руки и удивленно моргнула. За его спиной был книжный шкаф. Я заметила «Алису в стране чудес» и прошептала:

– Алиса.

Потому что я чувствовала себя Алисой, летевшей в кроличью нору.

Во второй раз было проще, хотя я все равно была напугана.

Марк выключил телевизор и опустился на колени передо мной. Запах его одеколона немного успокоил меня. Я сделала глубокий вдох. Пряный аромат был гораздо приятнее, чем затхлый душок грязного дивана, на котором я лежала.

– Я знаю, прошло всего три недели, но нам снова нужно уезжать, – тихо сказал он. – Поэтому ты должна выбрать новое имя.

Я посмотрела на папу, который стоял за ним. Он прислонился к стене маленькой комнатки мотеля. Его крашеные каштановые волосы торчали в разные стороны, карие глаза налились кровью. Он выглядел так, словно не спал уже много дней. Папа слегка кивнул в знак поддержки.

Я закрыла глаза и попыталась понять, кем мне хотелось стать. Эта девочка должна была быть лучше несчастной Алисы.

– Бет, – прошептала я. Я только что начала читать «Маленьких женщин», и мне казалось, что Бет жила в собственном счастливом мирке. Именно это мне и было нужно.

– Хм-м-м. – Марк потер подбородок. – Ты ведь выбрала Алису из книги «Алиса в стране чудес», да?

Я кивнула, пораженная, что он знает об этом. Марка не было в тот день в нашей квартире.

– Ты знала, что Льюис Кэролл назвал героиню своей книги в честь реальной девочки по имени Алиса Лидделл?

Я уселась на диване.

– Нет.

– Давай ты будешь Бет Лидделл? – предложил Марк. – Это будет нашим маленьким секретом. Твои имена всегда будут связаны.

Я едва заметно улыбнулась.

– Хорошо.


И хотя Бет в «Маленьких женщинах» в итоге умерла, традиция осталась. Я выбирала имя, Марк – фамилию. Я шла по алфавиту, чтобы было легче придумать новое имя. Марк выбирал фамилию, связанную с моим предыдущим именем. Это было легко, потому что я всегда выбирала имя персонажа книги, фильма или песни. Я легко объясняла свое имя, если кто-то спрашивал меня, а такие люди находились всегда. Это объединяло любое место, куда мы переезжали: человеческое любопытство.

Я была Шарлоттой из «Паутины Шарлотты», Элизой из песни «Письмо к Элизе» группы The Cure, Дженни из «Форреста Гампа». И теперь Слоан из фильма «Выходной день Ферриса Бьюллера». Просто этот фильм шел по телевизору, когда я выбирала имя. Да и кто не захочет стать девушкой, прогуливающей школу, чтобы повеселиться со своим парнем?

Я кивнула Сойеру.

– Ты угадал. Меня назвали в честь девушки Ферриса Бьюллера. – Я приложила палец к своему рту и предположила: – А вот тебя назвали в честь Тома Сойера.

Сойер обиженно открыл рот.

– Нет. Меня назвали в честь Сойера из «Остаться в живых».

Я рассмеялась:

– Этого сериала и в помине не было, когда мы родились.

Джейсон улыбнулся.

– Облом, Сойер, – воскликнула Ливи.

Сойер покраснел.

– Ну ладно, ладно. Я решил, что у меня будет больше шансов заинтересовать девушку, если я буду говорить, что меня назвали в честь плохого, но ранимого парня, а не какого-то ребенка из старой скучной книжки.

Я приложила руку к сердцу и возразила:

– Мне нравилась эта скучная старая книжка. И если твои девушки не знают, как проверить в интернете год выхода сериала, возможно, тебе стоит поискать кого-нибудь поумнее.

Сойер лениво улыбнулся и оглядел меня.

– Возможно.

У Ливи загорелись глаза.

– Будет весело наблюдать за тем, как ты снова потерпишь фиаско.

Сойер уставился на нее.

«Полегче, Слоан. Стань невидимкой. Будь незаметной. Отвлеки их вопросами».

Я решила сменить тему.

– Что еще нас ждет в последние недели учебы?

Сойер игриво поводил бровями.

– Выпускной.

– День карьеры, – добавила Ливи.

– Школьная поездка, – сказал Джейсон.

Ливи ахнула, выпустила руку Джейсона и указала на меня:

– Мы можем быть в одной комнате! Идеально!

«О Боже, что еще она захочет сделать в роли Друга с первого дня?».

– Поездка куда? – уточнила я.

Джейсон положил салфетки на свой поднос.

– Это школьная традиция, – пояснил он. – Все старшеклассники едут на выходные в Чарльстон в последние выходные апреля. Едут все. Мы заезжаем в форт Самтер, гуляем по городу, вкусно едим.

– И все тайком пьют и веселятся в отеле, – добавил Сойер.

Джейсон внимательно посмотрел на него.

– Но не напиваются, да? – спросил он.

– О чем ты? – невинным голосом спросил Сойер.

– В прошлый раз ты напился, начал играть в карты и решил, что кто-то жульничает. В итоге ты пробил дыру в стене.

– Надеюсь, ты не забыл, как провел под домашним арестом целый месяц, – покачала головой Ливи.

– Какая разница, – пробормотал Сойер. На его шее выступили красные пятна.

Ливи повернулась ко мне.

– Ну, что скажешь?

Школьные традиции, вечеринки и алкоголь были тем, от чего я всегда держалась подальше. К тому же я не знала, как Марк отреагирует на поездку. Но где-то внутри меня вспыхнул восторг. Потому что я обожала путешествия. Поехать в незнакомый город, чтобы просто поглазеть на достопримечательности и повеселиться без необходимости менять имена – что может быть лучше?

– Наверное, уже поздно записаться? – спросила я.

– Вовсе нет. Все записываются за два дня. Тебе придется ночевать с девочкой, а я как раз не могу найти соседку.

«Должно быть, она отчаянно нуждается в подругах».

– На самом деле это не важно, – продолжила Ливи. – Я слышала, что сопровождающие ложатся рано и все уходят тайком к друзьям в их комнаты.

Она покосилась на Джейсона.

Джейсон заметно напрягся. Он взял салфетку, смял ее в шарик и протянул Сойеру.

– Спорим, ты не попадешь в ту урну.

Его глаза загорелись. Он показал на открытую пластиковую урну примерно в пяти метрах от нашего столика.

Ливи закатила глаза и уткнулась в телефон. Я едва сдержала улыбку, вспомнив наше детство. Мы с Джейсоном постоянно спорили, например, кто первым оббежит дом три раза или кому попадется самый длинный кусочек в картошке фри, или кто собьет больше фигурок со стола, стреляя шариками из игрушечного пистолета. Глупые споры были одной из тех особенностей моей прежней жизни, которые исчезли в первую очередь.

Сойер выгнул бровь.

– Проигравший готовит футболки для «Охоты за сокровищами».

– Твой выход, – усмехнулся Джейсон.

Мне очень хотелось взять салфетку и бросить ее. Девочка, которую знал Джейсон, ужасно играла в баскетбол и никогда не попадала в цель. Но я только что уехала из Лексингтона, родины Университета Кентукки, в котором все играли в баскетбол. Мы с Марком болели за команду «Уайлдкэтс», часто ходили на матчи и даже поставили во дворе баскетбольное кольцо. Мы часами играли друг с другом. Я села на свои руки, чтобы не поддаться соблазну смять салфетку в шарик и бросить ее в урну.

Парни по очереди бросили салфетку в урну и ни один не попал в цель – Сойер промахнулся на целый метр. В третьем раунде ему повезло. Его салфетка срикошетила о край урны и исчезла внутри. Но еще когда Джейсон целился, я видела, что он промахнется. Салфетка ударилась о край урны и упала на пол.

– Да! – Сойер вскинул руки в знак победы.

«Я бы обыграла их обоих».

– Ты как ребенок, – проворчала Ливи, не отрываясь от телефона. На секунду мне показалось, что она говорила со мной. Джейсон повернулся к Сойеру и вздохнул:

– Похоже, я буду украшать футболки.

– Футболки? – переспросила я.

– У каждой команды «Охоты за сокровищами» свои футболки, – пояснил Сойер. – Это не правило, но все относятся к этому очень серьезно.

– Мы собирались пойти ко мне домой после школы, чтобы подготовить их, – сказал Джейсон. – Ты тоже должна прийти, тебе ведь тоже нужна футболка.

«Ни за что». Если я пойду домой к Джейсону, значит я увижу его маму, а это… Нет. Нельзя, чтобы меня увидел кто-то знакомый. Я открыла рот, чтобы придумать отговорку.

– Никаких отговорок, – заявила Ливи, указав рукой на меня. – Ты все время отказываешься, но мы хотим, чтобы ты пошла с нами.

Парни кивнули.

– Дай угадаю, это обязательное условие контракта Друга с первого дня?

Ливи рассмеялась.

– А ты догадливая.

Сойер уставился на меня.

– Мы можем встретиться у меня дома. Если хочешь, я тебя подвезу, Слоан.

Я мысленно вздрогнула. Я не могла пойти к Джейсону, но и не хотела давать надежду Сойеру, соглашаясь на его предложение.

– Мы не можем пойти к тебе домой, – возразил Джейсон. – Ты же говорил, что твоя мама устраивает встречу книжного клуба.

– Точно. Я совсем забыл.

– К тому же моя мама на работе, – продолжил Джейсон. – Весь дом будет в нашем распоряжении.

# Примечания

1

В комиксах Супергероем был человек по имени Кларк Кент, а Человеком-Пауком – Питер Паркер.