# Незримые

Шеннон Мессенджер

Эксиллиум – школа для юных преступников, её названием пугают учеников. Никто не попадает в неё добровольно, а Софи ищет любую возможность туда перевестись. В Эксиллиуме спрятаны ответы на вопросы, от которых зависит не только жизнь Софи, но и само существование Забытых городов. Только перевестись – самое простое. Для начала в школе нужно попросту выжить, потому что её девиз «Каждый сам за себя»!

Shannon Messenger

KEEPER OF THE LOST CITIES BOOK 4: NEVERSEEN


Keeper of the Lost Cities Book 4:

Neverseen © 2015 by Shannon Messenger

Cover Illustration copyright © 2015 by Jason Chan

This edition published by arrangement with Taryn Fagerness Agency and Synopsis Literary Agency


© Чамата Т. А., перевод на русский язык, 2019

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2019

* * *

> Дорогие читатели!

> Даже Силвени любит Кифа не так сильно, как я люблю вас.

> *всем маллоумелта и заварных пирожных!*


## Предисловие

Едва вокруг вспыхнуло кольцо ярко-желтого пламени, Софи попятилась ближе к друзьям.

Жар лизал кожу, легкие горели от дыма, а «Незримые» придвигались все ближе, отбросив плащи и всякую маскировку.

Они больше не собирались скрываться.

«Незримые» кричали – оскорбляли, предостерегали, и Софи пыталась слушать, но в мыслях застыли совсем другие слова.

Уловка.

Ловушка.

Предатель.

Из-за этого ей не хватало сил взглянуть на одного из нападавших.

Очередное предательство.

Очередная ложь.

Как же Софи от этого устала!..

Она достала свой амулет – символ лебедя из гладкого стекла, обрамленного холодным черным металлом. Софи до сих пор не поняла, зачем «Черный лебедь» отдал ей его, но знала, что его сила – их единственный шанс.

Она подставила амулет угасающим лучам заката, и обжигающий белый луч отразился прямо в Вечное пламя.

Пришла пора ответить огнем на огонь.

## Глава 1

– Пора идти, – сказал Фитц, врываясь в гостевую комнату на втором этаже Эверглена.

Софи, уже переодетая в свои старые человеческие вещи, в одиночестве сидела на громадной кровати с балдахином.

– Я думала, мы собирались уходить через час? – спросила она, глянув на бесконечное черное небо за окном.

– Не получится. Совет уже собрался и обсуждает наше наказание.

Слова Фитца льдом сковали вены; Софи глубоко вздохнула, собираясь с силами, и потянулась к своему фиолетовому рюкзаку. Именно с ним почти год назад она ушла от своей человеческой семьи. И теперь с ним же она покинет Забытые города.

– Все готовы? – спросила она, гордясь собой, что голос не дрожит. А еще она удержалась и не стала выдергивать зудящую ресницу.

У нее не было времени нервничать.

Пришла пора быть храброй.

Совет поклялся наказать всех, кто был связан с «Черным лебедем» – таинственной организацией, ответственной за существование Софи. Но они с друзьями знали, что настоящими злодеями была группировка «Незримые». Фитц с Кифом и Бианой даже пытались помочь «Черному лебедю» поймать мятежников на Эвересте. Но «Незримые» разгадали их план и устроили засаду. Софи вовремя узнала об этом и успела предупредить друзей, так что у них получилось сбежать – и даже захватить пленника. Но тем самым они нарушили множество законов.

И теперь самым безопасным вариантом было уйти в подполье к «Черному лебедю». Но Софи не знала, хочется ли ей так близко общаться со своими создателями. Под эгидой проекта «Лунный жаворонок» «Черный лебедь» изменил ее гены и усилил способности, но до сих пор не пояснил, зачем. А еще они так и не рассказали, кто ее биологические родители, и Софи не знала, встретится она с ними или нет.

– Ну наконец-то, – произнес Киф, когда Софи с Фитцем спустились по спиралевидной серебряной лестнице. Они с Дексом стояли в круглой сверкающей прихожей Эверглена и благодаря толстовкам и темным джинсам очень походили на людей.

Киф сверкнул коронной ухмылочкой и поправил тщательно растрепанные светлые волосы, но Софи видела печаль, туманящую его небесно-голубые глаза. Во время схватки с «Незримыми» Киф узнал, что его мать была их лидером. Она даже напала на собственного сына, а потом сбежала в столицу огров, бросив семью.

– Эй, хватит за меня волноваться, Фостер, – замахал рукой перед носом Киф. Он был одним из немногих эмпатов, способных ощутить эмоции Софи по воздуху.

– Я за всех вас волнуюсь, – призналась она. – Вы рискуете жизнями ради меня.

– Вот так новости, да? – удивленно воскликнул Декс, улыбаясь до ямочек на щеках. – Расслабься уже. Мы справимся! Хотя насчет обуви я не уверен, – он указал на свои мягкие коричневые ботинки типичного эльфийского стиля. – Вся человеческая обувь Фитца мне велика.

– Сомневаюсь, что кто-нибудь заметит, – усмехнулась Софи. – Но, наверное, тут сыграет роль то, сколько времени мы проведем рядом с людьми. Где именно во Флоренции находится убежище?

Фитц улыбнулся своей голливудской улыбкой:

– Увидишь.

«Черный лебедь» научил Фитца проникать за ментальный блок Софи и находить секретную информацию, скрытую в ее разуме, но почему-то Фитц не хотел делиться своими находками. Софи знала лишь то, что их путь окончится у круглого окна в знаменитом итальянском городе.

– Эй, – окликнул Фитц, наклоняясь ближе. – Ты же мне доверяешь, да?

Сердце Софи предательски затрепетало, несмотря на раздражение. Она действительно доверяла ему. Пожалуй, больше, чем кому-либо. Но ее все равно злило, что он что-то от нее скрывает. Хотелось воспользоваться своей телепатией и изъять информацию прямо из его головы. Но она уже много раз нарушала это правило и знала: последствия того не стоят.

– Да что такое с этой одеждой? – перебила Биана, появляясь из ниоткуда.

Она была эмфанистом, как и ее мать, но пока только училась управлять своими силами. Из двух ног появилась только одна, и ей пришлось прыгать, чтобы показалась вторая. На ней были надеты толстовка на три размера больше и мешковатые потертые джинсы.

– Ну, у меня хотя бы обувь своя, – сказала она, подворачивая штаны и показывая фиолетовые балетки с бриллиантами. – Но почему у нас только мальчишеская одежда?

– Потому что я мальчик, – напомнил ей Фитц. – Да и у нас тут не конкурс красоты.

– А если и был бы, то я бы победил. Согласись, Фостер? – хмыкнул Киф.

На самом деле Софи отдала бы приз Фитцу – его синий шарф идеально подходил к темным волосам и бирюзовым глазам. А благодаря прекрасно сидящему серому пальто он казался более высоким и широкоплечим, и…

– Я тебя умоляю. – Киф протиснулся между ними. – Человеческая одежда Фитца – полная скукотища. Смотри, что мы с Дексом нашли в шкафу Алвара!

Они расстегнули толстовки и продемонстрировали футболки с логотипами.

– Понятия не имею, что это, но ведь круто, да? – спросил Киф, указывая на черно-желтый овал на своей футболке.

– Это из Бэтмена, – пояснила Софи, но тут же об этом пожалела. Разумеется, Киф моментально потребовал рассказать, насколько Темный Рыцарь крутой.

– Ребят, я эту футболку никогда не сниму, – решил он. – А еще хочу Бэтмобиль! Декс, устроишь?

Софи не удивилась бы, если бы Декс и правда его сконструировал. Он, как технопат, творил чудеса с техникой. Он много чего классного сделал для Софи – включая ее неровное кольцо, специальную тревожную кнопку, которая спасла ей жизнь в схватке с одним из ее похитителей.

– А моя футболка откуда? – спросил Декс, указывая на две пересекающиеся желтые W.

Софи не решилась рассказать, что это символ Чудо-женщины.

– Откуда у Алвара человеческая одежда? – спросила она. – Я думала, он работал с ограми.

– Работал, – кивнул Фитц. – По крайней мере, пока ты едва не развязала войну.

Фитц говорил легко, насмешливо, но правда его слов тяжело легла на плечи Софи. У них было бы куда меньше проблем, если бы она не нарушила законы телепатии, попытавшись прочитать разум короля огров. Она знала, что рискует, но отчаянно желала выяснить, зачем огры пробрались в Убежище и спрятали в хвосте Силвени устройство слежения. Самка аликорна была не только необходима для выживания их редкого вида – она также была близкой подругой Софи. Если бы только Софи знала, что огры способны засекать телепатов – даже генетически усиленных телепатов вроде нее. Она не нашла ничего полезного, зато едва не разорвала мирный договор огров и эльфов и чуть не развязала войну.

– Это все равно не объясняет, откуда у Алвара человеческие вещи, – напомнила Софи Фитцу. – Огры ненавидят людей даже сильнее, чем эльфы.

– Ненавидят, – кивнул Фитц. – Но этим вещам много лет: Алвар носил их, пока искал тебя.

– Искал меня? – удивилась Софи. – Я думала, это была твоя обязанность.

Год назад именно Фитц нашел ее на экскурсии, где она была с классом, и привел в Забытые города.

Это было лучшее событие в ее жизни.

И вместе с тем – самое тяжелое.

Фитц грустно улыбнулся – видимо, вспомнил то же, что и Софи: момент, когда ей пришлось прощаться с человеческой семьей. Только он понимал, чего она лишилась в тот день, и без него она бы не справилась.

– Я начал искать тебя в шесть лет, – напомнил он, – когда Алвар поступил на курсы элиты и уже не мог сбегать из Фоксфайра. Но папа искал тебя двенадцать лет, не забыла? Я не мог ходить на секретные задания в младенчестве.

– Да ты просто лодырь, – перебил Киф. – Я бы точно смог. Но я-то Бэтмен, так что, – он приобнял Софи за плечи, – только попроси, и стану твоим героем.

Декс сделал вид, что его тошнит, а Биана посмотрела на руку Кифа, лежащую у Софи на плечах.

– Мы же собирались идти, нет? – спросили они одновременно.

Софи отстранилась от Кифа, и тут же с лестницы донесся голос Алдена:

– Погодите! – Он поспешил к ним, и полы его длинного плаща со свистом рассекли воздух. – Сначала нужно снять регистрационные медальоны.

Софи схватилась за свое ожерелье, не в силах поверить, что забыла о нем. Медальоны были устройствами слежения Совета. А вдруг она еще что-нибудь упустила?..

Достав острые черные кусачки, Алден произнес:

– Начнем с Фитца. – Он говорил с таким же четким выговором, как и его дети, но голос его дрожал.

Фитц поморщился, когда Алден перерезал толстый шнур и медальон, звякнув, упал на пол.

– Ух. Теперь все взаправду, – прошептал Киф.

– Да уж. – Фитц скользнул пальцами по голой шее.

– Ты как? – спросил Алден у Бианы, которая стискивала медальон побелевшими пальцами.

– Нормально, – прошептала та, приподнимая свои длинные черные волосы и открывая ожерелье.

Помедлив, Алден перерезал серебряный шнур. Ее медальон приземлился рядом с медальоном Фитца, а за ними последовала очередь Кифа.

– С вашими придется повозиться, – напомнил Алден Дексу и Софи.

Совет ввел дополнительные меры безопасности после того, как с помощью медальонов «Незримые» убедили всех, что Софи с Дексом утонули, а не были похищены. У них даже были деревья в лесу Вандерлингов – эльфийском аналоге кладбища, где родители устроили им похороны.

К тому времени, как металлические шнуры лопнули, на лбу Алдена выступил пот.

– Ваши нексусы мне тоже придется забрать, – сказал он, доставая диск размером с монетку.

Софи вздохнула.

Очередная важная деталь, которую она упустила.

Нексусы нужны были для того, чтобы удерживать тело в целостности во время световых прыжков, но создаваемое ими силовое поле можно было отследить.

– Кажется, я не очень хорошо подготовилась к побегу, да? – пробормотала она.

– К такому не подготовишься, – успокоил Алден. – И тебе не нужно продумывать все. Теперь ты часть команды. Вам нужно работать сообща и помогать друг другу.

Было бы легче, если бы ее «команда» не забыла об одних и тех же важных вещах – хотя Фитц, Киф и Биана уже избавились от своих нексусов. Их концентрация дошла до нужного уровня. Декс тоже близился к желанной отметке. Шкала на его широком синем браслете была заполнена больше, чем на три четверти.

Когда Алден прикоснулся к ней диском, рисочка на шкале устремилась ввысь.

– Давно хотел это сделать, – признался Декс, снимая нексус с запястья. – Но решил не жульничать.

– Мудрый выбор, – согласился Алден. – Если ты можешь что-то сделать, это не значит, что так и нужно поступить. А еще это не дает права нарушать закон.

– Дает, если закон дурацкий, – возразил Киф.

– Я бы поспорил, но не могу, к сожалению. Сами понимаете, почему. – Алден подобрал упавшие медальоны и спрятал их в карманы плаща вместе с нексусом Декса. – Когда-то я верил в непогрешимость нашего мира. Но сейчас… придется опираться на собственные принципы. Глубоко внутри, – он приложил руку к сердцу, – мы знаем, в чем правда и что нужно сделать. Не забывайте об этом на своем пути. Но я отвлекся. Софи, давай разберемся с твоими нексусами.

Благодаря Элвину, ее чересчур заботливому врачу, Софи приходилось носить по нексусу на каждом запястье. Более того, их нельзя было снять, несмотря на полную шкалу. Она несколько раз исчезала после световых прыжков – а один раз едва не умерла. Но это было еще до того, как «Черный лебедь» усилил ее концентрацию и излечил способности.

И все же Софи сжала в руке «Подпитку от исчезновения», зелье, которое висело у нее на шее на крайний случай. Рядом с ним, тоже спрятанный под футболкой, находился флакон с лекарством от аллергии. Софи еще ни разу не воспользовалась этими эликсирами, но с ними ей было спокойнее. Особенно когда Алден достал изогнутый серебряный ключ и снял с нее нексусы.

Когда он поглядел на ее черный наруч, Софи его остановила:

– Это изобретение Декса.

– Я зову его «Ударом исподтишка», – гордо произнес Декс. – Он выпускает порыв воздуха при замахе и позволяет бить куда сильнее обычного.

– Очень умно, – заметил ему Алден. – Он может вам пригодиться. И все же, Декс, надеюсь, ты понял, как опасно разрабатывать оружие.

Декс опустил голову и заверил, что понял. Именно он создал ограничитель способностей, который Совет силой надел на Софи в качестве наказания за инцидент с королем огров.

Та ткнула Декса локтем и улыбнулась, давая понять, что простила его. Но он не поднял взгляда.

– Думаю, теперь вы готовы, – сказал Алден. – Но не забывайте приглядывать друг за другом. Фитц и Биана, во время прыжков помогайте Дексу с концентрацией. Киф, а ты помогай Софи.

– О, обязательно помогу, – подмигнув, пообещал Киф.

– Мы все поможем, – поправил Фитц.

– Эй, я и самостоятельно справлюсь, – возмутилась Софи. – Это я перенесу нас во Флоренцию, не забывайте.

Синие кристаллы для прыжков вели в конкретное место каждого Запретного города, и за ними было легко проследить. Поэтому они собирались телепортироваться в Италию – этой способностью обладала лишь Софи – спасибо неожиданному побочному эффекту изменения ее ДНК.

– Вы все справитесь самостоятельно, – успокоил их Алден, – но вместе вы сильнее. А еще вам нужен лидер, который будет следить за командой, так что, Фитц, раз ты самый старший, во главе встанешь ты.

– Эй, погодите-ка, – начал Киф, – он старше всего на несколько месяцев.

– Ага, а «несколько» – это одиннадцать, – поправил Фитц.

Декс фыркнул:

– Ребят, да вы старики.

Он самодовольно глянул на Софи, и та покраснела, потому что подумала о том же. Ну… она не считала Фитца с Кифом стариками, но они явно были старше нее.

Она полагала, что Кифу четырнадцать, а Фитцу, соответственно, не меньше пятнадцати, но они могли оказаться еще взрослее…

В Забытых городах за возрастом следить почти не получалось. Благодаря бесконечной продолжительности жизни эльфы почти не обращали на него внимания. На самом деле Софи не знала, сколько лет ее друзьям. Никто никогда не говорил о своих днях рождения. Возможно, и Софи тоже не стоило волноваться о возрасте – но ее все равно беспокоило, что ей всего тринадцать с половиной, и разница между ее возрастом и возрастом парней казалась огромной.

– Эй, я один знаю, куда нам идти, – сказал Фитц. – Значит, я за главного, и… нам, наверное, пора. Нет, стойте – а как же мама? Может, надо с ней попрощаться?

Алден глянул на Биану.

– Ваша мама сейчас занята. Но она просила передать, что скоро с вами увидится.

Фитцу его ответ не понравился. Но спорить он не стал.

Алден обернулся к Софи, не поднимая на нее взгляда:

– Я… предложил Грейди с Эдалин выпить снотворное, и они согласились. Мы боялись того, что может случиться, если они будут тебя провожать. Поэтому они просили передать, что любят тебя и что оставили тебе записку в рюкзаке.

Из-за кома в горле кивать было больно, но Софи пересилила себя. Грейди с Эдалин были ее приемными родителями, и она не хотела уходить, не попрощавшись. Но она сомневалась, что им хватит сил пережить еще одно расставание, учитывая их прошлое.

Они жили в глубокой депрессии семнадцать лет – с того самого дня, как в пожаре погибла их единственная дочь Джоли. А теперь Софи выяснила, что за погубившим ее пожаром стоял Брант, бывший жених Джоли, о котором Грейди с Эдалин заботились, как о собственном сыне. Брант скрывал, что владеет пирокинетикой – единственным запрещенным талантом, и вступил в «Незримые» из-за ненавистной ему жизни бесталанного эльфа. Но когда Джоли узнала о его предательстве и попыталась переубедить, он взбесился и разжег огонь, который унес ее жизнь.

Вина и скорбь сделали Бранта опасно нестабильным. Он даже пытался убить Грейди и Софи, которые выступили против него. Грейди был в такой ярости, что своими способностями мезмера заставил Бранта отжечь собственную руку. Софи едва успела остановить Грейди, не дав ему зайти слишком далеко и разрушить себе психику. И ей пришлось отпустить Бранта, чтобы тот выдал информацию, благодаря которой она смогла спасти друзей.

– Ладно, вы и так задержались, – произнес Алден, обнимая по очереди всех пятерых. – Помните: мы прощаемся не навсегда. Лишь на время.

– Связаться с тобой, как будем на месте? – спросил Фитц, и по щеке Софи скользнула слеза.

– Нет, мне нельзя знать о ваших действиях. Никому нельзя.

– Думаешь, Совет прикажет взломать вам память? – прошептала Софи.

– Нет, до такого уровня они не опустятся. К тому же они понимают, что мы слишком важны и могущественны. Это лишь предосторожность. Поверьте, волноваться не о чем.

Софи вздохнула.

«Волноваться не о чем» было любимой фразой Алдена. И она понимала, что верить ей нельзя.

– Пойдемте, – произнесла Биана, открывая мерцающие двери Эверглена.

Они молча двинулись по тенистой дороге.

– Никогда не думал, что скажу это, – пробормотал Киф, – но я очень скучаю по таскающемуся за нами Гигантору.

Софи кивнула, жалея, что ее двухметровый гоблин-телохранитель ранен и не может пойти с ними. Во время битвы на Эвересте Сандора сбросили со скалы, и он переломал практически все кости. Элвин заверил, что с ним все будет в порядке, но Сандора ждал длинный путь к восстановлению.

«Не такой длинный, как наш», – подумала Софи, разглядев в мрачной ночи огромные ворота Эверглена. Сияющие золотом решетки поглощали весь свет, не давая никому прыгнуть внутрь.

– Пора бежать, – прошептал Алден.

Телепортация работала лишь в свободном падении, и скалы, с которых им предстояло спрыгнуть, располагались вне Эверглена.

Фитц вытер глаза.

– Передай маме, что мы ее любим, хорошо?

– Тебя мы тоже любим, пап, – добавила Биана.

– И не подпускайте старейшин к моей семье, – попросил Декс.

– Даю слово, – пообещал Алден. – К Грейди с Эдалин я их тоже не подпущу.

Софи кивнула; в ее голове метался миллион невысказанных фраз. Но важным было лишь одно:

– Если Грейди пойдет за Брантом – не пускайте его.

Алден взял ее за руку.

– Не пущу.

Все поглядели на Кифа.

– Передайте отцу… что я спрятал его любимый плащ в шкафу на двадцать девятом этаже. Но не говорите, что дверь заряжена газом гулона. Пусть выяснит это на собственной шкуре.

– Ты точно не хочешь ничего добавить, Киф? – спросил Алден.

Тот пожал плечами.

– А что еще?

Алден обнял Кифа и прошептал что-то ему на ухо. Что бы он ни сказал, на глазах Кифа выступили слезы.

Когда Алден открыл ворота, они навернулись и у Софи.

Пятеро друзей поглядели на возвышающийся впереди лес и взялись за руки.

Вместе они медленно шагнули в темноту. Едва они ступили за порог, как из тени выступила эльфийка в плаще – но не в черном плаще «Незримых».

В серебристом плаще с бриллиантами.

Такие плащи носили старейшины.

## Глава 2

– Все в порядке, – проговорил хрупкий усталый голос, и эльфийка откинула свой блестящий капюшон. Светлые локоны обрамляли знакомое красивое лицо старейшины Орели. – Я пришла сюда по своей воле, – сказала она, и на голове ее действительно не было обруча с розовыми драгоценными камнями.

Алден опустил руку с мелдером – небольшим серебряным оружием, вызывавшим мгновенный болезненный паралич.

– Скоро прибудут остальные?

– Скоро. Бронте с Териком все еще отстаивают вас, но они ничего не добьются. Все слишком поглощены страхом и гневом. – Орели провела изящными пальцами по собственной руке и вздрогнула в лунном свете. Она была эмпатом, как Киф с отцом, и Софи еще никогда не видела в ее глазах столько боли.

– Как их накажут? – спросил Алден.

Орели опустила взгляд.

– Декса с Кифом отстранят от занятий до конца семестра и приставят к ним надзирателей. Фитца с Бианой отстранят на неделю и заставят месяц работать в Убежище…

– Погодите, – перебил Декс. – А чего это нас наказывают строже?

– Наследие Вакеров в нашем мире колоссально, – напомнила Орели.

Вакеры были практически королевскими особами. Среди них было больше дворян, чем в других семьях. Между тем у отца Декса так и не проявился талант, а в Забытых городах был важен лишь он, а не богатство, цвет кожи или возраст. Эльфы считали, что делить народ на основе способностей справедливо. Софи сомневалась, что можно «справедливо» кого-то делить. Бесталанные эльфы не могли стать аристократами, а если играли свадьбу с кем-нибудь, обладающим талантом, то их считали «дурной партией». Мама Декса все равно вышла за его отца, но из-за этого Декса презирали всю жизнь.

– Вот как, значит? – возмутился Киф. – Только выяснилась правда о моей матери, и моя семья стала отбросами?

– Не отбросами, – поправила Орели. – Но твоего отца сняли с должности Эмиссара. Совет не верит, что эмпат даже не подозревал о предательстве жены.

Киф поморгал, а потом громко и холодно рассмеялся.

– Ну, теперь не получится сказать, что мама ничего для меня не сделала. Даже немного жаль, что меня не было рядом, когда ему об этом сообщили.

Отца Кифа заботили лишь титул и статус, а добротой и любовью он сына не баловал. Поэтому Софи понимала радость Кифа – но сама с удивлением ощутила толику сочувствия лорду Кассиусу. За одну ночь он потерял и жену, и обожаемый титул. А утром узнает, что его единственный сын сбежал.

– А что будет со мной? – спросила Софи. – Какое наказание выбрали мне?

– Мы все еще спорим на эту тему, – тихо ответила Орели, – но тебя, скорее всего, сошлют в Эксиллиум.

Софи даже не знала, какие из ее слов напугали сильнее всего. О таинственной школе Эксиллиум ей было мало что известно, но она часто слышала, что ей там не понравится. А ее еще и сошлют…

Да, она все равно сбегала – но ссылка казалась такой… необратимой.

– Эксиллиум располагается на Нейтральных территориях, – прошептала Орели, – и вам слишком опасно там находиться. Особенно сейчас.

– Почему особенно сейчас? – спросил Алден.

– Огры что-то замышляют – по крайней мере, этого я опасаюсь. Поэтому я хотела кое-что вам передать. – Орели щелкнула пальцами, и в ее ладони появилась небольшая стеклянная сфера. Софи не знала, что Орели была телекинетиком.

– Твой тайник? – спросил Алден, отступая.

– Тайник Кенрика, – поправила Орели. – Он отдал его мне перед…

Она не договорила, но легче от того не стало. Кенрик был одним из первых старейшин, встреченных Софи, и он сразу же ей понравился. Он был добрым, мягким, улыбчивым и всегда вставал на ее сторону. Но несколько недель назад он погиб во время обернувшегося кошмаром исцеления Финтана.

Финтан был пирокинетиком, завербовавшим Бранта в «Незримые». За свое предательство он был подвергнут взлому памяти, но смог защитить свои тайны. Когда Софи узнала, что может исцелять разум, Совет приказал ей вылечить Финтана, а тот нашел в себе силы разжечь проклятое Вечное пламя.

Софи удалось схватить Фитца с Орели и телепортировать их подальше от огня, но Кенрика поглотило пламя. Единственным утешением Софи было то, что Финтан погиб в собственном пожаре.

Орели взяла Софи за руку и осторожно вложила сферу в ее ладонь. Внутри нее блестело семь камней разного цвета.

– Кенрик взял с меня обещание передать тебе тайник, если с ним что-то случится, – прошептала она, – потому что хотел защитить тебя.

– Значит, он подозревал, что может умереть? – спросил Алден.

– Мы оба подозревали. Но мне нужно было уберечь его. – По щекам Орели потекли слезы. – Мне многое нужно было сделать.

Старейшинам нельзя было заключать браки и заводить детей, чтобы это не повлияло на их решения. Но Софи видела, как общаются Кенрик с Орели, и подозревала, что они влюблены друг в друга. Они могли уйти из Совета и быть вместе, но почему-то не стали этого делать.

– Он в тебя верил, – сказала Орели, мягко скользя пальцем по щеке Софи. – Говорил, что ты стала той искрой перемен, в которой нуждался наш мир. Так что храни тайник при себе, и, если Совет схватит тебя, обменяй его на свободу. Не дай им сослать тебя в Эксиллиум. А еще возьми Передатчик, – она протянула Софи небольшую серебряную пластину, работающую наподобие видеотелефона. – Его не отследить, и связывает он лишь со мной. Так мы сможем разговаривать.

– А если Совет узнает, что ты замешана? – спросил Алден. – Они ведь сочтут это изменой.

– Иногда мудрость заключается в одном лишь непокорстве. Вы все прекрасно это знаете. – Орели обернулась к Софи и открыла рот, будто желая что-то сказать. Но в итоге с губ слетели другие слова: – Мне пора.

Она подняла проводник к лунному свету и исчезла, не успела Софи и глазом моргнуть.

– Да уж, вот это таинственность, – произнес Киф. – Фостер, ты там записывай. И кому еще хочется поиграть с этим тайничком и посмотреть, что он делает?

– Даже не думай! – воскликнул Алден. – И никому не говорите, что он у вас. Я бы даже «Черному лебедю» не стал рассказывать. Если тайник попадет не в те руки, наш мир рухнет.

– Серьезно? – удивилась Софи. Тайник походил на дешевые стеклянные шарики, с которыми она играла в детстве.

– Опасность представляет не сам тайник, а то, что в нем находится. Что, по-вашему, представляет главную угрозу для мира? – спросил Алден.

– Огры? – предположила Софи.

– На самом деле – знание, – поправил Алден. – Информация – это невообразимая сила, и кое-что знать слишком опасно. Даже старейшинам. Так что самые темные секреты они прячут, а затем стирают их из своей памяти. Их называют Забытыми тайнами, и хранятся они вот в таких тайниках. Все старейшины дают клятву защищать их ценой своей жизни. Орели невероятно рискует, отдав тебе тайник. В твоих руках – главная тайна нашего мира.

Софи перекатила поблескивающий шарик по дрожащей ладони. Ей не хотелось брать на себя такую огромную ответственность. Но у нее был долг перед Кенриком, и она собиралась сберечь его подарок. К тому же Орели туманно намекнула, что он ей пригодится.

– Пойдемте. – Софи спрятала тайник в самый глубокий карман. – Нам пора к «Черному лебедю».

Она взяла Фитца за руку, а Киф сжал вторую ее ладонь. Биана крепко прижалась к брату, и Дексу осталось выбирать между ней и Кифом.

– Я не кусаюсь, – заметил Киф, посмотрев на Декса. – Ай, но давить-то так не надо!

Не оглядываясь, друзья побежали в лес. Они огибали упавшие ветви и узловатые корни, все время петляя, и Софи боялась заблудиться, но вскоре услышала шум волн. Через несколько шагов лес расступился, открывая крутой обрыв.

– Я откроюсь твоему разуму, так что покажи, наконец, куда нам идти, – сказала она Фитцу.

– Мне нечего показывать, – покачал головой Фитц. – Я знаю только то, что нам нужно начать с Пути избранных.

Софи отпустила руку Фитца.

– Я ни разу о нем не слышала. И в каком смысле «начать»?

– Это первое из указаний, – пояснил Фитц.

– Из указаний? – переспросила Софи. – Или из загадок?

– Может, и из загадок, – пробормотал Фитц. – Но я думал, что в этот раз они не станут нас путать.

– Дружище, ты вообще «Черный лебедь» видел? – спросил Киф.

– Да, знаю, – ответил Фитц. – Но я думал, что в чем-то настолько важном они не станут темнить.

Софи отошла, чтобы не спихнуть Фитца со скалы.

– Ладно. – Глубокий вздох. – О чем говорилось в загадке?

Фитц передал ей записку с полным текстом послания:

> Пройдите по Пути избранных

> мимо глаз, бессменно следящих,

> и крови, превратившейся в злато.

> Отыщите неприступную башню,

> и вам откроется дальнейший путь.

– Что-нибудь понимаешь, Фостер? – спросил Киф, заглядывая ей через плечо.

– Нет, конечно, – проворчала та. – Почему ты сразу не сказал? Мы могли бы что-нибудь придумать.

Фитц провел руками по волосам.

– Простите. Я не подумал.

– И больше ты ничего не видел? – спросил его Киф. – Ты долго копался у Фостер в голове.

– Всего пару минут, – возразил Фитц.

Киф схватил Фитца за запястье.

– Не хочу тебя разочаровывать, но я чувствую, что ты что-то скрываешь.

– Эмпаты, – проворчал Фитц.

– Просто слежу, чтобы ты не врал. Колись. Что ты увидел в разуме таинственной мисс Ф.?

Фитц поглядел на Софи, и даже в сумерках она разглядела румянец на его щеках.

– Может, я и увидел еще кое-что, но это были не мысли. Скорее… чувства.

– Да? – с сарказмом произнес Киф, а в животе у Софи растеклась кипящая лава. – Значит, ты…

– Мы теряем время! – перебила Софи. – Совет прибудет в любую минуту, а я до сих пор не знаю, куда нам идти.

– Ладно, – сдался Киф, вслед за Софи подходя к краю скалы. – Так… нам в любом случае надо во Флоренцию, да? «Черный лебедь» об этом упоминал? – Фитц кивнул, и Киф спросил Софи: – В твоей фотографической памяти, случаем, не хранится пара видов города?

Софи видела Флоренцию на картинках, но…

– Мы все равно не знаем, куда двигаться дальше.

– Разберемся. А потом пару раз стукнем Фитца и велим «Черному лебедю» завязывать со своими дурацкими нерифмованными загадками. А пока что, – Киф вновь схватил Софи за руку, – вперед!

Они едва успели схватиться за руки, как Киф спрыгнул с обрыва и увлек всех за собой.

## Глава 3

Киф хохотал под дружные вопли друзей, падая вместе с ними в океан:

– Ну вы и дети! Не бойтесь, Фостер справится.

Его уверенность немного разогнала туман, собравшийся в голове Софи, и помогла сосредоточиться на энергии, появившейся вместе с адреналином. Она вытолкнула ее из разума, гром расколол небо, и они рухнули прямо в бездну.

Плавая во тьме, Софи вспомнила фотографию Флоренции: мраморные церкви; красные крыши; золотистая река, текущая между яркими домиками. Она остановилась на своей любимой достопримечательности: соборе Санта-Мария-дель-Фьоре.

Вновь грянул гром, расколовший темноту ослепляющим светом.

Они проскользнули сквозь светящуюся трещину и рухнули в многолюдный двор, врезавшись в мраморную стену и повалившись на землю.

– Над приземлением все еще нужно работать, – простонал Киф, выползая из-под Фитца.

Софи больше занимала головная боль, вспыхнувшая от сотен голосов, прорезавших сознание. Человеческие мысли распространялись подобно радиоволнам и проникали даже сквозь ее блокировку. К счастью, она научилась защищаться от них, возводя вокруг разума невидимую преграду.

Фитц потер виски, явно обеспокоенный тем же, но Софи не стала улыбаться в ответ на его усталую улыбку. Они потерялись в Запретных городах исключительно из-за него.

– Пахнет странно, – принюхалась Биана.

– Человеческое загрязнение, наверное, – предположил Фитц. – Хотя, кажется, раньше оно было слабее.

– Я тоже так думаю, – согласилась Софи. Воздух застревал в горле и причудливо отдавал карамелью. От столицы пасты и чеснока она ожидала совсем не этого.

– Так мы что, невидимые? – спросил Декс, наблюдая за расхаживающими вокруг людьми. – Или им просто интереснее смотреть на эту громадину с куполом? – он указал на знаменитый Дуомо-ди-Фиренце, возвышающийся напротив.

– И то, и то, наверное. – Фитц достал из сумки черную сферу. – Папа дал мне искажатель, чтобы легче было скрываться.

Небольшой шар умел преломлять свет и звук, скрывая всех, кто находился в поле его действия.

– Серьезно? – удивилась Биана. – Тогда зачем весь этот маскарад?

– Предосторожность, – ответил Фитц.

– А еще так я могу быть Бэтменом, – добавил Киф, – но вот куртку я сниму. Почему тут так жарко?

– Слишком много народа, слишком мало деревьев, – сказал Фитц, снимая шарф с пальто и оставаясь в весьма обтягивающей синей футболке.

Биана сняла с себя кофту, под которой оказалась желтая футболка.

– Она мне понравилась, потому что тут есть девушки. – Биана указала на группу «Людей Икс». – Хотя прически у них жутко странные.

– Эм, тут у парня все тело покрыто синим мехом, а ты смотришь только на прически? – изумился Киф. – И смотрите-ка, у этого когтистого мужика тоже обтягивающий костюм, прямо как у Фитца!

– Завидуешь? – спросил тот, играя мышцами.

– Может, подумаем, куда нам идти? – поинтересовался Декс, убирая свитер в мешок и складывая тонкие руки на груди.

– Надо бы, – согласился Киф. – Но сначала – это что такое? – он указал на семейство, поедающее мороженое. – Хочу попробовать!

– Джелато, видимо, – предположила Софи. – Забудь об этом.

– Вообще-то мне кажется, что идея неплохая, – заметил Фитц.

Киф склонился к Софи:

– Если ты когда-нибудь об этом думала – именно поэтому он мой лучший друг.

Софи вздохнула.

– Даже если бы у нас было время, чем бы ты заплатил?

Ее друзья привыкли платить за все деньгами, данными при рождении, – они хранились в особом фонде, и их было больше, чем можно было потратить за всю жизнь. Но за пределами Забытых городов пользоваться ими было нельзя.

– А это не подойдет? – Декс вынул пачку помятой цветной бумаги. – Это остатки тех денег, которые мы получили в другом Запретном городе после похищения.

В Париже и Флоренции действительно была одинаковая валюта, но…

– У нас нет времени на джелато! – запротестовала Софи.

Киф приобнял ее за плечи.

– Фостер, Фостер, Фостер. Поживи ты немного.

– Ты же понимаешь, что он будет ныть, пока не добьется своего, да? – спросила Биана.

– Ла-а-а-а-адно, – проворчала Софи. – Давайте деньги. Сейчас вернусь.

– Мы с тобой, – сказал Декс.

– Нет уж. Чтобы купить что-нибудь, мне придется стать видимой. А вместе мы вызовем слишком много подозрений.

– Но мы же замаскированы! – возразила Биана.

– Ага, но вы все равно выделяетесь. Ну… сами на себя поглядите. Вы же похожи на моделей.

– Погодите, Фостер говорит, что считает нас красивыми? – спросил Киф.

– Кажется, да. – Декс практически сиял.

Софи хотела было все отрицать, но на самом деле эльфы действительно были куда красивее людей. Даже Декс с растрепанными рыжеватыми волосами был в десять раз симпатичней любого человеческого мальчика его возраста.

– Просто хочу сказать, что вы привлечете внимание, – сказала Софи. – Особенно учитывая, что вы не говорите по-итальянски.

Она указала на двух портретистов, сидящих в тени собора и размахивающих руками в пылу разговора. Софи, как полиглот, знала, что они обсуждают любимые футбольные команды. Но остальные говорили только на эльфийском просветленном языке. Фитц немного выучил английский, пока искал ее, но в Италии это бы ему не помогло.

– Софи права. Чем меньше нас видят, тем лучше. Но я пойду с ней. – Фитц передал Кифу искажатель и забрал у Декса пару купюр. – Поодиночке ходить не будем.

– Хорошо. – Софи все еще на него злилась, но им нужно было поговорить.

– Поверить не могу, что мы тратим свое время на мороженое, – сказала она Фитцу, следующему за ней в толпе туристов. После года, проведенного среди нестареющих эльфов, было очень странно видеть седые волосы, морщины, очки и трости.

– Я понимаю, что мы в опасности, – начал Фитц, – но именно поэтому я счел это неплохой идеей. – Он подошел ближе и понизил голос, потому что они прошли мимо группы глазеющих на него девочек. – Просто… я волнуюсь об остальных, а ты? Биана очень нервничает, разве нет? А Киф еле держится. И Декс тоже вряд ли спокоен. Так что если джелато их обрадует, оно того стоит, согласись?

– Об этом я не подумала, – признала Софи. – Но у нас было бы больше времени на всякие там джелато, если бы ты сразу рассказал об указаниях «Черного лебедя» и я бы успела подумать над загадкой.

– Знаю. Прости. Я не хотел тебя злить. Я боялся, что ты убежишь без нас, если я расскажу.

Она и правда подумывала об этом, и не раз…

– Я просто хочу, чтобы все были в порядке, – пробормотала она.

– Знаю. Я тоже. Но мы с тобой делаем только хуже. Может, прекратим пытаться делать все в одиночку и объединимся?

Он протянул руку, и Софи неохотно пожала ее, слегка радуясь восхищенным возгласам глазеющих на них девочек.

Ее улыбка погасла, едва она вспомнила о том, что еще нужно было обсудить.

– Ну так… если мы собираемся объединяться, может, расскажешь, что увидел у меня в голове?

– Ничего такого, о чем ты думаешь, – осторожно промолвил Фитц, – и я все равно ничего не понял.

– Это ты о чем?

– Тяжело объяснить. Я оказался в странном месте, которое мистер Форкл назвал твоим эмоциональным центром. Теперь я понимаю, почему Киф всегда говорит о том, какие сильные у тебя эмоции. Они ужасно подавляют.

– Это тогда мистер Форкл сказал: «Запомни это место. Оно тебе понадобится»?

Фитц кивнул:

– Но он не сказал, зачем.

– Ну разумеется. – Мистер Форкл всегда так поступал. Он был единственным членом «Черного лебедя», с которым Софи встречалась, но она все равно почти ничего о нем не знала. Даже его имя было вымышленным и принадлежало ее человеку-соседу, которым он раньше притворялся.

Она хотела продолжить расспрашивать Кифа, но заметила в конце улицы небольшую лавку с мороженым.

– Может, спросим у продавщицы, не знает ли она о Пути избранных? – предложил Фитц, заглядывая в окно.

– Сомневаюсь, что она знает, – сказала Софи. – Но попытаться стоит.

Они вошли в магазин, разглядывая сверкающие контейнеры, полные разноцветного мороженого, и у Софи потекли слюнки. Все сорта выглядели просто прекрасно, так что Софи послушалась совета продавщицы и купила пять порций дынного.

– Не знаю, что это, – произнес Фитц, запихнув в рот полную ложечку, – но оно даже вкуснее маллоумелта.

Софи сомневалась, что что-нибудь может быть вкуснее мягкого эльфийского торта со вкусом печенья, но джелато было почти так же вкусно.

– Вы не знаете, где найти Путь избранных? – поинтересовался Фитц у продавщицы, и при разговоре на английском его акцент стал еще четче.

Продавщица не ответила, так что Софи повторила вопрос на итальянском и добавила:

– Это для домашней работы. Учителя устроили нам охоту за сокровищами, и это одна из подсказок.

– Думаю, учителя хотели, чтобы вы подумали самостоятельно, а не просили помощи у взрослых, – махнула рукой продавщица. – Но раз уж ты хотя бы спросила на моем языке, то отвечу. Скорее всего, ваши учителя говорили о коридоре Вазари.

Как только слова сорвались с губ женщины, в памяти Софи всплыло множество разных фактов. Коридор Вазари был проходом, построенным Медичи между их дворцами, чтобы можно было передвигаться по городу, не выходя к народу.

– Не подскажете, как туда попасть? – спросила Софи, расплачиваясь за джелато, пока Фитц забирал мороженое для Кифа, Декса и Бианы.

– Один из входов расположен через реку Арно, рядом с гротами Палаццо Питти, – ответила женщина. – Еще один рядом с галереей Уффици. Но можете туда не ходить. Все достопримечательности сегодня закрыты из-за пожара.

Сладкий дынный вкус мигом показался горьким.

– Какого пожара?

– Разгорелся вчера ночью в палаццо Веккио. Просто кошмар. Столько исторических ценностей пропало из-за дурости какого-то поджигателя!..

## Глава 4

– Это точно был Брант, – прошептала Софи, наблюдая за пожарными, бегающими по площади Синьории.

Они не прислушались к предостережению продавщицы и с помощью искажателя прошли за поставленные полицией ограждения. В пожаре никто не погиб, и его потушили до того, как он перекинулся на другие здания. Но каменные стены знаменитого палаццо Веккио почернели и потрескались, а часовая башня наклонилась сильнее Пизанской. Стоящие за ограждением люди плакали, и Софи понимала их скорбь. Когда эльфийскую столицу, Этерналию, поглощал огонь, она чувствовала то же самое.

– Это же не то здание, которое нам было нужно, да? – спросил Фитц, поспешно уступая дорогу двум пожарным. – Я думал, вход в коридор в каком-то здании со странным названием?

– Галерея Уффици, да. – Софи показала на изящное здание рядом со сгоревшим дворцом. – Но полиция закрыла все достопримечательности, а искажатель не обманет сенсоры и сигнализацию.

– Ну, вряд ли нам стоит тут оставаться, – уныло произнес Фитц. – «Незримые» могут наблюдать.

– Откуда ты знаешь, что это они? – спросил Декс. – Разве у людей пожары не случаются постоянно?

– А ты не чувствуешь? – спросила Софи.

Киф принюхался:

– Пахнет жженым сахаром.

– Именно. Надо было сразу понять. Точно так же пахли пожары в Сан-Диего. А их разжег Брант. – Она оглянулась через плечо, ожидая заметить фигуру в черном плаще с капюшоном.

– Но как у него хватило сил? Он сбежал к ограм в ужасном состоянии. У него обгорела рука и чуть ли не все лицо.

Софи содрогнулась, стараясь не вспоминать обожженную кожу Бранта, покрытую волдырями. Он не мог устоять на ногах, не мог даже дотянуться до своего проводника и заставил ее отдать ему палочку в обмен на информацию о засаде.

– Он пережил пожар Джоли, – заметила она, вспоминая старые шрамы Бранта.

Она надеялась, что они сохранятся. Он заслуживал напоминания о жизни, которую разрушил.

– А может, это «Черный лебедь» устроил пожар, – предположил Декс, – чтобы спрятаться от Совета, например.

– Среди них есть пирокинетики? – спросила Биана.

– Надеюсь, что нет, – ответила Софи. – Но даже если и есть, зачем им поджигать дворец, в который они нас отправили?

– Потому что они отправили нас не сюда, – напомнил Фитц. – А в соседнее здание.

– Но так нам все равно в десять раз сложнее до них добраться, – возразила Софи.

– Эй, ребят, вы забываете о куда более важном вопросе, – перебил Киф. Он указал на потускневшую мраморную статую, стоящую во дворе. – Только я заметил, что он голый?

Софи закатила глаза:

– Это Давид.

– Его имя меня не волнует, – отмахнулся Киф. – Все равно не хочется смотреть на его причиндалы.

– Согласен с Кифом, – улыбнулся Декс.

– Я тоже, – кивнула Биана, краснея.

– Да, почему он без одежды? – поинтересовался Фитц, изо всех сил не глядя на статую.

– Потому что это искусство! – ответила Софи. – Раньше многие художники и скульпторы изображали обнаженных людей. Изучали человеческое тело, наверное… не знаю. Почему мы вообще об этом заговорили?

– Ты права, – согласился Фитц. – Нам нужен план. Лично я считаю, что нам нужно следовать подсказкам «Черного лебедя». Как только мы доберемся до коридора, остальные их указания должны проясниться. Просто надо придумать, как пройти охрану, и…

– Я этим займусь. – Декс направился в сторону галереи.

Фитц схватил его за руку.

– Нам нужно передвигаться вместе, чтобы все были под действием искажателя.

Декс пробормотал что-то о злоупотреблении властью и пошел вслед за Фитцем. Впятером они осторожно огибали пожарных и журналистов и в итоге добрались до входа в музей, ни на кого не наткнувшись.

Декс прижал ладони к каменному фасаду.

– Ты была права, Софи, охрана тут безумная.

– Сможешь ее обезвредить? – поинтересовалась Биана.

– Только на время. Где находится проход в коридор?

– На верхнем этаже, за дверью без опознавательных знаков. – Софи видела ее прямо перед глазами, что было странно, потому что она ни разу там не была.

– Хорошо, я дам нам немного времени, – произнес Декс, – но придется испортить искажатель.

– А по-другому нельзя? – спросил Фитц.

– Можно, просто мне хочется все усложнить и подвергнуть нас опасности!

– Ребята, – Софи встала между ними, – на ссоры нет времени.

Декс зыркнул на Фитца и принялся за работу, вскрывая искажатель и копаясь в его начинке. Вытащив пару винтиков и пружин, он убрал их в карман, а потом закрыл искажатель.

– На, Чудо-мальчик. Лови.

Фитц поймал сферу силой мысли.

Телекинез.

Софи редко пользовалась этой эльфийской способностью, потому что однажды во время игры она случайно швырнула Фитца в стену. А вот тот явно не боялся. Он повертел искажатель, скорее всего чтобы позлить Декса, а потом подхватил его ладонью.

– Когда я открою дверь, – обратился к Фитцу Декс, – кинь его в коридор. И сразу бежим. Все готовы? – Не дожидаясь ответа, он постучал пальцами по замку, и дверь щелкнула. – Давай!

Фитц закинул искажатель в музей, и он покатился по полу, издавая белый шум и ослепляя всех вспышкой.

– Ну и как нам понять, куда мы идем? – спросила Софи, когда Декс потянул ее в музей.

– Никак. Но и нас тоже не видно.

– Ай, я ударилась плечом! – вскрикнула Биана.

– Об очередную голую статую, наверное, – предположил Киф.

– ФУУУ, А ЕСЛИ ТЫ ПРАВ?

– Угомонитесь вы, а? – прикрикнул Фитц. – Идите на мой голос. Я на лестнице.

Они дошли до второго этажа, где свет уже не так ослеплял.

– Куда теперь? – спросил Фитц.

– Думаю, на запад, – задумчиво проговорила Софи. – Надо найти зеленую комнату с простой деревянной дверью.

Сначала они прошли мимо нее, но Биана вернулась и позвала их обратно.

Фитц тряс запертую дверь, пока Декс не отпихнул его:

– Оставь это экспертам.

Прошло несколько мучительных мгновений.

– Давай быстрее, – поторопил Фитц.

– Простите, этот замок какой-то непонятный. Погодите… вот так!

Они вбежали в коридор, и Декс включил свет, а затем пошел запирать за ними дверь.

– Ух ты, какой же он огромный, – прошептала Софи, поднимаясь по широкой лестнице. Она думала, что коридорчик окажется маленьким и узким, но перед ними действительно был Путь избранных. Потолок оказался позолоченным и расписанным фресками, а стены покрывали бесценные старинные картины.

– Быстрее, – поторопил Декс, возвращаясь к ним. – Замок долго не выдержит. А еще я чувствую камеры, и с ними разбираться будет слишком долго. Вспышка искажателя должна была их поджарить, но лучше особо не светиться. И давайте разгадаем вторую подсказку.

– Про ту, что с кровью? – спросила Биана. – Если да, может, в ней говорилось про них?

Они остановились перед несколькими портретами, которые выглядели так, будто их сожгли, а потом сложили обратно по кусочкам.

– Нет. Эти картины были уничтожены в теракте еще в девяностых, – прошептала Софи. – Вряд ли «Черный лебедь» назвал бы их «кровью, превратившейся в злато».

Биана содрогнулась.

– Люди так ужасно друг к другу относятся.

– А что, соседнее здание поджег не эльф-пирокинетик? – поинтересовался Киф.

– Хочешь сказать, эльфы ничем не лучше людей? – посмотрела на него Биана.

– Хочу сказать, что мы не настолько уж и отличаемся. Особенно некоторые из нас. – Горечь в его голосе ясно давала понять: он говорит о матери.

– Ладно, пойдем дальше, – примирительно произнесла Софи и лишь затем поняла, что они пропустили подсказку. Перед «кровью, превратившейся в злато» им нужны были «бессменно следящие глаза».

Может, в загадке говорилось о портретах, сверлящих их взглядами?

Софи в этом сомневалась. А затем она заметила круглое окно с решеткой.

– Это окно из твоего воспоминания? – спросил Фитц.

– Сложно сказать. Я видела его снаружи. Но я только что вспомнила, что такие окна называли «глазами Козимо». Так он наблюдал за народом, пока передвигался по городу. О них говорится в подсказке.

– Чудесно, значит, теперь надо искать кровь? – поинтересовалась Биана, морщась.

– Вообще-то, кажется, я догадалась, – и все не так плохо, как ты думаешь.

Через несколько минут, когда они дошли до ряда широких панорамных окон, Софи убедилась в своей правоте.

– Да, мы над Понте Веккио. Сейчас на мосту много ювелирных магазинов, но раньше там находились лавки мясников. Медичи не нравился запах, и они перевели сюда торговлю золотом.

Биана скривилась.

– До сих пор не верю, что люди едят животных. Ты тоже ела, Софи?

– Эй, смотрите сюда! – воскликнул Киф, спасая Софи от необходимости отвечать. – Стоит отдать людям должное, в красоте они смыслят. Пусть река и коричневая.

Река Арно и правда была не самого приятного цвета, но на ее берегах расположились живописные домики с множеством террас и окон, будто сошедшие с картины. Но их вид напомнил Софи об очередном не самом приятном факте о человечестве. Окна, через которые они смотрели на реку, были установлены для Адольфа Гитлера. И тот когда-то стоял на том же самом месте, где сейчас стояли они.

– Пойдем. – Софи ощущала в воздухе зло и желала убраться отсюда подальше.

Может, иногда эльфы и совершали ужасные поступки, но она сомневалась, что они сравнятся с такими монстрами, как Гитлер.

– Где-то рядом должна быть следующая подсказка, – задумчиво произнесла она, стараясь не отвлекаться. – Никто не видит башню? Думаю, она как-то связана с коридором.

– Как думаешь, в каком смысле она «неприступная»? – спросил Фитц, и тут коридор резко повернул.

Затем еще раз.

И еще.

Софи остановилась.

– Кажется, мы пришли. Когда Вазари строил коридор, он сносил все, что вставало на пути. Но семейство Маннелли отказалось сносить свой дом. Поэтому коридор Вазари огибает башню, и мне кажется, что мы как раз ее прошли.

Киф усмехнулся:

– Посмотрите на нашу всезнайку.

Софи отвела взгляд. Она сомневалась, что воспоминания принадлежали действительно ей, и из-за этого хотелось отскрести себе мозг дочиста.

– В подсказке говорилось, что тут нам откроется дальнейший путь, – вспомнил Фитц. – Давайте разделимся и поищем символ лебедя.

Они осмотрели стены, пол, потолок. Софи уже начинала волноваться, что неправильно отгадала загадку, но тут заметила, что длинная царапина под ее ногами отчетливо изгибается.

– Идите сюда, – позвала она, проводя пальцами по отметке. Царапина была необычной и замыкалась в круг, но Софи все равно видела в ней символ лебедя.

– Чую замок. – Декс прижал ладонь к полу, пару раз изогнул руку, будто поворачивал дверную ручку, и с тихим щелчком пол отворился.

Они уставились на ржавую лестницу, ведущую в мрачную тьму.

– Ну что, кто хочет первым спуститься в жуткую яму отчаяния? – спросил Киф.

– Я, – вызвалась Софи.

– Нет уж, – возразил Фитц. – Ты уже достаточно часто бывала на волоске от смерти. Теперь моя очередь.

– А еще можешь просто быть осторожным, – посмотрела на него Софи.

Он широко улыбнулся.

– Тоже вариант.

Фитц спустил ногу в люк, проверил, выдержит ли его ступенька, а затем встал на лестницу.

– Как только дойду до конца, скажу, безопасно ли спускаться. – И он шагнул вниз. Затем еще.

На следующем шаге его поглотила тьма, и Софи ухватилась за лестницу рукой, готовая мчаться вниз при первом же подозрительном звуке.

Через ужасно длинные несколько минут Фитц крикнул:

– Все чисто!

– Да уж, – послышался второй голос, который Софи узнала бы, даже если бы второе предложение не началось с его любимых слов. – Вы, дети, явно не торопились!

## Глава 5

Софи думала, что раз «Черный лебедь» разрешил им с друзьями вступить в свои ряды, они перестанут скрываться. Но когда она спустилась в темный тоннель, мистер Форкл был таким же сморщенным и раздувшимся, как и всегда. Его огромный живот едва пролезал между изогнутых стен, а весь тоннель провонял грязными носками – так пахла морщиника, ягода, которую он съел для смены внешности.

– Не хочу жаловаться, – заметил Киф, вступив по щиколотку в ил, – но вам пора найти себе убежище получше.

– Это не убежище, – сказал мистер Форкл, протягивая им по амулету.

Они подышали на кристаллы, и от тепла в них проснулся колдовской огонь. Светло-синее пламя казалось особенно зловещим – возможно, потому что Софи его презирала.

Незатухающий огонь был визитной карточкой Финтана, пока он не научился разжигать Вечное пламя. Но Софи была рада, что тесный тоннель освещает хоть что-то. Особенно когда она увидела темную дорогу.

– Вижу, будет весело. – Киф подтолкнул Фитца вперед. – Веди, дружище!

– На самом деле эта дорога приведет лишь в наше разрушенное убежище, – пояснил мистер Форкл.

– Так это и правда был палаццо Веккио? – спросила Софи.

– Нет. Он был обманкой. Но раз «Незримые» его нашли, значит, скоро найдут и настоящее убежище. Так что перед тем как прийти сюда, я разрушил наш грот.

– Тогда где мы? – спросил Декс.

– Это запасный выход. – Мистер Форкл лизнул покрытый слизью кирпич, и в стене открылась потайная дверь.

Софи поперхнулась.

– Гадость какая.

– Да, гадость, мисс Фостер. Пусть это будет для вас уроком. Прятаться лучше там, куда никто не хочет заходить.

Он был прав. В тоннеле пахло яйцами и скунсом, а с потолка на головы падали холодные капли.

– Вы не знаете, как «Незримые» обнаружили вашу обманку? – спросила Софи.

– Клянусь, я тут ни при чем, – вмешался Киф. – Я выкинул герб Сенсенов в океан, а Элвин оплавил мне тонну кожи, так что на мне никаких арометок. Напомните потом поблагодарить маму, кстати. Как классно, что из-за нее я заводил своих друзей в засады.

Он говорил так резко, что Софи сжала его ладонь.

– Все в порядке, – заверил он. Но руку не отнял.

– Мы вас не виним, мистер Сенсен, – проговорил мистер Форкл. – Мы полагаем, что им помог Гетен. После Эвереста мы держали его здесь, но не бойтесь, мы его перевезли, и теперь добраться до него куда сложнее. И мы выясним, через какой огрский фермент его выследили, так что подобного не повторится.

– Вы что-нибудь от него узнали? – Киф озвучил вопрос, который пришел в головы всем, Софи в этом не сомневалась.

Гетен был первым плененным членом «Незримых». Он же был среди похитителей Софи и Декса.

– Пока нет, – признался мистер Форкл. – Его разум… непрост. Поговорим об этом позже. Пока что нужно отвести вас по домам.

Софи не знала, чему удивляться – тому, что «Черный лебедь» стал ее домом, или множественному числу в словах мистера Форкла.

– Мы будем жить вместе? – спросила Биана, тоже заметив оговорку.

– Разумеется.

– Вы тоже будете с нами? – уточнила Софи.

– Нет. Я живу в Забытых городах. Мне нельзя надолго исчезать, меня быстро хватятся.

– Но вы двенадцать лет жили с людьми, – напомнила ему Софи.

– Да, и когда-нибудь я расскажу, как удалось ускользать незамеченным.

– Погодите, – перебил Декс. – Значит, мы, сами того не зная, могли встречать членов «Черного лебедя»?

– Вы и встречали, мистер Диззни. Среди нас много любителей магазина вашего отца.

«Хлебни да рыгни» была самой популярной аптекой Забытых городов. Неудивительно, что члены тайной организации захаживали туда за сыворотками: многие из них могли менять внешность. Но было странно представлять, как Софи проходит мимо настоящего мистера Форкла, выбирающего бутылочки из длинных рядов.

А если среди эльфов прятался «Черный лебедь», то и «Незримые» тоже. Может, Софи видела их на улицах Атлантиды или училась с их детьми в Фоксфайре. Она мысленно пробежала по списку возможных подозреваемых – во главе стояла ее давний враг, Стина Хекс, и тут Биана произнесла:

– Получается, у вас у всех по две личности?

– Или по три, – отозвался мистер Форкл. – Иногда даже по четыре-пять. И да, иногда нам приходится непросто. – Он приподнял двойной подбородок, показывая скрывающийся под ним регистрационный медальон. – Один умный технопат сделал так, чтобы медальон передавал Совету те координаты, которые я захочу. Но есть ограничение по времени.

– Может, и мне стоило сделать так же? – спросил Декс.

– Нет, Совет и так вас подозревает. Лучше разорвать все связи и спрятаться в нашем убежище.

– Мы как, скоро отсюда прыгнем? – спросил Киф, когда ему на голову шлепнулся сгусток слизи.

– Мы не станем прыгать. У огров есть техника, способная отследить след прыжка до источника. Так они ограничивают доступ в свои города и отслеживают нарушителей. Раз мы знаем, что «Незримые» заодно с ограми, можно предположить, что они попробуют нас выследить.

– То есть нам нельзя прыгать? – спросил Фитц.

– Не здесь. Они слишком близко.

Его слова эхом отразились от стен тоннеля, превращая каждую тень в эльфов в темных плащах.

– Раз они близко, почему бы не напасть? – предложил Киф.

– Мы вступаем только в тот бой, какой можем выиграть, мистер Сенсен. Сейчас у «Незримых» слишком много преимуществ. Они скрываются где-то в городе, скорее всего там, где могут пострадать люди. Поэтому транспорт ждет нас ниже по течению реки, где они никогда не стали бы искать.

– Эм, не хочу задавать очевидных вопросов, – вклинился в разговор Декс, – но почему вы сразу нас туда не послали?

– Мы не просто так шифруем послания, мистер Диззни, и мы никогда не стремились к удобству. Но путь, по которому вы прошли, был полностью безопасен.

– Может быть, если не считать всю человеческую технику, с которой мне пришлось разбираться, – пробормотал Декс. – И вам повезло, что Софи помнит столько странных фактов о Флоренции.

– Вы серьезно так считаете? – саркастически произнес мистер Форкл. – Что нам повезло?

Софи вздохнула.

– Сколько воспоминаний вы в меня впихнули?

– Столько, сколько надо.

– Откуда вы знаете? – спросил Фитц.

– Мы очень тщательно готовились.

Софи остановилась.

– К чему готовились?

– Пойдемте, мисс Фостер. У нас нет времени это обсуждать.

– Вы серьезно ей ничего не расскажете? – нахмурился Киф. – Она заслуживает знать, вам так не кажется?

– Она много чего заслуживает, – ответил мистер Форкл. – Но в первую очередь она заслуживает выбирать. И чтобы выбрать, она должна сама понять свое предназначение. Помимо этого кое-что нам придется хранить в секрете – как для ее, так и для нашей безопасности.

– Сандор всегда говорит, что чем больше секретов, тем сложнее ему меня защищать, – заметила Софи.

– Да, когда вы скрываете что-то от него, а не наоборот, – отозвался мистер Форкл. – Надо спешить. Нас не станут ждать вечно.

Софи обернулась на друзей, и ей не нужно было быть телепатом, чтобы понять, о чем они думают. Они стольким рискнули, столько принесли в жертву – и надеялись, что «Черный лебедь» будет более… сговорчивым.

Но поворачивать назад было поздно. Оставалось лишь двигаться вперед и надеяться, что «Черный лебедь» начнет работать вместе с ними.

Она последовала за мистером Форклом к выходу из тоннеля, сжимая спрятанный в кармане тайник и радуясь собственному секрету.

На реке никого не было. Ни эльфов. Ни лодок. Ни намека на транспорт, о котором говорил мистер Форкл, пока он не дунул в тонкий медный свисток. Звука не последовало, но коричневатая вода пошла рябью. Вслед за ней начали появляться пузыри, которые становились все больше, и из воды вынырнула серо-зеленая чешуйчатая голова.

– Плезиозавры? – спросил Киф, а из воды показались еще пять голов.

– Экодоны, – поправил мистер Форкл. – Ну а мисс Фостер должна знать их под именем «Несси».

Софи улыбнулась, уже не удивляясь очередному человеческому мифу, основанному на реальности. У динозавров действительно были длинные изогнутые шеи, как у лох-несского чудовища, но их носы были чуть более вытянутыми, а по щекам тянулись длинные жабры.

– Эти динозавры используют звуковые воронки, да? – спросил Фитц.

– Именно поэтому я их и выбрал, – кивнул мистер Форкл. – Они медленнее световых прыжков, но быстрее множества других вариантов передвижения. И под водой «Незримые» за нами не проследят.

– Под водой? – переспросила Софи у мистера Форкла, раздающего всем прозрачные скользкие мембраны, в которые нужно было обернуть их сумки, чтобы они не промокли. – Чем мы будем дышать?

– Да, я могу задержать дыхание только на пятнадцать минут, – сказал Декс.

– На пятнадцать? – повторила Софи. – Как ты научился так долго не дышать?

– Это умение, требующее победы духа над телом, – пояснил мистер Форкл. – Мало кто находит время, чтобы овладеть им.

– Папа сказал, что нудные аристократы его недооценивают, – вспомнил Декс. – Он постоянно заставлял нас заниматься.

– У тебя мудрый отец, – заметил мистер Форкл. – И все же задерживать дыхание вам не придется. У меня есть люфтераторы.

Он раздал им Т-образные приспособления и сказал, что длинный конец нужно поместить в рот, а оставшейся частью прикрыть губы и нос. Создавалось впечатление, будто дышишь через узенькую соломинку. У Софи закружилась голова, но через какое-то время легкие привыкли к замедлившемуся ритму.

– У вас есть еще люфтератор? – спросила Биана.

– Одного тебе хватит, – заверил мистер Форкл.

– С запасным мне будет лучше, – продолжала настаивать она.

– Я могу проверить, точно ли с твоим все в порядке, если хочешь, – предложил Декс.

– Нет! – излишне быстро ответила Биана. – Я просто… подожду здесь, пока вы не принесете мне еще один.

– Не говорите ерунды, леди Вакер, – укоризненно произнес мистер Форкл. – Мы уйдем все вместе.

Биана кинула на Софи взгляд, молящий о помощи, но Софи не понимала, в чем дело.

Киф схватил Биану за руку.

– Кажется, ты что-то скрываешь…

– Согласен, – сказал мистер Форкл. – Давайте-ка узнаем, что именно.

– Я не разрешаю вам читать мои мысли! – выкрикнула Биана.

– Если ты подвергаешь нас опасности, мне не нужно разрешение. – Мистер Форкл закрыл глаза, и Софи понимала, что Биана не сможет его остановить. Даже она сама не могла его заблокировать, а ведь ее разум был непроницаем.

Биана обернулась к брату:

– Пожалуйста, останови его.

– Уже поздно, – произнес мистер Форкл, глядя в пустоту за ее спиной. – Кажется, с нами безбилетник.

## Глава 6

– Какой безбилетник? – спросил Фитц, а мистер Форкл велел:

– Покажись!

Несколько секунд ничего не происходило. А затем рядом с Бианой появилась Делла.

– Мама? – удивился Фитц. Кинувшись к ней, он крепко ее обнял, а потом накинулся на сестру: – КАК ТЫ МОГЛА ТАКОЕ СКРЫВАТЬ?

– Я взяла с нее клятву ничего не говорить, – объяснила Делла. – А она знает лишь потому, что мне нужно было держаться за кого-нибудь во время телепортации.

– Зачем такие ухищрения? – пожал плечами мистер Форкл. – Вы сомневаетесь, что мы сможем защитить ваших детей?

– Как раз наоборот. – Делла разгладила шелковое аквамариновое платье, в котором была похожа на морскую богиню. – Я хочу вступить в «Черный лебедь».

Ее слова будто зависли в воздухе, дожидаясь, пока кто-нибудь их не схватит.

– Папа в курсе? – спросил Фитц.

– Разумеется. Он сам хотел вступить, но мы решили, что ему стоит остаться работать на Совет. И мои способности куда лучше подходят для скрытных операций.

– Леди Вакер… – начал было мистер Форкл.

– Делла, – перебила та.

– Очень щедрое предложение, леди Делла, – подчеркнул он с легкой улыбкой. – Но у нас уже есть эмфанист.

– Никто не умеет исчезать так, как я. Даже мой сын, а вы, уверена, слышали, насколько ценится Алвар в Совете.

Она исчезла и через мгновение появилась по колено в реке. Софи не знала, чему удивляться больше: скорости, с которой Делла двигалась, или отсутствую ряби на воде.

– Впечатляет, – признал мистер Форкл, когда Делла вновь появилась рядом с Бианой и продемонстрировала сухое платье. – Вопрос в том, мудро ли будет впустить вас в наши ряды. Эльфийка со столь высоким статусом…

– …может стать влиятельной защитницей, – закончила за него Делла. – Когда Совет наконец придет в чувства, думаете, народ сразу вам поверит? Может, в последнее время вокруг Вакеров и ходят разговоры, но наше имя все равно обладает невероятной силой.

Мистер Форкл пристально посмотрел на Деллу.

– Вижу, вы уже сняли свой регистрационный медальон.

– Я бы не стала подвергать всех опасности. К тому же я хотела доказать свою преданность.

– И все же вы слишком легко взваливаете на себя подобную ношу.

– Правда? – Мелодичный голос Деллы стал жестче. – Я доверила вам своих детей – и еще трех ребят, которых могу назвать своей семьей.

– С вашими детьми ситуация другая, – возразил мистер Форкл. – Мы оба знаем, что нельзя оставлять их на милость Совета.

– Но я могла бы защитить их сама. – Делла вновь исчезла и появилась с прижатым к голове Форкла мелдером. – Не стоит меня недооценивать.

– Козыри в рукавах есть не только у вас, – предупредил ее тот. Он коснулся правого виска, и рука Деллы тут же опустилась.

– Вы мезмер? – спросила Софи, вспомнив силу Грейди.

– Я не настолько могущественен, – признался он. – Но разум сильнее тела, никогда об этом не забывайте.

– Не забуду, – произнесла Делла, исчезая, и мистер Форкл рухнул.

Она появилась вновь, сидя на его животе и упираясь туфлей в его горло. Он бился и пинался, но сбросить ее не мог.

– Полагаю, вы доказали свою правоту, леди Вакер, – прохрипел он.

Она надавила сильнее.

– Я же просила звать меня Деллой.

– Ух ты, напомни никогда не переходить твоей маме дорогу, – шепнул Киф Фитцу.

– Ценный урок для всех, – согласилась Делла, соскочив с мистера Форкла и протянув ему руку. – Все считают меня хрупкой красавицей, прячущейся в тени мужа. Но я куда сильнее, чем вы думаете.

– Заметно. – Мистер Форкл вытер грязь с длинной черной туники. – Но я не могу принять вас в одиночку. Могу лишь обещать, что вынесу предложение на обсуждение в Коллектив.

– Коллектив? – переспросила Софи.

– Лидеры «Черного лебедя», – пояснил мистер Форкл. – Пять надзирателей, равных друг перед другом.

– Значит, есть еще четверо главарей, о которых мы не знаем? – спросил Киф.

– Вы много о ком не знаете. Но это хорошо. Чем больше народа нам помогает, тем больше шансов что-нибудь изменить.

– Тем больше причин принять меня, – подхватила Делла.

– Возможно, – согласился мистер Форкл. – Я расскажу о вас Коллективу. Но пока что у нас другая проблема. Я не рассчитывал на безбилетников, так что у нас не хватает люфтераторов.

– Я могу подрегулировать свой и с кем-нибудь поделиться. – Декс согнул люфтератор буквой Z. Еще немного с ним повозившись, он гордо продемонстрировал устройство. – Теперь он работает с обеих сторон.

– Придется стоять очень близко друг к другу, – заметил мистер Форкл.

– Мы с Фостер согласны! – выкрикнул Киф.

– Эй, если кто-то и будет делить с Софи люфтератор, то это буду я, – возразил Декс.

– Погодите, а чего это я буду с кем-то его делить? – поинтересовалась Софи.

– Да, я голосую за Декса с Кифом, – кивнул Фитц.

– Согласен, – решил мистер Форкл. – Киф, отдай Делле свой люфтератор.

– Погодите, что? – переспросил Киф.

Фитц, Биана и Софи рассмеялись.

Декс злобно фыркнул, когда мистер Форкл приказал им с Кифом проверить, работает ли люфтератор. Им пришлось встать так близко друг к другу, что носы практически соприкасались.

– Отвратительно, – простонал Киф, выплевывая мундштук. – У Декса плохо пахнет изо рта.

– У тебя не лучше! – огрызнулся тот.

– Но дышать вы можете? – уточнил мистер Форкл.

Они кивнули, и он приказал всем заходить в воду. Отовсюду раздались судорожные вздохи, когда холодная вода промочила одежду, – только Делла осталась абсолютно сухой.

– Ты знал, что твоя мама так умеет? – спросила Софи у Фитца.

– Я знала, – вмешалась Биана. – И когда-нибудь я пойму, как она это делает. – Она исчезла, а когда появилась, мокрые волосы прилипли к ее лицу. – Придется постараться.

– До сих пор не верится, что ты не рассказала про маму, – проворчал Фитц.

– Теперь ты понимаешь, каково мне было, когда вы с папой планировали свои тайные походы в Запретные города.

Софи никогда не задумывалась, как сильно ее поиски повлияли на Вакеров. Они на протяжении двенадцати лет хранили тайны и нарушали законы.

Река становилась все глубже, и вскоре они уже не шли, а плыли. Софи кое-как барахталась с рюкзаком в руках, пока Фитц его не забрал.

– Спасибо, – пробормотала она, завидуя легкости, с которой он плыл. Уже через несколько минут он добрался до громадного водного динозавра.

– Экодоны ведь дружелюбные, да? – с надеждой спросила она у Бианы.

– Ну конечно. – Биана подплыла к фиолетовому экодону и погладила его по шее. – Видишь? Абсолютно безобидный.

Софи подплыла к синему экодону, и тот издал булькающее рычание.

– Так они здороваются, – объяснил Фитц, забираясь на спину зеленому динозавру.

Софи последовала его примеру, постоянно передавая слово «Друг». Ее измененные гены позволяли телепатически общаться с животными. Софи не знала, понял ли ее экодон – некоторые животные мыслили изображениями или эмоциями. Но все же он не отгрыз ей голову, и Софи сочла это хорошим знаком.

Тем временем Декс с Кифом безуспешно пытались понять, как им садиться на своего экодона. Через несколько уморительных попыток Киф сел спиной вперед, обнимая Декса, а Декс обхватил руками шею динозавра.

– Мило смотритесь, ребята, – усмехнулся Фитц.

– Ох, как же я тебе отомщу, – предупредил Киф.

– Надели люфтераторы! – приказал мистер Форкл, и Декс не успел ничего добавить.

Софи в последний раз глубоко вздохнула и закусила мундштук. Как только она обняла экодона за шею, мистер Форкл велел:

– Погружаемся!

Они устремились вниз, к самому дну реки, где было темно и пугающе таинственно. Амулет с колдовским пламенем на шее Софи едва подсвечивал Фитца, сидящего на соседнем экодоне. Он поднял большой палец вверх, проверяя, все ли у нее в порядке.

Она кивнула, пару раз медленно вздохнув, а Фитц указал на возглавлявших группу мистера Форкла и Деллу. Софи была рада, что ее экодон сам за ними плывет, потому что понятия не имела, как им управлять.

Фитц не отплывал от нее, рядом с ним держалась Биана, а Декс с Кифом следом за ними. Экодоны спокойно плыли вперед, пока берег не скрылся из вида, и Софи поняла, что они добрались до океана. В этот момент все экодоны вытянули шеи, поджали плавники и пронзительно закричали.

Их вопль был громче китовой песни, насыщеннее дельфиньего визга и обладал такой силой, что вода перед ними расступилась. Звук стал выше, затем ниже, и вода закрутилась воронкой, которая швырнула экодонов вперед подобно ракете. Каждый раз, когда круговорот замедлялся, динозавры кричали вновь и плыли все быстрее и быстрее – Софи казалось, будто они проплыли весь океан. А может, действительно проплыли, потому что когда они наконец замедлили движение, вода была тропически-бирюзовая, а вокруг плавали разноцветные рыбы.

Через несколько минут они всплыли и двинулись вверх по реке, текущей сквозь огромную подземную пещеру. Ее потолок пронизывала тонкая трещина, пропускающая ровно столько света, чтобы он отражался от блестящих каменных стен. Где был свет, там была и жизнь, так что вся пещера превратилась в подземный лес. Чем дальше они заплывали по реке, тем шире становилась пещера, пока вокруг них не остался один лишь бесконечный рай.

– Глазам своим не верю, – прошептал Фитц.

Софи вдохнула сладкие, дурманящие запахи: жимолости, жасмина, плюмерии и множества других цветов, названий которых она не знала. Атмосфера разительно отличалась от мрачной пещеры, которую она ожидала увидеть после предыдущего убежища «Черного лебедя».

– Ладно, хватит с меня обниматься с Дексом, – произнес Киф, и их экодон подплыл к динозавру Софи. Киф перепрыгнул к ней и отогнал их экодона подальше от остальных.

– Расслабься. – Он крепче обнял ее за талию. – Я тебя держу, не упадешь.

Она нервничала не из-за этого. В последний раз они с Кифом сидели так, когда летели на Силвени над океаном. В ту ночь аликорн тоже несла их к «Черному лебедю». Софи надеялась, что в этот раз все закончится не так ужасно.

Видимо, Киф вспомнил о том же, потому что прошептал:

– Больше мама ничего тебе не сделает, обещаю.

– Ты никак не можешь на нее повлиять, Киф. Ты же это понимаешь, да?

– Ты слышала Орели. Совет обвиняет отца в том, что он не знал о планах матери. Но… он не был единственным эмпатом в семье.

– Ты сам говорил, что не чувствуешь ложь – только эмоции, сопровождающие ее.

– Все равно надо было быть внимательнее.

– Зачем? Никто не подозревает семью в злодействах.

От ее слов он напрягся, и Софи обернулась через плечо.

– Прости. Я не то имела в виду.

– Именно то. И она злая. А я должен был это заметить.

– Не надо так, Киф. Эдалин однажды сказала, что опасно жить прошлым. Когда знаешь, что искать, все кажется таким очевидным. Поверь, мне ли не знать.

Она думала о своем похищении – и о смерти Кенрика – чаще, чем хотелось бы. И каждый раз замечала новые упущенные предзнаменования. Но ей нельзя было винить себя. Эльфийский разум не выдерживал такого чувства вины. Под тяжестью ноши их рассудок не справлялся. Алден тоже это пережил: он слишком винил себя из-за Прентиса, члена «Черного лебедя», которого он обрек на безумие в Изгнании, лишь после этого узнав, что «Черный лебедь» боролся за правое дело. Алден остался нормальным лишь благодаря Софи, которая смогла его исцелить.

– Прошу тебя, – прошептала она, – береги свой рассудок, Киф. А я постараюсь сберечь свой.

– Хорошо, – произнес он через мгновение тяжелой тишины. – Нам надо поймать их и заставить заплатить за содеянное.

– А ты сможешь? – спросила Софи. – То есть… это же твоя мама. Понимаю, ты считаешь, что это ничего не значит, но…

– Это действительно ничего не значит. Она меня использовала. Пыталась меня убить. Пыталась убить моих друзей – и не говори, что на Эвересте она спасла Биану…

– Но ведь спасла! Они бы упали со скалы, если бы она не остановилась.

– Именно, она спасалась сама, а Биане просто повезло.

Софи хотела бы поспорить, но понимала, что это не поможет.

К тому же… может, Кифу стоило злиться. Злость была безопаснее.

– Если захочешь поговорить… – прошептала она.

– Спасибо. – Он наклонился так близко, что она ощутила его дыхание на своей шее. Он прижал Софи к себе чуть крепче, и сердце затрепетало в ее груди. – Слушай, Софи, я…

– «Удар исподтишка» все еще на тебе, – перебил Декс, чей экодон их догнал. – Если он тебе надоел, просто врежь ему хорошенько.

– Блин, сначала ты дышишь с ним одним воздухом, а потом он подначивает врезать тебе по лицу, – проворчал Киф.

– Разве не у всех на тебя такая реакция? – спросил Фитц, подплывая к ним вместе с Бианой.

– Продолжай в том же духе. Мой список причин для мести растет, – предупредил Киф.

Фитц пожал плечами.

– Рискни.

– Вы просто невозможны, – вздохнула Биана, глядя на мерцающие стены окружающей их пещеры. – Кто-нибудь знает, где мы?