Антон Леонтьев
Тайный приют олигарха

– Нам нужна тэма! – провозгласил главный редактор и, запустив толстые пальцы в холеную седую бороду, внимательно осмотрел своих подчиненных, собравшихся на редакционную планерку в его кабинете.

Дверь, чуть слышно скрипнув, приоткрылась, и на пороге возник первый зам главного, Федор Крылов – как всегда, опоздавший, как обычно, с растрепанными волосами и, как водится, говоривший с кем-то по мобильному.

– Все, киска, перезвоню тебе позже. Труба зовет! – промурлыкал он и, сунув мобильник в карман джинсов, направился к своему креслу около большого полированного стола.

– Что, Теодор, гормоны не дают жить спокойно? – с некоторой издевкой поинтересовалась одна из коллег, боевитая невысокая дама с ярко-рыжими волосами и гигантским количеством сережек в правом ухе.

Федор только хмыкнул, плюхнулся в кресло и произнес:

– Так что у нас на повестке дня? Жуткие деяния сексуального маньяка в Тушине? Учитель физкультуры, по совместительству педофил? Или шабаш ведьм в Южном Бутове?

Главный редактор, величественно покачав головой, ответил:

– Это все старо. И приелось нашим читателям. Маньяки уже всем надоели. Каждую неделю новый! А учитель физкультуры, соблазняющий тринадцатилетнюю школьницу, не такая уж и редкость. Сегодняшние лолиты сами кого хочешь соблазнят! Кому нужна суровая проза жизни? Пошевелите мозгами! Тэма требуется, дамы и господа, тэма!

Дамы и господа, члены редколлегии столичной газетенки «Бульвар-экспресс», стали усиленно шевелить мозгами и вносить свои предложения. Каждый из них знал, что в последнее время дела в их желтом листке шли из рук вон плохо – кризис делал свое черное дело. Да и конкуренты не дремали. В редакции уже начали поговаривать о грядущих сокращениях. Главному-то хорошо, если «Бульвар-экспресс» накроется медным тазом, он перепорхнет в другое, не менее желтое, издание. Да и Федька Крылов тоже без работы не останется. Поговаривали, у него имеются могущественные друзья во властных структурах. И все потому, что он отрыл какой-то сногсшибательный скандал, а потом сам же его и зарыл, чем заслужил место зама главного[1]. А ведь до этого был простым писакой!

– Не попробовать ли нам с реальными, а не выдуманными сенсациями? – внес дельное предложение бородач в замызганном свитере. – Народ такое любит. Обратим наши взоры на представителей столичной тусовки и так называемого шоу-бизнеса. На тех, кого знает вся страна. Напишем, к примеру, серию сенсационных статей о Примадонне и ее Новом Молодом Любовнике…

Главный отмахнулся:

– Старо, Витя, старо! И сенсация стара, и тэма, и Примадонна, само собой. Народ от этой семейки уже тошнит. Требуется что-то иное! Но направление выбрано верно.

– Ну, тогда Великий Тенор и Первая Красавица Мира, – внесла предложение все та же боевитая дама. – О нем все только и говорят…

– Располагаю сведениями из проверенных источников – роман подошел к концу. Вернее, договор истек, – заявил Федор. – Первая Красавица Мира потребовала от Великого Тенора за новые полгода их неземной любви на глазах публики и телекамер целый «лимон» баксов. А Тенорок-то наш страшно скуп! Поэтому пролонгирования сотрудничества не будет. Теперь, готовят, расставание по всем законам мелодрамы. Можно было бы и на этом выехать, но эксклюзивные права на освещение данного события уже куплены нашими конкурентами.

– Еще бы, у них бюджет позволяет! – Главный крякнул: – А у нас – нет. Дамы и господа, шевелим мозгами и дальше! Пока не найдем подходящей тэмы, способной привлечь всеобщее внимание, никто отсюда не выйдет…

Последовали новые, достаточно вялые, предложения. В кармане джинсов Крылова завибрировал мобильник. Главный сурово посмотрел на своего зама и заметил:

– Федор, твои сексуальные утехи могут подождать!

Однако Крылов, бросив взгляд на дисплей, заявил:

– Шеф, клянусь своей красотой, звонит один из моих анонимных источников. Наверняка желает сообщить что-то сенсационное! Я исчезаю…

Он выкатился из конференц-зала, а кто-то едко обронил:

– Врет, как пить дать! Жениться парню давно пора, а он себя все ведет, как мартовский кот. Ну, теперь с концами! Отправится к своей очередной пассии, а нам наврет, что на встречу с информантом.

Главный только вздохнул и ничего не ответил – Федор был неприкосновенной личностью. Еще бы, когда человек на «ты» с владельцем, вернее, с владелицей их желтого листка… Значит, чему быть, того не миновать. В ближайшие месяцы придется закрываться. Главным в другом таблоиде уже не устроиться, придется идти на понижение. Или отправиться на дачу, выращивать патиссоны и кабачки, с внучками возиться…

И вдруг Федор, с улыбкой от уха до уха и сверкающими глазами, ворвался в конференц-зал, прикрыл за собой дверь и торжественно провозгласил:

– Есть тэма! Причем шикарная! С ней нам никакой кризис не помеха. И, что важнее всего, пока еще никто ничего толком не знает и ничего не напечатал.

Главный сразу повеселел, отмел мысли о патиссонах и кабачках и с напускным неверием спросил:

– Ну и что за тэма такая? Только без сатанистов в метрополитене и высадки пришельцев в Подмосковье! Все это уже было!

– Знаю, – усмехнулся Федор, – я же сам про тех пришельцев и выдумал! Но ведь какой общественный резонанс получился! МЧС даже пришлось официальный релиз выпускать о том, что никакого нашествия инопланетян нет и в помине. Но мы их хорошо подкузьмили, когда намекнули читателям, что всех гуманоидов свезли на секретную военную базу, а «тарелочку» распиливают в Курчатовском институте.

– Не томи душу, Теодор! – воскликнула рыжеволосая дама. – Что там у тебя за тэма?

Федор, неравнодушный к патетике, уселся в свое кресло, принял вид непризнанного гения, выдержал долгую паузу и многозначительно объявил:

– Скандал в благородном семействе. У жены появился молодой любовник, и она решила бросить старого мужа.

– Ах, снова матримониальные происшествия в спальнях «звезд», – поморщился главный. – Федор, теряешь чутье. Я же сказал: публике она надоела хуже горькой редьки!

Но Крылов поднял к потолку указательный палец.

– Шеф, вы вели речь об одной известной семейке, а здесь – совершенно иное!

– Неужели на самом верху разлад? – пискнул кто-то в благоговейном восхищении. – Но такое ни за что не пропустят! А если мы и напечатаем, то нас и без кризиса в два счета прикроют!

Понимая, что любопытство коллег достигло апогея, Федор наконец раскрыл карты:

– Альбина Митковская завела шашни с Игорем Авсеенко. Ее супруг, Лев Аристархович Юркун, о чем-то догадывается, но пока ничего не предпринимает. А теперь попробуйте сказать, что тэма плохая!

Никто такого, естественно, не сказал, потому что тэма в самом деле была шикарная. И как только у Крылова получается откапывать подобное?

– А это точно? – промолвила заведующая отделом светских сплетен. – По моим сведениям, в семействе Юркуна – Митковской уже давно все не слава богу, но никто из них ни в чем скандальном замечен не был…

– Точно, точно! – успокоил ее Федор. – В том, что Альбина крутит роман с Авсеенко, сомнений нет. А рогатый муж пока что ни о чем не подозревает.

Главный задумался. Тэма, вне всяких сомнений, была похожа на золотую жилу. Или даже на алмазную шахту. Если правильно ее окучить, то можно заработать кучу денег, а помимо того – значительно увеличить тираж. Вот если б только человек был не такой могущественный, как Юркун…

Все уставились на главного и ждали его вердикта. Федор понимал: если шеф не даст отмашки, ничего не будет. Крылов уже давно понял, что старик теряет хватку. Пора бы ему на пенсию! А тогда его место займет он сам. И скандал в семействе Юркуна – его шанс.

– Значит, так… – произнес главный, одарив всех собравшихся своим знаменитым взглядом. – Лев Аристархович Юркун – непростой человек. Миллиардер, которому принадлежит половина Москвы! Основатель, владелец и бессменный президент самого крупного в России строительного холдинга. С таким человеком шутить себе дороже. Но!

Федор, который уже было поставил крест на шумном журналистском расследовании, удачный исход коего мог гарантировать ему долгожданное место главного редактора, воспрял к жизни.

– Но помимо всего прочего, – продолжал главный, – Лев Аристархович, как вам известно, владеет нашим самым могущественным конкурентом – ему принадлежит самая читаемая и желтая газета страны. Естественно, там никто не будет печатать статьи о похождениях молодой женушки господина Юркуна. А раз там не станут, то и никто не станет… Никто, кроме нас!

Как только магические слова были произнесены, посыпались предложения. Федор рассказал, что, согласно сведениям, предоставленным его источником, Альбина Митковская, столичная тусовщица и по совместительству музыкальный продюсер, встречается со своим любовником, гламурным футболистом Игорем Авсеенко, на квартире последнего, расположенной в элитном жилом комплексе.

– Причем она отлично маскируется – парик, косынка, огромные солнцезащитные очки… – доложил Федор. – Даром, что ли, выпускница ГИТИСа? Можно сделать фото, но на нем Альбину никто не узнает. Хорошо бы раздобыть фотографии из любовного гнездышка.

Все уставились на мрачного бородача, ответственного в газете за ДТП, политику и сенсации из мира техники. Тот задумчиво почесал кадык, а затем кивнул:

– Ладно, займусь. Снимки достанем. Прямо из любовного гнездышка!

– Ну, напечатаем мы эти фото, – гнула свое заведующая отделом светских сплетен. – На пару дней они обеспечат нам отличные продажи. А дальше-то? Юркун приложит все усилия, чтобы о скандале как можно быстрее забыли. Все же он на четвертом месте в списке российских миллиардеров, по данным журнала «Форбс»!

Присутствующие немного приуныли. А Федор закрыл глаза и попытался сосредоточиться. Что у него за коллеги, право! Вот когда он станет главным, то вытрясет из них эту дурь! Неудивительно, что «Бульвар-экспресс» загибается – чуть что, сразу капитулируют, складывают лапки, отказывают бороться с трудностями.

– Значит, нам нужен репортаж иного плана. Вернее даже, серия репортажей. Так, чтобы читатели дрались у киоска за нашу газету! – заявил он наконец. – Да, фото Альбины и ее футболиста, даже в самых откровенных позах, мало что принесут. Поговорят – и забудут. Но ведь ей от мужа ой как влетит! Юркун – человек со злобным характером и тяжелой рукой. Это же про него говорят, что он поколачивал свою первую супругу?

– Вроде так, – поддакнула заведующая отделом светских сплетен. – История темная. Но и как было на самом деле, теперь уже не узнаешь. Бедняжка ведь умерла!

– Причем умерла очень вовремя, – констатировал Федор. – Во время бракоразводного процесса. А то наверняка оттяпала бы у Льва Аристарховича половину его миллиардного капитала.

– Несчастный случай, – ввернул главный. А Федор хохотнул:

– Шеф, и вы верите? Если Юркун и не собственноручно укокошил супругу, так это сделали профессионалы по его заказу! Но в прессу почти ничего не просочилось, а то, что просочилось, изначально было представлено в нужном ему свете. Еще бы, если являешься владельцем самой популярной желтой газеты страны…

Многие коллеги Крылова горестно вздохнули. Работать в газете Юркуна было престижно и, что греха таить, прибыльно. Не то что в «Бульвар-экспресс», где на всем экономили и зарплата по причине кризиса и резкого падения тиражей была секвестирована.

– Нам необходимо что-то новое, доселе еще не испробованное! – продолжил Федор. – Ведь всем будет жутко интересно узнать, как начнут развиваться события в семействе миллиардера после того, как шуры-муры его супруги со знаменитым футболистом станут достоянием гласности. И тут нельзя просто выдумывать, поскольку Юркун наверняка подаст в суд. Нужны факты! Нужна правда!

Даже главный немного опешил от таких перспектив и осторожно спросил:

– Федор, и как ты планируешь это устроить? Одно дело – добыть пикантные фото Альбины и ее футболиста, это не так уж сложно. И совсем другое – узнать, как развиваются события в семействе Юркуна. Именно узнать, а не предположить или напечатать домыслы и слухи! Или ты намерен шпиона к нему в подмосковный замок заслать?

Федор улыбнулся:

– Шеф, вы, как обычно, попали в точку! Вот именно – шпион в особняке Юркуна! Шпион, который работает на нашу газету! Шпион, который докладывает обо всем, что происходит в благородном семействе на самом деле! Шпион, который, если понадобится, сделает фотографии или даже установит скрытую камеру!

Журналисты молчали, чувствуя, что Федора занесло. Как такое возможно – заслать своего человека в дом к миллиардеру?

– Но если шпион попадется, то Юркун, вернее его служба безопасности, из него сделает фарш, – заметил бородач Виктор. – У них всем заправляет Ингварс Репше, человек из Комитета!

– Значит, нечего ему попадаться! – отрезал Федор. – К тому же речь ведь идет не о том, чтобы сделать копии планов ядерной бомбы или новейшей подлодки. Это не государственный шпионаж, а так, гламурный репортаж. И никакого срока за подобное не грозит.

– Да, только если окажешься в лапах ребят Юркуна, сам захочешь сесть в тюрьму, – заметила рыжеволосая журналистка. – Такие закатают в асфальт и глазом не моргнут! И как ты намерен шпионить в особняке Юркуна, Теодор?

Федор, мобильник которого снова завибрировал, бросил в трубку: «Киска, я перезвоню позже», а затем усмехнулся: – Кто тебе сказал, что я сам буду шпионить? Меня вся Москва в лицо знает! Не гримироваться же мне, в самом деле! Да и мужчина сразу попадет под подозрение. Шпионом должна стать женщина!

Рыжеволосая коллега немедленно затрясла многочисленными сережками в ухе.

– Нет, нет! У меня двое детей, муж-балбес и пожилая мамочка! Я не могу рисковать! Да и меня знают еще лучше, чем тебя, Теодор. У меня особый, совершенно уникальный тембр голоса, и изменить его я не смогу!

Журналисты загалдели – каждый из них доказывал Крылову, что никак не может перевоплотиться в шпиона. Главный прервал дискуссию, несколько походившую на базарную перепалку, заявив:

– Ты, Федор, через край хватил! Или мне прикажешь бороду сбрить и наняться к Юркуну шофером?

Все, кроме Крылова, подобострастно засмеялись – седая борода была фирменным знаком главного. Предложить ему сбрить ее было столь же немыслимо, как посоветовать Памеле Андерсон расстаться с силиконовыми имплантатами.

– А не лучше ли подкупить кого-нибудь из прислуги Юркуна? – последовало чье-то дельное предложение. – И самим рисковать не потребуется, и человек уже, так сказать, внедрен…

– Не пойдет, – парировал Федор. – Кто гарантирует, что горничная, которой ты предложишь сделать пару фото в особняке миллиардера, не побежит тотчас к шефу службы безопасности и не расскажет ему обо всем? Да и сколько надо заплатить за информацию? Наверняка кучу бабок! А финансы у нас поют романсы.

– Да, да, поют, – с готовностью подтвердил главный, подумав о том, что неплохо бы поменять вскорости автомобиль. Только подчиненным об этом знать вовсе необязательно. – Денег на подкуп прислуги в доме Юркуна нет. Жаль, Федор, предложение было отличное, но, увы и ах, нашей газете такое не по плечу. Значит, ограничимся фотографиями Альбины в объятиях ее футболиста. Кстати, Авсеенко ведь вроде еще не женат?

– Не женат, но у него подружка из группы «Шалтай-Болтай», – доложила заведующая отделом светских сплетен. – Причем, что особенно пикантно, группу продюсирует как раз Альбина Митковская. Собирается их в следующем году везти на «Евровидение». Наверняка через свою подопечную Аллочку с футболистом и познакомилась!

– Это какая из них Алла. Брюнетка со ртом, как у тигровой акулы? – встрял бородач Виктор.

Заведующая отделом светских сплетен охотно пояснила:

– Нет, брюнетка спит с одним мелким олигархом. У него семья, куча детей и все такое, разводиться он не намерен. Но ей пока достаточно и его подношений. А Авсеенко официально является другом блондинки…

– А, той, которая всегда в неимоверно коротеньких блестящих шортиках и на огромных каблуках? – переспросил Виктор.

Федор прервал обмен гламурной информацией:

– Шеф, поэтому я и веду речь о внедрении своего человека в штат Юркуна. Это можно утрясти. Например, через агентство по найму прислуги. У меня там хорошие контакты.

– Предположим, тебе удастся пропихнуть своего человека в замок Юркуна… – вздохнул главный. – Но как только мы начнем серию репортажей, сразу станет понятно: кто-то из прислуги стучит.

– Нашему шпиону хватит нескольких дней, чтобы выведать все, что надо, – заверил Федор. – Потом он, вернее, она, смоется – и мы тотчас начнем нашу серию. Со всеми смачными подробностями, сенсационными разоблачениями и шокирующими фотографиями!

Главный был вынужден признать, что затея очень даже ничего.

– Шеф, не «ничего», а просто гениальная! – отрезал Федор. – Только нельзя тянуть. Потому что время в данном случае – деньги. Лишь тот, кто первый начнет печатать информацию о романе Альбины и футболиста, снимет все сливки. Мы, наконец, утрем нос нашим вечным конкурентам!

Нанести удар по престижу Льва Аристарховича Юркуна, а заодно и подконтрольной ему желтой газеты, было непреодолимым соблазном для главного. Ведь Крылов прав: так можно сразу выйти в «дамки». Вернее, в «короли»! Ясно же, что Федор метит в его кресло. Вот и пусть его получит. А он сам после разразившегося медиаскандала пойдет на повышение, станет главным редактором газеты попрестижнее, чем «Бульвар-экспресс», и с гораздо более солидным окладом. Чем черт не шутит, если повезет, то можно потом претендовать и на теплое местечко в «желтом» гиганте Юркуна. Ну да, сначала потретировать миллиардера, а потом принять его предложение и стать его союзником… Гениально, просто гениально!

Главный взглянул на Федора с умилением, к которому примешалось сожаление, и уточнил:

– Так кто все же станет засланным казачком? Из наших дам никто претендовать на роль Маты Хари в логове Льва Аристарховича по понятным причинам не может.

– Вот если только Маруся… – начала заведующая отделом светских сплетен, поминая свою бывшую коллегу и подругу, с которой не так давно произошла темная история[2].

Федор, имевший к той темной истории самое непосредственное отношение, сказал как отрезал:

– Маруся здесь больше не работает, и туда ей и дорога! А что касается кадров… Шеф, а как насчет нашей новенькой? Вы все равно собирались ее увольнять в связи с сокращением штата. А она пока нигде не засветилась. Почему бы не попробовать?

Главный наморщил сократовский лоб и произнес:

– А она вообще где, на больничном? Как ее зовут-то? Ольга… Ах нет, Оксана. Федор, ты голова! Конечно, девчонка нам и нужна! Только важно, чтобы она этого не знала! Ну-с, позвоните ей и скажите, что я желаю ее немедленно видеть…

* * *

В горле у Оксаны ужасно першило. Хотелось прокашляться, но девушка, сжав до синевы руки в кулаки, натужно улыбалась главному редактору, прохаживавшемуся вдоль окна, и боялась пошевелиться, сидя на краешке стула в несколько сгорбленной позе.

– Оксана, ты понимаешь, что времена сейчас для прессы грустные, – вещал главный, нахмурив брови. – А тиражи нашей газеты, как ты сама знаешь, увы, только падают. В таком случае приходится прибегать к непопулярным мерам. Например, к увольнениям сотрудников.

Эти слова произвели на Оксану Волынцеву, красивую светловолосую девушку с испуганно распахнутыми синими глазами, шокирующее впечатление. Она так и знала! Еще полугода не прошло, как она устроилась в «Бульвар-экспресс», и все, ее карьера журналистки подошла к концу. А ведь коллектив ей нравился, да и работа была очень интересная. Конечно, не без своей специфики – в статьях приходилось многое придумывать. Но ведь «Бульвар-экспресс» на том и специализировался – сплетни, слухи, разоблачения, в большинстве своем мнимые, сенсации, почти всегда дутые, скандалы, за малым исключением высосанные из пальца… Когда-то, будучи наивной студенткой журфака МГУ, Оксана мечтала о карьере НАСТОЯЩЕГО журналиста, о том, что рано или поздно ей попадется НАСТОЯЩАЯ сенсация, нечто наподобие Уотергейтских разоблачений. Ей так хотелось писать серьезные, взвешенные, умные статьи. А приходилось строчить дешевые опусы в желтый-прежелтый «Бульвар-экспресс». Хотя последнее лучше, чем оказаться вообще без работы. Но, похоже, и этот период ее жизни заканчивался – главный явно намеревался сообщить ей, что она уволена. Иначе зачем вызвал ее с больничного? И еще грипп к ней привязался, так некстати. Хотя какая разница, болен ты или здоров, когда тебя увольняют…

Поглаживая холеную бороду, главный продолжал:

– Да, такая мера вынужденная, но, увы, в сложившейся ситуация неизбежная. Оксана, ты хорошо зарекомендовала себя, серия твоих статей о чертях в канализации произвела на меня и читателей неизгладимое впечатление. Но!

Он сделал жуткую паузу и, уставившись на вконец оробевшую Оксану немигающим взором, прошелестел:

– Но кризис, сама понимаешь. В старые-то добрые, докризисные, времена я бы не только не завел речь об увольнении, но и предложил бы тебе повышение.

Вот и все, поняла девушка. Оксана Волынцева, двадцати трех лет, выпускница журфака МГУ с красным дипломом, проработала по специальности пять с половиной месяцев – и оказалась на улице. И кто захочет взять ее к себе?

– Однако мое сердце обливается кровью, когда я думаю о том, что такая молодая и перспективная журналистка, как ты, Оксана, останется без работы, – заявил главный отеческим тоном.

Девушка еще сильнее сжала руки в кулаки, опасаясь, что не выдержит и, чего доброго, всхлипнет.

– И, с учетом твоих былых заслуг, Оксана, я могу отсрочить столь непопулярное решение. Но тебе придется показать, на что ты готова ради благополучия нашей газеты.

Оксана взглянула на главного. Неужели и этот вальяжный и солидный господин хочет только одного? Сейчас предложит ей навестить его на даче в выходные, когда жена отправится с визитом к своим родителям…

– Имеется одно чрезвычайно престижное журналистское задание, – продолжал главный, – и, Оксана, обещаю тебе: если ты выполнишь его с честью, то решение о твоем увольнении будет забыто. Ты ведь готова сделать все для процветания «Бульвар-экспресс»?

– Если речь идет о профессиональной сфере… – начала осторожно девушка.

Главный усмехнулся:

– Оксана, а о чем же еще! Значит, ты согласна? Отлично! Обещаю тебе, это задание сделает тебя знаменитой! Перед тобой откроются совершенно иные журналистские горизонты. Может быть, ты сама потом не захочешь оставаться в нашей, чего греха таить, не самой престижной газете. Так ты согласна?

Оксане не оставалось ничего иного, как дать свое согласие, хотя она еще не имела понятия, о чем идет речь. Однако если выполнение задания позволит ей сохранить за собой место в «Бульвар-экспресс»…

– Федор, зайди ко мне! – произнес главный, нажав кнопку селекторной связи.

Несколько секунд спустя в дверь кабинета осторожно постучали и появился Федор Крылов. Оксана поджала губы. Первый заместитель главного редактора считал себя неотразимым красавцем и первым редакционным мачо. Подкатывал и к ней сразу после того, как она появилась в «Бульвар-экспресс», но девушка дала ему от ворот поворот.

– Договоренность, как понимаю, достигнута, шеф? – спросил Крылов главного. – Ну и прекрасно! Оксана, тебе выпала огромная честь! Я бы и сам с охотой взялся за этот репортаж, но тут требуется женский психологизм. Тебе сказочно повезло, девочка моя золотая!

Федор брякнулся в кресло и принялся излагать суть задания. Когда он завершил, Оксана в недоумении уточнила:

– Вы хотите, чтобы я под видом горничной проникла в особняк Льва Аристарховича Юркуна и собрала информацию об адюльтере его супруги, Альбины Митковской, и о реакции самого миллиардера?

– Вот именно, девочка моя золотая! – просиял Федор. – Вот именно! Из всех сотрудников только ты подходишь на эту роль. Во-первых, у тебя тонкое чутье, во-вторых, экстраординарный шарм, в-третьих, модельная внешность. Или ты думаешь, что мы можем послать кого-то еще? Все остальные дамы, работающие в нашей газете, или чересчур габаритные, или слишком старые, или и то, и другое. Остаешься только ты! Ну так как, девочка?

Оксана понимала, что ей отводится незавидная роль добытчика информации. О Льве Аристарховиче Юркуне она, конечно же, слышала. Причем далеко не самое хорошее.

– Если я соглашусь и предоставлю вам нужную информацию, то могу рассчитывать на то, что войду в штат постоянных сотрудников «Бульвар-экспресс»? – спросила девушка.

Главный и его заместитель переглянулись, и Федор зачирикал:

– Но пусть наш уговор останется между нами. Если ты сделаешь все, как надо, то станешь нашей полноправной коллегой. Даю тебе честное слово!

Оксана взглянула на главного, и тот, поглаживая бороду, пообещал:

– В случае успеха нам не будет нужды увольнять свою лучшую сотрудницу.

У девушки отлегло от сердца. То, что ей предлагают сейчас, вне всяких сомнений, чистой воды авантюра, но это лучше, чем оказаться безработной. И кто сказал, что она потерпит крах? Наоборот, ее репортажи станут настоящей бомбой! Всего через пару недель в ее жизни все изменится – не будет крошечной, но такой дорогой съемной квартирки на Рязанском проспекте, не будет больше супов из пакета и наспех перехваченных бутербродов, не будет постоянных материальных забот. В жизни главное – воспользоваться представившимся шансом. Причем воспользоваться с умом. Эти двое считают, что смогут использовать ее в своих целях, а она уверена, что использует Федора и главного в собственных. Все хотят найти дверь в счастье. И ей, похоже, удалось!

– Так вы тоже даете честное слово? – пристально посмотрела на главного Оксана, и тот энергично кивнул:

– Барышня, за кого вы меня принимаете. Мое слово тверже алмаза. Добудь нам эксклюзивную информацию и фотографии – и место заведующей отделом светских сплетен твое. Лариса уже давно сдала свои позиции, нужна молодая поросль!

Оксане было жаль Ларису, та постоянно поила ее чаем с земляничным вареньем, но главный прав – Лариса давно утратила хватку. А должность заведующей отдела светских сплетен сулит увеличение зарплаты, причем существенное.

– Вижу, что ты согласна, девочка, – пропел Федор. – Тогда приступим!

* * *

Вживую Альбина Митковская выглядела еще лучше, чем на фотографиях, – явление для представителей тусовки далеко не само собой разумеющееся. Обычно фотографии, особенно в заказных статьях, проплаченных самой «звездой», обрабатывались в фотошопе, все недостатки фигуры, издержки возраста и огрехи пластического хирурга попросту испарялись. И «звезда» выглядела необыкновенно молодой, красивой и обольстительной.

Альбина же Митковская была необыкновенно молодой, красивой и обольстительной и в реальной жизни. Платиновые локоны обрамляли фарфоровое личико без единой морщинки, голубое дизайнерское платье плотно облегало идеальную фигуру, и глаза были неправдоподобно большими и зелеными. Впрочем, последнее объяснялось скорее всего контактными линзами.

Она выплыла в огромную кухню подмосковного поместья своего супруга, Льва Аристарховича Юркуна, распространяя несколько тяжелый аромат безумно дорогого и самого популярного в этом сезоне французского парфюма.

Вспомнив наставления управляющей поместьем Таисии Аркадьевны, невысокой особы с короткими седыми волосами и цепким взглядом, которая находилась тут же, одетая в строгий черный брючный костюм, все присутствующие в один голос произнесли:

– Доброе утро, Альбина Валерьевна!

Альбина с милой улыбкой взглянула на прислугу. Взгляд хозяйки поместья остановился на Оксане. Таисия Аркадьевна тотчас подоспела с разъяснениями:

– Альбина Валерьевна, это новенькая, зовут Оксана. Она заменяет Ирину…

– Рада приветствовать вас в нашей сплоченной команде, Оксана! – пропела Альбина, но руки, естественно, не подала: демократичной до такой степени она все же не была. – Таисия Аркадьевна введет вас в курс дела. Надеюсь, вы будете чувствовать себя у нас как дома!

Слова прозвучали как насмешка: подмосковное поместье Льва Аристарховича Юркуна было площадью с не самую маленькую провинцию Нидерландов, а четырехэтажный особняк, более походящий на старинный замок, насчитывал больше сорока комнат. Оксана никак не могла чувствовать себя здесь как дома. Скорее – как в музее.

Однако ничего подобного она, конечно же, не сказала, а сдержанно улыбнулась в ответ на слова хозяйки и опустила взор. Альбина сразу же потеряла интерес к новенькой, которая замещала горничную Ирину, столь некстати поскользнувшуюся, сломавшую ногу и надолго выбывшую из строя. Никто не догадывался, что Ирина отнюдь ничего себе не ломала, а на четыре недели отбыла в Хургаду – отпуск был оплачен из бюджета «Бульвар-экспресс» (Крылов был знаком с родной сестрой Ирины, и та уговорила ее инсценировать несчастный случай и уйти на длительный больничный). Федору стоило некоторого труда сделать так, чтобы в качестве замены агентство по найму высококвалифицированной прислуги предложило управляющей поместьем Юркуна именно Оксану, но у заместителя главного редактора связи были везде. Однако основная трудность заключалась в том, чтобы выбор Таисии Аркадьевны пал именно на Оксану. Но вышло как надо – суровая дама просмотрела анкету и отзывы прежних хозяев (и то, и другое было поддельным), переговорила с Оксаной несколько минут и взяла ее.

– Таисия Аркадьевна, душечка, вы же знаете, что совсем скоро у нас состоится прием, – напомнила Альбина. – Вы уже начали подготовку?

Управляющая склонила седую голову и ответила:

– Конечно, Альбина Валерьевна, не извольте беспокоиться!

Оксане показалось, что тон Таисии Аркадьевны был несколько язвителен. Альбина отдала еще несколько распоряжений, а потом стала давать наставления шеф-повару касательно меню на новый день.

Наконец хозяйка покинула помещение для прислуги. Едва она скрылась, Таисия Аркадьевна, водрузив на нос стильные очки и держа в руках кожаную папку, стала отдавать короткие распоряжения. Оксане выпало работать вместе с Любой, полноватой симпатичной девицей с рыжеватыми локонами и дерзкой улыбкой. Прислуги в поместье Юркуна было около тридцати человек – огромный дом, гигантский сад и большие конюшни требовали постоянного надзора. Оксане и Любе сейчас надлежало отправиться в спальню хозяйки и привести ее в порядок.

Люба была говорливой особой. Поднимаясь вместе с Оксаной по мраморной лестнице, она негромко заметила:

– Ну вот, тебя тоже угораздило оказаться в этой тюрьме.

– В тюрьме? – в легком недоумении спросила Оксана.

– А как это еще назвать? – усмехнулась Люба. – Тайка, то есть Таисия Аркадьевна, самая настоящая надзирательница. Чуть что – выговор. Управляющая просто помешана на чистоте и порядке! Никогда не орет, всегда говорит тихо, но от ее тона мурашки по всему телу. Ты с ней спорить и не пытайся, она этого жутко не любит! Попробуешь перечить – тотчас окажешься на улице! Да еще с таким отзывом, что потом тебя ни одно приличное семейство не возьмет. Хотя кто сказал, что богатенькие приличные…

В тоне Любы сквозило явное пренебрежение и досада.

Девушки оказались на последнем этаже особняка. Из недр огромного коридора появился невысокий плотный мужчина с короткой седой шевелюрой. Его сопровождали несколько быкообразных молодых людей. Люба тотчас расплылась в улыбке и, едва не приседая в книксене, произнесла:

– Доброе утро, Лев Аристархович!

Это и был хозяин поместья, известный миллиардер Юркун, державший в руках весь строительный бизнес Москвы и Подмосковья. Оксана видела его изображение в газетах и Интернете. В реальной жизни олигарх оказался не таким высоким, как она ожидала. Одет он был весьма просто, в отличие от своей супруги: несколько потрепанные джинсы, неброская однотонная рубашка, далеко не самый новый серый пиджак без галстука.

Миллиардер молча кивнул и одарил прислугу коротким взглядом. На мгновение Оксана встретилась с ним глазами. Девушке показалось, что взгляд Юркуна пронзил ее насквозь, она даже поежилась.

Когда процессия скрылась, Люба охотно пояснила:

– В офис поехал. У него в «Москва-Сити» свой личный небоскреб! Вообще-то мужик ничего. И, главное, к женской прислуге не пристает. А то работала я когда-то у одних, так там, чуть жена отвернется, хозяин сразу лез к девицам. И попробуй откажи – выгонит в три шеи! А если ответишь взаимностью, его мадам тебя в три шеи вытолкает. Как хочешь, так и изворачивайся! А ты у кого трудилась?

Дабы замять скользкую тему, Оксана заговорила о другом:

– А взгляд-то у него какой… жуткий…

– Так ведь он раньше в КГБ работал! – хохотнула Люба.

Оксана вспомнила факты из биографии Юркуна. Тот в самом деле на заре своей карьеры, начавшейся в Киеве, работал в Комитете. Несколько лет находился при советском посольстве в Лондоне – якобы в качестве атташе, а в действительности как резидент могущественной организации.

– Альбину он до сумасшествия любит. А еще больше их общего сыночка, Левушку, названного в честь отца, – продолжала трещать Люба. – У Льва Аристарховича три дочки от первого брака, уже давно взрослые. А он все о сыне мечтал, о наследном принце. Вот Альбина ему и родила! Причем он совсем даже не прочь, чтобы молодая супруга еще двух, а то и трех ребятишек на свет произвела, но мадам, конечно же, ни в какую. Боится фигуру испортить, да и с детьми ей возиться ой как неохота. Ей бы все на тусовки, приемы, вернисажи, фуршеты, вечеринки да званые обеды бегать…

Люба оказалась неистощимым источником информации. Оксане даже не требовалось поддерживать разговор – девушка сама вываливала на нее кучу разнообразных, в основном пикантных, сведений из жизни семейства Юркун.

Спальня Альбины занимала большую часть северного крыла. Люба, державшая себя за старшую, велела Оксане отправиться в ванную комнату. Девушка едва сдержала вздох восхищения: ванная была по площади раза в два больше, чем квартирка, которую она снимала. Пол был выложен малахитом, а сама овальная купель по размерам похожа на небольшой бассейн. Впрочем, в поместье имелось два настоящих бассейна – один на улице, в зимнее время года не работавший, и еще крытый, около спортивного зала, предназначенный для ежедневных водных процедур.

Оксана с усердием принялась за уборку ванной комнаты, хотя, по ее мнению, все здесь было и так идеально чистым. Люба, время от времени контролировавшая младшую коллегу, то и дело давала наставления:

– А здесь почему не протерла? И побыстрее, побыстрее! Конечно, хорошо бы возиться здесь полдня, но ведь Тайка возникнет и отчитает за то, что слишком долго копошимся. Здесь, в доме, знаешь, сколько работы? Непочатый край!

Чувствуя, что спину начинает ломить, Оксана упорно терла ванну. Когда Люба вышла, девушка осторожно подошла к сияющим зеркальным шкафчикам и открыла один из них. Ее взору предстала целая батарея флаконов, баночек и коробочек, которые содержали средства для поддержания неувядающей красоты и молодости Альбины. Впрочем, ведь той не было еще и тридцати. Но, по слухам, Митковская уже несколько раз ложилась на стол к пластическому хирургу.

В другом шкафу Оксана увидела упаковку одноразовых шприцев. Интересно, зачем они Альбине? Или, может, у нее диабет? Об этом девушка ничего не знала. Или… Неужто красавица принимает наркотики?

– Внутри убирать не надо, только снаружи! – раздался позади нее тихий голос Таисии Аркадьевны.

Оксана, сердце которой ушло в пятки, неловко сунула упаковку шприцев на место и обернулась. Управляющая взирала на нее с непроницаемой миной.

– Да, да, конечно, – произнесла Оксана, краснея. – Дверца была открыта, поэтому я хотела всего лишь прикрыть ее.

Ей показалось, что управляющая не поверила ни единому ее слову. И зачем только она полезла в шкафчик! Это все наставления Федора Крылова – заместитель главного редактора велел ей не терять времени, обыскать апартаменты Альбины на предмет чего-либо, уличающего супругу миллиардера в прелюбодеянии.

Таисия Аркадьевна, склонившись над ванной, которую только что усердно драила Оксана, провела по белоснежной поверхности указательным пальцем и обронила:

– Поверхность вычищена плохо. Займитесь ею снова.

Оксана тотчас повиновалась, понимая, что с Таисией Аркадьевной шутки плохи. Одно ее слово, одно подозрение – и все, новая горничная больше в поместье работать не будет! А если ей не удастся раздобыть сенсационную информацию для разоблачительного репортажа, то это будет не последнее рабочее место, которого она лишится в скором будущем.

Управляющая пару минут стояла за спиной у Оксаны, которая старательно терла ванну.

– Нет, не так! Вы должны тереть поверхность более энергично, но в то же время не так грубо, – заявила Таисия Аркадьевна и взяла губку из рук Оксаны. – Смотрите!

Движения управляющей были умелые и уверенные. Показав в течение нескольких секунд, как нужно работать, она вдруг спросила:

– Так у кого вы были в горничных до того, как появились у нас?

Оксана, выучившая наизусть свой поддельный трудовой путь, выпалила:

– У Дмитрия Николаевича и Марины Сергеевны Верховенских…

Таисия Аркадьевна чуть поджала тонкие губы.

– Судя по рекомендации, которую дали вам в агентстве, прежние хозяева остались вами довольны. Что, впрочем, и неудивительно, дом у Верховенских не очень большой. Насколько я в курсе, они сейчас находятся на сафари в Африке. Ведь так?

Оксана, которой стало не по себе от допроса, подтвердила, что супруги Верховенские улетели на прошлой неделе в Кению. А что, если старая мегера вздумает связаться с ними и расспросить о бывшей горничной Оксане? А те скажут, что ничего о горничной с таким именем не слышали.

– Продолжайте! – велела, возвращая девушке губку, Таисия Аркадьевна. – А когда закончите, зайдите ко мне.

Начальница удалилась, а Оксана, чувствуя, что дрожит всем телом, опустилась на край огромной ванны. Управляющей не понравилось, как она работает, и та решила ее рассчитать? Ее блиц-карьера горничной длилась неполный рабочий день!

Завершив уборку в ванной комнате, Оксана вышла в спальню. Люба как раз закончила пылесосить.

– Что, велела зайти к себе? – спросила она девушку. – Ты не бойся, Тайка всегда новеньких под особый надзор берет, промывку мозгов им устраивает. Она это страсть как любит! Говорят, что раньше тоже в Комитете работала. По ней и видно – наверняка диссидентов током жучила и врагам народа под ногти раскаленные иголки загоняла!

У Оксаны немного отлегло от сердца. По всей видимости, никто увольнять ее не собирался – во всяком случае, на данный момент. Девушка вспомнила о миссии, ради выполнения которой, собственно, и попала в качестве горничной в особняк семейства Юркун, и, окинув взором невиданных размеров кровать с балдахином, осторожно поинтересовалась:

– А что, у хозяйки, у Альбины Валерьевны, своя собственная спальня? Я имела в виду… хотела только спросить…

Люба, отключая пылесос от сети, ответила грубовато:

– Хотела узнать, почему Альбиночка не спит вместе с мужем? Да этому уже давно никто не удивляется! Якобы потому, что Лев Аристархович громко храпит. А я считаю, что красотка вышла замуж за чрезвычайно богатого и влиятельного человека, который в два раза ее старше, по одной причине – из-за денег! Но одно дело провести с олигархом ночь и получить затем щедрый подарок, и совсем другое – жить с ним в течение многих лет. Я убираю ее спальню, и мне ли не знать, что хозяин к ней редко когда заглядывает. У нее то голова болит, то критические дни, то она работает всю ночь… Альбиночка же музыкальный продюсер! Еще бы, при муже-миллиардере можно себе позволить продюсировать идиотских исполнителей. Да, сексом они занимаются нечасто. Не удивлюсь, если Льву Аристарховичу такая петрушка надоест и он себе новую жену подыщет, а с этой расстанется. Скажу по секрету: я не так давно ее в ванной со шприцем в руке застукала! И рука у нее была жгутом перетянута – наверняка какую-то гадость себе колола. А кому нужна наркоманка? По брачному-то контракту в случае развода ей почти ничего не перепадает, так, крохи какие-то. Одеваться у парижских кутюрье и коллекционировать килограммами драгоценности Альбиночка, если Лев Аристархович ее бросит, уже явно не сможет. И вообще говорят…

Девушка хитро улыбнулась и таинственно помолчала. А затем продолжила:

– И вообще говорят, Альбиночка завела себе ухажера. Потому что прачки, которые ее вещи стирают, твердят – от ее вещичек разит мужским одеколоном! Причем совсем не таким, каким пользуется Лев Аристархович. У него же вкус консервативный, он и парфюм предпочитает неброский. А платьишки Альбиночки пропахли какой-то сладкой дрянью. Лев Аристархович в жизни к такому не прикоснется!

Оксане хотелось углубить эту животрепещущую тему, однако в переднике Любы запищал мобильный телефон. Взглянув на дисплей, она сказала:

– Все, Тайка требует к себе. У нее же на все имеются свои сроки, везде свои графики. Не уложишься в отведенное ею время на уборку – можешь убираться прочь!

* * *

О том, что работа на Льва Аристарховича и Альбину Валерьевну – большая честь, Оксана узнала от Таисии Аркадьевны, которая приняла ее в своем небольшом кабинете, обставленном весьма скудно. Управляющая, сидевшая в кресле за ноутбуком, не предложила девушке сесть, а в течение десяти минут читала ей лекцию о писаных и неписаных правилах поведения в особняке.

– Искренне надеюсь, что не разочаруюсь в вас! – заключила она свою речь.

Оксана уверила Таисию Аркадьевну, что оправдает ее доверие. Когда же та снова завела речь о прежних хозяевах, семействе Верховенских, Оксана поняла: надо как можно быстрее заполучать нужную информацию и сматываться. Пока-то «бывшие» находятся в Африке, в отпуске, но вернутся через пару недель. И Таисия Аркадьевна не откажет себе в удовольствии задать им пару вопросов о горничной Оксане.

Первый рабочий день показался девушке бесконечным. С учетом того, что зарплата была далеко не самая большая, а спектр обязанностей поистине огромным, Оксана почувствовала себя в роли крепостной. Главное, продержаться еще некоторое время, а потом… Потом будет долгожданная свобода и пост заведующей отделом светских сплетен в «Бульвар-экспресс»!

Увидела девушка и сына четы Юркун, Левушку: мальчику не так давно исполнилось три года. Он находился на попечении двух воспитательниц. Одна из них – доктор педагогических наук, а другая – чистокровная англичанка со званием магистра изящных искусств Лондонского университета. Мальчик был живой, непосредственный и лопотал сразу на двух языках, русском и английском.

В течение дня Оксана так и не смогла завести с Любой разговор о любовнике Альбины. А под вечер настало время покидать поместье: большая часть слуг прибывала рано утром и уезжала, когда на Москву уже опускалась тьма. Невдалеке от особняка располагалось небольшое здание, в котором имелись комнаты для нескольких горничных и Таисии Аркадьевны. Последняя, не имевшая ни мужа, ни детей, ни близких или дальних родственников, жила в поместье безвылазно и была готова в любое время дня и ночи удовлетворить любую прихоть хозяев. Прочие слуги оставались в поместье на ночь по скользящему графику.

– Эту неделю я здесь буду дежурить, – вздохнула Люба, прощаясь с Оксаной. – Альбиночка ой как любит в три часа ночи потребовать себе чашку какао! Или велит напустить ванну – сама она, конечно же, сделать этого не в состоянии. И горе, если температура воды будет хотя бы на градус ниже или выше той, которую ей хочется, – пощечины Альбина раздает направо и налево! Как-то даже и Тайке досталось, поэтому управляющая хозяйку и не выносит. Зато Льву Аристарховичу Тайка предана как собака. Мне кажется, она даже в него тайно влюблена!

Уже поздно вечером, оказавшись в Москве, Оксана переговорила с Федором, который результатами первого дня пребывания в особняке Юркуна остался доволен.

– Значит, девочка моя, даже слуги уже шушукаются о том, что Альбина налево ходит? – хохотнул он. – Отлично, отлично! Работай и дальше в этом направлении! И собирай улики!

Оксана намеревалась спросить, как долго ей придется гнуть спину на семейство Юркун, но Федор уже повесил трубку. Девушка отправилась спать. А утром, в половине шестого, ее вырвал из сна резкий звонок будильника. Начинался новый трудовой день.

* * *

К концу первой рабочей недели Оксана вполне освоилась в особняке и приноровилась к обязанностям горничной. От Любы она узнала кучу полезной и занимательной информации. Осторожно, наводящими вопросами и невинными, глуповатыми замечаниями Оксана время от времени переводила разговор на тему супружеской неверности. Это срабатывало: Люба потчевала Оксану свежайшими сплетнями и даже как-то заметила:

– А сегодня утром я слышала перепалку Льва Аристарховича и Альбиночки. Ему не нравится, что наша мадам уж слишком часто остается ночевать в Москве, в тамошней гигантской квартире. Она-то уверяет, что сейчас идет напряженная работа над альбомом ее подопечных, поэтому приходится допоздна торчать в студии и нет смысла ехать в особняк. Но, кажется, Лев Аристархович начинает прозревать. По слухам, он дал задание Ингварсу не спускать глаз со своей благоверной!

Ингварс Репше был начальником службы безопасности Юркуна. Высокий, спортивный, с соломенно-белыми волосами и хищным, но красивым лицом, он производил гнетущее впечатление. Ингварс был когда-то сотрудником той же организации, что и сам Лев Аристархович. В особняке его все боялись.

В свое первое воскресенье – выходных для прислуги, разумеется, не было – Оксана стала свидетельницей семейной сцены между супругами. Она приводила в порядок гардеробную Альбины, когда на пороге апартаментов появился Лев Аристархович. Вообще-то, несмотря на выходной, он с утра отправился в московский офис, однако вернулся еще до полудня, что было странно. Причем вернулся миллиардер не на вертолете, на котором он обычно перемещался из поместья в столицу и обратно (на крыше небоскреба, где располагался центральный офис его строительного холдинга, имелась вертолетная площадка, как, впрочем, и в поместье), а отчего-то на автомобиле, сопровождаемый вереницей тонированных джипов, набитых телохранителями и помощниками.

Альбина, сидевшая за компьютером, увидев супруга, встрепенулась.

– Левушка, ты сегодня что-то рано! – произнесла она, быстро закрывая ноутбук. – И почему не на вертолете? Что-то случилось?

Миллиардер, державший в руке большой конверт, посмотрел по сторонам и, заметив горничную, бросил ей:

– Благодарю, вы можете быть свободны!

Оксана извинилась, неловко вытолкнув в коридор тележку, заставленную флаконами для чистки, и прикрыла дверь. Однако не до конца! Ей было любопытно узнать, что же произошло. А то, что кое-что произошло, не вызывало сомнений: лицо Юркуна было покрыто пятнами, а голос дрожал, чего за ним никогда ранее не наблюдалось.

– Левушка, неприятности на работе? – донесся до Оксаны голос Митковской. – Неужели твой мегапроект придется заморозить? Самое высокое здание в Европе – это же так…

– Альбина, ты мне изменяешь? – прервал ее Юркун.

Оксане через приоткрытую дверь была видна только фигура миллиардера, его супруга находилась вне поля зрения.

Последовала короткая пауза. Затем раздался испуганный голос Альбины:

– Левушка, о чем ты? Почему ты решил, что я тебе изменяю? Ах, понимаю, происки моих недоброжелателей! Ты ведь прекрасно помнишь, что наш брачный союз вызвал большой резонанс, и многие считали, что я вышла за тебя только из-за денег. Но это не так! Я люблю тебя, ты ведь знаешь! И вот теперь такие странные упреки… Кто тебе подкинул такую гнусную сплетню? Наверняка…

– Альбина, я не спрашивал тебя, любишь ты меня или нет, – снова прервал супругу миллиардер. – Я спросил, изменяешь ты мне или нет! Тебе так сложно дать однозначный ответ? Всего только одно слово: «нет!» или… – Его голос дрогнул, и Юркун добавил: – Или «да».

– Левушка, как ты можешь? Ты меня оскорбляешь своими подозрениями! – всхлипнула Альбина.

Судя по всему, она попыталась броситься к миллиардеру на шею, потому что тот сказал:

– Не надо дешевых представлений, Альбина, прошу тебя! То, что ты замечательная актриса, мне хорошо известно. Так да или нет?

– Левушка, конечно же нет! – воскликнула чересчур поспешно неверная супруга. – Я люблю тебя! Люблю моего Левушку, и мне больше никто не нужен! Почему ты вообще решил задать мне этот странный вопрос? Я ведь тоже могу потребовать от тебя объяснений! Я тоже могу предположить, что у тебя имеется любовница, возможно, даже не одна. Что ты изменяешь мне с… с девицами легкого поведения! Со своими сотрудницами! С секретаршами и референтками! Даже с горничными! Но я тебе доверяю. Иначе бы настояла на том, чтобы все горничные были страшны как смертный грех и не моложе сорока пяти.

– Значит, таково твое последнее слово, Альбина? – внезапно произнес Юркун усталым голосом.

– Левушка, милый мой, конечно же! Я никогда даже и помыслить не могла о том, чтобы изменить тебе! Или ты мне не веришь?

– А как же тогда быть вот с этим?

Оксане удалось разглядеть, что миллиардер швырнул, видимо, на стол, за которым сидела его супруга, тот самый конверт, что держал в руках.

– Что это такое, Левушка? – послышался полный любопытства и волнения голос Альбины. – Ах… Не может быть!

– Я тоже так сказал, дорогая, когда увидел фотографии! Диск с фото в цифровом формате прилагается, – произнес холодно Лев Аристархович. – Или ты будешь уверять, что здесь запечатлен всего лишь дружеский поцелуй и ничего не значащие объятия?

Значит, Юркун раздобыл компрометирующие фотографии, поняла Оксана, ловившая каждое слово. Похоже, ее пребывание в особняке подходило к логическому завершению. Когда она расскажет Федору о том, чему стала свидетельницей, первому заместителю главного редактора не останется ничего иного, как выполнить свое обещание.

– Левушка, конечно же, именно дружеский поцелуй! А что еще может быть? Где и кем были сделаны эти фотографии… Ага, понимаю, работа твоего пса Ингварса! Знаешь, почему он так на меня взъелся с самого начала? Я тебе не говорила, потому что не хотела чернить его в твоих глазах… Еще до нашей свадьбы Репше клеился ко мне, а когда узнал, что ты сделал мне предложение, уговаривал не соглашаться. Говорил о тебе такие ужасные вещи! Я просто не могу их пересказывать! Он тебе не друг, а самый что ни на есть настоящий враг! И эти фотографии просто подделка! Фотомонтаж! В наше время и не такое можно сляпать, даже напечатать фотографии, где я окажусь в объятиях Элвиса Пресли, и ты – в постели с Мэрилин Монро!

– Я знаю Ингварса больше двадцати пяти лет, – заметил миллиардер. – Он всегда был лояльным и честным…

– Левушка, какой же ты наивный, несмотря на то, что такой большой бизнесмен! Суди сам – за прошедшие двадцать пять лет ты добился многого, стал одним из самых богатых людей России и мира, основал крупнейший строительный холдинг Восточной Европы. А твой Ингварс по-прежнему тебе прислуживает. Да, да, прислуживает! А ведь пытался заниматься бизнесом, но потерпел полное фиаско. Ты же его долги и оплатил. Он тебе завидует! Поэтому и пытался отбить меня тогда. И… и не так давно снова делал намеки… говорил, что если… У меня язык не повернется повторить то, что он сказал!

Альбина сделала эффектную паузу. Но тут же все и выболтала:

– Репше сказал, что ты давно выдохся как мужчина. Что вся твоя энергия уходит на бизнес. И что он понимает, что мне нужен кто-то более… более активный в постели. И даже открыто предлагал… предлагал, чтобы я изменила тебе с ним!

– Альбина, я не могу в это поверить! – раздался голос Льва Аристарховича. – А если так и было, то почему ты мне ничего не сказала?

– Да потому, Левушка, что не хотела разрушать вашу дружбу! Потому что верила, что Ингварс остепенится! Но теперь вижу: я ошиблась в нем. Он затаил на тебя злобу… и хочет… уничтожить тебя и меня. Собрался разрушить нашу счастливую совместную жизнь!

Послышались горестные рыдания. Миллиардер заметил:

– Альбина, кто-то из вас говорит неправду – или Ингварс, или ты. Я сейчас вызову его, и мы устроим…

– Ты желаешь устроить очную ставку? Лев, какой же ты бездушный! Кому ты больше веришь – мне, своей жене, или гадкому опричнику из Прибалтики? Давай, тащи его сюда! Конечно, он будет все отрицать… Неужели ты думаешь, что он сломается, как школьник в кабинете директора, и все тебе выложит? Может, он вообще нас сейчас подслушивает, потому что нашпиговал мою спальню «жучками»…

Видимо, упоминание о том, что кто-то может подслушивать их беседу, привело к тому, что миллиардер обратил внимание на приоткрытую дверь. И захлопнул ее. Как хорошо, что буквально за пару секунд до этого Оксана отскочила в сторону и вжалась в стену! Не хватало еще, чтобы Юркун выглянул в коридор и обнаружил ее…

Ничего страшного не произошло, но девушка лишилась возможности узнать, чем же все закончилось. Хотя в то, что все закончилось, она не верила. Однако оставаться около спальни Альбины было небезопасно, и Оксана направилась к лифту для прислуги.

Вечером, прибыв домой, она в подробностях поведала Федору о том, чему стала невольной свидетельницей.

– Оксана, девочка моя золотая, вот что нам и требовалось! – обрадовался Крылов. – Миллиардер устроил сцену своей неверной женушке!

– Так моя миссия может считаться успешно выполненной? – поинтересовалась Оксана. Но Федор живо откликнулся:

– Конечно же нет! Все только начинается! Теперь важно узнать, как будут разворачиваться события. Так что придется тебе еще немного поработать в качестве горничной.

* * *

Прибыв на следующее утро в поместье Льва Аристарховича, Оксана сразу обратила внимание на то, что в особняке царит странная суета. Еще до того, как Таисия Аркадьевна распределила задания на день между прислугой, в подсобном помещении появился Ингварс Репше, начальник службы безопасности.

Не здороваясь, он обвел собравшихся взглядом и сказал:

– Вчера из спальни Альбины Валерьевны был похищен компакт-диск с записанными фотографиями… ммм… особого рода. Прошедшей ночью данные фотографии размещены в Интернете. Мои люди работают сейчас над этим и рано или поздно установят, кто загрузил в Сеть снимки с похищенного диска. Но гораздо важнее узнать, кто похитил компакт-диск из особняка. Предатель – один из вас!

Оксана, вслушиваясь в ужасные слова начальника службы безопасности, чувствовала, что ноги у нее стали ватными и что она вот-вот грохнется в обморок. Наверняка речь идет о тех самых пикантных фотографиях, которые вчера Юркун предъявил своей жене!

– Я не надеюсь на то, что вор облегчит свою совесть чистосердечным признанием, – без тени улыбки продолжал Ингварс Репше. – Поэтому выясню правду иным способом, все – абсолютно все, кто работает в поместье! – пройдут в течение сегодняшнего дня тест на детекторе лжи. Тот, кто откажется, будет передан на руки моим сотрудникам. Собственно, отказаться вы не можете, соответствующий пункт имеется в договоре каждого из вас. Итак, начнем! Таисия Аркадьевна, прошу вас проследовать за мной!

С гулко бьющимся сердцем, которое грозило выпрыгнуть из груди, Оксана зашла в туалетную комнату для прислуги, пустила воду и уставилась в зеркало. Проверка на детекторе лжи! Диск с пикантными фотографиями Альбины в объятиях футболиста Авсеенко она не брала, это сделал кто-то другой. Но тест наверняка выявит, что новая горничная что-то скрывает, что она не та, за кого себя выдает. И что за тем последует? Оксана даже и думать не хотела. Предатель окажется в руках людей Ингварса. Ничего хорошего это не сулило.

Как хорошо было бы немедленно сбежать! Жаль только, что это невозможно. Никто не выпустит Оксану из поместья без разрешения начальника службы безопасности. А такого разрешения тот, конечно же, не даст – во всяком случае до тех пор, пока она не пройдет тест на детекторе лжи. Или все-таки у нее получится обмануть хитроумную машину?

Девушка немного успокоилась. Но как только снова подумала о Федоре и «Бульвар-экспресс», ее пульс устремился вверх. Детектор лжи можно обмануть, но для этого, она читала где-то, надо тренироваться долгие месяцы, а то и годы. И у нее, конечно же, ничего не получится! Так не лучше ли сразу сделать явку с повинной? Сказать Ингварсу, что она находится в поместье по поручению главного редактора желтой газеты, и поклясться, что ничего не брала. Тогда детектор лжи подтвердит, что журналистка говорит правду.

Или, узнав, что Оксана журналистка, никто не станет слушать ее путаные объяснения? И ее сразу передадут в руки амбалов Репше? Но те не посмеют сделать с ней ничего плохого! Или все же посмеют? Ведь, если на то пошло, никто не сможет воспрепятствовать тому, чтобы она бесследно исчезла. Была такая Оксана Волынцева, закончившая в прошлом году университет, а затем исчезла. В России люди бесследно пропадают тысячами, и большую часть из них никогда не находят, во всяком случае живыми…

В туалет кто-то вошел. Оксана увидела одну из горничных. Та, сполоснув руки, весело сообщила:

– А тест, оказывается, совсем даже простой! Я только что его прошла, и меня сразу же отпустили.

– И что, все в порядке? – спросила с нескрываемым любопытством Оксана.

– Конечно! – подтвердила девица. – Я ведь к исчезновению компакт-диска не имею ни малейшего отношения!

– А что именно спрашивают? – продолжала выпытывать сведения Оксана в надежде на то, что Ингварс и его команда зададут пару-тройку вопросов. Ведь если ее спросят, не брала ли она диск, то она сможет честно ответить: нет!

– Ну, сначала всякую ерунду – как меня зовут, сколько мне лет. Даже поинтересовались, какой у меня знак Зодиака, для того чтобы машина могла настроиться на меня и проверить мою реакцию на вопросы, на которые я даю правдивые ответы. А затем спрашивали, имею ли я отношение к похищению диска, не работаю ли я на какое-либо желтое издание, то есть не журналистка ли я, и всякое такое прочее.

Оксана, даже, кажется, не поблагодарив девицу за информацию, заперлась в кабинке, опустила крышку унитаза и уселась на нее, чувствуя, что голова идет кругом. На первые вопросы легко дать честные ответы, и реакция покажет, что она говорит правду. Но когда ее спросят, не журналистка ли Оксана, не работает ли на желтую прессу… Тут она и попадется! Дальше, наверное, никто и спрашивать не будет – сразу под белы рученьки отведут в камеру пыток! О том, что в особняке подобное помещение существует, Оксана слышала от горничных.

Или о ней забудут и она до вечера просидит в туалете для прислуги на крышке унитаза, а потом сможет уехать домой и никогда больше не возвращаться в это ужасное место? Однако девушка прекрасно понимала, насколько иллюзорна ее надежда.

Конечно, о ней не забыли! Потому что вскоре Оксана услышала голос Таисии Аркадьевны, которая, по всей видимости, уже прошла тест на детекторе лжи. Причем, судя по тому, что ее никто не задержал, успешно. Управляющая громко произнесла:

– Волынцева, ты здесь?

Оксане не оставалось ничего иного, как произнести:

– Да, Таисия Аркадьевна, я здесь…

– Ну, чего тянешь время? Почти все уже прошли проверку, только ты и осталась, – сказала управляющая. – Давай живо выходи! Потому что нам надо не ерундой маяться, а готовиться к приему!

Оксана фальшивым тоном произнесла:

– Таисия Аркадьевна, я что-то ужасно плохо себя чувствую… Боюсь, не смогу сейчас отвечать на вопросы…

– Ну, тогда считай, что ты уволена, – строго заявила управляющая. – Не строй из себя недотрогу! Зададут несколько вопросов, проверят твою реакцию – и ты свободна. Или мне сразу сказать Ингварсу Феликсовичу, что это ты диск украла?

Оксана, выйдя из кабинки и поправляя фартук, уставилась в пол и пробормотала:

– Ничего я не брала…

– Тогда и бояться нечего! – отрезала управляющая. – Давай, давай, поторапливайся, Волынцева! Думаешь, только тебя ждать и будут?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Приключения Федора Крылова изложены в романе А. Леонтьева «Лига охотников за вампирами», издательство «Эксмо».

Вернуться

2

Подробнее об этом читайте в книге А. Леонтьева «Лига охотников за вампирами», издательство «Эксмо».

Вернуться