Монолог первый

Пена

Прохожий!

Не смотри презренно,

В губах насмешку затая:

Мол, что тут за шинок Безмена?

Безмен – он вот он.

Это я.

Смелей входи

в избёнку эту,

Садись на лучшую скамью.

Увы, вина и пива нету,

Но квас я славный продаю.

Держи, дружок, баранку, кружку.

Квасок холодный, погребной!

Пропьёшь всего-то, брат, полушку,

А отдохнёшь

на четвертной.

Ты говоришь:

узнать не лишку

Про имя и мои дела.

Мать родила меня, братишка,

Когда безмен домой

несла.

И только, значит, я родился,

На улке,

у отцовых стен,

Как за безмен и ухватился.

С тех пор Безмен да и Безмен!

И слух упорный

постепенно

Округу нашу обошел:

Мол, быть Безмену бизнесменом,

Торговцем то бишь,

торгашом.

И правда,

в годы молодые

Я, – как рассказывала мать, –

Игрушки самые плохие

Мог на хорошие сменять.

Весной свистульки делал,

дудки,

Да лыко драл,

да лапти плёл.

Ходил в соседние Васютки

И там торги удачно вел.

И деньги нес домой

в корзинке.

Но, видно, черный час пробил:

Вдруг продавать товар на рынке

Совет Васютский

запретил.

И, как с колючками ограда,

Пошла запретная стезя –

И то, представь себе,

не надо,

И это, видишь ли, нельзя.

Вот так и отвыкал от денег,

И от Васюток отвыкал.

И только руки за бесценок

Кому придётся

продавал.

А впрочем,

с этой точки стронем,

А то, небось, нагнал тоску…

Но мы легко ее прогоним:

Держи-ка свежего кваску!

Ага, ты вновь ко мне с вопросом:

Какой от квасу, мол, навар?

Не остаюсь ли

с длинным носом? –

Дешевше некуда товар…

Хе-хе!..

Отвечу по секрету.

Не верь, что люди говорят.

Навару вроде бы и нету,

Но это лишь на первый взгляд.

Смекни такую, брат, идейку:

За каждый проданный стакан

Я из шести

одну копейку

Кладу в хозяйский свой карман.

А пять?

Все правильно: налоги.

Без них когда ж мы жить могли!..

Вот и теперь налоги строги.

Да ведь копейки – не рубли!

Ты на себе, дружок,

проверь-ка:

С каким бы рвеньем торговал,

Когда бы пять рублей за мерку

Ты власть имущим отдавал?

Вот то-то же!

А я – копейки

Плачу.

И этим счастлив я.

И усмотреть поди сумей-ка,

Что тут зарыта месть моя.

Ты обмануть меня,

Безмена,

Собрался,

ввел большой налог,

А от меня – одна лишь пена.

Вот так-то, милый мой дружок!

Конечно, я не трали-вали;

Как говорят,

не лыком шит.

В моем запасливом подвале

Давно пивной котёл стоит.

Стоит, голубчик,

ждет момента.

Глядишь, дела пойдут на лад:

По обещанью президента,

Возьмут налоги и скостят.

Авось

и расстегнут подпругу.

Вот тут я, брат, и развернусь

На город весь, и на округу,

А повезет, так и на Русь!

И ты тогда,

мой гость степенный,

Смелей входи в избу мою.

Я угощу икрой отменной

И славным пивом напою.

Такой, братишка, стол накрою,

Что ахнут

и Париж, и Рим.

И мы о бизнесе с тобою

На русский лад поговорим.

НЕСКОЛЬКО РЕДАКТОРСКИХ ФРАЗ. Когда лет тридцать назад мы знакомились в одной из екатеринбургских газет, он представился так: «Бизнесменов. Пивовар. Поэт». Я ответил: «Ефремов. Редактор». И подумал: «Как пивовар может быть поэтом?» А у знакомца моего, кажется, мелькнула мысль: «Ну, уж и редактор!» Но, как ни странно, мы стали друзьями, а стихи производителя весьма неплохого напитка оказались прямо-таки высококачественными. И получилось непредвиденное: Безмен Бизнесменов все свои творения передал мне: «Делай с ними, что хочешь». С тех пор я по возможности издаю его истинно народные поэтические творения. И, кажется, делаю это не напрасно. Впрочем, судить об этом вам, читатель.

Монолог второй

Словопляс

Нет, сограждане,

постойте,

Я отброшу все дела,

Коль уж речь о перестройке

У меня в шинке зашла.

Что сказать вам?

Перестройка –

Словопляс

из края в край!

Перестроились настолько,

Что хоть снова начинай.

Тут тебе и ускоренье,

И технический прогресс.

Только где оно,

движенье?

Сплошь – потоки из словес.

Правда,

«змию» крепко дали!

Виноградные леса,

Все как есть, повырубали, –

И опять –

за словеса!

Всё опять

за ту же тему:

В рот, мол, капли не возьмём,

Демонтируем Систему,

Вот тогда и заживем!

И с трибуны,

и с экрана,

И с газетки каждой аж

Деловито,

пылко,

рьяно

Принялись за демонтаж.

Постарались

власть Советам

Так, родную, передать,

Чтоб и партии

при этом

От безвластья не страдать.

Вот она

и не страдала;

Ей законы, что трава;

Круче гайки зажимала

Под шумливые слова.

Мол, на то и перестройка,

Бьет копытом,

словно конь.

А поэтому не тронь-ка

Это да и то не тронь.

Ну а тронешь –

волком взвоешь,

Поисколет, словно ёж,

Не удержишь и уронишь,

Ручки-ножки

отшибёшь…

И покуда мы из пепла

Подымали наш Совет,

Власть партийца

так окрепла,

Что уже и ходу нет.

Ну, а коли

сплошь ограда,

Сплошь преграда,

так сказать,

С этим что-то делать надо,

Надо что-то предпринять…

Ну и, знамо, предприняли;

В нашей русской простоте

Как шарахнули,

как дали

По шестой

по той

статье!

Только брызги полетели

И теперь еще летят…

А партийцы –

как сидели,

Так повсюду и сидят.

Как встают

по смирной стойке,

Так стоят, и блещет взор;

Как губили перестройку,

Так и губят до сих пор.

Потому-то у народа

Ни заводов,

ни земли.

Правда, гласность есть,

свобода:

Что надумаешь –

мели!

Критикуй хоть Горбачева,

Хочешь эдак,

хочешь так.

Ну, а что им всем

от слова? –

Лишь один воздушный бряк…

И поэтому, ребята,

Я кончаю свой рассказ.

Нет, не время

виновато,

Что в шинке

один лишь квас.

И не хитрость,

и не гордость,

Не порочной власти круг, –

А забитость

и покорность,

Поперёк идти испуг…

Ну, да ладно, заболтался.

Есть дела,

в подвал пошёл,

Там давно меня заждался

Пивоваренный котёл…

НЕСКОЛЬКО РЕДАКТОРСКИХ ФРАЗ. Перестроечное вдохновение почти всех нас тогда на крыльях носило. И я немало дивился тому, что поэт-пивовар видел в той знаменательной эпохе уже такие росточки, которые в дебри чертополоха вымахали. Может, потому что старался жить по лозунгу Маяковского: «Землю попашет (пиво поварит) – попишет стихи». А скорее всего – некий пророческий дар имел от Господа нашего. Скорее всего.

Монолог третий

Осадок перестройки

Простите старцу умиленье,

Но, видно, есть на свете Бог,

Поскольку вышло послабленье

И вправду меньше стал налог.

Указы, речи президента

В стремленье сходятся одном:

Они отнюдь не без акцента,

Что к рынку,

кажется,

идем.

Вот и поддержка мне,

Безмену,

И от верхов, и от низов.

И вы уже пивную пену

В шинке сдуваете с усов.

Уже припомнили креветок

И позабытых раков вкус.

Хотя, понятно, зол и меток

Предельно вздутых цен

укус.

Поверьте, я бы рад, ребята,

За пиво брать,

как брал за квас,

Да жизнь пока дороговата,

Кругом сюрпризы,

что ни час…

Хотя бы вот –

сюжет не новый:

Лишь запустил я свой котёл,

Одним из первых участковый

В подвал шинка ко мне зашёл.

Повёл своим всесильным носом,

Всё осмотрел со всех сторон.

«Э, гражданин!

Да ты без спроса

Тут гнать изволишь самогон?!»

Я говорю:

мол, не без спроса

И вовсе, мол, не самогон…

Но участковый глянул косо,

Враз у меня и смелость вон.

«А мы ее сейчас на пробу.

Неси-ка кружку…

с шашлыком!..»

Я усадил за стол особу,

Как будто век был с ней знаком.

Вам интересно, чем всё это

Закончилось?

Душа горит? –

Увы! Конца пока что нету.

«Друг» до сих пор внизу сидит.

Нальёт себе из чана кружку

И так, орлом,

как старший чин:

«Вот мы тебя сейчас, подружку,

До донышка разоблачим!

Признанье вырвем, ёлки-палки,

Хоть это… и не так легко…»

А впрочем, пусть его,

не жалко,

Раз пьет – понравилось пивко.

Беда в другом. – В рабочем стиле,

Заботами утруждены,

На чёрных «Волгах» зачастили

Ко мне чиновные чины.

Подкатят,

я их всех в светлицу,

Уж там жена накрыла стол.

Глядишь, и раскраснелись лица,

И важный разговор пошел.

О том, какой нам нужен рынок

И на какой учётный срок…

А из моих ведёрных крынок

Так и журчит

пивной

поток.

Вот, доложу вам,

пьёт народец!

Но как-то шеф их мне сказал,

Что я у них – первопроходец,

И палец кверху показал.

Конечно,

я такой оценкой

Сверх всякой нормы был польщён,

Да услыхал скандал за стенкой,

Дал задний ход

и вышел вон.

Смотрю, стоит юнец у стойки,

Весь волосат,

в плечах широк,

Лицо опухло от попойки,

Из «Шарпа» рвется хриплый рок.

Да! Клиентура впрямь не наша.

Я подхожу:

«В чем дело, сир?»

А он в ответ: «Секи, папаша!

Перед тобою – рэкетир!»

Он прошипел сквозь запах винный:

«Узнали, дед, про твой завод.

Ты гонишь нам

две с половиной,

И целый месяц без забот».

Он погремел из «Шарпа» роком

И посмотрел, как взвел курок:

«А там опять, дедок,

оброк нам…

Как подойдет

уплаты срок».

Я заплатил ему чин чином,

Сходил пивка подлил чинам,

И так подумал:

нет причины,

Чтоб в панику вдаваться нам.

И то, и это, да, – накладно,

И там, и сям – плати оброк,

И тем, и этим…

Ну да ладно,

Не прошлый все-таки налог.

И раз уж нам его скостили,

То мы,

пари держать готов,

И тех, и этих пересилим,

И прохиндеев, и чинов.

А там –

народный,

свой,

порядок

По всей России наведём

И перестроечный осадок

Пивком

безменовским

запьём.

НЕСКОЛЬКО РЕДАКТОРСКИХ ФРАЗ. Под «послаблением» (слово это промелькнуло в начале главы) надо понимать отмену Ельциным пятипроцентного президентского налога, введенного при Горбачеве. Иных вспоможений предпринимателям, кажется, не было, что заметно поубавило радужности в последующих настроениях Безмена.

Монолог четвертый

Рекламный дар

И до чего ж она упряма,

Жена! –

И часу не пройдёт,

А уж по поводу рекламы

Она меня грызмя грызёт.

«Вон, – говорит, –

сосед наш Вася,

Уж не чета, понятно, нам,

Но лишь прибавка завелася,

Бегом бежит

в бюро реклам.

А там, глядишь,

в больших и малых,

Что только в руки ни возьмешь,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.