# Я загрызу вас, ублюдки

Феодулий Колесо

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.

Роман «Я загрызу вас, ублюдки». Бушуют «лихие девяностые». В деле замешаны большие, шальные деньги. Но, как правило, за ними стоят не только райские путешествия в экзотические страны, крутые автомобили и белые яхты, но и дикие мучения, жуткие испытания и адская боль. И никто не знает, кто скрывается там, в высокой траве глухой провинции.

© Феодулий Колесо, 2026


ISBN 978-5-0050-1577-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## Глава первая. В деревеньке маленькой

«Береги одежду с нова, а честь смолоду».

Народная мудрость.


На однотонном небе тихонько ползла небольшая дымка, словно затерянный кораблик плыл в открытом океане. Он сбился с курса. Капитан был в панике, и никто не знал, чем всё обернётся. А может быть, маячил маленький остров в огромном океане. Его никогда не значилось на картах мира. Но на нём жили люди-дикари. Они ели и пили, занимались любовью, и даже не подозревали, что где-то есть большая земля.

С утра пораньше слегка резвился майский чудный ветерок. Над широкими полями да пригорками витал лёгкий туман, который точно выпустили специально, как спецэффект на сцену, где выступала известная рок звезда. В широком поле на травинках сияла утренняя роса, а кругом красовались невероятные просторы. Красиво на крутых долах тянулись ввысь зелёные, могучие ёлки да сосны. Лесной тёмный глухой массив опоясывал круг, где не случайно, часто теряются люди. Молодая зелень чуть колыхалась на ветвях деревьев.

На небольшой возвышенности рисовались небольшие деревянные домики, стоя друг за другом, отделённые огородами да кривыми заборчиками. Деревня Матрёновка, что в Брянской области представала во всей красе. Где-то в глубине тихого захолустья басисто заголосил большой пёс Ярый. Но он быстро умолк. Ему всё не спалось, а грызть кость, которая пролежала под сеном около месяца, уже надоело. Он, опорожнившись, всё же заскочил в будку. Её стены уже совершенно истлели, а треугольная крыша прохудилась настолько, что текла, когда лили сильные дожди. С виду, казалось, ещё немного и крыша развалиться, ко всем чертям собачьим. Она могла рухнуть даже от несильного ветра. Но Ярый жил в старенькой будке и был весьма доволен.

— Ввввооооуууу, — тихо гавкнул он.

День, казалось, намечался пасмурный. На небе показались небольшие, серые тучки, которые плавно и тихонько тянулись своим намеченным маршрутом. Ветерок чуть баловался.

По окраине высокой горки степенно бежал весьма большой пёс помеси дворняги и лайки по кличке Рембо. Он немного засеменил. Его жёсткая серебристо-тёмная с рыжей окантовкой шерсть слегка замокла. Он приостановился. Его треугольные уши чуть напряглись. Он чутко принюхался. Мощный пёс, замерев на пригорке, немного потянулся вперёд. Он теперь стоял красиво. Его задние конечности вытянулась, мощная грудь округлилась, а треугольная морда насупилась. Он завсегда слегка устрашает своим видом. У него большие цвета светлого мёда глаза, нос мокрый, над веком есть заметный шрам в виде буквы зет, а мощные белые клыки постоянно торчат из приоткрытой большой пасти. Он чем-то походил на волка. Рембо всегда держался ближе к лесу. Он свой шрам получил от молодого серого «брата», с которым встретился глухой ночью. Но он находился на своей территории. Пару недель назад лунной ночью мощный серый волк в компании сородичей решили прогулять по деревне. Они просто забавлялись и икали лёгкую наживу. На глиняной дороге промелькнула быстрая тень. Волки застыли, а из мрака мигом выскочил Рембо. Его янтарные глаза сияли не хуже волчьего ока. Он тут же показал свой сердитый оскал. Пёс всё же, быстро оценив шансы, живо побежал. Волки ринулись следом за ним. Они забили стрелку на брошенном огороде. Волк-вожак тут же набросился на оппонента. Но он был упреждён сильным ударом. Рембо не дремал. Он яростно вцепился пастью в шею волка. Звери встали на задние лапы, а замет крепко сцепились. Их вой и рёв не заканчивался. Они, повалившись на землю, быстро покатились по грядкам. Злой хищник бился отчаянно. Он сильно схватил недруга за морду, откуда сразу брызнула кровь. Но Рембо, ощутив противную щемящую боль, не отступал. Для него бежать и трусить не правилах. Он все жилы напряг и атаковал лесного зверя. Рембо стал просто непредсказуемым. Он, щёлкнув мощной пастью, крепко облюбовал шею волка. У того сразу кровь полилась по жёсткой серой шерсти.

— Ррррррееее, — зарычал зверь, чуть отскочив в сторону.

— Вввввоооуууу, — взвыл Рембо.

— Рррррееее…

— Ввввооооууу…

Соперники встали друг против друга. Их разделял всего лишь один метр, а удалые взгляды надолго пересеклись. У них от немыслимой страсти и огня в глазах, казалось, сейчас просто вырвутся яркие искры. Они метнут молнию, и кто победит неизвестно. Они застыли на месте. Волк, чуть дёрнувшись вперёд, яростно щёлкнул пастью. Он был грозен. Удалой зверь был отъявленным хищником. Он загнал немало зверей в свои ловушки, а затем живо пускал им кровь. Он чуть покривил голову, уши поджал и смотрел прямо, сильно наморщив нос. Он буйно зарычал.

— Рррреееее…

— Ввввооооуууу…

— Рррреееее…

Дуэль взглядов плавно переросла в большую атаку серого хищника. Он вновь набросился на Рембо, который не остался в долгу. Соперники вновь крепко схлестнулись. Волк живо проверил своей клыкастой пастью бока пса, который умело сгруппировался. Рембо терпел жуткую боль, но бился изо всех сил. У него по гладкой шерсти заструилась собачья кровь. Рембо сдюжив атаку наглеца, решил атаковать. Его разящий удар был быстр и стремителен. Он, широко раскрыв пасть, схватил волка прямо за морду. Вожак не ожидал такого расклада. Он просто отступил. Его правый глаз слегка затёк кровью. Но он видел всё прекрасно. Здесь выступили вперёд его собратья. Они сначала терпеливо наблюдали за битвой сильнейших альфа-самцов. Но сородичи вожака, получив шанс показать себя, яростно заогрызались и завыли.

— Ррррреееееее…

— Вввооооуууу…

Волк-вожак Яр, фыркнув, живо нырнул в темноту. Казалось, он рассердился, точно не получил нужного ответа. Серый хищник быстро побежал по околицам. За ним тут же понеслись собратья.

Пёс Рембо же замер на месте. Он, широко расставив лапы, стоял ещё долго. Он словно размышлял над чем-то, как большой местный поэт-философ. Его кровь с мощной морды тихонько капала на траву. Влага вдобавок заливала левый глаз. Он облизнулся, вкусив солёной влаги.

— Уууууууууу, — тихо взвыл пёс, зализывая раны.


Раннее утро, казалось, весьма хмурым. Со стороны поддувал небольшой ветерок, а заодно веяло свежестью и даже немного холодило. Вдали красовались чудные горки, на которых прекрасно уживались большие тёмные ели.

Героический персонаж по кличке Рембо, округлив простоватые глаза, смотрел куда-то далеко. Он слегка повёл ободранным носом. Ему недавно исполнился пятый год. Он тихонько бежал по крутой возвышенности возле перелеска. Его нюх обострился. Рембо получил свою кличку от первого хозяина. Дед Иван Кузьмич Андреев души не чаял в питомце. Он кормил, ухаживал, заботился за ним, пока не представился. Иван Кузьмич отошёл в мир иной год назад. Он был фронтовиком и в своё время не раз рисковал своей жизнью. Щенка нашёл чудом в перелеске. Он шёл по краю небольшого пролеска, который тянулся вдоль грунтовой дороги. Дед собирал грибы. У небольшой берёзки на высокой кочке сидел ещё совсем маленький щенок. Он тоскливо пищал и немного мотал головой в разные стороны. Иван Кузьмич не сразу поверил своему счастью. Но щенок на самом деле восседал на кочке в лесу. Как посчитал дед, что кто-то нехороший просто оставил за ненадобностью питомца. Иван же, не долго думая, взял щенка на руки. Он сразу обомлел. Ему точно лёд к груди приложили. Его глаза округлились, а по телу побежал холодок. В нескольких метрах сидела серая волчица. Её холодные глаза сияли янтарным блеском. Она заметно пригнулась и заодно показала свой лютый оскал.

— Ррррреееее…, — громко зарычала она.

— Бог ты мой. Волчица, — произнёс Иван Кузьмич.

Хищница не двигалась с места. Она точно пыталась что-то высмотреть в глазах незнакомца. Но она заметно успокоилась и чуть попятилась. Иван смотрел прямо на её красивую морду. Он недоумевал. Его обожгли мысли. «Это же не её дитя. Это не волчонок никакой. Откуда он тут взялся? Откуда волчица взялась? Не понимаю ничего. Что за дела? Это собака же… Я что собаку от волчонка не отличу. Может, она его уже съесть хотела. А я тут как тут. Не знаю. Она не убегает. Не боится. Оставлять его тут нельзя. Загрызёт мальца. Или. Да нет. Это щенок. Помесь какая-то. Дворняги с лайкой. Ей богу…», — подумал Иван Кузьмич.

— Нет, подруга, щенка я тебе не отдам. Иди, куда шла, — сказал грибник-любитель.

Волчица, чутко принюхавшись, живо побежала по большим кочкам. Она остановилась возле высокой берёзки и вновь устремила свой вольный взор на лицо незнакомца. Её ледяные глаза блеснули. Иван Кузьмич недоумевал. Его лицо слегка онемело. Он вновь глубоко задумался. «Вот же бестия. Не угомониться никак. Хахахааа… Смотрит как окаянная. Ладно. Смотри подруга. Смотри. Вот же… А может, это был её щенок. Она бежала с ним куда-то. Хотя… Это же не волчонок, а щенок. Ничего не понимаю. Ладно. Что бы там не было теперь я его ей не отдам. Себя потом не прощу. А так глядишь хороший кобель получиться. Да и мне веселей…», — подумал Иван Кузьмич.

— Иди. Иди. Волчица. Хахахааа…

Волчица, пытая взглядом морщинистое бородатое лицо незнакомца, слегка оскалилась. Её глаза неподдельно блеснули. Она всё наблюдала и, казалось, даже могла напасть.

— Во даёт. Не убегает бестия. Что-то тут не так? Да. Всё равно. Пойдём малыш. Я тебе дома молочка дам.

Иван Кузьмич, прижав щенка к торсу, тихонько пошёл по кочкам, а пушистый друг сидел тихо. Его голова чуть дрожала. Дед важно двинулся в сторону дома. У него под ногами зачавкала влага. Он мельком глянул на волчицу. Она же сидела возле берёзы, как ни в чём не бывало. Она провожала взглядом незнакомого селянина. Хищница, поведя носом, чутко принюхалась.

— Надо же. Всё стоит волчица. Смотри. Пускай стоит. А мы пойдём, — произнёс Иван, придерживая руками щенка.

Хозяин нарёк щенка именем Рембо. Но он долго выбирал ему кличку. Он всё хотел придумать что-то оригинальное, необычное. За думами прошло несколько недель, а он ничего не придумал. Щенок уже окреп и подрос. У него даже хватка небольшая появилась. А дед всё не решался дать ему имя. В папахах и за делами промчалась ещё одна неделя, а затем вечером дед решил посмотреть свой небольшой чёрно-белый телевизор, где как раз начался фильм «Рэмбо. Первая кровь», а в главной роли Сильвестр Сталлоне. Иван Кузьмич прямо засмотрелся, и щенок уткнулся туда же в экран и глаз не сводил. Он, повис на плече хозяина, и прямо уставился на экран. Его глаза округлились. Он уже не мог оторваться от американского блокбастера. Щенок смотрел весь фильм до самого финала, а потом решил немного потрепать лицо старика. Но бойкий малыш быстро переключился на коврик.

— Ладно. Так и быть. Будем тебя звать и величать Рембо. Хахахааа…, — веселился дед, — Раз ты такой бойкий. Рембо. Рембо. Хахахааа… Отзывается смотри-ка. Смотри-ка. Он отзывается. Рембо. Дай лапу. Хахахааа…

Щенок вымахал и превратился в мощного мускулистого кобеля таранного типа. У него теперь мощное высокое тело, массивная голова, челюсть дубовая, клыки белые стальные, а глаза игривые ледяные. Он реально стал прототипом настоящего героя Рембо. После потери кормильца пёс Рембо, казалось, одичал. Он стал пропадать непонятно в каких степях целыми неделями напролёт. Но он всегда держится ближе к лесу.

В деревню несколько месяцев назад приехал на стареньком бордовом «жигули» коренастый приятной внешности человек Алик Малахов. У него лицо как у ангела, — глаза большие светлые, нос прямой, губы полные алые, а подбородок острый. С ним явилась его семья в числе двух человек. Его сопутствовала милая курносая девушка-жена Ангелина лет двадцати пяти и пятилетний ребёнок по имени Саша. Девочка завсегда стрижётся коротко и больше походит на мальчика. Она завсегда держит в руках большую лысую куклу. Малышка, казалась, очень скромной. Её мама же обладает приятной скромностью и естественной красотой. У неё утончённая шея, стройное тело по типу девяносто-шестьдесят-девяносто, довольно большая упругая грудь и стройный эротичные ножки. Ангелина славиться своими шикарными густыми волосами до пупа, а лицо белое как у ангела, — глаза сиреневые длинные, нос как спичка, милый небольшой рот, а губы полные. Она завсегда выглядит как сексуальная красотка с обложки глянцевого журнала. Ангелина до поры до времени работала корреспондентом в модном журнале «Тренд», который быстро разорился. Семейка Адамс теперь заняла небольшой светлый домик на окраине неприметной деревни. Они быстро здесь обустроились со всем своим скромным багажом. Алик в своё время занимал неплохую должность в большой фирме. Он слыл главным экономистом и бухгалтером на предприятии по производству серебряных изделий, где за ним надёжно закрепили прозвище Бухгалтер, за то, что он быстро считал деньги. Но всё предприятие рухнуло мигом и в одночасье. На страну обрушились лихие девяностые, а организация, потеряв место на рынке, быстро превратилась в банкрота. У конторы появились большие непогашенные кредиты и долги. Генеральный директор предприятия Станислав Бочкин живо исчез из поля зрения. Многие поговаривали, что с ним яростно расправились какие-то дельцы на собственной даче. Его упитанное тело же вывезли в лес. Но слухами земля полниться. Всё же помощник директора Толя Кировкин тоже исчез через неделю. Он пропал бесследно. Кто-то шептал, что бедолагу видели на свиной ферме. Он туда, видите ли, заходил с молодыми людьми. Но потом следы Толи резко обрывались. Можно было, только предполагать, что произошло за стенками свинофермы. Алик, недолго колеблясь, живо сообразил, что нужно делать. Он быстро собрал все свои вещи и тем же днём и часом покинул со своей семьёй злополучный город «В». Алик гнал тачку без долгих остановок. Через пару дней он со своей свитой поздно вечером приехали в деревню Матрёновка. Они зашли во двор снятого в аренду дома, где уже сидел пёс Рембо. Он вёл себя по-хозяйски. Пёс Рембо, приветливо виляя хвостом, обнюхал гостей. Но он всё же убежал. Пёс нисколько не огрызался и не лаял. Он через пару дней появился вновь. Алик с ним очень подружился, а пёс в знак большого уважения ему сразу подал лапу. Он, видимо, признал милого человека. Алик подал ему пару сосисок и булку с маком. Рембо вкусно поел. Но он всё также часто пропадал неизвестно в какой степи. Он бывало, целыми днями напролёт где-то пропадал и бегал неизвестными тропами. Его миска с кашей часто стояла не тронутая. Как-то Алик взобрался на баню, где решил посидеть немного. Уж больно вид ему понравился. Он тогда увидел, как Рембо выбежал из пролеска, а за ним долго бежал молодой серый зверь, а потом приятели скрылись из видимости.


Над полями наседал призрачный туман, который, казалось, немного перемещался то в одну сторону, то в другую сторону. Но марево становилось всё прозрачнее и призрачнее. Кругом зеленели деревья да тёмные ели, а широкие поля убегали в далёкую даль. Где-то из рощи подала звук кукушка, но быстро затихла, а потом вновь начала свою однообразную песню. Ку-ку. Ку-ку. Ку-ку. Ку-ку.

Пёс Рембо немного петлял. Он, чутко принюхавшись, замер у небольшого куста, а затем вновь продолжил свой путь по вершине горы. Он, быстро осмотревшись, заскочил в перелесок. Рембо вновь решил прогуляться по лесным тропкам. Он побежал рысцой. Его шерсть немного взмокла, а волчья морда слегка напряглась. Рембо замер на пригорке между небольшими берёзками. Его вид морды теперь походил на лицо человека, который обладает странной улыбкой и часто удивляется, а глаза округлились.

На вершине крутого склона стояла матёрая серая волчица. Она смотрела прямо на Рембо, и, казалось, метила в глаза. Он же отвечал взаимностью. Их взгляды на некоторое мгновение пересеклись.

— Уууууууууу, — тихо проурчал Рембо.

Волчица не двигалась с места. Она лишь слегка повела влажным носом. Её пытливый взор пробирал насквозь пса. Рембо всё же стоял, как истукан. Он, казалось, боялся пошевелиться, а хищница, резко развернувшись, живо засеменила. Она быстро побежала вниз по склону. Рембо тут же кинулся вдогонку. Он ловко обогнул несколько небольших деревин.

— Уууууууууу…, — игриво взвыл пёс.


Небо слегка просветлело. Густой туман заметно поубавился, точно призрак являлся на пустом месте и также незаметно исчезал. Со стороны появился приятный ветерок, который слегка всколыхнул высокую траву в поле. В чаще вновь дала о себе знать кукушка. Ку-ку. Ку-ку. Ку-ку. Ку-ку. Она затем ещё раз позабавилась, но где-то далеко-далеко. Над тёмным ельником закружил ширококрылый ястреб. Он стал зорко оглядывать свои безропотные владения.

В деревушке Матрёновка гуляла пустынность и тишина. В ранний час по главной улице решил прогуляться лишь чёрный кот Васька. Он мигом исчез, заскочив на покосившийся забор. В небольшом деревянном доме на окраине царила тишь да гладь. Во дворе стояла «жигули», которую хозяин накрыл укрывным материалом. На дубовых дверях избы, как будто висел амбарный замок. С бревенчатых стен местами слезла краска, треугольная крыша, покрытая шифером, немного текла, а печная труба смешно косилась. Дом наполняли узкие окна, которые внутри украшали узорчатые плотные белые занавески. Девочка Саша чутко спала на матраце в небольшой комнате. Она держала в руках свою куклу. Здесь виднелась простая обстановка с давно вылинявшими обоями, а дверь в комнатку заметно косилась. В спальне чуть скрипнула металлическая кровать. Алик, резко пробудившись, слегка приобнял свою оголённую суженую. Ангелина выглядела невероятно сонной. Её лицо розовело, а обнажённая пылкая грудь заметно топорщилась, а острые соски твердели. Алику захотелось её приласкать. Он тонко повёл рукой по бедру супруги. Девушка чуть приоткрыла сонные глаза.

— ААААА… ААА…

— Ангелина. Я хочу тебя. Ты невероятная просто.

— АААААА… Да. Я хочу спасть Алик. АААА…

Ангелина, нежась в постели, протянула свои руки за голову. Она, прищурив глаза, слегка улыбнулась. Её стройные пятки плавно заскользили по гладкой атласной ткани. Алик слегка навалился на супругу. Он нежно поцеловал её в червлёные губы. Она слегка подыграла, но просто не могла пробудиться. Её пленял сон.

— АААА… ААА, — тихо простонала она.

— Ангелина. Я хочу тебя сейчас. Иди ко мне.

— ААААА… ААА…

Алик нежно заласкал губами большую грудь девушки. Он, казался, ненасытным. Ангелина вновь прищурила глаза и слегка замотала головой. Его ласки дарили ей некую теплоту и приятные касания. Она ощутила, что его руки тихонько поползи по изнеженным ножкам красотки. Он невероятно возбудился. Его «рычаг любви» порозовел и вытянулся на двадцать сантиметров. Алик слегка рукой оправил своё мужское достоинство.

— ААААА… ААА, — простонала Ангелина.

— Да. Иди ко мне. Ангелина ты обалденная. Да.

— АААААА…

Ангелина удобно для себя раздвинула оголённые красивые ноги. Она, казалось, ещё дремала, но охотно поддалась страсти. Но она никак не могла пробудиться. Алик уже неистовствовал. Он нежно и плотно губами всосался в грудь милашки. Он теперь просто не давал ей спуску. Он жаждал яркого секса.

— ААААА… ААА, — простонала Ангелина.

— Да. Милашка. Иди ко мне.

— АААААА…

Алик живо вошёл в девушку. Его «жезл» пламенел. Он быстро углубился в своей спутнице, где точно кинжал в ножнах осел. Ангелина слегка прогнула гибкую спину. Она чуть приоткрыла сонные глаза. Алик сразу нежно поцеловал супругу в губы. Он небыстро задвигал своим развитым телом, вплотную прижимаясь к красотке. Она теперь широко открыла глаза. Алик, живо двигаясь, неистовствовал. Он смотрел прямо на её милое лицо. Их пылкие взгляды соприкоснулись. Алик слегка прихватил милашку за распущенные волосы. Он просто впился губами в её пылкую грудь, а затем нежно поцеловал шею. Алик усилил темп. Он живо задёргал икристыми ягодицами, а воздух слегка захлопал.

— ААААА… ААА, — ярко застонала Ангелина.

— ООО… Да. Ангелина, — произнёс он.

— ААААА…

— ООО… Да. Я люблю тебя милая.

— АААА… ААА… Да.

Ангелина прищурилась от наслаждения. У неё по стройному телу побежал приятный холодок. Но вновь бросило в жар, который, казалось, лишь нарастал. Алик неистовствовал. Он заметно напряг свою любовь. Его движения обрели ритм и явно убыстрились. Он вновь облюбовал губами пылкую грудь красотки. Она же расслабилась. Ангелина просто утопала в тёплых ласках ухажёра. У неё на милом лице появился влажный блеск, а глаза прищурились. Она прихватила руками супруга за икристые ягодицы. Он слегка поплыл. Его жаркое тело слегка запотело. Но он двигался ритмично и чётко. Алик точно искал точку джи.

— ААААА… ААА, — страстно застонала Ангелина.

— ООО… Да. Милая. Да, — заголосил он.

— АААААА… Боже мой. АААА…

— Да. Ангелина. Да.

— АААА… ААА… Боже мой. Да.

— ООО… Красотка. Да.

— ААААААА…

Алик, резко дёрнувшись, кончил. Он замер, лёжа на девушке. Ангелина запрокинула руки за голову. Она слегка улыбнулась и заметно напряглась.

— АААААА… ААА, — негромко закричала Ангелина.

— ООО… Да милая.

— ААААА… ААА…

Ангелина и Алик нежно поцеловались в губы. Он сразу глубоко вздохнул, точно выдохся на велотренажёре в спортзале. Она просто разнежилась. Её красивое гармоничное тело ощутило немыслимую теплоту и лёгкость. Она закрыла глаза, и казалось, начала засыпать. Он перевернулся на бок, явно решил сделать отдых от страстной плотской утехи. Но Алик тут же потянулся к любимой. Он нежно поцеловал красотку в губы.

— ААААА… ААА…

— Да. Ангелина. Я люблю тебя.

— АААААА…


Уже близилось раннее утро. В узкое оконце проникал неясный свет, от которого виднелось, как танцевала пыль в небольшом лучистом озарении. В комнате царил лёгкий полумрак. Здесь приятно тянуло сухими травами и цветами. На стене красовался свежий календарь тысяча девятьсот девяносто третьего года, где уже наступил день — двадцать второе марта. В комнате вновь заскрипела кровать, на которой обнажённая Ангелина прямо взгромоздилась на своего видного ухажёра. Она, точно оседлав ретивого, слегка задвигала красивыми мощными бёдрами. Он, лёжа на спине, получал невероятное удовольствие. Его лицо заметно порозовело, а глаза прищурились. Ангелина задвигалась в такт. Её пылкие, словно надувные груши с острыми сосками забавно заболтались из стороны в сторону, а ещё красиво задрыгали и задрожали. Алик тут же руками приласкал её пылкие прелести. Она же непреклонно и охотно слегка подпрыгивала. Её гладкие икры напряглись, а на совершенном лице мелькнула небольшая улыбка. Ангелина, быстро рукой оправив свои распущенные длинные волосы, вновь задвигалась.

— АААА… ААА, — застонала она.

— ООО… Да. Ангелина. Да.

— АААААА…

— Да. Ещё милая. ООО… Да.

— ААААА… ААА…

Алик, глядя на оголённую пылкую супругу, мило улыбнулся. Он потянул руки вверх и тут же облюбовал жаркую грудь красотки. Она не противилась. Ангелина, чуть подскакивая, слегка запрокинула голову и тонко улыбнулась. Она жаждала ярких ощущений. У неё по телу побежал приятный холодок, а неловкие касания придавали особой вкусности всем плотским ласкам.

— ААААА… ААА, — простонала Ангелина.

— Да. Ангелина. Ещё. Да.

— АААААА… Боже мой. Я хочу ещё. Да.

— ООО… Да. Крошка моя.

— ААААА… ААА…

Ангелина, сидя на супруге, двигалась в такт. Она, наклонившись, быстро поцеловала любовника в губы, а затем вновь выпрямила гибкую спину. Она невзначай оправила свои длинные волосы. Ангелина, просто вильнув головой, закинула локоны за оголённую спину. Её движения несколько убыстрились. Алик, лёжа на кровати, прикрыл глаза. У него по телу быстро пробежал приятный холодок. Но вновь вернулся неистовый жар. Ангелина положила руки на мощный торс ухажёра. Она, казалось, решила взять одно мгновение, чтобы опомниться. Но она тут же взялась за старое, но приятное дело. Она сексуально задвигалась в такт. У неё на лице мелькнула улыбка.

— ААААА… ААА, — страстно простонала она.

— Да. Ангелина. Да. ООО… Да.

— ААААААА…

Алик вздрогнул, ощутив в переднем месте небольшой поток семени. Он уже весь изнемогал. У него на лице заметно порозовела кожа, а в глазах всё поплыло. Его руки крепко вцепились в покрывало. Ангелина, склонившись, поцеловала любимого в губы, а затем тяжело повалилась на кровать.

— ААААА… ААА…

— Да. Ангелина. Ты моя крошка. Я тебя люблю.

Ангелина и Алик, сблизившись, нежно поцеловались в губы. Они мило посмотрели друг другу в глаза. Красотка обняла своего любимого за торс. Она глубоко вздохнула, а затем закрыла глаза, и казалось, замечталась. Алик бегло глянул на лицо супруги.

— Ангелина. Я тебя люблю, — произнёс он.

— Да. Я тоже тебя люблю. Хихихиии…

— Что?

— Ничего. Просто обмен любезностями.

— Ага. Хаахааа…

— Теперь я могу спросить тебя о том же.

— Ага. Не спрашивая. Всё ясно.

— Что ясно?

— В том-то и дело, что ничего не ясно…, — задумчиво решил он.

— Гори, гори ясно. Чтобы не погасло.

— Хахахааа…

— Алик. Мне страшно немного, — решила Ангелина.

— А что? Геля. Не бойся.

Алик слегка приобнял свою милую пассию. Он поцеловал её в румяную щёчку. Ангелина же слегка помотала головой.

— Плевать на них всех, — добавил Алик.

— Ну как? Эти люди. Они же способны на всё. И их ничего не пугает. А если они и сюда заявятся, — обеспокоенно сказала Ангелина.

— Не явятся.

— А если вдруг.

— Никаких если. Мы далеко. И потом…, — задумался он, — С чего им на нас катить бочку. Мы ничего не сделали.

— Но мы уехали из города. И ты говорил, что пропали люди.

— Пропали. Но нас это не касается.

— А деньги…, — спросила она.

— Деньги пропали. Кто-то обналичил счета. Или перевёл куда-то на личный счёт. Возможно, директор. Но он пропал и не спросишь. Когда я проверял, там уже было пусто. Я взял самую малость. Но даже этих денег могло бы не быть. Хотя бы… Чтобы нам хватило прожить здесь.

— Да уж. Плевать на деньги. Самое главное, чтобы с нами всё было хорошо. И Саша не пострадала, — озабочено сказала Ангелина.

— Да. Ты права малышка. Как всегда, ты права.

— Я устроюсь на работу. Тут же есть какие-то организации, — смело заявил Алик.

— Глушь какая-то. Тут ничего нет.

— Хаахахааа…

— А что ты смеёшься Алик. Это была твоя идея приехать сюда. В эту лесную глухомань к медведям, — недовольно сказала Ангелина, точно вышла из токсикоза.

— Да моя идея. Но тут безопасно. И…, — задумался он.

— Что? Работу ты себе здесь явно не найдёшь. И мне не найти. И…

— Хахахааа…

— Что ты всё смеёшься? Бесишь, — рассердилась Ангелина.

— Милая. Будем. Я не знаю…, — задумался он, — Собирать грибы, ягоды. Веники можно вязать. Я не знаю. Дрова заготовлять. Рыбу ловить. Тут есть озеро и речка. Здорово же…, — весело сказал он.

— Я тебя поздравляю. Да. Здорово. Человек с высшим экономическим образованием будет вязать веники. Здорово просто. Хихихиии…

— Да. Почему нет? Лучше веники вязать, чем…

— Я тебя поняла.

— Всё не так плохо Ангелина. Свежий воздух. Нам на пользу. До лучших времён. Хахахааа…, — навеселе сказал Алик.

— Хорошо бы так. Надо ещё поспать.

— Ага…

Алик нежно приобнял свою любовь. Он ласково поцеловал девушку в губы. Она отвечала взаимностью. Их легкие ласки слегка расслабляли и забавляли. Голубки, обнявшись, улыбнулись друг другу. Они, натянув на себя одеяло, казалось, задремали.

## Глава вторая. Бандиты

Туманное утро прояснилось. Где-то глубоко в тучках пряталось далёкое солнце, точно задвинуло шторки на окне и решило подремать. На траве сидели капельки росы. Со стороны появился лёгкий быстрый ветерок, который оживил листву на деревьях. Высоко в небе закружил ястреб. Он глядел куда-то далеко. Его могучие крылья широко распрямились.

По трассе, держась ровно друг за другом, быстро мчались два чёрных джипа. За рулём первой иномарки сидел брутальный парень Сева Кирпичев по прозвищу Кирпич. Он уже прославился парочкой незначительных судимостей. У него весьма симпатичное лицо, которое обладает красно-кирпичным цветом, словно обжигали в печи. В целом все черты гладкие, — большие уши, слегка свёрнутый нос, глаза как у совы, рот широкий и двойной подбородок. Парень долгое время вкалывал на стройке каменщиком, где получил свою авангардную кличку. Он в свободное время легко бил пополам кирпичи руками и головой. Он даже иногда устраивал шоу. Как-то на стройке он сорвался и зверски избил прораба Толю Кубышина, который просто обозвал нерадивого работника мудаком. Кирпич даже хотел выбросить недруга из окна третьего этажа. Он уже держал бедолагу за ногу на высоте. Но он всё же одумался. Его уволили по статье и уже на работу никуда не брали. Дурная слава разлетелась быстро. Его закадычный друг по прозвищу Кувалда позвал на выгодное дело. В охрану частной виллы как раз требовался крепкий мускулистый парень. Богатый коттедж с большой территорией принадлежит местному мафиози. Его зовут Слава Никитич Горилкин по провощу Горилла. Его эпичное лицо походит на фейс питекантропа, а мутные глаза всё время навыкате. В биографии есть много тёмного прошлого. Он около половины своей недолгой жизни отсидел в тюрьме. Слава очень любит наколки. У него на большом теле чего только не красуется, — монастыри, купола, кресты, серп и молот и даже черепа и кости. Мафиози Горилла ведёт бизнес, но в большей степени занимается рэкетом и вымогательством, а своих подчинённых братков, точно «борзых псов» всегда держат на кротком поводке. Он больше всего время проводит на вилле, но часто бывает в ресторане «Прадо», где любит вкусно покушать и выпить дорогого вина. Он в своё время занимался бодибилдингом. Он обожает дорогие автомобили и красивых женщин. Но семьёй так и не обзавёлся. Но он зато обрюхатил несколько любовниц. Они делали аборты и куда-то таинственным образом исчезали. Горилла платит «зарплату» персоналу долларами. Он принял на работу Кирпича не сразу. Сева сначала должен был пройти испытательный срок, с которым справился на отлично. Он умело отбил почки сухожильному коммерсанту Тиме Кузину, который промышлял опиумом. Сева вообще, как оказалось, умеет развязывать языки. Он сразу узнал от Тимы, где лежит тайник с деньгами и товаром. Он всегда бьёт сильно и точно. Как правило, если в деле участвовал Кирпич, то всегда у кого-нибудь был сильно отбит пресс. Ему в своё время крепко наподдавали в армии, где он отрубил два года. У него теперь невероятно чесались кулаки.

В салоне на переднем сидении восседал деловой, стройный человек по прозвищу Адвокат. У него худое лицо, — глаза усталые цвета белого пепла, нос кривой и острый, рот небольшой, губы тонкие, а ещё есть небольшое родимое пятно на правой щеке в виде рваного пятнышка. Он слывёт правой рукой Гориллы. Его зовут Роман Афанасьевич Глушаков. Он начинал весьма неплохо. Парень учился в вузе на факультете юриспруденция. Он окончил почти четыре курса, но за неудовлетворительные оценки его выгнали. Ректор Владимир Чуглов оказался строгим. Роман пошёл на рынок торговать обувью. Но почти сразу, как он считает, ему повезло. На рынок явился лично мафиози Горилла. Он хотел прикупить себе обувь. У них завязался милый разговор. Мафиози, быстро оценив перспективы, предложил вакансию для начинающего юриста-продавца. Роман, увидев баксы, естественно, согласился. Он пока нисколько не жалел. Деньги, девочки, автомобили, — всё всегда теперь находилось в наличии и даже в изобилии. Он слывёт порядочным семьянином. У него подрастают ещё маленькие дочки Катя и Маша. Он оказывает Горилле юридические услуги, а руки в крови и в грязи никогда не марает. Но один раз всё же пришлось. Горилла со своими «псами» сильно пытал на даче одного упитанного коммерсанта Анжея Батракова. Пленник был подвешен за ноги, а «борзые псы» отрабатывали удары на нём, точно на боксёрской груше. Адвокат тогда не выдержал и взорвался. Он принялся широко махать руками и крепко бить кулаками бизнесмена под дых. Роман бил пока пленник совсем не задохнулся. Он тогда весь в крови перепачкался.

На кожаном заднем сидении в автомобиле восседал лично мафиози Горилла. Он держал в руках сигару и тихонько выпивал виски из гранёного стакана. Его короткая причёска смотрелась модно, порочное багряное лицо слегка нахмурилось, а едкие глаза прищурились. Над головой всё время витала лёгкая дымка. Казалось, он пребывал в состоянии лёгкого опьянения.

— Парни. Мы вообще, где едем? — спросил Горилла.

— Мы ещё на трассе, — сказал Кирпич.

— Ага. Сколько ещё до деревни-то этой. Как её там?

— Матрёновка.

— Ну, да. Матрёновка. Эта. Да.

— Да ещё немного. Километров двадцать пять.

— Ну… Я надеюсь Адвокат. Ты ничего не перепутал, — добавил Горилла.

— Не перепутал босс. Видели его машину жигули. Я через знакомых ребят пробивал. Через своих гаишников. Проезжала тачка. В том направлении. Там и искать надо…, — смело решил Адвокат.

— Ладно. Если так. Найдём. Едем в какую-то глушь…

— Большая там деревня? — спросил Адвокат, взирая на водителя.

— Нет. Глушь. Три человека. Так что мы его найдём. Не волнуйтесь босс. Найдём. Никуда не денется.

— Я никогда не волнуюсь, — решил мафиози, — Просто бесят меня всякие придурки, за которыми ехать ещё надо непонятно в какие дебри. А мне не нравится трястись. Я ему лично харю набью. Сукин сын…, — обозлился он.

— Босс. Давайте сначала разберёмся по деловому. Он нам должен деньги. И прежде чем морду бить. Мы выясним, где деньги, — сказал Адвокат.

— Выясним. Вот ты и выяснишь…, — решил Горилла, — Я поехал просто погулять. Пострелять из пушек. Давно не был на природе.

— Хаахахааа, — засмеялся Кирпич.

— Разберёмся.

— А я думаю, как и босс. Сначала ему надо морду набить. А потом спрашивать, где наши бабки. Потом снова морду набить, — решил Кирпич.

— Хахахааа, — бурно засмеялся Горилла.

— Кирпич. Ты можешь. Хахахааа…

— Да. С вами не соскучишься. Хахахааа, — добавил Горилла.

— Ага. Им только волю дай. Особенно Головастику. Хахахааа… Про Лысого я вообще молчу.

— Хаахаааа…

— Да. Лысый просто зверь. Он одного чувака в мешок из-под картошки посадил. Завязал. Потом подвесил мешок и целый час свою фирменную вертуху отрабатывал.

— И что было дальше? — заинтересовался Горилла.

— Что? Сломал должнику всё, что можно. Но тот выжил. Ему потом и скорую помощь вызвали. Сами парни и помогли погрузить. А мешковина вся в крови пропиталась.

— Вот же садисты. Ведь они на меня работают. Дикари, — сказал Горилла, затянувшись табачным дымом.

— Слава Никитич. Так. Какие кадры, конечно. И методы суровые. Но эффективные. Деньги вернулись.

— Ладно. Хрен с ними. Рожи у нас у всех хороши. Но этому бухгалтеру я лично морду набью, — экстравагантно добавил Горилла.

— Ага. Мы ему все морду набьём, — сказал Кирпич.


Где-то в далёких глубинах поднебесья пряталось солнце. Ветерок заметно поддувал. Дорога убегала вдаль и где-то терялась за поворотом. Чёрный джип нёсся на всех порах. Его мотор гудел плавно, работая как дорогие ручные часы, а впереди блестели большие фары. Собрат-близнец ехал следом. У него на тонированных стёклах мелькали примитивные блики. За рулём сидел брутальный мужичок Василий Пердилов по прозвищу Кувалда. Он родом из глухой деревни. Он около десяти лет отсидел в тюрьме по статье уголовного кодекса 158. Вася раньше любил тащить всё, что плохо лежало. Он по молодости и глупости просто залез в клуб и стащил кассу вместе с небольшой наличностью. Он кассу просто утопил, а деньги прогулять не успел. Он потратил лишь половину. Его повязали блюстители порядка, когда он пьяным спал на скамейке возле ресторана, где прогулял половину кассы. Вася тогда угощал всех своих собутыльников, а затем пошёл по этапу. Когда вернулся, повторил всё сначала. Он также залез в местный клуб и взял деньги из кассы. Но только прогулять наличность уже не удалось. По камере видеонаблюдения тут же установили похитителя, где отчётливо нарисовалась его наглая пьяная физиономия. Василия скрутили возле пивной «Пир горой». Он как раз заказал семь кружек пенного напитка «золотой бочки», но вот испить не успел. Паренька скрутили и быстро доставили в отделение, где он сразу дал признательные показания и во всём сознался. Вася получил пять лет строго режима. В местах не столь отдалённых ему дали прозвище Кувалда. Он как-то работал в кузнице, где, выпив лишнего, сильно ударился головой об наковальню. Все трудяги подумали, что ему пришёл конец. Но Вася быстро опомнился и сразу же взялся за работу. Когда он освободился, пришёл на работу к Горилле по рекомендации друга. Вася был принят на работу после испытательного срока, который прошёл с успехом. Кувалда, обладая внушительными физическими данными, умело причиняет боль коммерсантам и банкирам.