# Цветок Инферно

Анна Змеевская, Александра Гринберг

Из Инферно невозможно сбежать. Оно остаётся внутри навсегда, жидким огнём течёт в жилах, оставляет следы и отметины, от которых невозможно избавиться. Поступая в Иленгардскую Академию, Кори думала, что сможет избавиться хотя бы от своей семьи, от ненавистного жениха, от унижения, которое сулит навязанный брак.

Однако у судьбы другие планы. Потому что кровь демона – это не только сила, но ещё и Проклятье. И чтобы заполучить его, оказывается, достаточно всего одной грозы и одного грозового мага. Которого, как выяснилось, проклятья вовсе не пугают.

1) Знакомый сюжет в необычном исполнении! Да, снова турнир в магической академии. Нет, скучно и предсказуемо точно не будет.

2) Абсолютно волшебный мир – легко полюбить, трудно заскучать и невозможно забыть!

3) Юмор и драма, приключения и романтика, любовь и опасность – всё включено!

4) Нетипичный любовный расклад! Она – настоящий воин, крошечная и хрупкая, но крайне свирепая; он – одарённый маг, слегка безбашенный и до безумия обаятельный…

5) …и вместе они воспитывают кота! Ну или кот их воспитывает, это как посмотреть :)

© Гринберг А., Змеевская А., текст, 2022

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2022

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет за собой уголовную, административную и гражданскую ответственность.

## Часть I

### Пролог

Серебристо-синяя вспышка улетела высоко в небо. Тут же раздался гром, какой обычно бывает во время доброй грозы, а ещё спустя мгновение цепь молний ударила в землю, опаляя редкие желтоватые травинки.

Хель покачала головой – её братец порой бывал до смешного предсказуем. Грозовой зов – его любимое заклинание, столь же мощное, сколь и зрелищное. Мелкоте понравилось: так визжат, что охота запустить в них онемением. Желательно неснимаемым. Ну да на всех идиотов проклятий не напасёшься, а вокруг Тео вечно кто-то визжит – то дети, то бабы. А страдать, как обычно, его несчастной сестре.

– Выпендрёжник, – фыркнула она, наблюдая, как Тео вовсю красуется перед галдящими на трибунах студентами Академии.

Да и не только перед ними. На словах, конечно, абы кто на полигоны не допускался, однако на деле кого здесь только нет. Друзья, родственники, прочие любопытные личности… И, разумеется, вездесущие писаки, которых хлебом не корми, а дай придумать очередную сплетню. Особенно накануне Трёхлетнего турнира – самого ожидаемого события во всём Эрмегаре. Шутка ли – раз в три года Академия открывает свои двери (продавая билеты по зверским ценам) и хвалится своими лучшими учениками.

Крики с трибун стали ещё громче – хотя, казалось бы, куда ещё-то? Тео красовался перед школотой, улыбался во все свои тридцать два и делал всё то, из-за чего Хель тянуло закатить глаза. Боги солхельмские и эрмегарские, ну вот за что ей, честной некромантке, такие родственнички? Два брата – и оба, как назло, клятая боёвка. Горластые, нахальные бестолочи, вечно влипают из одной неприятности в другую, ибо сначала сделают, а потом подумают. Но братья ж всё-таки. Хочешь не хочешь, а приходится любить да беречь.

Она спустилась вниз, к выходу с полигона – поздравлять с пройденным испытанием (как будто могло быть иначе), проезжаться по чересчур радостной морде и отгонять очередную девицу, коих вокруг Тео всегда вилось в избытке. Нет, не то чтобы она стремилась охранять давно утерянную добродетель своего братишки. Просто Хель была твёрдо убеждена, что накануне Турнира никто не может быть важнее, чем она. Капитан, как-никак, и нечего тут всяким одинаковым с лица вертихвосткам тратить её драгоценное время.

– А ну брысь отсюда. – Она мимолётно глянула на девчонку и не сочла ту достойной хоть какого-то внимания. Рассорившись в прошлом семестре со своей девушкой, унылой заклинательской занудой, братец сделался кошмарно неразборчивым и волочился строго за фигуристыми дурочками без малейшего признака интеллекта во взгляде.

– Это с какой радости? – Девчонка надула щедро напомаженные губы, явно не собираясь выпускать свою добычу из рук.

– С той, что если не отвалишь – будешь разгуливать с прыщами по всей морде ближайшую неделю, – пообещала Хель, грозно щурясь. – И этот дурень тоже будет. Насчёт тебя не знаю, но ему не пойдёт. Точно не пойдёт, я проверяла!

– А я-то здесь при чём? – возмутился Тео, но девицу от себя отцепил.

– А, то есть ты намекаешь, что её можно трогать, а тебя нет? Каков галантный ухажёр!

– Да не говорил я такого!

– Но подумал, согласись? – хмыкнула Хель и скрестила руки на груди. – Так мы останемся наедине или да?

На этот раз пришла очередь Тео закатывать глаза.

– Ладно, милая, злить мою тёмную сестричку и впрямь опасно для здоровья. – Он наклонился к девице, чтобы чмокнуть её в щёку. – Увидимся позже?

Девица охотно кивнула, расплывшись в улыбке, и вернула ему поцелуй, уже далеко не такой целомудренный. (Хель едва сдержалась, чтобы не выполнить своё обещание – все эти сопливые обжимания раздражали невыносимо.) И после этого наконец свалила восвояси.

– Старайся усерднее, розовый цвет – явно не твоё. – Она с усмешкой глянула на братца – тот уже не скалился как кретин, а ожесточенно и чуть брезгливо пытался оттереть с небритой физиономии жирную ядовито-розовую помаду. – Вопрос на сто империалов – где ты берёшь этих краль и как отличаешь одну от другой? Небось даже не помнишь, как её зовут.

– Ну конечно, помню! – возмутился Тео. – За кого ты меня принимаешь вообще?! Её зовут… Элен. Да, точно. Элен. Или всё-таки Элис?.. Ой, всё, какая разница? Милая девушка, я ей нравлюсь, что ещё надо? И да, типа ты всерьёз пришла поболтать о моих подружках? – Тут он прямо-таки засиял от счастья пополам с невыносимым самодовольством. – Видела, что я устроил на полигоне? Архимаг Эрдланг был в восторге! Ну, насколько все эти фейки вообще могут быть в восторге, по их рожам не разберёшь же… Четвёртый ранг! К концу года подтвержу восьмой высший уровень и буду готовиться в спецназ!

Вот это уже её братец. Активный сверх всякой меры, шумный, радостно-бестолковый и любящий себя куда больше всяких там девиц. Оно и правильно, Хель себя вот очень любит. Красивые шмотки, магию и братишек – тоже; но себя всё же чуть больше.

– А я уж думала, ты заболел, – фыркнула она и на недоумённый взгляд пояснила: – Три минуты как свободные уши появились, а ты всё не о себе, своём топоре и своём спецназе.

– Эй, могла бы порадоваться за меня! Даже Эрику всего трояк поставили, а ведь он тогда старше меня был!

А ещё Эрик со своим трояком победил в Турнире пятнадцать лет назад. Да и учился, говорят, не в пример лучше некоторых там. Но Тео терпеть не мог, когда ему напоминали, какой умница-разумница их старший братец и какой разгильдяй он сам; посему Хель милостиво смолчала.

– Я и радуюсь. Видишь, даже пожертвовала своим временем, чтобы на тебя посмотреть! Доволен?

Тео охотно расплылся в улыбке и закивал.

– Раз так, давай ближе к делу. Я тут подумала: твой Сэм нам в команде на фиг сдался. Этот гадёныш вообще всем на фиг сдался, как ты его только терпишь?.. Нет, как маг он, конечно, ничего, но магов у нас и так много, а вот с мечниками приличными совсем беда. Одной Эйлиф маловато, сам понимаешь, а ещё кого-то уже не впишем…

Улыбка с лица братца сползла как-то подозрительно быстро. Неужто дело в этом его приятеле с рыжей башкой и поганым языком-помелом? Видят боги, было бы за кого держаться. Но молчание со стороны болтуна Тео порядком озадачивало.

– Тео?..

– Хель, послушай… – Он замялся, нервно покусал губы, прежде чем забормотать виновато: – Я тут подумал… Не стоит нам в одной команде играть. Ну ты сама представь! Мы же будем сраться каждые пять минут. И ладно бы дело было только в этом! Ребята уверены, что уже к середине Турнира кто-то кого-то прикончит. Скорее всего, ты Сэма. Или Айрис. Или вообще всех нас…

Выглядел Тео эдаким побитым щеночком, впору жалеть и поить клюквенным чаем. Поправочка – если бы речь не шла о Турнире, до начала которого осталось всего две недели! И «щеночек», выходит, изящным движением двух своих извилин оставил её без команды, в то время как у всех сильных бойцов уже есть договоренности с другими капитанами! Ну и кто он, спрашивается, после этого?

С минуту она даже не могла подобрать слов. Не то что цензурных, а вообще никаких, настолько её возмутила подобная… наглость. Возмутила и выбила из колеи. Пусть Хельга и Теодор поклонялись разным богиням, принадлежали к разным фракциям, даже по крови-то на самом деле не были близкой роднёй… однако же они выросли вместе и делали почти всё тоже вместе. А тут этот поганец намылился на Турнир без неё! При этом заграбастав почти всю её потенциальную команду!

Видит Хладная Богиня Мардис, надо было прикопать эту долговязую паскуду ещё в песочнице, когда он подло топтал её куличики. Но кто ж знал!

– Ладно, я поняла. Сэм и сучка Айрис за тебя подумали, и ты турнул свою сестру из команды, – наконец выдохнула Хель, силясь не прибить братца на месте. – Ну и когда ты собирался об этом сказать, Теодор? Почему за две недели, а не за два дня? И какой, к драуграм, из тебя капитан?! Я на вас рассчитывала! Мы же всё решили!

– Ты решила, – тихо пробурчал Тео, глядя себе под ноги и багровея так, что даже через загар видать.

– Почему бы и нет? Я сильнее тебя! И что уж там, умнее! Тройки весь прошлый год не исправляла!

– А я вот исправлял! – вскинулся Тео, задетый за живое. – И уж поверь – не для того, чтобы ты меня тиранила и держала на подпевках в своей команде!

Теперь настал её черёд обижаться. Нет, она не питала иллюзий насчёт собственного характера, подчас деспотичного и чересчур крутого, однако при всём при том считала себя человеком адекватным, разумным и трезво мыслящим. В отличие от некоторых!

– Да чего это? Не такой уж я тиран, дам тебе порулить немного.

– Вот именно, что немного. – На его лице снова появилось то самое виноватое выражение, которое она терпеть не могла. – Я хочу свою команду. Которая слушается меня, Хель! И тебе будет лучше без меня, не придётся делить лавры с бестолковой боёвкой. – Тео потянулся к ней, но Хель успела отстраниться. – Ну не обижайся, я помогу тебе с командой. Поспрашиваю, кто свободен…

– Себе помоги, придурок! И команде своей, хотя есть ли смысл? – Хель делано призадумалась и безжалостно припечатала: – Нет, нет и – хм, дай-ка подумать? – нет! С такой бестолочью в капитанах они всё равно дальше индивидуалки не пройдут! Свою команду он захотел, вы поглядите-ка!

– Хель, ну… зачем ты так?

– Это я-то зачем так?! Пошёл с глаз моих, видеть тебя не желаю.

– Хель!

Она не отреагировала. Прямо сейчас ей непозволительно сильно хотелось запустить в него каким-нибудь премилым проклятьицем. Но некромантам неуместно отмачивать такое на глазах у половины преподавательского состава, заседающего в комиссии. Поэтому она лишь шагнула к братцу и больно (ну, как она надеялась) ткнула пальцем ему в плечо.

– Я всё равно выиграю этот Турнир, ясно? А свою помощь можешь засунуть себе в задницу, провернуть и там оставить. Ты продуешь с треском, Теодор Дагмарссон, и будешь жалеть об этом всю свою жалкую жизнь!

– Не буду. – Тео покачал головой и вдруг снова улыбнулся. – Я буду гордиться своей сестренкой, даже если она решит ненавидеть меня до конца своих дней. Прости меня, я последняя скотина, что столько тянул. – Он осмелел настолько, что мимолётно поцеловал её в лоб. – Мне пора, Хель, там ребята ждут. Не обижайся на меня слишком долго, ладно?

– Мечтай, засранец! – Это полетело уже ему в спину – легкомысленный Тео всё же слишком хорошо её знал. И потому поспешил от греха подальше к своим дружкам, сбившимся в кучку у дальних трибун и откровенно ржущим над братско-сестринскими разборками. – Да я убью тебя, пока ты спишь! А не убью, так отравлю за завтраком! Ещё пожалеешь, что кинул меня!

Если прикинуть, за все семь лет учёбы Хель мало что расстраивало. Она была сильной, не давала спуску всяким имперским и фейским задавакам, училась хорошо и по меркам факультета некромантии была чуть ли не звездой Академии. В общем, сопли распускала редко. Однако вот сейчас хотелось совершенно некрасиво расплакаться. Её посмел бросить – и, что уж там, предать – родной брат! Не какой-нибудь левый мудак, а добрый, милый братик. Светлый, мать его так, боевик. Да она от Эрика могла ждать подобного финта, от себя так тем более, но никак не от Тео!

И что самое интересное, она вполне понимала его мотивы. Да только принять, увы, никак не выходило. Ну вот где она найдёт себе команду за две недели? Лучших бойцов наверняка уже давно разобрали, а со всеми прочими попасть в финал можно будет лишь в мечтах.

Нет, она точно отравит братца!

– Долбаная боёвка! – ругнулась Хель, в сердцах обратив прахом парочку лежавших неподалеку булыжников. – И вот что мне теперь делать?

– Тебе подсказать? – послышался позади знакомый голос, ленивый и мелодично-вкрадчивый. Хель подскочила на месте от неожиданности. – Или со звуковым сопровождением просто сопли на кулак мотать сподручнее?

Отлично. Только главной факультетской язвы ей сейчас и не хватало. Кори Бреннан отличалась не только острым языком, но и вот этой премерзкой привычкой бесшумно подкрадываться, когда её совсем не ждёшь.

– Кори, мать твою, ты когда-нибудь прекратишь это своё?.. – Хель обернулась, однако её недовольный взгляд пронзил пустоту. – Кори?.. Это… а ты где?

Послышался едкий смешок.

– Попробуй ниже.

Кори возлежала, по-другому и не скажешь, на жёсткой скамье, вытянув длинные ноги и утомлённо прикрыв глаза. Ну прямо миледи на отдыхе, не иначе. И физиономия подходящая, тоненькая да белая как молоко. Полукровки Инферно на эрмегарском солнышке почти не загорают: говорят, для их кожи оно недостаточно горячее.

– Ты всё слышала, да?

– Да вас много кто слышал, – безжалостно ухмыльнулась Кори, вгрызаясь белоснежными зубами в ярко-жёлтый стручок аэльбранского перца. Кошмарно острого, между прочим; от одного вида глаза слезились. – Если впрямь решила потравить братца, надо было орать потише. Ну, знаешь, чтоб никто на тебя не подумал.

– Пф, как будто кто-то ещё осмелится покуситься на моего брата. – Хель вернула ей усмешку и уселась рядом. – Не томи, Бреннан, я не в настроении. Идеи есть – выкладывай, нет – я продолжу мотать сопли на кулак без особо ценного мнения всяких малолеток.

Выдержав драматическую паузу и сгрызя четвертушку перчика, Кори соизволила приоткрыть один глаз, сверкнувший на солнце травянистой зеленью.

– Тебе нужны бойцы, а мне нужен капитан. Интересует?

Хель даже немного пожалела об опрометчивом пассаже про малолеток. Ибо её интересует, даже более чем! Смазливая девчонка с нежным цветочным именем Ликорис не особо блистала в атакующей магии. И некромантка из неё очень средненькая. Да и вообще, казалось, она вылезает из кузницы артефактов, только чтобы окопаться в библиотеке…

Однако Хель могла себе представить, что бывает, когда эта языкастая зануда откладывает очередную книжку и берёт в руки меч. Она ведь из Инферно, а там плохих мечников в принципе не водится. Третий ранг как минимум. А может, и четвёртый, чем боги не шутят? В том, что тоненькая девица с крохотными беленькими ручками окажется посильнее многих наугад взятых парней, тоже сомневаться не приходилось: обманчивая хрупкость таких вот премиленьких полукровок – общеизвестный факт. Чистокровную и вовсе бы не допустили до Турнира, ибо несправедливое это преимущество – когда ты можешь швыряться соперником, точно соломенным чучелом.

– Ну допустим, – всё же кидаться на неё с воплем: «Объявляю нас капитаном и бойцом!» – Хель не спешила. – Что ты можешь предложить?

Кори приоткрыла и второй глаз – не зелёный, густо-лиловый. Точь-в-точь как аметисты в любимой матушкиной парюре, подаренной отцом на двадцатую годовщину свадьбы. Хель невольно залюбовалась: она по-прежнему не понимала некоторых своих приятелей, сохнущих по злоязыкой инфернальной соплячке, но поглядеть на неё было ой как приятно.

– Если вкратце: у тебя будут мой распрекрасный меч, мои распрекрасные мозги и мой распрекрасный друг Лазурит.

На слове «Лазурит» Хель даже подпрыгнула на месте и с трудом удержалась, чтобы не заорать от восторга. Жизнь-то стремительно налаживается!

Лазурит был ещё одним студентом из инфернальной братии, и его себе хотели все (наверняка хочет и братец Тео, чтоб его келпи в жопу укусил). И немудрено – мощный боевик, сильнейший тёмный маг на её потоке, неплохой воин к тому же. Он один стоит двоих, а то и троих средних бойцов. Да и собой хорош – а это крайне важно, когда речь идёт о спонсорской поддержке. На приличную амуницию и частные тренировочные площадки надо будет заработать самостоятельно, и тут приглядное лицо ничуть не менее важно, чем магические и воинские умения.

У Тео с мордой тоже всё в порядке, вдовствующие дамочки очень среднего возраста наверняка поведутся на шесть кубиков пресса, модную нынче щетину и белозубую улыбочку… Но целый Лазурит!

– Уже хочу посмотреть, как мой братец рвёт и мечет. Один вопрос – что с меня, Бреннан? – Ликорис посмотрела вопросительно, будто и впрямь не понимала, о чем речь. – Ой, брось, не из добрых побуждений ты продаёшь мне себя и своего дружка. Так что?

Кори села на скамье, потянулась по-кошачьи, куснула свой клятый перец, откинула с глаз длинные тёмные волосы, чуть вьющиеся на концах… Эта неспешность здорово раздражала, однако же Хель сдержалась. Не то чтобы она была близко знакома с Кори, однако знала, что это не специально. Демоны, они все такие… неспешные, чтоб их. И пафосные до Бездны. Вспомнить только этого самовлюблённого мужлана Сайруса, за которым всюду таскается её старший брат и от которого лет с шести фанатеет младший.

– Послушай, Хельга, – наконец подала голос Кори. – Я здорово облегчу тебе жизнь: у меня, считай, уже есть и команда, и стратегия. Но я терпеть не могу всю эту организационную волокиту, равно как и отвечать за кучу людей разом. Поэтому мне нужен тот, у кого уровень социальной ответственности чуток повыше моего. И да, с одним условием: у нас типа демократия. Никто не звездит и не самодурствует, все на равных, уважаем друг друга и всё делаем вместе.

Звучало вроде разумно. Всё – и причина, и подход. Разделение обязанностей – это правильно. И взаимоуважение – тоже. А если Хель порой и заносит… ну, она не сомневалась, что Бреннан ей быстро мозги вправит. Как-то с ходу ощущалось, что, несмотря на смазливую физиономию и жутко вальяжные манеры, у этой девицы твёрдый характер и острый ум. И стальные яйца, да.

Нет, пожалуй, не хотела бы она такой цветочек себе в соперники. Союзником всяко краше.

– Ладно, а почему именно я?

Кори пожала плечами.

– Вообще у меня другие варианты были… Но ты вроде неглупая, сильная и многим нравишься. И некромантка к тому же, а значит, своя. Короче, пока ты тут лаялась со своим младшеньким, я подумала и решила, что ты мне подходишь. – Она сверкнула улыбочкой, крайне зловещей и до Бездны обаятельной. Спонсоров точно на лоскутки порвёт. – Хотя я уже не так уверена. Вон твой братец орёт, что ты тиран и деспот.

– Я росла с двумя братьями-раздолбаями, какой ещё мне быть? Ну и да, – неохотно признала Хель, – я люблю покомандовать. Но! Это не значит, что можно меня выкидывать из моей же команды! Не будешь творить всякую хрень – сработаемся.

– Договорились, – постановила Кори, вернув на физиономию обычное каменно-невозмутимое выражение. И, поднявшись с места, шустро подхватила её под руку.

Хель подивилась трогательно-небольшому росточку девицы – на расстоянии та казалась повыше, да и какой-то… более статной, что ли.

– Ну что, валим из этого дурдома? Покажу тебе список свободных бойцов, с которыми переговорила. Они ждут до вечера, так что нам с тобой надо решить вопрос с итоговым составом прямо сейчас. А то точно никого путного не останется.

Хель кивнула, с трудом сдерживая улыбку – не столько довольную, сколько предвкушающую. Этот тупица Тео выпрыгнет из штанов, узнав, кого она заполучила в команду!

### Глава 1

Вопреки сложившемуся мнению, Тео тупицей не был. Да, он любил девушек – занимать мысли красотками не запрещает ни один известный ему бог. Топор и вовсе нужно регулярно чистить и затачивать, чтобы не превратился в украшение гостиной. Но и учиться ему нравилось, а благодаря хорошей памяти, немалому резерву и архимагу Эрдлангу в кураторах считаться сильнейшим магом на потоке было не так уж и сложно. Другое дело, что тратить время на скучнейшую историю магии и прочие зельеварения, таланта к которым он лишён напрочь, казалось сущим кощунством.

Поправочка – казалось ему. Руководство Академии считало иначе, и в правилах Трёхлетнего турнира чётко прописано: допускаются студенты, имеющие средний балл не ниже 4,0.

На Турнир Тео очень хотел. Наверное, ещё с тех пор, когда и магом-то не был. Смотрел на Эрика, гордость отца, семьи, Солхельма, – и завидовал безбожно, мечтая однажды обойти старшего братца. Он ведь тоже сын конунга и сильный маг, и уж его имени самое место на золоченой табличке победителя Турнира. Лучше бы победителя Турнира Десяти Зим, но, чтобы попасть на него, нужно выиграть в стенах родной Академии. А для этого, увы, недостаточно быть сильным и талантливым магом. О нет, ещё нужно заниматься всякой скучной фигнёй вроде составления матриц зачарования и прочими вещами, которых приличному боевику и знать-то не положено.

Тео с тоской посмотрел на стопку учебников. Не то чтобы делать домашнее задание совсем не хотелось – после прошлогоднего марафона по исправлению трояков глупо забивать на учёбу снова. Да и чем ещё заняться? Не проводить же время с Элен (Элис?), чью розовую помаду он едва оттёр с любимой рубашки? Да и они вроде как расстались – какой смысл встречаться с той, чьего имени не можешь запомнить? Это было бы слишком низко для солхельмца, с детства привыкшего женщин любить, уважать и боготворить. Оно и понятно – сложно не уважать кого-то вроде его матери, сестры или Эйлиф. Те без всякой магии способны любого мужика свернуть в бараний рог и сказать, что так и было. Эрмегарские женщины все такие, если подумать, но солхельмским девам ещё и свойственно иметь под рукой добрый топор или меч, да и рука у них тяжёлая. Тео испытал это на себе, пару раз получив от Хель и навсегда уяснив, что её игрушки и вещи без спросу лучше не трогать.

Ах, ну да. Хель.

Тео поморщился, вспомнив о сестре. Нехорошо всё вышло. Решение исключить её из команды далось ему нелегко. Хель он любил, как всякий брат любит свою сестрёнку, очень не хотел обижать, но…

Но есть у его сестры, вообще-то заботливой и хорошей, один очень существенный недостаток – она стерва. Не так чтобы в плохом смысле этого слова, но всё же стерва. Властная, суровая тиранша, которой только попробуй не подчинись – узнаешь о себе много нового, будешь предметом насмешек ближайшие полгода и совсем не факт, что при этом тебе не подольют в чай слабительного. И если Тео, проживший с ней под одной крышей всю жизнь, привык к её нелегкому характеру, то тот же Сэм Руссо, его друг и сосед по квартире, не раз прочувствовал на себе все прелести дурного некромантского нрава. Цапались они с завидной регулярностью, не поубивали друг друга только благодаря запрету на смертельные проклятия в Академии. И ведь фиг бы кто нашёл потом труп – поди разыщи маленькую горсточку пепла в нехилом таком студгородке!

О своём решении Тео собирался сообщить раньше. Ещё бы получилось найти нужные слова, чтобы объясниться. Ну, вот три дня назад и объяснился. С тех пор сестра его игнорировала и старательно делала вид, что они незнакомы. И наверняка в красках продумывала план мести.

Славненько вышло, ничего не скажешь.

Ссора с Хель изрядно расстраивала. Сестра, конечно, была той ещё занозой в заднице, крутой на характер, обладала хорошо поставленным командирским голосом и вообще способна кому угодно испортить жизнь в считаные секунды. Однако она его сестра. Не родная по крови, но любимая. Они выросли вместе, на пару дрались с городскими ребятами, когда те дразнились; на пару же бесили батюшку, сбегали от воспитателей и учителей. И теперь он скучал по ней.

Тео уронил голову на учебник по рунной магии, принялся повторять про себя формулы… И забил, понимая, что на практике все его знания по любимому, между прочим, предмету вызовут неплохой такой взрыв. Самое оно для боевика, да только темой были способы замедления противника, а не превращение его в хорошо прожаренную курочку. С этим он и без рун бы справился.

«Ну а что я должен был сказать?» – поинтересовался Тео сам у себя. И ответа никак не находил, потому как ситуация получалась совсем дурацкая.

Хель сильная магиня, некромантка, без неё команда прилично теряла в рейтинге. Но ещё больше она бы потеряла без второго его друга, Шайена, который согласился играть за их команду в последний момент. В отличие от Сэма, он неплохо ладил с Хель, но, как и всякий оборотень, некромантов в целом не переносил. Мол, перья у него от них дыбом, то ли убить хотят, то ли вендиго состряпать при первой возможности (причём второе всяко хуже).

А ещё есть Айрис Гордон, тёмная заклинательница третьего ранга, которую притащил Роланд. Что Айрис с Хель не поделили в прошлом – Бездна знает, однако факт налицо: терпеть друг друга они не могли. И вот тут уж сестра сестрой, а лишаться лучшего ликвидатора заклятий на потоке Тео не собирался.

Или всё-таки не стоило?..

– Ну и долго ты будешь страдать фигнёй, Дагмар? – послышался за спиной отвратительно весёлый голос.

…Да нет, стоило – минус Айрис, минус Сэм, минус Шай, и вот уже в команде Теодора Дагмара остались бы они с Хель и добряк Роланд, которому под силу подружиться даже с грёбаными блэровскими вампирами.

– Отвали, Руссо, я занят, – отмахнулся Тео от приятеля.

– Чем это? – Сэм подошёл ближе, подцепил учебник и демонстративно сморщился. Будто ядовитую змею увидел, не иначе. – Ой, фу! Боги, Тео, прекращай эту ерунду, у меня есть предложение получше.

– Знаю я твои предложения – пьянки и девочки. Против девочек ничего не имею, но у меня завтра контрольная по рунам, а послезавтра открытие Турнира. Так что нет, никаких предложений.

Как будто это хоть раз срабатывало! Его тут же ухватили за плечи и хорошенько тряхнули разок-другой.

– Не будь занудой, Дагмар! Эта ниша давно и прочно занята твоим бревном, её никому не переплюнуть.

«Бывшим бревном», – собирался было поправить его Тео, но вовремя прикусил язык. Джулс – всего лишь бывшая девушка и, несмотря ни на что, не заслуживает оскорблений. Особенно в присутствии Сэма.

Сэм же на его заминку не обратил никакого внимания, продолжая нудеть:

– Между прочим, все идут, даже Эйл. И девочек мы позвали красивых. Помнишь Марго с лекарского? Она тебе вроде нравилась.

Как не помнить? Марго Лессер – красотка-полуфейри с роскошной фигуркой, гривой тёмных волос и томными зелёными глазами. Всё как он любит. Одно «но» – у неё есть парень, а Тео терпеть не мог рушить чьи-то отношения. Красивых девушек в Академии предостаточно, к чему вестись на тех, кто уже занят? У него и других забот хватает.

– Она же встречалась с Магнусом Эйнаром?

– Блин, Тео, да сколько ты спал вообще? – вытаращился на него друг. – Эйнара давно уже захомутали сестрицы Блэр! Марго одна и скучает. Нет, если не хочешь, я и сам могу утешить малышку…

– Блэр? Что, обе сразу? – удивлённо переспросил Тео. Он слыхал, что бедовые дочурки самой крутой некромантки империи ничего не делают по отдельности, но чтоб крутить роман с одним парнем?..

– Ага. Повезло ему, да?

Тео на это хмыкнул. Если верить слухам, что ходили об этих белобрысых оторвах, Магнусу не завидовать, а сочувствовать впору. Да и в сексе втроём ничего особенного нет, он проверял. Ну разок, ну два, а потом утомляет во всех смыслах.

– Вот так у кого-то сразу две фейки, а у меня ни одной! – продолжал причитать Сэм, развалившись на его кровати. – Ни фейки, ни грифонши, ни цветочка адского… Хм. Да почему Эйнар вообще?! Он всего лишь артефактор!

– Он преподаватель. И взорвал Северную башню несколько лет назад, чокнутые сестрички просто не могли не повестись на такие заслуги.

Сэм на это громко рассмеялся и согласился. История о том, как трое студентов деактивировали все защитные сети на старейшей башне Академии и превратили её в груду камней, считалась местной легендой. Башню восстановили, но подвиг не остался незамеченным – именно там проходили занятия по той самой истории магии, ненавидимой всеми студентами без исключения. Магнуса Эйнара, героя в глазах студентов (и земляка Тео, между прочим), полагалось строго наказать. И Академия не была бы Академией в нынешнем её виде, если бы не подошла к этому самому наказанию с фантазией. Та ещё шутка судьбы (и ректора Дальгора) – самый главный разгильдяй и хулиган в итоге стал преподавателем. И получил кабинет в той самой башне, что забавляло вдвойне.

– Ну допустим. Хотя всё равно не понимаю. – Сэм в задумчивости взлохматил волосы и тут же нетерпеливо отмахнулся. – Ладно, так ты идёшь веселиться или будешь тухнуть тут как старикан?

Тео снова перевёл взгляд на учебники. Рунная магия совершенно не вдохновляла, в отличие от Марго и посиделок с друзьями, пусть и под непрекращающийся трёп Сэма. Опять ведь возьмутся дискутировать об элитарности родных фракций с Роландом или вовсе морды друг другу набьют. Рол, может, и заклинатель с девчачьми ладошками, а в драку лезет охотно, и даже проигрывает не всегда.

– И где пьянка? – сдался Тео, мысленно пообещав себе, что и пальцем не притронется к пойлу, раздобытому Сэмом.

– Как где? В нашей гостиной! Чувак, ты как с грифона свалился!

– С Шая? – хмыкнул Тео. – Чтобы с него свалиться, надо сначала на него залезть.

Сэм насмешливо приподнял брови.

– Что? Я про покататься! Не даёт же, чудище крылатое!

С грифона, Тео, может, и не свалился, но вот о том, что когда-то решил раскошелиться на отдельное жилье, в последнее время очень жалел. Ну как отдельное – студентам побогаче Академия предоставляла квартиры с несколькими комнатами, общей гостиной, кухней и ванной, что было несколько лучше проживания в одной комнате с соседом и общими душевыми на этаж. Только позже (ну, в прошлом году, когда пришлось учиться, а не только развлекаться) до него дошло, во что эта самая общая гостиная выльется. Преподаватели за бурной личной жизнью студентов не следили, заглушающие и запирающие заклинания студенты осваивали ещё на первом курсе, а потому вечерние посиделки зачастую превращались в попойки. А если учесть, что один из его соседей – разгильдяй Сэм, результат оказался немного предсказуем: их квартира заимела весьма сомнительную славу. Тео, конечно, как мог приструнил своих приятелей, но раз в месяц им становилось скучно, они забывали о своих угрозах и обязательно втягивали его в какую-нибудь историю. Нет, оно весело – но всё же утомляло.

– Руссо, в первый и последний раз в этом году, – проговорил Тео как мог строго. – У нас скоро тренировки начнутся, я не собираюсь проигрывать Турнир.

– Да понял я, понял, господин зануда! – Сэм наконец слез с его кровати и ухватил за рукав. – Пошли уже, только ваше задничество и ждём.

– Как «ждём»?

– Вот так! Ты бы хоть на время смотрел!

Тео глянул в окно – на улице уже стемнело, только фонари освещали улицу.

– Специально для тебя, между прочим, заглушки ставили! Ты же у-учишься!

Впору было возмутиться, передумать и вообще лечь спать – подозрительно быстро всё организовалось. Не ровён час, посиделки превратятся в форменное непотребство.

– Что-то я уже никуда не хочу, – заявил Тео, снова покосившись на учебники. Домашка уже не казалась такой плохой перспективой.

Но куда там – Сэма так просто не проймёшь.

– Тогда я останусь здесь и буду ныть над ухом всю ночь.

– Нет, не будешь – либо тебе надоест, либо я тебя уложу и выкину за порог.

– Неправда, ты меня любишь.

– Да ну?

Он на это только глаза закатил – мол, ты потрынди ещё тут, а только всё равно будет по-моему.

– Брось, Тео! Ну посидим немного, а потом я даже сам провожу тебя в постельку.

– Так себе перспективка. – Тео поморщился. Обойдётся без провожаний, главное – помнить о завтрашней контрольной. – Ладно, ладно, иду я! Только переоденусь.

В конце концов, что плохого может случиться с ним в родной гостиной после пары кружек эля?..

* * *

– Кори, ну ты только посмотри на себя! Какие милые кудряшечки, сто лет их не видела…

– Ну мама!

– …ну вот и зачем прятать такую красоту?

– Мам!

Из-за двери послышались смешки друзей, и особенно выделялось радостное ржание Магнуса. Пламя предвечное, а этот-то откуда взялся?.. Кори в раздражении поморщилась и щёлкнула пальцами. Дверь, до того чуть приоткрытая, послушно захлопнулась, а поверх лёг полог тишины.

Нет, а что ещё-то она могла сделать? Мамы такие мамы, везде достанут. Даже если они в Инферно, а ты в Иленгарде. Впрочем, парное зеркало ей всучили ещё перед отправкой в Аль-Маареф, где она училась первые четыре года, с наказанием всегда держать артефакт заряженным и связываться с семьёй хотя бы раз в неделю.

Ну как «с семьёй». С матерью и Ирисом, мелким братишкой. Старшие братья вспоминали о ней время от времени, но сёстры всегда терпеть не могли. Отцу бы вовсе в голову не пришло поинтересоваться, как она тут поживает. Вот почитать нотации – мол, грубишь Сайрусу и места своего не знаешь, дерзкая соплячка, – это всегда пожалуйста. Кто бы самому Сайрусу поведал, что он большую часть времени ведёт себя как задница и заслужил только кинжал в бочину? А любви и ласки пусть поищет у своих бесконечных баб.

– Как твои дела? – Матушка, к счастью, оставила в покое её «милые кудряшечки». – Как учёба? Ты не просыпаешь завтрак, я надеюсь?

– Мам, ну какая там учёба? Месяца ещё не прошло, как семестр начался. И нет, не просыпаю…

Ну, почти. А когда просыпает, так Тиэри… тьфу, Лазурит! – притаскивает ей поднос. Её другу, как и всякому тёмному магу, тоже нелегко было встать к девяти утра, однако саму Кори подчас проще прибить, чем разбудить. Хотя у Хель получалось получше, уж она-то с ней не церемонилась. Чего они вообще предложили ей съехаться? Впрочем, Лазурит-то точно не жалуется, он от их властной командирши в восторге. Прямо хоть ставки делай, когда он её охмурит. В том, что это произойдёт, Кори отчего-то даже не сомневалась.

Дальше последовала душераздирающая тирада о том, какая она худенькая и как важно в её возрасте правильно питаться. Кори терпеливо кивала, хотя мысленно готова была взвыть. Её мама была понимающей, ненавязчивой и вообще замечательной все бесконечно долгие три недели, что Кори провела в Инферно этим летом, однако теперь, когда она оказалась на расстоянии в несколько тысяч лиг (плюс-минус пространственный портал), матушке как обычно, отшибло мозги. И Иоланда Бреннан, степенная синтарийская леди, ныне любимая супруга третьего архонта Инферно, обернулась гиперзаботливой наседкой. Ну вот зачем эти причитания? Она ведь уже взрослая!

– Для своей матери ты никогда не будешь достаточно взрослой! – сурово возвестила мама в ответ на этот разумный вроде аргумент. – А по законам Инферно, между прочим, ты вообще ещё крошка… Сколько тебе на наш счёт? Четырнадцать?

– Ну просто охренительно, – ворчливо отозвалась Кори, морально приготовившись к новой тираде, на сей раз о чистоте речи. – Жрать что попало – так я дитя малое, а с сорокалетним мужиком миловаться – это всегда пожалуйста! Нет, либо мне мои законные двадцать лет, либо уберите от меня этого озабоченного урода!

– Девятнадцать. И будь с ним поласковее, – мягко пожурили её. – У Сайруса нелёгкий характер, ты могла бы пойти ему навстречу…

С ума спятить, теперь и родная мать туда же! Это у Кори нелёгкий характер, а Сайрус просто самовлюблённый кусок дерьма! Она, значит, должна стелиться перед этим винторогим козлом, только потому что тот из сильной касты,шийэр, а сама Кори – всего лишь илдис. Слабая. Что уж там, в Инферно быть илдис – участь немногим лучше, чем быть женщиной в Гренвуде. Пламенные земли – край суровый, и нравы там тоже суровые. Слабаков демоны ненавидят и всячески норовят унизить. Кори не стала исключением: как и многие полукровки, она родилась хилым младенцем, выросла в хилую девчонку. Сёстры буквально сживали её со свету, братья… те любили и всячески баловали, но им и в голову не пришло бы относиться к ней как к равной. Оно и правильно: такие, как Кори, в Инферно не достойны уважения. Достойную не отдали бы чужому дому в качестве эоруш.

«Эоруш» означало «жертва», но в понимании имперцев это скорее… «невеста». В последнюю их встречу, то есть позавчера, Сайрус её так и назвал – «моя невестушка».

И впился острыми зубищами в сгиб шеи. Чтоб ему повылазило! Больно было просто до Бездны! А уж как унизительно…

Кори, конечно, привыкла к унижению, однако терпеть не собиралась. Она не слабая. Не слабая. Что бы там ни думали всякие рогатые мужланы вроде Сайруса и дражайшего батюшки.

– Кори…

– Навстречу, значит. То бишь бегать за ним? Угождать ему? Позволять ему что угодно? И всё только потому, что я не с теми рогами родилась? Нет, мама, я не могла бы. Раз отцу так нравится Сайрус, пусть сам с ним тискается.

Нежное девичье лицо в облаке медово-золотистых волос, так похожее на её собственное, вмиг стало печальным. Мать знала о её затяжном конфликте с отцом и, конечно, переживала и расстраивалась. Но сделать она ничего не могла. И сама Кори тоже мало что могла, но это только пока.

Отец с Кори всегда был холоден и строг. И всё-таки учил её тому же, чему и остальных детей. Конечно, как воин Кори не могла сравниться со своими здоровенными братьями, и до сестёр-то недотягивала; однако лишь она в полной мере унаследовала фамильный талант к оружейному делу. А от матери получила человеческую магию. Сильнее не стала, но её ценность возросла во много раз. Она могла быть полезна своему Дому! И – видят боги и богини – она хотела.

И поэтому новость о том, что отец отдал её – как вещь, как животное, как рабыню! – ублюдку Великого Воителя, стала для Кори таким ударом.

Отца у неё с тех пор нет. Как и семьи. Как и дома.

Правда, заявить об этом вслух она пока не могла. Не доросла – и прекрасно понимала это. Сначала бы получить хотя бы диплом мастера… А до тех пор приходится играть по правилам Инферно. То бишь изредка терпеть свой мерзкий народец, своего предателя-папашу… и своего, прости Бездна, женишка.

Своимшаэмар она не могла назвать Сайруса даже в мыслях. Ведь по-имперски это значило «хозяин». А у Кори никаких хозяев нет и не будет. Она воин и маг, а не гаремная подстилка.

– Кори, вы ведь поженитесь. И это навсегда. Пойми, детка, я не поддерживаю решение твоего отца. Однако таковы порядки в Инферно…

– Я не в Инферно, – отрезала Кори, – и слава богам! Всё, мне пора. Поговорим вечером. Очень надеюсь, что не о Сайрусе и его тонкой, блин, натуре.

Не дожидаясь ответа, Кори деактивировала зеркало и страдальчески застонала, уронив голову на сложенные руки. Такого подлого удара она не ожидала. Кто бы мог подумать, что самодовольный гордец Сайрус пойдёт плакаться женщине, которую другие высшие зовут не иначе как «иноземная шлюха»? Разумеется, за глаза и с оглядкой: отец не спустит оскорбления своейайрш’энсайр никому, будь это даже сам Великий Властитель. Ну, это, конечно, вряд ли: любимая жена Властителя – тоже имперка, как мать Кори…

На неё Кори не злилась. Благо прекрасно знала свою маму – умную и добрую, но чересчур наивную, толком не знающую жизни. Точно садовый цветочек, фиалка, в честь которой её и назвали. Легко представить, как Сайрус приходит к ней с веником пресловутых фиалок и любимыми сладостями, отвешивает комплименты и горько сокрушается: мол, стараюсь изо всех сил наладить отношения с будущей супругой («жёнушкой», – ехидно поправило подсознание), а та ни в какую, вразумите девочку, вы же мать. Вполне в духе Сайруса: тот не только горд и самодоволен, но ещё и хитрожопый до крайности. Боевик боевиком, а простодушные дурачки не выигрывают два Турнира подряд – сначала трёхлетку, потом и декаду.

Декады ещё, поди, дождись, но Трёхлетний турнир выиграть Кори обязана. Чтобы доказать всяким там винторогим, что она ничуть не хуже. А местами даже и получше будет. Тут не Инферно, и сила не всё решает. Мозги тоже нужны, а уж мозгами своими Кори гордилась по праву. Благо в империи это и впрямь играет роль, и никому нет дела до того, какие там у неё рога.

– Кори, ты живая или как? – послышался из-за двери голос Лазурита. – Выходи уже, одну тебя ждём!

– Иду! – отозвалась Кори, повторным щелчком развеяв заглушку.

Она села прямо и недовольно запустила пальцы в волосы. Якобы «милые кудряшечки», а на деле – буйная, вечно путающаяся неряшливая грива, которую нельзя укротить без помощи магии. Но сейчас возиться было лень, поэтому Кори просто увязала всё это безобразие в кривенький хвост на затылке и поднялась со стула.

Напоследок она мимоходом зыркнула в потухшее зеркало. Артефакт послушно отразил несуразно бледную физиономию с яркими росчерками пухлого рта, чёрных бровей и чудны́х разноцветных глаз. Один человеческий, другой от отца-демона. Имперцы не могли спокойно жить, не отвесив её глазам ворох идиотских комплиментов; Кори же, в свою очередь, никак не могла к этому привыкнуть. Ведь в Инферно это был лишь ещё один повод, чтобы издеваться над полукровкой-недоделком.

Ну да ничего. Вот как вытянутся все эти чванливые демонские рожи, когда недоделок всех уделает.

С этой мыслью Кори кивнула сама себе и решительно направилась в гостиную. Чтобы уделать всех и вся, надо очень хорошо постараться.

– Ба, кто это к нам чешет! – Магнус самым наглым образом развалился в кресле в обнимку с чокнутыми сестричками Блэр. Кресло для их тройничка явно было маловато, но покуда держалось. – Кудряшечка! Сто лет не виделись, дай обниму!

– У тебя уже есть две кудрявые штуки, их и обнимай, – огрызнулась Кори. – Что ты здесь делаешь вообще? У нас тут сбор команды, а ты клятый препод!

– Которому ты сдаешь артефактное право в конце будущего семестра.

– Ой, как страшно!

– А мне вот реально страшно, – заявил Магнус, состроив испуганную физиономию. – Вас-то, идиотов, целый поток, а я у мамы один такой! Боги, почему я вообще до сих пор работаю в этом дурдоме?

– Ну как же, глупенький? – изумилась Алэйне, приподняв светлую головку с его плеча. – Куда же ты без нас?

– Мы тебя не отпускали, – подхватила Аэлин, куда более конкретная, нежели сестрица. Оно понятно, боевые некросы соплей разводить не любят. – Никуда не денешься.

– Не-а, никуда.

– Даже не мечтай смыться.

– Нас ведь двое…

– …а ты один!

Оказывается, двоиться может не только в глазах, но и в ушах. Девчонки и внешностью, и голосом были похожи, что называется, как две капли воды. Как Эйнар умудрялся отличить одну от другой даже с закрытыми глазами, оставалось загадкой. Сама Кори только по фракционным татуировкам могла определить, кто из них Алэйне, а кто Аэлин.

– Мои девочки, – блаженно улыбнулся Магнус, крепче прижав к себе обеих. И тут же, в ужасе вытаращив глаза, просуфлировал: «Помогите!»

– Страдай, – фыркнула Кори и привычно забилась в угол дивана, потянув за собой лежащий на подлокотнике зелёный плед. Как и многие молодые демоны, оторванные от Инферно, она мёрзла нещадно, и чем севернее, тем хуже делалось. На Солхельме она бы и месяца не продержалась. Там вообще, кажется, демонов нет.

– Глинтвейна? – заботливо поинтересовался Лазурит. Кори согласно закивала, на что в её руки тут же был отправлен тёплый кувшин.

Горячее вино малость согрело, но желания выбираться из пледа так и не возникло. Ей и так хорошо. Не хватает разве что пушистого котика на коленках, чтобы совсем идеально. Завести, что ли?..

От мыслей о котёнке, тёплой погоде и грядущем Турнире отвлекла Хель, наконец вылезшая из ванной. Как и все некромантки, она была напрочь лишена всякого стыда, а оттого из одежды на ней был лишь страдающий минимализмом халатик. Впрочем, стыдиться ей уж точно нечего – Кори даже немного завидовала шикарным формам, крепким ногам и стати солхельмской валькирии. Лазуриту вон точно нравилось – Хель только одарила его взглядом заправской генеральши, а друг уже поспешно сдвинулся в уголок дивана, освобождая ей место.

– Итак, сразу к свежим сплетням, – начала она, укладывая мокрую после душа голову на колени Лазуриту. – Мой тупой братец действительно уговорил Шайена херг Ларта играть за его команду.

– Ну, будь он таким тупым, вряд ли уговорил бы Шайена, – хмыкнул Лазурит. – А вообще-то на него Кори зарилась.

– Зарилась, – не стала отрицать она. – И заполучила бы, кстати, но тут ты со своим братцем. А на тебя и Шайена сразу у нас бы баллов не хватило. И так впритык.

Сумма баллов ранга не должна была превышать тридцать два. Это правило ввели как для уравнения шансов – чтобы в одну команду не набился десяток профи, – так и для проверки сообразительности капитанов. Куда сложнее собрать сбалансированную команду, если желания надо соизмерять с возможностями.

– Ну как так-то! – недовольно взвыла Хель и рубанула кулаком по воздуху. – Отжали бы у Тео грифона, вот бы он продолбался! Можно же было взять его вместо… ну…

– Вместо меня? – понимающе усмехнулся Тони, заполучивший второе кресло целиком и полностью. – Хельга, милая, куда вы без слабачка-светлячка?

Его глаза коротко сверкнули двумя зеленоватыми огоньками. Впрямь как светлячки. В целом Тони Макфарлейн был заурядным парнем, щуплым и рыжевато-белобрысым, но глаза выдавали нелюдскую примесь в крови. Глаза вообще всякую метафизическую хрень на раз выдают, особенно у всяких там оборотней, демонов и прочих перевёртышей.

– Нет, посуди сама: вы ж все тёмные, кто вам щиты стабилизирует?

– Светляк дело говорит, – заметила Кори. – В финале обычно ведётся массированный обстрел, нагрузка на щиты – закачаешься. Счёт порой на секунды: кто первый щит обвалил, тот и классный. А у нас к тому же один чистый боевик на всю команду. То есть у тебя и Аэлин расход пойдёт на полуторную меру резерва, и времени у нас заведомо меньше, чем у команды из боевиков.

– Нечестно, – буркнула Хель. – Бреннан, бесишь. Чего ты всезнайка такая?

– А на кой я, по-твоему, столько времени в библиотеке торчала? К Турниру готовилась… Брось, Хель, не надо жадничать! Ну заграбастал твой братец пернатого раэлинова племянничка, ну и что теперь? Лазурит круче.

Лазурит деловито кивнул, собственную крутизну полагая само собой разумеющейся.

– Ну так-то он не только Шая заграбастал, – заметила Алэйне. – У него Айрис с Роландом, а в паре они работают отлично…

– …и сам тупой братец хорош, – вторила ей сестрица. – Дядюшка Лайам абы кого в протеже не берёт.

Что самое главное, «тупой братец» был хорош не только магическими умениями. Внешность у него тоже не подкачала, Кори оценила. (Разумеется, сугубо с деловой точки зрения!) Можно сколько угодно насмехаться – мол, сын конунга с мордой заправского деревенщины, – да только парень и впрямь красивый. И очень располагающий. Добродушный, улыбчивый, с виду простой как медяк. Оно и славно, томные фейские принцы на понтах уже у всех в печёнках… А к приглядной внешности ещё следовало добавить огромную силу и уникальный дар. Светлые маги эфира – большая редкость; шестая стихия своенравна и очень агрессивна, недаром её прозвали «тёмным пламенем». При таком раскладе ничуть не удивительно, что Дагмар такой любитель повыпендриваться.

Неудивительно и то, что многие готовы поставить на победу Тео Дагмара ещё до официального открытия Турнира. У Кори, правда, имелось иное мнение на этот счёт. Стратегию она разработала; линию защиты скорректирует Тони, линию атаки доведут до совершенства Хель и Лазурит. Ну а торговать мордой Кори умеет как никто. А ещё хитрить и мухлевать, оставаясь в рамках правил. Она ведьинфрэйре, интриги у неё в крови. Куда там всяким деревенщинам? Даже таким до Бездны привлекательным.

– Мелкий Дагмар выделывается много, – со знанием дела заметил Магнус, по-прежнему вмурованный в кресло с обеих сторон. – На том и погореть может. Ещё турнир не начался, а все уже знают, что он за хрен и с чем его есть. Вот брал бы пример с нашего цветочка! Сидела себе, чахла над книжками, а тут бац – и четвёртый ранг.

– Тео скорее помрёт, чем перестанет выставляться, – фыркнула Хель негодующе. – Братцы у меня типичная боёвка, что один, что второй… Да и цветочек лично я пока в деле не видела.

Кори на это чуть издевательски вскинула брови.

– Ха?

– Без обид, но будь ты в самом деле так уж хороша, об этом бы трещали на каждом углу. А так только слухи ходят.

Она безразлично пожала плечами.

– Сладуля, да мне того и надо было. Гораздо проще сразить толпу наповал, если от тебя изначально не очень-то много ждут.

– Вот именно, – охотно подтвердил Магнус. – Так что, Хель, твой братец пусть выделывается на здоровье, а вы скидывайтесь на частную площадку и шуршите там потихоньку.

– Легко сказать! – хмуро отозвалась их капитанша, сев прямо и одернув халат. – Не будем светиться – не получим пожертвований на командный счёт. А по карману частная площадка нехило ударит. Ты хоть представляешь, сколько стоит аренда в сезон Турнира?

– Сдадут по стандартной цене. Там дружок Сайруса всем заправляет, Кори договорится. Правда ведь?

– Правда. – Кори брезгливо поморщилась, но всё-таки согласно кивнула. – Должен же и мне быть какой-то толк?.. – Она осеклась, поймав любопытные взгляды Хель и близняшек, и спешно перевела тему: – Короче, с вас по пятнадцать золотых. Потом заберёте, когда на счёт накапает.

– «С нас»? – хором возмутились близняшки. – Чего это?

– Того это. Без меня будет по тридцатке.

Хель неожиданно весело рассмеялась и приобняла её одной рукой.

– Не знаю, Бреннан, как там у тебя с техникой фехтования, но твой дар убеждения реально впечатляет.

– Ах, Хельга, милая, – протянула Кори, злорадно улыбнувшись и отбросив со лба выбившиеся кудри, – да то ли ещё будет!

* * *

…не успев ещё проснуться до конца, Тео призвал часы, с трудом приоткрыл один глаз. Стрелки указывали на шесть утра – рань несусветная даже для светлого мага. Числилась за ним такая дурная привычка – с похмелья подскакивать ни свет ни заря и таращиться в потолок, пытаясь собрать мозги в кучу. А всего-то стоило хорошенько проспаться, благо зверский метаболизм магов легко справлялся с последствиями даже самых бурных посиделок. Если на них обходилось без всяких травок сомнительного происхождения, обычно притаскиваемых Сэмом, «чтоб повеселее». Тео ещё на первом курсе зарекся брать из его рук вообще что-либо – и пока ни разу об этом не пожалел. Но то ли он слишком задолбался за эту неделю, то ли в пойло и впрямь было что-то добавлено, а факт остаётся фактом – вечеринка удалась. Разумеется, по меркам придурка Сэма, потому как Тео не покидало ощущение, что мозги превратились в кашу. Ну хоть на контрольную не опоздал, через пару часиков должно отпустить.

Тео попытался пошевелиться и только сейчас понял, что на грудь что-то ощутимо давит. Нет, разок он умудрился заснуть в обнимку с топором, за что Хель издевалась над ним целый месяц. Но сейчас интуиция упорно подсказывала, что причина его намертво затекшей руки – вовсе не стальной друг.

Тео всё же заставил себя открыть глаза…

И не сдержал мучительного стона – на нём спала Эйлиф, по счастью, одетая, как и он сам, но вот рука её преспокойно лежала на его ширинке. Впору за голову хвататься и надеяться, что они просто так неудачно свалились на кровать и не думали лезть друг к другу в штаны. Всё-таки Эйл его друг, а никак не кандидатка в подружки.

Тео как мог аккуратно выбрался из постели, стараясь не разбудить её. Двенадцать, ему просто нужно несколько минут, чтобы начать соображать! Он открыл окно, на всякий случай накинул полог тишины. Дураков шляться по улице в такую рань было мало, но кто знает, кому взбредет потащиться на полигон, чтобы потренироваться, пока никто не видит? Тео вот таскался с первого курса, когда ещё толком и не умел управляться с магией. Так его и поймал однажды архимаг Эрдланг. Отругал за беспечность (шутка ли – первокурсник играет в крутого мага без присмотра), но похвалил за трудолюбие и взял в свою группу. Пожалел не раз, как сам говорил, особенно когда видел ведомости с оценками. И по боевой магии гонял пуще прежнего, «чтоб неповадно было». Не то чтобы Тео жаловался – четвёртый ранг сам собой не зарабатывается.

Он призвал портсигар, стащенный у отца ещё в прошлом году, и закурил. Вообще-то Тео не любил это дело, баловался редко, считая бесполезной тратой времени. Но у табака было одно полезное свойство – на пять минут едкий дым словно стирал мучившие мысли и позволял привести в порядок голову. Вот и сейчас помогло – воспоминания о вчерашнем вечере потекли ровным, стройным потоком.

Во-первых, выпил он и впрямь немного, всего-то три кружки эля. Но весьма крепкого, спасибо Эйлиф и её заботливой матушке, по обыкновению снабжавшей их всех изрядным запасом провианта. И выпивки. У госпожи Мавен, помимо огромной фермы, имелись собственная медоварня и огромный сборник рецептов со всеми известными Тео видами пойла. И фантазия, с которой она это самое пойло варила, испытывая результаты своих трудов на крепких здоровьем однокурсниках дочери. Вчера, судя по всему, был как раз тот случай, когда им пришлось побывать подопытными кроликами.

«Первое – посоветовать госпоже Мавен втюхать пару бочонков отцу и Эрику к Зимнему Солнцестоянию», – мысленно отметил Тео. Мать как раз жаловалась, что на последнем пиру в честь Эрикова дня рождения ушла половина запасов. Шутка ли – напоить весь замок, самого отца с дружиной и брата с толпой приятелей со всей империи.

Во-вторых, ничего особенного он вчера таки не выкинул. Подержал Марго на коленках, поболтал о том о сём… Девочка была что надо, однако же никакого трепета не вызвала. Иначе он бы потащил в кровать её, а никак не Эйлиф. Причём и её-то он потащил исключительно для того, чтобы уложить спать. Эйл жила в стандартном общежитии, и заставлять её ползти туда было попросту кощунственно. Протянул руку помощи другу, в общем.

В-третьих, надо уже основательно повлиять на Сэма. Тео и сам не образец добродетели, однако же на развлечения действительно нет времени. Даже на невинные вроде свиданий, выпивки и… фантов.

Точно, они же вчера опять страдали этой детской ерундой. И Тео даже вытащил что-то… Рука сама собой потянулась в карман брюк.

Он не ошибся – в кармане нашлась измятая бумажка, на которой удивительно красивым для такого разгильдяя, как Сэм, почерком было выведено: «Выгулять Цветочка». Интуиция и заглавная буква настойчиво подсказывали, что речь вовсе не о гербариях и клумбах.

– Что это ещё за дендрофилия? – Тео сунул бумажку под нос Руссо.

Приятеля удалось отыскать только к обеду, уже после контрольной, сданной, между прочим, на «отлично». (Пойди пойми, что добавила в эль матушка Эйлиф, но, вернувшись в кровать и доспав положенное, Тео почувствовал, что в голове ясно и думается не в пример лучше, чем вчера.) Тот встретил его улыбочкой до ушей, да и в целом выглядел омерзительно довольным. Что не к добру – такая рожа у Сэма делалась всякий раз, когда удавалось кого-нибудь удачно подколоть.

– Какие мы умные слова знаем, – картинно умилился он и, выхватив листочек, уставился на тот в такой задумчивости, словно бы впервые увидел. – О. Прости, чувак. У тебя, кажется, невыполнимый фант.

– Чего это?

– Так цветочек же у нас мнит себя даром богинь. Клятой боёвке в руки нипочём не дастся! – выдал Сэм. И заржал так радостно, будто бы только что отмочил лучшую остроту в своей жизни. – Лучше сразу сдавайся, от чар непреложной истины ещё никто не умирал.

– Да что ты, серьёзно?! – едко изумился Тео, всплеснув руками. – Я вот, помнится, ляпнул магистру Уилбергу, что ему бы лучше хорошенько потрахаться, а не сношать мне мозги. Если вдруг не помнишь, экзамен сдал только с третьего раза! – Сэм не только не проникся его горестными воспоминаниями, а знай себе заливался пуще прежнего. – Гадёныш ты, всеми демонами трижды долбанный, ну-ка живо выкладывай, во что меня вписал?

– Всеми демонами?.. Ха, ну да, примерно в это и вписал. Цветочек у нас самых что ни на есть демонских кровей!

Он всё веселился, а Тео едва не схватился за голову. Бурная фантазия тотчас же нарисовала семифутового качка со свирепой физиономией и огромным двуручным мечом за спиной. Демонские мужики – они в основном именно такие, здоровые, свирепые и помешанные на всяких железяках. Как Сайрус. Нет, Тео, конечно, Сайрусом искренне восхищался чуть ли не с пелёнок. Да и вообще человек толерантный. Но «выгуливать» всё же предпочитал хорошеньких (и безобидных!) девочек.

– Я тебя умоляю, скажи, что цветочек – это девчонка!

Сэм зловеще ухмыльнулся и явно собрался поглумиться над ним всласть, но помешала нагнавшая их Эйлиф.

– Ликорис? Ну да, девчонка. Смазливая до тошноты, так что не страшно. Мне вон выпало кружку «огненной воды» залпом махнуть!

Ну, тут поспорить сложно. Огневуха – то ещё пойло даже для крепких солхельмцев. Особенно если додумаешься смешать с чем-то не менее ядрёным.

– Бездна, я что, один не знаю, кто это такая?

– Да она же с нашего потока, некромантка. Ты вчера на уголовном праве полпары на неё пялился.

– Чего сразу пялился? Мне тупо скучно было! – искренне возмутился Тео.

– Конспекты писать не пробовал?

– Ой, всё!

От сердца, впрочем, немного отлегло. Красивые девочки – это хорошо, даже если это некромантки. Они, конечно, жутковатые, но в принципе вполне симпатичные. Понять бы ещё, какую выгулять заставят.

– Вы идёте или как? – окликнула Эйлиф. – Шевелите жопами, времени уже порядком! Опять все приличные места займут.

– Нормально, Рол обещал столик забить, – отмахнулся Сэм, но тоже зашагал следом. – Идём, Тео! Посмотрим, что за команды собрались, ну и на цветочек заодно попыришься.

Разумное предложение. Неплохо узнать, что за цветочек такой экзотичный и что нынче с командами. До начала Турнира многие старательно делали вид, что знать друг друга не знают, а уж к официальному открытию сбивались в кучки и многозначительно глазели на противников – кто с завистью, кто с превосходством. Детский сад, конечно, однако же многие студенты исправно соблюдали эту традицию.

Роланд на пару с Айрис уже были в столовой и даже заказали всем еды. Маги – люди непритязательные, вегетарианцев среди них не числилось, заказывай мяса побольше и не ошибешься. Тео, признаться, вмиг стало не до команд и цветочков, когда он увидел на тарелке индюшачью ногу. Пахло от неё так, что два внушительных сэндвича с беконом, специально припрятанных на утро, показались чем-то незначительным. Он только огляделся в поисках Хель, но, так и не найдя знакомой темноволосой макушки, принялся за еду.

Сэм толкнул его в бок неожиданно, заставив поперхнуться картофелиной, и зашипел прямо в ухо:

– Вон твой цветочек. Выгуливать будешь или сразу сдашься?

Тео поднял голову. По столовой неспешно вышагивала симпатичная девчонка в обтягивающих брючках и тёмном свитере, чересчур тёплом для иленгардской осени и притом не особо оставляющим простора фантазии. Худенькая, невысокая, изящная и точёная, с тонкой талией и длинными стройными ногами. Лицо очень бледное, а волосы, наоборот, чёрные как смоль.

Тео невольно залюбовался своим… фантом. Красивая. Но выглядит не так чтобы слащаво, скорее стервозно и желчно. Сразу видно, подарочек тот ещё. О дурацкой шуточке Сэма вмиг подзабылось – Тео и без фантов не прочь познакомиться ней поближе. Он вообще искренне обиделся на самого себя. Она же в его вкусе настолько, что хоть прямо сейчас иди и знакомься! Как Тео вообще не приметил такой цветочек раньше?

И вспомнил – примечать-то он примечал, да только всякий раз видел в компании с демоническим красавчиком Лазуритом. Оттого и потерял интерес, хотя нет-нет да и косился. Вот как на вчерашнем праве.

– А она разве не с Лазуритом встречается? – на всякий случай уточнил Тео. А то с Сэма станется устроить подлянку. Не со зла, но из желания повеселиться.

– Они друзья, – заверил тот со знанием дела. – Говорю ж, цветочек не для боёвки цвёл, встречается только с библиотекой и кузницей артефактов. Зануда и высокомерная стерва, всё как ты любишь. Стал бы к ней кто подкатывать, будь она подружкой Лазурита!

– Тогда ладно, – ещё раз глянув в сторону Ликорис, отозвался Тео. – Хорошенькая.

– Хорошенькая, – печально согласился Сэм, пялясь вслед цветочку. – Прям конфетка. Но ядовитая что та гадюка.

– А чего, я люблю змей!

– Охолонись, Тео. Не по тебе змеюка! Я к ней пару раз подъехал – до сих пор обтекаю.

– Парудесятков раз, – ехидно поправила Айрис. – Видят боги и богини, девчонка тебя на дух не выносит.

– Ой, она и сама не дивная орхидея! Чертополох гадский… Не, ну поглядим, может, Тео ей больше понравится? – с явным скептицизмом предположил он. – Хотя вряд ли. Цветочек к нам из шафрийского «Сердца Тьмы» перевелась, а там нас, светленьких, вообще за людей не считают.

– А что, ему выпало склеить Бреннан? – полюбопытствовал Рол. – Соболезную. У меня тоже без шансов – «победить архимага Раэлина на дуэли». Придумал же мудак какой-то. Везёт нам с тобой, да, Тео?

Тео, крайне занятый созерцанием прекрасных тылов «гадского чертополоха», бездумно ляпнул:

– Это я тот мудак. Про Раэлина у меня было.

– Ну спасибо, приятель!

– Обращайся, – хмыкнул Тео и собирался было вернуться к индейке, когда вдруг заметил Хель, появившуюся в дверях столовой.

Он помахал ей рукой, но в ответ получил только быстрый взгляд и вздёрнутый нос – злиться Хель могла долго и основательно. И ведь есть за что! Тео себя виноватым чувствовать не любил и прощения редко у кого просил, но теперь придётся. И кто знает, что его некромантская сестричка потребует в виде искупления?

Ладно, всё лучше демонстративного молчания и давящего чувства вины.

Тео поднялся было, собираясь подойти к ней… Да так и замер, приметив, что направляется она к столу, где расположилась его Ликорис. Он не припоминал, чтобы они дружили или плотно общались, Хель вообще училась на курс старше…

– Я что-то не понял, – послышался откровенно удивлённый голос Сэма, – твоя сучистая сестрица в одной команде с Бреннан?

– Эй, поаккуратнее. Она всё ещё моя сестра, – проворчал Тео, плюхнувшись обратно. – Думаешь, она в её команде? А это плохо?

– Это полная хрень, Тео, – простонал его друг. – Вы поглядите, кто к ним чешет.

Тео, признаться, сам уронил челюсть при виде смуглого долговязого типа, как всегда, легко узнаваемого по роскошной гриве серебристо-белых волос.

– Лазурит! – воскликнул он, даже не трудясь скрыть зависти. – Он же ни к кому и ни в какую! Ну вот как она его уломала?

– Как-как? Они с цветочком неразлейвода. Лазурит да Ликорис… И звучит-то вроде как третьесортный бордель…

– А на деле маг и воин, оба четвёртого ранга, – ворчливо закончила за него Айрис. – Неплохо эта стерва прибарахлилась. Кого бы ещё ни набрала, а первый тур у неё в кармане.

«Четвёрочка? – Тео одарил стервозную красотку полным сомнения взглядом. – Охренеть, куда там поместилось-то».

Нет, он понимал, что пристрастен, и вообще демоны физически сильнее людей… но всё же прехорошенькая некромантка с нежным цветочным именем как-то не внушала опасности. Вот Лазурит – тот совсем другое дело. Тео бы охотно с ним сразился, в том числе и потому, что не мог точно сказать, кто из них победит. У него самая мощная из стихий, а у Лазурита здоровенный резерв на девять базовых, ещё и тёмные проклятья в арсенале…

От мечтаний о крутом спарринге его отвлекло горестное стенание Сэма, который, казалось, готов зареветь от обиды. Небось, предвкушал, засранец, как Хель наберёт абы кого и с треском провалится. Ну или пойдёт на подпевки в чужую команду.

– Сёстры Блэр, – констатировал Рол. – Боевой некромант и ликвидатор заклятий, прекрасно работают в связке. Тоже подружки вашего цветочка, если не ошибаюсь. Небось она Магнуса им и скормила, они же приятели. Интересно, а кого-то светлого они взяли, чтобы?.. О, вижу, Ликорис всех своих дружков приволокла. По ходу команду вовсе не Хель собирала.

Щуплый парнишка в очках вроде был из заклинателей, но Тео, как ни силился, припомнить его не смог. Зато Сэм оживился и даже издевательски хихикнул.

– Тони-Светлячок? Этого слабака они на сдачу взяли?

– У этого «слабака» средний балл 5,0 и редчайшая спецуха. Он уже сейчас умеет ставить щиты магистерского уровня, – резко осадила его явно раздражённая Айрис. – А ты умеешь только трепаться и приосаниваться. Моя б воля, выкинула бы тебя на мороз и взяла бы Светляка да некроса какого-никакого. На сдачу.

– У нас был какой-никакой некрос. Моя сестра. Только тогда тебя бы в команде не было, – в тон ей заметил Тео. Как ни был рад он ликвидатору заклятий в своей команде, а борзый характер девицы вывел бы из себя и Пресветлую богиню. – Но могла бы предложить кандидатуру поприличнее, раз такая умная.

– Так ваше задничество никого и не спрашивало! Оно и правильно, если продуем – точно будем знать, кто виноват.

– Вот так ты, значит, да?..

Зарождающейся перебранке помешало явление Шая – тот плюхнулся на свободный стул рядом с Айрис и тут же прикрылся рукой, давя зевок.

– Бездна, больше никаких гулянок перед утренними парами… А хотя кого я обманываю? – буркнул он и ленивым взглядом окинул кислые лица всех собравшихся. – Ладно, а по какому поводу траур?

Рол молча указал взглядом направление, а Айрис едко прокомментировала:

– Сучка Хель сорвала цветочек, а та ей походя на коленке собрала обалденную команду. Разве так можно вообще?

Шай глянул в нужную сторону и чуть нервно хмыкнул, прежде чем устремить поблёскивающие янтарём глаза на Тео.

– Приятель, помолись всем своим до фига многочисленным богам, чтобы эта цветочная напасть обошла нас по большой кривой. Не то хрен нам за воротник, а не финал.

– Ага, уже пошёл подношение готовить, – съехидничал Тео и тут же возмутился: – Вы чего сопли развели раньше времени? Ну Лазурит, ну Ликорис… Зато у нас есть я. И вы с Эйл, против этой демонской клумбы.

– Ну, с Лазуритом ты, может, и управишься, – не разделил его боевого настроя Шай. – С Ликорис не проканает, лучше её никого нет. Она дочь Великого Оружейника, ей Раэлин соперник, а никак не студенты Академии.

– Если она якобы так хороша, почему тогда её допустили до Турнира? – возмутилась Эйлиф, до того молча крошившая вилкой картофелину. – Это нечестно!

– Милая, кому какое дело до честности, когда можно грести бабло за зрелища? Больше всего загребают на профи, с Бреннан точно получат гору золота. – Шай пожал плечами и мечтательно ухмыльнулся. – С такой внешностью можно просто выйти и постоять, а там ведь бой будет…

– И что?

– Потрясающее владение оружием, вот что. А ещё охренительная растяжка и ни стыда, ни совести. Зрелище знатное.

«Растяжка, говоришь?..»

Тео едва сдержался, чтобы не обернуться, так тянуло снова полюбоваться своим… фантом. Хотя какой уж тут фант, когда все мысли только о том, каков этот дивный цветок в действии?

В бою, разумеется.

Нет, он тоже завидовал, что его сестричка захапала себе Лазурита и мечника-профи, но не ныть же теперь весь Турнир? Вот извиниться перед Хель стоит. Ну и познакомиться с Ликорис тоже.

– Тогда будете смотреть и учиться, – заявил Тео, поднимаясь. – А пока ваш цветочек…

– Твой, – поправил было Сэм, но под строгим взглядом заткнулся.

– …не наточил свои демонские мечи, придётся побыть самостоятельными. Вот прямо сейчас и начнете – я у Эрдланга полигон на час выпросил.

–Мы начнем? – прищурилась Айрис. – А ты у нас в отдельной песочнице, Дагмар? Или так не терпится цветочка склеить?

– А я и так дар богов и богинь, Гордон…

– Ох, действительно, как я могла забыть?

– …но, так и быть, покажу тебе, насколько я хорош. Мы все хороши.

– Но ты немного больше, – хмыкнула Эйлиф.

– Ну естественно. Не зря именно я ваш капитан!

### Глава 2

– Что, мой цветочек уже зачах, тоскуя по мне? – послышался знакомый голос, бархатисто-низкий и такой бесячий. – Странно, не прошло и пары дней…

– Заткнись и сядь за стол, – отчеканила Кори и свирепо вонзила ложечку в свой десерт. – Будь так добр.

Сайрус послушно опустился напротив, не забыв сморщить нос при взгляде на монструозных размеров креманку с мороженым. Приличный демон – огонь и ярость, да-да – жрать лёд по доброй воле не станет. Кори же без этого гастрономического мазохизма жить не могла. Ела, ела, ела и мёрзла как сволочь, и снова ела. Хотя, в принципе, к сладостям относилась… ну ладно, хорошо относилась. Но без фанатизма, обычно предпочитая сладкому что-нибудь острое и солёное.

– Ты опоздал.

Сайрус насмешливо приподнял брови, тут же вскинул руки перед собой, изображая раскаяние.

– Виноват, моя прелесть. Начальство задержало. Тангриму и обычно-то лишь бы потрепаться, а тут я в отпуск собрался, и это трепло решило вынести мне мозги напоследок. Хотя чего старался? Наверняка ведь не раз увидимся на Турнире.

– А Тангриму там что делать-то? – уточнила Кори с невольным интересом. Про шефа спецназовцев она много чего слышала, но лично не знала – и подозревала, что Сайрус по какой-то причине не хочет их знакомить. – Ладно, с тобой понятно – будешь выделываться перед школотой, как ты это любишь…

– Как будто Дориан не любит. – Её так называемый женишок громко фыркнул и изумлённо закатил глаза. – Только выпадет свободный денёк – надуется как сраный индюк и кинется учить молодёжь «паре приёмчиков». Те ничего нового, по сути, не увидят, но будут преданно внимать и писаться от восторга. Особенно младший братец Эрика. Тот бредил спецназом, ещё когда от горшка два вершка был… и сейчас небось бредит. В Академии все отчего-то думают, что мы каждый день ещё до обеда укладываем армию нежити и десяток берсерков. Увы, увы…

Разглагольствования Сайруса, в кои веки почти не раздражающие, даже немного и интересные, прервало явление подавальщицы. Симпатичная рыжеволосая девушка нервно улыбалась, то и дело поправляла волосы и вообще, кажется, чуть не падала в обморок. Как же, такая знаменитость в их ничем не примечательной забегаловке! «Знаменитость» лениво ухмылялся, неспешно ронял слова и явно наслаждался ситуацией. Сайруса вообще хлебом не корми, дай покрасоваться. И ещё Тангрима полощет, ну надо же, какое лицемерие!

Кори чуть поморщилась и отправила в рот едва ли не целый шарик мороженого. Её любимое шоколадное со жгучим перцем здесь не подавали, однако имелось сырное, очень вкусное, с приятной молочной кислинкой. Ещё бы уплетать его в более приятной компании!

Нет, Сайрус вовсе не монстр и не отпетый мерзавец. Очень многие от него без ума, куда уж тому коммандеру Тангриму. Однако Кори в нём раздражало буквально всё. И снисходительный тон, и почти вульгарная красота – южная, жгучая, очень мужская, – и развязные манеры эдакого хозяина жизни. Но больше всего, конечно же, бесил тот факт, что они… как это по-имперски? Помолвлены. С ума спятить. Сайрус вроде тоже не испытывал восторга по этому поводу, однако он просто принял это к сведению. Его-то жизнь ничуть не изменилась – живёт как хочет, делает что хочет.

А Кори не могла делать что хочет. Ей надлежало терпеть закидоны навязанного женишка, не избегать его внимания и… ну да,хранить чистоту, пока её «хозяин» шляется направо и налево.

– Ну и говнюк же ты, – с чувством заявила она, когда подавальщица ушла от них на явно нетвёрдых ногах. – Маму мою дурить вздумал, да?

Сайрус невинно пожал плечами.

– Оказывал внимание будущей родственнице. Я ей вроде нравлюсь, да?

В этом даже сомневаться не приходилось. Матушке нетрудно угодить, да и сама Кори, помнится, когда-то была очарована младшим сынком Великого Воителя. До сих пор порой внутри что-то замирало при виде статной фигуры, широченных плеч, красивого смуглого лица и пронзительных золотых глаз…

Замирало – и тут же пропадало прочь, будто и не было. Она-то не матушка, знает, что всю эту красу чуть не половина империи опробовала.

– Сай, тымне должен нравиться. И тут ты, увы, не преуспел от слова «совсем».

«Опять эта малявка выделывается!» – безошибочно читалось в ответном вздохе, изрядно усталом и самую малость сердитом. Но во взгляде горел уже знакомый хищный огонь – тот, что вспыхивал каждый раз перед тем, как Сайрус переставал изображать цивилизованного имперца и обращался в демонского ублюдка, который норовил облапать или вонзить клыки в шею. Как и все демоны, он бывал жутким собственником.

Кори вот тоже жуткая собственница. Потому и брезгует парнем, через койку которого прошла такая уйма народу. От одной мысли противно делалось. Понятное дело, Сайрус не мог все эти годы жить монахом, но зачем же так унижать Кори, выставляя напоказ свои похождения?..

Вот только чем противнее было ей, тем жарче полыхало в ублюдке Воителя желание заполучить, присвоить, подмять под себя. И однажды это может стать ой какой проблемой.

– Ты меня за этим позвала? – елейно осведомился Сайрус, распивая аперитив, что принесла всё ещё млеющая подавальщица. – Назвать говнюком, отчитать за мамочку и напомнить, что я тебе не нравлюсь?

– Нет. – Кори чуть смущенно помотала головой, занавешиваясь длинными волосами. – Сай, ты мог бы договориться с Гектором об аренде площадки? Ну, знаешь, по стандартной цене, а не по грабительской.

Она ждала снисходительного взгляда и шквала насмешек – мол, какой тебе, недоделку, Турнир; читай свои умные книжки да возись с красивыми камешками, как и подобает слабачке… Однако же их не последовало.

– Нет проблем. – Сайрус протянул руку, чтобы убрать волосы ей за ухо, и Кори постаралась при этом не дёргаться. Хоть и было… неуютно. – Считай, уже договорились. Но что же я получу взамен?

Кори всё же отпихнула его руку и залилась чуть нервным смехом.

– Я типа сейчас должна томным голоском проблеять: «Может, меня?» Это вряд ли, придумай что-то другое.

Сайрус состроил досадливую физиономию.

– Сокровище моё, с тебя больше и взять-то нечего, – заметил он чуть издевательски. – Ладно, я могу позволить себе немного благотворительности. Так уж и быть. А ты в благодарность постарайся не убиться в первом же туре.

Ну вот как у него это получается? Только что был почти как нормальный парень, а тут бац – и снова невыносимая скотина. Кори сердито буркнула: «Не дождёшься, обмудок» – и с ложкой наперевес вернулась к мороженому. Прикончить поскорее да валить отсюда подобру-поздорову, пока женишок не набился в провожатые.

Сайрус предсказуемо набился. Состряпал морду понаглее (хотя куда уж дальше-то?), ляпнул очередную тошнотворную чушь про невестушку; даже под ручку взять вознамерился, за что его тут же захотелось пырнуть… Заманчивую идейку пришлось отложить до поры до времени – Сайрус всё равно свои демонские копыта не отбросит, а вот народ в таверне вряд ли оценит зрелище. Только и оставалось, что поспешно уйти от нежеланных прикосновений, смерив Сайруса уничижительным взглядом. И держаться подальше от лапищ своего, чтоб его в Инферно, женишка, всё же позволив себя проводить. Исключительно из благодарности за помощь.

Что удивительно, Сайрус даже попытался держаться в рамках приличий – не иначе как вельможный батюшка в Инферно провёл воспитательную беседу. Хватило тех приличий совсем ненадолго: уже в парадной её снова попытались зажать у стенки, как это случалось всякий раз, когда Сайрус хотел заявить свои права. Кори не иначе как чудом успела юркнуть за дверь и с силой захлопнуть ту перед носом у навязчивого ухажёра, искренне надеясь, что ломиться внутрь он не станет. Тут и с Лазуритом можно столкнуться, да и негоже сынку Великого Воителя бегать за строптивыми сучками.

Что очень даже хорошо – у Кори терпение было на исходе, хотелось только завалиться в постель с мороженым и книжкой поинтереснее. Заесть стресс, так сказать. Глупо, по-детски и совершенно не вяжется с установкой быть сильной… Но иногда ведь можно побыть слабой девочкой? Тем более когда приходится быть с Сайрусомвежливой.

Из всего задуманного она успела только кладовку открыть – коробка с мороженым призывно сверкала под стазисом… И тут послышался громкий стук в дверь. Кори поморщилась. Она так надеялась побыть в тишине и одиночестве, благо Хель с Лазуритом куда-то делись.

«Близняшки, что ли, Магнуса доели и сюда явились? – предположила она. – Кто ещё обычно пытается снести многострадальную дверку с петель?»

Кори вздохнула, всерьёз задумалась – а не прикинуться ли, что никого нет дома? И, пожав плечами, всё же пошла открывать. Пока дверь ещё цела.

На пороге, сияя печальной рожей и пронзительно-голубыми глазами, стоял один из приснопамятных братцев Хель. Тот, что помладше (и посимпатичнее). При виде Кори рожа из печальной сделалась донельзя глупой: нежданный гость явно планировал увидеть кое-кого другого.

«Даже жаль как-то, – подумала Кори, откровенно одобрительным взглядом мазнув по широченным плечам и простоватой, но приятной физиономии. – То есть, хм… не очень-то и хотелось».

– Ты к кому? – осведомилась она, выразительно вскинув брови. Не то чтобы она вдруг взяла и резко так не признала в лицо шумного выпендрёжника, который учился на её потоке и держал на подпевках рыжего придурка Сэма Руссо. Однако поглумиться-то святое дело. Или как там синтарийцы это называют? Потроллить, во.

Тео Дагмар открыл было рот, подумал немного, закрыл и озадаченно поскрёб в затылке, глядя так растерянно, как если бы у него спросили: «Сколько звёзд на небе?»

– Я… э-э…

Сжалившись, Кори выразительно закатила глаза и облокотилась о косяк, сложив руки на груди.

– Ты к Хель, – подсказала она нарочито снисходительным тоном. – Увы, здесь только я, и я тебе не особо рада. Хель, кстати, тоже не придёт в восторг. Да что уж там «в восторг», лучше бы тебе оказаться бессмертным.

Нет, в боёвку определенно существует какой-то свой отбор. По степени ушибленности башки, например. Иначе никак не объяснить, что Тео Дагмар, всего секунду назад выглядевший растерянным, вдруг расплылся в улыбке (которая очень ему шла, к слову). И вместо того, чтобы распрощаться и убраться восвояси, выдал:

– Неправда, она меня любит. Ну поворчит немного, пройдётся по моим умственным способностям, сожрёт свои любимые пироги с вишней, и я снова стану любимым братиком. Наверное… А ты, кстати, пироги любишь? – И протянул пакет с логотипом одной из лучших иленгардских пекарен.

Кори вздохнула, как бы признавая поражение, с деланой неохотой пропустила ушлого боевика в тесный холл.

– Что ж,возможно, я и не дам Хель сожрать вместо пирожков тебя, – заметила она, на ходу привычным щелчком пальцев активируя нагреватель под чайником. – А то отмывать кровищу с пола – то ещё развлечение.