ФИГУРАНТЫ. ВЕРОНИКА АЛЕКСАНДРОВНА – Балерина кордебалета. Красива. Одета современно, со старомодной тщательностью. Больна. На своем юбилее, исполнив роль связующего звена любви четверки, отстраняясь от реальности, тихо умирает во сне под грудой венков, букетов и подарков.

БОРИС ФЕДОРОВИЧ – Фига. Журналист. Среднего роста. Симпатичен. Усы, борода – вольно растущие. Грустно, улыбчив. Костюм старомодный, тщательно отутюжен.

ГРИГОРИЙ НИКОЛАЕВИЧ – Бутса. Бравый, рослый полковник в отставке. Но не солдафон. Ракетчик. Бабник по определению. Жена ушла. Костюм шикарный по меркам восьмидесятых годов прошлого столетия.

АРТУР ИВАНОВИЧ – Железо. Биржевик. Одет скромно, но с точно рассчитанным вкусом. И линия жизненного поведения – скромность как принцип, как изящество манер. Считает себя первым претендентом на руку Вероники. Коротышка.

МАРИЯ ПАВЛОВНА – дочь Вероники. Бизнесвумен, продюсер. Нюшка.

ВАДИМ       ИЛЬИЧ Роздер – телевизионный режиссер. Дрянь.

ЛАКЕЙ – Жорик. Сноб.

АРХИМАНДРИТ – Отец Савелий Дмитрич. Лукавец.

ДЕЙСТВИЕ 1 СЦЕНА 1

Остановка маршрутки на фоне кладбища. Скамья. Столб с расписанием. Борис, глотая слезы, рассматривает урну с прахом.

БОРИС – И это все… До срока жизнь забрал, оставил памяти горсть праха. Выходит, вера в справедливость высшую небес, сильнее милосердия Творца…

Подходит поддатый Григорий в форме. Засыпая, то и дело наваливается на Бориса. Борис отодвигается на край скамьи. Встал. Отошел.

ГРИГОРИЙ – Виноват. Земля разверзлась под ногами, и в сердце – пустота.

БОРИС – Бог мой! Гришка!

ГРИГОРИЙ –Григорий Николаевич, мой дорогой.

БОРИС – Да пошел ты к черту! Глаза-то протри, Бутса!

ГРИГОРИЙ – Фига! Бориска! Померещилось. Неужто жизнь еще не кончилась

БОРИС – Да пошел ты нафик. Померещилось ему!

Григорий трет себе уши, глаза. Валит Бориса в объятья.

ГРИГОРИЙ – Плохо мне. Плачу и рыдаю. Зарыли Степу, осиротела душа. Вот смотри. Гвардейский генерал Космических войск Стратегического назначения! Хлебнули радиации на полигоне. Я – даже не лысый, а Степа в земле. Разве это справедливо?

БОРИС–Какая справедливость, кладбище. Каждый крест –укор Творцу. Сожгли Ольгу.

ГРИГОРИЙ – Да что ты! И ты осиротел… Давай помянем.

Григорий достает фляжку.

БОРИС – Не полезет, я никакой.

ГРИГОРИЙ – Понимаю…

Понимаешь, да? Ольгу по ветру пустили, а ты взял и понял!? А разве можно понять смерть нормальному человеку?

ГРИГОРИЙ – Понять смерть и свихнуться? Да никогда! Мы еще покуролесим!

БОРИС – Два года болела не вставая, так просила смерти, так просила… А ты понял… Теперь я все знаю про смерть , я хочу умереть. Оля-я-я-я…

ГРИГОРИЙ – Глотни, глотни побольше, Фига! Пусть откроется второе дыхание. Нам осталась последняя стометровка! И мы должны показать рекордное время! Слышишь, только вперед! И никаких соплей!

БОРИС – На старт! Марш, идиоты!

ГРИГОРИЙ – Как я люблю, когда ты хохмишь! Узнаю, узнаю, старый бес!

БОРИС – Смотри-ка, бадья опустела.

ГРИГОРИЙ – Это мы мигом…

БОРИС – Не суетись, счас поедем ко мне и помянем и встречу отметим. Ты понял? Почти 50 лет не виделись! Как бы Оля порадовалась!

ГРИГОРИЙ – И моя душа ноет как зуб коренной. С кем я буду в шахматы играть? Один я остался на всем белом свете. А ты, помнится, когда-то меня обыгрывал. Иногда.

БОРИС – Какой из меня игрок. Руки дрожат. Все во мне дрожит от обиды. За что Всевышний поторопил Олю? Нашел на ком отыграться за грехи наши тяжкие.

ГРИГОРИЙ – И что теперь?

БОРИС – Ничего не знаю, и знать не хочу. Была жизнь, остался сон воспоминаний.

ГРИГОРИЙ – Но я-то не сон, эй, очнись, голуба! Мы еще покуролесим!

БОРИС – Не знаю, не знаю. Ничего не знаю, и знать не желаю.

ГРИГОРИЙ – Я тебя одного не оставлю. Не нравишься ты мне никакой. Едем ко мне, сразимся, даю тебе 2 пешки форы. Поехали, а то сойду с ума от тоски. Эх, Степа, Степа. По жене так не убивался, когда чемоданы барахлом набивала. Ковры свернула и сгинула.

БОРИС – Ты же на Урале, кажется, служил?

ГРИГОРИЙ – Так точно, и на Урале. А теперь вот здесь небо копчу. Вышел в отставку и вернулся на родину. Один, совсем один… Давай поцелуемся.

БОРИС – Гриша! Судьба, а? Не дала потеряться среди миллионов.. Как я рад, собака!

ГРИГОРИЙ – Подожди. Сердце зашлось. Все одно к одному. Дай я тебя обниму. Ком в горле. Одни мы с тобой остались. Сейчас, сейчас пройдет. Запиши мой телефон, а то опять пропадешь.

Медленно отходят. Подходит Вероника, платочком аккуратно промокает глаза. Завидев ее, останавливаются. Переглядываются. Бежит Артур.

БОРИС – Бог мой, Железо бежит?

ГРИГОРИЙ – Не может быть!

Артур приподнялся на цыпочки, обнял Веронику, поцеловал в щеку.

АРТУР – Вероника Александровна, ты уж прости ради бога, растрепу. ВЕРОНИКА – Ты всегда торопился и всегда опаздывал, голубчик. Даже на свидание в 64-м опоздал на целых 19 минут. А я как верная Пенелопа стоически выдержала характер и не ушла.

АРТУР – Лучше бы ты ушла в 64-м, вместо того, чтобы целый час вдалбливать очумевшему от любви мальчишке, точность – вежливость королей.

ВЕРОНИКА – И бизнесменов, друг мой.

АРТУР – Да ладно, душа моя. Гаишник оштрафовал за превышение. У меня было всего пол тысячи, так мало гадам… Забрали машину.

ВЕРОНИКА– Да и хорошо, что тебя не было. Одна я вволечку выплакалась.

Артур целует руки Вероники.

АРТУР – Не печалься, душечка. Все проходит. И твоя скорбь пройдет. Время если и не лечит душевных ран, то помогает смириться с утратой. Я заказал столик в Праге, сейчас частника словим, поедем справлять поминки по высшему разряду.

ВЕРОНИКА всплакнула – Спасибо, голубчик, я не одета. Лежит Соня, меня ждет.

АРТУР – Душа моя, ты так убиваешься, словно дочь родную похоронила.

ВЕРОНИКА – Соня единственная меня понимал и сочувствовала, как самый близкий родственник не посочувствует.

АРТУР – Лапочка, улыбнись. Сони нет, но я-то при тебе. Чем я тебе не друг?

ВЕРОНИКА – Перестань. Опять ты ревнуешь Соню. Думаешь я не понимаю? Ты всегда желал ее смерти. Какой же ты друг после этого?

АРТУР – Ну, удружила. Скажи еще, я отравил Соню. Да, меня бесило, что Соня затмила и меня, и весь мир! Но смерти Сонечки я не желал. Это навет, мой ангел.

Вероника тихо засмеялась.

ВЕРОНИКА – Ты не поверишь, а мне казалось, ты из любви ко мне и на убийство пойдешь. С какой злостью ты смотрел на мою любимицу. Ну, прямо Отелло.

АРТУР – Какое там Отелло. Раб я, личарда я твой несчастный. Полвека виляю хвостом, как самый преданный пес, и все напрасно.

ВЕРОНИКА – Не правда. Вы все трое были и остаетесь моими единственными сердечными друзьями, и ты, и Григорий, и Боря. Как жаль, что они куда-то пропали.

АРТУР – Дорого бы я дал узнать, где их черти носят.

ВЕРОНИКА – Как бы ты не приревновал и друзей, как Соню. В ревности ты страшен.

АРТУР – Смешон, а не страшен. Хотя, когда ты первый раз отказалась выйти за меня, я запросто мог тебя укокошить, неверная моя.

ВЕРОНИКА – Сентиментальный бизнесмен… Это очень опасно.

АРТУР – Финансист, точнее… О! Частник несется!

Артур бежит мимо Григория и Бориса остановить машину.

БОРИС – Он!

ВЕРОНИКА– Когда ты прослезился при встрече я удивилась. Ты отличался расчетливостью…

АРТУР – Рациональностью.

ВЕРОНИКА– Прости. Глаза твои отливали сталью и только при мне теплели, становились беспомощными. НЕ обижайся, не зря тебя ребята прозвали Железом.

АРТУР – Да уж такие мы дерьмо.

ВЕРОНИКА– А я называла тебя бронепоезд. Про себя.

АРТУР – А что, звучит! Бронепоезд! Фирма веников не вяжет.

ВЕРОНИКА– Да, ты в душе добрый, верный – жуть! Но не сентиментальный. Этим отличался от всех вас Боря. Поэт. Просто ты стал к старости слезливым.

АРТУР – Нет, у тебя крыша поехала. Соня сделал тебя своим зомби. Ты хочешь, чтобы и я был таким же угодливым подхалимом? Подожди, совсем забыл. Сбегаю за цветами. Как всегда, белые хризантемы?

ВЕРОНИКА– Нет, нет, сегодня нужны черные розы. У меня же траур.

АРТУР – Только не делай вид, что это настоящий траур. Сонька не стоит твоих слез.

ВЕРОНИКА – Пресвятая мать Орина, как же смешно ревновать Соню. Разве может мужчина так тонко понимать женщину моих лет, как понимала моя милая Сонечка.

АРТУР – О да, Соня играла на твоих чувствах как на арфе. Ангельское создание, земля ей пухом. Ужом проскальзывала в сердце и снимала сливки твоей любви, оставляя мне кислую простоквашу невнятных слов о дружбе. А я прошу подлинной любви, жестокая.

ВЕРОНИКА – Ты да Гришка никогда ничего не просили покорно, как Боря, вы требовали. Вы оба не считались с таинствами ухаживания.

АРТУР – Все это слова. Для Сонечки не было в тебе тайн.

ВЕРОНИКА– А что мне оставалось. Все мы боимся одиночества, и цепляемся за любую возможность любить, кому-то доставлять радость и пользоваться взаимностью.

АРТУР – Ха, взаимность. Это дивиденды за любовь.

ВЕРОНИКА– Да, любить, любить даже когда взаимность – корыстна. Лишь бы ты любила бескорыстно. А грех корысти пусть ляжет черным пятном на совесть обманщика.

АРТУР – То-то Сонька была такая пятнистая.

ВЕРОНИКА– Какая пошлая месть.

АРТУР – За что же меня, бескорыстного, динамишь как мальчишку? Купишь себе другую собачку, заведешь нового сердешного друга. А я снова в пролете. Когда же это кончится? Ты поссорила меня со всеми собаками в мире.

ВЕРОНИКА – Все это уже кончилось. Я решила больше не заводить собачек. Все силы отданы Маше. Доченька совсем отбилась от рук. Как же, бизнесвумен.

АРТУР – Она очень толковый финансист. Скоро у нее свой банк будет.

ВЕРОНИКА– Вот и ты не понимаешь меня. Ее вынужденный конкуренцией сволочизм, убивает женскую доброту и мягкость. Ух, я возьмусь, наконец, за нее.

АРТУР – Ну, теперь я могу занять Сонькино место? Не требую права спать с тобой в одной простели, как Сонька. Готов обретать у порога на коврике. Вытирай об меня ножки свои, а я буду их с восторгом облизывать. Есть из Сонькиной миски.

ВЕРОНИКА– Нет, ты сумасшедший комик. И это украшает тебя. Посмотри на тех мужчин. Где я их видела…

АРТУР – Разве что в кабаке. Они же датые в сиську. Не смотри в ту сторону.

ВЕРОНИКА– Остынь, милый. Ты обожаешь меня прошлую…

АРТУР – Твое прошлое – мое настоящее счастье.

ВЕРОНИКА– Эти ребята ничего плохого тебе не сделали. Симпатичные мужички. Немного расслабились. Нет, мне померещилось. Сходи за мороженым.

Артур несет эскимо. Григорий специально пошел навстречу, купил 2 эскимо.

ГРИГОРИЙ – Даже не взглянул, засранец…

БОРИС – Не до нас ему. Девушку охмуряет. Между прочим, кажется с ним Вероника.

ГРИГОРИЙ – Да? Я мигом…

БОРИС – Стоять! Они выясняют отношения, не будем мешать. Пока…

ВЕРОНИКА– Порой замечаю, что невольно пытаюсь подражать той милой глупышке, какой была в юности, какой вы меня любили так сильно, что не смели взять в жены.

АРТУР – Это не про меня. Я всегда был готов жениться на тебе.

ВЕРОНИКА– А я ждала предложения, не представляя, что буду делать, если скажу Да!

АРТУР – А я думал, ты слишком разборчива.

ВЕРОНИКА– Какое там… Вы продлили мою прекрасную юность до старости, но забыли, что я обычная нормальная баба. Чудаки. Вы топтались, топтались, уступая дорогу к моему сердцу друг другу. А мне нужно было замуж. Срочно.

АРТУР – А у нас глаза разбегались, столько красивых девчонок мельтешило под носом. ВЕРОНИКА– Мне требовалось, чтобы кто-то схватид меня железной рукой и потащил под венец, не обращая внимания на мои заморочки. По причине вашей галантности, я едва не осталась вековухой. Хорошо Костя подвернулся и разжалобил меня.

АРТУР – Бесчеловечно. Но другой настоящая мальчишечья любовь не бывает.

ВЕРОНИКА– Это они! Какие они теперь? Боюсь, старой я не понравлюсь.

АРТУР – И хорошо. Главное, чтобы мне нравилась

ВЕРОНИКА– Я как-то странно волнуюсь. Принеси еще мороженого.

Артур приносит

АРТУР – Эти хамы глаз с тебя не сводят. Теперь и мне кажется я их где-то видел… Будь я проклят! Не может быть! Гришка! Бориска! Будь я проклят, клянусь, это они! Нарисовались конкуренты, но я балдею!

ВЕРОНИКА – Мальчики! Мальчики! Мальчики!

ГРИГОРИЙ – Сердце мое! Вероника!

БОРИС – Душечка! Нашлась!

Бросаются друг другу навстречу. Объятья, поцелуи.

ВЕРОНИКА– Не смотрите на меня, я вся зареванная. У меня маленький траур.

ГРИГОРИЙ – Душечка! Никуда мы тебя не отпустим. Столько лет…

БОРИС – Целая вечность… Душа моя, дай насмотреться на тебя, пропащая…

ГРИГОРИЙ – Не верю своим глазам. Дай обниму.

ВЕРОНИКА– Я молилась, я заклинала небеса, повидаться с вами до того как помру.

БОРИС – Ну посиди с нами. Сердце мое, хоть минутку. Расскажи, как ты…

ВЕРОНИКА– Ребята, я в растрепанных чувствах, не причесанная. У меня как бы траур. Я должна придти в себя. Через неделю приходите на пирожки. Я такая счастливая.

ДЕЙСТВИЕ 1 СЦЕНА 2

На той же лавочке ждет друзей Артур. В смокинге, в дипломате набор водок.

ГРИГОРИЙ – Привет! Упарился. НЕ опоздал?

АРТУР – Привет, автобус только-только ушел. Следующий через час.

Григорий на лавке раскладывает спартанский закусон, Артур – водку.

АРТУР – У меня дурное предчувствие. Отобьете, гады, Веронику.

ГРИГОРИЙ – Не ной. Чти конкуренцию.

АРТУР – Я уже прижился в имении. Оно принадлежит Маше, старшей дочери Вероники. Мать там как в гостях. Маша та еще нюшка. Держит лакея в белых перчатках. А если приедет Валерия, младшая дочь – эта законченная идиотка. Для нее мужчина без смокинга и цепи с килограмм весом, – мужлан неотесанный.

ГРИГОРИЙ– Ну, Фига. Давай для разминки по дозе? Давно я так не дергался. Погоди, а ты как попал в имение?

АРТУР – Месяц назад я встретил Веронику с Машей на банкете. Отмечали юбилей директора Большого театра. И завертелся…

ГРИГОРИЙ – Смотрю, ты времени не терял, пока мы ушами хлопали.

АРТУР – А зачем вам нужна Вероника? Я ее искал все эти годы, упорно и целенаправленно, а вы и не почесались.

ГРИГОРИЙ – О! Так у вас, сэр, серьезные виды на девчонку!?

АРТУР – Да, я застолбил место.

ГРИГОРИЙ – И как идет осада?

АРТУР – Ну, это… Как бы, Вероника типа отвечает мне взаимностью.

ГРИГОРИЙ – Ну, загнул. Ага! Бориска гребется. Хороший нос за версту водку чует.

АРТУР – И этот харча мешок набрал. Мы что в лес, на мальчишник собрались?

ГРИГОРИЙ – Подарок тащит. Мы девушке микроволнушку купили для пирожков.

АРТУР – Господи, да она дома не готовит. Обедает у дочерей, утром кефир, вечером груша. Да и не удавались ей никогда пирожки.

ГРИГОРИЙ – Ничего, был бы подарок стоящий, а остальное не наше дело.

Неторопясь, приняли по стопарику. Хрустят огурцом.

ГРИГОРИЙ – Первая ступень отделилась, полет нормальный… Мне расхотелось ехать.

БОРИС – Не дури.

ГРИГОРИЙ – Лакей в белых перчатках, дочери снобы, да они же и поговорить не дадут.

БОРИС – В белых перчатках? Н-да.

ГРИГОРИЙ – Да и застолбил Железо Веронику.

БОРИС – Не бери в голову, Железо блефует.

ГРИГОРИЙ – Пошли в лесок. Умыкнем девушку. Оттянемся от души.

БОРИС – Я как чувствовал. Артоша не промах. А как же дружба?

ГРИГОРИЙ – Мы что, нашли друг друга, чтобы увидеть, как рушится наша дружба? Ну, нет. Я категорически не согласен. Личные интересы тут неуместны.

АРТУР – Ребята, разве я виноват, что раньше вас отыскал Веронику?

ГРИГОРИЙ – Подумаешь, на месяц раньше нас подсуетился.

АРТУР – Ребята, у меня серьезные виды на Веронику Александровну.

БОРИС – Ах виды, и только?

АРТУР – Очень серьезные. Это цель всей моей жизни. Вы не имеете права меня судить.. У нас сладилось. Ну, почти. Осенью обвенчаемся. Возможно. Нужно и о Веронике подумать, а не только о себе.

БОРИС – Треп! Ты сколько лет увивался тайком за Веркой, а все впустую.

ГРИГОРИЙ – Хватит жмотничать. Дай и друзьям твоим попытать счастья.

БОРИС – Преимущества твои были несомненны, но временны. Срок действия истек.

АРТУР – Как временны!? Ты спятил! Зачем вам Вероника Александровна? Гришка спит и видит ее в своей постели. Признайся, Григорий, ведь тебе нужна еще одна любовница.

ГРИГОРИЙ – Ну, ты нахал!

АРТУР – И ты, Борис, никогда не возьмешь Веронику в жены. Ты сам говорил, что женщина лучшее средство для скуки. Зачем она тебе?

БОРИС – Да, говорил, но когда это было, дружище. Я поумнел.

ГРИГОРИЙ – Да любовниц у меня – и без Вероники выше крыши.

АРТУР – Вероника тебе нужна на неделю, ну на месяц, больше не утерпишь, пойдешь налево, а мне на всю жизнь. Это мое главное преимущество, и если вы настоящие друзья – вы поймете меня.

БОРИС – Понимаю, обидно, но… ты наносишь нам удар ниже пояса?

АРТУР – Вот, вот, вы все измеряете своими крутыми яйцами.

ГРИГОРИЙ – Ладно, убедил! Посмотрим сегодня, как поведет себя Вероника с тобой. Влюбленная женщина хоть чем-нибудь, да выдаст свое особое отношение к избраннику. Но только сегодня. Сам решай, что дороже, твоя безответная любовь или наша нерушимая дружба.

АРТУР – Не честно ставить так вопрос.

ГРИГОРИЙ – Не забывай, мы не козлы, мы любим Веронику не меньше. И если она потянется к тебе – мы будем способствовать тебе всеми силами. Заряжай и закругляемся.

Выпили торопливо. В глаза друг другу не смотрят. Артур зашмыгал носом.

АРТУР – Хотя, если по-честному…

ГРИГОРИЙ – Вот это речь настоящего друга, а не коммерсанта.

АРТУР – Финансист я. Если по-честному, я ни в чем не уверен. Я так сильно мечтаю о жене, похожей на Веронику, хотя бы наполовину похожей, что уже ни в чем не уверен. Меня столько раз кидали девки. Дайте хотя бы неделю форы.

ГРИГОРИЙ – Давай я тебя поцелую. Ты – настоящий друг, хоть и олигарх! Неделя твоя.

БОРИС – Неделя твоя, гадом буду. Если разобраться, мы тебе, не конкуренты. Мы в театре твоей любви массовка, для контраста.

АРТУР – Спасибо, ребята.

БОРИС – Как хорошо-то! Мы возвращаемся в молодость, когда казалось, что лучшие женщины нас ждут где-то в будущем. Мы не ценили сверстниц, еще полных целомудрия, еще сопливых.

ГРИГОРИЙ – Мы не умели ценить эти еще не расцветшие бутоны красоты.

БОРИС – – Кгм… Не распустившиеся, я бы сказал…

АРТУР – Сколько жестокости в честной дружбе.

БОРИС – О да! Дружба просто жаждет твоего самопожертвования.

АРТУР – А я не хочу жертвовать! Я хочу сделать Веронику счастливой.

ГРИГОРИЙ – – А ты прав, старина. Что она видела? На ее красоту слетаются разные хмыри как мухи. Оприходуют дурочку и скачут дальше, козлы.

АРТУР – Ну что вы улыбаетесь, черт бы вас побрал! Хочу бескорыстной любви.

БОРИС – Бескорыстные, они нанимают себе альфонсов… Смирись, олигарх.

ГРИГОРИЙ – Боря, уймись.

БОРИС – Раньше ты гундел – деньги решают все, бабки – залог свободы. Нахлебался, старина, свободы? Хомута тебе не хватает матримониального, дружище.

АРТУР – Да нахлебался, все равно хочу стабильности, домашнего уюта, а эти похабные сучки передают меня из рук в руки, и обирают по очереди как последнего лоха.

ГРИГОРИЙ – Покорись року, Железо.

АРТУР – Опять смеетесь…

БОРИС -Как же нам не улыбаться, дубина. Мы любуемся твоим задором. Я, по сравнению с тобой, пресыщенный кот, выходящим на охоту лишь от скуки.

ГРИГОРИЙ – И правда, ты дубина, Артурка! Мы-то понимаем, у тебя золотое сердце.

БОРИС – Я завидую твоему сексуальному энтузиазму. Ты веришь, что у красивой женщины и душа красивая, и любовница она отменная, и стряпает вкусно.

ГРИГОРИЙ – А у меня женщины волнуют только скотские инстинкты. Если бы не Вероника я бы давно застрелился.

БОРИС – Одним словом, становись в очередь, старик. Добивайся своего права на любовь нашей несравненной другини наравне с народом.

Борис протянул руку Артуру

БОРИС – По нулям?

АРТУР – Вымогатели. Изнасиловали меня дружбой. Я увяз по уши. А у вас один кураж.

ГРИГОРИЙ – Не ной! На старт!

АРТУР –Но выдержит ли драчку за Веронику наша дружба? Любовь в своем правлении не признает ни чести, ни дружбы.

ГРИГОРИЙ – Клянусь, мы с Борисом будем идти с тобой ноздря в ноздрю.

БОРИС – Врешь. Знаем мы твой кобелиный альтруизм. Вспомни, ты первый стал сманивать Веронику в Загс. Ты просто обдуришь нас на финише.

АРТУР – – Черти, когда вы начнете думать прежде всего о благе нашей подруги!? Умоляю, не торопите девушку под венец. Пусть осознанно выберет наилучшего.

ГРИГОРИЙ – Ты это брось. Разве есть среди нас наилучший? И наихудшего нет.

БОРИС – Если честно, лучше бы Вероника не выбрала для личной любви никого.

АРТУР – И ты предлагаешь нам отказаться от любви ради дружбы?

БОРИС – Мы озабочены не любовью. Нам бы теплую печку. Прислониться и вздремнуть.

АРТУР – Ха-ха-ха! Хоть один признался!

БОРИС – А много ли тепла в этой невыносимо прекрасной печке нашей мечты о душевном уюте? У нее было столько всего … А что мы даем замужеством этой чудо-печке, чтобы она отказалась от воли-вольной одиночества?

АРТУР – Стоп! Это уже маразм. Кто не ищет любви, пусть сойдет с дистанции. Мне почти 70, но я чувствую себя юношей.

БОРИС – Запенсионного возраста.

АРТУР – Мне снятся голые бабы. Только не смейтесь. Тут как-то случились поллюции.

ГРИГОРИЙ – Ну, ты гигант. Виагру горстями лопаешь?

АРТУР – Дурак! Если бы не ее болонка Сонька, Вероника Александровна уже была бы моей законной женой. Я так ждал смерти болонки! И дождался! А тут вы нагрянули, варвары. Катастрофа! Я не буду состязаться! Пойду своим путем!

ГРИГОРИЙ – Артоша, извини. Действительно это катастрофа, если понимаешь, что болонка девушке ближе, чем ты со своей горячей любовью.

БОРИС – Горячечной, я бы сказал.

Артур расхохотался до слез.

АРТУР – И я люблю этих осквернителей моих святынь.

ГРИГОРИЙ – Давай поцелуемся, Железо. Не дадим женщинам поссорить нас на Любви.

БОРИС – На мякине. Глупо состязаться с болонкой за женщину. Болонка всегда побьет.

ГРИГОРИЙ – Болонка как бесконечное миндальное печенье. Даже больше.

БОРИС – Один вид ликующей в подхалимстве псины – это целая плитка шоколада прямо в сердце. Всегда под рукой и не требует трудов ответной благодарности…

АРТУР – Заколебали! Я смотаюсь за пивом…

УБЕГАЕТ.

БОРИС – Мне жалко Артура. Давай я скажу, – голова болит, и не поеду. Топайте вдвоем, соревнуйтесь. А мне что останется от вашего любовного пира.

ГРИГОРИЙ – Тогда и я пас. Пусть доводит Артур дело до свадебки, тогда и оттянемся.

Возвращается Артур с пивом и чипсами.

АРТУР – Заряжай! За звездную красоту Вероники! А кто будет перечить – дам в морду!

БОРИС – За квасоту… Ну, двинул своим путем, отщепенец. Эх, красота, даже железо расквашиваешь!

ГРИГОРИЙ – Вероника постоянно опровергает мое унылое убеждение, что красота – это маскировка пустоты внутри объекта. А так удобно считать красоту комуфляжем. Чем меньше мы показываем, что женщиной дорожим…

АРТУР – Памятник нужно поставить тому, кто пал жертвой своей слепоты.

БОРИС – Пустота! Женщина по уши в неустанном подвиге служения красоте. Зомби красоты. Одна прическа отнимает полжизни, другая половина отдана магазинам. И если к старости становится злюкой, так от того, что устает зомби от работы на свою красоту.

ГРИГОРИЙ – Заряжай, потенциальный жених. За тех, кого приручаем, выбирая в невольницы.

БОРИС – А в общем, ты счастливчик. Не имея таланта семейной женщины, Вероника согласилась тешить тебя обещаниями готовить манную кашку беззубому.

ГРИГОРИЙ – И ставить клистир.

Борис посмотрел на часы. И Артур с Григорием тоже посмотрели.

АРТУР – И как она не устает от наших домогательств завладеть ее сердцем.

БОРИС – Она нас терпит, из благодарности за то, что нас терпеть – не обременительно.

ГРИГОРИЙ -О, язва. Аж мурашки по спине. Не завидую девушке, которая тебя полюбит.

АРТУР – Скорее возненавидит, любя.

ГРИГОРИЙ – А что темнить. Надо же когда-нибудь разобраться в наших отношениях. Вероника тело свое с удовольствием отдала бы нам, так как отдашь не любя,, когда сердце мы сами у нее забрали, будучи юными балбесами.

ГРИГОРИЙ -Если отдаст кому-то из нас сердце – мир поблекнет и перестанет волновать.

БОРИС – Душечка гурман чувства радости, но не любви.

АРТУР – Не понимаю, зачем вы меня развращаете своим брюзжанием.

БОРИС – Мы испытываем каленым железом твое бесполое увлечение прошлым.

АРТУР – Но попробуй, заставь меня смириться с запрограммированной неудачей.

БОРИС – Сумел бы я запретить себе обольщаться насчет Вероники, я бы не ждал с вами автобуса в неукротимом томлении увидеть, прикоснуться, услышать голос моей мечты. Она даже мое презрение к моей слабости делает сладким. Все! Давайте ловить такси.

АРТУР – И я покаюсь. Не буду с вами церемониться. Буду драться за Веронику, не соблюдая никаких церемоний. Так и знайте! Хотя подозреваю, что только вместе мы волнуем ее, превращаем мир юности в источник удовольствия жить и чувствовать.

ГРИГОРИЙ – Порознь мы обыкновенные волокиты.

БОРИС – Не в чем каяться безответно влюбленному. Я вот вскрыл перед вами застарелый гнойник в душе и легче. А вы думайте что хотите. Я не уступлю Веронику.

ГРИГОРИЙ – Тогда и я беру клятву обратно. И я не уступлю!

БОРИС – Мы все давно сошли с ума. Но иллюзии наши о счастье делают Веронику востребованной женщиной. Как других делает востребованной чувство соответствия массовому эталону женского счастья, чтобы все было как у всех.

АРТУР – Я разорвусь, но у Вероники все будет как у всех счастливых баб. И больше.

ГРИГОРИЙ – Стоп! Хватит коллективного мазохизма! Хватит марать Веронику грязью своего жизненного опыта. Я ухожу!

АРТУР – Не смеши мои косички.

ГРИГОРИЙ – Я ухожу! Я не достоин состязаться с вами, жаворонки вы мои!

Артур бросается за Григорием.

АРТУР – Прости. Вернемся на старт! Я готов начать все сначала наравне с вами!

БОРИС – А ты, Артур – прямо святой. Поэтому нормальные бабы от тебя шарахаются. Зачем ты вернул конкурента. Пусть, пусть идет. У него любовниц – гарем, он же коллекционер телок.

Григорий бросается на Бориса. Схватка, сначала шуточная, едва не стала кровавой. Синяками обзавелись оба петуха, и Артур, получил фонарь, пока разнимал.

ГРИГОРИЙ – С чего это мы завелись?

БОРИС – Мечту свою не поделили.

АРТУР – Вам нельзя доверять Веронику. Я исключаю вас из числа членов пайщиков… Тьфу… Из числа претендентов…

ГРИГОРИЙ – Повинуюсь, господин директор кооператива идиотов. У вас же запросы, вам подавай вечную, хрустальную любовь. А мы и на дружбу не пригодились.

БОРИС – Не кисни, Бутса, ничто так быстро не приедается, как однообразие верности. Верность в наше время – душевная лень. Наши шансы на взлете.

АРТУР – Что, я не достоин красивой, чистой любви с верностью на всю жизнь?

ГРИГОРИЙ – Все мы, и ты, и я, и Бориска все недостойны Вероники.

БОРИС – Мы виноваты в ее пожизненном одиночестве.

ГРИГОРИЙ – Бывало, запрусь в кабинете, фотографию Вероники уберу в ящик стола лицом вниз и так нарежусь тихо сам с собою, что и заночую в кабинете на столе. Раз застрелиться хотел, да вестовой помешал, объявили тревогу… Я хотел, хотел честно любить свою жену, но как посмотрю на ее талию, как вспомню Веронику, – тоска берет.

БОРИС – Бесы только и ждут этого момента.

ГРИГОРИЙ – Так и есть. Как начнут шептать, что жена шарит по карманам, что носит именно то, что ней не личит, что красно-оранжевые кофточки ее я ненавижу как личного врага. А она жена, мать моих детей. Думаю, вырвусь из тайги на пенсию – наверстаю. Из-за баб и погоны генеральские профукал.

АРТУР – А генеральские лампасы тебе жуть как пойдут.

ГРИГОРИЙ – А то! Примерял уже генеральские штаны, да пришили мне аморалку. Моя накатала со зла телегу. Хорошо, что связистка скосила: ничего не было и ребенок не мой. Жена моя – тоска моя. А Вероника – радость моя, улыбка такая теплая.

БОРИС – Как разношенные валенки.

ГРИГОРИЙ – Цыц! Как теплый солнечный день бабьего лета.

БОРИС – Без ветра в голове и зноя в портках.

ГРИГОРИЙ – Господи, как бы я любил. Как бы я холил.

БОРИС – Удивительно, время потеряло Веронику из виду. Время никому не дает спуску. У других как по расписанию приходят морщины, гаснут глаза, озлобленность от душевного одиночества, а Веронику как будто не замечает это гнусное наказание за прожитую жизнь.

АРТУР – У нее договор с небесами, Господь притормаживает ее время.

ГРИГОРИЙ– С небесами, с бесами договор, еще нужно разобраться, кто нас загипнотизировал. Ночью возникнет рядом, как живая, руку протянешь пусто.

АРТУР – Летишь в бездну счастья, еще чуть-чуть и схватишь удачу за хвост, и вдруг слышишь – очнитесь, милый.

БОРИС – У вас ширинка расстегнулась.

ГРИГОРИЙ – Короче, Артоша, мы не принуждаем ради дружбы жертвовать счастьем.

БОРИС – В конце-концов, ставить наш союз в зависимость от выбора женщины, – не по-мужски. Я окончательно и бесповоротно выхожу из соревнования. Посмотрю на душечку и уйду.

АРТУР – Вы клянетесь с такой унылой рожей, словно уже хороните нашу дружбу. Остается хлопнуть за верность узам товарищества. А там будь, что будет.

Обнимаются. Пьют, как приносят присягу. Стоя, с каменными лицами. Занавес.

ДЕЙСТВИЕ 2 СЦЕНА 1

Сад. Избыточная, неуютная, роскошь. Стол, заваленный бутылками и закусками. Высокомерный официант в белых перчатках. Диванчик подвешенный на цепях. Кресла качалки. бильярд. Входят друзья Вероники. Потешно раскланиваются с официантом. Он даже не взглянул. Мертвая тишина.

ГРИГОРИЙ – И правда, половой в белых перчатках.

ОФИЦИАНТ через губу – Ну вот, запахло нафталином.

Маша выглядывает из кулис, официанту.

МАША – Блин! Жорик, ты уж обслужи этих красочных динозавров! Ай, да маман!

ОФИЦИАНТ бурчит – Перебьются…

ГРИГОРИЙ – Что?

АРТУР – Гриша, не заводись. У Жорика консерваторское образование. Он играл в Большом театре на валторне.

ГРИГОРИЙ – И это все для нас? …

БОРИС – Если все это смешать… Не хватает корыта.

ГРИГОРИЙ – Мы что, жрать пришли…Да за кого они нас принимают. Предлагаю стибрить Веронику – и на природу.

БОРИС – А что! Лесок рядом, прудик, красота!

АРТУР – Жорж Паромонович, вас не затруднит позвать Веронику Александровну?

ОФИЦИАНТ – Сам ищи… Как ты нам тут намозолил.

АРТУР – Пойду, поищу Веронику. Только бы не попасть Маше под горячую руку.

ГРИГОРИЙ – Стоять! Потопчемся минут пять, и развернемся курсом на прудик. Так, время пошло.

АРТУР – Только не надо пузыриться. Я поищу Веронику.

ГРИГОРИЙ – Стоять, я сказал. Осталось три с половиной минуты. Не понимаешь?

БОРИС – Да уж, голь пришла, могут и подождать в прихожей… Не позавидуешь Веронике.

ОФИЦИАНТ – Ладно кобениться.. Садитесь и жрите.

Григорий – хватает официанта за лацканы.

АРТУР – Ну что ты пристаешь к холую.

ГРИГОРИЙ – Ничего не могу поделать с собой. Аллергия на холуев.

Треск лацканов. Григорий тащит официанта за кулисы. Жора цепляется за скатерть, жратва валится на пол. Он зовет охрану. За сценой свистки, побоище, Артур и Борис засучивают рукава, спешат за кулисы и к уже полученным синякам прибавляются новые… Пиджаки растерзаны, телохранителей выкинули за калитку. Выходит, плохо скрывая зевоту, стройная девушка с круглым калмыцким лицом, не причесанная толком, в джинсах. Друзья разинули рты.

МАША рукоплещет. – Браво, джентльмены! Лихо отделали этих захребетников. Беру вас в личную охрану. Жора, немедленно убрать этот свинарник, накрыть по-новой! Варвара, приведи гостей в порядок, пока маман нет. Замажь синяки пудрой.

МАША орет – Пошли вон! И за что я вам бабки плачу. С мухоморами не справились!

Бежит портниха. Штопает, пудрит. Григорий согнулся, подлетел к Маше.

ГРИГОРИЙ – Позвольте ручку облобызать, миледи. Вы ослепительны. Как электросварка.

АРТУР – Сеньора, вы, как всегда, обворожительны.

БОРИС – Мадам, вас словно вырезали из глянцевой обложки журнала Гламур.

Маша обнимает Артура.

МАША – Привет, женишок.

ГРИГОРИЙ – А где же в Машке Вероника Александровна?

БОРИС – Чем-то не потрафила Машка Создателю.

БОРИС – Ну, Вероника, ну, Вероника! Как ты тут выживешь.

АРТУР – Она тут не живет. Использует поместье для приема гостей из театрального прошлого. Тут бывают такие светила, отпад! И бандиты тоже. Машины инвесторы.

ГРИГОРИЙ – Ребята, не пойму, почему меня здесь все раздражает.

БОРИС – Капиталистический гадюшник. Смирись, лапоть.

АРТУР – Вы вот что, други. Я вас умоляю постарайтесь угодить Машеньке – не жалейте комплиментов. Ради нашей девочки.

ГРИГОРИЙ – Сделаем, жених. Кажется, она девка с пониманием.

АРТУР – Стыдиться признаться, что ютится в однокомнатной квартирке с видом на гаражи. Предлагаю подарить двушку, так нет, смеется. Я ухожу отсюда со слезами.

ГРИГОРИЙ – А мы с синяками.

БОРИС – Бедный Артурка. Хочешь как лучше, выходит как всегда.

АРТУР – Нет, они ее любят, они не жадные, но у Вероники Александровны прынцыпы. Порой мне кажется это верный признак глу…, боже, что я говорю.

ГРИГОРИЙ – Так, господа свиньи, Веронику нам показать не желают. Надевайте лыжи, осталось пол минуты. И куда торопились. Пошли, пошли на воздуха.

АРТУР – Ты спятил! Только попробуй уйти! Я тебе ухи надеру.

ГРИГОРИЙ – Веский довод. Только ради тебя, не хочу испортить твой праздник. Женихался бы ты лучше без нас.

БОРИС – А ты за меня не говори. Я останусь. Хочу женихаться и все тут.

ГРИГОРИЙ – А я, пожалуй, отваливаю.

АРТУР – Ребята, я вас умоляю. Не оставляйте меня. Я боюсь Машку, она потешается надо мной, Заявила матери: хочешь жениться, – так на мальчишке с фабрики звезд, а уж я сделаю из него для тебя звездный подарок…

ГРИГОРИЙ – Что ж молчал. Останемся назло Машке.

Вероника прямо из магазина, с пакетами.

ВЕРОНИКА– Ребята, бегу, бегу.

АРТУР – Душечка, давай помогу, моя красавица.

ГРИГОРИЙ – Наша красавица.

ВЕРОНИКА– Ваша, ваша душечка! Малосольных огурчиков бояре не держат, одни маринады. Пришлось на центральный рынок смотаться, так не нашла, на Бауманский бегала. Как же я могла без огурчиков принять моих милых, милых, чудных, чудных красавцев. Скорей целуйте меня.

Повисает на шее у всех сразу, потом по очереди.

ВЕРОНИКА – Как я соскучилась. Все не могу придти в себя. Всю неделю глаз не сомкнула, все вспоминала, вспоминала. Месяц назад Артуру я обрадовалась, а сейчас просто схожу с ума.

АРТУР хвастливо – Боже, как сладко мы расцеловались тогда.

ВЕРОНИКА– А теперь еще слаще.

ГРИГОРИЙ – Так повторим!

ВЕРОНИКА– Произошел обвал, обвал воспоминаний. Какое счастье, какое невозможное счастье видеть вас вместе, и такими веселыми, бравыми, и с такими юными глазами. Вместе вы совсем другие.

АРТУР – Я так и знал. Отбили.

ВЕРОНИКА– Ой, что это, вы подрались? С кем?

ГРИГОРИЙ – Охране не понравились наши рыла. Подрисовали.

БОРИС – Только у них была одна синяя краска.

МАША – Теперь я за тебя спокойна. Эти парни прошли испытание на прочность. Уговори их поступить ко мне в охрану. Давай огурцы, кухарка сама сделает твой фирменный винигрет.

ВЕРОНИКА– Нет уж, я сама. ступай к своим гостям. Принеси мне фотоаппарат. Ребята, обнимитесь. Я никогда вас не вспоминаю по отдельности, только всех вместе. Это фото мне увеличат в полный рост.

БОРИС – так с синяками и снимешь?

ВЕРОНИКА– Именно с синяками. Какой шик!

Снимает.

ВЕРОНИКА– Да что ж это я про огурчики забыла. Угощайтесь. Угощайтесь.

ОФИЦИАНТ – Мадам, барбекю остывает.

ВЕРОНИКА– Уходи, Жорик, уходи, мне от твой рожи становится зябко.

ВЕРОНИКА– Артурчик, налей водки. Сколько лет, сколько лет! Выпьем за верность.

ОФИЦИАНТ – Мария Павловна этого не одобрит. Вам доктор запретил…

ВЕРОНИКА– Сгинь, шпион, со своим барбекю!

ОФИЦИАНТ – Вам нельзя так волноваться… Доктор…

ВЕРОНИКА– К черту всех врачей вместе с тобой.

Веронику подхватывают на руки, несут на диванчик, подвешенный на цепях.

ВЕРОНИКА – Я так счастлива, что вы живы, здоровы и не похожи на неухоженных стариков, что у меня под окнами пьют одеколон и режутся в карты до драки. Мне их так жалко. Ой, моя модельная прическа совсем развалилась. Я быстро.

Убегает на пуантах.

ГРИГОРИЙ – Железо, давай Сыграем на бильярде, кто победит – тот жених.

Вероника вернулась с новой прической в новом платье с множеством кружев.

ВЕРОНИКА – Лапочки вы мои. В моей душе вы навсегда юные, красивые и озорные. Я почти ничего не помню из своей быстротечной жизни и все, все до мельчайших подробностей помню о нашей счастливой, взбалмошной, молодости. Это такая радость, когда есть что помнить на закате жизни. Господи, спасибо, что вы есть у меня.

ГРИГОРИЙ – Душечка, помнишь портвейн 777 в парке, перед танцами?

ВЕРОНИКА– Я так расхрабрилась, что хотела спеть с эстрады, Ландыши, Ландыши…

ГРИГОРИЙ – Все! Есть в этом доме аккордеон? Сейчас сбацаем, ты исполнишь свою заветную мечту.

МАША – Нет проблем! Жорик, бери мою Вольву. Достань музыку хоть из-под земли.

ВЕРОНИКА – А помните, как после экзаменов гоняли в футбол в спортзале. Босиком.

БОРИС – О да, как ты рвалась стать в воротах!

ГРИГОРИЙ – А потом занозу вытаскивали из пятки.

АРТУР – Ага, сами играли, а меня заставили каблук прибивать.

ВЕРОНИКА– Божественные дни. Хочу сказать, как я рада, а нужных слов не нахожу.

ГРИГОРИЙ – Зачем слова. Говорить нужно сердцем. Вот так.

Григорий одну руку Вероники прикладывает к своей груди, другую сочно целует.

АРТУР – Да я тебя из рогатки!

ВЕРОНИКА прижала голову Григория к плечу

ВЕРОНИКА– – Боже мой, лапочки вы мои, вы совсем не изменились. В пять минут вы столько надарили мне любви, сколько не смогли подарить все мои мужья и любовники за всю мою жизнь. Сколько же времени потратила я на них зря.

ГРИГОРИЙ – Теперь, миледи, вы узнали все мои сердечные тайны. Надеюсь, перевод не требуется? Здесь много посторонних.

Вероника качает головой.

ВЕРОНИКА – Перевод никогда не требовался. Клятва верности в твоих глазах. Ты сейчас такой монументальный.

ГРИГОРИЙ – Да? А у меня трясутся коленки. Помогите, целоваться хочу!

ВЕРОНИКА– Лапочка, слышу крик бронзового монумента о помощи.

ГРИГОРИЙ – Скажи всего одно слово…

ВЕРОНИКА– Ну чем я могу помочь, мой монумент? Я так молода, так ветрена…

ГРИГОРИЙ – Как чем! Выходи за меня!..

Немая сцена общего потрясения. Вероника всплеснула руками. Борис крякнул селезнем. Артур стал на цыпочки и влепил Григорию подзатыльник.

АРТУР – Изменщик! Мы так не договаривались.

ВЕРОНИКА– Наконец-то! А я смотрю, что это они такие важные сегодня. Свататься пришли.

БОРИС – Однако, мы отклонились от темы. У нас дружеская пирушка или сватовство Бутсы?

МАША – Оркестр, туш!

Играя туш, входит жора с аккордеоном. Затем играет «Ландыши». Вероника поет. Остальные танцуют.

ВЕРОНИКА – Боря, такой-сякой, признайся немедленно! Как на духу! Я требую! Почему ты, влюбляясь, всем девчонкам писал стихи, а мне – ни разу.

Борис хватил ртом воздуха, раз, другой и выпалил.

БОРИС – Прости. Знал бы я Шекспира в то время, я бы послал тебе сонет № 85

Читает сонет Шекспира

ВЕРОНИКА – Ты душка, Борик. И молчал. Мне так было нужно этих слов.

БОРИС – Когда сердце замирает от обожания – язык деревенеет.

ГРИГОРИЙ – Зелен был, глуп и подслеповат.

В течение всей сцены Григорий спаивает Жору, то и дело поднося ему бокалы водки и куски селедки.

АРТУР – Таскался за кем попало. А вот я…

ВЕРОНИКА – А я как дурочка завидовала девчонкам.

АРТУР – Но ты же не как все.

МАША из-за кулис. – Лучше бы вы попели. Нашли о чем вспоминать.

ОФИЦИАНТ – Так я и солиста прихватил. Позвать?

МАША – Потом.

ВЕРОНИКА – А мне хотелось быть как все. Чтобы и мне посылали признания, чтобы страдали, ходили следом и умоляли о свидании..

БОРИС-Ну,знаешь!А Костя-костлявый не посылал? И другие посылали.

ВЕРОНИКА– Мало, мало, ребята. Я от тебя ждала.

БОРИС – Я видел, тебе нравилось, когда Костлявый провожал тебя с танцев.

ГРИГОРИЙ – И я видел, изменщица.

АРТУР – И я. Следовало поучить Костлявого. Но Бориска, засранец, пощадил.

ВЕРОНИКА – Неужели так трудно понять девчонку? Из вас только Гришка как-то, втихаря, в раздевалке порывался меня поцеловать, и то один раз.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.