Босиком по лужам
Аля Истомина

Иллюстратор Алена Хмель

Корректор Татьяна Геннадьевна Дмитриева

© Аля Истомина, 2021

© Алена Хмель, иллюстрации, 2021

ISBN 978-5-4496-8376-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

НАЧАЛО

– Написать книгу? Ты серьезно? А о чем?

– Не знаю.

– Ну, подумай. Например, о…⠀

– О том, как не грустить, о том, как находить радость в каждом дне, как жить, просто жить. Не про нравоучения и не про мотивацию. А знаешь, так, чтобы о грустном – смешно до слез. Чтобы сложности все испугались и убежали. Просто про каждый обычный день, но весело. ⠀

– А ты знаешь как?

– Нет.

– А на что надеешься?

– Но я же учу себя. Пробую. Спотыкаюсь и иду. А если не буду идти, никуда не приду. Почему ты смеешься?

– Это же такая ерунда, слишком просто. Кому вообще это нужно? ⠀

– Я не знаю. Тем, кто загрустил и не с кем поговорить. Тем, кто споткнулся и боится идти дальше. Тем, кто думает, что он одинок. Тем, кто забыл, что можно говорить хочу, а не только надо. Тем, кто забыл, какие на вкус снежинки… ⠀

– Хм, так может каждый накалякать про свою жизнь – и вуаля?!

– Наверное. И пусть. Но разве плохо хотеть?⠀

Послушай, вот так начиналась бы моя книга:

«Мне не хватало огня.

У меня было мало воли.

Я была очень ленивой.

Но однажды я решила все изменить.

Я написала эту книгу.

Мне 35 лет.

Я до сих пор бегаю по лужам. А ты?»

─ Думаешь, не очень?

─ Не знаю. Как-то сложно все. Кстати, а какие на вкус они, твои снежинки?

Вместо вступления

Однажды ночью я застала себя стучащей по клавишам старенького ноутбука, я втянула себя в эту историю. С жесткими временными рамками. Я написала, что держу в руках свою книгу в 35, а мне на днях 36. Такая незадача.

И вот она я, с дрожащими руками, красными глазами и ежеминутным вопросом «зачем?». С затекшей шеей и литрами мятного чая. Я сама себе бросила вызов. На слабо, на авось, просто так. Чтобы не было скучно.

Я держу ее в руках, эту книгу.

– Тебе больно? Что-то случилось?

– Знаешь, счастье может быть невыносимым.

Я сидела и размазывала слезы.

– Как это невыносимым?

– Тяжелое оно, большое такое. От нехватки сил обнять все своё счастье и просто успеть насладиться им прямо разрывает на куски.

– А ревешь чего? Все хорошо же.

– Так и реву, потому что все хорошо.

И пусть сейчас вокруг глаз разбегаются новые лучики-паутинки. Кому нужна идеальная кожа? Идеальная – неживая. Сбрось ее. Под ней пусть не самая красивая, но зато настоящая кожа.

Я долго думала. Да или нет.

Я читала других авторов. Захлопывала свою писанину и говорила: «Нет! У меня отстой. Никому не нужно. Не интересно!»

Но потом были вы. Со своей поддержкой: «Пиши, Аля, пиши!» И вот я решилась. Даже если мои слова пригодятся всего лишь одному человеку, это ведь уже не зря. Правда? Спасибо вам, каждому.

Ах, если бы вы знали, как волнительно!

А многие знают, я уверена.

Как трясутся колени, как не терпится,

Показать свою милую деточку,

Вынянченную темной ноченькой,

Собранную из буковок в кучку

Между «мамочка, дай» и «что на ужин у нас»,

Свою книжную третью доченьку (:

Пишешь ─ значит существуешь

Написать хотя бы пару строк ─ потребность, которой нельзя пренебрегать. Иначе Она тебя прикончит, эта молчаливость. Ты можешь быть средним, невзрачным, обычным. Но стучишь по клавишам, и ты становишься другим. Ты вырастаешь на глазах.

И иногда в словах не ты, а тот, кем ты хотел быть. Ты сам себе наставник, психолог, мотиватор, лекарь. Ты отпускаешь серость, обыденность и вылезаешь из шкуры, в которой оказался. Случайно или намеренно оказался. А теперь разрываешь оковы, отпираешь засовы, и ты меняешься. Находишь выходы, преодолеваешь сомнения, ты учишься. Читаешь то, что написал спустя время, и не веришь, что это был ты. Но это ты. Реальный, такой, какой есть под этими шкурами.

Ты написал это, и ты можешь больше.

«Бейк спейс»

Пробовать писать и не стирать – самое трудное дело для меня. Клавиша «Бейк спейс» так и манит. Так просто стереть, нажать, разрушить. Легко замести следы. Тык-тык – и чисто. Жаль, что со словами так нельзя, чик-чик – и залетели обратно в рот. Раз-два, и отмотал назад. Хотя…

Какая была бы жизнь нечестная. Сказал гадость, отмотал, взял слова свои назад. А она осталась, невысказанная, где-то глубоко, в душе.

Доверил секрет, вернулся и забрал его. Поделиться хочется, но страшно. И переполняет тебя желание делать то, что хочется. А какой смысл, если все обернется неправдой? Зачем тратить силы на то, чтобы довериться. Ты передумаешь и заберешь секрет.

Зачем расходовать себя? Молчишь и прорастаешь, как тысячи зерен. Из твоих ушей колосится петрушка сомнений, в глазах базилик невысказанной радости, кориандр разочарований из носа. Все это бурно произрастает. До каких пор? Все завянет, иссохнет. Пожинай плоды в одиночестве.

Слишком страшно делиться с другими.

Проще ведь с базиликом вместо ресниц.

Изнутри

Ты думаешь в следующий раз – лучше,

Ты думаешь, будет еще время.

Оно горит за спиной ярко,

Оно сияет разноцветным светом.

Ты опускаешь лицо ниже,

Ты думаешь, будет тебе праздник.

Но только, сколько ни жди, сложно.

И все бегут на свои встречи.

А ты сидишь у окна долго.

Ты набираешь свой текст Вечно.

Стираешь, правишь,

Не замечая, крыльев своих,

Слегка покалеченных.

Ты зажигаешь себе свечи,

Ты отворяешь свои окна.

И крепко-накрепко стиснув зубы,

Ты обнимаешь себя за плечи.

Нельзя не делать уже, так случилось.

Оно не может в тебе копиться.

Оно выходит и ярким светом,

Кому-то нужное,

Будет струиться.

Может быть, тебе пригодится?

ЗАМЕЧТАТЕЛЬНОЕ

Как все успеть?

Перестать смотреть на чужие картинки, где все счастливы. Они умыты, одеты, лучше, чем ты. Они стройнее и веселее. Жизнь их легкая и волшебная. Так кажется тебе.

Каждый день много времени проводишь там, в Зазеркалье. А потом долго вспоминаешь, сколько нужно прочитать книг, посмотреть фильмов, увидеть новых выставок, посетить стран. Чтобы быть, как они.

Ты сохраняешь все заметки, которые даже никогда не просмотришь. Они будут лежать мертвым грузом на дне твоего отчаяния. Как все успеть? Спустя время понимаешь неактуальность. Эти желания не твои. Не нужно тебе вот это все.

Но только попробуй мне сказать, что все это было зря. За каждой картинкой столько историй и трудов. Рисуй сам свои картинки. А как ты ни крути, всегда найдется та, у кого глаза выразительней, смех заразительней. Просто надо остановить эту гонку, принять себя и полюбить до кончиков пальцев. Как и все банальное, но такое простое и правильное. И только нам решать, делать что-то или нет. Мотивировать себя, меняться или маяться от бездействия. Но только ради себя. Осознанно. Здоровье такое хрупкое.

И когда близкие бьются за каждый день, за каждый миг в этой страшной борьбе, я прошу тебя, успокойся, какой целлюлит!? Обними себя. И всех родных. Живы. Живем. Хотим жить. Больше уделяй внимания здоровью. С собой как с хрустальной вазой. Договорились?

Не успеваем мечтать

Самое время давать себе обещания. Направо и налево, рассыпая их как конфетти. Щедро и без стеснения. Раскидывая их по самым дальним закоулкам. Наряжая все вокруг этими яркими клочками бумаги. Новый год, новые надежды, новые мечты. Поэтому мы так любим этот праздник? Как и все новое. Еще один вдох.

А сколько хорошего могло случиться, если бы мы только об этом крепко подумали-помечтали. Но у меня есть чудесное оправдание, ведь только присядешь, и вот: бульон перекипел, пирог сгорел и куча дел за плечами яростно топают ногами. Просто не успеваешь. Даже как-то вяло заламываешь руки и тускнеешь. Когда-нибудь потом.

Но в Новый год от всей души можешь наобещать себе виноградники Тосканы, лодочки на шпильках, похудеть на килограмм, каждый день писать, связать шарф хотя бы кошке.⠀

И начинаешь составлять списки.⠀

Так,

Есть меньше,

Спать слаще,

В кино чаще,

Воды больше,

Гулять дольше,

Музыку громче,

Запах ванили гуще.

Время становится все дороже. Напишу 100 обещаний и еще 100 желаний. И фишка вот в чем: ты начинаешь концентрироваться не на том, что все профукал, а на том, что все будет хорошо и что-то можно еще исправить. Работает.

Проверим?

Давай мы в каждом дне оставим место для чудес?

Снег залепляет глаза и охлаждает голову. Прямо сейчас кто-то разрешил тебе быть счастливым. Было бы здорово, если этот кто-то оказался самим тобой. Только что ушел последний трамвай, и пусть тебе не будет жаль. Ты помашешь ему от души так, чтобы стало тепло. Можешь делать вид, что пытаешься догнать его, дурачиться и бежать на месте. Ты можешь крикнуть: «Подожди! Я так не играю!» Свалиться в сугроб. И прямо сейчас поймешь – тебе в другую сторону.

Расскажи мне: ты смеешься? Как часто ты смеешься? Или кто-то когда-то сказал, что голос твой скрипуч и шершав? Сейчас самое время быть собой. Позволь себе. Как часто тебе хочется обнять мир? Встаешь ли ты с кровати от распирающего желания любить? Почему бы тебе не пригласить себя на свидание? Это сложно. Нужно придумать маршрут. Заставить сиять свои глаза и радоваться перехваченному отражению во взгляде на Никольской. Учиться в глупостях видеть смешное. Растворяться в этом дне и так любить людей: смешных, задумчивых, печальных. Хватать книги с полки. Ходить в дурацкой шапке. Проще жить ровно и размеренно. Сложно жить легко. Сложно любить простое. Как сложно быть несложным.

А я прямо сейчас приглашаю тебя на прогулку. Ты видишь, какая красивая новогодняя Москва? Она влюбляет в себя даже непокоренных, скупых на радость, с застывшим сердцем.

Пообещай мне, что на прогулке будешь внимательно смотреть себе под ноги – с интересом разглядывать поседевшую, хрупкую траву. Ты вернешься с прогулки с красным носом и карманами, набитыми дикими яблоками и продрогшей рябиной. А однажды пообещай принести домой горсть снега. Или крохотного снеговика, который будет жить в твоей морозилке.

Потом мы выпьем с тобой кофе. Понарошку, где-то на параллельных улицах, в других параллельных вселенных. В кафе, пожалуйста, долго выбирай, чем бы угостить себя. Без нетерпения жди официанта. Разглядывай людей и стены, ничем с виду не привлекательные. Но в этой простоте такая красота. Пробуй каждый кусочек и представляй, как это было бы – пробовать этот же десерт на площади Сан-Марко или…

Давай мы в каждом дне оставим место для чудес?

Мечтатель

Представь, ты такая вялая, в глазах блеска нет, тащишься по магазинам и думаешь, как бы быстрее свалить из торгового центра. И вдруг он:

– Родная, давай тебе купим что-нибудь. О чем ты мечтаешь? Бери что хочешь.

– Что ты хочешь? Что хочешь Ты? Ты, ты, ты…

Я дико вращаю глазами. Меня не застать врасплох – я очень быстро соображаю. Эхо в ушах смеется надо мной:

– Да не хочет она ничего, не подготовилась.

Подожди, говорю. Платье, то, которое хотела, вчера купила. Пальто здесь нет. Думай, Аля, думай. Мозги-шестеренки несмазанные скрипят, заржавелые мечты стонут. Ковер нужен в детскую, но это как-то совсем не то. Бокалы – недавно красивые купили. В «Рандеву» скидки же – ой, нет, лень.

Но сдаваться нельзя. Белье я так быстро не подберу. Вспоминаю, что сфотографировала какие-то тряпки.

Пижама. Мне очень нужна пижама. Полосатая такая. Шорты в нежную полоску и рубашка тоже нежная, кремово-голубая. Только загородного дома не хватает с гамаком. Рукава, как я люблю, можно закатать по локоть. Она мягкая и почти даже не пижама. Миленькая такая домашняя царская одежда. Честное слово, я хочу ее и еще тапки такие меховые. Вторые.

В руках чашка ароматного чая, книга, вязаный плед, цветы в стакане. Я уютная фея в пижаме.

– Ты правда эту бабкину пижаму хочешь? Давай другое что-нибудь.

Слышу, что-то рядом разбилось. Мечта? Оказываюсь в детском отделе. Тут всегда безопасно и все нравится. Беру первые попавшиеся леггинсы для Вари. На кассе оказалось, что стоят они 250 рублей со скидкой. На мечту не тянет как-то.

Заранее нужно было подготовиться, понимаешь?

Стыдно

Мне очень стыдно – я не знала, что для того чтобы мечтать – нужна сила воли. Я не знала, что если у тебя есть хоть какие-то данные, честное слово, я не знала, что нужно трудиться много и долго. И для этого понадобится воля. Воля! Только где ее взять?

Как много упущено из-за того, что тебе не хватает лишь одного качества. Я не думала, что это самое важное. С недоумением размышляю, сколько ее нужно, чтобы вернуть себе, эту волю. Вот какой парадокс.

А какой смысл мечтать, если у тебя не хватит воли идти к своим мечтам. Ты не сможешь вставать чуть раньше, не сможешь ложиться чуть позже. Ты не сможешь упорядочить свой график. Зачем вставать раньше мечты, пусть и она спит, калачиком свернувшись рядом с тобой.

Мечтать и трудиться – стоят на одной ступени, вот почему многие боятся мечтать. И я тоже.

Будь готов

Когда ты только в начале своего мечтательного пути, будь готов. Как к чему? Да к тому, что исполняются они иногда слишком скоропостижно, ой, скоропалительно то есть. Сами все сейчас поймете.

Рядом с работой бульвар, много лежачих полицейских, скорость 20 км/ч. И представляете, БЕЛОЧКА. Я еду и думаю, а если мне белочка дорогу перебежала, это нормально?

Я знаю, что для многих белочка – это крыса с пушистым хвостом. А мне они нравятся очень. У меня белочка – это Пушкин, конфеты и детство.

Я стараюсь себя расшевелить и тренируюсь загадывать желания прямо на бульваре. Хочу снова видеть белочку. Давно не видела. Месяц прошел. И увидела.

Истину говорят: бойтесь своих желаний. Я увидела белочку, размазанную по асфальту.

Вдруг она из-за меня того, под машину бросилась, только чтобы я ее увидела. Я же не уточнила, в каком виде белочка должна быть. А если я кита захочу увидеть или дельфинов, мне как загадывать? Ну ладно, на слоне покататься, тут ясно, что он живой должен быть…

Формулируйте правильно, вот что я вам скажу.

Мечтать

Мечтать – это так просто. Так просто, что на эту ерунду совсем не остается времени. Это не требует от тебя никаких усилий. Легкотня. Вот смотри, закрываем глаза и… пусто. Я не могу придумать ничего. Давным-давно я запретила себе. Понимаешь, запретила и забыла об этом.

Но так ведь нельзя? Разве плохо держать в голове красивые картинки. Именно твои, не чужие. Просыпаешься утром и вместо серого неба видишь их. Они согревают тебя лучше всякого солнца, ты не зависишь от него. Потому что внутри тебя огонь. И я тоже так хочу, я буду стараться. Прямо сейчас. Давай вместе?

Хочу вдохновения.

Вдохнуть так, чтобы не задохнуться.

Расправить Сложенные Запыленные

Крылья.

Просто лети.

Открывай свои амбарные замки, скидывай пароли, сдавай ключи.

Дай мне свободу, страх.

Отпусти.

Почему ты держишь меня своей скрюченной трясущейся рукой?

Я ничего не сделаю плохого.

Я лишь закрою глаза и… вот я уже ступаю босыми ногами по белому песку, я кружусь в слишком длинном струящемся платье, у которого мокрый подол. Его облизал океан. Я ведь так хотела нежно – желтое в пол с открытой спиной. Но забыла…

Я сижу у окна. Которое тоже, как и платье, в пол, поправляю свои шерстяные носки цвета крепкого чая с молоком.

Чай, чай, чай.

Завариваю чай.

Закутываюсь в плед.

Впереди зеленая лужайка.

Я молодая вполне.

Я молода, веришь? И ты – тоже.

Если ты так решишь.

Просто разреши себе.

Я в светлом кремовом свитере, под ним шелковое платье на бретелях. Это самая уютная одежда для дома.

Почему мы боимся мечтать?

Почему предпочитаем ютиться в тесном мирке? В настоящей реальности, зато с целым сердцем и спрятанными на антресоль мечтами?

Молчи.

Ты не заслужила.

Чем ты лучше?

Т-с-с.

Зачем так бережно выращивать мечты? Топчи.

Руби. Совсем не больно, когда под корень.

Р-р-раз – пустая голова.

Мытье посуды, трамвай, бюджетный шопинг.

Кто мы такие?

А я скажу тебе «нет».

Хочу и мечтаю. Ты мне не запретишь.

Видишь, я показываю тебе язык, я смеюсь тебе назло.

Я трачу жизнь свою на суету.

Я трачу жизнь на радость.

Сдачи не давай. Оставь себе…

Это не о любви стихи тебе, просто душа просила соль минор

Налей побольше сожалений,

Звенящей радости добавь.

Я не желаю слышать скрип

Твоих сомнений.

И я прошу тебя—

Громкость убавь.

Я потягиваюсь, пусть несмело,

Тихо делаю первый вдох.

Ах, сколько раз я сделать хотела

То, что ты первый сделать не мог.

Тише, тише,

Я просыпаюсь,

Будто снова пришла весна.

И не жди, не томи. Не раскаюсь.

Мне теперь совсем не до сна.

Ни о чем, ни зачем, не думай —

Не должна я писать стихи.

И не буду. Я не стараюсь.

Не отнимешь – сберечь помоги.

Обнимаю. Замок. Ключ на сердце.

Я – на воле. Ты – взаперти.

Точка.

Больно?

Сперва, наверно.

А потом?

Навсегда враги.

Стой. Уходи.

Не прощайся.

И не нужно случайных «привет»

Или нужно.

Очень.

Не признавайся.

Уходи, и…

Не прощай, —

мой ответ.

Не верь

Неверие.

Недоверие.

Неуверенность.

На ощупь идешь,

Не зная ориентиров.

Не спрашивай равнодушных,

Махнут рукой в неопределенном направлении.

А тебе – маяться.

Мол, иди, не путайся под ногами,

Твои вопросы глупы.

Хотя дай я немного повеселюсь

И скажу тебе «нет» – это так просто.

А ты не слушай.

Зажми уши.

Иди. Пусть вслепую.

Пусть на ощупь. Пробирайся вперед.

Если отзывается в твоем сердце,

Если тебе хорошо,

Что еще нужно?

Пусть это и будет главным ориентиром.

Пусть как маяк тебе светит вдали.

Не спрашивай себя:

«Вдруг не понравится другим?»

Просто не торопись показывать.

Дай отлежаться чуду.

Дай вырасти, набраться сил.

Окрепнуть.

Может быть, оно как бриллиант не отшлифовано еще до конца.

Кто-то поранится об одну несовершенную грань и решит, что у тебя ничего не получилось.

Если ты испытываешь дрожь нетерпения, если что-то заставляет тебя подскакивать с кровати раньше времени, пусть оно льется рекой, разреши ему.

День за днем ты будешь становиться лучше.

Расправишь плечи, глубоко вдохнешь.

Ты будешь многих раздражать.

И, может быть,

С тобою будет тесно,

Жарко и от тебя будет кружиться голова.

Ты будешь жадно пить Жизнь,

Рисовать яркими красками.

Ты будешь звучать.

Прошу тебя,

Перестань говорить шепотом.

Подними глаза выше, к небу.

Я хотела бы потрясти тебя хорошенько,

Вытряхнуть скромность, выкинуть страх,

Дать напиться радости, состоящей из смелости,

И отшлепать за гордость, которая словно змея.

Душит, давит, шипит, калечит.

Прогони, выставь ее за порог.

Пусть найдет себе новую,

Слишком робко-забитую,

Похожую на тебя давным-давно.

А отныне – другая ты.

Я взяла тебя за руку.

Я веду тебя сквозь щиты.

Прошу, не отнимай руки.

Слышишь, ветер поет?

Видишь, как он красиво закружил снежинки? Он занят своими делами. Так увлеченно и так отчаянно, без устали он творит. Покряхтывает от удовольствия, награждает себя затишьем.

И даже не знает, как хорошо у него получается.

Ему все равно: он делает то, что нравится, и то, что умеет.

Только я тебя прошу,

Не верь этому «нет».

Мечта

– Разве можно так поступать с мечтой? — сказала я и вытащила потрепанную куклу из большой коробки с игрушками.

Она торчала оттуда вверх тормашками, волосы спутанные. Дорогая кукла ручной работы лежит и ждет своего часа. А дождется?

– Ты почему за ней не ухаживаешь? Не играешь? Ты же так ее хотела.

– Ты же сама сказала, что с ней нужно осторожнее. Что ей нельзя мочить и расчесывать волосы…

Я растерянно замолчала.

Пусть лучше будет заигранная, залюбленная, пусть испачкается, но только не валяется без дела.

– Разве можно поступать так с мечтой? – повторила я уже себе. Моя – тоже в плачевном состоянии. Причесать хотя бы.

Декабрь

Варя попросила у Дедушки Мороза единорога, который светится, весь такой розовый, поет, танцует, может быть, даже пьет и какает радугой, в пижамке, с коляской, кроваткой, бутылочкой, маленькими розовыми ботиночками… И у Деда теперь депрессия. Он понимает, это фиаско. Тут два варианта: сделать вид, что письмо затерялось, не дошло или покупать плюшевого единорога и собирать отдельно ему приданное.

Другое дело, мои желания, простые до изумления. Знаете такие лавки, где чабрец продают, курагу, миндаль и арахис? Так вот, нужен мне поднос фарфоровый, чайник и четыре пиалы. Чабрец, курагу, миндаль и арахис тоже можно, во все эти емкости насовать, что уж мелочиться. Как зачем мне блюдо, которое с полквартиры? Ну, утка, понимаешь, скоро я буду готовить ее. Я друзей, кроме обещаний, кормлю едой иногда. А утке нужно достойное оформление. Как и медовику моему. Он устал являться людям в подносе из Ашана за 44 рубля. Он хочет на другой уровень, понимаешь? А кстати, он отлично будет работать как поднос. Завтрак по утрам в постель, м-м-м? Чайник не сто третий, нет. Чабрец, он хочет именно этот чайник. Тут никакие доводы не сработают. Пиалы… Ой, ну что я распинаюсь…

Дед, да или нет?

БЕЗЗАБОТНОЕ

Удача

Я сегодня самый счастливый человек!

Нет-нет, я не выиграла машину, не нашла 50 рублей, не выиграла в лотерею, не встретила Деда Мороза. Все намного лучше! Представляете, они встретились. Они – это бумажные, влажные салфетки и Рома. Дело все в том, что когда они нужны – их нет. Это я сейчас про салфетки. Варя обольется или перепачкается, а салфетки они, конечно, есть. Дома. В другой сумке.

Как у нормальной рациональной и экономной хозяйки, у меня такое решение: если у тебя 33 сумки, то это расточительство – положить в каждую по пачке. Есть отличное решение – каждый раз нужно из сумки перекладывать их в другую. Это так просто. Заодно тренируешь память и внимательность. Да, рабочий вариант такой, многофункциональный. Сплошная польза от него.

Рома не сдается, он постоянно спрашивает: «А салфетки бумажные есть?» Я мотаю головой вот так – задумчиво показываю то правое, то левое ухо.

«А влажные?» – с надеждой, но уже слегка раздраженно спрашивает он. Я много-много раз киваю и начинаю рыться в сумке с видом глубокого удовлетворения. Точно, да. Положила их в красную сумку, в передний кармашек. Да, точно в красную сумку, только беда в том, что сегодня я с черным рюкзаком.

Мне хочется стереть этот вопрос из его лексикона. И да, еще хочется спросить, как он не устает их требовать. Столько раз слышать «нет» и тем не менее постоянно спрашивать. Сила духа, я считаю. Я бы так не смогла. Это как с чаем, та же история. Мне иногда хочется заорать: «Ты уже пять раз попросил чай, сейчас сделаю! Как ты не устаешь повторять это?»

И вот, сегодня тот самый день!

– Есть салфетки?

– Держи! – меня просто распирает от гордости.

Под удары гонга я мысленно танцую жигу-дрыгу. Я предвкушаю следующий вопрос, в котором откуда-то взялась какая-то нелепая подозрительность:

– А влажные?

И тут я как черт из табакерки выныриваю из сумки с диким улюлюканьем и пачкой салфеток в руках! Да, это успех!

– Это что, влажная туалетная бумага?

– О, ну какая разница!

Варя

Когда Варя сыта – это совсем другой ребенок. Прыгает на одной ножке, смеется по любому поводу и пританцовывает от радости. Не то, чтобы мы ее не кормим, нет, просто она малоежка. Иногда мне становится жутко, так как я не знаю чем бы ее накормить. Моя фантазия иссякает быстро. «Варюш, вот расскажи, что ты любишь?».

«Манную кашу, макароны и морковку», – такой вот ответ. Мама моя дорогая, если бы они еще как-то сочетались между собой, эти три блюда. Поэтому чаще всего она как валенок. Еле передвигает ногами и ни на шаг не отходит от меня. Ноет, ноет, ноет.

Но сегодня – чудо-ребенок, она шутит, бегает и смеется. Это как солнце в ноябре в Москве. Радостно так и неожиданно. Вдруг всхлипывания. Что опять такое? А? Варя хлюпает носом, склонившись над листом А4. Там мои каракули. Но не только. Под каракулями – грустный еж кисти Варвары.

Дело в том, что когда я говорю по телефону – я калякаю на чем придется.

– Ничего страшного. Стоп, спокойно. Мы сейчас же нарисуем такого же красивого ежика. Хорошо? Обещаешь не плакать? Тащи бумагу. Листы. Будем рисовать. Ужин подождет. Договорились? Почему ты плачешь? Обещаю, он будет еще красивее и не такой грустный. Мы его нарисуем еще ярче. Он будет как живой. Давай возьмем фломастеры? А может, красками его напишем? Погуще да поярче. Он нам будет улыбаться, хорошо? Почему твои слезки не высыхают? Хочешь, я сама нарисую, ладно? Вот смотри, иголочки, четыре ножки и мордочка с улыбкой. Нет? Почему нет? Ну почему нет?

– Потому что это не ежик, а закат. Закат, понимаешь, мама?

На том листе был нарисован закат.

Сережка

Дарить мне подарки, особенно хорошие и значимые вещи – это все равно что взять и выбросить их на помойку. Если вам хочется подарить мне что-нибудь хорошее, просто выбросьте это из головы и подарок свой туда же отправьте.

Я уже говорила, что была цыганкой в прошлой жизни. Предположительно. А теперь расплачиваюсь за все украденные украшения.

Пришла на работу в двух сережках, ухожу в одной. Им от роду три дня. Новенькие, подаренные от души. Я как увидела пустое ухо, так сразу выть захотелось от бестолковости своей. Обшарила весь холл, раздевалку и душевую кабину. Все верхнюю одежду по ниточке разобрала. Полотенце, которым вытиралась, под микроскопом рассмотрела.

Не бывает так. Так не должно быть, что им три дня, а их уже нет. Несправедливость какая-то. Это даже для меня слишком лихо.

План А: Куплю на «Авито» одну, наверняка не одна я такая.

Тык-тык на сайте. Напрасно ─ я одна такая. Уникальная.

План Б: Ладно, куплю еще комплект, будет три, наверняка потеряю еще одну.

Три раза обошла все возможные места, сникла. Часа два прошло. И я подумала: почему так просто сдаюсь? Изо всех сил буду на ладошке представлять ее и чувствовать радость. Прям как заору: «Нашлась! Ура!» Нужно почувствовать эту вибрацию радости. Будто, правда, вот она. Если я мылась, она могла в сток провалиться. Да?

─ Александр! Умоляю, сделайте что-нибудь.

Александр ─ это наш технический персонал. Мастер своего дела. Он вооружился какой-то штуковиной, сразу видно ─ для вылавливания сережек из канализационных труб. А я стою и не сдаюсь. Я вижу ее на ладони. Грязную такую, без застежки. И не отпускаю ее. Если я махну рукой и скажу свое дебильное «Ничего страшного», то все, понимаете, конец.

А я держусь из всех сил. За свой спортивный топ. Почему-то трясу его ─ и вдруг она выпадает прямо из топа. Подействовало, сработало!

Потрясла еще раз себя, и застежка вывалилась.

Не сдалась.

Бывало у вас так?

Воришка

Она присылала мне фото водопадов, озер, венецианских каналов. А я стояла на кассе с открытым ртом.

Ромка расплатился, сложил все в пакет. Я все так же, с открытым ртом, иду, уткнувшись в телефон. Люблю, когда глазик радуется. Водопады все-таки. Возле подъезда обнаружила у себя подмышкой что-то чужеродное.

Не клатч.

А десяток яиц.

Первой категории.

65 рублей по акции.

Беленькие.

Она мне водопады шлет, а я ей: «Я из-за тебя яйца украла. Я ─ яичный воришка! Гроза „Пятерочки“».

А она: «А чего уж тогда не высший сорт, продешевила».

Наверное, мне надо было вернуться и сказать: «Вы знаете, я яички украла. Случайно. На водопады засмотрелась». Стыдно. Я же далеко с ними ушла, в подъезд. А карму портить жалко.

Подбросить их обратно в магазин или слопать, чтобы совесть не захворала? Как уснуть? Яйца перед глазами. Вдруг они это прочитают и придут меня того, а? Не яйца, конечно, а кто-нибудь из «Пятерочки».

А у меня гренки на завтрак по плану были. Такие вот, послушайте. В черном зерновом хлебе дырку прорезаешь. Кладешь на раскаленную сковородку сливочное масло, потом дырявый хлеб, туда яйцо разбиваешь. Потом перевернуть и адыгейской солью посыпать. Соль кончилась, а яйца… Тьфу на них.

Воскресенье

Силы покинули меня и на прощанье не помахали рукой даже. Мне нужен полноценный отдых. Без суеты. Просто лежать целый день.

Невероятно, но завтрашний день все расставит по местам. Нужно как следует наполниться силами. Предвкушаю, как утром натяну одеяло по самый нос. И можете делать что угодно: завтракать тем новогодним подарком, ставить айпэд мне хоть на голову и смотреть мультфильмы как хотите громко. А я буду отдыхать и даже не пошевелюсь целый день. Наконец-то. Неспешно вылезу из кровати часам к 11 на ленивый завтрак в пижаме и с растрепанными волосами.

Я целый день буду из угла в угол перекладывать вещи, а в перерывах между этим занятным делом, смотреть какой-нибудь бестолковый, но для настроения фильм. Я буду чай пить прямо в кровати, словно в этот день, кроме кровати, нет ничего важнее.

Воскресенье, 7:30

Что такое? Почему звонит будильник? Все просто, мне к 9 к врачу.

Прием. Укол, рентген. Домой. За 45 минут на каршеринговой машине. Дети даже не поняли, что мать куда-то подевалась. Они еще зубы не начали чистить к моему возвращению.

Душ. Завтрак. Уборка.

Чуть позже смс от подруги: «Вы помните, что у Вари елка в 12:00? Встречаемся там».

Сборы на елку. Танец Деда Мороза под песню «Между нами тает лед» ─ настоящее откровение.

Еще чуть позже смс от другой подруги: «Мы припаркуемся возле „Известия-холл“. Ждем вас в 13:30 ─ 14:00, погуляем на Пушкинской. Потом поедем к нам на обед. Девочки едят „цезарь“?»

Девочки мои ничего не едят, кроме шоколадных конфет ─ хотела ответить я. Но понимаю: а) у моей подруги будет шок, б) как я раньше не додумалась, что слово «шоколад», оказывается, произошло от слова «ШОК»!

Это не точно, но многое объясняет.

Мы гуляли так весело и долго, ключевое слово ДОЛГО, что мне до сих пор кажется, что подошвы мои так и остались примерзшие к Тверскому бульвару. Причем мои дети и я околели. А она и ее дети носились по всему парку со словами «Еще! Еще!» Мы с Аришей решили, что, пока ватные штаны не приобретем, больше с ними мы не гуляем. Насилу дождались, когда запихнемся в машину и поедем греться к Цезарю в Кунцево.

Когда я допила пятую чашку смородинового чая ─ я не вру ─ и второй бокал Пино-Гриджио, пришло еще одно смс от подруги: «Готовим ужин, мы голодные. Без вас не начинаем, ждем часов в семь».

«Вызываю такси. Ждите!» ─ не оставлять же друзей голодными.

А полежу я обязательно, в следующее воскресенье! Обещаю, вот вам честное пионерское. Сейчас только в ежедневник внесу, чтобы не забыть. Так, выспаться как следует и лечь пораньше в следующее воскресенье… Какое это число? 31 декабря?! Эх!

Антон

Это ж надо, додуматься и прийти в ГАИ в свитшоте с надписью «Я пришел договориться». Мне показалось, а может и правда, вся очередь тихонько заскулила, когда увидела этого лихого парня. Тут же поймала себя на мысли: а почему у меня нет такого? Я не про парня, конечно, а про свитшот.

Мой-то рядом, не парень, а муж, но когда мы с ним только вдвоем, нам кажется, что мы снова глупы и свободны. Хихикаем, шепчемся, никто и не подумает, нам так кажется, что у нас есть два чуда, одно из которых вчера присвоило мои кроссовки, которые даже мне слегка свободные.

Исподтишка разглядываем этого парня.

А он, как назло, похож на одного нашего друга, особенно когда сильно задумается, словно немного не в себе.

─ Это же Антоха, ─ я прячу смех в Роминой подмышке.

А потом, наоборот, он, захлебываясь, зарывается в мои волосы и там отчаянно ржет.

─ Точно! Зачем ты мне это сказала?

«Я пришел договориться» подъезжает на площадку ТО вторым и занимает очередь за нами. Мне очень хочется посмотреть, как понравится его надпись полицейским. Интересно же. А они реагируют не так, как мы. Им не смешно.

─ Сейчас ждем X5 и отправляемся под навес, – говорит мужчина в форме.

─Зачем нам ждать X5? ─ c круглыми глазами спрашиваю я Рому.

Я первый раз ставлю машину на учет. А он ─ сто первый, поэтому куда-то вечно убегает: то автобус направляет на путь истинный, то дедушку на новехонькой машине в правильную очередь.

─ Какой еще X5? Эксперта мы ждем.

─ А-а-а!

Мы опять давимся от смеха.

Вот вам задание. X5 и эксперт ─ похоже звучат? Или это я того?

Потом нам снова нужно добраться в ГАИ. Кто быстрее. Дедушку в расчет не берем, а вот «Антон» представляет некую опасность.

Мы паркуем машины почти синхронно. А он просто жульничает ─ бежит, сверкая пятками, занимать очередь. Я от смеха не могу сдвинуться с места, как в том сне, когда ты пытаешься убежать от врагов, а на самом деле стоишь на месте.

Ну и ладно, пусть бежит, думаю. Зато мне красивые номера достанутся. И ведь достались же, случайно!

Варя

Если вдруг ребенок выглядит жуть каким счастливым и не может сдержать своей подозрительной радости, надо срочно завершать завтрак и искать причину.

В спальне на кровати разложены вещи, которые я планировала надеть ─ желтое платье в горошек и белый пиджак. А из кармана пиджака выглядывает таракан.

– Вар-ю-ю-ю-ш!

Ребенок сияет и от радости мелко дрожит.

─Мама, там еще и божья коровка. Найди!

─А что она там делает?

─Просто хотела подружиться с тараканом!

─Живая?

А в голове проносится: желтое платье в белый горошек ─ это красиво, а если еще и белый пиджак в желтую крапинку ─ наверное, перебор. Но как раз звериных принтов у меня нет.

─ Нет, засохлая, только она потерялась в твоем кармане.

Вот такая крепкая дружба резинового таракана и дохлой божьей коровки.

А вы находили что-нибудь необычное в своих карманах?

Вне

Она плясала беззаботно и легко. Запрокидывала голову, когда смеялась. Она была не худой и не толстой, не старой и не молодой. Она просто была. Раскачивалась в такт музыке. Старательно повторяла за тренером движения. Спотыкалась, смеялась и начинала заново. Снова ошибалась и охотно начинала вновь.

Я стояла за стеклом, музыки слышно не было. Это всего лишь маленький зал в библиотеке с панорамными окнами. Мне хватило пары минут, чтобы полюбоваться и чуточку позавидовать ей.

Жизнь такая разная, не всегда ласковая. Но если ты в 60 лет с таким задором пляшешь, что это? Что это значит?

Носки

Помните ведь про носки эти страшные истории?! Наверняка, у вас это тоже случается. Чтобы не свихнуться, я даже провожу опрос. Вы можете принять в нем участие. Вопрос вполне невинный: «Куда деваются носки?»⠀

Не-е-т, ну не сразу все носки, конечно. Не парами. Они уходят по одному. Причем лучшие из них. Оставляя мучиться своих партнеров в ведерке, таком милом ведре для потеряшек.

Оно набито. Оно с горой. Там носки невинно-белые, игриво-полосатые, милые в горошек, нежнятина с сердечками, благородные черные… и все по одному.

И в очередной раз:

─ А где, блин, носок, мой второй?

─ Может, в ведерке? ─ робко предполагаю я.

─ В каком таком еще ведре?

─ Ну, там, где они ждут друг друга. Понимаешь, у них нет пары.

⠀Что за кладбище носков такое? Если так и дальше будет продолжаться, то у кого-то точно скоро не будет пары.

Про носки можно продолжать бесконечно. У нас опять с ними проблемы. Может немного лучше, чем первый вариант. Рома скачет на одной ноге:

─ Где мой носок?

Тут уже я не выдерживаю:

─ В шкафу, где же еще.

─В шкафу лежит, да. Но один.

Нет, в этот раз не надо списывать на барабашку. Все гораздо проще. Какой-то сбой. Все остальные носки ─ они просто лежат в корзине для грязного белья.

Вот так. Один чистый в шкафу, один грязный в корзине. Тут и кричать не надо, надо пораскинуть мозгами, и все. Либо надеваешь один чистый, один грязный ─ зато пара! И второй вариант ─ два разных, зато чистых.

Выбор у тебя всегда есть, правильно ведь говорят.

Аптека

Срочно в аптеку. Утро раннее. Не то что очередей, никого никогда нет. Покупай что угодно и не шепотом. Всегда. Но не сегодня.

─Проходите, пожалуйста!

Красавчик открывает дверь в аптеку и пропускает вперед.

Нет, о нет! Значит, я первая буду говорить. Отважно:

─Мне банку для анализов!

И смотрю на брутала в костюме-тройке. Теперь, мол, твоя очередь. Удиви меня. А тут вопрос от фармацевта:

─Для мочи или кала?

Уже не смотрю на него… (Я нравлюсь себе в красных трусах. Они очень идут к моему цвету лица… Дж. К. Джером. Трое в лодке…) ⠀

─ Первое, пожалуйста!⠀

Теперь он:

─ А мне лоперамид!⠀

Уха-ха.⠀⠀

─Таблетки или капсулы?

─Первое, пожалуйста!⠀

Библиотека

Я сразу заподозрила неладное. Мы выбрали с Ариной книги и даже несколько раз передумали, взяли другие. А этот юноша лет десяти, который был перед нами, все стоял и говорил. Библиотекарь Татьяна радостно отвечала. Я подошла чуть ближе, надеясь, что мой несвежий цвет лица хоть как-то ускорит дело. Она подняла на меня две пары глаз и совсем не заметила, что я зеленею. Наоборот, широко так улыбнулась. Искренне и беззаботно. Мне немного даже полегчало. И по третьему кругу стала рассказывать про новые правила, стараясь ничего не забыть: «Десять рублей в день за одну просроченную книгу! Если целый месяц передержишь, то триста рублей, а это дороже, чем новая книга». Я не шучу, 10 рублей! Новые правила. Раньше хоть всю библиотеку унеси себе домой, никто и не заметит.

Пришлось выразительно расстегнуть куртку и обдать Татьяну паром. «Да-да, у нас так топят сильно. Так что если вам жарко, приспустите одежду!» Когда очередь дошла до нас, мы долго выясняли, есть ли на руках книги и как давно я была. Ее пальцы скользили по формулярам и вдруг замирали. Она несколько раз переспросила фамилию.

⠀

Вдруг, вспомнив какую-то невероятную книгу, точного названия которой она не могла припомнить, коснулась пальцами лица. И снова вернулась к поиску формуляра, начав все сначала. Нет, только не отвлекайся, пожалуйста, ищи. Мы с Аришей еле сдерживали смех, незаметно по очереди толкая друг друга и делая страшные глаза. «Отдайте мне мои книги», ─ одни губами говорила я.

А она, то останавливалась, то яростно перебирала корешки, перемежая историями из жизни. Мне хотелось отобрать ручку и самой заполнить формуляр. Быстро, размашисто чиркнуть и вновь бежать. Ключевое слово «БЕЖАТЬ». Только не понятно, куда или откуда. А люди наслаждаются моментом. Мы все такие разные.

Вы книги вовремя сдаете? А то новые правила.

День рождения

Тихонько выползаю из-под одеяла, попадаю ногой в чашку. Не тихонько. Книга бесшумно скользит по кровати, а потом грохается о пол. Тихонько же надо! Сумка на двери любопытно лезет в проем и с таким удовольствием гремит цепью.

С трудом прикрываю дверь, запихиваю любопытную сумку обратно. Ставлю чайник. Первая смс из соседней комнаты:

─ Флаги погладь!

Все-таки разбудила.

Как же так, пристал с этими флагами, у меня ведь сегодня…

Второе смс:

─Да, и с днем рождения, родная!

Тогда ладно. Другое дело. Сияю.

Что бы на завтрак такое праздничное сварганить? В холодильнике случайно есть руккола, соленая семга, мягкий сыр, свежий хлеб… для полного счастья не хватает яиц пашот.

Раз уже проснулся, тогда громко из кухни ору:

─Будешь яйцо пашот?

─Мне показалось или на завтрак у нас Ашот?

─Показалось! Яйца такие, в пакете вареные!

─А нельзя их просто в скорлупе?

─Сегодня нет, праздник же!

А флаги, потому что соревнования у Аришки.

7.04.2018

Зоотакси

Дело было в декретном отпуске, а когда ты там, перспектива немного заработать ─ очень заманчива. Всего-то отвезти Розу на тренировку. Я поразмыслила, что работенка-то не пыльная, обрадовалась и не стала вдаваться в подробности.

Я на сверкающей машине, с легким макияжем и в самым любимых очках. Я ─ крутая женщина-такси. ХА! Дом Розы на Чертановской улице, а тренируется она на другом конце Москвы, в парке.

⠀

Я немного волновалась, но у меня были очки и навигатор. Они придавали мне сил. Правда, мы с навигатором иногда бодаемся. Но я решила усмирить свою гордыню и просто вбить адрес. Вернее, название парка.

⠀

Усадила Розу, как королеву, устлала ложе коврами. Ее голова упиралась в крышу. Может, это и к лучшему, не свалится на повороте. С ней были сопровождающие ─ хендлер и мама (мама, конечно, хендлера, хотя Розина, в некотором смысле, тоже).

А еще я очень радовалась, что Розу не тошнило. А что было бы, если да? Но ─ нет.

⠀

Я предусмотрительно открывала ей окошко, чтобы —с—л—ю—н—и— —у—н—о—с—и—л—о— —в—е—т—р—о—м—, – —а— —н—е— —к—а—п—а—л—и— —н—а— —м—е—н—я— она немного подышала.

И вот, за десять минут до назначенного времени, мы подъезжаем к эстакаде и через пару минут мы должны приехать.

Ура! Я такая молодец! Мы на эстакаде и через пару секунд мы должны уже приехать. Мы приехали, но мы на эстакаде! Черт подери. Парк остался под эстакадой, с левой стороны, навигатор этого не знал. Я тоже. Ленинградка казалась мне дорогой в никуда и что съезда не будет до самого Ленинграда.

А дальше все как в тумане. Я ехала-ехала, Роза судорожно дышала мне в ухо, отчаянно капали слюни. Но я должна, должна была ее привезти. И привезла, с опозданием на час. Съезд и правда был возле… —Л—е—н—и—н—г—р—а—д—а— – точно не помню, где.

Она потренировалась минут 40, и мы поехали обратно.

Роза ─ королевский пудель благородного шоколадного цвета. И, конечно, она не просто Роза. А какая-нибудь Розамунда Вельветина Мариетта и так далее, я не помню. На обратном пути хозяйка Розы доверчиво предложила мне свозить кошечек на выставку в Тверь. Целую ораву кошек. На машине. В другой город. Я вот до сих пор гадаю, почему?

Наверное, ей понравился мой стиль вождения с легким оттенком топографического кретинизма. Занавес.

В гости

А все-таки здорово иногда убежать из дома, когда всех уложишь спать. За пазухой игристая Cava и тазик винегрета. Да-да, время оливье вышло. Бежать и надеяться, что винегрет доживет до гостей, а не закончит жизнь свою бесславно, вот так вот, прямо в пуховике или на нем.

И именно бежать, вприпрыжку, чувствуя себя такой молодой и свободной, перебегать через дорогу, балансировать на тонкой корке льда, показывать язык машине, которая тебя не пропустила на пешеходном, бережно проверять винегрет и врываться в гости, вот так вот внезапно.

С холодными руками, но горячим сердцем. Опять есть жженую бумагу, жечь свечи и загадывать о… Уже не так рьяно. Но все же. И так же вприпрыжку бежать домой, целовать своих спящих ангелов и СПАТЬ. Такой длинный день ─ утром сборы и проводы Ромы, потом садик, школа, работа, уборка, приготовление еды, прием гостей и, наконец, в гости.

Такой вот день. А у вас как дела?

Я болею

Из носа льет, голова трещит. Как хорошо, что выходной. Ничего делать не буду, вот пальцем даже не пошевелю. Буду книгу весь день читать и чай чайниками глушить. Это надо же, счастье какое привалило!

О, на гимнастику Варюшу везти надо!

Подъем.

Встали, оделись, побежали. Вернулись домой, на пороге соль и жижа ─ вытерла, соль щеткой смела. Не то.

Пылесос моющий собрала, пропылесосила. Пылесос разобрала, помыла его. Снова тряпкой протерла коридор, случайно помыла детскую, спальню. Не собиралась.

На кухне ─ пришлось попотеть, оттирая кашу.

⠀

Вот сейчас пойду и лягу. Подняла взгляд на фасад шкафа ─ и там каша, пришлось снова тереть. Время обеда пришло, доварила суп, поели, посуду помыла. Под столом опять крошки ─ щетку схватила. Стиральная пропищала.

Не буду, пойду, лягу лучше. Не успела опомниться, висит белье, довольное. Легли на кровать, д-а-а! Книжку читаю, правда, не себе и вслух. «Пеппи Длинный Чулок».

Мультиварка завопила, чтоб ее. Орет она так, что мертвого поднимет, а не то что меня, планирующую поболеть. Лечу выдирать из розетки.

Только легла, Аришка приехала с занятий ─ покормила, посуду помыла. «Мам, к чаю ничего нет?» Шарлотку в печку сунула. Стемнело. Уроки на десерт. Самое время для них, почти восемь вечера воскресного дня.

Елки-палки, банный день ведь! Головомойка всем! И кролика белого пришлось стирать. А потом всех феном сушить, кролика тоже. Потому что трагедия. Нужен сухой кролик, а не мокрый. И его нежно надо, нельзя как попало крутить и за ушки хватать.

⠀

Все вместе лежим на большой кровати, книжку читаю. Снова вслух и не себе. «Слепой музыкант». И так хорошо мне стало! Выздоровела. Болеть-то некогда! А вам?!

Аришка

Неужели 12 лет назад я вот так же сидела на кухне в 7 утра и недоумевала, почему мой муж пошел чинить стиральную машинку к соседям, вместо того, чтобы везти меня в роддом.

Это наша фирменная история.

Аришка научила меня летать. Быть легкой. Гибкой. Искать нестандартные решения. Менять мое «нет» на «да». Она убирается лучше меня, если найдет вдохновение. Мне остается только помогать это вдохновение искать, пинками иногда.

Я обожаю читать, она ненавидит. Но…

У нее все по полочкам, она с самого детства знает, чего хочет. Уже в годик она точно знала, какие ей нужны носки, желтые или фиолетовые. Хотя, мне кажется, в этом возрасте тебе должно быть фиолетово, какие на тебе носки. ⠀

Она самостоятельная.

Самодостаточная.

Четкая (именно этот эпитет почему-то подходит как никакой другой).

С первого класса рюкзак она собирает себе сама, а Варю, мне так кажется, и в институт я собирать буду. Прости, мой маленький пупсик. ⠀

Она веселая,

Добрая, красивая, нежная. ⠀

А в детстве была колючим ежиком. ⠀

Шустрым, деловым и вечно занятым своими делами. ⠀

Даже на ручках сложно было подержать.

– Мне некогда, мама.

⠀

Я обнимаю тебя, моя большая девочка.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.