Антонина Лобачева
Лобачева проджект. Как заработать миллион и не заметить

Эта книга посвящается моим любимым родителям и бабушке.

Введение

Привет, читатель! Меня зовут Тоня. Я предприниматель, блогер и человек, который с рождения мыслит иначе, чем другие. Не сказала бы, что это гуманно воспринимается окружающими. Если 10 лет назад «идеальные люди» про меня говорили что-то вроде: «А, Тоня? Это та долбанутая с огромным мешком?» – то теперь говорят: «Лобачева-то? Строит из себя… Вылезла из грязи в князи… Тяжелый случай…» Даже и не знаю, что звучит лучше, да и нет желания анализировать. Поэтому давай договоримся на берегу: если ты считаешь себя каким-то «НЕ ТАКИМ», «НЕ ИДЕАЛЬНЫМ», «НЕ ТАКИМ УМНЫМ, КАК ДРУГИЕ», постарайся забыть об этом хотя бы на время чтения этой книги, а там уже, по моим прогнозам, Тонин опыт станет твоим, и тебе не придется тратить месяцы или даже годы на бесполезные самокопания и вопросы в стиле «Что со мной не так?» или «Почему со мной так поступили?». Я бы очень хотела, чтобы ты потратил это время на построение счастливой жизни, бизнеса или захватывающей карьеры и пришел к тем же результатам, что и я, гораздо быстрее, а еще лучше – превзошел бы меня в разы.

Мне 28, я руковожу весьма популярным в России агентством детских праздников «Лобачева Проджект», названным моей фамилией. На момент написания этой книги мы зарабатываем несколько миллионов рублей в месяц. В декабре 2018-го мы побили личный рекорд – провели 46 праздников за одну субботу. У меня 50 сотрудников, новенький Lexus, лысая киска (имеется в виду кошка породы сфинкс, а не то, что ты мог сейчас представить) и большие планы на жизнь. Наверняка для моего имиджа было бы отлично написать книгу в стиле «Успешный Успех», где я бы перечисляла наши заслуги, имена знаменитых клиентов и, конечно же, гениальные идеи и смелые решения, в одночасье превратившие мою жизнь в сказку, а компанию – в машину по безлимитному производству денег. Я смогла бы доставать эту книгу из своей дорогой сумки «Celine» на встрече с клиентом и вручать ему со словами: «Вы можете прочитать здесь все о наших ключевых достижениях за последние несколько лет».

Но я решила сделать иначе – откровенно написать о тех тяжелых и даже трагичных ситуациях, с которыми мне пришлось столкнуться. Рассказать, в чем крупно ошиблась за эти десять лет и к каким последствиям это привело… Конечно, советы тоже будут. Они настолько сильно пронизаны моим опытом, что, дочитав эту книгу, ты сможешь открыть свое дело завтра же. Да и вообще изменить свою жизнь…

Откровенно говоря, это было непросто. Я пару раз описывала какой-то морально тяжелый день, а спустя сутки выделяла текст, чтобы его удалить, но все же нашла в себе смелость оставить их все… Я уверена, что каждый человек, который принес мне сильные душевные страдания или «кинул» меня в бизнесе, прочтет эту книгу. Страшно ли мне от того, что тысячи людей узнают тайны моей жизни, которые я долго предпочитала скрывать? Да, мне страшно… Более того, даже от прочтения этих строчек я до сих пор испытываю боль, будто я вновь оказалась там.

Ради чего это все? Ради того, чтобы ты стал счастливым. Не важно, где ты сейчас – в самом начале пути построения бизнеса, или в кризисе среднего возраста, или… вообще непонятно где. Знай: выход есть всегда! Я здесь, я по-настоящему счастлива, я живу той жизнью, о которой мечтала в детстве, несмотря на все мои ошибки, несмотря на то, что я далеко не идеальный человек!

Это та книга, к которой ты вернешься, когда тебе будет больно. Она поможет тебе пережить все и найти моральные силы, чтобы оттолкнуться от дна и взлететь к тем высотам, о которых раньше ты и мечтать не мог…

Глава 1.
Комплексы – «веселая» песенка из детства

Сколько я себя помню, меня очень напрягали правила в учебных заведениях. Я терпеть не могла детский сад и любыми способами пыталась туда не ходить. Не потому, что у меня не складывались отношения с другими детьми – здесь, наоборот, не было проблем, – а потому, что я не могла беспрекословно есть то, что едят все, спать по часам, гулять по часам. С самого детства мне знакомо чувство, что ты теряешь время зря и занимаешься не тем, чем надо. Переживания об упущенном времени. К примеру, расстройство из-за того, что ты хочешь нарисовать кота гуашью, потому что увидел классную картинку в книге, а тебя заставляют одеваться в серый пуховый комбинезон и бесцельно бродить по опостылевшей садовской веранде в ожидании момента, когда тебя наконец-то заберут родители. Я постоянно думала об этом и мучительно ждала, когда же этот адский сад наконец закончится. Я просто не знала, что впереди десятилетняя кабала под названием «школа».

Мое мышление радикально отличалось не только от ровесников, но и почти от всех взрослых. Сколько я себя помню, я отчаянно мечтала жить по-другому. «Мечтала» – ключевое понятие в этом умозаключении. Мы жили в квартире, а я думала о большом доме. Когда я ложилась спать, я закрывала глаза и представляла, что живу не в обычной двадцатиметровой хрущевке, а в отдельной комнате с розовыми обоями, белой резной мебелью и единорогами на стенах, хотя я ни разу даже не была в такой комнате. Я просто страстно хотела детскую комнату принцессы, несмотря на то что мультфильмы о Золушке или Белоснежке меня не впечатляли совершенно.

Зато я просто обожала фильмы и компьютерные игры, связанные с реальными людьми и их достижениями. В десять лет я раз пятьдесят за лето пересмотрела фильм «Блондинка в законе», где глупая на первый взгляд главная героиня становится успешным юристом и шокирует всех своими нестандартными идеями. Я очень любила играть в «Симс», где люди покупают дом, меняют прически, строят карьеру и заводят детей, я могла бы играть часами, если бы не благоразумный контроль родителей. Это был тот самый виртуальный мир, где я могла прикоснуться к своей главной мечте – изменить свою жизнь и жизнь моей семьи.

Зачем я говорю об этом тебе? Потому что я хочу донести, что мечта – это главный залог успеха.

Помню один день из детства. Мне было примерно четыре. Это был какой-то семейный праздник у нас дома, где собрались не только родители, но и дальние родственники: дяди, тети, двоюродные бабушки. Взрослые накрывали на стол: резали салаты, завершали приготовление блюд. Моя крестная предложила: «Тоня, давай научу тебя делать мой фирменный салат? Он очень вкусный, вот вырастешь, выйдешь замуж и будешь готовить мужу!» На что я, не задумываясь ни секунды, ответила: «Нет, спасибо. Я не буду готовить, когда вырасту, у меня будет домработница и повар». Все начали смеяться, и в конце кто-то сказал: «Ну, губу-то раскатала… Мечтать не вредно!»

Мечтать не вредно, а очень полезно: за свои 28 я не порезала ни одного салата и начинать не планирую.

Совет № 1

Если ты не хочешь делать то, что делают 90 % людей, – не важно, 16 тебе или 56, – не ломай себя и не заставляй! Прими тот факт, что нежелание готовить/ убираться/ быть гиперактивным участником «Зарницы» в школе/ смотреть тупые комедии с примитивными шутками ниже пояса – это совсем НЕ признак того, что ты социопат, это лишь сигнал Вселенной о том, что ты создан для другого… И научись защищать свою позицию. У тебя одна жизнь! Заниматься любимым делом, а НЕ тем, что вводит тебя в уныние, – ВОЗМОЖНО, я проверила на себе, и, дочитав эту книгу до конца, ты в этом убедишься! Ты должен научиться слушать себя и делать то, что приносит тебе пользу или удовольствие, а лучше и то, и другое сразу. Тогда зачем тратить час своей жизни на то, чтобы стоять за плитой, когда можно сделать что-то, что приблизит тебя к мечте или хотя бы принесет радость?

С самого детства я представляла себя девушкой-боссом, которая едет за рулем красного спорткара и курит тонкую сигарету между телефонными разговорами со своими подчиненными. Я не знала, чем буду заниматься, но знала, что это будет бизнес. Лет с восьми это состояние неизвестности меня очень напрягало. Я испытывала ежедневный стресс от того, что я не знаю, кем буду, ведь мне нужно успеть заработать миллионы, построить дом, объездить весь мир, а я даже не понимаю, с чего начать! О том, чтобы «жить, как все» и «устроиться на работу», не было даже речи – для меня подобного варианта не существовало.

Примерно с пяти лет я пыталась придумать бизнес-идеи. Чаще всего они сводились к продаже возле подъезда всякого барахла по три-пять рублей, например игрушек из шоколадных яиц или открыток, которые не пригодились. А в районе шести вечера, когда люди возвращались с работы, я выкладывала на бордюр весь «ассортимент» и, когда мимо проходил какой-то взрослый человек, резко выбегала перед ним и орала во всю глотку: «РАСПРОДАЖА! РАСПРОДАЖА! ПОКУПАЙТЕ! ПОКУПАЙТЕ!» Люди делились на два типа: те, которые вздрагивали и бормотали что-то вроде «о Господи, зачем так орать…», и те, которые смеялись и покупали что-то. В конце дня я считала прибыль и покупала за пять рублей сухарики со вкусом семги и сыра. Это самый запоминающийся вкус моего детства…

Я была действительно странной на фоне других детей, которые смотрели мультфильмы про говорящих животных, с радостью помогали родителям по дому и мечтали максимум о самокате на день рождения. Во дворе во время прогулок с ровесниками я частенько выглядела отмороженной, потому что ничего не знала о Биониклах и видеоиграх в «Sega» – за это я частенько слышала насмешки и обидные слова в свой адрес. С годами я научилась маскироваться и воспитала в себе блестящее умение публично посмеяться над собой. И не менее прекрасное умение посылать обидчиков на …й в тех запущенных случаях, когда юмором дело не решить.

Мне очень повезло с семьей. Родители уделяли моему воспитанию, а именно моим ЧЕЛОВЕЧЕСКИМ КАЧЕСТВАМ, очень много времени. Я не помню, чтобы хоть раз родители делали со мной уроки или ругали меня за оценки (иногда меня даже удивляло, что их это совершенно не волнует), но я помню очень много других эпизодов из детства, которые сильно повлияли на мое мировоззрение.

Однажды я заболела чем-то вроде гриппа. Я была слабой и лежала в кровати с температурой. Наступила ночь, но спать мне совершенно не хотелось. В ту ночь родители развлекали меня как могли: мы втроем играли в настольные игры, смотрели фильм, рисовали! И это было так здорово! Я помню эти эмоции до сих пор! Сейчас, когда я стала взрослой и вот уже десять лет работаю с детьми, я понимаю, что именно так выглядит любовь родителей к своему ребенку.

Совет № 2.

Чтобы быть хорошими родителями, которых любят не только за само определение этого слова, а за счастливое детство, не нужно проводить с ними 24 часа в сутки и контролировать каждый шаг, читать энциклопедии по воспитанию детей или быть в их глазах правильным человеком без вредных привычек – нужно просто любить их. Но, к сожалению, это понимание приходит далеко не ко всем родителям или приходит слишком поздно…

Однажды, когда мне было около шести лет, я купалась в ванной с игрушками, и в этот момент зашла моя мама, вернувшаяся с работы. Это был противный зимний вечер с кучей снежной грязи на дорогах. Она выглядела очень расстроенной и, сев на бортик рядом со мной, начала рассказывать: «У одной женщины с моей работы сын вчера возвращался домой со школы и попал под машину. Машина протащила его за собой, а когда остановилась, он уже погиб». Я молчала. Я не до конца понимала, что такое может случиться с теми людьми, которые находятся рядом с нами, в поле зрения. А мама продолжила: «Ты понимаешь, мама ждет своего ребенка дома, а он не придет. Он больше никогда не придет».

И я заплакала.

А еще с нами в подъезде жила бабушка – мамина мама, которая тоже проводила со мной много времени. Она постоянно гуляла со мной, забирала из садика или школы, баловала меня покупками, которые родители считали нерациональными. Однажды, лет в 13, я выпросила у нее белую искусственную шубу и чувствовала себя звездой района. Бабушка никогда не говорила родителям, чтобы они меня забрали или что ей надо пожить для себя, скорее, было наоборот: частенько мама с бабушкой спорили о том, к кому я должна пойти сегодня ночевать.

Я всегда с родителями смотрела добрые фильмы – семейные или мелодрамы. С детства я впитывала умение сострадать другим и болезненное отношение к несправедливости. Второе качество в бизнесе очень мешает, кстати.

В общем, я росла в атмосфере, где люди любят и уважают друг друга. Даже папа и бабушка, будучи зятем и тещей, не говорили друг про друга за спиной ничего плохого. Никогда, как ни странно, хотя ссоры в семье, конечно же, были. Но я их совсем не помню.

Зато я хорошо помню людей, которые помогли моей самооценке благополучно опуститься на дно. К сожалению, когда ты ребенок, ты слишком близко к сердцу воспринимаешь все происходящее с тобой. Да что уж там, я научилась бороться с бестактными личностями только после двадцати пяти лет.

Для борьбы с моей врожденной болезнью спины, которая была видна даже внешне, родители всегда пробовали разные методы, и первой попыткой были бальные танцы. Меня отдали на занятия, которые проходили по вечерам в соседней школе. Вел их очень высокий худой мужчина-брюнет лет тридцати по имени Андрей Б. Он сразу понял, что я ребенок-дерево – я даже не могла попасть в ритм вместе со всеми, отводя ногу в сторону под счет. Я сильно сутулилась, постоянно путала ноги и опаздывала с движениями, и от этого мне было безумно не по себе. Сначала он раздраженно делал мне замечания, а потом просто перестал замечать – проходил мимо, будто меня не существовало. Я стояла в самом последнем ряду, понуро смотря в пол и пытаясь в одиночестве разобраться со своими ногами. Но у меня не получалось. Спустя несколько занятий всех разделили по парам – мальчик с девочкой. Андрей Б. посчитал, что странную горбатенькую девочку ставить ни с кем не надо – толку-то ноль. В итоге картина стала еще более поганой: все танцуют парами, а Тоня в сторонке, где-то возле стены, пытается танцевать с призраком.

Последнее мое занятие танцами я помню отчетливо. Нас готовили к какому-то выступлению и вечером после занятия должны были привезти туфельки, чтобы мы их примерили, а родители оплатили. Такие золотые стандартные туфли для бальных танцев. Я почему-то очень-очень хотела эти туфли. Может, потому, что они на каблучке, а может, потому, что это было хоть какое-то хорошее событие на занятиях. И вот приносят туфельки, девочки подходят к ним, чтобы найти свой размер, я тоже хочу взять себе пару, тяну ручки к заветной коробке… И в этот момент я слышу, как за спиной Андрей Б. ГРОМКО при всех говорит моей бабушке: «Мы на вас не рассчитывали, туфли вам не заказывали! Они ей ни к чему, только деньги зря потратите! Она же все равно никогда не будет выступать!»

Это был последний день бальных танцев в моей жизни. В тот момент я не показала, как сильно расстроилась. Мы с бабушкой шли домой, и всю дорогу она обещала, что больше не потащит меня на эти танцы. Вечером я тихо плакала в подушку, чтобы никто не услышал, и переживала из-за того, что родилась такой убогой, что мне даже не разрешили надеть эти красивые туфельки! Андрей Б. был первым мужчиной, который прочно вселил в меня ощущение того, что я гораздо хуже других.

Мне стоит говорить, что я НЕНАВИДЕЛА слово «танцы» с самого детства?

Я никогда в жизни не была на балете. Недавно, в 2018 году мои партнеры по бизнесу, детская балетная школа Егора Симачева, ставили спектакль «Щелкунчик». В холле стояла фотозона с нашими роскошными декорациями: розовая елка, украшенная маленькими детскими пуантами, кованый белый манекен с пышной балетной пачкой, – а рядом работали наши аниматоры, чтобы до и после спектакля развлекать детей и делать с ними красивые фото. У меня в руках был билет в VIP-партер. Прозвучал третий звонок, и я смотрела на людей, заходящих в зал, их становилось все меньше и меньше, и вот маленькая бабулечка с белым воротничком собирается закрыть дверь. Она видит меня, одиноко стоящую на фоне детских пуант, и зовет: «Девушка! Спектакль начинается! Заходите скорее!» Я молчу и продолжаю смотреть на дверь. «Девушка! Вы идете? После закрытия я не смогу вас пустить – дети будут отвлекаться!» Я отрицательно помотала головой и пошла в буфет пить чай. Когда слышу красивую музыку, мгновенно ухожу глубоко в свои мысли. Так вот… Я не хотела бы лишний раз с глазу на глаз встречаться с той плачущей девочкой, которой так и не досталось туфель.

Я всегда переключала канал телевизора, когда видела передачи о танцах. Особенно сложно мне бывает на свадьбах, корпоративах и других вечеринках, ибо люди до сих пор меня не понимают. Не было ни единого мероприятия, чтобы ко мне не подошел кто-то навеселе со словами: «Тоня, ну что ты тут скучаешь, пошли танцевать?» – на что я с милой улыбкой вежливо отвечаю: «Нет, спасибо! Я не люблю танцы». Если ко мне подходят второй раз и пытаются уговорить более настойчиво, я делаю очень серьезное каменное лицо и, холодно смотря в глаза собеседника, по буквам повторяю: «Я НЕ ЛЮБЛЮ ТАНЦЫ. МНЕ ЭТО НЕ НРАВИТСЯ». После этого от меня, как правило, отваливают.

Совет № 3:

Пожалуйста, никогда не отдавай своего ребенка на занятия, которые ему не подходят по характеру, темпераменту или физиологии. Нет ничего хуже чувства, что ты никому не нужный, безнадежный игрок в команде и ничего не можешь с этим сделать. Не допускай пренебрежительного отношения к своему ребенку со стороны педагога. Именно в детстве закладываются самые тяжелые психологические травмы, с которыми нам приходится жить всю жизнь.

Глава 2.
Как я начала зарабатывать и не смогла остановиться

В 13 лет родители предложили мне первую серьезную подработку. В то время у папы уже был свой маленький канцелярский магазинчик в Одинцово, который существует до сих пор. Тогда черно-белые телефоны менялись на цветные смартфоны с большими экранами и полифонией. Я безумно хотела такой телефон и сказала об этом родителям. Мама ответила: «Ну если так хочешь, заработай на него!» Папа распечатал несколько сотен листовок с рекламой своего магазина и дал мне задание – разбросать листовки по почтовым ящикам в домах всего нашего района. И я это делала с радостью. Я гордилась тем, что работаю! Ни крики консьержек и злых бабулек, которые меня заставали на лестничной клетке, ни насмешки ровесников не позволили мне усомниться в правильности своего поступка. А когда я купила долгожданный телефон, желание работать увеличилось до предельного максимума, и я просто умоляла маму помочь найти мне новую подработку!

Тогда Интернет еще не был настолько прогрессивным, и она находила мне интересные фриланс-вакансии в газетах. Так она предложила мне стать внештатным корреспондентом в популярной одинцовской газете. Я с детства обожала читать и писать, поэтому с восторгом восприняла эту идею. Это даже звучало очень круто! Когда она мне показала это объявление, я просто прыгала до потолка и отправилась на собеседование.

Главный редактор газеты на 100 % был похож на тот самый типаж главреда из русских сериалов: худой мужчина в свитере на молнии, который постоянно порывался иронизировать. И вот что удивительно: увидев на пороге своего кабинета странную рыжую девочку четырнадцати лет в тяжелых ботинках и шапке с двумя ушами, он не послал меня куда подальше, а улыбнулся, рассказал про условия работы и дал добро на мои начинания.

Моя первая статья была рассказом о театральной студии, в которую я ходила. Она занимала половину газетной полосы и даже была с фотографиями! Я принесла ее в школу и показывала всем со словами: «Посмотрите, это я написала! Видите, здесь написано – Антонина ЛОБАЧЕВА!» Мне тогда было 14, это казалось мне чем-то невероятным. Я так гордилась этой публикацией, будто мне дали Оскара! После этого я писала статьи каждую неделю. Родители бережно складывали их в папку с файлами. Мне платили 600 рублей за каждую. Получив гонорар, я отправлялась на одинцовский рынок в палатку под названием «Товары с таможни». Там продавалась очень дешевая одежда и обувь, и однажды там были сапоги на шпильках за 500 рублей. Они были яркого цвета фуксии, с принтом питона, а носик украшала массивная пряжка со стразами. Я купила это «великолепие» и чувствовала себя карьеристкой высшего уровня – купила сапоги на каблуках НА СВОЮ ЗАРПЛАТУ!

Мама, заметив мое пристрастие к журналистике, предложила мне поступить в Школу юного журналиста при журфаке МГУ. Это были платные курсы, которые проходили прямо в МГУ несколько раз в неделю во второй половине дня. Они стоили очень дорого для доходов нашей семьи, но родители решили дать мне возможность поучиться в самом лучшем месте.

Это было как в настоящем университете: у меня был студенческий билет и самые настоящие пары, в день по несколько штук. В нашей группе было около двадцати ребят, и все в основном из очень состоятельных семей, но я совсем не чувствовала этой разницы между нами, хотя я была единственной, кто ездил в университет на электричке из Подмосковья. Наоборот, у меня появилась мотивация много зарабатывать, дотянуться до этого уровня жизни! И с каждым днем она только росла. Я была окружена предметами роскоши, которые для них были совсем обычными вещами, а раньше я видела их разве что в журналах, и меня это безумно вдохновляло!

Однажды я увидела на одногруппнице серые лаковые туфли от Гуччи. Они были такими… Необычными! Я никогда не видела туфель подобного качества и красоты: на них не было каких-то украшений или логотипов, но они даже блестели как-то по-особенному, иначе, чем та лаковая обувь, которую мне приходилось когда-либо примерять. Они буквально кричали: «Мы – самые лучшие туфли в мире! И да, мы стоим дорого!» В то время их цена составляла 30 тысяч рублей – я никогда в жизни не держала в руках подобную сумму! Я решила, что обязательно куплю себе такие, когда стану богатой.

С одной девочкой, Катей, мы особенно подружились. Катя была из сверхбогатой семьи: она приезжала в университет на «Мерседесе» представительского класса с водителем, носила золотые украшения с бриллиантами от Тиффани, но при этом была очень милой воспитанной девочкой. Однажды у нас отменили пару, и образовалось два свободных часа. Я предложила Кате пойти в торговый центр «Охотный ряд», ведь он в центре, совсем рядом с нашим университетом! Она посмотрела на меня с недоумением: «А что это за торговый центр такой? Я здесь бывала только в ЦУМе!» Я сказала: «Ну вот! Как раз посмотришь!» Мы тихо прошмыгнули мимо припаркованного Катиного «Мерседеса», чтобы водитель не увязался с нами, и спустились в метро. «У тебя есть проездной?» – спросила я, на что Катя отрицательно помотала головой. Она выглядела очень растерянной. Оказалось, что она никогда в жизни не была в метро! Это было просто удивительно! Я почувствовала себя супергероем, достала свой «Школьный» безлимитный проездной и со словами «Тогда я угощаю!» пропустила ее через турникет. В «Охотном ряду» мы ходили по молодежным магазинам бюджетных марок, и Катя так забавно хваталась за какую-нибудь толстовку со словами: «Вау! С ума сойти! Такая классная толстовка и так дешево! Обязательно скажу маме про этот магазин!» Мы благополучно потратили два часа, все карманные деньги и вернулись в университет.

На следующей неделе Катя пришла на пару веселой. Я поинтересовалась, что же такого интересного произошло. Оказалось, что «Мерседес» отправили на ТО, и отец Кати хотел отдать водителю свою машину, чтобы добраться до универа, но она предложила поехать на метро. Все удивились, но согласились. «Ты бы видела эту картину: мой водитель, кажется, лет десять в метро не был! Он ехал всю дорогу с таким смешным лицом! Это было весело!»

После общения с Катей и другими ребятами из обеспеченных семей я поняла, что богатые люди совсем не такие плохие, какими их считают бедные. Я и до сих пор так думаю.

Я не проучилась в Школе журналиста и трех месяцев, когда в моем сознании произошел переломный момент, после которого я поняла, что совсем не хочу быть журналистом! Я и раньше чувствовала это, но отгоняла от себя подобные мысли. Меня очень напрягало, что по роду своей деятельности мне очень часто приходилось приставать к людям, охотиться за ними, пытаться попасть в какое-то место, где меня не ждут.

Когда мне было 15, к нам в Одинцово приехала с концертом мегапопулярная в то время вокальная группа девушек. 23 февраля они давали концерт в военном госпитале, и я договорилась, чтобы меня пустили в гримерку взять интервью. Девочки были классными – они очень здорово пели и танцевали, и я, как журналист, сидела в первом ряду и напевала вместе с ними знакомые мне хиты. Потом я зашла в гримерку и проболтала с ними полчаса – задавала вопросы о том, как они начинали карьеру, как попали в группу, сложно ли так много гастролировать по стране. Потом мы сделали кучу фотографий, и я, довольная интересным материалом, пошла домой писать текст, который отправила в редакцию тем же вечером.

Через два дня вышла статья под названием: «Полуголые девчонки привели солдат в восторг». Это выглядело настолько пошло, что мне хотелось просто провалиться сквозь землю от того, что под этой статьей красовалась моя фамилия. Мне было безумно стыдно. Особенно перед девочками, которые так по-доброму отнеслись ко мне.

Я впервые поняла тогда одну вещь: я не хочу ни быть журналистом, ни работать на той должности, где конечный результат зависит не от меня. Этот вывод меня очень расстраивал, ведь я посвятила журналистике год своей жизни! Год – это так много, когда тебе 15… Я бросила Школу юного журналиста и каждый божий день спрашивала себя: ну куда же тогда я смогу пойти работать? Кем я могу стать? Ведь везде так или иначе будет начальник, а я хочу решать все сама! Я искренне считала это качество в себе вопиющим недостатком. Просто тогда я еще не понимала, что желание принимать решения самостоятельно – одно из ключевых качеств успешного предпринимателя.

На следующий день после своего «отречения от мира журналистики» я всерьез задумалась, где теперь буду работать. Пока я была корреспондентом в газете, я в полной мере прочувствовала, как круто, когда у тебя есть свои деньги и тебе не надо постоянно подходить к родителям с протянутой рукой и жалостливыми глазами лемура. Поэтому мысли об отсутствии работы моментально погружали меня в депрессию, и я полезла в Интернет на поиски объявлений.

Чаще всего мне попадались заголовки о поиске молодых промоутеров на рекламные акции. На следующий день после учебы я отправилась на собеседование, которое оказалось всего лишь заполнением анкеты и знакомством с руководством. Меня сфотографировали и сказали ждать звонка до того момента, пока не появится заказ на промоакцию.

Через три дня я впервые работала на дегустации очень известного йогурта в супермаркете. Я так волновалась, ведь мне доверили представлять такой крупный бренд! Я была в белых кроссовках, розовой юбке в складочку и кепке с логотипом, и моими обязанностями было предлагать попробовать питьевой йогурт. Со мной работала напарница, которую я видела впервые, но она имела большой опыт в промо. По инструкции, выданной нам в рекламном агентстве, одна из нас должна была приглашать посетителей попробовать новый йогурт и рассказывать о нем, а вторая в это время разливала его по стаканчикам, а потом мы менялись местами.

Начался первый рабочий час, и я стала кричать изо всех сил, чтобы слышно было на весь магазин: «Уважаемые покупатели! Прямо сейчас совершенно бесплатно вы можете попробовать потрясающий йогурт ХХХ со вкусом киви! Подходите к нашей стойке!» Моя напарница демонстративно закатила глаза со словами: «Ну и зачем так орать?» Вереница людей к нам тянулась и тянулась, и, пока человек пил йогурт, я бешено тараторила о его преимуществах и полезных компонентах, а еще, несмотря на то что его стоимость была стандартной безо всяких скидок, обязательно добавляла: «И ведь он стоит всего лишь 18 рублей! Всего 18!» Очень многие люди клали йогурт в свои тележки. Возможно, они делали это, потому что я так сильно к ним приставала и им было попросту неловко его не взять, и, вероятно, кто-то из них выкладывал его по пути на кассу, но я была безумно горда собой!

Прошел час работы, и мы с напарницей поменялись местами: теперь мне надо было накладывать, а ей общаться с покупателями. Я все ждала, когда она начнет зазывать, но этого не произошло. Когда кто-то сам замечал нас и брал стаканчик, она спокойным голосом без тени улыбки говорила: «Попробуйте новый вкус йогурта», чаще всего она даже не озвучивала название бренда. И еще я заметила, что она каждые пять минут смотрела на часы. Разумеется, количество людей у нашей стойки уменьшилось раз в десять. Первые полчаса я молчала, но потом все же взволнованно спросила: «Почему ты не привлекаешь внимание людей? Ведь многие проходят мимо и даже не замечают нас, они не знают, что у нас дегустация!» Она посмотрела на меня с полным недоумением: «И что? Тебе не пофиг?» Я начала объяснять, что мы ведь работаем на рекламной акции, нам платят для того, чтобы мы нашли новых покупателей, а она перебила меня и сказала: «Послушай, бывают акции, где платят процент с каждой продажи. Здесь нам за это никто не платит! Так зачем надрываться? Стой себе молча и раздавай свой йогурт! Как видишь, любители халявы и так подходят!»

Я подумала, что мне просто не очень повезло с напарницей. Я зарегистрировалась во всех рекламных агентствах Москвы, которые нашла, и через пару месяцев сделала вывод: 90 % промоутеров относятся к этой работе именно так, как эта девушка. Им плевать на все: на вложенные в этот проект владельцем бренда большие деньги, на репутацию рекламных агентств, которые их нанимают и обучают, на продажи… Единственное, что их волнует, – это вопрос, как скоро им выплатят деньги и оплатят ли им сорок пять рублей, потраченные на дорогу до гипермаркета от метро.

Но это никак не влияло на мое отношение к работе. Одна промоакция сменяла другую, это были самые разные продукты. И я влюблялась в каждый, без преувеличения! Я узнавала о нем все и пробовала на вкус или на деле, если это было несъедобно. Я находила в нем преимущества, о которых даже молчали мои рекламные агенты. Я покупала эти продукты и пользовалась ими после завершения акции. Покупала, потому что успевала искренне полюбить.

Когда я продавала новую минеральную воду ХХХ, я кричала, что это самая чистая горная вода, которую обязательно надо попробовать. Я действительно представляла, как в волшебном месте ведрами набирается чудесная вода, которая может наладить работу желудка или улучшить кожу. Это были литровые бутылки, которые на стеллажах лежали упаковками по шесть штук – довольно тяжелый наборчик! На этой акции я стояла одна, надо было успевать и наливать, и зазывать, и презентовать, но я таким ситуациям была только рада. Когда какая-нибудь семейная пара подходила на дегустацию, я с горящими глазами рассказывала об этой воде, будто предлагала им купить айфон в 1995 году, и, когда они выпивали половину стакана, я спрашивала напрямую: «Может, возьмете упаковочку? Вода ведь всегда пригодится! Да и цена хорошая!» И когда они кивали или даже неуверенно пожимали плечами, я быстро вставала на цыпочки, стягивала со стеллажа эту тяжеленную упаковку и играючи забрасывала ее им в корзину. В то время я весила не больше сорока пяти килограммов и выглядела с этими паллетами бутылок очень комично. Я старалась продать как можно больше этой воды, ведь она только выходила на рынок, им нужны были эти продажи, очень нужны! И я искренне хотела им помочь!

Еще я работала на дегустации колбасы с разными начинками, нарезанной тонюсенькими ломтиками и упакованной. Моим любимым вкусом был фисташковый. Конечно же, нам запрещали есть на рабочем месте, но, когда никто на меня не смотрел, я отворачивалась, будто бы лезла за новой пачкой колбасы для нарезки, и запихивала в рот сразу много кусочков! Разумеется, я с таким восторгом описывала ее вкус покупателям, будто это самое роскошное блюдо, которое мне доводилось пробовать в жизни! «У нас есть несколько вкусов! Мой любимый – фисташковый! Как только вы попробуете эту колбасу, вы поймете, что это лучшее, что может быть!» Я и сама верила в это.

Самой сложной промоакцией, на которой я работала, была продажа новой пятилезвийной бритвы от лидера рынка в этом сегменте. Это был женский станок нежно-мятного цвета со сменными кассетами, который убирал волосы с тела в два раза быстрее остальных. Он стоил в десять раз дороже, чем те продукты, которые я рекламировала раньше! К тому же это был продукт, который покупают чаще всего один раз в жизни, в отличие от йогуртов и бутылок воды.

Я вновь работала с напарницей: она выдавала после касс подарок за покупку, а я рассказывала о привилегиях новой бритвы. Мы были одеты в платья в тон цветовой гаммы бренда, а на ногах сверху вниз были намотаны атласные ленты мятного цвета. Я сразу поняла, почему это так сделано – нужно было показать эффект гладкости ног, как в телевизионной рекламе. Это была классная идея!

Через два часа после начала акции к нам приехал супервайзер – сотрудник, который проверял качество работы промоутеров и их внешний вид. Поставив нам пятерки по всем параметрам, он нас сфотографировал для отчетности и уехал. Когда настало время меняться местами, я заметила, что напарница сняла с ног ленты. Я удивленно спросила ее об этом, а она улыбнулась и ответила: «Так супервайзер же все проверил, теперь они не нужны: никто не узнает, что я их сняла! Они неудобные, постоянно сползают». И плевать она хотела на глубокую идею представителей этого бренда. Вернее, она просто об этом не думала. Она хотела, чтобы скорее закончилось время и она смогла бы получить свои 900 рублей за 6 часов.

Отличительная черта людей, которые НЕ добиваются особых результатов в карьере и проживают свою скучную жизнь на стабильную, но невысокую зарплату, – желание быстро все сделать «на троечку» и поехать домой, а если получится свалить с работы раньше на полчаса – так это ж вообще праздник!

Я была с ними в корне не согласна: каждый проект, на котором я работала, я рассматривала как новую возможность. Я научилась разбираться в тех вещах, о которых раньше не знала. Например, после акции бренда оливкового масла премиум-класса я легко понимала, как отличить качественное масло от среднего или совсем плохого. Такие маленькие вещи расширяли мой кругозор, и я все лучше и лучше могла поддерживать разговор с более успешными и взрослыми людьми. Еще я наблюдала за людьми, с которыми не сталкивалась раньше, со стороны и анализировала их поведение. Например, целую неделю я работала в алкогольном магазине на промоакции нового бренда пива по 120 рублей за банку. Туда приходило огромное количество опустившихся людей – неприятно пахнущих алкоголиков в грязной одежде с трясущимися руками, которые покупали что-то самое дешевое (водку или пиво), дабы облегчить свое состояние. Когда я предлагала им купить новинку, они отрицательно мотали головой и задавали вопрос: «А что так дорого-то??? Охренели!» – и этими словами вызывали у меня еще больше отвращения, ведь 120 рублей – это было НЕ слишком дорого даже для такой школьницы, как я. Семи дней наблюдений хватило, чтобы понять, что один из моих самых больших страхов в жизни – стать когда-нибудь отвратительной неудачницей, раздражающей всех вокруг. В общем, каждую работу я воспринимала как бесценный опыт и с нетерпением ждала, с каким же брендом я познакомлюсь в следующий раз.

Совет № 4.

Если ты хочешь стать богатым и успешным, относись к своей работе, к каждому даже самому маленькому проектику с любовью и вовлеченностью. Вникай в детали. Старайся работать на результат. Каждый опыт работы бесценен: он оттачивает тебя как будущего профессионала, расширяет твои навыки. И… никогда не снимай с ноги ленточку, как только уехал руководитель.

Летом, когда рекламных акций было меньше, чем обычно, я ходила сниматься в массовках на разных телепередачах и в сериалах. Ты приходишь на ток-шоу, садишься и на протяжении 12 часов хлопаешь в ладоши и изображаешь нечеловеческую радость и энтузиазм, получая 500 рублей за всю смену. За 12 часов успевали отснять три передачи. Но иногда съемочная команда не укладывалась в срок, и съемки затягивались на два-три часа безо всяких доплат. Это знали все, кто регулярно участвовал в массовках, и были согласны на эти условия. Чаще всего это были активные пенсионеры и не сильно активные студенты, которым все же надо что-то есть.

Однажды я решила взять с собой подружку А. У нее был тяжелый характер: ее все время что-то не устраивало. Съемку сериала, на которой мы были с А., задержали на два часа, и вместо 21:00 мы закончили в 23:00, когда уже стемнело. Я услышала от нее тонну негатива о том, что организаторы ведут себя противозаконно, заставляя нас «сидеть здесь за эти гроши столько часов», что «нам вообще-то нет 18» и что «на них нужно накатать заяву в суд». Больше я друзей на съемки ни разу не звала.

Как-то после Нового года целую неделю мне никто не звонил. Для меня это была настоящая ломка: я привыкла к постоянному доходу и занятости после школы и не понимала, что с этим делать. В подростковом возрасте, лет с двенадцати, понятия «гулять» для меня не существовало – мои школьные подруги даже никогда не звонили мне с такими странными предложениями. С того момента, как я заработала свои первые два рубля, я искренне не могла понять, как можно бесцельно шляться по улице вместо того, чтобы зарабатывать.

Я начала названивать во все рекламные агентства и спрашивать, не забыли ли они о моем существовании и не намечаются ли какие-то акции, на что мне везде говорили, что в ближайшее время проектов не предвидится. Тогда я впервые поняла, что означает «сезонность в бизнесе».

Но я не отчаивалась: целыми днями я искала объявления, выкладывала всюду свое резюме, и наконец-то мне позвонили! В Одинцово, где я жила, рядом с железнодорожной станцией открывался огромный мебельный магазин известной сети. Они сами, без помощи агентств, искали одного промоутера на не самые комфортные условия: нужно было надеть поверх одежды «костюм», состоящий из двух досок, на которых была написана вся информация об открытии, стоять в этом обмундировании на выходе со станции, прямо напротив турникетов и раздавать листовки всем, кто выходит из них. «Прекрасную» рабочую обстановку дополняла зимняя слякоть и температура –10 °С. Я отлично понимала, что меня ждет. Конечно же, я мгновенно согласилась, даже не думая.

Это была тяжелая работа, не сравнимая с тепличными условиями в торговых центрах, но в первую очередь она была такой не из-за грязного вокзала и холода, а из-за того, что это был мой родной город, и за два дня работы я встретила очень много знакомых: одноклассников, их родителей и просто приятелей. Они при виде меня вели себя очень странно – так удивлялись, будто я не раздаю листовки, а танцую голая! На лицах многих было что-то вроде недоумения или даже презрения, а некоторые громко смеялись, тыкали в меня пальцами и спрашивали, не стыдно ли мне «так позориться перед всем городом».

Подобная реакция знакомых меня, конечно же, расстроила, но совершенно не удивила: в моем классе я была единственным человеком, который работал хоть где-то! И то, что я бесконечно мотаюсь на электричках, трамваях и метро куда-то в глубокую даль, не вызывало у моих одноклассников и их родителей ничего, кроме недоумения. А учителя откровенно были недовольны тем, что я частенько отпрашивалась на 15 минут раньше окончания последнего урока. Я подходила на перемене к учительнице и спрашивала: «Извините, пожалуйста, а можно я уйду на 15 минут раньше? Чтобы на работу успеть!» Мне обычно отвечали: «На работу? А учиться тебе уже не надо?» – но в большинстве случаев отпускали.

Анализируя прошлое, я понимаю, что я очень напрягала многих учителей своим нестандартным подходом к жизни и этой вечной тягой к справедливости. Некоторые мои поступки были слишком уж безбашенными, при этом я никогда не была хулиганом или прогульщиком. Но проблем от меня было много, поэтому я уверена, что все вздохнули с облегчением, когда я окончила одиннадцатый класс.

Например, в те времена, когда я работала в газете, один мальчик (из таких, кто творит все, что хочет) забавы ради распылил целиком газовый баллончик на первом этаже школы, и всех детей эвакуировали без каких-либо последствий для него. На следующий день в газете вышла статья с заголовком: «Газовая атака в гимназии номер 11». Угадаешь, кто ее написал? Только сейчас, будучи взрослой, я понимаю, как наверняка выбесила своим поступком весь управляющий состав школы.

Меня вызвали к директору, а он у нас был очень нестандартный: подтянутая блондинка средних лет, всегда стильно одетая, с безупречным маникюром, приезжающая в школу на классной машине. Я с самого детства поняла, что она здесь совсем не ради денег: у нее с ними все и так в порядке. Ей нужна эта должность для души и самореализации. Она не ругала меня и не говорила ничего плохого, просто спросила, как давно я работаю в газете, похвалила меня за успехи и в конце аккуратно намекнула, что не стоит писать о нашей школе подобные новости. Я запомнила этот разговор, потому что очень мало встречала среди учителей людей, умеющих находить подход к школьникам. Именно поэтому, думаю, эта женщина до сих пор работает директором школы.

Но самой запоминающейся из моих школьных выходок было появление на уроке английского с подносом еды. До сих пор, когда я случайно встречаю кого-то из одноклассников, мне припоминают тот случай.

У нас постоянно менялись учителя этого предмета, дольше полугода никто не выдерживал. Скорее всего, потому, что преподавать мегавостребованный английский язык частным образом или на каких-то платных курсах куда выгоднее, чем пытаться научить неблагодарных подростков, которые не скрывают, что им ничего не надо.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.