Знакомство.

Старшие дети пригласили меня погостить в Санкт-Петербург. Удивительно – я поехала. Уже давно никому не удавалось меня вывезти за пределы родного городка. Я по жизни домоседка. Предпочитаю дом, домашние дела всем красотам и развлечениям мира. Поездка получилась насыщенной. Поздняя осень, нелюбимая мною с раннего детства, почему-то не портила настроение. Мы гуляли по парку с внуком, отдыхали в кафе и наслаждались общением друг с другом. Я так давно не видела старшую дочь и зятя, что ни холодный ветер, ни тоскливый дождь и даже низкое, хмурое небо не могли испортить радость от нашего общения. Нам казалось, что на небе светит яркое солнце, нежный ветерок треплет волосы и вокруг звучит музыка счастья. Неделя пролетела слишком быстро. Видно я не смогла скрыть разочарования тем фактом, что завтра наступит момент расставания. Зять в качестве непредвиденного утешительного бонуса предложил устроить прощальный ужин в небольшом ресторанчике на Невском.

Пристроив внука к соседям, мы от всей души нарядились и вызвали такси. Мне так хотелось выглядеть красивой, чтобы дети гордились мной, что я превзошла себя. Мужчины оглядывались на нас, когда мы шли к заказанному столику. Сегодня был мой день. Полумрак небольшого ресторанчика сыграл мне на руку. Я выглядела старшей подругой дочери. Мне это очень нравилось. Возраст с некоторых пор стал навевать на меня грусть – тоску. Тихо звучащая классическая музыка, не мешала нашему разговору. Вечер вышел на славу. Детям удалось развеять мою печаль от предстоящей разлуки и убедить меня, что, если я не буду лениться, и стану чаще приезжать к ним, то они ухитрятся надоесть мне. Я смеялась их шутками, сама шутила в ответ и от всей души наслаждалась вечером.

Держа в руке бокал с гранатовым соком, я огляделась. Внимание мужчин, сидящих за соседними столиками, льстило мне. Может еще не все потеряно в моей наполненной одиночеством жизни? Мной так давно не восхищались мужчины, что постоянно приходилось напоминать себе: сама виновата, сама выбрала одиночество, сама создала свой мир и сама пожинаю плоды той жизни, которую построила. Неожиданно лицо молодого мужчины, раньше сидевшего ко мне спиной, а теперь развернувшегося в пол оборота и заинтересованно смотрящего на меня, показалось знакомым. Встретив мой взгляд, он невысоко приподнял бокал с красным вином в молчаливом тосте и улыбнулся. Этого не могло быть, но это было так. Ты сидел за соседним столиком в обществе солидных мужчин, откровенно скучал и улыбался мне, слегка приподняв уголки губ. У меня закружилась голова от этой ленивой, соблазняющей улыбки. Не знаю где я взяла силы поднести бокал к губам, сделать глоток сока и улыбнуться тебе в ответ. Время остановилось, одновременно ускорив свой бег. Мы общались со своими спутниками, острили, смеялись, но постоянно чувствовали присутствие друг друга. Твои голубые глаза… Как долго я бредила ими! Твои губы… Мальчишеская задорная улыбка… Темные волосы, прядь, упавшая на лоб… Я медленно сходила с ума. Что делать? Именно о тебе я мечтала тоскливыми долгими вечерами. Я не могу тебя так просто отпустить. Скоро ресторан закроется, и ничего не будет, абсолютно ничего. Почему ты спокойно сидишь и не спешишь что-нибудь предпринять? Мы должны познакомиться с тобой. И почему здесь не танцуют?

Зять взглянул на часы и предложил закругляться. Я засуетилась в поисках сумочки, низко склонила голову, пытаясь скрыть от детей предательские слезинки, покатившиеся непрерывным потоком по щекам. Ты поднялся со стула, что-то сказал спутникам и направился к нашему столику. Каждая клеточка моего тела, моего сознания ощущала твое приближение. Я не понимаю, что случилось. Почему какой-то мужчина вдруг начал драку и почему пытался ударить именно тебя? Потасовка моментально стала общей. Не хватало еще с полицией связаться. Зять моментально сообразил, что я от него хочу. Его пиджак преобразил тебя. Ты немного ссутулился, черные очки, поджатые губы и тебя не узнать.

Мы быстро выскочили на улицу, поймали такси и вот мы на кухне у детей. Всю дорогу в такси мы сидели на заднем сиденье тесно прижатые друг к другу. Твоя рука крепко сжимала мое запястье, невольно причиняя мне боль. Я наслаждалась этой болью, мечтая, что еще долго, оставленные твоими пальцами синяки, будут напоминать о нашей встрече. Мне легко удалось убедить тебя, что поздний визит вполне приличен и ты никому не помешаешь. Заботы о внуке погасили наше возбуждение от последних событий. Скоро дети угомонились, и мы остались вдвоем. Это не укладывалось в моей голове, но ты сидел на диване в кухне моей дочери, улыбался своей неповторимой улыбкой и, не умолкая говорил о себе, обо мне, о том, что должен завтра уехать, что мы расстанемся, а тебе очень этого не хочется. Твои длинные ноги, устало вытянутые под стол, иногда нечаянно прикасались к моим ногам, заставляя мое сердце замирать. Я улыбалась глупой улыбкой, сдерживала слезы, все норовящие скатиться по щекам и говорила о себе, о тебе и о том, что завтра должна уехать, но умру, если сделаю это. Я не могу жить без тебя. Ночь! Где ночь? Как быстро она закончилась! Нам пора расставаться, а мы не готовы к этому! Нам бы еще немного побыть рядом друг с другом, касаться виском виска, держаться за руки и говорить бесконечно бестолковые умные слова. Я ласково гладила твое запястье, вдыхала твой запах и растворялась в твоих глазах.

Дети ошалели, когда на простой вопрос зятя, куда тебя подкинуть, так как он уже выезжает на работу, у меня началась истерика. Ты впервые прижал меня к себе, пытаясь утешить, гладил по волосам, целовал руки и нес несусветную чушь о том, что мир не такой уж и большой, что разделять нас будет всего-то океан, и что ты при первой же возможности прилетишь ко мне. Зять взял дело в свои руки. Напоив меня валерьянкой, закутав в теплый плед, он поручил дочке никуда не отпускать меня и не давать плакать. Сам же быстро расспросил тебя о чем-то и увез куда-то, пообещав помочь все уладить. Я вдоволь наревелась и с тоской уставилась за окно, тупо рассматривая, проезжающие мимо дома машины. Когда, спустя пять часов ты вошел на кухню, у меня не было сил подняться навстречу. Я молча протянула к тебе руки и прижала твои ладони к лицу. Ты сидел рядом со мной на диване, глупо улыбался и объяснял, что отъезд откладывается, что у нас есть пять дней для общения друг с другом, и только потом будет расставание. Я так и заснула, прижав к щекам твои ладони, наслаждаясь их теплом и своим безграничным счастьем. Мне не было жаль того времени, что мы потратили на сон. Любые минуты становились драгоценными, когда рядом со мной был ты. Главное, чтобы ты был рядом.

Когда я проснулась, твои руки обнимали меня, худощавое тело тесно прижимало мою спину к спинке дивана, а глубокое дыхание убаюкивало, успокаивало. Я лежала в полудреме, наслаждаясь твоей близостью, пытаясь запомнить каждый миг происходящего. Ты здесь рядом со мной вопреки всякому здравому смыслу и логике. Ты сам отложил отъезд домой из-за меня. Из-за меня! Этого не может быть. Что происходит? Почему ты рядом со мной, а не с какой-нибудь длинноногой красоткой? Ты открыл глаза и потянулся к моим губам. Недовольно поморщился, заметив синяки от своих пальцев на запястье. Я прервала твои извинения, объяснив, что ты уйдешь, а напоминание о том, что это был не сон, хоть ненадолго останется со мной. Ты обозвал меня мазохистской и счастливо засмеялся. Первый поцелуй, наполненный нежностью, очень быстро захлестнул страстью и желанием. Что обо мне, о нас подумают мои дети? Как хорошо, что они ушли по делам. Я не знаю, каким образом нам удалось бы избежать неловкости. Это было прекрасно! Это повторялось снова и снова, захлестывая нежностью и любовью. Да любовью. Я не восемнадцатилетняя девчонка. Я могу отличить любовь от увлечения и банальной влюбленности. Я люблю тебя! Я так сильно люблю тебя! Твои слова о любви прозвучали эхом, повторением моих мыслей. Утомившись, ты задремал у меня на груди, не забывая крепко прижимать к себе. Неужели это все происходит со мной?! Как там сказал классик? «Остановись мгновенье! Ты прекрасно!»

Потом ты сбивчиво объяснял необходимость переехать в номер отеля. Нет, не того где ты остановился в день приезда в город, а того, где нас никто не найдет. Ты хотел, чтобы твои сопровождающие не мешали нам. Я возражала. Мне было жаль денег, которые стоило бы нам проживание в номере, который ты выбрал для нас. Ты смеялся и доказывал, что в состоянии оплатить любой свой и мой каприз. Я смеялась в ответ и говорила, что мой единственный каприз ты, ты и еще раз ты. В итоге, покоренная в очередной раз тобой, я согласилась на все предложенное, и мы после некоторых передвижений на машине зятя остались вдвоем в тихом номере, где шаги затихали в высоком ворсе кремового ковра. Наши мобильные телефоны дружно подмигивали на тумбочке в режиме без звука, сообщая о входящих звонках. Обязанности по работе, по дому пытались привлечь наше внимание. Безрезультатно. В данный момент существовала только одна вселенная, где были мы вдвоем и больше никого. Ты рассказывал о себе, о детстве, о родителях, о работе, которая держит тебя сейчас на другом конце света. Я слушала твой голос, переживала все твои тревоги, радовалась твоим победам и жила в эти минуты тобой, твоими чаяниями, обидами и надеждами. Рука сама тянулась к тебе. Пальцы касались виска, легонько его гладили, прижимались к щеке, ласкали уголки губ и торопились спрятаться в прядях темных густых волос. Ты замирал, долго смотрел на меня и только потом, откинув какие-то свои глубокие мысли в сторону, продолжал свой рассказ. Мы стремились как можно больше узнать друг о друге. Наперебой рассказывали о себе, стараясь чтобы тени прошлого не могли помешать будущему. Мы понимали, всего несколько дней, и мы окажемся на разных концах света. Эти оторванные от работы и повседневных забот дни помимо любви наполнялись для меня отчаяньем. Отчаянье захлестывало нехваткой воздуха, стоило тебе отойти от меня на минуту, на шаг в сторону. Оно давило на плечи тяжелым грузом, напоминая, что каждый миг рядом с тобой, неумолимо приближает нас к моменту расставания. Мы бродили по городу, ели, пили, смеялись, а я все отчетливей понимала, что действительно умру, когда ты уедешь, исчезнешь из моей жизни. Зачем тебе измучанная проблемами тетка? Пусть у нас и не такая большая разница в возрасте, как показалось мне ранее, но она есть. Тебе надо жить полноценной жизнью, а я отпущу тебя и умру.

Мы знакомились с Питером, каждый уголок которого был наполнен историей. Много ходили пешком, держась за руки, фотографировались, обедали пирожками с колой и к моему удивлению, не получили расстройство желудка. Дни нашей любви. Как же быстро они пролетели! Они были наполнены радостью, праздником, общением, постоянными прикосновениями друг к другу. Мы чувствовали себя неуютно, если хоть мгновение части нашего тела не соприкасались. Мне не надо было тебя видеть, чтобы знать, что ты вошел в комнату, улыбнулся или просто отпил глоток сока из стакана. Я чувствовала, что знаю, когда тебе холодно или грустно. Я знала, когда ты хочешь спать или пить. Я все о тебе знала, как и ты знал все обо мне. И это было прекрасно до момента разлуки.

День расставания наступил. Ты укладывал вещи в чемодан. Я лежала на кровати и пыталась делать вид, что помогаю тебе советами. Ты иногда бросал сердитый взгляд на меня, просил перестать маяться дурью, просто взять и помочь со сборами. Я в ответ смеялась, незлобно огрызалась и тратила все свои силы на то, чтобы отпустить тебя без истерик и слез. Я была уверена, как только дверь закроется за тобой, мир вокруг меня станет черным. Я тебя провожу, а потом разберусь с отчаяньем, болью, горем разлуки и одиночеством. Как же быстро ты собрал чемодан. У меня нет сил встать с этой проклятой кровати и проводить тебя. Ты еще сильнее рассердился, когда я сказала, что сдам ключи от номера после твоего отъезда. Ты с трудом сдерживал злость и обиду. Тебя заботила мысль: почему после отъезда сдам ключи? Почему я не еду провожать тебя в аэропорт? Почему мы не можем выйти из номера вместе? Я не была готова объяснить тебе это. Я не уверена в жизнеспособности твоей любви. Очень боюсь глубины и силы своей любви. Ее мощь может раздавить меня, и я не хочу, чтобы она погубила и тебя.

Ты подхватил чемодан, через силу улыбнулся и, не поцеловав, не простившись со мной по-настоящему, вышел за дверь. Щелкнул замок и меня начала бить дрожь. Отчаянье захлестнуло истерикой. Я плакала, выла, кусала зубами подушку, захлебывалась рыданиями от бездонного ощущения потери. Мир рухнул. Тебя рядом нет, и нет сил жить. Вдруг я услышала, как хлопнула дверь. Ты что-то грозно бубнил себе под нос на английском, беспомощно тряс меня за плечи и поливал из графина мутной противной водой. Я отбивалась от тебя, ругалась, но из моих рыданий исчезла безысходность. Ты вернулся. Ты не дал мне утонуть в пучине моего отчаянья. Твердил, что я сведу тебя с ума, что у тебя нет времени и сил разбираться с истеричной женщиной. Богу было угодно за какие-то грехи наказать тебя любовью ко мне, что ты в любой момент можешь прекратить наше расставание, просто мне надо собрать чемодан и поехать с тобой вместе. Тогда ты сможешь каждый день утешать меня, любить и принимать мою любовь. Ты спас меня.

Такси с бешенной скоростью неслось по городу, торопясь доставить тебя в аэропорт вовремя. Из-за меня ты итак на пять дней задержался в Санкт-Петербурге, а теперь мог опоздать на самолет. Казалось, возможность опоздания заботила только меня. Ты сильно прижимался ко мне и тихонько шептал на ухо обещания звонить обязательно по два раза в день, напоминать о своей любви, засыпать с моим именем на губах и просыпаться только с ним. Ты обещал мне, что я не почувствую твоего отсутствия, что только недостаток прикосновений и поцелуев будет напоминать мне о километрах, разделяющих нас. А так весь мир будет наполнен тобой и твоей любовью. Мы не опоздали. Ты улетел. Улетел к любимой работе, друзьям, в другой мир, о котором я знала только с твоих слов. Я так и не успела спросить тебя, почему ты все-таки вернулся, почему не ушел сразу, когда вышел за дверь. Да это было и неважно в данный момент. Ты самый классный, самый шикарный, самый сексуальный, самый темпераментный, самый смелый, самый серьезный мужчина. Ты очень опасный для меня мужчина. Мышкам вроде меня не стоит связываться с хищниками вроде тебя. Я не знаю, что делать с тобой, но я сумею с этим разобраться. Пока мне предстояло научиться жить с тобой и без тебя.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.