Кира, крупные формы
Николай Путилин

© Николай Путилин, 2019

ISBN 978-5-4496-3630-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

КИРА, крупные формы

В предыдущей книжке «Кира, или ошибка телефонного редактора» были собраны отдельные пазлы, складывающиеся в противоречивый образ Киры.

Здесь представлены «более крупные формы», посвященные этапам её жизни.

КРУПНЫЕ КРУПНЫЕ ФОРМЫ

ХОЛОДЕЦ

Киру забрали в больницу со свинкой, одна она наотрез отказалась ложиться.

Остряк хирург дал Кириной свинке кличку «Холодец». Как в воду глядел…
Пропала свинка

Кира долго ходила по больнице, спрашивая: «У вас нет Холодца?»

Какая-то сердобольная санитарка не выдержала и принесла стряпню из дома.

Свинка не нашлась, но Кира первый раз поела досыта.

Наглый хирург коварно улыбался и точил скальпель.

Кира хитро уговорила коварного хирурга помочь ему точить скальпель. Точила, точила и источила совсем. Хирург обиделся, даже спасибо не сказал, и запил, а Кира отправилась снова свинку искать.

Кира так долго искала свинку, что немного проголодалась.

Она бы проголодалась совсем, да, вдруг услышала, как что-то хихикает из шкафа в ординаторской. Это заливался во сне Холодец!!!

Оказывается, коварный хирург усыпил его веселящим газом и ушел точить скальпель.

Через пару минут Кира с проснувшимся Холодцом уже хихикали вместе.

Скоро веселилась вся больница: то ли Кира забыла выключить газ, то ли все так радовались, что свинтус нашелся.

Все кровати в больнице были заняты. Поэтому Кире пришлось пристроить Холодца главврачу на диван. Тот долго думал: «Кто же подложил ему свинью?». Потом махнул рукой, раскаялся и признался, куда дел два литра спирта.

Кира гордилась тем, что у нее в больнице сразу появилось свое судно. Осталось мечтать только об алых парусах.

«Ты боишься уколов?» спросила санитарка. «Нет, конечно» – ответила Кира – «Можно я еще немножко в чулане попрячусь?».

Тараканам надоело, что Кира прячется у них в чулане.

Они ее и пугали, и глазищи таращили, и ногами топали…

Но, Кира уколов боялась больше и потому издевательства терпела.

Тараканы устали. Плюнули. И поплелись, ворча на кухню подкрепиться.

Кира не любила пить таблетки и поэтому кидала их под кровать. Больные, хилые тараканы, нажравшись кириных лекарств, вылечились, обнаглели и стали тырить печенье из тумбочки. Кира терпела, пока они не укатили в щель за диваном банку клубничного варенья. Пришлось есть таблетки самой.

Недовольные отсутствием лекарств тараканы стали звать из чулана санитарку, выдавая затаившуюся Киру. Пришлось брать с собой в чулан котлету. С набитым ртом тараканы могли только мычать, да и то не громко. Но больничные котлеты были маленькими, чуть больше самих тараканов и быстро заканчивались.

А, вот, у коварного хирурга в кабинете тараканов не было. Его вообще мало кто любил.

Неожиданно тараканы из чулана подружились с тараканами, что ютились в Кириной голове, и в больнице стало намного веселее.

Казаки-разбойники, в которых Кира сыграла вместе с другими больными надолго остались в памяти местного ОМОНа и обеспечили загрузку травматологии на месяц вперед.

Кирину свинку вылечили. С ней поработал психолог, и она, наконец, перестала чуть, что орать благим хрюком.

***

«Юра, Юра! На клизму» – позвала санитарка мальчика из соседней палаты. «Бедный Юрик» – вздохнула Кира.

Юру так назвали в честь Гагарина. Хотели его тоже в космос отправить, поскольку все равно из деревни почти все уехали.

Когда в семье доели соленые огурцы Юра надел стеклянную банку на голову. Стал вылитый Гагарин, если бы не два огурца, что в банке остались. Кроме огурцов в банке осталась и голова, которую обратно вытащить не сумели. Так с банкой в больницу и привезли, где Кира с ним и встретилась.

Сразу банку снять не получилось – хирург из запоя не вышел.

Скоро огурцы кончились, есть хотелось все больше. Да и в больнице – скукота, кроме клизм и развлечений то никаких.

Один раз Юру показали по-местному TV, как врачебную ошибку при постановке банок. После чего хирург ушел в запой окончательно, и все приуныли. Быть бы беде, да Кира сыпанула в банку перец из столовки. Три дня Юра чихал, да на четвертый – из банки, то и выпал…

«Можешь ли ты думать о чем-нибудь кроме еды» удивилась на Киру дежурная медсестра. «Конечно» – возмутилась Кира – «А, компот?!»

После посещения стоматолога Кира лишилась 2-х молочных зубов. Стоматолог – 3-х коренных.

Юра хотел быть космонавтом, Кира – Кирой.

А, дежурная медсестра в детстве никем быть не хотела. Удивительно, но, когда она выросла, у нее именно это и получилось.

Доктор Анна Николаевна, как узнала Кира, мечтала стать ветеринаром, и даже немножко проучилась в училище. Но родители заставили поступить в медицинский.

Она стала врачом, но повадки то остались

Доктор Анна Николаевна, которая лечила Киру, совершила как-то раз очень легкомысленный поступок. А потом совершала его вновь и вновь, потому что он был таким здоровским.

Размеренную жизнь больницы нарушило, было, появление спонсоров, с кучей подарков. Но, Кира открыть подарки не смогла: гад, хирург, уходя в запой, забрал с собой и штопор.

Психолог с Кирой общаться не рискнул, а психиатр, как узнал – взял второй отпуск за свой счет.

Спать на диване главврача было неудобно, да и коварный хирург мог нагрянуть – пришла пора Холодцу выписываться. Засобиралась и Кира, поскольку Киры без свинок худо-бедно встречаются, а вот свинки без Кир – никогда…

МАЙДАН

Там (Книга первая)

Появление Киры в Киеве было наградой за победу в конкурсе мастеров по приготовлению сала: «Сальная штучка 2013».

Национал-патриоты наткнулись на Киру неожиданно, когда та, радостно повизгивая, ломанулась через площадь наперерез сделать с ними селфи. У патриотов сдали нервы.

Так на Майдане появилась первая баррикада.

Кира металась от баррикады к баррикаде в тяжелом выборе, пока не убедилась, что у Януковича кормят лучше.

Увидев колонну «западенцев», одетых в широченные шаровары, Кира радостно закричала что-то про прикольных хохлов. Те было поиграли желваками, но благоразумие победило.

Надежды манифестантов рухнули: Украина вместе с Кирой никак не могла протиснуться в Евросоюз, даже бочком. Майдан затих и стал ждать Кириного отъезда.

«Переведу тебе: «через майдан» – пообещала Кира залетному туристу, открывая словарь.

«Звезды, явно, не сложились» – подумала Кира, видя, как неохотно делятся простые майданники с лидерами оппозиции выпивкой у костров.

После третьей тарелки борща Кира была готова принять на майдане политическое убежище.

Телерепортаж «Кира на баррикадах Киева» продолжался недолго. Первой не выдержала баррикада…

«Я тебя не родила, но, похоже, убью» – свалившись с баррикады процитировала Кира неудачливому корреспонденту слова Тараса Бульбы

Кира сильна была задним умом. Поэтому, шлепнувшись с баррикады мягким местом, на время изрядно поглупела.

В принципе на баррикадах Кире понравилось. «Правда, у нас на свадьбах и покруче бывает. Но, ничего, есть, где повеселиться» – заметила Кира местному журналисту.

Кира любила петь украинские песни на два голоса: если не по тональности, то по громкости, уж, точно.

Кирина справедливость импонировала майдану. Кира была абсолютно беспристрастна: кто сытнее покормит, тот и прав.

Кире очень понравились жареные каштаны. Особенно с горилкой и салом.

Выполняя культурную программу, Кира сходила в киевский театр оперы и балета. Ей понравилось – давно так не высыпалась

Сходив в театр оперы и балета, Кира поняла: «В городе, где ставят оперы с таким названием как „Айда“ – до майдана один шаг».

Поиск Кирой, выпавшей на баррикаде монеты в пять гривен, привел в истерику западные СМИ. По всей Европе прокатились репортажи о руке Москвы, которая руками Киры методично раскидывала по сторонам баррикаду вместе с героическими защитниками.

Когда в Киеве подвыпившая Кира, потребовала машиниста метро ехать на Арбатскую, тот поначалу расхохотался. Но к утру, уже, был на месте.

Травмами и ушибами закончился для парламентариев диспут с Кирой о преимуществах украинской демократии…

Кира, было, стала знаменем оппозиции, да, знаменосец надорвался.

«Двух Кир Киеву не пережить» – смекнули на майдане, и решили до отъезда Киры с освобождением Юлии повременить.

При входе в ресторан Киру встречали стопкой первача.

Провожая, пытались всем рестораном отнять кусок декоративного сала, которым была оформлена витрина. «Вот она, диалектика» – подумала Кира.

Проводы Киры в аэропорту «Борисполь» были шумными и многолюдными: уж очень она не хотела улетать по доброй воле.

Нос самолета еще не успел оторваться от взлетной полосы, а Кира уже поняла, что будет делать по прибытии: проведет выборы нового руководства, не дожидаясь, пока коварный взор Госдепартамента США падет на независимый родной коровник.

В день кириного возвращения коровы забаррикадировались в коровнике и потребовали замены старых доильных аппаратов на новые. «Все как у людей» – подумала Кира – «Меняют не тех, кто доит, а – то, чем они это делают…»

Тут (Книга вторая)

Вдохновленная майданом, Кира решила провести открытые выборы директора коровника.

Сразу начались проблемы – бюллетени в местной больнице просто так дать категорически отказались. Положение спас Пахомыч. После вечерней дружеской попойки утром за бюллетенями потянулись все. Ну, а для совсем непьющих хватило парочки легких травм.