Крайний предел, или Открытая дверь
Виталий Миров

Да не поклюют птицы то, что упало при дороге. Да размягчатся камни и удобрят землю, и земля станет глубокой и корни семян будут крепки, и взойдет солнце и обогреет теплом эту землю и появятся ростки благородные и жизненные. Иное, упавшее в терние, да соединится с ними и, согретое теплом и любовью, даст плодов добрых. И пусть доброй земли будет много, и она приумножается и рождает большое количество плодов добродетельных. «О сеятеле:

Виталий Миров

Василиса Пенкина Корректор

Алишер Каримов Дизайнер обложки

© Виталий Миров, 2019

© Алишер Каримов, дизайн обложки, 2019

ISBN 978-5-0050-1525-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Вступление

Бегут поезда, электрички, суетится метро, и мы бежим все и не останавливаемся. Куда бежим? Летят дни, недели, месяцы, годы, а мы всё бежим только ради того, чтобы вкусно поесть, купить ещё квартиру или дом, очередную машину, одежду и другие материальные вещи, и всё бежим, не оглядываясь, преодолевая преграды на своём пути либо их сметая.

Устроив себе марафонский бег в целях удовлетворения своих материальных потребностей, мы порой забываем о своих близких: родителях, друзьях, родственниках, даже о семье и детях. А дети, глядя на нас, берут пример и таким же образом делают марафонские забеги за «5» и «4» в школе, достижениями в спорте, музыке и прочее.

Стоп! Остановись на мгновение! Задумайся! Нет, я бегу дальше. Иногда «что-то» или «кто-то» просит нас остановиться, взять паузу, задуматься. Совесть? Душа? Или и то, и другое. А зачем? Я лучше дальше буду бежать. И мы бежим дальше.

И вдруг мы тяжело заболели, либо потеряли работу, либо внутри нас наступило опустошение, уныние, обида на всех, отчаяние. И мы встали, и нам кажется, что всё встало. Нет, только мы, всё остальное также находится в круговороте.

Врач ваш говорит, что у вас тяжёлая форма заболевания, которая не лечится, но можно жить дальше, только вам нельзя очень многое: кушать не всё, дозированно, тяжёлое не поднимать, да и работать полный рабочий день нежелательно. У вас столбняк, и вы не знаете что делать.

Все эти случаи – тяжёлая болезнь, потеря работы, уныние, отчаяние, другие неприятные моменты – приводят вас к внутреннему параличу, а если ещё всё это долго длится, то этот паралич начинает носить затяжной характер.

Первое время вы пытаетесь отдыхать, смотреть фильмы, заботиться о детях, семье, находясь дома, но внутри вас сидит червь и съедает вас, говоря вам о вашей уже никчёмности и бесполезности. Вы пытаетесь перед собой оправдаться, бороться с этим червем, но он периодически выползает и напоминает о себе. Вы предпринимаете всевозможные отчаянные человеческие попытки уничтожить червя, даже начали заниматься спортом, обливаться холодной водой, но у вас ничего не получается. А с течением времени этот червь отчаяния и опустошения всё больше и больше вас беспокоит. И в один внезапный день почти полностью вас поглощает.

Что это? Вы просто в ужасе и не знаете что делать, хотя внешне стараетесь это не показывать, но внутри вас либо пустота, либо война.

Вот он, крайний предел!

К нему же можно добавить и информацию, которую вы получаете из внешних источников. Допустим, из средств массовой информации – то планета Нибиру должна взорваться, и ваши дети задают вам вопросы; то пенсионный возраст повысили; то аналитики прогнозируют рост безработицы и т. д. А тут ещё все ваши знакомые, которых вы попросили вам помочь в трудоустройстве, под благовидным предлогом отказали вам.

И так проходят месяцы, и вы в таком же крайнем пределе. Как вы думаете, сколько человек может так продержаться? Постепенно вы начинаете наконец-то разговаривать со своей душой или совестью внутри себя и обнаруживаете, что у вас очень много вопросов, но по какой-то причине вы не получаете должного ответа, не знаете, куда двигаться и что делать дальше. Вам уже не помогает ни спорт, ни фильмы, ни игры, ничего!.. Вам кажется, что все двери, куда бы вы могли войти, закрыты.

Крайний предел

Отчаяние гибельно не только потому, что затворяет для нас врата Небесного Града и приводит к великой беспечности и нерадению… но и потому что ввергает в сатанинское безумие.

Иоанн Златоуст

И камню можно измениться и стать плодородною землею…

Иоанн Златоуст. Беседа 44, Толкование Евангелия от Матфея

Подошло к тому, что вы просыпаетесь по ночам много раз, иногда, проснувшись от непонятной вам тошноты, вас вырывает, и тут вам кажется, что вы заболеваете чем-то очень серьёзным. И это продолжается несколько месяцев подряд. Тут вам вдруг приходит мысль – съездить на родину, где вы родились, увидеть маму, посетить могилу отца в надежде, что вам это поможет и вы найдёте ответы на ваши вопросы.

Вы приезжаете на родину, мама всегда рада вас видеть и начинает проявлять к вам всякую заботу. Первые дни вы радуетесь как маленький ребёнок. С большим желанием посещаете могилу отца и почему-то в душе просите у него помощи, может, потому что просить больше не у кого, как считаете вы. Но ночные просыпания продолжаются, и рвота тоже. Мама задаёт вам вопросы, но вы ничего ей не отвечаете. Что-то вводит вас в депрессивное состояние, и вы по какой-то причине начинаете думать что, возможно, у вас рак вашего больного много лет органа и вы, возможно, скоро умрёте. И начинаете представлять себе, как это будет выглядеть. На вас накатывает горечь и проступает слеза. «Господи, Слава Богу, что никто не видит», – говорите вы в душе. По неизвестному желанию вы принимаете решение, что надо с кем-нибудь попрощаться, и вспоминаете близких родственников, и начинаете их поочерёдно посещать, не раскрывая свои мотивы. Тут вы вспоминаете свою родную школу и с ужасом осознаёте, что не были там лет десять, а может, и больше. Вы решаете обязательно посетить школу и непременно это делаете. И вы не ожидали, как вам обрадовались все учителя, как они окружили вас, расспрашивая о вашей жизни. И вы рассказываете и радуетесь, что вас помнят и так же любят, как и раньше. Негодные мысли вас немного отпускают, но всё равно вам не становится легче. Вы посещаете парк, кинотеатр и другие места, куда вы в детстве любили ходить. Вам пора уже уезжать домой, к семье, детям. Вы прощаетесь с мамой с беспокойным сердцем. В дороге вы размышляете и приходите к выводу, что по приезде домой вам обязательно надо проверить своё здоровье, и если подтвердится то, о чём вы думаете, то вы хотели бы использовать последний шанс – месячное голодание: только вода (вы об этом много читали и верите в это). Но хотели бы это сделать у себя на родине, рядом с мамой, и чтобы ваши дети и супруга не видели, в кого вы превращаетесь, голодая месяц. И эту мысль вы утверждаете в себе.

Вот настал ваш решающий день, вы идёте к врачу, сдаёте все анализы, проходите УЗИ и вообще всё, что можно, делаете по максимуму. Ждёте результатов. Ждёте! Результаты готовы! Вдруг у вас оказывается всё хорошо и никакого рака, и других смертельных болезней нет. Вы радостны и на подъёме приходите домой. И тут вы понимаете, что проблема в вас, внутри, скорее всего, ваше духовное или душевное состояние таково, что довело вас до таких мыслей.

Вы начинаете просто общаться со всеми своими друзьями, знакомыми, чтобы понять для себя, а что делать дальше. И кто-то вас спрашивает:

– А ты давно в церковь ходил, исповедовался, причащался?

И вы не знаете, что ответить, но понимаете, что это было несколько лет назад.

Вы отвечаете:

– Зачем мне это? Как мне это может помочь?

А хороший, мудрый человек говорит тебе:

– А ты просто сходи, посмотри иконки, атмосферой этой подыши…

Вы размышляете: «Что мне терять, у меня всё равно нет вариантов других, и это осталась единственная дверь, в которую я могу войти».

И вот вы окончательно собираетесь завтра сходить в церковь.

Открытая дверь

Кто из вас, имея сто овец и потеряв одну из них, не оставит девяноста девяти в пустыне и не пойдет за пропавшею, пока не найдет ее? А найдя, возьмет ее на плечи свои с радостью и, придя домой, созовет друзей и соседей и скажет им: порадуйтесь со мною: я нашел мою пропавшую овцу. Сказываю вам, что так на небесах более радости будет об одном грешнике кающемся, нежели о девяноста девяти праведниках, не имеющих нужды в покаянии.

Евангелие от Луки, 15:3—7

Вы встаёте утром, умываетесь, чистите зубы, завтракаете с постоянной мыслью – вам надо идти в церковь, и что-то внутри вас боязливо радуется. Вы почему-то волнуетесь, но не можете объяснить почему. Проверив у себя нательный крестик – на месте ли, вы засобирались в свой долго отсроченный поход в церковь. Да, именно поход. Вы начинаете вспоминать, как правильно креститься. Боже мой, вы забыли, то ли справа налево, то ли наоборот, и что при этом говорить. Совесть вам подсказывает – так нельзя, и надо бы вам это знать. Вам стыдно! По дороге в церковь вы заходите в интернет на своём мобильном телефоне и узнаёте, что молиться надо вверх – во имя Отца; вниз – во имя Сына; вправо – Святого Духа; влево – Аминь. Вы, приободрённые тем, что готовы, направляетесь в ближайшую церковь. Волнуетесь! Несколько лет не были!

Подойдя к близко расположенной от дома церкви, вы с удивлением обнаруживаете, что она закрыта, и там, оказывается, существует расписание. Вы были обескуражены! Она же всегда почти открыта, и вы видите её из окна своей квартиры. Почему сегодня? Мысль ваша подсказывает: «Возвращайся домой, фильм интересный посмотри, завтра пойдёшь», но совесть говорит: «Нет, тебе обязательно надо сегодня попасть в храм», – и она была более убедительной, и вы послушали её. И здесь вы начинаете общаться со своей душой, двояко противоречивой, причём начинаете прислушиваться к совести, а мысль остаётся всегда одна, но начинает искать себе применение через другие вещи.

Зайдя в автобус для поездки в другую церковь, вы замечаете, что по какой-то причине у вас начались боли в животе. Мысль предлагает вам опять вернуться домой. Вы начинаете понимать – что-то не так и, внимая совести, претерпеваете и продолжаете путь к следующему храму. Наконец-то вы приехали. Вы смотрите на красивый храм с чисто убранной территорией и намереваетесь зайти. Чувствуете себя неуверенно, давно не были. Заходите. Вдруг обнаруживаете, что в церкви идёт служба – отпевание покойника, и узнаёте, что это будет продолжаться ещё минут сорок. Вы принимаете решение дождаться окончания службы, идёте в близлежащий сквер, садитесь на скамейку и только сейчас замечаете отсутствие болей в животе. Странно. Вы интуитивно осознаёте, что «что-то» не хочет, чтобы вы пошли в храм, и решаетесь окончательно именно сегодня посетить его.

Закончилось отпевание, и гроб с покойником аккуратно вынесли из церкви и поместили в катафалк. Войдя в храм, вы забыли, что надо делать, но, вспомнив, перекрестились и встали в ступор. Видя ваше замешательство, к вам подходит один из священнослужителей и вежливо интересуется, чем вам помочь. И здесь вас прорвало, вы начинаете ему сумбурно всё рассказывать, не думая о том, что он не всё понимает из-за вашей несвязанной речи, он просит вас минутку подождать. Он неторопливым шагом подходит, по-видимому, к старшему священнослужителю и про вас рассказывает. Несмотря на то что «старший» разговаривал с кем-то из прихожан, он прервал разговор и, извиняясь перед ним, направился ко мне.

«О Боже мой», – воскликнул я в душе, узнав этого священника. Он десять лет назад освящал мою новую квартиру. Это священник Иоанн. Он мне тогда очень запомнился – когда он вошел в мою квартиру, я почувствовал, как от него исходил какой-то свет, и говорил он тепло и доброжелательно. Я напомнил ему о знакомстве и о тех обстоятельствах, при которых оно произошло. Он вежливо со мной поздоровался, но я так и не понял, узнал он меня или нет, однако переспрашивать его не стал. Иоанн попросил меня подъехать вечером для беседы, так как сейчас он немного занят. Мысль возмутилась, что нужно ещё раз возвращаться в храм. Совесть пока молчала. Но я твердо решил, что сегодня вечером обязательно приеду на беседу со священником. Под впечатлением происходящего я вышел с территории храма и направился домой. Совесть подсказала мне народную фразу: «Пути Господни неисповедимы». Как потом я выяснил, автором этой фразы являлся апостол Павел: «О, бездна богатства и премудрости и ведения Божия! Как непостижимы судьбы Его и неисследимы пути Его!»

Вечером того же дня состоялась моя беседа со священником Иоанном, которая продолжалась около двух с половиной часов. Важно отметить, что я хотел его отблагодарить, но он ничего не брал. Я ему много рассказал о себе, о своих проблемах и наконец-то выговорился. Он внимательно слушал и душевно поддерживал разговор. Мне стало легче. По окончании разговора он дал мне бесплатно две книги – «Евангелие от Марка с комментариями» и «Отец Арсений» издательства «Отчий дом» – и попросил меня обязательно прочитать их. Мы попрощались, и я направился домой. Я был в приподнятом настроении, внутри была какая-то лёгкость, в голову начали приходить интересные мысли, причём почему-то почти сразу. Одной из них я сразу же воспользовался – позвонил одному своему знакомому Игорю (он восстанавливает храм), с которым мы не виделись около двух лет. Игорь был рад меня услышать, и мы с ним договорились о встрече.

На встрече Игорь выслушал мои проблемы, поделился своими. При мне он позвонил своему знакомому Фёдору, который на тот период тоже строил храм, переговорил насчёт меня, и мы с Фёдором договорились о встрече.

Первое удивление

Встреча с Фёдором, как и планировалось, состоялась. Неожиданно для меня к ней присоединился близкий знакомый Фёдора – Максим. В беседе я изложил вкратце свою проблему с трудоустройством, и они мне обещали по возможности помочь. Мы обменялись номерами телефонов. В разговоре Максим вдруг заявил, что он обо мне слышал, когда я занимался проблемами одного акционерного предприятия, куда впоследствии планировалось моё назначение на должность руководителя. Я изложил, как я там работал и столкнулся с проблемами, которые не позволили мне стать руководителем этого предприятия, и до сих пор переживал по этому поводу. Максим меня успокоил, заявив, что мне стоит поблагодарить Бога о несостоявшемся моём назначении именно на это предприятие, так как мне угрожала серьёзная опасность, о которой рассказал мне он. Я был очень удивлён полученной информации.

Пытаясь проанализировать цепочку событий храм – Игорь – Фёдор – Максим, я предварительно сделал вывод, что «кто-то» мне помогает найти работу. Через несколько месяцев я понял – я ошибался. Финал этой цепочки – получение информации о возможной серьёзной угрозе моей безопасности или даже жизни в случае моего несостоявшегося назначения на должность руководителя этого предприятия, и «кто-то» меня аккуратно и незаметно отвёл от такого события, а я даже не понял. И я всё время (около шести месяцев) сильно переживал за эту должность. Поняв это, я был шокирован.

Параллельно я, конечно, ездил на различные собеседования по своему трудоустройству, но что-то не получалось. Впоследствии я для себя сделал вывод – не получалось их пройти по причине моего внутреннего состояния, а именно душевного беспокойства, суетливости и возможного отторжения меня другим человеком на подсознательном уровне, хотя предлоги отказа были благовидные, а резюме у меня было практически идеальным. Также я думал, что это не то место, где мне надо быть.

А кто решает, где нам быть? Мы часто хотим быть там, где считаем нужным для себя. Но так не всегда бывает, и мы иногда не можем найти этому объяснение и начинаем проявлять озлобленность к людям, которая может перерасти в агрессию. А потом выводим для себя правила: «человек – человеку – волк», «не верь никому, только себе», «чем дольше я живу, тем больше мне нравятся собаки». Это категорично неприемлемый вариант, и он впоследствии приведёт в тупик. Что вы пошлёте в окружающий вас мир, то и бумерангом вам возвернётся, ну а если плохое… Только вы не можете знать, когда это вернётся и в какой форме. Жутковато, не правда ли?

Начало пути

Воле Божией противиться не следует, да и невозможно, по сказанному: Трудно… идти против рожна (Деян. 9, 5).

Преподобный Амвросий Оптинский

По вечерам я начал читать Евангелие. Чтение давалось сложно и было трудным в понимании. Прочитывал по 1—2 листа в день, поэтому данное занятие затянулось на месяц. В процессе чтения Евангелия я начал замечать изменения, происходящие внутри меня. Кратковременно наступало спокойствие, уверенность, что всё будет хорошо. Начал анализировать всю свою жизнь, поведение, свои проступки, отношения к другим людям и своим близким. Иногда были дни (один, два), когда опять наступало уныние и опустошение. В такие дни я старался посещать храм. Так продолжалось около одного-полутора месяцев. На церковные службы пока не ходил, только в то время, когда в храме было мало людей. Знакомился с иконами в церкви и читал молитвы, написанных внизу икон. После посещения храма чувствовал себя более успокоенным, мысли собирались воедино, выстраивался более чёткий порядок дальнейших моих действий. Где-то через месяца полтора моего исследования вопросов христианской веры мне позвонил мой бывший сослуживец Андрей и предложил мне съездить на собеседование на одно государственное предприятие. Я согласился и поехал, хотя предложенная вакансия мне не очень пришлась по душе.

Эту первую свою поездку я запомнил надолго. Изучив маршрут, я сделал вывод – от дома до предприятия мне добираться около двух часов. А есть ли у меня альтернатива? Нет! Мысль мне подсказывает:

– Да не унижайся, зачем тебе это – ездить очень далеко, должность тебя не устраивает.

Я уже начал понимать, что иногда мысль направляет меня на пустую дорогу, на которой ничего не надо делать, и если часто прислушиваться к ней, то можно зайти в тупик.

Я поехал на собеседование. Выйдя из метро, я тщетно пытался найти автобус, доставивший бы меня до остановки недалеко от предприятия. Автобусов не было, и, посмотрев на часы, я понял, что опаздываю. Для меня это было непозволительно. Взяв такси, мы последовали по заданному маршруту движения навигатора к указанному адресу местонахождения предприятия. Не доехав четырёх километров до конечной точки, мы встали, так как навигатор постоянно сбивался и раза два «привозил» нас в другое место. Я не понимал, что происходит, так же как и водитель такси. Нервы таксиста не выдержали, и он высадил меня, не взяв деньги за поездку. Я решил, что в любом случае сегодня доберусь до этого предприятия, и пошёл пешком. Продолжая свой путь, я страшно ругался нецензурными словами, психовал, стал агрессивным, так как я уже опаздывал. Было желание взять другое такси и уехать домой, но совесть внутри меня говорила:

– Дойди до конца.

И я шёл. Наконец-то я добрался до предприятия. Со мной провели собеседование, я заполнил различные документы и был поставлен в известность, что со мной свяжутся где-то через три недели. Я философски к этому отнёсся и поехал домой. Мне пришлось пешком ещё пройти около трёх километров до железнодорожной станции, затем двадцать пять минут на электричке и далее от станции около двух километров пешком до станции метро. Потом своя станция метро и автобус до дома. Пока я был в пути, последний был покрыт всеми бранными словами, располагавшимися в моём лексиконе. Приехав домой, я просто «отстегнул» ноги и подсчитал – сегодня я прошёл пешком около десяти километров. Что это было? После обеда мне позвонил Андрей, интересуясь, как у меня прошло собеседование. И вместо слов благодарности ему я ругался на дорогу и высказал предположение, что я, скорее всего, откажусь от этой вакансии из-за такого «дорожного коллапса». Андрей попросил не спешить и всё обдумать, тем более время позволяет. Я для себя сделал вывод – если дорога до будущей работы такая тяжёлая и долгая, значит, скорее всего, это не моё место, и, возможно, «некто» подсказывает мне, что устраиваться на это предприятие нецелесообразно.

Как потом показало время, я глубоко заблуждался. «Что-то» не желало, чтобы я вообще устраивался на работу, а хотело, чтобы я продолжал бы и дальше себя «линчевать», мучиться, ну и в конце концов в какой-то момент бросил свои начинания в исследовании христианской веры. А совесть наблюдала за мной, за моим поведением и проверяла меня на прочность. Но хорошо, что у меня появилась передышка во времени.

Пока это время шло, я продолжал посещать храм, читал Евангелие, поставил на свой телефон программу-молитвенник, изучал молитвы, жизнь святых. И ждал. Чего? Не знаю! Постепенно к посещению церкви я начал приучать своих маленьких детей одиннадцати лет – дочку и сына. Они с удовольствием это делали, и мы вместе стали частыми посетителями храма.

По истечении месяца со дня собеседования, мне позвонили с предприятия и попросили повторно подъехать. Я дал согласие, решив поставить определенную точку в этом вопросе. Не придавая этому особого внимания и надеясь на поиски новой работы, более интересной, я попросил своих детей, маленьких и взрослых (сыновей 25 и 20 лет), сходить в церковь и попросить у Господа о помощи мне, отцу, устроиться на любую работу. Все дети, в том числе и взрослые, несмотря на их атеизм, сходили в храм (маленькие со мной) и попросили помощи у Господа нашего Иисуса Христа в поиске работы.

По истечении двух дней я поехал на повторное собеседование того же предприятия. Перед ним я прочитал молитву к Господу о прощении, заступлении и помощи. В душе я обратился к Нему: «Как Ты посчитаешь нужным, так и делай, я подчиняюсь Твоей воле».

В течение двух дней меня официально оформили на государственное предприятие, где ранее я проходил собеседование.

Наряду с тем что я получил неплохую работу, все мои дети были удивлены таким исходом их прошения к Господу. Маленькие дети обрадовались, что укрепило их веру, средний сын был шокирован и задумался над этим, старшего пока это не убедило. Но у них всё ещё впереди.

На новую работу приходилось вставать в 06.00 утра и возвращаться около 20.00. Так рано я давно не просыпался. Ко всему этому я каждый день проходил пешком примерно 5—6 км. Первые две недели у меня происходили психологические ломки, связанные с такой тяжёлой дорогой. Часто возникали мысли уволиться, но я решил перетерпеть и посмотреть на дальнейшее развитие событий. Всё-таки любопытство, упорство и вера переломили моё негативное душевное состояние, и я, скрипя, ездил на работу. Работы было много, и первое время я уставал.

Отработав примерно месяц, я начал замечать – удивительно, дорога начала приносить мне удовольствие и радость, и с работы возвращался уже не уставший.

Устроившись именно на эту работу, я стал подмечать о происходящих со мною интересных событиях.

Кто мы?

Недалеко от моего дома, на соседней станции метро, я заказал визитки для работы. Поехал их забирать в воскресенье сразу после посещения храма. Пройдя стеклянную дверь метро и турникет, обратил внимание на лежащую на скамейке молодую девушку и сидящего рядом с ней мужчину старше неё. Когда я шёл мимо них (обычно мы мало обращаем внимание на подобные ситуации), меня что-то внутри одёрнуло. Я, как вкопанный, остановился и через несколько секунд почему-то подошёл к ним. Девушка была без сознания. Как оказалось, мужчина, находившийся рядом с ней, – её отец. По поведению мужчины можно было определить его растерянность в этой ситуации и, как выяснилось, с девушкой это произошло впервые. Тут же к нам заспешил молодой полицейский, дабы узнать о произошедшем. Я приблизился к девушке поближе, и мои руки непроизвольно потянулись к её рукам. Я прикоснулся к ним и тихо сказал:

– Всё будет хорошо.

А внутри себя проговорил: «Господи, помоги этому юному созданию, прошу Тебя».

На вид ей было около 13—14 лет. Потом, вспомнив, что я поступаю не совсем этично, без разрешения отца прикоснувшись к его дочери, резко отдёрнул от неё руки, заметив его вопросительный взгляд. Где-то через 2—3 минуты она очнулась, и у всех наступило радостное облегчение. Тем временем полицейский уже вызвал скорую. «Молодец, не растерялся», – подумал я.

– Могу ли я вам чем-нибудь помочь? – обратился я к отцу девочки. Но отец, сославшись на приезд скорой помощи и, поблагодарив, ответил:

– Нет, спасибо.

Затем я, двигаясь к электропоезду, внутри себя попросил Господа нашего Иисуса Христа о помощи этой девочке в скором выздоровлении.

Давно таких ситуаций не происходило со мной, но то, как я подошёл к девочке, непонятным образом ведомый, и дотронулся её рук, для меня это было полной неожиданностью. И после случая я для себя решил, что и впредь буду делать так постоянно – отзываться на чужое горе, беду, страдания, проблемы.

В один из дней, возвращаясь с работы и подходя к метро, я заметил пьяного и буйного молодого человека, который, на первый взгляд, приставал к прохожим, и они избегали его. Приблизившись к нему вплотную, я спросил:

– Что случилось?

Он немного опешил и пьяным голосом пояснил, что заблудился и ему надо попасть в метро. Я указал ему на рядом расположенную станцию метро. Он попросил проводить его до входа. Я согласился. Мы спокойно прошли турникет, затем он дождался своего электропоезда и сел в него. Следует отметить, что уже наступила поздняя осень, и на улице было холодно, и молодой человек из-за опьянённого состояния, потеряв ориентацию, мог остаться на улице, уснуть и замёрзнуть. Такое часто случается.

В молодые годы со мной произошла похожая ситуация, когда мы с другом Андреем сильно выпили и тоже с трудом ориентировались. Была зима, было морозно, и шла пурга. Я и Андрей сначала ехали в такси, потом нас высадили (видимо, за недостойное поведение), и мы оказались на каком-то заснеженном поле, легли в сугроб и начали засыпать. Андрею позвонила мама, не знаю, как он ей объяснил, где мы находимся, но она нас нашла в этом поле. Каким образом у неё это получилось, самому Богу известно. Утром мы живые проснулись дома у мамы Андрея. До сих пор её вспоминаю добрыми и благодарными словами.

«Я» рядом

Заботясь о нашем спасении, Господь являет нам много таких благодеяний, о которых мы и не знаем, часто избавляет от опасностей и другие оказывает милости.

Святитель Иоанн Златоуст

Раз уж я начал рассказывать о своём прошлом, то немного оторвёмся от настоящего и обратимся к историям, происшедших со мной.

Первая

Мне тогда было около 8—9 лет. Мы с мальчишками в один из летних дней играли на улице. Недалеко от нас располагалась трансформаторная электрическая подстанция с очень высоким напряжением. К ней подходили толстые электрические кабели, уложенные во рву глубиной примерно 5—6 метров. Нас было трое или четверо примерно одного возраста. Ров не был засыпан землёй, и нам было интересно, что там находится. Приблизившись к нему, мы заметили огромные электрические кабели, в некоторых местах изолированных изолентой разного цвета: красного, синего, жёлтого. И мы решили немного отмотать себе цветной изоленты. Взрослых поблизости не было. Все мальчишки согласились отправить меня на это задание, и я, преисполненный важной миссией, спустился в ров. При разматывании мною изоленты, провода оголились, и я прикоснулся к ним и… Помню начало удара током в руку, но не было похоже, что он прошёл по всему моему телу. Неведомой силой я почти «взлетел» на вершину рва, очень быстро касаясь всеми четырьмя своими конечностями крутого склона. Мальчишки потихоньку подходили ко мне и спрашивали меня, живой я или мёртвый. Я отвечал: «Живой». Повзрослев, я не понимал, каким образом остался жив. На том месте рядом с электрическими кабелями должна была остаться кучка пепла вместо меня или обугленный труп. Но, Слава Богу, всё обошлось!

Вторая

Следующий интересный случай произошёл, когда я учился в седьмом или восьмом классе. Приходя со школы, я первым делом либо бегал в лесу в тёплое время года, либо катался на лыжах в зимнее время, и только потом приступал к урокам. От моего дома лес находился в пятистах метрах, и там было удобно заниматься спортом.

Зима. Я взял лыжи и около 15.00 стартанул по лыжне. Обычно я ездил по короткой трёхкилометровой дистанции. Но в этот раз, увидев развилку на другую лыжню, почему-то решил изменить маршрут и встал на новый, мне неизвестный, предполагая, что там было, наверное, километров пять, да и лыжня всё равно выведет обратно. Бежал я долго, уже прошло, вероятно, часа два, в лесу начало темнеть, но лыжня меня не возвращала к дому. Я набрался терпения и продолжал двигаться по этой лыжне. Как я тогда ошибался! Шёл я очень долго, населённых пунктов поблизости не было. И понял, что заблудился в лесу, уйдя далеко вглубь, зимой, при температуре 10—15 градусов мороза. Мои деревянные лыжи обледенели, и их скользящая поверхность покрылась льдом толщиной примерно восемь сантиметров. Лыжи не катились, и передвигаться было невозможно. Я пытался очистить их ото льда, но у меня не получалось. Испугался, начал плакать, но бороться за свою жизнь не переставал. Снял лыжи, взял их в руки и просто пошёл по лыжне пешком. Хорошо, что лыжня оказалась накатанной и твёрдой, и это позволяло мне продолжать путь, хотя иногда проваливался в снег по пояс. Я двигался очень долго и подумал – уже не выйду из леса, но точно для себя решил, что надо идти, идти и не останавливаться, а там будь что будет. Всё равно лыжня выведет куда-нибудь. И мои надежды оправдались. Наконец-то я наткнулся на речку и начал вспоминать её название, так как потерял ориентацию. Припомнил её и сориентировался, что я нахожусь недалеко от своего города и родного дома. И наполнившись надеждой, стал идти быстрее. Всё-таки я вышел из леса и, не доходя до дома, встретил своего отца и его друга, которые искали меня и не могли найти. Домой возвратился где-то в 21.00—22.00, т.е. в лесу пробыл около 6—7 часов. Сколько километров прошёл в тот день, я не считал, но, наверное, много. Но, Слава Богу, всё благополучно закончилось.

Третья

Это произошло летом 1995 года, мне было 24 года. Мы с другом детства Сергеем решили поехать в деревню на машине, навестить знакомого. Прибыли благополучно, переговорили по нашим делам и через какое-то время поспешили возвратиться домой. Выехали из деревни, начался проливной дождь. Дорога была очень скользкой. Сергей был за рулем своего автомобиля. Проезжаем опасный поворот, вдруг машину заносит, и мы вылетаем с дороги в низину, ниже уровня трассы на два метра. Автомобиль совершает один или два кувырка. Мы понимаем, что с нами произошла сильная авария. Мы с Сергеем как ни в чём не бывало выкарабкиваемся из машины, поздравляем друг друга с тем, что остались живы и одновременно переживаем о разбитом автомобиле. Мы вообще не пострадали. Ранним утром я возвратился домой, но никому ничего не говорил. Уверен в одном, – в тот момент Бог был рядом со мной и Сергеем.

Четвертая

Был 1998 год, осень, вечер, лил сильный дождь. Я ехал в такси, возвращаясь домой. На обочине дороги, промокая под дождём, голосовал мужчина, примерно моего возраста. Я пожалел его и попросил водителя остановиться. Мужчина высказал просьбу – подвезти его до рядом находящейся деревни. Я пошёл ему навстречу, и такси, изменив маршрут, направилось в указанную деревню. В дороге мы познакомились, разговорились и были приятны друг другу. Подъехав к дому, мужчина пригласил меня в гости. Я согласился и отпустил такси. Зайдя в дом, я обнаружил, что в доме также проживала сестра мужчины. Она быстро накрыла на стол, и мы продолжили совместную беседу о нелёгкой на тот период жизни. Вдруг в окна дома ударил свет фар машин. Мужчина приблизился к окну, и было видно, что он кого-то узнал и испугался. Я спросил:

– Что случилось?

Мужчина ответил:

– Приехали молодые бандиты из одной криминальной группировки, которым я задолжал деньги. Но денег у меня нет, и что делать, я не знаю.

Тут же у меня в голове понеслись разные мысли в поисках выхода из этой ситуации. И я придумал одну бредовую идею, исходя из своего опыта жизни.

В дом зашли шесть молодых парней с короткими стрижками и, поздоровавшись с мужчиной, начали вымогать у него деньги, не обращая на меня никакого внимания. По разговорам я понял, что никто из них ещё не сидел в тюрьме, и решил этим воспользоваться, так как много об этом читал. Я вклинился в разговор, представившись вымышленным именем, сообщив им о недавнем освобождении с зоны за ранее совершенные бандитизм и вымогательство. Назвал им несколько фамилий и кличек криминальных авторитетов, которые были на слуху. Вызвал «старшего» из них, заявив ему о необходимости переговорить тет-а-тет. Вышел крепкий парень, и мы уединились. В разговоре я решил сразу наступать, высказывая ему недовольство, что помешали моему отдыху, и попросил его закончить эти разборки. Пока он собирался с мыслями, мною ему было предложено пари (о Боже!) – мы с ним боремся на руках. Если выигрывает он, то дальше поступает так, как считает нужным, если я, то они просто уезжают. У меня практически не было шансов выиграть это пари. Он соглашается. Мы садимся за стол, сцепились руками, и я подумал тогда: «Господи, помоги мне» (я просил это в исключительных случаях). Последствия моего проигрыша могли быть для меня и жильцов этого дома самыми плачевными. Можете не верить, но я каким-то образом выиграл это пари. Адреналин играл в моей голове, и я готов был тогда со всеми присутствующими бандитами побороться, но включился разум, и я успокоился. «Теперь дело за ним, сдержит ли слово?» – подумал я.

Молодые бандиты с удивлением переглянулись, одобрительно похлопали меня по плечам, засобирались, сели в машины и уехали. Дверь дома захлопнулась, и в тишине я заметил застывшие в изумлении и одновременно непредсказуемом страхе лица мужчины и его сестры. Я тоже остолбенел. Под впечатлением происшедшего мы ещё долго разговаривали, и затем я уехал домой. Благодарю Тебя, Господи!

Пятая

1999 год. Я возвратился утром домой с одного незначительного мероприятия. Супруга ругалась, маленькие дети плакали (пользуясь возможностью, хочу попросить много раз прощения у бывшей супруги за мои мерзкие, гадкие поступки, совершенные перед ней и моими старшими детьми). Я был злой, и мне было плохо. У меня тогда в последнее время давно уже побаливала поджелудочная железа, и я несколько раз лежал в больницах, но всё равно продолжал вести неправильный (грешный) образ жизни. Вдруг мне стало намного хуже, и резко обострились боли в области поджелудочной железы, они становились невыносимыми. Чтобы быстрее добраться до больницы, я вызвал такси и поспешно отправился туда. Меня сразу положили в больницу, и там про меня забыли на два дня. Я не представляю, как я вытерпел эти боли, до туалета добирался, цепляясь за стены, и умолял медсестру сделать какой-нибудь обезболивающий укол. Но было ощущение, что меня никто не слышал. Внутри я уже готовился уйти из этой жизни. Было мне тогда 29 лет. И вдруг обо мне вспомнили, пришёл врач, осмотрел и дал указание срочно положить меня в реанимацию. Я находился в почти в бессознательном состоянии. Как потом стало известно, это моя мама подняла большой шум. Материнское сердце не обманешь. Она дозвонилась моему руководителю по работе – Валерию Петровичу. Он выяснил моё местонахождение и попросил предпринять срочные меры для моего выздоровления. На тот период ему не могли отказать. В реанимации я находился около семи дней, похудел на 15—20 килограмм. Глаза впали, был похож на ещё живого мертвеца. Посмотрев на себя в зеркало, сам испугался. Врачи принимали все возможные меры, чтобы спасти меня (прочищали несколько раз кровь специальным оборудованием; через три катетера, вставленных в области обеих ключиц и позвоночник, вводили разные лекарства и т. д.). Тогда у меня уже начинался сепсис крови и перитонит наряду с панкреонекрозом поджелудочной железы. Где-то на первый или второй день реанимации, находясь в полузабытье, я увидел перед собой женщину в чёрном балахоне, голова была накрыта капюшоном, лицо дымчатого, чёрного цвета с расплывчатыми чертами, почти невидимыми. Она молча стояла напротив меня. Я подумал тогда, что это смерть, она пришла ко мне. От изнеможения и долгих болей я ощущал себя связанным бревном, который себе уже ничем не может помочь: ни словами, ни мыслями, ни действиями. Тогда моя жизнь была в руках Господа нашего Иисуса Христа и людей, боровшихся за меня: моих близких, врачей, знакомых. На третий-четвёртый день в полусонном состоянии я увидел другую женщину – вся в белоснежном одеянии, очень красивая, которая улыбалась мне, и от неё исходил тёплый свет, наполненный радостью, спокойствием и любовью. Я тогда не понимал, кто это, так как вообще почти ничего об этом не читал и не интересовался, в церковь не ходил и был очень далек от веры. В тот миг я вспомнил о семье, детях и понял – мне необходимо выжить ради них. Пока лежал в больнице, меня навещали мои близкие: семья, родители, брат, друзья. К шестому дню реанимации моё состояние нормализовалось, и через несколько дней меня выписали. Как я уже узнал, через восемнадцать лет после того события от мамы, мой родной отец был «тихим» верующим, в церковь не ходил, но внутри себя часто обращался к Николаю Чудотворцу. И в те дни, со слов мамы, отец посещал молельный уголок при больнице и просил Бога и Николая Чудотворца о помощи мне в выздоровлении. Благодарю Тебя, Пресвятая Богородица и Николай Чудотворец, за Ваши молитвы к Господу Иисусу Христу!

Шестая

2000 год. Ранним утром я возвращался с одного мероприятия на своём легковом автомобиле. Находился в нетрезвом состоянии. Задремал за рулем. Проснулся за доли секунд до столкновения с другой легковой машиной, которая остановилась на обочине проезжей части. Выворачивая руль резко вправо, вылетаю с дороги на свободное пространство, где проходила навесная теплотрасса, лежащая на железобетонных столбах. Врезаюсь в железобетонный столб шириной примерно 1,5—2 метра. Правая сторона моей машины смялась, и переднее правое сиденье почти полностью дошло до железобетонного столба, левая – моя сторона – чудом сохранилась. Единственная травма, которую я получил, – наполовину срезанное левое ухо, которое врачи благополучно зашили, и оно прижилось. Слава Тебе – Богу моему!

Седьмая

Июль 2007 года. У меня родились детишки – двойня (мальчик и девочка). Я был очень счастлив и поехал в больницу навестить их. Так как они были недоношенные, то пролежали там около месяца. Пройдя в больницу, я почему-то не стал никого спрашивать из медицинского персонала и сразу направился на второй этаж специальной палаты, где они лежали в инкубаторах искусственного дыхания. Открыв дверь, услышал странный звуковой сигнал рядом с инкубатором моего сына и понял – что-то не так. Я сразу стал громко кричать и звать на помощь. Быстро прибежал медицинский брат, тут же сделал какие-то манипуляции с инкубатором моего сына, и звуковой сигнал прекратился. С чувством большого стыда медбрат объяснил мне причину – в инкубаторе отключился аппарат искусственного дыхания, и он об этом сожалеет. Я был зол и сильно ругался на медбрата. Эти несколько секунд отключения стоили нам четырех лет непрерывного лечения и очень интенсивного спорта, чтобы выправить здоровье моего сына. Но, Слава Богу, мы этого добились, и сын мой здоров, хорошо учится, активно занимается спортом, верит в Бога.

Восьмая

Перед рождением двойни мы с супругой сильно переживали, не понимая, где мы будем жить, так как на тот период мы снимали квартиру в Москве. Мы осознавали, что крайне сложно будет без своего угла. Родственников у нас в Москве нет. Но тут мне каким-то образом за три месяца до рождения детей, удаётся заработать на двухкомнатную квартиру в Москве. Решение о рождении детей мы принимали на свой страх и риск, но всё же поступили очень правильно.

Скажу вам так, если Господь наш даёт нам детей, то, без сомнений, Он поможет и во всём остальном. Поэтому рожайте детей и ничего не бойтесь, Господь Иисус Христос наш всегда рядом, и Он всегда поможет. Ваша нерешительность в этом – есть неверие или маловерие в Бога, Его помощи, созидательной Силе и Любви.

Болезнь

Отведи грех, и болезни отойдут, ибо они нам даются за грехи.

Преподобный Серафим Саровский

Болезни – это есть крест, который пожигает грехи, которые мы и грехами не осознаем.

Архимандрит Иоанн (Крестьянкин)

Как ранее писал, заболел я в 29 лет очень неприятной болезнью (поджелудочная железа), и пришлось перенести все тяжести её до 42 лет. За период болезни я уже сбился со счёта, сколько раз меня увозила скорая помощь, сколько раз я лежал в больницах и реанимациях. Мои ягодицы все были исколоты обезболивающими уколами, и из-за отсутствия уже там живого места, приходилось уколы делать в ногу. И в последнее время колол себе трамал, так как другие обезболивающие уже не помогали. О, эти ужасные, смертельные, болезненные приступы! Как будто у меня в левом подреберье вместе с внутренними органами находилось раскалённое железо, и потушить его было невозможно. Из-за болей таких практически невозможно было сходить в туалет ни по-большому, ни по-маленькому. Лишние движения доставляли неимоверную боль, поэтому приходилось лежать как бревно, и в течение нескольких суток на больном месте лежала грелка со льдом, которую нужно было периодически замораживать, заменяя второй грелкой. В те моменты грелка со льдом была для меня дороже всяких материальных благ: квартиры, машины, денег и прочего. Как она меня спасала и выручала, и только она тушила этот огонь. Я понимал, что в данном случае можно заболеть и воспалением лёгких, но Отец наш Небесный Бог был милосердным и не позволял этому произойти в течение многих лет. И именно в такие минуты я к Нему обращался с мольбой о помощи, но по прошествии приступа опять про Него забывал. Сейчас я понимаю, как долго Он ждал и терпел, когда я в Него поверю с истинным смирением и любовью. На тот период я спал, как и до сих пор спят многие. Дай вам всем благоразумия проснуться и начать видеть и слышать Бога нашего.

Болел я примерно так: часто, от двух до пяти дней приступ; около двух недель отдых, потом снова приступ. Изредка мог позволить себе «отдохнуть» месяц. Во время приступа есть было нельзя, пить тоже, только полоскать рот и смачивать губы. Следующая неделя – восстановительный период: жёсткая диета, можно пищу на пару, кашу на воде. Забыл запах кофе и вкус сосисок и колбасы. Часто бывало, что при сильнейших приступах морально был готов уйти в мир иной, в душе прощаясь со всеми близкими. Однако вспоминая о своих детях (их четверо), у меня загоралась любовь к ним и жизни, и это способствовало укреплению силы духа и желанию дальше жить ради них, любить их, подсказывать им и помогать по мере своих возможностей. И я жил. Сколько раз Иисус Христос спасал меня, я уже со счёта сбился. И огромная благодарность моим близким: детям, супруге, маме, отцу, брату, друзьям, врачам, которые ухаживали за мной, заботились обо мне и не оставляли меня в трудные минуты.

Много раз моё внимание было обращено на некоторые особенности: после тяжёлого приступа, на третий-четвертый день голодания наступало не только физическое облегчение, но и на душе было легко, чисто, как и в мыслях. Как будто я освобождался от чего-то лишнего и ненужного. И именно в этот период приходили новые мысли, идеи, где и как можно хорошо и правильно заработать. И затем реализация этих идей получалась. Я не мог этим обстоятельствам дать каких-либо объяснений. Иной раз при сильных приступах я приезжал в больницу, у меня брали анализы, и врачи порой удивлялись, как так все анализы были в норме, и отправляли меня домой. Возвращаясь домой, обнаруживал, что боли затихали и через непродолжительное время проходили. Парадокс, не правда ли? Я вообще ничего не понимал и грешил на неграмотность наших врачей. Теперь понимаю – Господь давно пытался меня разбудить, но я, как «глухонемой и незрячий», был недоступен, запечатанный в клетку грехов и играющий часто по правилам лукавого.

Последней точкой терпения стало событие, происшедшее, когда мне было 39 лет. В один прекрасный день я просто отключился, потеряв сознание. Хорошо что в этот момент находился дома. Моя супруга взвалила меня на себя, дотащила до дивана, и чудным образом привела меня в сознание. Затем она вызвала скорую помощь, и меня в очередной раз положили в реанимацию. После этого мне назначили лечение, а также попросили не поднимать тяжёлое, свыше трёх килограммов. Моё терпение лопнуло, и я начал активно думать, что мне делать, ведь мне пока 39 лет. Рановато.

Следует отметить, что в течение продолжительной болезни я обращался к различным врачам – и платным, и бесплатным, лежал в разных больницах – и платных, и бесплатных, лечился гомеопатией, пропивал большими курсами многие виды трав, лечился свежевыжатыми соками, пробовал излечиться бегом, ледяными ваннами, в которых лежал по две минуты, саунами и банями, морским климатом, минеральной водой и т. д. К сожалению, ничего не помогало. Все врачи говорили только о жёсткой диете и разводили руками, но я и так почти ничего не ел. Потом я уже отказался от больниц, и скорой помощи, и врачей, и свои приступы переносил дома, вместе с супругой. Она научилась делать уколы, ставить самостоятельно мне капельницы, и мы справлялись. «Из неё бы получилась очень хорошая медсестра», – думал я так много раз, когда она мне с первого раза очень аккуратно вводила иглу в вену. В душе я очень ей признателен и благодарен за такое терпение и женское мужество при ухаживании за мной. Но, честно признаюсь, часто бывал к ней несправедлив, агрессивен, иногда жесток по надуманным мною разным причинам. И здесь я, пользуясь случаем, прошу у неё глубочайшее извинение за все мои проступки.

Рассуждая о своей болезни, вдруг мне откуда-то пришла мысль: «Поджелудочная железа плохо работает по причине её слабого снабжения кровью, плохой доставкой к ней необходимых витаминов и минеральных веществ и т. д. И что делать? Увеличить в том месте кровоснабжение! Как?» Приходит другая мысль – качать пресс. И я начал каждый день усиленно качать мышцы пресса, часто превозмогая боль, но делал это и делал, и делал, порой с некоторым спортивным безумием, иначе боль не преодолеть.

Через полгода я почувствовал облегчение, приступы стали намного реже, стал потихоньку нормально питаться. К упражнениям на пресс добавил различные виды отжиманий, прочитав в интернете о повышении ими метаболизма организма. И у меня получилось! Вы не представляете, как я безумно был счастлив, наконец-то найдя решение своей проблемы – хотя бы частично вылечить себя. Дальше, как говорится, больше!

Я закупил домой различные наклонные скамейки, турник, брусья, гантели, штангу. Я начал заниматься тяжёлой атлетикой. Приступы могли быть, но уже раз в полгода, лёгкие, незначительные. Неплохо, да? Для очень долго болеющего человека и почти готового уйти в мир иной. Так усиленно я занимался около шести лет, потом тяжести убрал и оставил упражнения на пресс и отжимания от пола.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.