Смерть Марины я воспринял достаточно спокойно. Во всяком случае, похоже, спокойнее, чем ожидали родители и друзья.

В первую очередь мне хотелось разобраться с бытовухой. Скорая и менты, сующие визитки похоронных агентов, морг, звонки на кладбище, деньги… Едва не забыл: написать в «контакте». У Марины было много друзей.

Похороны назначили на четверг, на одиннадцать. Денёк выдался по-настоящему сказочным, будто и не октябрь вовсе. Солнце и чистейшее небо без облачка, берёзки с налётом желтизны на листьях, бурые кусты. Воздух пахнет прохладой, листвой и выхлопными газами от подъехавших машин.

Наталья Арсеньевна рыдает, но тихо. Неизвестные мне родственники держатся группками и изучают землю под ногами. Пришли спортсмены – человек семь. Некоторых знаю в лицо. Альпинисты и парашютисты. Учитывая, что с Мариной было знакомо полмира, группа выглядит не слишком внушительно. С другой стороны – пришли ведь! Значит, она и впрямь что-то для них значила.

Предлагают мне сказать пару слов – отказываюсь. Никто не удивляется: мало ли, может, мне так плохо, что я себя не контролирую. Тогда слово берёт Владислав. Ну да, отец у неё железный, это давно известно. А заодно имеет склонность к официальным церемониям…

Содержание речи вполне предсказуемо. Покорённые горы (приходит дурацкая мысль: знают ли горы, что их покорили?), пороги бурных рек и прыжки с парашютом. Но умерла она не в горах, а дома – от инфаркта. В тридцать четыре. Пути Господни порой неисповедимы.

– Марина была храбрым человеком, – говорит Владислав. – Я бы даже сказал, примером. Но для нас она была в первую очередь любимой дочерью…

Куда же без этого замечания. Мне хочется поскорее уйти, но сейчас это привлечёт внимание и принесёт больше проблем, чем облегчения.

На следующей неделе я чувствую явную скованность в поведении друзей и коллег. Гриша спрашивает, не хочу ли я встретиться, посидеть. Впервые за два года. С улыбкой отказываюсь, и он явно смущается. Девочки из отдела продаж тихо шепчутся в столовой.

Да, это были очень счастливые отношения. И самые длинные – для меня. Пять лет брака. Верил бы я во всякую эзотерику, непременно добавил бы, что Марина была «той самой», но нет, мы просто очень хорошо друг другу подходили. И очень друг друга любили. Впрочем, говорить о последнем в прошедшем времени, пожалуй, неправильно. Ведь я не разлюбливаю.

Марина давно ходила рука об руку со смертью, и я тоже привык к этому. Когда впервые, на пике Сомони, с её группой пропала связь, весь день места себе не находил. С тех пор это случалось слишком много раз, чтобы переживать так же сильно – никаких нервов не хватит.

Мы не хотели заводить детей до того, как она завяжет с горами. Но вот не успели. И горы оказались не при чём – наверно.

У меня-то есть Катя. Моя жизнь продолжается в дочери от прошлого брака, а Марина так и осталась одиночкой, последним листом на ветке.

Начальник предлагает отпуск. Тем более, у меня накопилось прилично. Раздумываю с минуту и соглашаюсь. Почему бы и нет?

Новость о том, что я еду пожить в Крым, похоже, вызывает у стареньких родителей облегчение. Они уж не понимали, как со мной общаться: совсем не видели горя. А тут оказывается, что мне просто надо побыть одному. Это всё объясняет.

Найти жильё в Крыму – раз плюнуть. Особенно осенью. Особенно если тебе всё равно, где жить. Я не использую интернет или телефон. Просто еду в Симеиз и подхожу к бабулям с табличками на шее. Комната в гостевом доме, туалет и кухня общие… не продолжайте, подходит. Хозяйке под пятьдесят, зовут Наталья. Моя компания на ближайшие несколько недель.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.