# Ангел света

Вальдемар Цимбельман

Это небольшое произведение может стать помощью для душепопечителей, так и для самого читателя, который ищет ответ на свои вопросы. Самые главные вопросы, которые задает автор читателю: буду ли я доверять моему Господу даже тогда, когда я не понимаю Его замыслов о себе? Действительно ли я познал Божью любовь ко мне? Как мне жить дальше с моими проблемами?

> …сам сатана принимает вид

> Ангела света

> (2Кор.11:14)

© Вальдемар Цимбельман, 2019

ISBN 978-5-4496-5020-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero


## ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

«Львы в основном охотятся ночью. Они тихо подкрадываются к жертве на достаточно близкое расстояние, и хватают её… Но бывают случаи, когда львы охотятся на людей. Люди в отличии от животных более легкая добыча… Легко пережёвывается и далеко не убежит»…

– Да кто мне ещё звонит, – с какой-то непонятной раздраженностью сказал я, – да ещё и на домашний… Не дают даже нормально передачу посмотреть, – буркнул я опять.

Я ещё немного посидел на диване, думал, что телефон перестанет звонить, но он не переставал.

«Ну, я сейчас им всё выскажу, – подумал я».

Я подошел к телефону и взял трубку. И вот я уже собирался спросить кто это, как меня перебил довольно знакомый голос.

– Здорово, дружище! Я на твой сотовый звонил, а он оказался выключен. Пришлось звонить на домашний. Ну, как ты поживаешь?

– Женька?.. Ты что ли? – радостно спросил я. – Ты где был так долго? Два месяца тебе пытался дозвониться. Ты как?

– Дааа… – протянул Женя. – Лучше всех как всегда… Еду домой, – сказал он.

– Правда? – обрадовался я. – И когда ты приедешь?

– Сегодня в два часа ночи. Так что завтра жди меня к себе в гости.

– Конечно, буду ждать! Только попробуй не прийти, – засмеялся я. – Только перед тем как пойдешь мне позвони.

– Хорошо позвоню, – сказал он.

Я положил трубку и вернулся обратно в свою комнату, досматривать передачу… Ведущий ещё говорил про спаривание львов, про то, что в основном львицы охотятся, а львы ждут, когда им принесут пожрать… Но я этого уже ничего не слушал. Я ждал завтрашнего дня. Ведь приезжает мой друг, которому я могу опять пожаловаться на свою жизнь… на свои проблемы, да и просто пообщаться… Наконец-то приезжает мой друг… И с таким радостными мыслями я лег спать.

На следующий день примерно часов в двенадцать позвонил Женя, но уже на сотовый.

– Приветствую тебя, брат. Торт будешь? – спросил он.

– Конечно, буду, – с улыбкой сказал я.

– Ну, тогда я сейчас куплю торт, и сразу к тебе.

– Всё жду, – сказал я.

Женьку пришлось ждать не долго, так как магазин находился недалеко от моего дома, так что я минут через двадцать услышал звонок в дверь.

– Чайник я уже поставил, – сказал я Жене. – А ты пока проходи в мою комнату и располагайся. Ну, как живешь? – начал я разговор. – Не женился еще?

– Ну, как я живу? Лучше всех, – сказал он. – Женился? Так рано еще, мне только 30 лет.

– А как работа? – спросил я. – Всё также работаешь поваром в гипермаркете?

– Да, – с грустью ответил Женя.

– Что… какие-то проблемы?

– Да… как сказать. Сейчас из-за этого кризиса, у нас на работе начались сокращения. Так что может быть, и меня сократят…

– Давай помолимся, за то, чтобы ты работу не потерял? – спросил я его.

– Давай, – ответил он.

– Ладно… пошли чай пить, – сказал я, – чайник уже вскипел. И заодно помолимся.

Мы прошли на кухню. Женя отрезал по кусочку торта. Налил мне и себе по чашке чая… И перед тем как мы начали уплетать торт, мы помолились: за работу Жени, за то, чтобы все люди покаялись и примирились с Богом, за власти, чтобы они правили с мудростью, а закончили молитву благодарностью Богу за чай и торт.

– Так, ты мне так нормально и не ответил, – начал я, – ты вообще собираешься жениться?

– Не… пока не собираюсь… – ответил он. – Ты знаешь, я же живу только для себя и ради женщины я ничего в своей жизни менять не собираюсь.

– Ладно… – улыбнулся я, – давай серьезно…

– Ну,… если серьезно.… То я к браку подхожу с большой ответственностью, как бы смешно это не звучало. Это же получается, что ты в ответе не только за себя, но и за свою жену, а если появятся дети, то и за них тоже. Женщине этого никогда не понять.… У них, конечно, другие функции в семье, но то, какие проблемы ложатся на мужчин, может понять только мужчина. Я тут недавно смотрел один фильм, так там один герой сказал интересную фразу: «Жены и дети могут быть беспечными, но мужчина никогда». Понимаешь, о чем я говорю? – Женя откусил кусочек торта, запил его чаем и продолжил. – Ведь за то, как складываются твои отношения в семье, тебе придется еще отвечать и перед Богом. Нет… пока я не готов к такой ответственности. К тому же… я очень люблю играть в компьютерные игры, а ты сам знаешь как жены относятся к этому… И менять ради них свои привычки я не хочу…

– Так вот в чем дело, – перебил я его.

Мы оба разразились сильным хохотом. Даже чуть тортом не подавились. Откашлявшись, Женя продолжил:

– А если серьезно, то тут надо говорить о другом. Ты не заметил, что в нашем братстве больше разводов, чем по всей России?

– Да как тут не заметить, – ответил я с грустью, – в нашей церкви только уже два развода, а она не такая уж большая: всего 15 человек.

– Вот… А в моем городе пять баптистских церквей, и в каждой по три-четыре развода, чуть ли не каждый год. И если углубляться, то чуть ли ни в каждом разводе инициатором становится жена… И я думаю… – Женя опять откусил кусочек торта и запил его чаем, – что мужья не любят своих жен. Отсюда и проблемы. А мы еще учим, что мы должны быть светом этому миру… А как быть, если такие проблемы в церквях? Сначала пусть научаться любить своих жен, а потом учить, каким я должен быть этому миру.

– Ну… здесь я с тобой согласен, – сказал я, – но надо учитывать, что и жены виноваты тоже.

– С этим я и не спорю, – сказал Женя. – Но если ты уж женился на такой женщине, то будь любезен неси ответственность. Как вот пример с Самсоном. Он женился на Далиде, и что он не знал какая она? Знал. И попался на этом. Если помнишь.

– Да, помню, конечно, – ответил я.

– Жена, которая изменяет своему мужу, конечно понесет ответственность перед Богом, но за свою семью будет отвечать перед Господом муж. Как Адам. Помнишь? Ева откусила от плода первая, а перед Богом за свою жену и за себя понес ответственность Адам. А сейчас у нас, что? Сейчас у нас в церквах, мужья делают инициатором своих разводов жен, разводятся с ними, а потом ищут в Библии, чтобы женится еще раз. И находят же, хотя Иисус нигде не говорит о повторных браках… Единственное место это у Матфея 5:32. Помнишь этот стих? Иисус сказал: «А Я говорю вам: кто разводится женою своею кроме вины любодеяния, тот подает ей повод прелюбодействовать; и кто женится на разведенной, тот прелюбодействует». Где здесь Иисус говорит о повторных браках? Нет таких мест. А если взять слова Павла в первом послании к Коринфянам… Он там вообще говорит: «А вступившим в брак не я повелеваю, а Господь: жене не разводиться с мужем, – если же разведется, то должна оставаться безбрачною, или примириться с мужем своим, – и мужу не оставлять жены своей». А в наших церквах как? Развелись, а потом так хитро используют места из Библии, чтобы заключать повторные браки. А потом еще говорят, что это сложный вопрос, что надо каждую ситуацию отдельно рассматривать. Всё, хватит! Дорассматривались уже, что в церквах и блуд, и прелюбодеяние, и так далее. Если сказано в Библии, что нельзя разводиться, значит нельзя.… Ух, что-то я завелся, – сказал Женя, допивая чай.

– Да всё нормально, – сказал я, – я с тобой полностью согласен. О, а вот и мама пришла.

– Здравствуйте Ольга Сергеевна… Как ваше ничего? – спросил Женя.

– Здравствуй Женя. Да… нормально, – ответила мама. – А ты давно приехал? – спросила его мама.

– Сегодня ночью, – ответил Женя.

– Мама, мы тебе тут торт оставили, поешь, если хочешь, – сказал я.

– Хорошо сынок. Я поем чуть позже. Пойду, полежу немного, а то устала очень.

Мама ушла в свою комнату.

– Как она? – спросил меня Женя.

– Да, как-то не очень, – грустно ответил я. – Неделю проторчала дома, а вот сегодня решила погулять… Слабость какая-то у неё странная. Ладно,… что всё, попили чай? Давай пойдем в мою комнату и там поговорим.

Женя кивнул головой. Мы помыли за собой чашки, убрались на кухне и прошли в мою комнату, где продолжили беседу.

По телевизору шел мой любимый детектив. Я сел на кровать, а Женя сел на кресло, которое стояло напротив меня. Я выключил телевизор. Мы молчали примерно минуту. Первым нарушил тишину Женя.

– Знаешь, я пока ехал к тебе, немного прикорнул. Кондуктор объявлял остановку, чтобы люди заранее нажимали кнопку, а иначе автобус проедет ее. Ну, так вот… я задремал, никого не трогаю, и тут кондуктор объявляет остановку: «Следующая остановка „КЛАДБИЩЕ“! Есть на выход?». Я даже глаза открыл. «ЕСТЬ!» —закричала одна бабулька.

Мы разразились хохотом.

– Да. Давно ты не был у нас, – сказал я. Здесь уже все привыкли к этому.

Прошла мимолетная тишина.

– Ладно… – опять первым нарушив тишину Женя. – Что у тебя с Наташей?

– Да… ничего.

– Что произошло? – спросил Женя.

– Да… ничего, – опять ответил я, вздыхая.

– Так, давай «колись» уже… – с легкой раздраженностью сказал Женя.

– Ты помнишь, я тебе рассказывал историю, где я признался в своих чувствах к Наташе через письма, которые ей писал?

– Да, помню, – ответил Женя. – И ты еще говорил, что из этого ничего не вышло. А потом я уехал в другой город.

– Да. Только ты не знаешь, что потом произошло. После этого мама даже перестала к нам в церковь ходить, чтобы их не видеть… – с грустью ответил я.

– Так, давай рассказывай, что случилось, – сказал Женя, расположившись поудобнее в кресле.

Я лег на диван, чтобы легче было рассказывать. И что самое интересное, было такое чувство, что я нахожусь не в своей комнате, а в кабинете психолога.

Я даже не знал с чего начать мою историю, но я знал одно, что я могу полностью довериться Жени. Он мог слушать. Да и в моей церкви не было никого, кому я мог вылить то, что у меня на душе. Сам Женя, в отличие от меня, мало кому рассказывал о своих проблемах. Неверующие люди в основном ходят к психологам или того хуже: к психотерапевтам, которые только и делают, что пихают вам какие-нибудь таблетки, от которых не только бывает зависимость, но и многие думают, что это решают их проблемы с депрессий, со стрессом, с проблемами в семье, и так далее, и тому подобное.

Но у нас в церквах занимаются духовными проблема человека. И разница заключается лишь в том, душепопечители, в отличие от психологов и психотерапевтов, учат тому, что только Бог и Библия может помочь решить их проблемы, а психологи учат, что человек сам может справиться, только ему надо показать как.

– После того как я отправил ей два письма, через несколько дней пришли ко мне домой ее отец Николай Петрович и Василий наш дьякон. Мама как раз была дома. Мы прошли в мою комнату. Мама, конечно, была к моему несчастью дома… и слышала наш разговор.

– Слушай, Сергей, – начал разговор Николай Петрович. У меня всё внутри перевернулось, и я знал, что сейчас начнется. – Я пришел к тебе не как пастырь, а как ее отец. Это касается твоих писем к моей дочери. Она, конечно, не знала, как на это всё реагировать, и поэтому не смогла сама прийти. Она попросила меня прийти и дать тебе ответ на эти письма… – он немного помолчал, потом продолжил:

– Ответ таков… – Николай Петрович хотел скрыть грубый тон, но у него это не очень хорошо получилось. – Она сказала, что не хочет выходить за тебя замуж. И это не потому, что ты инвалид или что у тебя нет нормальной работы. Дело во все не в этом. Всё дело в том, Сергей, что ты духовно слабый человек.

– Что прям так и сказал «духовно слабый человек»? – удивленно спросил меня Женя.

– Представь себе, – тихо ответил я Жене. – Я был так возмущен тем, что мне сказали, что я, Женя, не выдержал такой наглости. Я с ними уже не мог спокойно разговаривать…

– Вот, что я скажу вам, братья… – сказал я. Вы и понятия не имеете о том, что у меня творится внутри…

– Нет! Мы имеем понятия. Но мы видим, что с тобой происходит. Ты всё время жалуешься на Бога. Ты… ты все время говоришь о том, что Бог тебя не любит, что Он с тобой поступает несправедливо… что…

– Я еще раз повторяю… Я не собираюсь с вами это обсуждать, – грубо ответил я им.

– А я хочу тебе сказать, что ты не можешь быть мужем моей дочери. И я уже тебе сказал почему, – резко высказался Николай Петрович. – Ладно. Я надеюсь, что ты нас понял.

Мы разговаривали еще часа полтора, но мы не пришли ни к какому мнению. Беседа, чуть ли не переросла в ругань, поэтому мы решили просто закончить наш разговор.

– До свидания, Ольга Сергеевна, – попрощался с моей мамой Николай Петрович, выходя из квартиры.

Моя мама ничего им не ответила. Потом, конечно, они приходили просить у нее прощения за их поведение, но она просто выпроводила их из квартиры.

– Дааа… – протянул Женя, – ну и история.

– Я после их разговора всю ночь не спал. Не знаю, что делать после всего этого… Я даже в церковь не хочу ходить. Не знаю…

– Ну, конечно они немного переборщили с твоей «духовной слабостью», – говорит Женя. Я даже думаю, что они слукавили где-то. Потому что честно сказать, дело не в том, что «духовно слабый» ты человек или нет… Я за себя могу сказать, что ты сильный человек. И дело даже не в этом. Всё дело в том, что они не хотели тебя обидеть. И, я думаю, чтобы тебя не обижать они заговорили о твоей духовной слабости, а не об инвалидности.

– Да… лучше бы они сказали, что Наташа не хочет за меня замуж из-за моей инвалидности, чем обсуждать какой я духовный человек.

– Да. Здесь ты прав, – согласился со мной Женя. – Но давай кое-что проясним. Возможно, ты и прав, но знаешь, возраст тоже имеет значение. Тебе 43 года, а ей всего 23… Ты прости конечно, но это большая разница возрасте… И…

– Вот, что я тебе скажу Женя, – перебил я его. – Я 15 лет молился Богу о том, чтобы у меня была семья, хорошая работа, а не сидеть дома и заниматься ремонтом сотовых телефонов. И я думал, что Наташа и есть моя любовь…

– Ты мне рассказывал, что когда вы ездили с молодежью в миссионерское путешествие, ты, Серега, с Наташей разговорился в автобусе. И ты говорил, что как-то вы посмотрели друг на друга, и ты из этого понял, что она и есть твоя любовь.

– Я не просто понял, Женя, – я немного повысил голос, – Я был уверен, что Господь просто услышал мою молитву. Ведь все так хорошо складывалось.

Когда Наташа поехала в город N учиться на миссионера, то я поехал следом за ней. Я учился вместе с ней полгода. Мы с ней общались, хорошо проводили время за чаем. Она мне рассказывала о своих проблемах, а я ей давал советы. А потом все изменилось в один прекрасный день, а лучше сказать… это был сам несчастный день в моей жизни.… Однажды я решил просто прогуляться на улице. Я должен был подумать, как признаться Наташе в своих чувствах…

– А письма были потом? – спросил Женя.

– Да… потом… Не перебивай меня, пожалуйста, – попросил я его. – Ну, так вот… Я шел по улице, все обдумывал, и вот решил перейти дорогу. Посмотрел по сторонам. Машин не было. И вот я прохожу половины дороги, и… тут, откуда не возьмись, появляется машина и сбивает меня. Полгода я провалялся в больничке, и пока лежал я все думал, почему Бог со мной так поступил? «Почему?» «Почему?» – повторял я снова и снова, вставая с дивана. Немного походив по комнате, я сел на диван, и продолжил:

– Понимаешь, Женя я думал, что это воля Божья, что Бог видит меня в этом служении, и что Бог нашел для меня жену – Наташу. Ты знаешь, сколько я молился, Женя, об этом. И вот эта ДУРАЦКАЯ АВАРИЯ!

– Можно разговаривать потише?! – крикнула мама из своей комнаты.

– Прости, мам, больше не будем, – и я продолжил уже немного потише. – Понимаешь, Женя… Я вдруг осознал, что Бог меня не любит…

– Опасное заявление, – спокойным голосом, но утвердительно сказал Женя.

– Что тут опасного?.. Я думаю, что Бог похож на моего отца. Когда я родился, мой отец ушел от нас, когда увидел, каким я родился. Инвалидом. С детским церебральным параличом. И практически всё мое детство было трудным. По больницам со мной бегала мама. Потом, когда мне исполнилось лет четырнадцать, я с мамой узнал, что мой отец замерз на улице, после очередной пьянки. Я не видел ни заботы от отца, ни его любви… Ничего. А мне просто хотелось совета, просто поговорить, пообщаться. И когда я уверовал в Бога, я начал читать Библию. И вот, когда я начал ее читать, я увидел, что Бог там назван Отцом. Небесным. Отцом! И я не знаю, что, Женя, на меня нашло, но я вдруг осознал: «вот Кто мне заменит моего отца». И я начал молиться, чтобы Господь мне дал жену, хорошую работу, чтобы можно было обеспечивать мою семью. Я просто хотел поделиться с кем-то той любовью, которую я не получил от своего отца. И что в итоге? НИ-ЧЕ-ГО. Я уже не могу смотреть на Бога как на любящего Отца. Я не могу читать Библию так, как раньше… – я попросил Женю взять со стола Библию и дать ее мне. – Я не вижу Его любви ко мне. Когда я читаю слова Иисуса о молитве. Например, такие: … Или такие: А когда Иисус приводил примеры молитвы, например такие:. Я даже, Женя… короче, я тебе хочу сказать, что у меня были даже мысли о самоубийстве. Я не могу уйти от Бога, но Библию я тоже не могу читать… не знаю, как быть. Что мне делать? – спросил я Женю, но при этом я посмотрел на него так, как будто от его ответа зависела вся моя жизнь. «И если чего попросите у Отца во имя Мое, то сделаю» «Если чего попросите во имя Мое, Я то сделаю»… «Какой из вас отец, когда сын попросит у него хлеба, подаст ему камень? Или, когда попросит рыбы, подаст ему змею вместо рыбы? Или, если попросит яйца, подаст ему скорпиона?»

Но он, как бы ни услышав мой вопрос, спросил меня:

– Может, еще пойдем и попьем чаю?

Я улыбнулся и сказал:

– Пойдем.

Мы тихонько прошли на кухню, чтобы не разбудить маму. Женя поставил чайник и посмотрел на часы.

– Уже три часа… ничего себе, – присаживаясь на стул, сказал он. – Знаешь, Серега я пишу стихи.

– Неужели? – спросил я, но почему-то не удивился этому. – Я всегда знал, что в тебе, что-то есть.

– Я бы не сказал, что это вдохновение. Все это началось после того, как я посмотрел фильмы про поэтов: Есенин, Маяковский и про Пушкина. И представь, что тут на меня что-то нахлынуло.

Чайник уже вскипел и автоматически выключился. Женя налил нам по чашке чая. Я попросил сделать нам бутерброды с маслом, и мы принялись все это уплетать.

– Почитаешь? – попросил я его. – Если конечно помнишь?

– Смешно, – улыбнулся Женя. – Ладно.… Сначала расскажу про поэтов:

– Ну, как? – спросил он.

– Нормально. Но… как-то не в рифму.

– Ой! – махнул он рукой, а затем улыбнувшись сказал, – тебе только все, чтобы было в рифму, а так не всегда бывает… Я тут недавно передачу смотрел про эволюцию, сотворение человека. Оказывается, Серега, мы вообще из воды вышли какими-то амебами. А потом у нас на берегу начали расти через несколько миллионов или миллиардов лет, ноги, руки и что-то там еще. И главное, верят этим ПСЕВДОУЧЕНЫМ, которые вводят людей в заблуждение. И главное, что людям в голову не приходит, что слова которые говорят эти псевдоученые, это не какие не факты. Какие слова они говорят? «Возможно», «может быть», «вероятнее всего», «примерно», а люди все это проглатывают. И я, смотря на все это, написал стихотворение. Хочешь, расскажу?..

– О, мама, ты уже проснулась?

– С вами поспишь, – буркнула мама.

– Прости мам, мы думали, что мы тихо разговариваем.

– Ладно, ничего страшного, – больным голосом сказала Ольга Сергеевна. – Я просто с вами чаю попью, и, наверное, к соседке схожу. К Лидии Михайловне. А ты, Женя как живешь? Не женился еще?

– Нет, – с улыбкой ответил Женя, – но я думаю об этом.

Мама ехидно улыбнулась, затем налила себе чашку чаю. Отпив немного из своей чашки, мама посмотрела на Женю таким взглядом, что я сам бы не захотел с ней не то, что разговаривать, а вообще обошел ее стороной. Я из этого понял только одно, разговор будет очень сложный.

– А ты все также ходишь в эту секту? – спокойным голосом спросила мама, но было видно, что у нее внутри, все колыхало.

– Мам.… Пожалуйста…

– Не перебивай меня… – таким же спокойным голосом поставила меня на место мама.

– Ну,… я бы не сказал, что эта секта Ольга Сергеевна, – спокойным голосом уточнил Женя.

Надо еще добавить, что Женя держался очень стойко.

– Для меня только существует православная церковь, а все остальное секта, – сказала мама. – А в вашу баптисткую церковь я больше ни одной ногой не вступлю после того, как они поступили с моим сыном… – потом посмотрела на меня, – и я тебя, Сережа, не понимаю, как ты до сих пор можешь ходить туда? – с гневом спросила меня, но оставалась такой спокойной, что меня даже начинало уже это злить.

– Мам хватить уже… – громким голосом сказал я. – Они же попросили прощения.

– Да плевать я хотела на их прощения! – голос уже не такой был спокойным. И посмотрела на Женю так, как будто это он виноват во всем этом. – Ладно… не буду вам мешать общаться… Пойду, все-таки схожу к соседке… Так что общайтесь. – Она встала из-за стола, так и не допив свой чай. Затем повернулась и добавила, – если вдруг захотите поесть, все есть в холодильнике. До свидания, Женя.

– До свидания, Ольга Сергеевна.

Мы обратно прошли в мою комнату. Женя сел также в кресло, а я на диван.

– Не обращай внимания Женя… Она что-то не в духе.

– Ничего страшного, – спокойным голосом сказал Женя. – Вообще-то ее можно понять.

– Да… Ладно давай не будем об этом. Лучше расскажи стих, который ты хотел рассказать на кухне.

– Да, конечно, – улыбнулся Женя. – Я назвал его «Доказательство существования Бога»:

– Ну, что скажешь? – поинтересовался у меня Женя.

– Да… ни че так, – ответил я. – Конечно не в рифму, но все равно интересно.

– Не в рифму? Серега, я тебе кое-что скажу. Не всё бывает в жизни «в рифму». Понимаешь.… Давай я приведу тебе пример. Мы привыкли к стихам Пушкина, к поэмам Шекспира, которые действительно были гениями в литературе, но их жизнь отличается от того, что они так хорошо писали свои произведения. И ты сам Серега посмотри, что они жили совсем не «по рифме».

– Что ты хочешь этим сказать? – с каким-то непониманием спросил я его.

– А ты разве не понимаешь? У меня есть еще стихи, и поверь, все мои стихи, которые я написал они вообще не в рифму. И ты, кстати, не первый кто мне это говорит. И когда я тебе их прочитаю, может тогда ты поймешь.

– Почитаешь еще? – спросил я его.

– Давай в другой раз. Хорошо? Я просто хочу тебе кое-что сказать. В жизни, Серега, иногда кажется, что с одними Бог поступает, не очень справедливо, как с другими. Возьмем банальный пример из моей жизни. Я играю в лотерею. И не надо на меня так смотреть, как будто я совершил смертный грех.

– Ты просто знаешь, как я смотрю на такие вещи, – сказал я.

– Сергей, я не хочу об этом спорить. Я просто хочу привести один пример. Ты мне позволишь?

– Хорошо. Говори…

– Я помню один анекдот про лотерею и про Бога. Один человек хотел выиграть в лотерею, и молился Богу о том, чтобы Он помог ему в этом. Он молился, молился, но ничего не выходило. Потом после смерти он попадает в рай и спрашивает у Бога: «Господи, я так долго молился Тебе о выигрыше в лотерею, но почему Ты мне не помог?» А Господь говорит: «А ты почему билет не покупал?». Я после того, как услышал этот анекдот, начал покупать лотерейные билеты. И перед тем как покупать, я молился Богу о том, чтобы Господь благословил меня на большой выигрыш. «Сорвать» джек-пот, так сказать. Но ничего.… Совсем ничего. И вот однажды кто-то выигрывает джек-пот. Кто-то, но не ты. И знаешь кто? Одна семейка. Муж и жена. И не просто одна семья: где муж обычный работяга, жена сидит дома и воспитывает двух детей, а муж еще вкалывает на двух работах, чтобы выплачивать ипотеку. Нет. Это муж и жена, которые оба просто бухают! И знаешь, как они его купили? Просто продав несколько бутылок, из которых они пили. Так вот… Они, купив этот билет, выигрывают джек-пот. Представляешь? Выигрывают джек-пот!!! А потом узнаешь по новостям, что через несколько месяцев после их выигрыша, они оба, напившись, умирают в своей новой квартире от того, что не выключили газ. Хорошо, что вообще газ не взорвался, а то было бы проблем еще больше. Понимаешь, когда я это узнал, то я не мог понять… Я даже съел за раз две больших плитки шоколада, так меня колотило все внутри. А ты знаешь, что у меня мало здоровых зубов, в основном одни дырки. И когда я успокоился, мне пришлось из них вытаскивать весь шоколад. Потом зубы болели, даже пришлось один вырвать… Ну, это ладно…

Женя немного скривился от воспоминания, махнул рукой и продолжил рассказывать:

– Так вот… когда я это узнал, я себя спрашивал: «Почему они, Господи, выиграли, а не я?». Я, Серега, молюсь, чтобы Господь мне даровал выигрыш, а этого нет. А потом я узнаю, что выигрывают какие-то бомжи, которые не то, что Бога не любят, а вообще себя не любят. Вот поэтому скажи мне Серега, почему именно таким людям везет, а мне нет?

– Откуда я знаю, – сказал я.

– Вот и я не понимал до тех пор, пока не прочитал историю про Авраама, когда он хотел принести в жертву своего сына Исаака. В этой истории, если ты помнишь, Бог испытал Авраама, чтобы проверить любит ли он Бога или нет. И если ты помнишь, то он шел до места всесожжения три дня. Ты представляешь? Три дня… Ты, Серега, задавался вопросом: «Зачем было так долго Богу мучить этого человека?» Почему Он в этот же день не сказал Аврааму, зачем это все нужно было?

– Ну и почему? – спросил я его.

– Я, конечно, не скажу ничего нового, но человек может смириться перед Богом и служить Богу или бунтовать против Него и сойти с ума, как это произошло с Иваном Карамазовым из романа Достоевского. Так вот, в псалме 113:11 сказано: , а в Послании к Римлянам Апостол Павел говорит: « «Бог наш на небесах; творит все, что хочет»