# Поколение ветеранов

Лев Николаевич Гумилев

Поколение ветеранов – образное описание Л.Н. Гумилевым истории становления Монгольского государства. Ветераны войны – тема особого пристрастия Л.Н. Гумилева. Еще в работе «Монголы и меркиты в XII в.» Л.Н. Гумилев написал о неблаговидной роли матушки Оэлун-экe, матери Чингис-хана, которая помогала врагам ловить своего сына на становище. История взаимоотношений двух братьев – детей Есугей-багатура и Оэлун-эке, Тэмуджина (Чингиса) и Хасара, – со своими сводными братьями Бельгутеем и Бектером, которые стали, по версии автора, доносчиками в своей семье, впервые рассмотрена Л.Н. Гумилёвым как психологическая драма становления характера молодого Чингис-хана. Точно так же Л.Н. Гумилёв восстанавливает психологический портрет автора «Тайной истории монголов» – ветерана войн, который в конце жизни не увидел торжества своего дела, итог прожитой жизни оказался, скорее всего, плачевным и потому человечным.

О войнах XIII века написано так много на всех известных языках мира, что кажется излишним возвращаться к этой теме. Первая всемирная бойня, развернувшаяся на всех пространствах Евразии, по масштабу военных действий, по обилию крови, по количеству перемещений людских масс, по качеству военной тактики и техники не имеет себе равных. Войны Чингис-хана сразу стали чем-то всемирным от Ирландии и до Японии. Крестовые походы Европы на Ближний Восток мало сравнимы с этими событиями XIII века.

Зачем мы возвращаемся к эпохе Чингис-хана? Вопрос можно поставить иначе – были ли отголоски человеческих жалоб или скорби на все преступления войны? Казалось бы, в таком, по описаниям европейцев, «зверином» веке нет места сомнениям и оценкам. Идут монголы, их «тьмы и тьмы», так написал А. Блок. Тогда мы начинаем всматриваться в лица тех, кто ничего не выиграл от войны. Лица ветеранов войн всегда одинаковы. Что было делать профессиональным военным первых походов Чингис-хана, когда верховный владыка умер? На их глазах менялась эпоха, исчезала та атмосфера жизни, ради которой бились военные – нойоны великих степей. И тогда некоторые из них обращаются к «перу», начинают рассказывать все, «как было». Так случилось с ветеранами похода на Малую Азию («Илиада»), так же было с ветеранами русских походов на Кавказ в XIX веке.

Ни одна из войн не обходится без официальной историографии, и создание монгольской империи, ее войны не обошлись без мифа. Миф этот был подкреплен написанием сочинений в XIII веке «Алтан дебтер» («Золотая книга») и антимифом «Тайная история монголов», переведенной на китайский язык, с которого она была переведена на русский в 1961 году.

В других языках это сочинение называется «Секретной историей монголов». «Тайная история монголов» была переведена профессором С.А. Козиным под названием «Сокровенное сказание. Монгольская хроника 1240 года» и издана в 1941 году.

Я не буду анализировать переводы, в свое время я высказался по этому поводу. Но вот что важно: до меня никто не захотел вникнуть в тайные нюансы двух источников, двух сочинений, все время переводчики и филологи изучали детали и варианты текстов, не обращая внимания на горечь, исходившую из уст безымянного автора сочинения XIII века, написавшего памфлет «Тайная история». Кто он? Это в такой же степени важный вопрос, как и тот – кто был автором «Слова о полку Игореве»? Интересно? Безусловно. Но также очевидно, что мы никогда не узнаем имени ни того, ни другого. А, тем не менее, оба автора говорили о событиях, но и о смыслах вещей, которые были понятны между строк только их современникам и непонятны нам. Если, естественно, не попытаемся реконструировать не текст, но канву психологической подоплеки событий, в кругу которых вращались авторы сочинений.