Избранное
Том 4

Редактор Эльвира Кунакулова

Иллюстратор Леонард Крылов

© Леонард Крылов, иллюстрации, 2019

ISBN 978-5-4496-9185-9 (т. 4)

ISBN 978-5-4496-9186-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Дорогие друзья!

Коллегия поэтов и прозаиков в социальных сетях представляет авторов – современников России и Ближнего Зарубежья. В книге собраны работы по итогам конкурса «Лучшее произведение недели» в авторской редакции.

В состав жюри вошли: учредитель Коллегии поэтов и прозаиков, педагог начального образования Эльвира Кунакулова; автор проекта, поэтесса, лауреат и финалист городских и международных конкурсов, член Российского Союза писателей Светлана Кунакулова; общественный деятель, поэтесса, главный редактор альманаха «Всяк», выпускающий редактор «Всяк Театр Радио+ТВ», член Российского Союза Профессиональных литераторов Мария Ярославская.

Лучшими в апрельском выпуске признаны произведения авторов:

Светлана Сапронова, А. Морозов, Максим Шафранов, Валентина Игошева, Александр Кругликов, Николай Будаев, Марат Валеев, Татьяна Чернышева, Лариса Агафонова, Елена Ларичева, Вячеслав Поляков, Сергей Кочнев, Маргарита Смородинская, Иван Дьяконов, Наталия Варская, Сергей Анашкин, Светлана Степчук, Александра Неронова, Татьяна Викторова.

Рады приветствовать вас на экспертной информационно – литературной площадке Коллегии поэтов и прозаиков.

Цель работы сообщества – поиск и выявление талантов, реализация творческого потенциала, поддержка и продвижение начинающих авторов посредством обучения и участия в международных литературных проектах, публикации в периодических изданиях, а также выпуск авторских индивидуальных сборников.

https://vk.com/club161136809

Данный сборник уникален тем, что авторы, в силу своих возможностей и безграничного таланта на добровольной основе поддерживают подопечных благотворительного фонда «Подари жизнь», желают деткам полного выздоровления и скорейшего возвращения домой!

Будьте…

Будьте…
Всегда будьте лучшими.
Лучшими быть —
Значит главными.
В споре
с умами заблудшими
Вы не побойтесь
Быть странными.

Будьте
В решениях сложностью,
Определив направление.
Станьте из массы —
Возможностью,
Превосходящей стремление.

Будьте…
В пути будьте посохом,
Думам вперёд указующим*.
В битве неравной —
То порохом,
Силы в едино связующим*.

Будьте…
Всегда будьте лучшими —
Светом
Из тьмы восходящими,
СтОящими, существующими.
Будьте
всегда настоящими!

Светлана Кунакулова, 2018

Ночь скользнула покрывалом…

Ночь скользнула покрывалом.
В тихой заводи луна
Расплескала звезды «налом».
Ты один и я одна…

Стелет вдоль по бездорожью
Проплывающий туман,
Покрывает мелкой дрожью —
Провоцирует обман.

В забытье стремится время —
Отыграется сполна.
Тянет «ношенное» бремя.
Ты один и я одна…

Серебрится нежным шелком
В поднебесье лунный свет.
И глядит голодным волком
Тот, чей я храню секрет.

Светлана Кунакулова

За окошком ночь, а мне не спится…

За окошком ночь, а мне не спится…
Мысли паутиной в голове:
Что тебе моя родная снится?
Что хотела рассказать ты мне?

Что порой тоскливо, одиноко,
Некого обнять и приласкать.
Поругать ли, похвалить немного
И за чашкой чая поболтать.

Что приходим, навещаем редко,
Что коты наглеют – спасу нет.
Что все новости твоей соседки
Не заменит даже интернет.

Что спина болит невыносимо,
Что в канаве снова всякий хлам.
Что когда собака лает – мимо
Школьники проходят по утрам.

Что намного стали дни короче —
Утекает время беспрестанно…
Только знай, тебя люблю я очень!
Как иначе?! Ты моя же, мама!

Дней в году бывает много разных:
Солнечных, бегущих чередой…
Но сегодня самый лучший праздник,
Потому что этот праздник – твой!

И пока дышу я – пульс мой бьётся.
И пока течёт по жилам кровь,
Ту я славлю, мамой кто зовётся!
Славлю материнскую любовь!
…
Утро за окном, а мне не спится…

Светлана Кунакулова

Я на цыпочках к тебе пробираюсь кошкой…

Я на цыпочках к тебе
пробираюсь кошкой.
И мурлыча, прикрываю
рот своей ладошкой.
Просто, ночью мне не спится,
если рядом ты.
Просто, рассмотреть хочу
милые черты.
Тихо, чтоб не разбудить,
лягу на кровать.
И любуясь на тебя,
просто буду ждать.

Солнца луч коснётся нежно
твоего плеча
И смахнет твой сон небрежно,
будто сгоряча.
Не поверишь, милый, я
каждый вздох ловлю.
Просто, ты мой самый лучший…
Просто, я люблю!

Светлана Кунакулова, 2018

Не досягаем, недоступен…

Недосягаем, недоступен… безразлична
Тебе я стала? Что ж, пусть будет так.
Желаю счастья много в жизни личной.
Я сильная и справлюсь – то пустяк!

Решил забыть меня? Окей! – возможно!
Попробуй, только знай, что далеко —
На расстоянии любить совсем не сложно.
А разлюбить… вот – это нелегко!

Не мне одной быть в дамках и, бесспорно,
Для многих ты – герой, авторитет.
Но помни, дорогой – любовь повторно
Не снизойдет… назад дороги нет!

Светлана Кунакулова, 2018

Свирель

Мои слова теперь имеют суть —
Они услышаны и ждут своей судьбы
В улыбке, что назначит новый путь,
Во взгляде без обыденной мольбы.

Мои слова ещё порой грешат
Напрасным слогом и предчувствием вины,
Но мысли искушённых различат
Тень продавших, увы, за полцены.

Мои слова… Я их произносил
Не ради звука, что украсит день,
И не для тех, кого превозносил,
Чьи имена теперь и вспомнить лень.

Мои слова не подводили никогда —
Ни в пору листопада, ни в метель,
И пусть бредут по отмелям года —
Я в глубине себя услышу лишь свирель…

Александр Богданович

Покой

Я буду верить в то, что видел,
И буду знать, что сам познал.
Я эти сны возненавидел
У перевёрнутых зеркал.

В них отражение былого
Крутилось бледною строкой,
Гримасы пробуя иного,
Рядясь в обмане с суетой.

Я буду верить – мне привычно
Глядеть на время с добротой,
Пусть мысль порою и комична,
Но кто остался за спиной?!

Былые сны и неудачи
Наметят путь весенний свой,
Я не прошу у жизни сдачи
За обретённый вдруг покой…

Александр Богданович

Миг

Сегодня ангел мой устал,
Сложил фату прозрачных крыльев
И от меня на миг отстал,
Пока я путь доверил пыли

Пустых находок и надежд,
Напрасных слов и обещаний
Среди обмана и невежд,
Что отрекают горечь знаний.

Он отдохнёт и, может быть,
Ещё догонит по дороге.

Мне довелось забытым слыть,
Проснувшись в одиноком стоге…

Но вот рассвет явил его —
Догнал и выглядит отлично,
Гостил средь мыслей высоко,
А я седым стал непривычно…

Александр Богданович

Без ошибки…

Я знаю: Вы – моя весна,
И просто временем играя,
Пришли, сметая имена,
Что были у застенков рая.

Пришли осеннею листвой,
Дождём задумчивой улыбки,
В словах привычной ерундой,
Но адрес верен – без ошибки.

Я ждал осеннего звонка,
Его выдумывал до нити
Нелепой пулей у виска,
Что Вы под сердцем сохраните.

Немым объятьем пустоты
От заморозков чуть живого,
Хранил для Вас души цветы
Из неизбежности былого.

Я Вас люблю, мне этот миг
Дороже прочих откровений
Среди обыденных вериг,
Что мысли обретают в лени…

Александр Богданович

Акварель

Мы идём по жизни робко,
Взгляд весны укажет путь —
Запятую или скобку,
Или в чистых водах муть.

По душе апрель несётся,
Подгоняя мысли шаг,
И улыбкой обернётся,
Если думаешь не так.

Шаг ложится между словом
Среди зелени аллей —
Они радуют обновой
После сумеречных дней.

Мы идём, и нам дорогу
Освещает не указ,
А лучи, что бьются строго
На прогулке в левый глаз.

Птичий гомон так отважно
Вдруг разгонит мыслей тьму
Среди бед многоэтажных,
Что окрашены в сурьму.

Мы идём, и нам дорогу
Намечает лишь апрель —
От порога до порога
Дней лучистых акварель!..

Александр Богданович

Шорох

Я растаю, как сон,
Как невидимый утренний шорох,

Что несёт сквозь лета
Свой обычный для мира сюжет,
Лишь полуденный звон
Отзовётся настойчиво в шпорах,
И доспехов цвета
Позабавят судьбы легион.

Я не воин, но так
Поле битвы расставит фигуры,
Чтобы каждый сумел
Своё слово сказать небесам,
Чтобы каждый пустяк,
Что отметился в образе суры,
Заменил лишь пробел,
А не горьких сомнений сорняк.

Я росой обернусь
На раскрытых однажды ладонях,
Чтобы сердцем прильнуть
К твоим мыслям, что слышу опять,
И весною домчусь
На листве пожелтевшего клёна
В зелень глаз заглянуть
Или имя твоё повторять…

Александр Богданович, 2019

Весна, весна в губах холодных…

Весна, весна в губах холодных
Пылает жадностью любви
Заветренных и сумасбродных
Скитальцев крохотной Земли.

Бурлит фонтанами гротеска,
Швыряя разум о гранит
И среди прочего бурлеска
Сарказмом бытия юлит.

Как режиссёр ехидно ждущий,
Как мастер емких сверхзадач,
Весна- то пряник сладкой гущи,
То кнут иль изувер-палач.

Глоток вина багровой страсти
Поставит на кон все, ва-банк!
И мир разверзнувшись на части
Счетов оплатит щедрый бланк.

Весна, весна! В губах холодных
Пылает жаждою любви
Заветренных и сумасбродных
Скитальцев крохотной Земли…

Дмитрий Корчинский

Изгибы, линии, разрезы…

Изгибы, линии, разрезы-
Чарующая сласть очей,
Коварным действом антитезы
Эстетика влечёт людей.

Искусство вычурности- тонко,
Изъян иль козырь, где же грань?
Зерниста параллелей плёнка,
Широт земных терниста ткань.

Борьба за взгляды вожделенна-
Не терпит ржавчины средь роз,
Как жаль, что оболочка тленна,
А увяданье- царство слез…

Дмитрий Корчинский

Неясный омут густотою…

Неясный омут густотою
Напыщенных перин
Стекал туманною слезою
По рамам
Городских
Картин.

Завыл завод надрывным свистом,
Вагоны лязгнув пустотой,
Поволокли, как важный мистер
Качаясь
Сумрачный покой.

Свинцовой тучею по тверди
Расплескивался тут и там
Нелепый окрик ждущий смерти
Под словом «жизнь» известный нам.

Молчали сонные столицы,
Эпоха тихо шла вперёд,
Понурив проклятые лица
Низвергнутых собой господ…

Дмитрий Корчинский

Стеклянные взгляды прохожих…

Стеклянные взгляды прохожих,
Мольберты полуденных сцен-
Стираю с себя вместе с кожей
До мякоти липких вен.

Кутаюсь в плед никотина,
Кофейной пулей в висок-
Мне нравится запах бензина
И спрятанный смысл между строк.

И нет в этих ценностях толка,
Преемственность терпит сбой,
Потомки великих умолкли,
Боясь возвратится домой.

Себя растворяя в неглавном,
Минутной забавой таясь,
Смываем апатией плавно
С карт своё племя в грязь.

Стеклянными взглядами в землю,
Зрачками без цвета и дна…
Все знают, но все равно внемлют
Минутной слабости сна…

Дмитрий Корчинский

Последние слова заправлены в обойму…

Последние слова заправлены в обойму

И больше говорить, увы, ничем нельзя,

Калашников решит, кто может быть достойным

На шахматной доске возможностей Ферзя…

Беда совсем не в том, что не найти сторонних,

Которыми доступно можно изъяснять —

Беда, что так легко укладывать в патронник

Запас сухих клише, позволенных нам знать…

Дмитрий Корчинский

Грустных глаз очарованье…

Грустных глаз очарованье —
Безмятежная тоска,

Снова с привкусом желаний
Завершается игра.

Несколько советов сложных,
И стихия рвёт нутро!
Это словно сон волшебный,
И романтики сукно.

Говорить о том, об этом.
Всё проходит… ярок свет.
Хуже нету сожалений,
Вот разлучник наш рассвет…

Мария Ярославская, 2016

Упасть под тяжестью груза…

Упасть под тяжестью груза
В бесконечную пропасть
Сомнений.
Снежно-льдинно-скользящего взгляда
Бесконечность, безнадёжность
Безоценочность промедлений.

Только где-то
Внутри
Меня рвёт наружу
Противостояние
Отчуждения
Слияние в точку одну
Приступом
Осознания тени на белом.

Мария Ярославская, 2015

Физическая боль…

Физическая боль
Отрезвляет,
Рушит все планы
И псевдореальность,
О чём-то напоминает.
Романтику прошлого,
Просто банальность.

Какая любовь может быть,
Когда поцелуй кулака…
На слабых лишь трус поднимает
Руку, наверняка.

Встала и дальше пошла,
На удивление всем…
Шуршит под ногами листва,
Гонит из призрачных стен.

Друзья познаются во всём,
Хотя, они не видны.

Останется лишь пустота,
После чувства вины.

Мария Ярославская

Кутаюсь в спасение…

Кутаюсь в спасение
Откидного ворота.
Пальто не может
Уберечь
От потоков
Снега и холода,
Душу за копьями.
Внутри
Сны.

Мария Ярославская

Приторный крик одиночества…

Приторный крик-
одиночества,
Больше не надо написанных строчек листвы.
Мне ничего в этой жизни не хочется,
Только молю, поскорее оставь и уйди.

Крохотный мир, что хранила, любя много лет,
Ты, обнаружив, предательски словом убил.
И до утра, декламируя форменный бред,
Приторный крик в тишине вдруг застыл.

Мария Ярославская, 2013

Анадиплосис

Он за мечтой на край земли,
На край земли летел, скучая.
Скучая, сердце жег в угли,
Угли топил в слезах случайных.

Случайных встреч короткий блюз,
Короткий блюз чужих пунктиров,
Пунктиров, где тире, как плюс.
Как плюс на крыльях бомбардиров.

Светлана Сапронова, 2019

Наше детство

Детство. Ночь. Костер. Деревня.
Запах леса. Смех. Наивность.
Сало. Хлеб. В углях харчевня.
Лет двенадцать. Непрерывность.

Каждый вечер собирались
Пред закатом. Свежесть ночи.

Свет костра. Не напрягались.
Мы смеялись звонко очень.

Запекалась вновь картошка.
Беззаботно. Вновь страшилки.
Вместе. Рядом. Без делёжки.
Мы росли всегда без «ссылки»!

А. Морозов, 2019

Ни жильца в деревеньке нет…

Ни жильца в деревеньке нет,
не залает пёс в конуре…
Словно, яблоневый букет
за рекой на крутой горе.

Как и прежде, цветут сады,
но лишь ветер гуляет в них…
Чуть заметны ещё следы
позаброшенных гряд былых.

Не поют давно петухи…
А деревня была большой.
Кто плодит в городах грехи,
кто на вечный ушёл покой…

Наросло здесь грибных лесов
за околицей вместо ржи.
Над сараем, что в землю врос,
молча ястреб вдали кружит.

Под рябиною вековой,
вспомнив молодости пору,
с модной удочкой городской
на весеннем стою ветру.

Вот и омут травой зарос,
ивняками опутан весь.
У прибрежных седых берёз
вечерами встречались здесь…

Здесь сидели мы допоздна
на крутом берегу реки
в наши лучшие времена,
в наши радостные деньки…

Александр Кругликов

Уходила женщина от мужа

Уходила женщина от мужа,
Со слезами горькими навзрыд.
И хлестал от драмы той по лужам
Мокрый дождь, оплакивая стыд.

Не смогла простить она измены,
Что коварней грубых, резких слов.
И ушла с вещами после смены,
Написав записку: «Будь здоров!»

Осень теребила молча платье,
Растревожив прядь седых волос.
Открывая чувственно объятья,
Для кого-то может быть всерьёз.

Николай Будаев, 2019

Муза и талант

Он рифмы собирал в лукошко
И ждал, когда придёт она,
Та, что гуляла, словно кошка,
И возвращалась, как весна.

Он знал: она была ревнива…
И чтоб вернуть её домой,
То счастье звал к себе игриво,
То звал к себе печаль и боль.

Она внезапно возвращалась,
Вплетая рифмам в косы бант,
Но убегала, не прощаясь…
Так жили муза и талант.

Елена Ларичева

Балашиха

Утром летним, особенно тихо,
А в реке, что зовётся Пехрой-
Отражается БалашИха-
Город ласковый и родной.
Запах нежный, елово-сосновый,
Заодно с ароматом лугов,
Размыкают ключами оковы,
Запылённости городов.
Здесь ансамбли усадеб старинных.
Укрываясь, под липовый зонт.
Прячут крыши от зданий массивных,
Закрывающих горизонт.

Свист синиц, соловьиные трели,
Дополняют полуденный зной.
С тонким скрипом летают качели,
Запряжённые детворой.
В магазин зазывает реклама
Чётким голосом что-то купить
И пытается юная мама
По брусчатке коляской рулить.
Гул машин, создающих заторы,
Стал привычным и даже родным.
И водителей лёгкие ссоры,
Лишь в глаза запускаемый дым.

Вечер летний укрыл БалашИху.
Выгоняя во двор молодёжь.
Завершилась дневная шумиха.
И уснул неуёмный галдёж

Вячеслав Поляков

Опять один…

Опять один… Пером Поэта
Не описать всех красок в мире;
Живи… А как? Когда планета
Сосредоточена в квартире!…

И я люблю ручей журчащий,
Леса и лунную дорожку,
Но час от часу вижу чаще
Однообразный вид в окошке…

Не всё печально в этом мире?
В нём слишком много пустоцвета!
А я опять один в квартире
И жду, когда наступит лето…

Сергей Кочнев, 2019

Лирика осени

Лижет дрова беспощадный огонь,
В пламени мысли нещадно сгорают.
Только, огонь, мою душу не тронь —
Лирику осени кто-то играет…

В теле помятом притихла душа,
Слушает тихие, нежные звуки.
Слушает – слушает, еле дыша,
Крылья сложив, опустив низко руки…

Музыка вечности и пустота
Перекликаются в сонном сознаньи.
Падают – падают листья с куста,
Меньше любви и всё хрупче желанья…

Лижет дрова беспощадный огонь,
В пламени мысли нещадно сгорают.
Только, огонь, мою душу не тронь —
Лирику осени кто-то играет…

Иван Дьяконов, 2019

Лунный свет

Стемнело. Ночь. Луна как блин,
Дырявит темень неба в звёздах.
За тенью день ещё один,
Подался в прошлое на отдых.

Плутает в шторах лунный свет,
В углы сгоняя сумрак зала.
Свеча. Бокал. Раскрытый Фет,
Вновь перечитанный сначала.

С картины круглой на стене,
Толстой глядит серьёзным взглядом.
На лунный свет в ночном окне,
Чуть восхищаясь звездопадом.

Камин живёт ещё теплом,
Покрыты угли белым пеплом.
Часов две стрелки за стеклом,
Торопят время в доме этом..

Сергей Анашкин

Как гармоничны звуки эти…

Как гармоничны эти звуки
В вечернем городе большом,
И острых шпилек перестуки,
И запах кофе с коньяком!

Под саксофона переливы
Весь мир настроился на блюз,
И люди выглядят красиво,
И я в душе почти француз.

Наталия Варская

А не будет ли у вас?

А не будет ли у вас…?
– Нет, дружок, не будет!
И не продолжай рассказ,
Я вас знаю, люди.

Вы попросите воды,
А потом и супа,
Так дойдёт и до икры.
Просто всё и глупо.

Дальше-больше: ночевать
Станете проситься,
А потом права качать,
Чтобы поселиться.

– Зажигалку попросить
Я у вас пытался.
– А затем и закурить?
Знаю. Нарывался.

Протяни вам ноготок —
Нет руки по шею.
Так что ты ступай, браток,
К тем, кто поглупее.

Удочки вам не нужны,
Не нужна рыбалка,
Рыбу вам подать должны.
– Ишь-ты, зажигалка!

Наталия Варская

Пройдут всего – то сотни лет…

Пройдут всего-то сотни лет,
И будет не узнать планету.
Я так и вижу: стужи нет,
Везде одно сплошное лето.

Погода ровная, без ям,
И без излишних возвышений.
Экраны – «стопятьсот» программ,
И все они без извращений.

Но только как тогда понять,
Что в мире стало всё прекрасно?
Сравнений нет и всё «на пять».
Повсюду всё светло и ясно.

Но не отбрасывают тень
Довольно странные объекты…
Без ночи так не дорог день,
Как без зимы не ценишь лето.

И через сотни поколений
Пусть будет мир без изменений.

Наталия Варская

Кто варит варенье в апреле…

Кто варит варенье в апреле,
Тот ягоды вырастил в доме.
Они, вероятно, поспели
На крытом, уютном балконе.

Наверное, это клубника,
А может быть даже малина,
Хотя быть могла ежевика.
Потом допишу. Список длинный.

Но дело, конечно, не в этом,
А в том, что варили варенье.
Костёр разжигали паркетом,
В какое-нибудь воскресенье.

Плита ведь не то, не природно.
Костёрчик надёжней пропарит.
Наверное, так ежегодно
В апреле варенье здесь варят.

Скажите мне: кто эти люди?
И как они так сохранились,
Среди городских наших будней
Во времени остановились?

Не в курсе они, вне сомненья,
Ни ставок и ни котировок.
Пьют чай с этим милым вареньем,
И прост этот мир без уловок.

Наталия Варская

Нет, не искал корабль бури…

Нет, не искал корабль бури
И был далёк от мятежей.
Он вёз шашлык и хачапури
Для угощения гостей.

Купеческие интересы
Настиг нежданный форс-мажор.
И это – новости для прессы,
А для поэтов – тренажёр.

Сейчас стихи пойдут потоком
О бурях, волнах и морях,
О Провидении жестоком,
О затонувших кораблях.

Наталия Варская

А быть иначе просто не должно

Смотрю на очень странную картину,
В которой что-то кажется не так —

Россия, лето,
Квентин Тарантино,
На обелиске имя —
Пастернак.
Но ни с позёрством,
И ни театрально,
Ни кадром для какого-то кино.
Приехал к Пастернаку —
всё реально.
А быть иначе
просто не должно.

Дмитрий Богданов

У причала

На гавань выпал первый снег.
Перчаткой шёлковой с погона,
смахнули вы его:

– К сезону,
одеться нужно…
Где ж шинель?
– Уходим мы, мадмуазель…
– Уходите!!! А я…, одна…
– Увы мадмуазель.
Война…
Ворвётся в судьбы
«мрачной ночью»,
на годы долгие война,
и судьбы многих,
многоточием,
прервёт проклятая
она.

Дмитрий Богданов

Зачем вам лилии французского посла?
(к Вере Холодной)

Зачем Вам лилии французского посла?
Быть может льстил Вам знак от кавалера?
И пусть букет был послан не со зла.
Но почему тогда?
Скажите, Вера.

Скажите, Вера.
Как случилось так?
Уход Ваш и поныне не разгадан.
Так может быть о нём был подан знак
В той песне у Вертинского про ладан?

Ну чем же он был предопределён,
Когда любовь людей не знала меры,
И каждый в Вас в России был влюблён?

Зачем же Вы ушли?
Скажите, Вера.

Дмитрий Богданов

Про интересы

Говорят, что на вкус и на цвет
Подходящих товарищей нет.
Убеждался я в этом не раз:
И вчера, и давно, и сейчас.

Ведь у каждого свой интерес:
У кого – то охота и лес,
У кого-то – грибы и цветы,
Всё, что ближе, то выберешь ты.

Кто-то в жизни и вяжет, и шьет,
По утрам кто- то в ванной поёт,

Кто- то в жизнь претворяет мечты.
Всё, что ближе, то выберешь ты.

Кто как хочет проводит досуг,
Не копируй, что делает друг!
Хоть желанья твои непросты-
Все, что ближе, то делаешь ты!

Можно многое в жизни узнать,
И со временем в ногу шагать,
Но, куда бы не вёл нас прогресс-
Уважай и чужой интерес!

Владимир Мельников, 2018

Омут

Каждое воскресенье он ходит в храм:
Молится, ставит свечки, целуя лик,
Падает сбитой птицей попу к ногам,
Сыплет горстями в ящик в углу рубли.

В среду он ходит скромно один в театр:
Любит партер и запах духов актрис.
Ужинает не поздно, без лишних трат,
Утром пробежка, планка, молочный рис.

Школьный учитель, прячущий тайны в сейф,
Каждую ночь, гуляя маршрутом птиц,
Ловит, бегущих мимо, случайных дев,
Просто числится в списках живых убийц.

Алексей Ежов

Мартовский день

Ярко горит лампада,
Стихла в ночи капель…

С ясным, лазурным взглядом
Скоро придёт апрель.

Лужи хрустят задорно,
Утром весь мир в лучах!
Щебет и свист проворных
В небе счастливых птах…

Днём пригревает солнце,
Тянется март ручьём,
Облако вдаль несётся
Лёгким своим путём.

Вечером всё рыжеет.
Сумерки. Зябко. Лёд.
Люди ждут, птицы, звери
Первых лучей полёт.

Ярко горит лампада.
Вот отворилась дверь…
В тёплый наш дом из сада
В гости зашёл апрель.

Дарья Шибаева, 2019

Весна не то, что осень золотая!

По лужам, по дощечкам, по камням
Весна вприпрыжку скачет молодая,
На радость всходам и трухлявым пням —
Весна, не то что осень золотая!

Искрится взгляд и хочется запеть,
Влюбиться в Вашу Светлость без оглядки,
И оторвать каблук, и улететь,
И приземлиться на пустые грядки,

Тельняшку на груди своей порвать,
Схватить лопату, а быть может вилы
И огородик Ваш перекопать,
И Вас любить, покуда хватит силы!

Иван Дьяконов, 2019

Мир

Замёрз наш мир без шали с кружевами,
Утратил благородные черты.
Как выстоять? Увы, не знаем сами…
Как избежать душевной пустоты?

Как пошлость не впустить в светлицу жизни
И не попасть к соблазнам в цепкий плен,
Как быть полезным для родной отчизны,
Устав от бесконечных перемен?

И ты, и я – мы капли в океане,
В бурлящих водах нас не услыхать.
Морская соль – укол по свежей ране.
От этой боли хочется кричать.

Да, мы с тобой ничтожны – знаю, знаю…
Но, от того, что я к тебе добрей,
Над суетой крыло приподнимаю —
Не ангел я, но все же не злодей.

Смотри на мир влюбленными глазами —
От взгляда так зависит яркий свет.
Согреет взгляд надеждой и мечтами —
Других путей у нас в запасе нет!

Пока живешь, с мечтой не расставайся.
В судьбе твоей крутые виражи.
Зажжется Свет! Ты в том не сомневайся
И всем друзьям об этом расскажи!

Иван Дьяконов, 2019

Фортуна

Дни становятся прозрачней,
Веселей и зеленей.
Как же хочется удачней
Свой отметить юбилей!

У меня полно знакомых,
У меня полно друзей:
Много старых, много новых.
А еще семь дочерей!

Я ведь это не специально,
Просто мало нас – мужчин.
Потому так пунктуально
Ждал, когда родится сын.

Но, фортуна подмигнула,
Усмехнулась за углом…
Помню, как упал со стула
И катался под столом:

Светик, Леночка, Марина,
Зоя, Надя и Любовь,
А еще дочурка Зина, —
Вот такая жизнь – морковь!

Всё, решил остановиться,
Потому что подустал
Я с девчонками водиться, —
В случай верить перестал!

А года летят, как птицы,
Дочки выросли давно.
Все красавицы – девицы,
Хоть снимай их всех в кино!

Дочки внуков подарили —
Сосчитать – не сосчитать,
И мечту осуществили —
Буду внуков балова’ть!

Так что, вы не огорчайтесь,
Если в детях «не комплект» —
А общеньем наслаждайтесь,
Повышайте интеллект!

Светик, Леночка, Марина,
Зоя, Надя и Любовь,
А еще дочурка Зина, —
Вот такая жизнь – морковь!

Иван Дьяконов, 2019

Поэт

Он повторить хотел изгибы рек,
Прозрачный дым тончайших облаков.
Он думал так: поэт – не человек,
А небожитель, глас седых веков
И современный генератор мысли!
Которая впивается в умы,
Которая в объятьях тишины
Звучит и заставляет ось крутиться!
Земную ось крутить ему пришлось.
Крутил во сне и даже наяву,
Не знал покоя, не вкусил блаженства.
Он в шаге был почти от совершенства,
Но вдруг упал, пронзенный, на траву.

Иван Дьяконов, 2019

Мой край!

Как красив мой любимый и сказочный край.

До сих пор не могу слёз в себе удержать.

Для гостей дорогих испеку каравай,

Для родимой земли буду род продолжать.

Говорят, есть получше, покраше места,

Там, где море манит изумрудной волной.

Не могу я начать всё так просто, с листа,

Если кроны берёз не шумят надо мной.

А у нас во дворе заблудилась весна.

Ароматы цветов поплывут вдоль аллей.

Шепчет родина мне: не грусти, старина,

Для здоровья в стакан сок берёзки налей.

Настроенье моё выше всяких похвал.

Каждый шорох весны сердцем чувствую я.

Вновь рождается строчек бушующих шквал.

Вновь пою от души, ничего не тая!

Иван Дьяконов, 2019

Сухого красного и блюз!

Ползет туман над Эйфелевой башней.
Сегодня я, наверное, напьюсь.
Да не в кредит, гарсон, имею «башли»,
Давай сухого красного и блюз!

Сегодня я гуляю на свободе,
Как ветер, где хочу, там и лечу.
Жандармами пока не пойман вроде,
А завтра по этапу покачу.

Налей, гарсон, и молча мне завидуй.
Что жизнь твоя? Передник и поднос!
Напьюсь вина, сказав «мерси» для вида,
За то, что полусладкого принёс…

Светлана Сапронова, 2019

Аристофанов стих

Он, подражая ветру,
Мчался за сказкой в дали,
Здесь он мечту не встретил,
В небе его не ждали.

Он покружил немного,
Будто бы шар воздушный.
Ветер едва потрогал,
Лопнул наш друг натужно.

Значит, мечтал напрасно,
Думал, что жизнь вдохнули.
Вывод один, ужасный :
Просто его надули!

Светлана Сапронова

Тоска о родине

Я слишком часто думаю о доме,
О той далёкой северной стране,
Которая являлась мамой мне,
И этот мир был светел и огромен.

Потом судьбу скрутило в сложный узел,
Как следствие, дороги, поезда…

За все поступки есть у жизни мзда,
Вросли, как корень, на чужбине узы.

А что теперь воспоминаний кроме
Да кучи фотографий под стеклом?
Я оправданьем тешусь лишь в одном,
Что слишком часто думаю о доме.

Светлана Сапронова

Лаванда

Мы сидим на прохладной веранде,
Ты флиртуешь, а я хохочу :
– Посади мне, любимый, лаванду,
Эта просьба тебе по плечу!

Посмеялась и тут же забыла.
А в июне, как раз через год,
На лужайке сиреневой силой,
Словно сказки волшебный полет,

То, о чем позабыла мечтать я,
Как видение утренних снов!..
Я тонула в любимых объятьях
И лавандовом море цветов.

Светлана Сапронова

На встречу…

Я выходной себе назначу в среду
И, подражая вестнику-грачу,
К тебе быстрее ветра полечу,
А, если не получится, поеду.

Ты будешь рад? Спешу к тебе. Пора.
Одетая, почти готова вроде.
Но… стоптаны сапожки-скороходы
И на ковре летающем дыра…

Светлана Сапронова

Весенний ажур

Сквозь редкую облачность неба,
Слепящую мир белизной,
Я радостно, хоть и нелепо,
Ловлю каждый луч золотой.
Лучи разлетелись как искры,
Рассыпали радужный свет.
И солнце так низко, так близко,
Как жёлтых нарциссов букет.

Душистые запахи мая
На крыльях надежды кружат:
Рассветной зарёй обнимают,
Вечерней зарёй ворожат.
Пейзаж за окном моим райский
Цветёт благовонно вокруг.
И вот он – весёлый да майский,
Блестящий – что лаковый – жук.

Янтарные отблески солнца
Прильнули к цветущей земле.
Вот-вот поцелуй оборвётся,
И чуть растворятся во мгле
Фонарики жёлтых нарциссов,
Зелёных берёз самоцвет.
Весенний ажур экзерсисов
Рождает мой майский рассвет.

Наталья Анфалова Сачкова

Коровки

Белые коровки
Над святой Россией
Проплывают ловко
В небе ясно-синем.

Проплывают чинно
Над звенящим полем.
Звон небеспричинный
С белых колоколен.

Крест старинной ковки
В лучезарной раме.
Проплывут коровки
К горизонту прямо.

Проплывут коровки,
Не помнут травинки.
В небе тают только
Белые тропинки.

Вечерок лишь глянет
Из-под чёрных бровок
И, как вкусный пряник,
Съест моих коровок.

Наталья Анфалова Сачкова, 2019

Картина маслом

Погасли свечи. Пальцы пахнут воском.
От Каберне меня уже несёт!
Картина маслом. Помню, был подростком,
И так мечтал вкусить запретный плод!…

И вот свершилось! Завтра. Ровно в девять.
Сказала, как отрезала. Пока.
Стою в недоуменьи. Что мне делать?
Любви река опасно – глубока!

И не найдя весомую причину
Желанью давнему вручить отказ,
Я на свиданье лучшего мужчину
Тащу, как на аркане, в первый раз…

Погасли свечи. Пальцы загрубели.
И Каберне сменил уж Совиньон…
Картина маслом. Помню еле – еле
Всех тех, кем был когда- то опьянён…

Сергей Кочнев

Рука ласкала белый локон…

Рука ласкала белый локон
Твоих обидчивых волос;
В огне свечи безмолвный кокон
Души стремился под откос…

Лиловые кусты сирени
Чернели в бурой тишине;
Глаза дырявили колени,
Рука скользила по спине…

В сияньи рыжего заката
Уста венчали слов обет;
Тела умчались без возврата
В воспоминанья прежних лет…

Сергей Кочнев

За вёсны не в твоих садах…

За вёсны не в твоих садах,
за бесконечность на часах;

за свет в окне не для тебя,
что жить позволил не любя;

за все молитвы и мольбы,
за две дороги у судьбы;

за то, что не играла кровь,
за безответную любовь;

за все стихи не о тебе,
и то, что ты в моей судьбе
.. благодарю.

Ирина Алёхина

Уже весна таинственная млела…

Уже весна таинственная млела,

и на утёсе плавился закат.

А я была в тоске, ну, что за дело? —

так непривычно движется назад

седое время. Стрелки замирают

лишь на одной полуденной черте.

Они молчат, хоть очень много знают.

Уснули тени рядом в темноте.

И снова у открытого оконца

сижу и жду, как много лет назад.

Жду не весну, не птиц шальных, не солнца

Когда в сенях тихонько проскрипят

в давно истёртой краске половицы.

О, как душа томлением полна!..

Вот, потому мне много лет не спится

и так тревожна каждая весна.

Ирина Алёхина, 2019

Возвращение героя

Встречай меня души зазноба

Из дальних странствий и миров.

Урчит голодная утроба,

Слона я съесть, клянусь, готов!

Ты отведи Гриффона в стойло,

Пусть отдохнёт мой ратный друг.

Да приготовь по крепче пойло,

Унылый скрашу твой досуг

Рассказом жутких приключений,

Смертельных битв в краю чужом.

А ты мне нежным, сладким пением

Утешишь сердце перед сном.

А утром вновь зовет дорога,

Еще мне рано на покой.

За то и благосклонны Боги,

К тем, кто бесстрашно рвется в бой!

Не плачь, не лей по мне ты слёзы.

Лишь жди с надеждой глядя в даль.

За горизонтом стихнут грозы,

Вернусь согнать твою печаль.

Олег Неустроев

Русалочка

Я помню глаз твоих фиалки
И губ протянутый бутон,
Который поцелуем жарким
Раскрыл, не зная, что потом
Тобой на веки очарован,
Паду, как в омут колдовской
И не найдя покоя снова
Я буду встреч искать с тобой.
Любовь русалочки туманом
Растает в утренней заре.
И сердце напоив обманом,
Вильнет хвостом, смеясь, тебе.
Я плачу и слезу роняя,
В пучину синевы стремлюсь.
Вот потому вода морская
С тех пор соленая на вкус.
Она молчит, лишь улыбаясь,
Раскрыв объятия свои.
И тонут в море, разбиваясь
О рифы девы, корабли.

Олег Неустроев

День

Денёчек мокроват и ветрен был.
Хотя и майским. И хотя девятым.
Весь мой запал почтить пошёл в распыл:
Кто ж в непогоду будет виноватым?

Но вот сосед под зонтиком побрёл
К гранитному солдатику у сквера.
И в небе – то ли чайка, то ль орёл
Под моросью… Хватило для примера.

Засобирался вскорости и сам.
И вышел не скуля под дождь и ветер.
Такие вот творятся чудеса
Со всеми, кто душой бывает светел.

Я у гранита вежливо побыл.
Представил даже женские стенанья.
Да шляпу перед ним я снять забыл.

Спасибо ветру за напоминанье.

Андрей Фесенко

И далеко ещё до мая…

И далеко ещё до мая,
но до весны не далеко…
А я сегодня вспоминаю,
как пил …парное молоко.

Давно умчались эти годы,
давно отвык от молока,
от автоматов «соки- воды»
и пью… снотворное пока.

А память наша так упряма
и вот уже двадцатый год
мне снится сон о том, что мама
из брюк отца штаны мне шьёт…

Мои штаны давно уж шире
да и длинней давным-давно.
И давят память годы-гири,
но маму помню всё равно.

Светает вновь в оконной раме,
куда-то смертные бегут…
Я вспоминаю сон о маме.
…И там нас мамы наши ждут.

Александр Кругликов

Где – то Баха печальные звуки…

Где-то Баха печальные звуки.
Где-то марш Мендельсона – любовь!
Кто-то к смерти бредёт через муки.
Кто-то к жизни идёт через боль…

Тот рождён на сплошные мученья,
а тому – лишь счастливые дни.
Этим – в пламени жарком поленья,
тем – остывшие угли одни…

Перед тем все распахнуты двери,
а тому – всё преграды в пути…
Да, я верю в судьбу, и не верю
в то, что нам от неё не уйти…

Я – у бездны, у самого края…
Мне бы тлеть потихоньку сейчас,
но горю на ветру
и сгораю.
И остыну в назначенный час.

Александр Кругликов

Живу на обувь не в обиде…

Живу на обувь не в обиде.
Хожу пока не босиком…
Но я в гробу ботинки видел,
Не очень старые при том.

…Кружили в воздухе снежинки,
Когда на кладбище несли
Мои приличные ботинки —
Отцу свои не подошли…

Порой слегка бывает жутко
(Покуда жизнь не рассмешит).
Девятый год моя «обутка»
В земле, не стоптана, лежит.

Наступит день, и мне придётся
Тех повторить ботинок путь.
Ну, а покуда сердце бьётся —
Люблю ботинки помянуть.

А жизнь пошла – одни поминки…
Непоправим здоровью вред.
И снова снятся мне ботинки,
Простыл давно которых след…

Александр Кругликов

Ты всё сказал не в бровь, а в глаз…

Ты всё сказал не в бровь, а в глаз,
и бесполезно спорить было.
И сразу свет в душе погас,
как будто солнышко остыло.

И ты уходишь, одинок.
А солнца нет на небосклоне.
Трепещет сердце, как листок
последний на опавшем клёне.

Бьёт по щекам холодный дождь,
а ты идёшь, ссутулив плечи.
И смотрит он, как ты идёшь
зиме безрадостной навстречу…

Пройдут снега… Ты всё простишь.
Скользнёт звезда по небосклону
и друг придёт.
Придёт он лишь,
чтоб проводить тебя к Харону.

Александр Кругликов

Желание

Снова вечер, мне опять не спится.
На коленях старый, верный кот.
Я хочу немножечко забыться,
От своих безудержных хлопот.

Вот в окошке показался месяц,
Звёздами усыпан небосвод.
Пусть всегда они мне ярко светят.
Загадаю я, желание на год.

Татьяна Бирюса

Даль

Сяду в скорый поезд и уеду в даль.
Пусть меня везёт он, прошлого не жаль.
Промелькнуло детство, где- то за окном
И промчалась юность, этим вечерком.

Зрелость ночью долгой всё со мной была.
Утром уже старость, за окном ждала.
Сяду в скорый поезд и уеду в даль.
Промелькнули годы, мне их очень жаль.

Татьяна Бирюса

Музыка дождя…

А ночью шёл тоскливый дождь…
Играла музыка стаккато…
Он плакал, что не видно звёзд
Средь туч, кочующих легато.

Луна, сквозь мрачный цвет базальт
угрюмо пряталась в туманы.
А дождь ложился на асфальт
Под свет прожекторов в кристаллы…

Сначала только моросил
Тихонько… медленно… в миноре,
Ну а потом, набравшись сил,
Он стал отплясывать в мажоре.

Наутро было много луж,
И дождь устал перед рассветом —
Он спать улёгся, словно уж,
Прощаясь с утомлённым летом.

Наталия Гордейко

Поговори со мной, душа…

Поговори со мной, душа!
Поговори со мной без фальши!
Давай все вспомним… не спеша…
Что было и ушло… Как раньше…

Поговори со мною вновь,
Чтоб радость жить ко мне вернулась,
Чтоб заиграла в венах кровь,
К любви, чтоб сердце потянулось!

Так хочется мне в облака!
Я помню трепет от полета!
От счастья ты была легка.
И чужды были все заботы…

Когда-то, радостно кружа,
Водила с музой хороводы…
Плела из слов я кружева
И украшала  ими своды…

Давай с тобой поговорим?!
Так грустно мне без диалога…
Без ярких красок чудных лир
Не написать мне даже слова…

Поговори со мной, душа!
Поговори со мной, как раньше…
С тобою вспомним не спеша —
То, что ушло… А что же дальше?!

Наталия Гордейко

Симфония весны

Косматей гнёзда-колтуны
На ветках тополей.
И звуки, что в окно слышны
Настойчивей, смелей.
То чавкнет лужа. Глубока!
То, тенор погрубей.
Перо таская из «зобка»,
Чирикнет воробей.
Ручей, пробивший снежный щит,
Свой голос даст, звеня.
Глаголет мир: пищит, трещит.
То грай, то воркотня.
И реки гул вольют. Сильны.
И почка лопнет:" Чок!»
Всё-всё симфонию весны
Исполнит горячо.

Елена Тетюева

Лучик

Сползали низко призрачные тени
в беседке виноградом увитой.
Последний лучик нежно-золотой
котёнком рыжим прыгнул на колени.

В несуетливой грации движенья,
в прожилках виноградного листа
сияла ореолом чистота —
законченная пластика мгновенья.

На пограничье вечера и дня,
на грани помешательства, безумья,
сжигающего адского огня,

когда-то суетливо существуя,
ослепнув и крича до хрипоты
казалось мне, что этот лучик ты.

Наталья Зимина

Я взгляд твой читаю по слову…

Я взгляд твой читаю по слову…
Он словно любовный роман,
И тянет меня, как по зову,
Нырнуть с головой в океан.

Я радуюсь каждой минуте…
Когда мы вдруг наедине,
Две птицы, в синхронном дебюте,
Летящие там, в синеве.

Я счастье вдыхаю всей грудью…
Твой запах, пьянит без вина,
Как путники, мы на распутье,
Дороги мы ищем конца.

Я пью твое слово – по капле…
Как терпкий букет – шардоне,
Два вкуса смешались в бокале!
Два пламени в ярком огне!

Светлана Степчук

Наверное, боги сошли с ума

Часть первая

Камо. Так назвала его мать много лун назад. На языке племени это означало «тихий воин». Породившая его женщина очень хотела, чтобы сын вырос бесстрашным и умелым воином, способным защитить племя от чужаков, не так давно пришедших в их края.

Жители деревни, в которой рос Камо, считали пришельцев кем-то вроде богов, поскольку не может же обычный человек носить сразу две кожи? Первую – цвета выгоревшей травы, а вторую – ослепительно белую? Ну разве кожа обычного человека может сохранить девственную белизну под палящими лучами солнца бескрайней саванны? Разве может обычный человек повелевать огнем, извлекая пламенные цветки простым щелчком пальцев, как это делали чужаки? Разве может обычный человек укротить и оседлать блестящих ревущих птиц, а уж, тем более, построить для этих шумных чудовищ огромное гнездо? Нет, обычный человек на такое не способен. А посему, в конце концов, решили соплеменники Камо, белые пришельцы ни кем иным, кроме богов, быть не могут. Впрочем, и богами они оказались неважными. Ни добрыми, ни злыми, скорее равнодушными.

Лишь изредка чужаки покидали гнездо ревущих птиц, проезжая мимо деревни верхом на диковинных рычащих и дымящих антилопах, чьи ноги по странной прихоти белых богов были сотворены круглыми. Несколько раз, когда Камо был еще неопытным мальчишкой, пришельцы наведывались и в деревню. Пытались научить своему языку. Но местные жители белых богов опасались и не хотели разговаривать на чужом, режущем слух наречии. Поэтому пришельцы вскоре прекратили их беспокоить, предоставив самим себе.

Солнце чередовалось с луной, засухи сменялись дождями, а Камо рос, постепенно превращаясь, как и хотела мать, в сильного, ловкого мужчину. Пришло время, и он стал охотником. Мало кто из соплеменников юноши мог потягаться с ним в удачливости и умении незаметно подкрасться к ничего не подозревающей жертве, чтобы затем сразить ее метким ударом копья прямо в сердце.

Камо нравилось подолгу бродить по бескрайним просторам саванны. Именно в эти, казавшиеся одновременно и бесконечно долгими, и бесконечно короткими мгновения, он мог чувствовать себя частью чего-то большего, чем просто племя. Для него это оказалось прекрасной возможностью познавать окружающий мир, вникая в его вроде бы сложные, но на поверку оказавшиеся простыми и понятными законы.

Трава и деревья дают пищу антилопе или зебре, которых поедает ловкий гепард. После смерти гепард возвращается в землю, становясь, в свою очередь, питательной почвой для травы и деревьев. Именно такая стройная картина мира сложилась в голове Камо. Именно об этом часто говорил шаман, когда по вечерам все племя собиралось у общего костра. Только говорил он гораздо запутанней и сложнее.

Еще будучи совсем юным, Камо, отличавшийся непомерной любознательностью, попытался вызнать у шамана о месте человека и белых богов в этом мире. Но шаман почему-то предпочел просто отмахнуться от назойливых расспросов юноши. Впрочем, став охотником, тот и сам нашел ответ на терзавшие его вопросы. Человек, решил после многочисленных странствий по саванне наблюдательный Камо, находится где-то посередине между антилопой и гепардом. Ему в пищу годится как трава и коренья, так и мясо животных. Но, рано или поздно, любой человек, как и гепард, уходит в землю.

А вот белые боги еще долго оставались для Камо загадкой. До того дня, пока он не решился отправиться к гнезду ревущих птиц. От других охотников Камо уже знал, что путь до гнезда не близкий. Солнце должно трижды смениться луной, и тогда взору откроется широкая и длинная серая полоса. По ней, как ему рассказывали, бежали ревущие птицы перед тем, как с ужасающим грохотом взмыть высоко в небо, укутавшись клубами черного дыма и огня. Зачем они так делали, никто не знал. Ведь другим, обычным, птицам не нужно было долго бежать, чтобы оторваться от земли. Так делали разве что страусы, но страусы и не летали. Во всяком случае, ни одного летающего страуса Камо, как и другим его соплеменникам, видеть не доводилось.

А еще он слышал, что белые боги никого и близко не подпускают к гнезду, прогоняя всех ненароком оказавшихся рядом. Даже могут метнуть гром и огонь в сторону зазевавшегося путника. Но как раз в это Камо почему-то не очень и верилось. Юноше казалось, что стоит только оказаться рядом с гнездом, как он сразу же получит ответы на все терзающие его вопросы. И, конечно, никто проделавшего такой дальний путь прогонять не станет. На то они и боги, чтобы давать ответы. Нужно всего лишь спросить. Разве нет?

Собираясь в путь, Камо не стал брать с собой ничего, кроме каменного ножа, верного охотничьего копья и тугого лука со стрелами. Ни к чему привлекать лишнее внимание соплеменников. Пусть думают, что он, как обычно, отправился на охоту. Да и много ли унесешь на себе? А знающего человека, такого, как Камо, саванна и накормит, и напоит. Поэтому жажда или голод его не пугали. Крикливые павианы, устраивающие жилища недалеко от чистой воды, укажут, где можно вдоволь напиться. Мясо вполне можно добыть и охотой. Ну, а в случае неудачи – в земле саванны скрывается множество съедобных и питательных кореньев и клубней, способных не только насытить, но и утолить жажду.

Покинув родной дом с первыми лучами выглянувшего из-за края земли солнца, Камо вскоре нашел следы, оставленные недавно пробежавшими мимо деревни круглоногими антилопами белых богов. Молодой охотник хоть и знал, в какой стороне скрывается гнездо ревущих птиц, но идти по хорошо различимым на сухой земле бесконечно длинным отпечаткам лап диковинных зверей было гораздо удобнее. Хорошо, что идея этого путешествия пришла Камо в голову задолго до начала дождей, которые легко смыли бы любые упоминания о проехавших здесь чужаках. Да и идти под лучами жаркого солнца было намного приятнее, чем под нескончаемыми потоками льющейся из прохудившихся небес воды.

Шел Камо очень долго, почти не останавливаясь – так велико было в нем желание побыстрее достичь цели и наконец-то получить долгожданные ответы на беспокоившие его вопросы. Лишь пару раз ему приходилось отвлекаться на поиски сочных клубней, чтобы напиться да немного утолить подступающий голод. Впрочем, когда солнце, неторопливо прокатившись по небосводу, устремилось к земле, юный охотник решил остановиться и обустроить место для ночлега. С приходом ночи хищники, очнувшись от дневной расслабленной дремы, вылезали из своих укрытий в поисках пропитания, поэтому дальнейший путь становился многократно опаснее.

Первым делом, до того, как стемнеет, надлежало добыть огонь, который и согреет, и отпугнет непрошенных гостей, будь то трусливая гиена или грозный лев.

С помощью ножа Камо ловко выдолбил небольшое углубление в найденной им сухой деревяшке. Набив получившееся углубление собранными мелкими щепами, крошечными кусочками коры и птичьим пухом, юный охотник положил деревяшку в выкопанную неглубокую ямку. Поместив заранее заточенную длинную и тонкую палку острым концом в забитую трутом выемку, Камо принялся вращать ее резкими, но размеренными движениями. Вскоре трут зачадил робким белесым дымком. Аккуратно раздув угольки, довольный собой умелец перенес их в подготовленную растопку. Веселые язычки пламени тут же радостно заплясали на сложенных домиком сухих ветвях.

Точно таким же способом добывали огонь далекие предки Камо, давно канувшие в бездну небытия. Наверное, так же разводить костры будут и его сыновья, и сыновья его сыновей, и сыновья их сыновей, и будет так до того момента, пока сам мир не рухнет в объятия бесконечной пропасти.

После недолгих поисков охотнику удалось найти немного съедобных кореньев, да поймать несколько ящериц, гревшихся под солнцем на разбросанных по округе камнях. Невесть какая добыча, но Камо обрадовался и такому результату. Спать он будет все-таки не голодным. А завтра, по пути, глядишь, и удастся раздобыть в пищу что-нибудь побольше да посытнее.

Когда пойманные ящерицы хорошо прожарились над сухо потрескивающим пламенем, внимание юного охотника привлек донесшийся откуда-то сверху странный нарастающий гул. Камо с удивлением задрал голову вверх, пытаясь найти источник потревожившего его звука. Высоко в небе, окрашенном багровыми лучами заходящего солнца, юноша смог разглядеть две то и дело сверкающие красноватым пламенем точки. Эти точки, кружась, словно мухи над остатками трапезы хищника, стремительно приближались к земле, с каждым мгновением увеличиваясь в размерах. Раскатистый, басовитый гул с их приближением тоже становился все громче и отчетливее, отдаваясь в голове и ушах неприятной давящей болью.

Завороженный замысловатым небесным танцем, Камо наблюдал за тем, как две крохотные мухи постепенно превращались в огромных ревущих птиц, о которых ему не раз рассказывали другие охотники, побывавшие рядом с гнездом этих чудовищ. Сначала юноша подумал, что птицы, разглядев его с высоты своего полета, решили поохотиться за маленьким и беззащитным перед их силой человеком. Камо хотел было уже кинуться прочь, в безотчетном страхе прикрыв голову руками. Но в следующий миг с крыла одного из летающих чудовищ сорвался вихрь пламени, устремившийся навстречу другому ревущему страшилищу. Сообразительный юноша тут же догадался, что грозным птицам он не интересен, они, как это часто бывает среди животных и птиц, просто не поделили то ли добычу, то ли территорию. В любом случае, нападения с их стороны можно было не опасаться.

Между тем злобно клокочущие чудовища, выделывая в небе невозможные пируэты, то расходились, то, развернувшись, вновь бросались в атаку навстречу друг другу, осыпая одна другую огненными вихрями и снопами ярких колючих искр. В конце концов один из ударов достиг цели. Объятая пламенем раненая птица, как-то обиженно загудев, клюнула носом, неловко перевернулась через крыло, с натужным ревом устремилась было вверх, но вдруг, со страшным грохотом, рассыпалась прямо в воздухе на сотни горящих частей.

Сделав широкий круг над местом гибели противника, второе чудовище победоносно заклокотало и, стремительно взмыв на недоступную взгляду высоту, скрылось в бескрайних просторах темнеющего вечернего неба.

Пораженный видом развернувшегося прямо на его глазах побоища, Камо не сразу заметил, что к земле, среди множества разлетевшихся во все стороны осколков, медленно опускается широкий белый купол, чем-то напомнивший остолбеневшему охотнику дома с округлыми соломенными крышами, которые строили его соплеменники.

Должно быть, решил Камо, умирающая птица перед смертью успела скинуть со своей могучей спины наездника, на краткий миг наделив того возможностью полета, чтобы он смог безопасно спуститься на землю. Или же это проделки самого белого бога и он вполне может летать? Но зачем тогда ему ревущая птица?

Легкий ветерок мягко, но настойчиво сносил купол в сторону росших чуть вдалеке небольших деревьев. Достигнув их, тот, запутавшись в крючковатых ветвях, как-то разом обмяк, мигом превратившись в огромную белую тряпку, почти скрывшую под собой пленившее его дерево. Камо чуть было не закричал от радости. Ему повезло! Больше не было необходимости идти к гнезду ревущих птиц. Белый бог сам спустился с небес, чтобы дать юноше возможность наконец-то удовлетворить свое непомерное любопытство.

Со всех ног обрадованный охотник кинулся к запутавшемуся в ветвях белому полотну, совсем забыв и о костре, и об ужине.

Осторожно приподняв край тряпицы, на ощупь оказавшейся очень плотной, но мягкой, озадаченный Камо заглянул внутрь. Там, словно подвешенная на ниточках кукла, почти доставая ногами земли, болталось на длинных перепутанных лианах странное существо, лишь отдаленно напоминающее белого бога.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.