Зеркало черного мага
Елена Шашкова

© Елена Шашкова, 2022

ISBN 978-5-0050-0185-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Шагаю в зал в лучах яркого света,

В красное платье она одета.

Смотрят зеркальные лица богов,

На того, кто убить ради жизни готов.

Она будто спит, но ладонь холодна.

Был далеко и моя в том вина.

Открою дверь для нее в новый мир.

Там жестокий, кровавый устрою пир.

Рука не дрогнет, не упадет слеза.

Справлюсь, она – откроет глаза.

Авт.

Глава 1

Кровь и немного конфет

– Алексей Михайлович, Вы точно уверены, что стоит тратить время и силы на пришивание пациентке такой поврежденной конечности?

Лежащая на столе оторванная рука напоминала красную тряпку, которую скрутили для того, чтобы выжать воду.

Виктор Павлович смотрел исподлобья, тяжелым взглядом, ожидая ответа. Он не отличался мягкостью характера и слыл занудой, но хирургом был высококлассным. И если уж в чем-то сомневался, то к его мнению стоило прислушаться, но я не мог этого сделать, поэтому спокойно сказал:

– Да.

Коллега неодобрительно покачал головой. Весь вид его как будто говорил: «Я предупреждал, а меня никто не послушал. Сам потом локти кусать будешь». Но вслух он больше ничего не сказал.

Медсестра покатила столик с рукой в операционную. Мы направились следом.

У меня сегодня уже третья операция. На удаление большой опухоли с позвоночника 45-летнего мужчины пришлось затратить много энергии. Еще одно новообразование размером с голубиное яйцо, я вырезал из мозга 50-летней женщины.

«Сил осталось очень мало. Может не хватить. В работе хирурга сложные случаи бывают каждый день, надо всегда быть к ним готовым…. Жизнь ничему не учит…. Опять дотянул до последнего…. Нужно создать видимость хладнокровия. Коллеги не должны видеть волнения… Вечером надо поехать в „Бетси“… Да, если смогу ходить самостоятельно», – сердце колотилось в такт скачущим мыслям.

Холодная атмосфера операционной как всегда подействовала успокаивающе. Бригада высококвалифицированных медиков уже была на месте. Я привычно обвел взглядом закрытые на половину лица, чтобы проверить психологический настрой. Молодые, перспективные хирурги Антон Скрябов и Павел Сотников были вполне уверенны в своих силах. Анестезиолог Алина Детятина, несмотря на десятилетний опыт, немного волновалась, я посмотрел ей в глаза на секунду дольше, чем коллегам и мысленно произнес короткое заклинание. Женщина сразу успокоилась. Так-то лучше. Остались две операционные медсестры Ирина Соловьева и Анна Мирохина. С первой проблем не возникло, а вот со второй было явно что-то не так. Она часто моргала, и я вдруг понял, что она с большим трудом старается не заплакать. Анна Павловна работала в отделении почти 20 лет. Ее состояние никак не могло быть связано с предстоящей операцией. Что ж разберемся с этим позднее. Сейчас дорога каждая минута.

Понадобилось более сильное заклинание, чтобы привести женщину в чувство. Она глубоко вздохнула и расправила плечи. Теперь все готовы. Можно начинать.

Конечно, с одной стороны кажется нерациональным растрачивание оставшейся энергии на приведение в чувство сотрудников, но я давно понял одну важную вещь – слаженный коллектив, который работает как часы – залог успешной операции.

Пациентка, 18-летняя Ирина Позднякова. Утром девушка победила в чемпионате России по каратэ, а вечером попала с другом в страшную аварию. 20-летний водитель погиб на месте, она – поломала в своем теле все, что можно было сломать и, вдобавок, осталась без правой руки.

Работа предстояла ювелирная. Вначале под микроскопом нужно было собрать кости и восстановить кровообращение в конечности, затем соединить мышцы и порванные ткани.

Свои действия я скреплял заклинаниями, запуская процесс медленной, но верной регенерации.

Можно было вылечить несчастную девушку за считанные минуты, но тогда пришлось бы потратить в десять раз больше энергии, а к процессу восполнения ресурсов за 20 лет я так и не привык и если уж совсем честно, не хотел привыкать, и не собирался. Каждый визит в «Бетси» отдается болью в сердце и будит…, поэтому на 90 процентов я делаю операции сам, добавляя только небольшие капли магии. Это позволяет соблюдать баланс в жизни и находить компромисс с совестью.

В глазах на секунду потемнело – первый признак того, что силы почти на нуле. Ужасно чувствовать себя разряженным аккумулятором. Если энергии нет, смерть, конечно, не наступит, но глубокий обморок гарантирован. Коллеги засуетятся, вызовут врача. Проведенные исследования, которым я, в связи с состоянием, не смогу препятствовать, покажут мою очень редкую группу крови, не имеющую аналогов в этом мире ни у одного человека. А дальше, даже страшно представить, что будет дальше…

Я продержался еще два часа, потом ноги подкосились. Виктор Павлович вовремя подхватил под локоть.

– Что с Вами? – спросил он обеспокоенно.

– Голова закружилась, – вяло ответил я.

В таком состоянии помогать пациентке было невозможно. Но успокаивала мысль, что основная работа почти закончена, теперь коллеги справятся сами.

Чтобы выйти из операционной, пришлось держаться за стену. Давненько я не доводил себя до такой степени физического истощения. Теперь, о поездке в «Бетси» не могло быть и речи.

Постовая медсестра всплеснула руками.

Алексей Михайлович, Вы такой бледный! – взволнованно воскликнула она. – Мне позвать врача?

Она была молодая, довольно хорошенькая и, насколько я разбирался в женщинах, неровно ко мне дышала. Впрочем, как, наверное, и девяносто процентов представительниц прекрасного пола, работающих в этой больнице. Замкнутым поведением я невольно создал атмосферу таинственности вокруг своего образа. Эдакий, загадочный рыцарь в сияющем белом халате. Данное нескромное положение временами начинало тяготить, но сейчас было как раз на руку.

Медицинская форма хорошо сидела на ее стройном теле, выгодно подчеркивая все достоинства. Длинная, русая коса спускалась через плечо на пышную грудь. Большие, голубые газа смотрели подобострастно и выжидательно.

– Ничего страшного, Дашенька, мне только нужно немного отдохнуть и принять лекарство. Помоги, пожалуйста, добраться до кабинета, – мой голос звучал очень слабо.

– Да, да, конечно, – она сделала на встречу робкий шаг.

Ростом девушка доходила мне до плеча. Я попытался сохранить равновесие, но по факту, навалился всем телом. Она мужественно выдержала. Настоящая медсестра.

До кабинета, находящегося в конце коридора, мы, казалось, шли целую вечность.

Я морально готовился, собирал остатки сил и, понимая неизбежность ситуации, пытался в очередной раз договориться с совестью.

Ночью в отделении было очень тихо, только под потолком на последнем издыхании мигала и щелкала люминесцентная лампа. Крашенные в бледно-голубой цвет стены, покрытый линолеумом пол – обстановка практически неизменившаяся за 20 лет, стала почти родной.

Остановившись у двери, я ватными пальцами с трудом достал из кармана ключ и не без усилия вставил в замок.

Выключатель располагался внизу, на уровне опущенной руки. Я нажал на него. Под потолком загорелась лампочка в круглом плафоне.

В моем кабинете, как и в других кабинетах, заведующих отделениями, недавно был сделан ремонт и установлена новая мебель. Получилось довольно уютно: стены цвета кофе с молоком, шторы в тон, светлый платяной шкаф, большой письменный стол, высокое кресло с чехлом из кожзама, диван с такой же обивкой, овальный журнальный столик.

Даша помогла доковылять до дивана, и когда я совершенно обессиленный, плюхнулся на мягкое сидение, вздохнула с нескрываемым облегчением.

– Алексей Михайлович, может, я все-таки позову врача? – снова осторожно предложила она. – В терапевтическом отделении сегодня дежурит Ольга Аркадьевна.

Я хорошо знаю эту женщину, высококлассный специалист, но в данной ситуации, она ничем помочь не могла.

– Замкни, пожалуйста, дверь, – тихо попросил я, пристально глядя медсестре в глаза.

Девушка несколько секунд внимательно изучала мое лицо, потом легкая улыбка тронула ее алые, пухлые губки.

Нарочито медленно она продефилировала к двери и слегка нагнувшись, повернула задвижку.

– Подай, пожалуйста, мою сумку. Висит на крючке в шкафу.

Она двигалась плавно и грациозно, как танцовщица, наверное, раньше занималась в соответствующей студии, немного замешкалась у шкафа, а когда повернулась, то три верхние пуговки на ее форменной кофточке были уже расстегнуты. Сквозь образовавшуюся щель соблазнительно выглядывало молодое тело.

С трудом заглушив, очередной укор совести, я постарался изобразить радость на своем лице.

– Подойди, пожалуйста, сядь рядом.

Она выполнила просьбу, скользнув бедром по моему боку.

Взяв борсетку из ее рук, я расстегнул молнию, нащупал ослабевшими пальцами четырехугольный, металлический пенал, достал, раскрыл.

– Что это? – удивленно спросила Даша, увидев содержимое.

– Коготь, – я надел серебряный инструмент на указательный палец правой руки, а левой взял девушку за запястье.

Медсестра смотрела на эти действия с любопытством, не подозревая, о том, что должно произойти дальше.

– Прости, пожалуйста, – тихо произнес я и, прежде чем она опомнилась, черкнул острым концом по белой коже.

Девушка вскрикнула, отдернула руку, но я успел припасть губами к разрезанной вене, и как только вместе с кровью в тело проникла энергия, бросил мысленный сигнал: «Все в порядке. Спи».

Она моментально обмякла.

Искры удовольствия полыхали в моем мозгу.

Один, два, три, четыре, пять, шесть, семь…. Нужно считать глотки, чтобы вовремя остановиться.

В голове стремительно разгорался огромный костер, жар начал распространяться по всему телу…

«Как же хорошо! Как хорошо! ХОРОШО!!!»

Ритмичный звук проник в затуманенное эйфорией сознание.

Тук-тук-тук.

«Да, точно, стучат в дверь. Кто? Где? Ох, нет! Сколько я уже выпил?»

С ужасом осознав, что давно сбился со счета, я оторвал губы от запястья и мысленно произнес заклинание. Порез сразу затянулся.

Глаза жертвы были закрыты, пышная грудь медленно поднималась и опадала.

В дверь больше не стучали. Наверное, подумали, что в кабинете никого нет. Нужно быстро замести следы, пока везение не закончилось.

Дашина кисть была испачкана, пятнышки алели на ее белой кофточке и брюках, пол возле дивана «украшали» красные разводы.

Я подошел к раковине, смыл кровь с лица и ладоней, потом достал из нижнего ящика стола упаковку влажных салфеток, очистил ими кожу на руке девушки и вытер линолеум.

А вот следы с форменного костюма медсестры так просто не убрать. Здесь нужна стирка или… магия. Тратить драгоценную энергию на хозяйственные дела показалось кощунством.

«Поэтому и нельзя дотягивать до последнего, а ездить в „Бетси“, два раза в месяц», – в очередной раз укорил я себя, касаясь пальцами испачканного участка. Ткань снова стала белой.

В дверь опять постучали.

– Алексей Михайлович, – раздался взволнованный голос Виктора Павловича. – С Вами все в порядке?

Со мной, то да, но, что делать со спящей Дашей. Пришлось раскошелиться на заклятие невидимости. Тело на диване стало прозрачным.

Преодолев комнату за два шага, я оказался у двери, открыл защелку и распахнул створку.

– Фуух, – с облегчением выдохнул коллега. – Я уже хотел вызывать МЧС, чтобы они вскрыли замок. Во второй раз стучу.

– Простите меня, прилег на диван и задремал.

– Как Вы себя чувствуете? – спросил Виктор Павлович, буравя маленькими глазами помещение за моей спиной, словно чувствовал подвох. Его взгляд остановился. Он, что-то заметил. Что?

«Коготь!», – осенила внезапная догадка.

«На столе нет никаких необычных вещей», – мысленно произнес я.

Врач два раза моргнул и теперь обратил все внимание на меня.

– Спасибо, гораздо лучше. Операция уже закончилась?

– Да. Пациентку отвезли в палату интенсивной терапии.

– Хорошо. Зайду к ней минут через десять.

– Тогда я домой?

– Конечно, отдыхайте.

Виктор Павлович попрощался.

Коготь, с испачканным кровью концом, поблескивал в холодном свете лампы, напоминая о совершенном насилии. Вытерев инструмент салфеткой, я положил его в футляр и убрал в сумку.

Теперь вроде все чисто.

Я сел рядом с невидимой медсестрой, одним заклинанием «проявил» ее, другим – привел в чувство.

Девушка открыла глаза, увидела меня и… завопила.

Об этом следовало подумать заранее.

– Дашенька, все нормально. Тебе просто приснился дурной сон, – вкрадчиво

произнес я, обволакивая, каждое слово магией и молясь Великой Дюжине, чтобы в данный момент никто не проходил по коридору мимо моего кабинета.

Она закрыла рот, посмотрела на свое запястье и, убедившись, что пореза нет, нервно всхлипнула.

– Сон был таким реальным… Как вообще я заснула? Помню, что помогла Вам

дойти до кабинета, потом Вы попросили замкнуть дверь, а потом…

Я изобразил на лице виноватую улыбку.

– Ты помогла мне дойти до дивана и… упала в обморок, наверное, из-за…

переутомления. Нелегко тащить на себе стокилограммового мужчину. Прости – это моя вина.

Без магии она бы вряд ли поверила такой, притянутой за уши истории, но теперь доверчиво кивнула.

– Как самочувствие?

– Голова немного кружится.

Я встал, подошел к столу, вынул со второго ящика квадратную коробочку с шоколадными конфетами, презент от благодарных пациентов, вернулся и протянул девушке.

Она посмотрела на меня с удивлением.

– Тебе нужно поесть сладкого, чтобы повысить уровень глюкозы в крови, – пояснил я. – Да, и завтра не занимайся физическими нагрузками.

Даша обняла коробку двумя руками, как родную. Лицо ее было грустным, губки немного надутые, глаза слегка влажные. Она напоминала ребенка, который обиделся, но не может объяснить на что.

Я осторожно взял ее под локоть, проводил до двери, открыл защелку, распахнул створку и выглянул. Никого не было.

– Теперь ступай на рабочее место. У тебя много дел, – пришлось опять применить свои способности.

Девушка встрепенулась и быстро пошла по коридору.

Перед тем как навестить пациентку, я решил поговорить с Анной Павловной. Действие заклинания должно уже было закончиться и если у нее серьезная проблема, то она сейчас находится в тяжелом моральном состоянии. Нужно выяснить, что случилось и по возможности помочь.

Я набрал на радиотелефоне номер комнаты отдыха медсестер и попросил, взявшую трубку Дашу, это ж надо было попасть именно на нее, чтобы Мирохина пришла в мой кабинет.

Есть мне не хотелось. После криминально-экстремального процесса пополнения энергии, аппетит отбился, надолго, но вот на мысли о чашечке кофе желудок реагировал нормально.

Цикл приготовления напитка как раз подходил к концу, а я у распахнутого настежь окна прогонял через легкие уже третью порцию сдобренного никотином дыма и любовался подсвеченными фонарями пышными соснами в больничном дворе, когда раздался осторожный стук…

Спустя несколько секунд дверь открылась, и мои опасения подтвердились: Анна Павловна была очень бледна, глаза лихорадочно блестели.

Остановившись напротив, она кинула нервный взгляд на лежащую, на подоконнике пачку.

Я достал сигарету и протянул ей, помог прикурить.

Она делала частые мелкие затяжки, руки с длинными, изящными пальцами, дрожали.

Отделение нейрохирургии располагается на пятом этаже. В плотном рабочем графике нет времени выходить на улицу, поэтому я на свой страх и риск, разрешаю коллегам курить у окна подсобного помещения, ну а сам, на правах начальника, по вечерам и ночью делаю это прямо в кабинете.

Вместе со свежим ветром, какой бывает только в начале, еще не раздобревшего от жары, лета, в комнату залетал аромат хвои. Если прикрыть глаза, то можно представить, что находишься в Гортенском лесу, через который проходит дорога в Ваалор… Временами я так и делал, но сейчас сигаретный запах развенчивал красивую иллюзию.

Конечно маги и колдуньи 12 миров, как черные, так и белые для получения пророческих видений вдыхают дым из смесей специальных трав.

Но только жители 13 мира – Земли возвели курение в своеобразный культ. И за многие годы я тоже к нему пристрастился, слился, так сказать, с местным социумом.

– Анна Павловна, вижу – с Вами случилось что-то очень серьезное. Расскажите,

мне, пожалуйста, возможно я смогу помочь, – начал я прямо, без предисловий.

– Простите, я не хотела, чтобы мое состояние было заметно окружающим, тихо ответила она. – Но это чувство… безысходности так и рвется наружу… Как представлю, что моей девочки, возможно уже нет в живых, так и…

Медсестра часто задышала, лицо пошло красными пятнами, из глаз ручьями потекли слезы.

Начавшаяся истерика была подобна буре. Пришлось срочно применить заклинание, чтобы ее остановить.

– Пожалуйста, объясните, что произошло с Вашей дочкой, – настойчиво попросил я.

Мирохина сделала глубокую затяжку. Теперь ее взгляд был уверенным и сосредоточенным, как во время работы.

– В субботу Варя пошла с подругой Милой в новый ночной клуб «Оранжевый крокодил». Как она говорила – это самое крутое место для тусовок. Знаете, у меня еще было какое-то дурное предчувствие, тяжесть ощущалась, вот здесь, – женщина прижала левую ладонь к груди. – Очень не хотелось ее отпускать. Но никакого мало-мальски подходящего повода, чтобы не разрешить дочке идти гулять, у меня не нашлось. Варя сдала летнюю сессию на отлично и имела полное право отметить свои успехи в учебе. Она такая умная, целеустремленная, талантливая – звезда всех студенческих спектаклей. Ее ведь даже в кино пригласили. Съемки начнутся через месяц. Простите, я немного отвлеклась. Но на самом деле рассказывать особо и нечего. Варя должна была остаться ночевать у Милы. Она живет недалеко от клуба, поэтому я и не особо волновалась, хотя спала в ту ночь плохо – предчувствие. На следующий день, часов в двенадцать, я позвонила Варе, чтобы узнать как у нее дела, но услышала: «Телефон абонента временно недоступен…». Я набрала номер Милы… и, оказалось, что Вари с ней нет. В клубе с дочкой познакомился молодой человек. Они какое-то время провели вместе, а потом неожиданно ушли в неизвестном направлении. Мила была очень обижена на лучшую подругу, что та бросила ее и даже не предупредила. Я сразу поняла, что с моей кровиночкой произошло что-то страшное. Такое поведение ей совсем не свойственно. Она слишком сознательная, чтобы связаться с первым встречным.

Я побежала в полицию. Мое заявление приняли, но посмотрели, как на сумасшедшую. Один из сотрудников покачал головой и сказал прямо: «Что Вы паникуете. Задурил паренек девчонке голову, она и растаяла, а на телефон не отвечает, потому, что батарейка села, а может специально выключила, чтобы сердобольная родительница от… любовных утех не отвлекала. Вот увидите, к вечеру объявится. У нас подобные случаи, чуть ли не через день происходят».

Меня такие слова оскорбили, но знаете, в глубине души я очень хотела, чтобы он оказался прав, что моя девочка не умерла, а просто загуляла по молодости и по глупости. Прошло уже три дня, а от Варюшки нет вестей и я уже на грани нервного срыва. Несколько минут назад думала, все, слетела с катушек, но Ваше присутствие действует успокаивающе, даже не знаю почему.

Очень большая ответственность осознавать, что человека от палаты в психоневрологическом диспансере отделяет только хрупкая заслонка из магии.

Я затушил сигарету, пристально посмотрел на худое, осунувшееся лицо Анны Павловны и закрепил действие заклинания. Теперь о ее психическом состоянии можно не беспокоиться, как минимум полгода.

– Кофе будете?

– Да, спасибо.

Проблема коллеги оказалась очень серьезной. С какого конца подойти к решению, не понятно. Но, как известно: «взялся за гуж, не говори, что не дюж». В душе женщины уже взошел маленький росток надежды, и теперь было бы большой грубостью топтать молодое растение.

– С сахаром?

– Не надо.

Кружки с ароматным напитком я поставил на журнальный столик, подошел к холодильнику, достал шоколадку и позвал коллегу:

– Идите на диван, так будет удобнее.

Она села рядом, примерно на тоже место, что и Даша. Кровавая сцена за секунду рефреном пронеслась в голове.

Я два раза моргнул, отгоняя неприятное воспоминание, и сосредоточился на текущей задаче.

– У Вас в телефоне есть фотографии дочки?

– Конечно.

– Сбросьте мне парочку.

Через минуту я уже смотрел на слегка полноватое, но милое и приятное лицо 18-летней Вареньки. На снимке она сидела за столом с белой кружкой в руке и улыбалась.

– Еще есть запись с последнего экзамена. Дочка читает отрывок из «Анны Карениной». Снимок никогда до конца не передаст характер, а видео…, Вы только посмотрите, какая она умница! – гордо произнесла Митрохина и протянула мне свой телефон.

Произведение великого русского классика Льва Николаевича Толстого, я прочитать еще не успел, но видел несколько экранизаций. Если сравнивать с ними, то Варя, несмотря на свой юный возраст, изображала душевные метания представительницы высшего света, необремененной материальными заботами, весьма убедительно.

Художественная литература – выдуманные приключения несуществующих героев – еще одно полюбившееся мне изобретение 13-го мира.

На Родине, безусловно, тоже есть книги, но в них маги заносят заклинания, летописцы – хронику событий, описывают жизни видных исторических деятелей, правителей и полководцев. Все спектакли и пьесы основаны, как здесь принято говорить: «на реальных событиях». Если что-то и приукрашивается, то только для яркости картинки. Малыши воспитываются на легендах о подвигах их соотечественников.

С самого раннего возраста дети начинают помогать взрослым, постигают тонкости ремесла, в зависимости от того, в какой семье они родились. Никому и в голову не приходит сочинять истории о выдуманных персонажах, а тем более нет времени их, потом читать.

Несколько веков назад Земляне жили также как и мы. У них этот период назывался – эпоха Средневековья, но потом они пошли по пути развития технологий. Появились автомобили, самолеты и даже космические корабли…

Видеозапись закончилась. Я вернул телефон хозяйке и сказал:

– У меня есть некоторые знакомства в правоохранительных органах. Попрошу, чтобы поиску Вашей дочки было уделено самое пристальное внимание.

Информация о связях была правдой. За долгие годы работы в больнице, кого только не приходилось вытаскивать из лап смерти. Сам я тоже собирался поучаствовать в расследовании, но знать об этом Анне Павловне совершенно не нужно.

– Большое Вам спасибо! – медсестра взяла мою ладонь и крепко сжала.

– Пока благодарить не за, что. Очень надеюсь, что смогу быть хоть немного полезным.

Мы допили кофе. Митрохина ушла. Я сполоснул посуду, прибрал в шкаф и отправился к пациентке.

Палату интенсивной терапии освещал ночник в плафоне из матового стекла, ритмично пикали приборы, мигая разноцветными лампочками.

Ирина напоминала грубую гипсовую статую, наскоро вытесанную скульптором-недоучкой. Правую руку «украшал» компрессионно-дистракционный аппарат или если проще аппарат Илизарова. Конечность была пронизана спицами, как голова демона сенобита Пинхеда из «Восставшего из ада» булавками.

Когда я впервые посмотрел этот фильм ужасов, то был поражен масштабами фантазий жителей Земли. Инженер, Темный Принц Боли, Ангел Страданий, Черный Священник Ада, Владыка Проклятых – так описывались «звания» главного злодея в «Википедии». По сравнению с ним я просто белая, пушистая овечка. Но страшная правда заключается как раз в том, что Пинхед – выдуманный персонаж, а я – реальный.

Отложив до очередного запоя болезненные и бесполезные рассуждения о нынешнем цвете своей сущности, я коснулся ладонью лба пациентки, закрыл глаза и сосредоточился.

Энергия циркулировала в ее теле медленно, но непрерывно, без сбоев. Значит все сделано правильно. Теперь можно со спокойной совестью отправляться домой.

Я вернулся в кабинет, снял медицинский костюм, надел черные брюки и темно-красную рубашку. Глянул в зеркало на худое, бледное лицо с высокими скулами и немного раскосыми глазами, причесался. Что только женщины во мне находят. Нет, конечно, я понимаю, что не урод, но до красавца явно далеко. Единственное, что внешне немного отличает меня от жителей Земли – светло-золотистая радужная оболочка. Кити как-то сравнила ее с цветом шампанского. Подобный оттенок глаз здесь встречается, крайне редко.

Повесив сумку на плечо, я замкнул кабинет, сбежал вниз по лестнице, вышел на улицу и направился на автомобильную стоянку. В напитанном свежей энергией теле не было ни капли усталости. Я решил, не ехать домой, а посмотреть, что собой представляет этот модный клуб с экзотическим названием «Оранжевый крокодил». Может, удастся, что-нибудь разузнать о судьбе пропавшей девушки.

На стоянке не смотря на позднее время, было еще много машин. Мой внедорожник стоял на ее противоположном краю. Я сел на водительское кресло завел мотор, включил навигатор и написал название клуба. Нужное место находилось в двадцати минутах езды от больницы. Можно сказать совсем рядом. Крутанув руль, я выехал со стоянки и, следуя указаниям электронного голоса, направил автомобиль к цели.

Глава 2

Святая Кити

Даже странно было подумать, что мой водительский стаж уже пятнадцать лет. Я увидел машину в первый день пребывания в этом мире, когда сидел в грязи, прижавшись спиной к покосившемуся забору, дрожа от холода, слабости и ужасных воспоминаний. Сначала в сгущающихся сумерках появились два круглых горящих пятна, похожих на глаза огромного чудовища. Я был абсолютно обессилен и уже не мог себя защитить ни магией, ни ножом, поэтому просто смотрел на быстро приближающуюся смерть, как кролик на удава. Но когда «монстр» «подбежал», стали видны колеса и корпус из металла.

Проехало еще несколько похожих колесниц и еще… а, потом одна из них остановилась недалеко от меня, дверь открылась и вышла молодая, женщина невысокого роста в пушистой розовой шубке, едва закрывающей ягодицы. Из-под мехового края торчали худенькие ножки в черных, обтягивающих штанишках, в низу ступни «украшали» массивные, похожие на копыта ботинки.

Я разглядел, что необычным средством передвижения управлял крупный мужчина с одутловатым лицом. Он махнул своей спутнице рукой, захлопнул дверь и поехал дальше.

«Жрица любви», как я ее сразу окрестил и как потом, оказалось, попал в точку, подошла, нагнулась и что-то спросила на незнакомом мне языке. О том, что задан вопрос было понятно по интонации. Ее большие, карие глаза смотрели с сочувствием и участием.

– Korpe de gasdonte, – с трудом произнес я на своем родном языке – это означало: «помогите мне, пожалуйста».

Она пожала плечами и замотала головой, давая понять, что не разобрала ни слова.

Я попытался еще что-то сказать, но в этот момент сознание окончательно помутилось и погрузилось во тьму.

Очнулся я на скрипучей, узкой кровати в маленькой комнате с обшарпанными стенами.

Кити или если по паспорту Екатерина Горохова долго считала меня юным, безобидным наркоманом, у которого после очередной дозы сбились настройки речевого аппарата, и «крыша» съехала немного на бок, придав лицу, отстраненное выражение. Увидев необычную одежду, ритуальные клинки и серебряное зеркало, девушка сделала вывод, что я к тому же еще и фрик помешанный на фэнтези.

Местный язык я выучил, быстро, не без помощи магии, конечно.

Она заботилась обо мне, совершенно не знакомом человеке, как родная сестра, и искренне радовалась тому, что я «завязал». Я не собирался ее переубеждать. Мне очень нравилось слово «безобидный», но еще больше нравилось, что она понятия не имеет, какое чудовище на самом деле приютила в своем стареньком маленьком домишке, с облупленным фасадом и покосившимися ставнями.

Спустя месяц после нашего знакомства, Кити со слезами на глазах вернулась из больницы и сказала, что у нее рак легких. Оказалось – это очень серьезная болезнь, существующая только в 13-м мире и практически не излечимая на последней стадии.

Женщина очень беспокоилась о своей матери и малолетних детях. Девочка пяти лет и мальчик трех лет жили с бабушкой в другом городе. Они существовали на деньги, которые «зарабатывала» Кити.

Я погладил свою подругу по голове и прошептал, что обязательно помогу.

Она, конечно, опять не поверила. Улыбнулась и тихо сказала: «Ты мой милый, симпатичный дурачок».

Когда Кити ночью ушла на « работу», как она называла продажу своего тела за гроши, я отправился на первую «охоту» и напился крови, какого-то валявшегося под забором алкаша. Меня чуть не вывернуло наизнанку от его запаха, но зато я получил достаточно энергии, чтобы спасти своего единственного близкого человека в этом наполненном странными механизмами мире.

Рано утром она вернулась домой, обмылась в душе и как обычно скользнула ко мне под одеяло. Я прижал ее к своей груди, мысленно проникая в каждую клеточку хрупкого, обнаженного тела. Так мы лежали несколько минут, потом она повернулась ко мне лицом и страстно поцеловала.

– Ты больше не больна. Я исцелила тебя, – прошептал я нежно.

– Очень ценю твою заботу, но, пожалуйста, не надо так говорить, мне от этого становится только тяжелее, – попросила она.

Пришло время открыть карты.

– Ты веришь мне? – спросил я.

– Конечно, но до определенного предела… ты ведь не так давно завязал…, сам понимаешь.

Я встал с кровати, подошел к столу, достал из ящика нож и, прежде чем она успела что-то сделать, полоснул по своему запястью. Кровь струйкой потекла вниз, собираясь на полу в красную лужицу.

Кити пулей кинулась ко мне, и я мысленно приказал ей замереть на месте. Она остановилась как вкопанная. Брошенное в второпях заклинание оказалось слишком сильным, девушка не могла шевелить головой, моргать и даже говорить.

– Что происходит? – выдохнула она, когда я немного ослабил оковы.

– Это магия. Я – не наркоман и никогда им не был. Смотри.

Повернув запястье так, чтобы ей было хорошо видно, я провел ладонью над кожей. Ранка моментально затянулась. Потом я окончательно освободил свою подругу и подхватил на руки.

– Мой парень – волшебник, – она смотрела на меня с гордостью и восторгом.

Несколько месяцев мне удавалось скрывать от нее, что для пополнения сил я пью человеческую кровь. Но однажды она случайно застала меня в переулке со своей коллегой в самый разгар трапезы. Конечно, можно было стереть ей память, но я решил сказать правду.

Она сначала возмутилась, что я не признался раньше, но потом простила и приняла мои пристрастия как данность. Удивительная, великодушная, женщина, с большим добрым сердцем и нежной душой. И даже сейчас я не достоин ее преданности и чистой любви.

Я так увлекся своими воспоминаниями, что проехал на красный свет. Водитель машины, каким-то чудом успевший в этот момент затормозить, начал гневно сигналить вслед.

Остаток пути был преодолен без происшествий.

Глава 3

Оранжевый крокодил

На вывеске красовалась ярко-оранжевая фигура крокодила с открытой пастью, в которой он держал круглую букву «О», а может, это было солнце, как в стихотворении Корнея Чуковского. У входа в длинной очереди стояли парни и девушки – все в черной одежде, наверное, дресс-код такой. Протиснуться через них было довольно проблематично. Хорошо, что в подобных заведениях есть vip-вход. Им-то я и решил воспользоваться. После небольшого магического внушения, суровый охранник, квадратного телосложения расплылся в вежливой улыбке и пропустил внутрь.

Клуб был стилизован под джунгли, но необычного цвета: между фиолетовыми пальмами, увешанными гроздьями красных бананов, стояли диваны, устланные пятнистыми и полосатыми шкурами. Из высокой оранжевой травы выглядывали фигуры зеленых носорогов. Розовые пантеры притаились возле стен. Довершали странную картину столики с ножками в виде желтых слонов. Одетые в черное, посетители терялись в диком буйстве красок. Может в этом эффекте и заключалась задумка дизайнера. На танцполе, под вполне стандартную клубную, музыку, плясали парни и девушки. Ни одного посетителя старше тридцати… кроме меня.

Стоящий за стойкой худощавый, конопатый бармен лет 20-ти, не смог скрыть удивления при виде зашедшего на огонек сорокалетнего динозавра, с серебристыми нитями в волосах.

Когда парень протягивал мне меню, во взгляде сквозило легкое презрение, но, спустя мгновение, оно сменилось почтением. Быстро сообразил, что верзила на фейсконтроле вряд ли пропустил бы такого возрастного клиента, да еще и без черного прикида, а раз пропустил, значит это не простой гость.

Я заказал безалкогольный коктейль с интригующим названием «Первая любовь бегемота», но вполне обычным составом, надо же было как-то привлечь внимание посетителей к мультифруктовому соку, сел на высокий стул, и стал размышлять, что же делать дальше.

Возле разрисованной пальмами стены стояла молодая женщина и о чем-то разговаривала с высоким, широкоплечим охранником. Сначала я просто скользнул по парочке взглядом, но потом понял, что что-то не так и посмотрел пристальней.

Судя по наряду: белой блузе, голубым джинсам и туфлям на низком каблуке, женщина пришла в клуб не для развлечений. В руке она держала блокнот, и когда охранник говорил, что-то быстро записывала с сосредоточенным лицом.

Бармен принес коктейль. Высокий бокал с оранжевой жидкостью, на половину заполненный, кубиками льда, украшала долька апельсина.

Сделав несколько глотков через трубочку, я снова посмотрел на девушку. Она направлялась в мою строну, остановилась в паре метров и движением руки поманила бармена. Он подошел. Незнакомка начала что-то говорить. Хоть они стояли недалеко, доносящаяся с танцпола, музыка заглушала их голоса. Пришлось с помощью магии немного усилить слух.

– Я работал 25-го, – ответил парень.

Женщина вытащила из блокнота плотный лист бумаги и показала ему.

– Вы помните эту девушку?

Несколько секунд бармен рассматривал изображение, потом отрицательно замотал головой.

– Нет, – сказал он. – Наш клуб открылся три месяца назад, но уже наметился костяк постоянных клиентов, которые примелькались. Ее я не помню, может, она в первый раз приходила.

– А вот эту девушку и этого молодого человека видели?

Детектив, я уже мысленно окрестил ее так, показала еще два снимка.

– Нет, – после некоторого раздумья ответил парень, немого помялся и добавил:

– У меня зрение не особо хорошее. Я обычно линзы ношу. В тот день одна порвалась, в общем, может они, конечно и заказывали у меня что-то, но хорошо разглядеть лица я не мог.

Девушка была явно раздосадована таким ответом. Она холодно сказала: «Спасибо», отошла от стойки, немного посмотрела по сторонам и направилась к выходу. Положив под дно стакана пятьсот рублей, это ж надо было столько содрать за двести граммов обычного мультифруктового сока, я двинул следом за ней.

Выйдя на улицу, она повернула за угол, остановилась у черного «Ниссана» и взялась за ручку, чтобы открыть, дверь, но в этот момент я коснулся ее плеча.

– Розово-зеленая орхидея, – произнес я скороговоркой, когда девушка обернулась. Эта необычная фраза была сказана специально, чтобы пометить начало отрезка памяти, который потом придется стереть.

– Что Вы сказали? – удивилась она.

– Здравствуйте. Я был в клубе и понял, что Вы расспрашивали сотрудников о пропавшей девушке. У меня есть для Вас информация. Если хотите, можем поговорить в стороне, например, вон в том сквере на лавочке.

Внимательно просканировав меня сверху вниз тяжелым взглядом прожженного жизнью человека она, кивнула:

– Пойдемте.

– Алексей Михайлович, – я протянул руку.

– Арина Сергеевна, – она сжала мою ладонь, сильными пальцами с короткими ногтями без лака.

Мы направились в сторону сквера. Шли молча. Я украдкой поглядывал на свою спутницу: невысокая, крепко сбитая, движения плавные, походка упругая. Наверняка занимается спортом. Скорее всего, из полиции. Частного детектива Анна Павловна ведь не нанимала.

По аллее гуляли парни и девушки в черной одежде, наверное, не дождались своей очереди в клуб, а может не прошли фейсконтроль, но неподалеку все-таки нашлась свободная лавочка, на которую мы сели.

Достав из сумки пачку, я предложил Арине.

– Не курю.

– Мне можно при Вас?

– Да, конечно. Так, что Вы хотели мне сообщить? Время уже позднее, пожалуйста, давайте не будем затягивать разговор.

Я чиркнул зажигалкой, сделал глубокую затяжку и пристально глянул девушке в глаза.

– Прежде чем рассказывать, нужно для начала узнать, какая информация у Вас уже сеть.

Пожалуйста, назовите свою должность и изложите подробно, все, что Вы знаете об исчезновении Варвары Мирохиной.

Внушение подействовало практически мгновенно.

Девушка вынула из сумки удостоверение, раскрыла и протянула руку.

В документе значилось, что она Сапожкова Арина Сергеевна, оперуполномоченный отдела уголовного розыска, капитан полиции. Необычный выбор профессии для женщины.

– Информации у нас очень мало, – начала говорить спутница доверительным тоном, как будто общалась с другом. – Варвара приехала в клуб с подругой в десять вечера. Мила рассказала, что они заказали по коктейлю, выпили и собрались танцевать, но подошел парень лет 20, спортивного телосложения, представился Пашей. Завязался разговор про новинки кино. Подруга сразу заметила, что Паше нравится Варя. И не удивилась, когда он пригласил ее на медленный танец. Потом парочка направилась в противоположную от барной стойки сторону. Мила к тому времени встретила свою знакомую. Они болтали о всякой всячине, поэтому девушка не тяготилась одиночеством. Прошло полчаса, а Варя так и не вернулась. Мила позвонила, но телефон оказался выключен. Девушка прождала еще минут сорок, к тому времени она выпила еще два коктейля и немного захмелела. Ее разбирали злость и обида на лучшую подругу, которая так бесцеремонно оставила ее одну. Она рассказала, что и подумать не могла о том что с Варей, что-то случилось, так как Паша произвел самое хорошее впечатление. Через час Мила вызвала такси и поехала домой.

Арина замолчала, лицо ее приняло задумчивое выражение, вздохнула и продолжила:

– Вроде все кажется обычным, но в этом деле много странностей и самая большая заключается в том, что мы не можем установить внешность Паши. Мила говорит, что он среднего роста со светлыми волосами, был одет в черную футболку и джинсы, но как только дело доходит до черт лица, тут начинается загвоздка. Ни цвет глаз, ни форму губ, носа, ни даже овал лица она описать не может. Твердит одно, что он симпатичный. Нужно, конечно, учитывать, что в клубе полумрак и специфическое освещение, но они стояли друг напротив друга, и хоть что-то же можно было разглядеть. Это не все. Первым делом мы запросили записи камер, установленных в клубе. Там современное оборудование с высоким разрешением. Мы быстро нашли кадры с Милой, Варей и Пашей. Лица девушек хорошо видны, а у парня смазаное. Думали поначалу, что глюк. Но на видео, где парочка кружится в медленном танце, то же самое. Вот, взгляните. Это стоп-кадр.

Сапожкова достала из сумки блокнот, вытащила, зажатый между страницами, лист плотной бумаги и протянула мне.

На снимке две девушки и парень стояли у знакомой барной стойки. В полноватой брюнетке я сразу узнал Варю, худощавая блондинка, видимо – Мила, лицо Паши словно замазано в Фотошопе инструментом «размытие». Очень странно. Если бы я хотел быть неузнанным, то мог провернуть такой фокус с помощью магии. Неужели на Землю пробрался еще один колдун. А вдруг это… Сердце болезненно сжалось. Двадцать лет от нее не было никаких вестей. Но ведь все может быть.

Что скажете, Алексей Михайлович? – прервала мои размышления Арина.

– Да. Необычно, – подтвердил я и вернул фотографию. – Паша говорил, где работает или учится?

– По словам Милы, он сразу подхватил тему фильмов и так интересно вел беседу, что ничто другое обсуждать не хотелось.

Девушка снова замолчала. И вдруг стала так пристально на меня смотреть своими большими карими глазами, что я даже немного смутился.

– Ваше лицо мне кажется очень знакомым, – медленно произнесла она. – Мы раньше никогда не встречались?

Этот вопрос был очень неожиданным, если учитывать наложенное заклинание. Арина, видимо, относилась к редкой категории людей, которые плохо поддаются действию магии. Приходилось сталкиваться с такими пару раз. В принципе не проблема. Надо только потратить больше энергии. Что я и сделал, усилив внушение. Девушка моргнула и замерла в ожидании.

– Вы проверяли наружные камеры видеонаблюдения? – я снова повернул разговор в нужное русло.

– Конечно. Варя и Паша вышли на улицу, направились на стоянку, затем уехали на черной «Мазде». Девушка по дороге разговаривала с парнем и села к нему в машину совершено добровольно. Номера на автомобиле были закрыты шторкой, поэтому отследить его не удалось. Сегодня я весь день провела в институте, беседовала с однокурсниками, преподавателями, друзьями и знакомыми Вари. Она была всеобщей любимицей. Ее описывают как добрую, светлую, позитивную и талантливую, но отнюдь не ветреную особу. Почему она пренебрегла своими принципами и сбежала с первым встречным в неизвестном направлении, непонятно. В общем, я узнала много различной информации, но не нашла ни одной зацепки, где же искать беглянку.

Выводы напрашивались сами собой: Варю похитили, целенаправленно, именно ее, и применили при этом магию, весьма профессионально, только так можно объяснить не типичное поведение девушки. Преступники следили за Мирохиной и знали, что она будет в тот день в клубе. Но кто это сделал и для чего, вот в чем вопрос.

– Скажите, часто ли в нашем городе пропадают люди? – я решил зайти к проблеме немного с другой стороны.

– В течение шести месяцев в области, в том числе и в нашем городе, без вести пропали 194 девушки в возрасте от 18 до 25 лет.

По спине пробежал холодок. Внушительная цифра.

– Начальство не придерживается, моей точки зрения, – продолжала Арина. – Но я считаю, что эти случаи связаны. Посудите сами. Пропавшие девушки все брюнетки, худощавого телосложения, приятной внешности и, что самое главное – практически полностью здоровые. Согласитесь, в наше время трудно найти молодого человека без какой-нибудь хронической болезни. А они все как на подбор, вернее я хочу сказать, что похитители тщательно выбирают своих жертв. Как представлю, для чего может понадобиться такая скрупулезность – волосы дыбом встают. Девушки пропадали в разных местах днем и ночью. Кто-то не вернулся из института, кто-то с прогулки с собакой, кто-то из библиотеки, кто-то с работы и так далее. В пятнадцати случаях свидетели видели, как девушки садились в машину, совершенно добровольно. За полгода не найдено ни одного тела.

Сразу вспомнилось полноватое лицо Вари.

– Но ведь Мирохина, если следовать Вашей логике, выбивается из общей картины, – осторожно заметил я.

– Внешность не совсем подходит и согласно медицинской карте, у Варвары хроническое заболевание почек. Может это похищение и не имеет никакого отношения к тем 193-м делам, но есть одно важное сходство: в нескольких показаниях записано, что незадолго до исчезновения, девушек видели разговаривающими с мужчиной, но его лицо свидетели так и не смогли описать.

Разговор следовало завершать, а то слишком большой промежуток памяти придется стирать.

– Большое спасибо за информацию. Позвольте проводить Вас до машины.

Я затушил очередной окурок и встал.

– Не возражаю, – Арина улыбнулась.

Мы медленно пошли по аллее. Людей вокруг было уже мало. Остались только самые стойкие: беспечные бездельники, которым утром не нужно никуда спешить и закоренелые трудоголики типа нашей парочки. Идти молча не хотелось, к тому же разбирало любопытство.

– Как же Вы выбрали такую, совсем не женскую, профессию?

– Я в детстве осталась без родителей. Папин брат взял меня в свою семью, – ответила Сапожкова, тихим голосом, глядя себе под ноги. – Он работает в полиции, и я пошла по его стопам.

Заклинание действовало, но создалось впечатление, что она неосознанно ему сопротивляется и что-то недоговаривает. В принципе, необходимости выжимать стопроцентную откровенность не было. На этом разговор завершился.

– Розово-зеленая орхидея, – четко произнес я, когда мы остановились у ее машины, и пока Арина моргала, сбрасывая наваждение, быстро развернулся и пошел к своему автомобилю.

Никогда не жаловался на плохую память, но черты лица девушки: высокие скулы, прямой нос и узкие губы – были совершенно не знакомыми. Как так получилось, что она меня где-то видела, а я – ее не заметил. Хотя, если, подумать, в этом нет ничего удивительного. Больницу за день посещают более пятисот пациентов. К тому же регулярно приходится лечить различных знаменитостей: певцов, актеров, политиков… Представители средств массовой информации часто просят комментарии об их состоянии. Последний громкий случай был всего неделю назад. Сюжет о том, как талантливый нейрохирург, из сотни кусочков, словно пазл, собрал череп пострадавшего в аварии известного режиссера, до сих пор пользуется популярностью в Интернете. Никто и не подозревает, насколько мощное заклинание пришлось применить, чтобы восстановить полноценную работу наполовину раздавленного мозга. Часто спрашивают: «Как же Вам такое удалось?», в ответ же слышат только одну, заранее приготовленную фразу: «Ловкость рук и немного магии».

Я сел в машину, завел мотор и поехал домой. На часах – четыре утра, рабочий день плавно перешел в выходной.

Мысли крутились вокруг числа 193. Еще семь человек и будет 200. Две сотни душ за одну. Смерть – за жизнь. Кем бы ни был этот колдун, он, похоже, собрался применить одно из трех высших заклинаний черной магии. Только для реализации плана еще нужен Макрос. Неужели кому-то удалось выкрасть книгу из самого охраняемого места 12 миров – Ваалорской библиотеки.

Если к этому все-таки причастна Камелия… что если она захотела себе… новое тело…. Перед глазами всплыли жуткие воспоминания, сердце бешено забилось…

В последний момент удалось увильнуть в сторону и не врезаться в столб. Я припарковал машину возле обочины и уронил сильно потяжелевшую голову на руль…

Постепенно гулкие удары в груди стали стихать. Дыхание выровнялось. Но боль никуда не делась. От рваных душевных ран есть очень вредное средство. Оно калечит тело, но позволяет немного забыться…

В круглосуточном магазинчике, я купил три бутылки, не настоянной на березовых бруньках и не умягченной молоком, а самой обычной, без рекламной мишуры, водки. Продукты приобретать не стал. Алкоголики пьют, как известно, не закусывая.

Моя просторная трехкомнатная квартира расположена на втором этаже пятиэтажного дома, в десяти минутах езды от больницы. Я специально приобрел недвижимость поближе к работе, чтобы при срочной необходимости, даже в выходной день прибыть на помощь пациенту. Еще имеется загородный дом в тихом местечке возле речки, но там получается отдыхать в основном во время отпуска.

Две бутылки я засунул в морозилку. Оставшуюся поллитру и рюмку поставил в гостиной на стол, рядом с пепельницей, сел в освещаемое торшером кресло, налил, выпил, закурил, уставился в погруженный во мрак угол комнаты.

Перед мысленным взором возник образ Камелии, такой, какой я впервые увидел ее: спокойное и даже величественное выражение красивого, загорелого лица, плотно сжатые губы, прямой, твердый взгляд зеленых глаз, забранные в хвост, длинные, сияющие золотом на солнце, волосы, стройное, гибкое, тело в кожанном костюме, защищенном на груди металлическими накладками. В одной руке – меч, в другой – щит. Прекрасная принцесса Аллатора – королевства женщин.

Черный маг Кальвин объединил дикие племена и пошел войной на царство представительниц прекрасного пола. Согласно заключенному с Белым братством договору о сотрудничестве, Ваалор должен был помочь Аллатору в битве.

Мы сражались с Камелией плечом к плечу целый день и хоть за это время не перемолвились и словом, к концу боя, казалось, знали друг о друге все. Ночь мы провели вместе. Во время пира в честь победы над врагом, я попросил принцессу стать моей женой. Она согласилась и сразу отреклась от своих прав на трон в пользу младшей сестры. Через семь дней в Ваалорском храме 12 богов, мы встретили восход солнца и поклялись друг другу в вечной любви.

Стук в дверь резко прервал романтичные воспоминания. Звонок неделю назад сломался, на вызов мастера все не находилось время. Бутылка почти опустела. Алкоголь уже проник во все клетки организма, голова немного кружилась. Звук, доносящийся из коридора, казался очень далеким. Может, почудилось? Но словно в ответ на вопрос, стук повторился снова, на этот раз кто-то тарабанил со всей силы. Я достал из кармана брюк телефон, чуть не выронив его из ослабевших пальцев, и нажал на боковую кнопку. Гаджет работал исправно, значит, человек пришел не из больницы, случись что-то экстраординарное, коллеги могли просто позвонить. Тогда кто это, черт его побери, может быть в пять утра?!

Остановившись у двери, я заглянул в глазок и увидел… Арину. Вот это совершенно неожиданно. Как она здесь оказалась? Лицо девушки было словно высечено из камня, выглядела нежданная гостья очень решительно. Неужели все вспомнила. В таком случае ее сопротивляемость магическому воздействию гораздо сильнее. Ни разу с таким не сталкивался. Придется применить заклинание помощнее. Однако же быстро она узнала адрес своего ночного собеседника. Не зря носит звание капитан полиции.

Немного повозившись с замком, алкоголь не собирался отпускать свою добычу, я распахнул створку, получил кулаком в переносицу, отшатнулся, споткнулся о коврик, махнул руками, чтобы сохранить равновесие, не удержался и грохнулся вниз. Затылок пронзила острая боль….

Перед глазами было темное круглое пятно, постепенно оно становилось четче и преобразовалось в дуло пистолета, который двумя руками держала Арина. Выражение лица девушки: твердое и жестокое, недвусмысленно давало понять, что она очень, очень хочет нажать на спусковой крючок.

Я сидел в своем любимом кресле, под все еще включенным торшером, хотя за окном уже было довольно светло, связанный веревками по рукам и ногам и, видимо, для надежности, примотанный к спинке скотчем. Сапожкова проделала большую работу по обездвиживанию преступника. Сломанный нос сильно болел, но кровь уже не текла.

Девушка, не опуская оружия, напряженно всматривалась в мое лицо.

– Это все-таки ты, сомнения быть не может, – медленно, ледяным тоном произнесла она, словно выносила приговор. – Я так долго искала тебя, а ты сам пришел, высшая справедливость существует! Думал задурить мне голову своим гипнозом? Да как бы ни так. Твоего колдовства хватило на полчаса и то меня всю дорогу до дома терзало чувство, что я забыла что-то важное. А потом я зашла в свою квартиру, увидела на стене, рисунок, сделанный мной ещё в детстве, и сразу все вспомнила! Знаешь что там изображено? Твой портрет! Очень точный. У меня талант! Как сейчас помню твой кипельно-белый плащ и этот крутящийся над головой, алый вихрь. Столько крови… а на тебе ни капельки. – Она всхлипнула. Мышцы шеи напряглись. Губы скривились. Казалось, вот-вот зарыдает, но сдержалась, вдохнула, выдохнула и продолжила прежним тоном. – Ты постарел, поэтому я тебя сразу и не узнала. Тогда, 20 лет назад, я рассказала полиции все, что видела, в мельчайших подробностях, но никто не поверил шестилетнему ребенку. Правда, и разумное объяснение произошедшему тоже найти не смогли. Дело до сих пор засекречено спецслужбами. Догадываешься кто я такая? Хотя откуда тебе знать, ведь ты не заметил меня, там в церкви, маленькую девочку, спрятавшуюся под столом, а если бы заметил, ведь убил бы, убил! Злобный, мерзкий, колдун!

Сердце пронзила острая боль, но оно не остановилось, продолжало биться нервно, рывками, чтобы хозяин так легко не избавился от своих мучений. Арина была там, была ТАМ!!! Вспомнилась фраза: «В детстве я осталась без родителей». Она была в тот вечер в церкви с отцом и матерью. Теперь понятна ее устойчивость к черной магии. Полицейской наверняка стала, чтобы найти убийцу родных. Что ж нашла. Но прежде чем исполнить свой приговор, пусть узнает всю историю целиком. Может ей от этого станет чуть-чуть легче, хотя зачем лгать, ей это не нужно. Это нужно мне. 20 лет угрызений совести и ежедневных попыток, путем спасения жизней, загладить, неизгладимое. Пришло время исповеди, пред лицом палача.

Под воздействием магии пистолет вырвался из рук, полетел по комнате и упал в углу. Девушка не успела опомниться, как была пригвождена к стулу. Веревки, со скотчем превратились в пыль. Я встал и отряхнулся.

Лицо Арины исказилось от гнева, на глазах выступили слезы негодования.

– Я предупредила дядю, о том куда пошла, – зло прошипела она, пытаясь пошевелиться, но не могла двинуть и пальцем. – Если со мной что-нибудь случится, он найдет тебя и убьет, прежде чем ты успеешь применить свое колдовство. Как оказалось не такой ты всесильный. Нос под кулаком хрустит так же как у обычного мужика. Ни за что не позволю тебе сделать с похищенными девушками, то же, что ты сделал в церкви, ублюдок.

Она быстро соединила звенья цепочки. Далеко пойдет.

– Очень может быть, что девушки нужны черному магу, для аналогичного ритуала, но не мне. До недавнего времени я и не знал об этих похищениях. Я работаю в больнице с мамой Вари Мирохиной. Я хотел помочь женщине найти дочь.

– Знаю, где ты работаешь, лучший нейрохирург области, врач от Бога, – последние фразы она произнесла с нескрываемым сарказмом. – Убийца, прикидывающийся спасителем.

– Не прикидываюсь, лишь пытаюсь… искупить… нет… искупить такое невозможно… немного загладить вину, – приходилось очень стараться, чтобы говорить спокойно. Хотелось истерично кричать, схватиться за голову, упасть перед Ариной на колени и, рыдая молить о прощении, бежать на кухню, достать из морозилки две оставшиеся бутылки, выпить залпом одну за другой и впасть в беспамятство. Вместо этого я спросил:

– Ты ведь поняла суть ритуала проводимого в церкви?

Ее взгляд немного, всего на какие-то десятые доли градуса, но потеплел. Может, показалось.

– Ты хотел обмануть природу и потерпел неудачу, – она и это поняла. – И, клянусь, обязательно получишь по заслугам. Никто не вправе решать, кому жить, а кому умирать.

Отодвинув нижний ящик комода, я вынул завернутое в черный бархат серебряное зеркало и положил на стол.

– Жители Земли придумали для фиксирования образов фотоаппараты и видеокамеры. Но все события жизни хранятся у нас в голове. Маги 12 миров, чтобы вспомнить что-нибудь важное уходят вглубь своего сознания. Можно прокрутить любой момент, словно фильм. Я покажу эпизод, свидетелем трагического финала которого ты стала. Будет казаться, что прошло три дня, но на самом деле этот процесс займет не более получаса. Здесь действует примерно такой же принцип, как во время сна, кажется, что сон был очень долгим, а он длился всего пару минут. У данного способа есть только один недостаток, он отнимает много энергии, так, что через полчаса, я буду практически без сил, а ты освободишься от действия заклинания и сможешь осуществить месть. Но я хочу, чтобы перед тем как нажать на спусковой крючок, ты знала все обстоятельства этого дела.

Сапожкова внимательно слушала монолог и, судя по скептическому взгляду, не доверяла ни единому слову, но пока это и не важно. Я сходил в прихожую, достал из, висящей на крючке, сумки коробочку с когтем, вернулся в гостиную, взял стул и сел рядом с гостьей. Называть ее пленницей казалось как-то странно, хотя по факту так оно и было.

– Чтобы ты увидела тоже, что и я, нужно объединить нашу кровь.

Развернув зеркало, я положил его себе на колени, надел коготь и провел острым концом от большого пальца до мизинца, потом взял Арину за запястье и проделал то же самое. Она даже не вскрикнула, только плотнее сжала губы.

– Да, и говорим мы там на другом языке, но так как ты будешь частью меня, то все поймешь. Слишком интимные моменты и лишние подробности, постараюсь «прокручивать», чтобы не смущать и не удлинять время просмотра.

Правой рукой я обхватил ножку зеркала, левой кистью накрыл ладонь девушки, посмотрел на свое отражение: верхняя часть лица сильно опухла, глаза заплыли, под носом и вокруг рта – засохшая кровь, то еще зрелище, нужно было хотя бы умыться, но сейчас уже не стоит отвлекаться.

Пристально взглянув самому себе в глаза, я прочитал заклинание и устремился внутрь.

Глава 4

Принцесса и оборотень

Осторожный стук в дверь развеял легкий утренний сон. Камелия еще спала. Длинные золотистые волосы сияли в лучах восходящего солнца. Прикрыв прекрасное, обнаженное тело супруги простыней из талкового полотна, легкого и мягкого, я крикнул:

– Входите.

Это был старый слуга, немного сгорбленный, но еще твердо стоящий на ногах.

– Лорд Алекстер, Хранитель срочно зовет Вас к себе, – сказал он дребезжащим голосом.

Так хотелось еще немного понежиться в постели, заключить любимую в объятья, поцеловать ее нежные губы…, но делать нечего, придется отложить желания на потом.

– Сейчас приду к нему.

Слуга поклонился и вышел из комнаты.

Я надел белые штаны и рубаху из талкового полотна. Из него изготавливали одежду, шторы, скатерти и другие вещи, как для состоятельных людей, так и для бедняков. Те, у кого было мало денег, носят балахоны из неокрашенного волокна, которое имеет желтоватый оттенок. Люди по богаче приобретают цветные ткани. Господа украшают свои наряды вышивкой и драгоценными камнями. Растение Талк внешне очень похоже на земной Хлопок, но полотно из него получается намного прочнее и совсем не мнется…

В глазах на мгновение зарябило, словно пошли помехи. Такой эффект бывает, когда отвлекаешься от воспоминаний на реальность. Я отогнал все мысли о Земле и снова окунулся в прошлое…

На ноги я натянул сапоги из мягкой кожи, на плечи накинул плащ цвета нашего братства – белый, закрепил на шее заколкой с кровь-камнем.

Перед тем как уйти, я поцеловал Камелию в щеку. Она открыла глаза, томно потянулась, улыбнулась и мягко придержала за руку.

– Душа моя, куда так рано? – голос низкий, бархатистый, будоражащий, отвлекающий.

– Отец зовет. Что-то срочное. Надеюсь, что это не надолго.

– Буду ждать.

Мы все-таки поцеловались. С неимоверным усилием я заставил себя оторваться от самых прекрасных в мире губ и вышел из комнаты.

Быстро шагая по коридорам огромного Огненного дворца, я совершенно не обращал внимание на привычное великолепие внутреннего убранства: на украшенный позолоченной лепниной сводчатый потолок, на расписанные сценами битв и подвигов героев, стены, на каменный пол с замысловатыми узорами, на массивные подсвечники, выполненные в виде диких животных.

Дворец облицован Сапором – редким и очень дорогим камнем, черного цвета с красными прожилками, добываемом на Кратусе, пятом мире. Это довольно негостеприимная планета, жаркая и сухая, но не просто обитаемая, а даже густонаселенная. Все дело в большом количестве редких металлов и драгоценных камней, спрятанных в недрах. Старатели со всех 12 миров прибывают туда, чтобы заработать себе на безбедную жизнь.

Сапор ценен тем, что обладает уникальным свойством днем накапливать солнечную энергию, а ночью выпускать. С наступлением темноты дворец начинает светиться, словно огромный факел. Его видно даже на дальней границе Гортенского леса. Отсюда и название «Огненный».

Михальтер – Верховный маг Ваалора и Хранитель 12 миров ждал в своем кабинете. Он стоял у окна, стройный, широкоплечий, сильный. Лоб – высокий, взгляд – прямой, уверенный, волевой подбородок скрыт под густой, аккуратно подстриженной бородой. Одет в белые штаны и рубаху, талию подчеркивает, пояс, вышитый золотыми нитями.

Я приложил правую руку к сердцу и склонил голову – приветствие, обязательное для всех.

– Иди сюда, сын мой.

Он покровительственно поцеловал меня в лоб, немного отстранил и посмотрел с гордостью. Было очень приятно.

– Надо же, как быстро растут дети. Кажется, совсем недавно ты бегал по двору с деревянным мечом. И вот уже взрослый мужчина. Как дела у супруги? Не скучает во дворце?

Этот вопрос вызвал невольную усмешку. Понятия «Камелия» и «скучает» были не совместимы. С первых же дней она забила свои дни занятиями до отказа. Брала уроки магии по всем трем направлениям: медицина, боевое искусство, прикладная деятельность, наняла учителя по танцам, совершенствовала навыки стрельбы из лука и владения мечом. За три месяца нашего супружества она неоднократно намекала, что хочет стать полноправным членом Белого братства и отправляться на задания вместе со мной. Я обещал, что поговорю с отцом, но на самом деле, просить его собирался не об этом. Камелия, конечно опытный воин, но теперь она моя жена – безгранично любимая женщина и я никогда не подвергну ее опасности. Есть, правда, один безобидный вариант, который устроит обоих.

– Она выросла в королевстве, где всем заправляют женщины, привыкла принимать самостоятельные решения и конечно ей не достаточно быть просто любящей женой. Ее энергичный ум требует занятия. Я подумал, может, ты сделаешь ее Наставником для юных братьев. Конечно – это уникальный случай. Так и супруга у меня особенная и все об этом прекрасно знают.

Верховный маг задумчиво посмотрел на простирающиеся за окном величественные и прекрасные здания Ваалора.

– Думаю, Камелии вполне была бы по силам эта задача, но что мне делать с

Тартом? Он занимает должность уже много лет и прекрасно справляется со своими обязанностями.

Я продумал все до мелочей.

– Можно устроить поединок: Камелия против Тарта. Победитель станет Наставником, проигравший – его помощником.

– Звучит вполне справедливо. Хорошо, организуем бой через семь дней после Совета. Теперь поговорим о более насущных делах.

Отец сел за стол, в кресло с высокой, резной спинкой, я занял место напротив.

– У меня для тебя очень важное задание, – начал Михальтер. – Ты знаешь, что

королевства Катар и Банток многие годы находятся в довольно натянутых отношениях. Между ними часто возникают стычки. Они регулярно совершают набеги на приграничные поселения друг друга. Данная ситуация выматывает оба королевства и не лучшим образом сказывается на благосостоянии их жителей. Шестьдесят дней назад было принято судьбоносное решение – заключить мир и скрепить его союзом Калеопа – наследника Бантока и Неверы – принцессы Катара. Торжество должно состояться через четыре дня.

Два часа назад с дежурным связался Кресс Предводитель отряда Белых братьев Катара. Он сообщил, что ночью Невера таинственным образом исчезла из своей спальни. Данное происшествие держится в строжайшем секрете. Версий случившегося несколько. Кто-то говорит, что красивая, умная Невера совсем не хотела соединять свою судьбу с малахольным, внешне не примечательным Калеопом и поэтому сбежала. Другие считают, что девушку могли похитить люди, не желающие мира между двумя королевствами. Тебе нужно возглавить группу поиска, распутать клубок и найти принцессу до свадьбы, иначе между Катаром и Бантоком может начаться война. Нам такие проблемы не нужны, особенно в свете сложившейся на севере ситуации. Враг не дремлет. Отправляйся немедленно.

– Слушаюсь Хранитель.

Я встал, поклонился, собрался выйти, но не удержался и спросил:

– Можно с женой попрощаться?

Отец улыбнулся.

– Только быстро.

Моя свадьба с Камелией действительно была уникальным случаем. Жительницы Аллатора никогда не выходят замуж. В королевстве живут только женщины. Для получения потомства они раз в год, осенью, устраивают грандиозный турнир, на который приглашают мужчин со всех 12 миров. От желающих обычно нет отбоя, потому, что лучшие из лучших получают большое денежное вознаграждение и право провести десять ночей с прекрасными воительницами. По истечении срока усталые, довольные мужчины отправляются по домам.

Через девять месяцев новорожденные девочки пополняют ряды аллаторок, а мальчики, согласно заключенному договору, становятся воспитанниками Белого братства.

Я ожидал найти жену на площадке для тренировок, где она обычно занималась по утрам, но ее там не оказалось. На турнике подтягивался Феннитер. Ему недавно исполнилось 15 лет. Худощавый и долговязый парень на первый взгляд не казался опасным противником, но внешность, как известно обманчива. По силе и ловкости он не уступал опытным воинам. Заметив меня, брат улыбнулся и спрыгнул на землю.

– Доброе утро Алекс, присоединяйся.

– Я бы с радостью, Фенни, но у меня срочное задание. Я только хотел попрощаться с женой. Ты ее не видел?

– Прошла с мамой мимо, по аллее, несколько минут назад.

Это так на нее не похоже. Неужели воинственная супруга променяла силовые упражнения на прогулку в парке? Данная смена поведения интриговала.

Я почти бежал по выложенной цветной плиткой аллее. Раскидистые кроны, растущих с двух сторон деревьев, образовывали над головой своеобразный купол, защищая от солнечного зноя.

Стоящих в беседке женщин было видно издалека. Камелия впервые после свадьбы сменила любимые штаны из мягкой, хорошо выделанной серебристой кожи снежного крока и легкую талковую тунику на длинное, тёмно-синее платье, золотые пряди заплела в косу, сложным, красивым узором и украсила драгоценными камнями.

На моей маме Летте было платье красного цвета, длинные, густые иссиня-черные волосы украшал венок из алых прелий. Эти редкие, красивые цветы, по форме напоминающие звезды, росли на Глоке – втором мире, высоко в горах, стоили очень дорого, потому, что достать их было нелегко. Для того, чтобы прелии долго сохраняли свежесть и не увядали, использовалось сложное заклинание и это еще больше увеличивало ценность украшения, но супруга Хранителя 12 миров могла его себе позволить.

Любимые женщины смотрели на простирающуюся внизу бирюзовую гладь моря и о чем-то оживленно беседовали. Немного грубоватая, прямолинейная Камелия и, всегда сдержанная, вежливая Летта с первых дней знакомства поладили друг с другом. Что не могло не радовать.

Свою несколько экзотичную внешность я получил от мамы. Она – уроженка Юкатании одного из королевств Одира – первого мира. Юкатания находится высоко в горах. Связь с большой землей жители держат с помощью скартов – гигантских птиц с ярко-красным оперением.

У юкатанцев миндалевидные глаза, карего, светло-коричневого или золотого цвета, высокие скулы, бледная кожа, черные волосы.

Михальтер познакомился с принцессой Юкатании на торжествах, проходивших в рамках Новогоднего Совета 12 миров 21 год назад. Тогда он еще не был Хранителем и Верховным магом, а только наследником.

Заслышав приближающиеся шаги, женщины обернулась. Красивые лица озарились счастливыми, немного лукавыми улыбками. Не иначе как обо мне судачили.

– Выглядите просто потрясающе, – восторженно произнес я, склонил голову и поцеловал сначала руку мамы, потом – жены.

– Мы с твоей прекрасной супругой обсуждали подготовку к Новогоднему Совету 12 миров. Через два дня начнут прибывать первые гости, а еще столько всего предстоит сделать.

– Уверен, ты как всегда все организуешь на высшем уровне, к тому же у тебя теперь есть такая замечательная помощница.

– Самая лучшая, – Летта посмотрела на Камелию с нежностью.

– Спасибо, – произнесла она в ответ, скромно потупив взор. Быстро учится.

– Зачем тебя звал отец? – спросила мама.

– Принцесса Катара пропала накануне свадьбы. Мне было приказано немедленно отправиться на ее поиски, чтобы предотвратить назревающий военный конфликт. Я пришел попрощаться. Можно прервать ваше важное совещание и ненадолго украсть мою супругу?

– Мы уже закончили. Я пойду на кухню. Нужно дать пару распоряжений.

Мама поцеловала меня в лоб и быстрым, лёгким шагом пошла по аллее.

– С тобой ехать опять нельзя, – голос жены звучал слегка обиженно.

– Сама же все понимаешь, но я поговорил с отцом. Он обещал подумать, – не соврал и правду не сказал. Золотая середина. – Прости, дорогая, надо бежать.

Она нежно коснулась моей щеки, пристально посмотрела в глаза, прошептала томно:

– Конечно, любимый.

Как можно было уйти?

За секунду сотворив экранное заклинание, которое скрыло нас от возможных свидетелей, я развернул Камелию спиной к себе, коснулся губами ее нежной шеи, скользнул по загорелому, обнаженному плечу, быстро перебирая пальцам, задрал вверх пышные юбки…

***

Чтобы добраться до Катара обычным путем, нужно пять суток плыть на корабле, а потом еще три дня скакать на лошади. Такими темпами можно успеть как раз на начало войны. Но есть вариант получше.

Пробежав по галерее и минуя двух, вставших по стойке, охранников я спустился в подвальные помещения.

Огромный зал всегда вызывал благоговейный трепет. Вдоль стен расположены 54 зеркала по три метра в высоту и ширину для перемещения в королевства этого мира и 11 зеркал для путешествия на другие планеты.

В помещении постоянно находится отряд из 30 Белых братьев-защитников врат. Во главе с Предводителем, который обычно имеет статус мага шестого уровня. Всего в системе иерархии десять ступеней. Тот, кто поднимается на самый верх, получает высший уровень. Я, готовился стать Хранителем и Верховным магом с рождения, поэтому к 18 годам в совершенстве научился управлять светлой энергией своего тела.

Последние два года я штудировал Макрос – древний фолиант, мощнейший артефакт, напитанный кровью поколений, хранящий все заклинания белой и черной магии. Глава 12 миров должен знать, каким оружием пользуется противник.

Завидев вошедшего, Белые братья вытянулись по струнке, потом склонили головы и сложили руки в приветствии.

Тяжело ступая, подошел Зальтер – предводитель отряда. Грузный широкоплечий мужчина невысокого роста с густой рыжей бородой и мясистым носом.

– Лорд Алекстер, к перемещению все готово, – пробасил он.

Мы остановились у зеркала, к черной раме которого был прикреплен круг с тремя перекрещенными стрелами в золотом оперении, символом Катара.

Там нас ждали два белых брата: один – справа от зеркала, другой – слева.

Зальтер встал посередине, развел руки в стороны.

Братья выдвинули из рамы, каждый со своей стороны, маленькие ящички, достали из ножен ритуальные кинжалы, полоснули по ладоням, протянули руки над емкостями. Кровь потекла внутрь. Когда ящички наполнились, их вернули обратно.

Предводитель соединил ладони вместе, коснулся лба, потом медленно развел руки в стороны. Поверхность зеркала подернулась рябью. В центре образовалась щель, сквозь которую было видно стоящих в Катаре вдоль каменной стены людей.

Маг отошёл в сторону, освобождая путь. Я шагнул вперёд и за секунду оказался за многие километры от Ваалора.

За спиной раздался хлопок – это Предводитель закрыл проход.

Белые братья Катара встретили меня традиционным приветствием.

Часто перебирая ногами, подбежал человек невысокого роста в длинном, достающем до пола, синем балахоне, вышитом серебряными и белыми нитями. На его шее висела цепь, шириной примерно в два пальца, украшенная драгоценными камнями, судя по сутулым плечам хозяина, довольно тяжёлая.

– Лорд Алекстер, я – Фрамм, король Катара, рад приветствовать Вас на нашей земле. Такая большая честь, что лично Вы прибыли к нам на помощь в этот тяжёлый час, – протараторил он, низко кланяясь и целуя мою руку.

Никогда не любил подобные действия, но традиции есть традиции.

Большой, выложенный серым камнем зал, освещался факелами. В нем было только одно зеркало, такого же размера как и в Ваалоре. Охраняли врата пять братьев. Всего на службе в Катаре находился отряд из тридцати человек, во главе с Предводителем.

– Желаете покушать? Все уже готово, – предложил Фрамм подобострастно глядя маленькими карими глазками.

Только сейчас я вспомнил, что в спешке забыл о завтраке. Что ж предложение как раз кстати. Быстро поем и заодно узнаю подробности о случившемся.

– Да. С удовольствием.

Лицо короля озарилось счастливой улыбкой. Мы поднялись вверх по широкой каменной лестнице, прошли по полутемному коридору. Стражи в коричневых шароварах, рубахах и кожаных жилетах распахнули двери. Взору открылись клумбы великолепных благоухающих цветов, высаженных так, что получались сложные, витиеватые узоры.

Ни разу не доводилось быть в Катаре. Увиденное произвело приятное впечатление.

Дворец с массивными колоннами, большими сияющими серебром куполами, выложенными хрустальной мозаикой стенами, всем своим помпезным видом говорил о любви хозяев к роскоши, оставалось надеяться, что не в ущерб простых граждан. Белое братство защищало своих союзников от посягательств черных магов, поддерживало мир между королевствами, но не вмешивалось в их внутреннюю политику.

Огромный обеденный зал украшали статуи четырех танцующих девушек в шароварах и коротких кофточках с пышными рукавами. Одна из них держала в руках кувшин с водой, вторая – «горящий» факел, третья – цветок, четвертая – маленькую птичку. Вуали на их лицах были так искусно сделаны, что казались настоящими. Стало любопытно, означают ли что-то в Катаре данные символы, или это просто фантазия скульптора. Времени на праздные беседы правда совсем нет, придется отложить вопрос до более подходящего случая.

Мне было приготовлено место во главе длинного стола. Король сел справа. Из соседнего помещения вереницей потянулись слуги с подносами в руках.

– Лорд Фрамм, расскажите мне подробно все о событиях вчерашнего вечера, – попросил я. – Когда Вы видели свою дочь в последний раз?

Взгляд правителя Катара сразу помрачнел. Он опустил глаза и задумчиво стал поглаживать свою аккуратно подстриженную черную бороду.

– Во время ужина. Мы всегда по вечерам собираемся всей семьёй: я, моя старшая дочь Невера, средний сын Глейн и младший – Седр. Также за столом всегда присутствуют служанка-компаньонка дочки Веллина и слуги сыновей Дорин и Палтор. Дети рассказывают о том как они провели день. Мы болтаем о разных пустяках. Правда после того как Невера узнала о предстоящей свадьбе, она стала отказываться выходить к столу и пару раз мы ужинали без нее. Меня обижало и злило такое поведение, поэтому я настоял на ее обязательном присутствии, о чем впоследствии пожалел, потому что наши совместные ужины превратились в пытку. Дочка все время сидела с мрачным видом и не желала ни с кем разговаривать. На вопросы отвечала кратко и безэмоционально. Вчера мне показалось, что в наших отношениях наметились положительные изменения. Невера была мила и весела, почти как раньше. Я подумал, что буря, наконец, улеглась и моя девочка примирилась со своей судьбой. Лорд Алекстер, я – не тиран. Прекрасно понимаю чувства моей единственной, горячо любимой дочери, но свадьба должна состояться, ради благосостояния, королевства.

На глазах Фрамма задрожали слезы. Он достал из кармана белоснежный платок и промокнул выступившую влагу.

– Вы совершенно правы, – поддержал я. – Продолжайте.

– В общем, ужин вчера прошел хорошо. Я отправился в свои комнаты почти счастливым человеком, какое-то время занимался с советником уточнением плана предстоящих дел, потом лег спать. Ночью было тихо. Утром ко мне вбежал бледный, запыхавшийся глава охранной службы и сообщил об исчезновении принцессы. Ему об этом сказала Веллина. Служанка вошла к госпоже, чтобы разбудить, но ее там не оказалось.

– По моему приказу были исследованы все уголки дворца. Неверу не нашли. Дверь, ведущую в комнаты дочери, постоянно стерегут два человека. Они клянутся, что ночью никто не входил и не выходил. Стражи вместе с Белыми братьями опросили всех охранников, которые дежурили во дворце, в парке и у стены. Никто ничего не видел и не слышал. Принцессу явно похитили с помощью магии. Другого объяснения я найти не могу.

– Скорее всего, именно так и есть, – подтвердил я.

– Но как это возможно? Когда мы заключали договор с Белым братством, нас заверили, что благодаря сильному заклинанию, которое ежедневно обновляется, ни один колдун не проникнет на территорию дворца с помощью портала.

В голосе Фрамма послышался упрек.

– Это утверждение верно и сейчас. Даже самый сильный маг не сможет открыть портал и пройти в комнату принцессы или какое-нибудь другое помещение, в сад или во двор. Имеется только один путь – через зеркало в подвале, и он всегда под бдительной охраной. Но есть заклинания невидимости и левитации. Предположим, что похититель перелетел через стену, мимо стражей и вынес свою жертву через окно. В спальне Неверы большие окна?

– Да. От пола до потолка, – король посмотрел извиняющимся взглядом, – В центре – двери, ведущие на балкон. Сейчас жарко, поэтому они всегда открыты.

– Что-нибудь из вещей вашей дочери пропало из комнаты?

– Исчезла шкатулка с ее драгоценностями. Веллина обнаружила это совсем недавно.

Мы все были заняты поисками принцессы, что поначалу даже не подумали, что похититель мог забрать что-то из вещей.

– Где хранилась шкатулка?

– Она просто стояла на столике с благовониями, кремами, красками и прочими женскими штучками. Мы считали дворец неприступным для воров и грабителей.

– Комната Веллины находится рядом со спальней Вашей дочери?

– Да, но девушка утверждает, что этой ночью очень крепко спала и ничего не слышала.

– Вы не думали, что она может лгать?

– Это исключено. Предводитель отряда Белых братьев сказал, что использовал во время беседы заклинание правды.

Так-то оно так, но возможно он задавал не совсем правильные вопросы. Что ж, я здесь, как раз затем, чтобы помочь.

Все блюда были расставлены. Пришло время взять небольшую паузу в разговоре, чтобы, наконец, утолить голод…

Готовили в Катаре великолепно. К покрытому хрустящей, корочкой мясу птиц, прилагались ароматные и острые соусы с пикантными вкусами. Белый, воздушный хлеб таял во рту. Пришелся по вкусу и местный крепкий, сладковатый напиток хеллес, изготовленный из ягод розового плега. Выпив два бокала, я почувствовал лёгкое, приятное головокружение. Пока хватит. Нужно возвращаться к делу.

– У Вас есть портрет дочери, без вуали?

Фрамм так и замер с куском мяса в руке.

– Наши законы категорически запрещают женщинам показывать лица мужчинам. Исключение делается только для отца и мужа, – назидательным тоном произнёс он.

– Я уважаю обычаи вашего народа. Но, чтобы найти принцессу, нужно знать, как она выглядит.

Король задумался. Было видно, что его одолевают сомнения.

– Выйдите все вон! Живо! – приказал он повелительным тоном.

Когда слуги поспешно покинули залу, он полез в карман балахона, достал инкрустированный драгоценными камнями плоский футляр, размером с ладонь, и, с нескрываемым вздохом сожаления, дал мне. Внутри, на деревянной поверхности, было нарисовано лицо девушки: большие, карие глаза, густые длинные ресницы, круглые щечки, ямочка на подбородке, слегка курносый нос.

Я провел глазами сверху вниз и прочитал заклинание. Теперь сразу узнаю Неверу, если увижу.

Фрамм ревностно следил за этими действиями. Он, почти вырвал протянутую коробочку из моих рук, и быстро спрятал обратно в складки балахона.

– Обещаю. Как только найду Вашу дочь, то с помощью магии сразу сотру ее образ из своей памяти.

– Благодарю, милорд! Вы человек благороднейший из благородных!

– Где сейчас Веллина? Хочу с ней поговорить.

– В своей комнате. С удовольствием проводил бы Вас туда сам, но никак не могу. У меня сегодня день приема просителей. Они уже ждут. Собралось человек пятьдесят.

– Конечно. Я все понимаю.

Правитель Катара помахал золотым колокольчиком.

В залу вбежал высокий, худощавый мужчина, остроносый, лысоватый, в красном балахоне с цепью на шее, которая была шире и искуснее украшена, чем у короля. Наверное, любимчик Фрамма, а может, он щедр ко всем своим подданным.

– Мой помощник Жосс в Вашем полном распоряжении.

Заметив на плаще заколку из большого кровь-камня в форме капли, окантованного двенадцатью круглыми белыми фралитами, означающую, что перед ним член Совета 12 миров, мужчина поклонился так низко, что сложился почти пополам.

– Проводи лорда Алекстера в комнату к Веллине.

– Пожалуйста, следуйте за мной, – голос у Жосса был тихий и вкрадчивый.

Мы вышли из комнаты в устланный красным ковром широкий коридор с белыми стенами, расписанными изящными золотыми узорами, которые плавно переходили на большие резные двустворчатые двери. У одной из них мы остановились. Два охранника отсалютовали мечами в форме полумесяца.

Жосс дёрнул за длинный шнурок, заканчивающийся кисточкой. Раздался звонок.

Створка распахнулась. На пороге стояла стройная девушка в синих шароварах и короткой кофточке с длинными пышными рукавами. Волосы она спрятала под накидкой, нижнюю часть лица закрыла полупрозрачной вуалью. Внимание сразу привлекли покрасневшие, воспалённые глаза. Наверное, служанка плакала.

– Веллина, лорд Алекстер прибыл к нам из Ваалора, чтобы возглавить поиски принцессы, – вкрадчиво произнес Жосс. – Он хочет задать тебе несколько вопросов. Будь с ним откровенной и ничего не утаивай.

Служанка поклонилась и посторонилась. Помощник короля собрался было войти.

– Подожди меня в коридоре, – попросил я.

Он бросил удивленный взгляд, но не посмел возразить.

Мы оказались в просторной, полукруглой комнате с обитыми фиолетовой тканью стенами, вдоль которых разместились широкие диваны с розовыми подушками. На полу лежал узорчатый ковер с длинным ворсом. Судя по обстановке здесь принцесса принимала посетителей.

– Покажи мне спальню.

– Прошу сюда.

Девушка скользнула за фиолетовую штору.

Центр комнаты занимала широкая круглая кровать, на которой смело могли разместиться человек пять. Балдахин из полупрозрачной ткани был распахнут. Я видел зелёное покрывало из атласной блестящей ткани и две жёлтые подушки.

Балкон имел овальную форму. С него открывался вид на роскошный сад. Расстояние до стены, окружающей территорию дворца, довольно большое, но сильный маг мог создать длительно действующие заклинания.

Осмотр балюстрады, пола ничего не дал. Не удалось обнаружить никаких следов ни на кровати, ни на ковре. Делать в спальне больше нечего. Теперь нужно поговорить.

Мы вернулись в комнату для гостей. Я разместился на диване и попросил Веллину сесть рядом.

– Ты любишь свою госпожу?

Девушка удивлённо посмотрела на меня.

– Да, как родную сестру. Мы с ней ровесницы. Я служу ей с 10 лет.

– Были у Неверы секреты от короля?

Компаньонка замялась.

– Говори мне всю правду, ради принцессы, иначе придется прибегнуть к специальному заклинанию. Ты же не хочешь быть наказанной за ложь?

Веллина опустила голову. Худенькие плечики поникли.

– Милорд, если король узнает, то прикажет немедленно казнить меня.

– Обещаю, что ничего ему не скажу.

Служанка глубоко вздохнула, видимо собираясь с силами.

– Принцесса, притворяясь мной, ходила в город одна за покупками, – тихо сказала она.

Вот это правда, так, правда и что с ней теперь делать?

– Когда это случилось в первый раз?

– Почти двести дней назад. На госпожу напала хандра. Я не знала чем ее утешить. Бывают у человека в жизни такие моменты, когда все вдруг начинает казаться бесполезным. Король Фрамм очень любит свою единственную дочь и беспокоится о ее безопасности. Из дворца она могла выехать только в сопровождении двадцати охранников. Прогулка получалась слишком помпезной и приковывала к себе много лишнего внимания. Неверу это очень раздражало. Она перестала вообще покидать пределы дворца, но этим сделала хуже только себе. Ведь отца затворничество дочери вполне устраивало. Безопасность служанки никого не беспокоит. В общем, Невера хандрила, а потом ей в голову пришла необычная идея переодеться в мои вещи и выйти погулять. Ростом мы одинаковые. Фигуры тоже похожи, но, а лица, женщинам нашего королевства, мужчинам показывать запрещено. Исключение делается только для отца и мужа. После обеда Невера беспрепятственно покинула пределы дворца, сказав охранникам, что идёт за благовониями для принцессы. Мы решили, что мне на всякий случай нужно надеть вещи и драгоценности госпожи. Я очень волновалась, во время ее отсутствия. Боялась, что наш секрет откроется, но все прошло хорошо. Невера вернулась обратно до темноты. Я раньше никогда не видела ее такой счастливой. Она без умолку рассказывала о своих впечатлениях. Поначалу она призналась, что немного растерялась, оказавшись одна на шумной улице, но потом быстро сориентировалась. Прохожие ей подсказали, где находится лавка благовоний, но, а найти обратно дорогу к дворцу не составило труда. С тех пор Невера регулярно совершала вылазки в город. С каждым разом она расширяла маршрут путешествия. От былой хандры не осталось и следа.

– Невера с кем-нибудь познакомилась во время прогулок?

– Милорд, пожалуйста, не спрашивайте, – взмолилась Веллина, сжав худенькие ладошки в кулачки.

– Это очень важно. Рассказывай. Я ведь уже пообещал, что наш разговор останется в тайне.

– Его зовут Юлиус. Он – сын хозяев лавки, в которой продаются благовония, сушеные травы, крема и мази. Он как-то подменял заболевшего продавца. Как рассказывала госпожа, они невзначай разговорились, заспорили, о способах применения отвара из какого-то растения. Когда она снова пришла за покупками, то опять увидела Юлиуса. Он признался, что специально работал в лавке каждый день, чтобы вновь встретиться с ней и пригласил погулять. С того момента Невера стала уходить из дворца чаще. Конечно, юноша и понятия не имел кто его подруга. Он считал ее обычной служанкой. Принцесса, насколько я знаю, не собиралась рассказывать ему правду. Она наслаждалась своим счастьем и думала, что оно будет длиться долгие годы. Новость о предстоящем замужестве стала для госпожи трагедией. Она называла принца Калеопа хлюпиком и мямликом, хотя, на мой взгляд, он очень приятный, милый юноша.

– Поэтому она решила сбежать?

Веллина подняла на меня большие карие глаза.

– Не знаю, милорд, правда, ничего не знаю о том, что произошло ночью. Я уже говорила об этом лорду Крессу.

– У тебя всегда такой крепкий сон?

– Нет, обычно я сплю чутко.

Очень интересно, возможно девушке подсыпали в еду какое-то вещество, но кто это сделал? Сама принцесса?

– То есть, если я правильно понял, Невера не говорила с тобой о побеге.

– Нет.

– Ты ведь ее очень хорошо знаешь. Тебе не казалось, что она что-то от тебя скрывает?

Девушка молчала. Я терпеливо ждал.

– После последней прогулки, она стала какой-то замкнутой, много молчала, постоянно о чем-то думала. Со мной почти не общалась. И мне действительно казалось, что она что-то планирует, но я не могла добиться от нее откровенности. Это очень огорчало, ведь раньше мы делились всем. Теперь я считаю, что она правильно поступила. Если бы я знала ее секрет, Вы бы могли с помощью заклинания узнать его.

Ничего не скажешь, мудрое решение. В свете открывшихся обстоятельств, можно смело сделать вывод, что Невера сбежала. Но кто же ее таинственный помощник, способный обвести вокруг пальца целый отряд охранников. Явно он не из Белых братьев. Мы противоправными действиями не занимаемся, значит, либо талантливый самоучка, либо черный маг.

– Большое спасибо Веллина, ты мне очень помогла, – я встал с дивана. – Никуда не уходи. Мне еще нужно кое с кем побеседовать, потом я вернусь, и мы сходим с тобой на прогулку. Покажешь, где находится лавка с благовониями.

– Мне нужны все стражи, которые дежурили вчера во дворе в районе балкона и помещение, где можно было бы с ними спокойно поговорить, – сказал я караулившему у дверей Жоссу.

– Сейчас все будет готово милорд, изволите подождать здесь? – сказал помощник, открывая одну из дверей.

Я вошёл в просторную комнату, оформленную в коричнево-золотых тонах с широкими диванами вдоль стен и выложенным мозаикой полом.

– Принести напитки?

Почему бы не опустошить еще пару бокалов.

– Да. Немного хеллеса.

– Сбор охранников займет какое-то время. Вас пока могут развлечь танцовщицы.

Вот это сейчас совершенно излишне.

– Нет. Я побуду один. Поторопитесь. У нас ограничено время.

Поклонившись, Жосс выскользнул в коридор. Вскоре пришла девушка с тонкой талией и пышными бедрами. Она поставила на столик из темно-красного стекла поднос, взяла кувшин, наполнила большой, инкрустированный драгоценными камнями бокал, затем, не сводя меня больших серых глаз, встала рядом с диваном.

– Можешь идти.

Служанка развернулась и выбежала из комнаты.

Кувшин был ещё на половину полон, когда пришел помощник, а с ним пять охранников.

Они выстроились в линию напротив меня: высокие, широкоплечие – как на подбор. Одеты мужчины были не в форму, а в длинные, серые балахоны. Лица – заспанные, волосы – растрёпанные. Наверное, отдыхали после дежурства.

Жосса я снова попросил подождать снаружи. В этот раз его взгляд выражал плохо скрытое негодование.

– Я уже знаю, что никто из вас ночью ничего не видел, но всё-таки подумайте хорошенько. Может что-то показалось необычным, но вы не придали этому значения.

Например, хрустнула ветка, вы обернулись и никого не заметили.

Повисла пауза.

Я переводил взгляд с одного охранника на другого. Они стояли с задумчивыми выражениями на лицах.

– Да, – наконец, вымолвил самый первый в ряду – круглощекий с ямочкой на подбородке. – Вот Вы сейчас сказали и я вспомнил. Вчера я стоял как раз напротив балкона. Где-то около полуночи мне показалось, что что-то движется между деревьев. Я пригляделся, но ничего не увидел, никаких посторонних звуков тоже не было, а потом меня словно обдало ветерком, совсем лёгким, еле ощутимым. Вот и все.

Так, одна зацепка есть. Теперь можно применить заклинание, которое проявляет то, что скрыто.

– Как тебя зовут?

– Форест, милорд.

– Останься. Остальные подождите в коридоре.

Охранники гулко затоптали, обутыми в сандалии ногами.

Для усиления действия заклинания, применяется кровь. Белые братья тратят только ресурсы своего организма, черные маги используют чужую энергию.

Я встал напротив Фореста, разрезал себе кожу ритуальным кинжалом от большого пальца до мизинца, накрыл набравшуюся в ладонь красную лужицу правой рукой. Между пальцами образовалась сетка из голубых энергетических нитей. Я развел руки шире, накинул получившее полотно на голову немного испуганному охраннику, отошёл в сторону

– Закрой глаза и вспомни еще раз тот момент, когда тебе показалось что-то необычное.

Не отрывая взгляда от задумчивого лица Фореста, я, с помощью заклинания, заживил свою рану.

– Великая Дюжина, – вдруг прошептал мужчина. – Вижу его, движется прямо в мою сторону.

Сработало.

– Опиши все подробно.

– Это зверь, я такого раньше не видел. Высотой мне примерно по грудь. У него четыре лапы. Голова —круглая. Морда—плоская. Уши— пригнутые. Нос – маленький, приплюснутый. Глаза – узкие, рот как щель. В пасти много острых тонких зубов. Тело покрыто короткой серебристой шерстью. Он пробегает мимо меня, останавливается, приседает и… прыгает… о нет… прямо на балкон нашей госпожи! Какой ужас!!!

Да, весьма неожиданно.

– Не открывай глаза. Продолжай.

– Стою, смотрю по сторонам, пока ничего не происходит… Зверь прыгает на землю! Принцесса сидит у него на спине, держится руками за шею. Чудовище пробегает мимо и перескакивает через ограду.

– Хорошо. Теперь можешь открыть глаза.

Я провел ладонью над головой охранника. Энергетические нити рассеялись.

– Что же такое происходит милорд, получается, зверь похитил нашу госпожу? Как же теперь быть? – взволнованно произнес Форест, пристально глядя на меня.

– Когда ты перешагнешь порог этой комнаты, то забудешь все, что здесь было, – медленно произнес я, обволакивая слова магией. – Теперь можешь быть свободным.

Полученные сведения указывают на то, что принцесса сбежала. Об этом никто не должен знать.

Только охранник вышел, в комнату вернулся Жосс.

– Приведи Предводителя Белых братьев и распорядись, чтобы принесли воду, нужно помыть руки.

В этот раз пришли две служанки. Одна несла серебристый тазик, другая – кувшин. На плече у нее висела красная тканевая дорожка, вышитая золотыми узорами.

Я смыл кровь, вытер клинок и убрал его обратно в ножны.

Оставшись один, снова наполнил свой бокал и сделал большой глоток. Всё-таки хороший этот напиток хеллес. Нужно взять немного домой.

По описанию животное очень похоже на снежного крока. Хищники обитают на севере. Местные жители используют их мясо в пищу, а из шерсти и кожи шьют одежду. Насколько известно, приручению эти животные не поддаются и разумом не обладают. Во дворец же, судя по поведению, пробралось разумное существо, которое может становиться невидимым и не оставляет следов. Что-то такое уже приходилось раньше слышать. Была какая-то давняя история. Возможно, Кресс о ней знает. Он служит в Катаре больше двадцати лет.

В комнату вошли Предводитель и Жосс. Пришлось опять отправить непонятливого помощника в коридор.

Кресс обладал могучим телосложением. Даже в свои пятьдесят с лишним лет, он производил впечатление грозного противника. Руки с мощными кулаками походили на кувалды, лицо с седой, но еще густой бородой напоминало каменную глыбу. Одет он был, как и все члены братства в серые штаны, рубаху и белый плащ. Зелёный, круглый галат в заколке указывал на должность, а шесть белых фралитов – на уровень владения магией.

Предводитель склонил голову и приложил руку к сердцу.

– Садись. Расскажи, что там за история была связанная со снежными кроками здесь в Катаре, или я что-то путаю?

Кресс сразу помрачнел.

– Это случилось 18 лет назад. Я, тогда как раз стал Предводителем. Черный маг-скульптор Нарвин обманом стал завлекать к себе бедных, смертельно больных жителей. Он обещал их излечить и дать невероятную силу. Многие тогда ему поверили. Люди уходили тайно и мы долгое время ничего об этом не знали. А потом в лесу стали находить человеческие кости. Пошли разговоры о таинственных невидимых существах, которые воруют скот, птицу, похищают детей, нападают на отдаленные дома и утаскивают с собой всех обитателей. Не буду утомлять долгим рассказом о проделанной нами работе, но, в конце концов, нам с помощью специальных проявляющих магических шлемов удалось изловить одного из них. Это был снежный крок, умеющий становиться невидим. Мы посадили в клетку зверя, а когда пришли через некоторое время, то увидели молодую обнаженную женщину. Она-то нам все и рассказала о Нарвине. Черный маг-скульптор сделал обычных людей оборотнями. Он действительно наделил их силой и здоровыми, молодыми телами, но еще наложил заклинание служения. Теперь некогда свободные жители стали марионетками в руках колдуна. Они похищали целые семьи для его кровавых ритуалов. У некоторых оборотней животные инстинкты брали верх, и они вели себя как настоящие хищники, воровали скот, ели человеческое мясо.

Женщина попросила снять с нее заклятье. Но мы-то знаем, что это не возможно, пока жив тот, кто его наложил.

Наша пленница рассказала, что логово Нарвина находится за лесом, в пещере, на скале.

Четыре отряда Белых братьев во главе с лордом Михальтером, тогда он являлся, как Вы сейчас, наследником, отправились на сражение с черным магом и его хищными слугами. Это была кровавая битва. Оборотни до последнего защищали своего хозяина. Пришлось убить их всех. Мы потеряли больше половины бойцов, а когда ворвались в пещеру, то поняли, что Нарвин сбежал. Его до сих пор не удалось найти. Хранитель считает это самым большим промахом в своей жизни.

Неудивительно, что я только вскользь слышал об этих событиях. О них явно не любят вспоминать.

– Что стало с пленницей?

Кресс опустил голову.

– Так как снять заклятие было невозможно, лорд Михальтер приказал казнить ее, – тихо сказал он. – Я, лично, исполнил приговор.

Какое-то время мы сидели молча. Рассказ Предводителя оставил неприятный осадок.

Я думал, говорить или нет Крессу о том, что удалось узнать от Фореста и решил повременить, пока не пообщаюсь еще с одним человеком. Сомнений не осталось, принцесса сбежала верхом на оборотне, но откуда он взялся? Нарвин продолжает создавать опасных тварей? Если так, что его заставило вернуться обратно в город через столько лет? И самое главное, как Невере удалось найти такого помощника?

– Вы точно уничтожили всех оборотней? Никто не мог выжить?

Кресс поднял на меня очень уверенный взгляд.

– Нет. Мы бы знали об этом.

– Хорошо. Можешь идти. Не покидай дворец. Можешь еще сегодня понадобиться.

Теперь пришло время для прогулки в город. По моей просьбе Жосс привел Веллину и с поклоном удалился, начинает привыкать.

– Далеко ли от дворца находится лавка с благовониями?

– Нет, милорд.

– Тогда пойдём туда. Будешь показывать дорогу.

Помощник не смог скрыть свое удивление, когда узнал, что из сопровождающих со мной будет только служанка.

– Милорд, может всё-таки оправить с Вами несколько стражей?

– Не надо.

В таком деле, не стоит привлекать в себе много внимания.

Мы прошли через сад к высоким кованым воротам. Охранник открыл небольшую дверцу в середине, пропустил наружу.

Вокруг было шумно, кипела жизнь. По широкой дороге ездили повозки с ярко одетыми людьми. Впереди выстроились дома, покрытые разноцветными крышами. Прохожие сновали туда-сюда с деловым видом.

– Нужно идти в ту сторону, – Веллина показала рукой направо.

Мы прошли вдоль дороги и свернули на соседнюю улицу. Здесь движение было менее интенсивным.

– Знаешь как зовут родителей Юлиуса?

– Да. Латифа и Рольф. Госпожа мне говорила. Она с ними была хорошо знакома.

Лавка с благовониями находилась в здании, за третьим перекрестком.

– Подожди меня здесь, – попросил я Веллину, открыл, выкрашенную в зелёный цвет, расписанную узорами деревянную дверь и вошёл внутрь. Над головой звякнул колокольчик.

Помещение было небольшим. Прилавок располагался напротив. На полках, занимавших пространство от пола до потолка, стояли многочисленные баночки большие и маленькие. На вбитых в стену крючках висели пучки сушеных трав.

Из-за темно-зелёной шторки бесшумно вышла женщина в золотистом балахоне. Из-под круглой шапочки покрывавшей ее голову, на плечи спускались две толстые черные косы. Нижнюю часть лица закрывала вуаль. Сразу обращали на себя внимание, покрасневшие, влажные глаза.

– Меня зовут Латифа. Чем могу помочь? – устало спросила она, но тут заметила заколку, поспешно поклонилась и добавила:

– Милорд.

– Мое имя Алекстер. Мне нужно задать твоему сыну Юлиусу несколько вопросов. Позови его сюда.

Слезы покатились по полным щекам женщины.

– Я не могу исполнить Ваше пожелание, милорд. Мой сын вчера не вернулся домой. Мы не можем его найти.

Так. Похоже, кусочки головоломки начинают складываться.

– Расскажи подробнее, что случилось.

– Ой, простите меня, я совсем забылась в своём горе, даже не предложила Вам сесть.

Давайте пройдем внутрь. Сейчас дверь замкну, чтобы не отвлекали посетители.

Она суетливой, немного ковыляющей походкой прошла к выходу и задвинула широкий засов.

– Сюда, прошу, – Латифа придержала штору.

В небольшой комнате с одним окном, стены тоже были заняты полками, заставленными баночками. На свободном островке, в центре, располагался коричневый диван и невысокий деревянный столик.

– Садитесь. Будете, что-нибудь пить?

– Ничего не нужно.

– Еще раз простите, если что не так. Я немного растерялась. Первый раз в нашей лавке такой важный гость.

– Все в порядке. Я внимательно слушаю.

– Вчера вечером Юлиус пошел во двор дома, где живёт Дарис – один из его друзей. Они регулярно собираются компанией по пять-шесть человек. Играют в борду, выпивают пархус. Иногда засиживаются до утра. Поэтому когда сын не пришел домой ночью, мы с мужем не беспокоились. Время шло, а Юлиуса не было. Я начала переживать. Послала служанку к Дарису, но тот сказал ей, что сын ушел от них, вскоре после того как стемнело. Друг заметил, что Юлиус был задумчивым, рассеянным, во время игры постоянно путал карточки, и совсем не употреблял пархус. Это очень странно. Куда же пропал мой мальчик? Я места себе не нахожу. Собиралась идти к стражам, чтобы они начали поиски, но тут пришли Вы.

– Есть портрет сына?

– Да. Нарисовали к 18-летию.

– Можешь принести?

– Извините, милорд, но картина большая, висит на стене.

– Тогда отведи меня туда.

Следуя за хозяйкой, я вышел в другую комнату.

Портрет располагался над лестницей. На нем был изображён юноша в зелёном балахоне с красивым, волевым лицом и проницательным взглядом.

Я запомнил его внешность, также как и облик Неверы.

– Ты мне очень помогла Латифа. Мы обязательно найдем твоего сына.

Эти слова нужно было сказать, хотя если Юлиус сбежал вместе с принцессой, в чем я уже не сомневался, то юноше, скорее всего, грозит смертная казнь. А Белые братья не вмешиваются во внутреннюю политику.

Попрощавшись с хозяйкой лавки, я вышел на улицу.

Веллина, опустив голову, сидела возле дома, на кованой скамейке. Услышав звук колокольчика, она встрепенулась и вскочила на ноги.

Мы пошли обратно во дворец.

Ситуация окончательно прояснилась, теперь нужно понять, далеко ли ушли беглецы. Выхода к морю у Катара нет. Так, что на корабле они уплыть не могли. Если Невере действительно помог черный маг и у него есть свое зеркало, то онскорее всего давно переправил пару в какой-нибудь из 12 миров. Это самый худший вариант развития событий. В таком случае шанс найти принцессу, практически равен нулю. Но пока не проверены все варианты, нельзя терять надежду.

Когда мы вернулись обратно, я отпустил Веллину. Жосс, как и было велено, ждал у входа во дворец.

– Лорд Фрамм зовет Вас к обеду, – почтительно сказал он.

Это подождёт. Есть дела поважнее.

– Передайте ему, что я поем позже, а сейчас позовите сюда лорда Кресса.

Предводитель пришел очень быстро.

– Если сейчас отправимся в пещеру, в которой обитал черный маг со своими созданиями, сможем вернуться до темноты?

Кресс посмотрел на меня с удивлением.

– Да.

– Тогда скажи, чтобы седлали лошадей.

Предводитель отдал необходимые распоряжения.

– Снежные кроки хорошо лазают по отвесным склонам, а с помощью чего вы поднимались на гору?

– Чтобы не тратить магическую энергию на заклинания левитации, лорд Михальтер попросил у правителя Юкатании двадцать гигантских птиц… забыл, как они называются.

– Скарты.

– Точно. Их переправили в Катар с помощью зеркала.

Хорошая идея, но придется потратить время на переговоры и ожидание. Обойдёмся своими силами.

Слуги привели двух статных жеребцов: черного и рыжего. Вскочив в седла, мы отправились в путь. Миновали центр, ремесленный район, Катар славился своими коврами, тканями, украшениями, посудой и оружием, окраину с лачугами бедняков…

Королевство окружала высокая стена. Через широкие ворота в обоих направлениях медленно тянулись вереницы повозок с различным товаром. Длинная очередь из пеших путников и всадников стояла у специальной калитки. Ждать долго не пришлось. Завидев высокопоставленных наездников, стражники быстро освободили проход.

Лес начинался сразу за полем. Издалека он казался сплошной темно-зелёной стеной.

Но при приближении становилось видно, что деревья стоят не так близко друг к другу.

Мы какое-то время скакали по широкой, довольно утоптанной дороге, потом свернули в чащу.

– Осталось недалеко. Здесь есть тропинка. По ней можно проехать верхом, – сказал Кресс, умело лавируя между деревьями. Было видно, что он хорошо знает эти места.

Пахло сыростью и травой, над головой ухала какая-то незнакомая птица, под копытами хрустели ветки.

– Милорд, возможно, я превышаю свои полномочия, но всё-таки позвольте спросить, зачем Вы хотите осмотреть пещеры? – неожиданно спросил Предводитель.

Немного поразмыслив, я решил, что уже можно ответить.

– В похищении принцессы замешан снежный крок-оборотень. Мне это доподлинно известно. Так как все существа были убиты много лет назад, значит, есть большая доля вероятности, что черный маг зачем-то вернулся и продолжил свое темное дело. Не думаю, что он поселился в своем старом логове, это было бы слишком глупо, но надеюсь, осмотр пещеры поможет пролить свет на его нынешнее местонахождение. Все, что я сказал должно пока остаться только между нами.

– Конечно, милорд, – Кресс выглядел очень взволнованным. Это неудивительно, события тех лет оставили тяжёлые воспоминания. – Скала уже близко, но к ней теперь можно дойти только пешком.

Мы стреножили лошадей, а чтобы животные ничего не пугались и на них не напали дикие звери, прочитали успокоительные и охранные заклинания.

Пришлось долго продираться сквозь густой кустарник, наконец, в поле зрения показалась поляна, которая заканчивалась высокой серой стеной из камня. О том, чтобы лезть обычным способом не могло быть и речи. Риск сорваться слишком велик. Значит, без заклинания левитации не обойтись.

Я разрезал себе ладонь, создал сетку из энергетических потоков, положил на землю, встал на нее ногами, соединил кончики пальцев на руках так, чтобы получился треугольник, сосредоточился. Кресс проделал тоже самое. «Ковры» оторвались от земли, поднимая свою нелегкую ношу в воздух.

Такое заклинание получалось применять не часто. Как наследнику мне надлежало всегда иметь серьезный и величественный вид. Но сейчас было трудно сохранить спокойствие. Сердце переполнял юношеский восторг от ощущения полета. Предводителя необычное путешествие совсем не радовало. Чем выше мы поднимались, тем мрачнее становилось его лицо.

На вершине ожидало удручающее зрелище. Все плато перед входом в пещеру было завалено человеческими костями.

– Это останки погибших оборотней, – пояснил Кресс. – После смерти они принимали свой изначальный облик. Все тела белых братьев лорд Михальтер приказал забрать с собой и предать очищающему пламени.

– Вход только один?

– Да.

– Внутри много ответвлений?

– Там девять пещер разного размера. После битвы, мы осмотрели их все и пришли к неутешительному выводу, что черный маг с помощью зеркала открыл портал и сбежал задолго до начала боя, бросив на растерзание свои создания, и то блокирующее заклинание, которое приказал создать Ваш отец, было совершено бесполезно.

Первая пещера оказалась очень большой. Ее очертания тонули во мраке. Я сосредоточил взгляд на уже зажившей ладони. Между пальцами появилось бледное свечение. Предводитель повторил маневр. Стало видно ведущий в глубину проход, и лежащие повсюду кости. Стараясь ступать бесшумно, мы нырнули в тоннель. Кресс шел впереди.

Одна «комната» оказалась совершенно пустой, во второй валялась куча осколков посуды, я шагнул в третью и… замер от неожиданности. У каменной стены, на куче тряпья, прижавшись, друг к другу, сидели юноша и девушка без вуали на лице. Рядом с ними стояла лампа, в которой трепетал огонек. Завидев нежданных гостей, парочка вскочила на ноги.

Я не услышал, а скорее почувствовал за спиной какое-то едва уловимое движение.

Развернулся и метнул в пустоту один из ритуальных ножей. Раздался жуткий вой. В ту же секунду зверь проявился. Это был снежный крок. В зубах он держал шкатулку. Кинжал торчал прямо из левого глаза. Ноги животного подкосились, коробка вывалилась из пасти и раскрылась. Украшения рассыпались по земле, отражая в разноцветных гранях тусклый свет лампы.

Неожиданно к оборотню подбежал Кресс, подхватил и уложил себе на колени.

– Милорд, умоляю, помогите, он умирает, – простонал Предводитель глядя на меня полными слез глазами.

Раздумывать было некогда.

– Читай поддерживающее заклинание, – приказал я, снова разрезая себе ладонь.

Встал на колени рядом со зверем, создал энергетическое полотно.

– Вынимай кинжал.

Кресс рывком выдернул оружие, я быстро накинул сетку зверю на голову, сверху положил руки и мысленно проник внутрь смертельной раны. Глубокий порез начал медленно затягиваться…

Когда глаз восстановился, зверь вздохнул и стал уменьшаться в размерах, шерсть исчезла, тело приобрело человеческие черты. Теперь на земле лежал не снежный крок, а обнаженный юноша с темными, волнистыми волосами до плеч.

Предводитель расстелил свой плащ на земле.

– Помогите мне, пожалуйста, – попросил он.

Мы взяли юношу, переложили на ткань. Кресс заботливо укрыл его свободным концом.

Я встал и снова заживил свою руку. Голова слегка кружилась. Уже потрачено очень много энергии, а день ещё не кончился.

Юлиус, это был без сомнения юноша с портрета, нежно прижимал к себе стройную девушку. Она уже закрыла лицо вуалью, но я его успел разглядеть ещё тогда.

– Леди Невера, – обратился я к принцессе. – Меня зовут Алекстер. Я прибыл в Катар, по просьбе лорда Фрамма, чтобы найти его похищенную дочь. Он очень беспокоится.

Девушка отстранилась от своего спутника и поклонилась.

– Милорд простите, что доставила Вам столько хлопот, – тихо сказала она. – Меня никто не похищал. Я сбежала по своей воле.

– Вот об этом нам всем сейчас нужно поговорить, – я перевел взгляд на Предводителя. – Ты обманул меня!

Он упал на колени. И без того бледное лицо, потеряло оставшиеся краски.

– Я спланировал побег, дал принцессе усыпляющий настой, чтобы она подлила его служанке, и попросил своего друга помочь, – громко сказал Юлиус, шагая вперед. Его взгляд пылал решительностью. – Невера – любовь всей моей жизни. Я не мог ее потерять. – На последних фразах он опустил глаза, голос стал тише.

– Теперь расскажи все по порядку.

– По моей просьбе Палий забрал принцессу из дворца. Я ждал их в лесу. Они прибыли во время, но Невера нечаянно уронила шкатулку. Мы не могли уйти без каких-либо средств к существованию. Друг предложил подождать в месте, где никто не найдет. Он по очереди поднял нас в эту пещеру, а сам пошел искать пропажу.

Если бы девушка не потеряла драгоценности, беглецы были бы уже далеко от королевства. Лишь случай свел нас вместе. Я перевел взгляд на все еще стоящего на коленях Предводителя.

– Кем тебе приходится, этот оборотень, Кресс?

– Приемным сыном, – прошептал он.

В этот момент молодой человек застонал, открыл глаза. В его взгляде промелькнула целая гамма чувств: смущение, удивление, почтение, страх. Он поплотнее закутался в плащ, с трудом поднялся, сел.

– Милорд, – голос Палия звучал тихо и слабо. – Отец ничего не знал о запланированном побеге. Только я во всем виноват.

«Еще один самоотверженный герой нашелся!», – внешне я старался казаться невозмутимым, но голова взрывалась от бурлящих мыслей. Если рассказать Хранителю и королю Катара правду, то всем трем мужчинам будет назначена высшая мера наказания: Юлиусу – за организацию побега принцессы, Палию – за пособничество, но в большей степени за то, что он оборотень и Крессу – за обман вышестоящего лица. Отец сказал бы, что я все слишком близко принимаю к сердцу. Нужно сохранять хладнокровие. Не проникать вглубь ситуации, а смотреть на нее сверху. Принцессу надо вернуть во дворец. Виновные в ее похищении должны понести наказание. Все просто и ясно. Но, один из преступников безумно влюбленный юноша, другой – верный друг, третий – любящий отец. Что же делать? На протяжении двух лет я хорошо выполнял все поручения Хранителя. Но с такой сложной, неоднозначной ситуацией столкнулся впервые. Чтобы принять верное решение, нужно хорошо все обдумать и восстановить силы.

– Есть ли неподалеку какой-нибудь постоялый двор, куда можно добраться до темноты?

– Да. Сразу за лесом.

– Тогда давайте отправимся туда.

– Можно мне пойти одеться? Я оставил вещи в другой пещере, – попросил Палий.

– Хорошо. Юлиус помоги другу. Он еще слишком слаб.

Когда юноши вышли, я многозначительно посмотрел на Кресса.

– Милорд, прошу, давайте поговорим наедине, – тихо сказал он.

Мы оставили Неверу одну.

– Та пленница… она была беременна, – произнес Предводитель. Эта фраза далась ему нелегко. – Когда я пришел, чтобы привести приговор в исполнение, то увидел, что женщина прижимает к груди ребенка. Милорд, я не смог лишить младенца жизни. Я спрятал его под плащом и унес с собой. Дома я сказал жене, что нашел мальчика в лесу. Мы взяли его на воспитание. Он очень сдружился с нашим родным сыном. Поначалу Палий рос обычным ребенком, и я уже начал думать, что проклятие черного мага обошло его стороной, но надежды рухнули. Впервые он превратился в зверя в 14 лет. Это было большим ударом для нас и прежде всего для него самого. Он долго не мог смириться со своими способностями и даже хотел свести счёты с жизнью. Постепенно все вошло в русло. Смею Вас заверить, что Палий не унаследовал кровожадность своих родичей. Он никогда ни на кого не нападал. У него нет тяги к сырому мясу. Он может превращаться в крока и обратно в любой момент.

Юлиус и Палий вернулись. Кресс сразу замолчал. Я тоже не стал продолжать разговор.

Когда мы вышли на плато, я попросил спутников встать в круг и протянуть вперёд руки. Предводитель знал, зачем это нужно. Казалось, он готов провалиться от стыда и горя сквозь землю. «Утрата доверия» – самое жестокое преступление в ордене Белых братьев.

Солнце уже начало клониться к закату, прохладный ветер трепал полы наших плащей. В Катаре всегда так: днём – жарко, а ночью – довольно свежо.

Разрезав в очередной раз свою ладонь, я создал энергетический жгут и надел на запястье Неверы, потом повторил тоже самое с остальными, обвел их уверенным взглядом и ровным голосом пояснил суть сделанного:

– Не отходите от меня более чем на пятьсот шагов, иначе браслет начнет сжиматься. Чем дальше отдалитесь, тем меньше станет кольцо. Закончится все полным отделением кисти от тела.

Заклинание жестокое, но эффективное.

Принцесса охнула. Юлиус гордо вскинул вверх голову, но до конца так и не смог скрыть мелькнувший в глазах страх. Палий с грустью посмотрел на осунувшееся лицо отца. Если у кого-то еще теплились мысли о возможности побега, то теперь от них не осталось и следа.

Вниз мы спустились опять с помощью левитации. Предводитель стоял на «ковре» со своим сыном, я – с парочкой влюбленных. Чтобы сети выдержали двойной и тройной вес, пришлось в несколько раз усилить их плотность. Когда мы оказались на земле, я почувствовал, что колени начали дрожать от слабости. Но никому об этом знать не нужно. Сытный ужин, полноценный сон и к утру растраченные силы восстановятся.

Кресс быстро нашел место, где стояли кони. Нас было пятеро, а жеребцов только два, поэтому Палию снова пришлось превратиться в зверя. Юлиус сел за спину Предводителя, а я помог взобраться на лошадь Невере.

Мы поехали через чащу. С наступлением темноты в лесу активизировались ночные животные. Отовсюду доносились шерохи, шелест, треск, писк, рычание. Голубое свечение на моей ладони лишь слегка разгоняло обступившую со всех сторон тьму. Снежный крок бежал рядом. Сейчас незачем было становиться невидимым. Его мускулистое, покрытое короткой шерстью тело отливало серебром.

Наконец деревья расступились, стала видна дорога и горящий неподалеку большой фонарь на столбе. Он светился так ровно и ярко, что явно не обошлось без магии. Хозяин, видимо, состоятельный человек, раз приобрел такую дорогую вещь.

Мы спешились. Юлиус взял сумку своего друга и пошел в темноту, следом за ним направился крок. Вскоре вернулись два человека.

– Тебя здесь хорошо знают? —поинтересовался я у Кресса, когда мы подходили к высоким, деревянным воротам.

– Да, – ответил он и постучал кулаком в створку.

Сняв заколку, я закрепил ее с изнаночной стороны плаща, так чтобы не было видно снаружи. В данном месте совсем ни к чему демонстрировать свой титул.

– Кто там? – раздался грубый мужской голос.

– Предводитель Белых братьев Катара с друзьями.

Створка, скрипя, отворилась.

– Рады Вас видеть в нашем скромном жилище, – сказал юноша с темными, коротко стрижеными волосами и длинными густыми усами. – Проходите. Я позабочусь о лошадях.

Мы пошли через широкий, двор к высокому, двухэтажному, деревянному дому. У забора, на освященном фонарем пятачке, стояли два человека, судя по костюмам из черной кожи с металлическими накладками на груди и шипами на плечах – это были наемники. Они смерили нашу компанию тяжёлыми, суровыми взглядами, отвернулись и продолжили прерванную беседу.

Стоило только войти внутрь, как подбежал невысокий, плотный мужчина с круглым, блестящим от пота лицом в синих шароварах и длинной жёлтой рубахе, достающей почти до колен.

– Добрый вечер лорд, Кресс, – сказал он подобострастным голосом и низко поклонился.

– Здравствуй, Барт. Нам нужны четыре лучшие комнаты.

Хозяин с виноватым видом опустил глаза.

– К сожалению не получиться. Осталась только одна. Сегодня у нас остановились на ночлег пять семей из Тулора. Они едут в Сартак на свадьбу.

– Тогда давай что есть.

– Где будете ужинать?

Предводитель обвел нас вопросительным взглядом.

– Принесите еду в комнату, – попросил я. После тяжёлого дня хотелось побыть одному. К тому же предстояло многое обдумать.

– Мне тоже, – сказал Юлиус.

– И мне, – тихо добавила Невера.

– Тогда и нам также, – присоединился Кресс.

– Что будете пить?

Я вспомнил вкус попробованного во дворце напитка.

– Есть хеллес?

Хозяин посмотрел с уважением.

– Для дорогих гостей у меня всегда припрятана пара бутылок.

– Одной будет достаточно.

К нам подошла полная девушка с пышными формами в длинной темно-красной юбке и облегающей кофте, которая выгодно подчеркивала объёмную грудь. Голова была покрыта белой накидкой, лицо закрывала вуаль. В руке она держала масляный светильник с дрожащим внутри огоньком.

– Моя дочь Дара проводит вас, – сказал Барт.

Девушка поклонилась.

– Идите за мной, – произнесла она мягко.

Большой обеденный зал почти пустовал, только у дальней стены за столом сидели мужчина средних лет, женщина и двое мальчиков-подростков. Одежда из дорогой ткани свидетельствовала о состоятельности этих постояльцев. Наверное, это одна из едущих на свадьбу семей.

Крутая, деревянная лестница вела на второй этаж. Мы прошли по длинному коридору с расположенными по обе стороны комнатами и повернули на право. Тут на полу лежал коричневый ковер, а стены были выкрашены в ярко-жёлтый цвет. Дара остановилась у двери с нарисованными на створках синими птицами.

– Здесь находится одна из наших лучших комнат, – сказала она. – Кто будет в ней ночевать?

Кресс украдкой посмотрел на меня, я показал взглядом наНеверу.

– Юная леди, – ответил Предводитель.

Дочь хозяина открыла дверь, и они с принцессой вошли внутрь.

Вскоре Дара вернулась. Мы последовали за ней в обратном направлении, в коридор с неокрашенными дверями и стенами.

Сначала заселились Юлиус и Палий, потом – Кресс. Настала и моя очередь.

Комната оказалась небольшой с маленьким окошком из мутного стекла, но чистой, что было редкостью для постоялых дворов, в которых часто приходилось ночевать. Справа располагалась, рассчитанная на двух человек кровать, застеленная бельем из неокрашенного талка, на стене висело круглое зеркало, под ним на широкой лавке стояли чаша для умывания и высокий, глиняный кувшин, рядом лежала свёрнутая тканевая дорожка. Напротив находился стол с массивными ножками и два стула.

Дара зажгла, стоящую на подоконнике лампу, от своего светильника, поклонилась и ушла.

Я сбросил на кровать надоевший за день плащ, чистый без единого пятнышка. Он выглядел так словно только что из стирки. Летом в нем было не жарко, зимой – тепло. Такой эффект достигался благодаря сделанному с помощью магии составу, которым пропитывалась ткань.

А вот на тело, колдовство не распространялось. Я налил воду из кувшина в чашу и с огромным удовольствием смыл с лица, шеи и рук, налипшую за день пыль, насухо вытерся вышитой тканевой дорожкой. Едва успел сесть за стол, как раздался осторожный стук в дверь.

– Входите.

Створка отворилась, в комнату с подносом в руках вошла стройная девушка в полупрозрачных розовых шароварах, плотной тканью закрывалась лишь самая сокровенная часть тела и короткой блестящей кофточке с пышными рукавами.

Женщины одеваются в Катаре немного странно: лицо прячут, а живот и ноги выставляют напоказ, но это личное дело жителей королевства. Не мне их судить.

Тем временем служанка поставила блюдо с жареной птицей, тарелку с фруктами, кувшин с хеллесом и глиняный стакан.

– Господин желает ещё что-нибудь? – спросила она вкрадчивым голосом.

Я снова окинул взглядом ее совершенное тело.

«Желает, ох, как желает! Только… не с тобой».

– Ничего больше не нужно. Посуду заберёшь утром.

– Я не нравлюсь господину, но могу позвать ещё других девушек на выбор или… юношей, – тихо сказала служанка, вместо того, чтобы уйти.

Вот так всегда. Если откажусь, начнет причитать, что хозяин отругает за плохую работу, а то и побьет.

Я достал из висящего на поясе мешочка четыре монеты и протянул ей.

– Возьми, скажи, что исполнила все желания гостя, и ему понравилось, теперь ступай.

– Господин так добр. Здоровья, всех благ, – скороговоркой произнесла девушка, пятясь спиной к выходу и кланяясь.

Створка захлопнулась. Наконец, один.

Мясо покрывала вкусная хрустящая корочка. Внутри оно было мягким и сочным. Хеллес, конечно, сильно отличался от того, что подавали во дворце, но свою задачу: немного расслабить усталого путника, выполнял превосходно. По телу растеклась приятная нега. Хотелось лечь на кровать, закрыть глаза и увидеть во сне Камелию… но нужно решать вопросы государственной важности и вершить судьбы людей. В такие минуты приходило сожаление, что родился не обычным человеком, а будущим Хранителем 12 миров.

Так, как же выйти из сложившейся ситуации? Если начну отстаивать право Неверы на счастливый брак, меня никто не то чтобы не поддержит, а даже не поймет. Такова доля всех принцесс и принцев: их жизнь – драгоценный камень, который царствующие отцы стараются продать с большей выгодой для королевства. Мирное соглашение между Бантоком и Катаром должно быть заключено и скрепить его может только свадьба. Мне очень повезло, что сейчас среди 12 Верховных магов нет склок, интриг и борьбы за власть, как несколько веков назад. В это относительно спокойное время отец позволил связать судьбу с женщиной, выбранной по зову сердца, а не государственной необходимостью. Я – один из самых счастливых людей нашего мира, очень хочется, чтобы Невера и Юлиус наслаждались обществом друг друга, как мы с Камелией.

Время шло. В уме было перебрано множество различных вариантов. Кувшин с хеллесом почти опустел. Появилось сильное желание заказать ещё, потому, что стало окончательно ясно – честным путем данную проблему не решить. Придется всех обмануть и если подлог когда-нибудь раскроется, под угрозой окажется не только моя жизнь, но и честь нашего древнего рода. Стоит ли так рисковать ради парочки влюбленных? Вопреки здравому смыслу, где-то внутри крепла уверенность, о верности выбранного направления.

Я все-таки дёрнул за висящий над столом шнурок для вызова слуг и как раз

допил последнюю каплю из стакана, когда на зов прибежала худощавая девушка.

– Принеси мне хеллеса, – язык уже немного заплетался, но думать это не мешало.

С Палием все обстояло гораздо сложнее. Его существование – уже преступление, за которое в ответе Кресс, значит, им обоим грозит смертная казнь. По сути, юноша не виноват, что его мать попала под чары черного мага. Предводителя тоже можно понять. Чтобы лишить жизни невинное дитя, нужно обладать немалым хладнокровием. Но мои доводы никто не станет слушать. С точки зрения морали Белых братьев – Кресс обманщик и предатель, а Палий – порождение тьмы.

Вернувшаяся с полным кувшином служанка, сразу наполнила пустой стакан, взяла со стола две приготовленные монеты, поклонилась и убежала.

Я сделал большой глоток. Если в случае с Неверой и Юлиусом можно обойтись обычным, хоть и требующим большого количества энергии, заклинанием, то для решения вопроса с Палием придется прибегнуть, ни много ни мало, к черной магии. То есть нарушить все данные во время Посвящения клятвы. Другого варианта нет.

Остаток хеллеса был допит с мыслями о прекрасной Камелии. С трудом поднявшись на ноги, я сделал три шага вперёд и рухнул на кровать…

Утром голова гудела так, словно в ней поселился пчелиный рой. Я со стоном коснулся пальцами висков и произнес заклинание. Боль ушла, сознание прояснилось. В такие моменты возникало чувство искренней уверенности, что не зря детство и юность были потрачены на изучение тысяч магических текстов.

Умылся, доел остатки жареной птицы, закусил фруктами. Пришло время претворять в жизнь принятые накануне решения.

Выйдя в коридор, я постучал в соседнюю дверь. Кресс открыл сразу, видимо, уже ждал, пропустил внутрь.

Комната была такой же, как и у меня. Служанка уже приходила и унесла посуду со стола. Я не стал садиться на стул. Разговор предстоял недолгий.

– Отправляйся в Катар и привези Веллину. Если начнут расспрашивать, скажи, что мы напали на след похитителей принцессы. Служанка нужна для уточнения кое-каких сведений.

Во взгляде Предводителя промелькнуло удивление. Он не мог понять, какую игру затеял его господин, но не решался задать вопрос.

– Как же это? – он протянул руку, на которой красовался тонкий браслет.

Данный момент совсем вылетел из головы.

Я взял его за запястье и прочитал новое заклинание. Теперь сжатие энергетической нити зависело не от расстояния, а от моего приказа.

– Все в порядке, поторопись.

– Я могу переместиться прямо в подвал дворца.

– Очень хорошо.

Кресс повесил на пояс ножны с четырьмя ритуальными ножам, футляр с зеркалом, меч и фляжку с водой, накинул на плечи плащ, точно такой же, как у меня.

Мы вместе прошли по коридору. Я остановился у комнаты, в которой ночевали Палий и Юлиус. Предводитель направился вниз по лестнице.

Дверь открыл Юлиус. Его лицо осунулось, под глазами залегли тени. Скорее всего, в ожидании приговора не спал всю ночь. Палий выглядел не лучше. Он сидел за столом, подперев голову руками. Во взгляде читалась полная безнадежность.

– Пойдем со мной, – сказал я ему.

– Милорд, можно повидаться с Неверой? – в голосе Юлиуса звучала мольба.

– Да, – пусть немного развеется.

– Прямо сейчас? – он, казалось, не поверил неожиданной радости.

– Конечно.

С трудом сдерживая не подобающую в данной ситуации улыбку, пылкий влюбленный выбежал из комнаты.

Палий проводил его грустным взглядом.

– Меня ожидает смерть? – тихо спросил он.

– Все зависит от решения, которое ты примешь. Пошли.

Вместе мы вернулись в мою комнату. Я закрыл дверь на засов и повернулся к юноше.

– Ты не виноват в том, что родился оборотнем, рвение помочь лучшему другу, тоже вполне понятно. Я долго думал и принял решение не выдавать тебя королю Фрамму и Белым братьям.

– О, благодарю, милорд! – Палий упал на колени.

– Как считаешь, должны ли на свет ещё появляться существа подобные тебе?

Чувство облегчения мигом слетело с его лица.

– Нет.

– Тогда ты поймешь, почему мне придется лишить тебя возможности быть отцом?

Он понуро опустил голову.

– Да, милорд.

– Хорошо. Начнем. Вставай и раздевайся.

Юноша поднялся на ноги, стянул с себя балахон и снял штаны. Вид у него был очень несчастный.

Мне предстоящее действо удовольствия тоже не доставляло. Заклинания черной магии я знал также хорошо, как и белой, но, ни разу их не применял и не думал, что когда-нибудь это сделаю.

– Протяни руку, – я взял со стола обычный нож, ритуальный использовать для таких целей не стоило, и рассек Палию запястье.

Юноша прикусил губу, чтобы не вскрикнуть от боли.

Теперь – самое сложное: прильнуть губами к глубокой ране.

Вкус крови был отвратительным. С трудом удержав в желудке рвущийся наружу завтрак, я сделал большой глоток, еще и еще, после третьего – остановился, заживил порез, положил, бледному, дрожащему от испуга, Палию ладонь на мужской источник жизни и прочитал заклинание. Дело сделано.

– Одевайся, – сказал я, опускаясь на стул, потому, что ноги дрожали, а голова шла кругом. Не от слабости, а… от того, что хоть и ненадолго, пересек границу между светом и тьмой. Ощущения были примерно такие же, как десять лет назад, когда будучи еще мальчишкой, я использовал заклинание невидимости, чтобы подглядеть за купанием маминых служанок в реке.

Та история закончилась публичной поркой на виду у всех обитателей дворца, потому, что созерцание плескающихся друг на друга водой и громко хохочущих, стройных, обнаженных девушек так заворожило неокрепший детский ум, что совершенно вытеснило из него понятие времени. Магия развеялась, а я все еще стоял с широко открытыми глазами возле кустов серого колючника. Мое неожиданное появление вызвало у купальщиц сначала удивленные возгласы, потом громкий смех. Но для отца это не имело значения. Он сурово произнес, что за нарушение правил положено наказание. Правосудие не знает различий между богатыми и бедными, господами и слугами. Мама смотрела сочувствующим взглядом, но возразить не посмела. Я молча вытерпел восемь ударов плетью, только губу прокусил до крови. Когда все закончилось и свидетели публичного наказания наследника разошлись, чтобы заняться делами, папа смягчился. Он погладил меня по голове и похвалил за то, что я держался очень мужественно.

Теперь опять нарушены запреты, только на чаше весов стоят человеческие жизни, в том числе и моя, если все откроется.

– Убери кровь с ножа, пола и хорошо вымой руку, чтобы не осталось никаких следов, – попросил я юношу, когда он оделся.

Палий закрутил головой в поисках тряпки. Ничего подходящего поблизости не оказалось. Придется испортить хорошую вещь.

– Возьми дорожку, которая лежит возле чаши с водой.

Он послушался. Спустя короткое время стало чисто, только испачканная ткань напоминала о кровавом ритуале.

– Иди, отдыхай и никому не говори о том, что здесь произошло, иначе придется стереть тебе память.

– Да, милорд, юноша поклонился и выбежал из комнаты.

Я перебрался на кровать, глубоко вздохнул и закрыл глаза. От однократного использования чужой энергии черным магом не станешь. Для того, чтобы окончательно перейти на темную сторону, нужно принести человеческую жертву и произнести особое заклинание. Вот тогда тело наполнится ядом, а жажда крови станет постоянной спутницей жизни.

Эти мысли не принесли покой. Сердце тяжело ухало в груди. Вроде спас юноше жизнь, а ощущения – как будто приговорил к смерти. Но не время раскисать, нужно собраться с силами для следующего этапа. Придется потратить очень много собственной энергии…

Тук, тук, тук… тук, тук, тук…

Настойчивый звук рассеял сон. Все-таки удалось вздремнуть. Это очень хорошо.

На пороге ждал Кресс, рядом с покорным видом стояла Веллина.

– Заходите. Какая обстановка во дворце?

– Король Фрамм очень беспокоится. Хотел дать мне в сопровождение целый отряд и своего помощника Жосса в придачу. Еле отвязался.

– Ты все правильно сделал. Теперь приведи принцессу.

Вскоре обе девушки сидели на стульях и испуганно смотрели на меня широко открытыми глазами. Предводителя я отпустил.

– Нам нужно многое обсудить. Невера, Вы любите Юлиуса?

– Больше жизни, – ее взгляд стал твердым и уверенным.

– Готовы отказаться ради него от титула, богатства?

– Конечно! Мне ничего не надо. Только бы быть рядом с ним!

Какие громкие слова. Главное, чтобы потом не пришлось о них жалеть.

– Веллина, ты говорила, что считаешь Калиопа приятным и милым юношей.

– Да, милорд, – девушка смущённо потупила глазки.

Принцесса удивленно посмотрела на служанку.

– Ты бы согласилась стать его женой?

– Вы, наверное, шутите. Да я даже мечтать о таком не смею? – она вздохнула.

– И все же.

– Конечно, да.

– Хорошо. Предлагаю вам поменяться местами.

– Что?! – удивленно воскликнули девушки в унисон. Они много времени проводили вместе и я давно обратил внимание, на схожесть в манерах и поведении.

– С помощью магии я изменю вашу внешность. Госпожа превратится в служанку и наоборот.

– Как же Юлиус? Он, конечно, сильно меня любит, но не знаю, как отреагирует, если стану выглядеть по-другому, – забеспокоилась принцесса.

– Я все учел. Применю к нему специальное заклинание. Он один будет видеть ваши настоящие лица. Ну, что согласны?

Девушки переглянулись.

– Может, есть другой выход? – с надеждой спросила Невера.

– Который устроит всех, и при этом не развяжет между Бантоком и Катаром войну? Нет.

– Согласна, – решительно произнесла дочь короля.

Веллина молча кивнула. Уж ей-то в данной ситуации не на что было жаловаться.

– Тогда начнем. Вставайте и раздевайтесь. Полностью.

Они ошалело уставились на меня и… не двинулись с места.

«Тут ради всеобщего блага собираешься довести себя почти до полного истощения, а эти две красотки не понятно что возомнили!» – девушки, видимо, заметили промелькнувшее в глазах негодование, потому, что быстро вскочили со стульев и начали стягивать кофточки и штаны. Вскоре закрытыми остались только лица.

Теперь стало почти смешно.

– Снимите вуали, – попросил я, с трудом сдерживая улыбку.

– Но… как же запрет, – попыталась осторожно возразить Невера.

– Другого варианта нет.

Принцесса убрала кусочек тонкой ткани со своего лица, служанка, немного поколебавшись, последовала ее примеру.

Фигуры у девушек на первый взгляд действительно были похожи, но тело Веллины имело более округлые формы, грудь значительнее выдавалась вперёд. Я внимательно разглядел внешность служанки: нос с горбинкой, маленький острый подбородок, высокие скулы, узкие губы.

Пора начинать.

– Протяните вперёд руки. Нужно сделать крестообразные надрезы. Не кричите. Нельзя привлекать внимание.

Когда сталь коснулась нежной кожи сначала одной, потом второй ладони, Невера скривилась и издала сдавленный писк, Веллина только слегка дернула уголком рта.

– Встаньте лицом к лицу, закройте глаза.

Им не надо видеть, дальнейшие, неприятные для нежных женских натур, действия.

Крови понадобится много, поэтому нужно полностью проткнуть кисти ритуальным кинжалом. Я положил левую ладонь на стол, замахнулся и… Раньше к такому прибегать не приходилось. Думал, что приготовился, но все оказалось гораздо сложнее. Подступивший к горлу крик удалось сдержать с большим трудом. Звук, вырвавшийся из груди, напоминал что-то среднее между хрипом и кашлем.

Девушки вздрогнули, но глаза открыть не посмели.

Как же теперь нанести второй удар раненой рукой!? Применять заклинание блокирующее боль нельзя. Страдание – часть ритуала – дань Великой Дюжине – богам Исходного мира за их дар – магию.

«Так, надо сжать зубы… теперь окровавленные пальцы… у-у-у-у!!!»

– Все…, – слово вырвалось, вместе с выдохом облегчения. Кто бы мог подумать, что одна боль способна почти полностью перебить другую.

– Милорд, можно открыть глаза? – не выдержала Невера. Услышав мою фразу она наверное, подумала, что превращение завершилось, а оно ещё даже не началось.

– Нет, – голос звучал сдавленно.

Девушки стояли ко мне боком. Я положил левую ладонь на шею Веллине, правую – Невере. Со стороны казалось, что обнял их двоих сразу. Красные ручьи потекли по обнаженным спинам.

– Возьмитесь за руки, нужно соединить вашу кровь.

Между лбами принцессы и служанки проскочила искра. Спустя мгновение от моих пальцев протянулись голубые пульсирующие нити, заскользили по коже как змеи, обвивая нагие тела, соединяясь в сложные узоры…

Энергия стремительно выходила через нестерпимо болящие раны, голова гудела…

Когда преображение завершилось, я обессиленно сполз на пол и привалился спиной к ножке стола…

– Лорд Алекстер, милорд, – донёсся издалека женский голос, губ коснулось что-то твердое. – Выпейте. Это хеллес.

Я открыл глаза, сделал большой глоток. В груди сразу потеплело.

Напротив сидела Невера вернее Веллина в ее облике. Принцесса стояла рядом с обеспокоенным взглядом. Девушки уже оделись. Мои ладони покрывали повязки, оторванные, судя по цвету от простыни. На ткани проступили красные пятна. Свои порезы девушки тоже замотали.

– Мы всё убрали, потом попросили служанку принести напиток. Я подумала, что Вам от него станет легче, – сказала принцесса.

– Спасибо.

Дело ещё не закончено. Нужно усовершенствовать зрение Юлиуса, но сил не осталось, даже на то, чтобы подняться на ноги. Без помощи не обойтись.

– Позовите Предводителя.

Веллина-Невера кинулась было исполнять приказ, но я придержал ее руку.

– Привыкай к новой роли.

Принцесса не двинулась с места. И судя по выражению глаз, не придала значение смыслу моих слов. Тяжело же ей придется. Одно дело ради развлечения переодеться в служанку и другое – действительно ей стать.

– Миледи, Вы должны пойти за Крессом.

– Но, ах, да, простите, милорд, – она торопливым шагом покинула комнату.

Веллина осталась сидеть рядом, со стаканом в руках. Я смотрел на ее изящные запястья. Всего пара глотков крови позволит восстановить растраченные силы… Вот как оно бывает, стоит только один раз перейти черту и другая сторона уже не кажется такой ужасной. Черная магия позволяет пользоваться чужой энергией в своих целях и ее возможности ограничиваются только количеством принесенных жертв.

– Великая Дюжина! Милорд! – воскликнул Предводитель, подбегая и становясь на колени.

– Проблема решена. Не могу с уверенностью сказать, что все будут счастливы, но жизни я вам сохранил, – старался говорить бодро, получилось не очень.

Кресс привалился лбом к моей руке.

– Благодарю! Вы так великодушны!

– Сначала нужно заживить раны девушек, – голос стал слабее.

Веллина развязала ладони. Предводитель быстро привел их в порядок, потом вылечил руки Неверы и взялся за мои. Боль, наконец, утихала. Но держать стакан с хеллесом я все равно не смог: пальцы дрожали от слабости. Пришлось воспользоваться услугами помощницы. По телу разлилась приятная нега. Веки потяжелели. Опираясь на Кресса, я с трудом поднялся на ноги и, еле-еле, доковылял до кровати.

– Мы пережили тяжёлый день. Возвращайтесь в свои комнаты и отдыхайте. Вернёмся во дворец завтра.

Я подождал пока они уйдут, и закрыл глаза…

Глава 5

Алый вихрь

Утром от увиденного сна остались только отголоски, но в память отчётливо врезался конец: девушка в длинном белом платье бежит по дороге, через тонущий в тумане лес, золотистые локоны качаются из стороны в сторону, в такт движениям, я следую за ней. Лица не видно, но это Камелия. Ее стройную, гибкую фигуру спутать не возможно. Пытаюсь догнать, но не могу. Каждый раз когда кажется, что почти достал, она оказывается на несколько шагов впереди. Странная игра начинает надоедать.

– Милая! – кричу. – Остановись, хватит!

Жена будто не слышит, равнодушно продолжая свой путь.

Начинаю злиться, ускоряю движения, бегу изо всех сил, но чем больше стараюсь, тем дальше она удаляется от меня. Расстояние между нами увеличивается, ее платье сливается с туманной дымкой и вскоре силуэт полностью растворяется во мгле. Дорога исчезает. Я остаюсь один, окружённый серым маревом и просыпаюсь со щемящим чувством тоски на сердце…

С кровати получилось встать самостоятельно, но в туже секунду перед глазами все поплыло, тело качнулось в сторону. Пришлось сесть обратно и сделать несколько дыхательных упражнений. Вторая попытка оказалась более удачной.

По звонку, служанки принесли кувшин и тканевую дорожку. Пока одна из них помогала мне умываться, поливая, воду на руки, вторая – сбегала за едой.

После сытного завтрака состоящего из сыра, свежего хлеба, фруктов, жаренных птичьих яиц и двух стаканов хеллеса, стало почти хорошо. Настроение улучшилось, грустные мысли, навеянные мрачным сном, улетучились. Вечером мы с Камелией уже вовсю будем наслаждаться обществом друг друга. Осталось подождать совсем немного.

Кресс завел Юлиуса, а сам остался ждать в коридоре. Юноша выглядел очень расстроенным. Казалось, ещё чуть-чуть и он заплачет.

– Что с тобой? – и так понятно в чем дело, но лучше, на всякий случай, уточнить.

– Милорд, Невера закрылась со своей служанкой в комнате и отказывается меня видеть. Палий сказал, что сегодня вы возвращаетесь во дворец. Значит, все. Мы с ней расстаёмся навсегда. Я не знаю, как жить дальше.

– Принцесса избегает общения с тобой по моему приказу. С завтрашнего дня вы будете вместе столько, сколько захотите.

Лицо Юлиуса просияло.

– О, неужели такое возможно! Тогда я самый счастливый человек в мире!

– Чтобы такое стало возможным, пришлось поменять твою возлюбленную и ее служанку местами. Теперь она выглядит как Веллина.

Юноша сделал глубокий вдох и замер с широко раскрытыми глазами.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.