Хвостатое Лихо Аршии
Цикл книг: «Эйриния». Серия: «Марк и Афин». Том II
Сергей Маркелов

Иллюстратор Люда Пылаева

Корректор Света Шелехова

Корректор Виктория Селеменева

Иллюстратор Сергей Шилин

Иллюстратор Алеся. С. murasaki.sin

Иллюстратор Мюриэль

Дизайнер обложки Сергей Маркелов

Иллюстратор Анастасия Панкова

Редактор Ольга Петровна Маркелова

© Сергей Маркелов, 2023

© Люда Пылаева, иллюстрации, 2023

© Сергей Шилин, иллюстрации, 2023

© Алеся. С. murasaki.sin, иллюстрации, 2023

© Мюриэль, иллюстрации, 2023

© Сергей Маркелов, дизайн обложки, 2023

© Анастасия Панкова, иллюстрации, 2023

ISBN 978-5-4496-3576-1 (т. 2)

ISBN 978-5-4496-3577-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От Автора

Приветствую тебя, Дорогой Читатель!

Прежде чем приступить к прочтению моих Книг, позволь вкратце рассказать, что же представляет из себя Удивительный и Сказочный Мир – «Эйриния».

Эйриния – мирная и спокойная Страна, простирающая от берегов Океана Грез на западе, до Эфирского моря – на востоке, от Семарийский гор на севере и до южных Аэширских пустынь.

Испокон веков эти Земли населяли множество видов и рас, наделенные Разумом и Даром Речи. Самыми многочисленными являлись Мышиный и Крысиный Рода. За всю свою историю существования Эйриния повидала много взлетов и падений, а её жители пережили столько бед и горестей, сколько и радостных моментов Жизни.

645 год от основания Эйринии стал началом Третьей Эпохи. В летописи она ознаменовалась началом Великой Войны, охватившей не одно Государство и получившей название «Гражданская Война в Вестии». Она закончилась лишь спустя десять лет, унеся бесчисленное множество жизней и похоронив с собой не одну Культуру. Под всепоглощающим пеплом Войны было погребено Наследие Предков. А многие Технологии и Знания, что передавались из поколения в поколение и обогащались новыми познаниями в устройстве Мира, оказались и вовсе утрачены безвозвратно.

Идет 665 год.

Сейчас мало кто помнит из-за чего началась эта Ужасная Война. А те, кто пережил последние её дни, предпочитают хранить молчание, и жить дальше…

Но не успела Мирная Жизнь наладиться, а «шрамы затянуться», как жителям Эйринии снова угрожает смертельная опасность. Наряду с назревающими внутренними раздорами между правящими Домами, с юга набирает силы Аэирское «полчище».

Смогут ли простые жители сего Мира, вовремя вразумить своих господ, и направить все силы на защиту своей Родины, или им уже ничто не способно помочь?

Представляю Вашему вниманию Новую Серию Книг из Цикла: «Эйриния» под названием: «Марк и Афин», которая является предысторией к первой Серии, состоявшей из двух Книг: «Эйриния: Пик из Эхтера» и «Терриусиды: Осколки Души»

Хотелось бы выразить сердечную Благодарность Всем, кто помогал мне в интереснейшей работе при подготовке Книги к изданию:

Ольга Маркелова

Редактор/Набор текста и Корректура

Виктория Селеменева/ Света Шелехова

Набор текста

Люда Пылаева

Художник/Дизайн костюма/Проработка Героев

Лифа Марцелли/Lifa Marcelli

Художник Иллюстрации для Обложки

Сергей Шилин

Художник/Автор Географической и Политической Карт

Мюриэль

Художник/Дизайн костюма/Проработка Героев

Алеся С./murasaki.sin

Художник/Автор Портрета Писателя

Михаил Герцев

Реклама в интернете и соц. сетях

Предисловие

Медленно, но, верно, на мирный город Вестия опустилась ночь. Остались позади тяготы и заботы дня минувшего. Наступило время сна и отдыха. Но не все в городе сомкнули глаза, желая отдохнуть и набраться сил.

В просторном зале Палат Наместника восседал на роскошном стуле с высокой спинкой, средних лет мышь. Вот уже не в первый раз он прочитывал срочную Депешу, доставленную ему с наступлением сумерек.

– Так, так, так… – не скрывая хитрой усмешки, возникшей у него в уголке рта, пробегал он по строкам быстрым взглядом. – Всё, как и говорил Наместник Цикаль…

Закончив с чтивом, мужчина смял послание и поднес к свече, что еле освещала темное помещение.

На мгновение огонь от вспыхнувшего листка бумаги озарил темную часть зала за его спиной. Не оборачиваясь, мышь тихо обратился к тому, кто всё это время был тише воды, ниже травы.

– У тебя ко мне дело?

– Нет отец… Я пришел посмотреть, как ты попросту тратишь наше время, – сухо ответил парень, с ноткой недовольства.

– Напротив – состоя на службе этих дураков, я многое смог постичь, – продолжил говорить спокойным тоном любитель ночного чтива.

Воспользовавшись заминкой собеседника, он дунул на ладони и развеял по ветру пепел от сожжённого послания.

– Многое?! Ты по-прежнему называешь их дураками, – усмехнулся мышонок.

– А как еще мне называть тех, кто считает, что своими тщетными усилиями они способны изменить многовековые устои?

– Ты сейчас про этих пресловутых Разбойниках речь ведешь? Слышал, они много шума здесь натворили, и даже…

– Нет! – повысив голос, перебил его отец, явно не желая вести разговор в этом русле. – Дело не только в них. Я говорю… А, впрочем, лучше один раз показать, чем сто раз объяснять…

С этими словами он поднялся из-за стола, нацепил на лицо белую маску и хлопнул два раза в ладоши.

По его сигналу, ту, что ожидала «аудиенции» с мешком на голове и связанными спереди руками, втащил плечистый амбал. Затем он швырнул бедняжку к ногам своего Господина.

Спустя песчинку, получив отмашку, безмолвный здоровяк удалился.

– Мне сообщили, что ты желала видеть меня? – прохрипел не своим голосом мышь в маске, медленно надвигаясь на ту, которую сковал страх.

Девушка продолжала лежать на холодном полу, безнадежно глотая слезы, и пытаясь взять себя в руки.

– Поднимись!

«Гостья» послушно поднялась на колени, и через мгновение с её головы был сорван мешок.

– Говори! – прохрипел временный Хозяин Палат.

Не смея поднять на него голову, бедняжка проглотила горечь и страх, и проскрипела в ответ:

– Мне…

– Громче! – прогремел мужчина, стоя у неё за спиной.

С нескрываемым наслаждением наблюдал он, как от каждого его вздоха и выдоха, совсем еще юная мышка вздрагивает, словно от пронизывающего морозного ветра.

– Мне… удалось… проникнуть к ним… И они… приняли… меня, – слово за словом выдавила из себя девушка.

– Молодец, девочка, – похвалил её Господин.

В знак особой благодарности он протянул ей правую руку. На её указательном пальце покоился перстень. К которому она, дрожа всем телом, прильнула посиневшими от страха губами.

– Это всё?! – песчинку спустя спросил Радушный Хозяин.

– Вы… Вы обещали мне, что позволите увидится с ним, если я справлюсь… – чуть слышно прошептала малышка.

– Что-о-о?! – резко одернул от неё руку мышь, и даже замахнулся.

Но в последний момент смог сдержаться. Схватив за подбородок когтями, он поднял её милое личико к себе.

– Твоя задача еще не выполнена!

– Простите, Господин… – пропищала девушка от боли.

– Не забывай, что пока ты тут тратишь моё время впустую, твой ненаглядный томиться в казематах Понтиса. И только от тебя зависит, будет ли он жить или умрет в мучительных муках! – прогремел Господин и отшвырнул мышку от себя.

Упав на холодный пол лицом, бедняжка обреченно проглотила жгучий ком боли и отчаяния, что сдавил горлышко.

– А теперь с глаз долой! На выходе тебе дадут список имен мышей, к которым ты должна относиться с особым «интересом». И не смей больше тревожить меня по пустякам. Я ясно выразился?!

Мышка, собрав остатки сил и воли, поднялась на ноги. Поклонившись почти до самого пола и не поднимая головы, она поспешно удалилась из зала.

– Жестко ты с ней…

– Напротив, я еще сдерживался, – ответил на сие замечание отец.

– В который раз убеждаюсь, что их удел лишь служить нам, – прошипел паренек, наблюдавший за трагедией малышки без особого сочувствия со своей стороны.

– Ха, и это говорит тот, кто всего лишь за один день смог вскружить бедняжке голову?! И теперь она сделает всё, ради твоего вызволения из плена, – усмехнулся в ответ мышь.

– Прямо, так и всё?! – недобро сверкнул глазами сын.

– Не глупи, я предан нашей общей миссии… Уже скоро придет наше время, и мы за всё им отомстим, а пока…

– Что пока?! – перебил отца нетерпеливый паренек. – Ты даже не даешь мне шанса проявить себя. Да будь моя воля, я бы давно на блюдечке доставил тебе этих Разбойников, а не шатался без дела по кварталам Понтиса…

– Тебе еще так многому надо научиться, мальчик мой. Наберись терпения, – подошел к столу мужчина и достал из ящика небольшую книжечку в кожаном переплете.

– Постараюсь… – стиснув зубы, прохрипел в ответ сын.

– Но ты и вправду молодец… Я нисколько не сомневаюсь, что ты смог бы за день распутать этот запутанный клубок. Но, чем сложнее «Игра», тем она интересней для тех, кто вовлечен в неё, – пояснил философски мышь, направляясь с дневником к выходу.

– Я понял…

– Если это всё, сын, вернись в Понтис и продолжай наблюдение.

– Нет! Есть еще одна новость…

– Говори.

– В город сегодня вечером прибыли два Гостя из далекой Алимантэи, с совсем необычным заданием. Прошел слушок, что к этому приложила руку сама Госпожа Шябмес.

Слова паренька заставили отца призадуматься, но через мгновение он обрел над собой контроль.

– Хорошо… Я во всем разберусь, а ты позаботься, чтобы об их приезде узнали, где требуется, – проговорил многозначительно временный Хозяин Палат.

Не оборачиваясь более, отчеканивая каждый шаг, что отдавались глухим эхом во все стороны, он направился к выходу из зала. Всем свои видом мышь не предвещал ничего хорошего тем, кто нынче посмел встать у него на пути…

Глава 1
«Безымянные герои»

– Да что ты там всё копаешься? – шептал Афин, укрывшись в тени.

Сидя на крыше одного из домов безымянной улочки Вестии, мышонок плотнее кутался в темный плащ цвета ночи, капюшон которого отлично скрывал его лицо.

– Это я-то копаюсь?! А кто решил чуть подзадержаться, чтобы перекусить? – зашипел в ответ Марк.

Еле балансируя в воздухе, мальчик вытянул руки в стороны и медленно продвигался по веревке, что тянулась от одной крыши дома к другой.

– Ну извини, морская кормежка мне совсем опротивела! От неё у меня ком в животе. Вот и захотелось перекусить той лепешкой, что продавал один пекарь неподалеку от пристаней, – пояснил паренек, с опаской оглядываясь по сторонам.

– Ха – одной?! Да ты их целых три слопал!

– Я был очень голоден…

– И кроме того – недовольство едой выказывает тот, кто её и готовит. Это тебе ни о чем не говорит?! – с укором проговорил мальчик.

На доли песчинки отвлекшись, он потерял равновесие и чуть не упал.

– Марк… друг… брат… слушай меня – смотри только вперед и ты… – не успел договорить рыжий мышонок, как тот, звонко чихнув, сорвался вниз.

После чего с тяжелым грохотом Марк упал на кучу глиняных горшков, что стояли подле большого дома.

– Точно не упадешь, – договорил Афин и недолго думая спрыгнул с крыши к своему другу.

– Знал бы наперед, где упасть – соломку постелил… – проскрипел бедолага, потирая бока.

– Молодец! План был прост: прокрасться в дом Помощника Казначея, найти нужные нам документы и уйти без лишнего шума, – зашипел на него паренек, помогая подняться.

– Ну документы-то у нас, – показал мальчик небольшую книжечку, что спрятал под мантией, скрывающей лицо и тело до пят.

– Боюсь тебя разочаровывать, но это ненадолго, – прошептал Афин, указывая на группу мышей, которые выбежали из дому услышав шум на улице.

– Ну надо же, какие важные гости нынче проникли ко мне… – растолкав всех, вышел вперед невысокого роста молодой мышь в камзоле, украшенном не одним рядом пуговиц, в элегантной шляпе и со шпагой на перевес.

– Какие такие кости?! – потер уши повеса, решив сыграть на дурачка.

– Ха! Никак Вестимские Разбойники, собственной персоной, – в свою очередь чуть поклонился им парень.

– Мы?! Не-а, мы просто проходили мимо вашего дома… Ведь этот ваш дом – верно? Красивый, – начал заговаривать ему зубы Афин, начиная пятиться от всё надвигающейся на них группы здоровяков, вооруженных тесаками. – Сразу видно, что вы знаете толк в искусстве и…

– Не пытайтесь меня заговорить, я знаю кто вы такие! – повысил голос мышь.

– Да-а-а?! А мы вот немного запамятовали. Будьте уж так любезны, напомните, а то я остатки памяти отшиб об эти черепки! Будь они не ладны! – встрял в разговор Марк, и сопроводил свои слова, пнув один из горшков, что уцелел после его «мягкого» приземления.

– Вы ночные разбойники, что прячут свои лица под капюшонами и грабят богатых. А значит вы и есть…

– Погоди, погоди… Ну неужели во всей Вестии мы одни такие – ненормальные, что шарахаются по ночам и сшибают сослепу всё на своем ходу?! – перебил его Афин.

– Ну вы же выкрали у меня Дневник, а значит…

– Какой еще Дневник?! Нет у нас никакого Дневника, – развел руками Марк и невольно представив взору всех мышей небольшую книжечку в кожаном переплете, что «скрывалась» у него за пазухой.

– Вот она! – выкрикнул бедолага, не понимая, что его водят за нос.

– То он, то она – вы уж определитесь с родом, а то мне… А-э-э, – широко зевнул проказник, явно начиная скучать от его монотонных речей.

– Да как вы смеете зевать в моем присутствии! Это полное неуважение к моему положению в обществе! Я главный Помощник Казначея Вестии, а не какой-нибудь уличный торговец… – забрызгал от негодования слюной парень, начиная закипать.

– У-у-у, а у этого малого самомнение на двоих, – проговорил небрежно Афин, нисколько не заботясь, что его услышат.

– Я бы сказал даже за пятерых, – бросил взгляд Марк на его прихвостней, которые недобро скалились на них.

– Вы меня слушаете? – перебил их мышь, рассерженный тем, что его наглым образом перебили.

– Ох простите главный помощник торговца горшками, вы что-то сказали? – обратил на него взгляд озорник.

– Нет, нет, постойте… Вы меня, наверно, не расслышали. Я…

– Слушай, а как тебе та таверна, что открылась недавно? – снова перебил его Афин обращаясь к другу.

– Да вроде ничего, но местная хозяйка… Так себе, – подключился к игре Марк, бросая по сторонам опасливые взгляды, понимая, что они оказались загнанными в переулок, из которого не было выхода.

– Да ладно тебе, ты наверно глаза не промыл утром. Я бы сказал, что она очень даже хороша… – усмехнулся рыжий мышонок, без слов понимая взгляды брата.

– Да вы издеваетесь! – перебил их Помощник Казначея, доставая из-за пояса шпагу. – Вы собираетесь меня слушать?

– Да!

– Нет!

– В смысле – нет?

– То есть – да! – наперебой затараторили мальчишки, чем окончательно вывели из себя парня.

– Да я вас сейчас! – завопил мышь и первым кинулся на разбойников, загнав их в угол.

– Марк, думаю пора, – прошептал Афин, попятившись назад.

– Филис, твой выход, – прошептал еле слышно мальчик, и как завопит на всю улицу:

«О-о-о смертные, узрите же Всемогущую Силу, что карает нечестных на руку и несет собой Бич Возмездия!»

Опустился на колени мышонок и поднял руки к небесам.

– Что это с ним? – поднёс к его голове острие шпаги Помощник Казначея, пока остальные его подручные с опаской остановились позади.

– Вы когда-нибудь слышали о Древнем жестоком Культе, поклоняющимся злой кровожадной Богине, именуемой – Дитя Ночи? – начал повествование Афин, обходя кругами друга, руками отгоняя «зевак», как бы освобождая место для грядущего «представления».

– Та самая Дитя Ночи?

– Я слышал она пожрала с десяток мышей за городом…

– Двадцать пять! – поправил озорник перешептывающихся мышей, которые в страхе отступили на шаг назад.

– Да вы что ребята, это же просто пара жалких разбойников?! Взять их! – обернулся на них парень.

– Но-но-но, попрошу выбирать выражения, – перебил его мальчик, стараясь потянуть время. – Этот малый является одним из Жрецов этого Злющего культа, и в данный момент призывает Её – саму Богиню!

– Что за бред вы тут несёте?

– О-о-о Богиня Ночи, я слышу тебя, приди же ко мне – твоему жалкому слуге и покарай тех, кто посмел поднять на меня, а значит и тебя – оружие! – завопил во всеуслышание Марк, сопровождая свои слова дикими подергиваниями рук, головы и всего тела, как будто его прихватил жуткий приступ озноба и чесотки одновременно.

– Худо дело! – упал на колени рыжий мышонок и принялся биться лбом о землю перед Жрецом.

– Да что здесь происходит? – немного занервничал Помощник, а его подручные отступили ещё на шаг.

– Поздно, уже слишком поздно… Даже если они падут ниц перед Богиней, им не заслужить её прощения! – шептал Афин.

– Но-о, по-по-го-дите, – дрожащим голосом прохрипел парень, совершенно растерявшись.

– Предстань же перед теми, кто не верует и насладись пиром, что я приготовил для тебя! – захрипел Жрец, указывая в сторону неверных, количество которых сократилось до одного, ибо остальных и след простыл.

Не успел оставшийся в меньшинстве бедолага понять, что ему делать, как в небе над Жрецом поднялся невыносимый вихрь. Затем тишину ночного неба разорвал душераздирающий писк.

– Пощадите-е-е! – вне себя от ужаса и страха упал лицом в землю мышь и зажал уши, не в силах выдержать душераздирающего скрипа.

Спустя мгновение всё стихло. А когда перепуганный донельзя паренек поднял голову, то увидел лишь две мокрые лужи, что растекались по земле в тех местах, где только что стояли разбойники.

– Н-е-е-ет! – завопил он вне себя от ужаса.

Решив, что станет следующий в меню, Помощник Казначея кинулся без оглядки бежать по улицам города, не переставая дико кричать:

– Дитя Ночи! Она вернулась, вер-ну-ла-а-сь!

– Спасибо тебе, Филис. Ты снова спасла нас, – прохрипел Афин, болтаясь в воздухе над городом, находясь подхваченным за плечи задними лапками летучей мыши.

– Вы спасли моего сына, я всегда останусь в неоплатном долгу перед вами.

– Но тем не менее, спасибо, – прошептал ей на ухо Марк, которого она заботливо усадила себе на загривок.

– Брат, а ты молодец что прихватил пару мешков с водой, пригодились. А кстати… Пока мы все «наслаждаемся» прекраснейшим пейзажем ночного города, хотел поинтересоваться, как он поживает? – спросил паренек, который как мог боролся со страхом сорваться вниз.

– Он долгое время пребывал в заточении, не имея возможности расправить крылья…

– Он будет летать? – спросил мальчик, указывая место куда их следует посадить.

– Будет, но на это уйдет много времени. Но он справится.

– Рад это слышать, передавай ему от нас с братом привет!

– Вот сюда, – указал Марк и мышь крайне бесшумно опустила их на пристань, в том месте, где было меньше всего кораблей.

– Спасибо ещё раз и извини, что вот так… – развел он руками, поспешно скидывая с себя одеяние ночных разбойников.

– Ничего, я уже привыкла. Как только ваш корабль заходит в гавань, я ожидаю от вас подобных глупостей.

– О-о-о в этом мы мастера, – с улыбкой поклонился ей Афин, и Филис, не желая привлекать к себе лишнего внимания, вспорхнула с земли и исчезла в ночном небе.

Спрятав свои плащи под одной из досок деревянного мостика, друзья кинулись стрелой к своему кораблю, так как поднятый в городе шум докатился и досюда.

– Да что там за шум и крики? – появился посреди ночи на палубе корабля «Отчаянный» его капитан – Арад, серо-пестрый кудрявый рослый крыс в летах.

На нём красовался новенький камзол поверх старой рубахи и поношенных штанов обычных моряков, частично заправленных в сапоги.

– Ветер доносит голоса, что по городу носится какой-то ненормальный чудак, – отвечал ему боцман Анум – трехцветный, полноватый мышь, бело-черно-рыжего окраса, которого крики также заставили выбраться из своего насиженного места на палубе.

Поправив на себе просторную морскую рубаху и подтянув штаны, он потуже затянул пояс.

– Знаю я, не одного, а даже двух ненормальных, которым по ночам не спится на корабле, – зевнул широко крыс и направился к трюму, дабы проверить все ли чудаки на борту.

– Обижаете капитан, – послышался здесь голос Афина – огненно-рыжего мышонка с хитрым выражением чуть прищуренных карих глаз.

Вместе с Марком – светло-каштанового окраса мышонком, с голубыми глазами, он спустился с мостика, сладко зевая и еле держась на ногах.

– Это и не к чему! Вы и без того любите себя наказывать…

– Да ладно вам, всё никак не забудете, как почти два месяца назад нас с братом избили до полусмерти уличные проходимцы?

– Избили, слабо сказано! Да они на вас живого места не оставили, – подметил Анум.

– И то верно, мы тогда с Марком так увлеклись поисками дяди, что и не заметили, как наступила ночь…

– А вместе с ней появились и эти бандиты, – дополняли друг друга ребята, шагая ленивой походкой в трюм.

– Их было слишком много. Благо поутру нас обнаружили хорошие мыши и вызвали помощь.

– На благо всем, у вас в друзьях хороший лекарь, – улыбнулся им в ответ Арад.

– Да, мы везунчики, – воскликнул напоследок выдумщик и утянул брата в трюм, не желая, чтобы разговор имел дальнейшее развитие.

– Не то слово – проводил их взглядом капитан, и кивнув боцману, ушел к себе в каюту, громко хлопнув дверью.

– Добро пожаловать, дорогой Гость Вестии, – крайне радушно встретил утреннего посетителя в своей гостевой комнате Поверенный Наместника Цикаля по имени Илай – мышь бежевого окраса средних лет, высокий, худой, с правильными чертами лица, в чьих глазах цвета рубина читалось рассудительность и взвешенность.

Одетый «с иголочки» в атласный белый камзол, поверх белой рубахи и строгих черных штанов, он казался эталоном госслужащего, всегда строгого и опрятного.

– Спасибо, что так радушно приняли нас, в столь ранний час, наместник Цикаль, – сидя в удобном кресле, отвечал на любезность любезностью средних лет синеглазый светло-русого окраса мышь в дорожном плаще, с пенсне на носу и наплечной сумкой, что покоилась у него на коленях.

– О-о-о, я не Цикаль. Наместника сейчас нет в городе. Я его Поверенный – Илай, – отвечал Радушный Хозяин, быстрым взглядом оценив имущество Гостя, особенно заострив внимание на тубусе, что торчал из его сумки.

– Простите…

– Ничего страшного, вы сказали – нас?! Но вы пришли ко мне один, – продолжил беседу мужчина, откидываясь поудобнее на спинку стула.

– Меня зовут Мадео Лесандри. Я путешествую со своей дочерью, сейчас она отправилась осматривать город, – пояснил отец, чуть поклонившись ему в знак уважения.

– Мило, но… Вы не боитесь за неё?

– Как любой отец я переживаю… Но зная ваш город не понаслышке, считаю, что посреди белого дня ей ничего не угрожает. Тем более, как я вчера услышал, капитаном здешнего гарнизона назначен мой старый друг и товарищ – капитан Церий.

– Церий! – чуть не поперхнулся Поверенный.

Еле сдержавшись, чуть не выдав себя, Илай сдавил колено когтями правой руки, на указательном пальце которой красовался перстень с красным камнем.

– Да, вам несказанно повезло, что он здесь.

– Не то слово, – прошипел мышь.

– А?!

– Нет, ничего… Церий молодец, он быстро навел здесь порядок… кхе, – чуть кашлянул временный Хозяин Палат и поспешил сменить тему разговора. – Так зачем вы хотели встретиться с Наместником?

– Пусть мы и прибыли только вчера вечером, нам бы не хотелось задерживаться здесь надолго. Вот я и пришел просить помощи в поиске корабля, что мог бы доставить нас в южные земли…

– В Бессарию собрались?

– Как вы… – вытянул шею Лесандри.

– Не нужно ничего рассказывать… – жестом руки Илай дал понять, что объяснения не требуются. – Думаю, у вас есть очень веская причина следовать в столь опасные земли. И раз вы взяли с собой дочку, значит риск оправдывает себя. Но боюсь я не в состоянии нынче помочь вам с вашей просьбой…

– Печально это слышать, – опустил голову Мадео. – Ну что ж, тогда не буду больше отвлекать вас от важных дел. Направлюсь в порт и может там… – хотел подняться со стула Гость, но радушный Хозяин Палат взглядом остановил его.

– Погодите так скоро покидать меня. Вы неправильно поняли. Я вовсе не отказываю вам. Я буду рад помочь такому заботливому отцу, как вы…

– Правда?!

– Конечно… И пусть сейчас в моем распоряжении нет свободных судов, но я посоветую вам обратиться лично к капитану Церию. Думаю, он не откажет в просьбе старому другу, – чуть прищурив глаза, проговорил Илай…

– Друг мой Мэс, скажи, как там поживают мои племяннички? Не видел их с тех самых пор, как приключилась со мной та беда, – говорил на приглушенных тонам благородный, статный, светловолосый кремового окраса мышь, вооруженный двуручным мечом.

На нем красовались сверкающие доспехи с гербом на кирасе в виде цветка репейника, что выдавало в нём уроженца Эхтера – столицы Эйринии.

По правую руку рядом с ним следовал невысокий мышь в летах, темно-серого окраса с голубым отливом, одетый куда проще рыцаря – в обычную одежку оруженосца, состоявшую из простой льняной рубахи, доходившей до колен и просторных штанов. Рубаха подпоясывалась кожаным ремнем, поверх которой одевался стеганный жилет на шнуровках по обеим бокам.

По обычаю местных моряков носить обувь лишь в особых случаях, Мэс нацепил на себя высокие сапоги с деревянной подошвой.

– Думаю неплохо. Их корабль только вчера вернулся из очередного «дальнего плавания», – усмехнулся мышь.

– Поскорее бы с ними свидеться, да всё время не хватает, – тяжко вздохнул парень.

– Вот лучше бы так и сделали, – буркнул мужчина, находясь не в восторге от того места, где они оказались спустя пару минут спокойного марша по улочкам города.

– Обязательно, но прежде разберусь с делами.

– А это обязательно? – перешел на шепот Наставник, когда они вдвоем миновали ворота, ведущие внутрь Квартала Наместника Вестии.

Главным зданием здесь являлся трехэтажный особняк, богато расписанный яркими красками. Который, ко всему прочему, выделялся на фоне остальных построек портового города своей помпезностью и изяществом.

– Ты про наши утренние визиты к Поверенному Цикаля – Илаю?!

– Да! Не нравится он мне.

– Да ладно тебе, Мэс. По сравнению с Наместником, он совсем неплохой Управляющий. Всегда помогает мне советом и не ставит нам «палки в колеса».

– Да, но…

– Побудь тогда снаружи, раз он тебя так тревожит, я быстро.

– И оставить вас одного?!

– Мэс, только не говори, что ты обо мне беспокоишься?!

– Конечно, ведь вы мне как сын.

– От всего сердца благодарю… Поверь, как никто другой, я ценю всё, что ты делаешь для меня. Я в неоплатном долгу перед тобой, – похлопал его по плечу парень и остановился в дверях Особняка.

– Да ладно Вам, засмущали старика, – улыбнулся ему мышь в летах и остался сторожить единственный выход из этого злополучного Квартала, о котором у него остались не лучшие воспоминания.

Затем Церий, уже со спокойной душой, смело направился по длинному коридору в рабочий кабинет Наместника. Но, не дойдя до него несколько пролетов, оказался остановлен внезапным появлением двоих мышей, выходящих в данный момент из комнаты. В одном из них Церий не без труда узнал своего давнего друга.

– Лесан?! – окликнул его рыцарь.

– Цер! – кинулся к другу Мадео и оба горячо обнялись.

– А вот и вы, капитан Церий, а мы как раз о вас вспоминали, – улыбнулся Илай хитрой улыбкой, оставляя без внимания продолжение разговора двух друзей, которым было что вспомнить и о чем поговорить.

– Так значит, по поручению самой Госпожи Шябмес, – прошептал он.

Погладив задумчиво подбородок, мужчина поспешил удалиться по своим делам…

– Нет, ну я прямо чувствую, как из меня прёт мужичестью! – громко восклицал рыжий мышонок рано поутру, следуя по городу в сопровождении своего друга.

Босоногие мальчишки были разодеты как заправские моряки – в белые поношенные рубашки с заплатками, заправленные в свободного покроя штанишки, подпоясанные широким куском ткани.

– Афин, нет такого слова.

– Теперь есть, – не успокаивался озорник.

Гордо выпрямившись и убрав свои взъерошенные волосы повязкой, он выставил всем на показ свои уши.

– С ней на меня стали смотреть иначе. Это как взросление. Теперь в глазах молоденьких мышек мы с тобой поднялись на несколько ступеней вверх!

– И как я попался на эту удочку, – потёр глаза возле переносицы Марк.

В отличии от брата он прятал уши, распустив волосы, которые за эти месяцы отрасли до плеч.

– Да ладно тебе, мы на службе уже три месяца… Ну почти что… А значит, ещё четыре и наша «каторга» подойдет к завершению. Относись к этому как к награде.

– Награде? – повысил голос мальчик. – Награда должна быть сладостной, а то, что сегодня спозаранку приготовили нам Зеб и Кнур явно не принесло счастья.

– Да ладно тебе друг, ну прокололи правые уши, было немного больно…

– Немного? – воскликнул в голос Марк.

– Ладно – было очень больно. Но это того стоило. Зато теперь, мы ничем не отличаемся от всех моряков Вестии, – говорил восторженно паренек, одаривая прохожих полной задора и радости широкой улыбкой.

– А меня не покидает смутное сомнение, что нас просто провели.

– О чём это ты?

– За всё то время, что мы на корабле «Отчаянный», ты хоть раз видел, чтоб один из наших носил серьгу?

– Я… – запнулся тут Афин и не на шутку призадумался. – Ну вроде…

– Вот именно, друг мой, вот именно, – похлопал его по плечу Марк.

– Ну их же можно снять в любое время, – стал пытаться снять свою серьгу из уха мышонок, но у него ничего не получалось.

– И не старайся, сейчас место прокола опухло, снять получится лишь через месяц.

– Месяц? – раздосадовано прошептал паренек.

– Да ладно тебе брат, не вешай носа. По мне так тебе очень даже идёт, – решил успокоить друга мальчик, видя, что его слова внушили в него неуверенность.

– Правда? Да ты так говоришь, потому что ты мой друг.

– Не веришь мне?! Ну как придём к Лестии у неё и спросим.

– Отличная идея! – убыстрил шаг Афин. – Кстати, слышал?! Помощника Казначея вчера арестовали…

– И откуда ты это знаешь?

– Марк, на что нам – мышам, даны уши?! Чтобы слуша-а-ать! – шутливо потрепал его за ухо друг. – И, если бы ты так не беспокоился о серьге, услышал бы что говорят в округе.

– Ну так просвети меня, – усмехнулся мальчик.

– Ладно. Говорят, он полночи бегал по городу как сумасшедший… – принялся улавливать обрывки разговоров мимо проходящих мышей Афин.

«А когда попался в руки стражников, вместо защиты, о которой молил, они надели ему на руки кандалы и отправили к капитану Церию, с которым шутки плохи».

– Да-а, он молодец – наш дядя, быстро сообразил, как здесь всё устроено.

– Это точно, Марк. Мало того, заставил Наместника подписать пустой лист бумаги, так ещё и выбил добро на строительство крепости.

– Точно, точно Афин! А работают на стройке те, кого он, не без некоторой помощи добрых разбойников, изловил на всяких воровских делишках, – прошептал на ухо другу мышонок.

– Моей что-ли? – улыбнулся проказник.

– Не заливай… Кстати, а что слышно о самом Наместнике?

– А ты не в курсе? На следующий день после освобождения Церия группой неизвестных мышей, он покинул город. Говорят, на пару месяцев, якобы для решения некоторых проблем на юге…

– Сбежал значит.

– В точку! После себя он оставил на своей должности некого Илая… Но тот странный тип, из дома не ногой.

– Наверное слухи о «Дитя Ночи» страшат таких как он, – не скрывал улыбки Марк. – А что стало с тем грузом, ну сам знаешь с каким?

– Точно не известно, – почесал затылок Афин. – Но спустя два дня после бегства Цикаля, многие бедняки и простые моряки поутру нашли прикрепленным к дверям листок бумаги с надписью: «Мы живы» и подпись «В.Р.»

– Вестимские Разбойники, значит…

– Верно, а внутри бумажек было завернута жемчужина. Это было просто чудо, которым многие родители умело распорядились и расплатились в тот же день со своими мучителями… Ну-у, то есть я хотел сказать, с Господами, что держали их Договора, – продолжал вести непринужденную беседу паренек, делая вид, что рассказывает её слушателю, который ничего не знал и слышал обо всем этом впервые.

Марк, широко раскрыв рот, отлично играя удивление, с жадностью поглощал каждое его слово.

– Наверное, все богатеи в городе вмиг стали ещё богаче? Ведь жемчуг стоит немало по всей Эйринии, – сделал предположение мышонок.

– Может и стоит… – хитро прищурил глазки Афин и продолжил свой рассказ.

«Но, когда в одном небольшом городе появляются сотни сотен бесценных жемчужин, они сразу обесцениваются. И когда, обрадованные богатеи собрались на «Пир», дабы отпраздновать свою Победу, оказалось, что у каждого на руках их стало столько, что никто не был в силах выкупить их все.

А перевозить жемчуг из Вестии, ну, например, в Аргандэю или Эхтер лично, чревато арестами. На это только Наместник Понтиса имеет право. А их, со столькими бесценными бусинками на руках, просто-напросто арестовали бы, как контрабандистов.

Вот и получается, что день праздника для всех простых жителей города обернулся трагедией для богачей, что вмиг остались «без зубов».

– Просто не верится! И какой умник мог всё это придумать? – рукоплескал Марк на ходу.

– Ну уж точно не такие простые мышата, как мы с тобой, что с проколотыми ушами идут в таверну, дабы утолить свой голод.

– Верно, Афин, верно… Куда нам до них, – согласился с ним мальчик и оба насвистывая, возложив друг другу руки на плечи, направились в «Веселые кварталы», где их уже заждались в гостеприимной таверне под названием «Приют Странника».

Глава 2 «Не лучшее начало дня»

– Они там что совсем на работу забили?! Ну никакого сервитиума! – рыл землю ногами Афин, стоя вместе с другом в длинной очереди, что вела в небольшую, ничем не примечательную снаружи, таверну.

– Чего-чего?! – вытянул шею Марк, всматриваясь в толпу, которая состояла не только из простых моряков, но и торговцев, ремесленников, решивших столь знойным деньком отобедать здесь.

– Так говорят в Аргандэи. Сервитиум – это что-то на подобии уважения, – пояснил паренек.

– А-а-а, – многозначительно почесал затылок мышонок.

– И с каких это пор к ним так народ повалил? – ломал себе голову повеса, у которого от голода живот начал урчать.

– Разве это плохо? – приложил ладонь ко лбу его брат, высматривая начало очереди, казавшейся бесконечной

– Может быть для них, и нет, а вот для нас… – не договорил мальчик, которому в голову ударила очередная блестящая идея.

Не желая оглашать её раньше времени, он схватил друга за плечо и потянул за собой.

– Афин, надеюсь ты…

– Надейся, надейся… Но мы не можем здесь торчать весь день, я с ума сойду, – шептал «вечный маховик озорства», следуя вдоль вереницы будущих посетителей таверны, делая вид, что она его совершенно не интересует.

– И что же ты… – не договорил Марк, как его внимание привлекла одна милая девушка, которая оббегала каждую мышь в очереди, и что-то им говорила.

После, кротко улыбаясь и отвесив поклон, переходила к следующему по порядку.

– Какой чудесный день, – напевая, огласил громко проказник и резко утянул брата в сторону. – А почему бы нам не прогуляться, пока здесь очередь?

Не успел мальчик встретиться взглядом с той девушкой, как Афин силком затащил его на соседнюю улицу.

– Ну молодец, теперь и нашу очередь заняли, – развёл руками паренек, когда они отошли от таверны на тридцать еринов.

– Эта очередь не для нас. Разве ты забыл про другой вход?

– Я-то помню, а вот ты явно забыл наказ Лестии не использовать его для входа, а только…

«Только чтобы покинуть незаметно дом, и то поздно вечером, дабы скрыть себя от чужих глаз»

Закончил нравоучительно за него брат наказ Хозяйки таверны, и явно не прислушавшись к нему, кинулся к дому со стороны кварталов, а не улицы.

– Дурацкое правило, верно? – усмехнулся озорник.

– Ну да-а-а, как и не перечить капитану, не шутить с Кнуром, не доводить Лестию и…

– Ну на счет последнего я ещё подумаю, а вот об остальных – не стоит и беспокоится.

– Тебе легко говорить, – почесал шею Марк, которому тут же припомнились все наказания, что выпали на его долю, не в меньшей степени из-за друга.

– Смелее, не дрейфи! – толкнул его в бок паренек и пригнувшись, перебежал небольшой переулок, отделявший их от заветной цели.

Ловко сиганув через невысокий забор, которого раньше здесь не было, Афин пошарив в зарослях высокой травы, что рассадил здесь на заднем дворе Артен, отыскал лестницу.

– Ладно, – согласился вслух Марк, решившись «пойти на очередное преступление» следом за другом.

– Так держать, брат мой!

– Но, если нас поймают, я скажу, что это была целиком и полностью твоя идея, – говорил шепотом мальчик, помогая приставить лестницу к стене двухэтажного дома.

– Кто бы, что бы из нас не говорил – нам всё равно не поверят, друг мой, – озорно улыбнулся ему Афин и в пару прыжков достиг второго этажа.

– Знаю, – со вздохом согласился с ним мальчик и оба через несколько песчинок валились через распахнутое окно в до боли знакомую комнату.

Рухнув с подоконника на пол с таким грохотом, что могли и мертвого разбудить, друзья поспешили подняться на ноги.

– Что-то я не узнаю здешней остановки, – стал озаряться по сторонам проказник.

Куда не глянь, вся комната оказалась заставленной растениями, что стояли на полу в горшках, росли вдоль стен и даже потолок был покрыт зеленым ковром.

– С прошлого нашего визита здесь явно всё изменилось, – откинул Марк от окна лестницу на землю и огляделся.

– Вот и я про тоже…

– Осторожнее! – воскликнул мышонок, когда брат, заглядевшись на всё это великолепие, не заметил стол и как следует его протаранил.

– Вот незадача! – опомнился Афин и принялся собирать с пола все семена, что просыпались из стеклянных сосудов, которыми был забит весь стол.

Недолго думая ему на выручку кинулся друг. Но только он успел упасть на колени, как дверь в комнату распахнулась и на пороге, раскрыв от удивления и смятения рот, замер Артен – молодой паренек светло-серого, почти серебристого окраса, примерно двухлетнего возраста с юным выражением лица, голубыми глазами и взъерошенными волосами.

– Привет, Артен! Вижу, ты нынче не блондин, – подметил юный взломщик, что их друг больше не скрывает своего истинного лица.

– Вы-ы! – прохрипел травник, разодетый «с иголочки», как и подобает «мужу» Хозяйки таверны в белоснежную рубашку, заправленную в строгие штаны.

Схватившись за голову, с глухим криком мышь кинулся внутрь.

– Вы даже не представляете, что натворили!

– Мы всё соберем, не беспокойся… – не договорил озорник, как сам Хозяин комнаты, растолкав ребят, кинулся к семенам.

– Прости, мы не знали, что так получится… Мы не хотели… – прошептал виновато Марк, впервые увидев своего друга в подобном смятении.

– Мои дорогие семена… Каждого из них я отбирал вручную, лучших из лучших… Раскладывал по видам и сортам, а теперь что?! Мало того вы их все перепутали, так ещё… О нет! – вскочил с пола Артенсий и кинулся к столу, где часть семян оказалась подмочена непонятной мутной жидкостью, чей сосуд также был опрокинут.

– Во-о-он! – завопил он. – Убирайтесь отсюда, пока ещё чего не натворили, – взмолился он и мышата, крайне удрученные такой реакцией, на цыпочках удалились из комнаты, оставив парня наедине со своим горем.

– Тебе не кажется, что наш Целитель немного того? – прошептал Афин, когда они прикрыли за собой дверь.

– Он и в правду сегодня немного не свой. Но думаю на это у него есть свои причины, – кивнул ему Марк и оба поспешили оставить «место преступления».

– Теперь осталось отыскать свободное местечко, – шептал рыжий мышонок, прячась от зорких глаз Хозяйки таверны за углом дверного проема, что вел на второй этаж.

– Проще сказать, чем сделать, – подметил Марк, так как внутри не было ни единого свободного места.

Мало того за каждым столом сидело по три-четыре моряка, так ещё они целыми группами толпились вдоль стен. Благодаря чему небольшая по площади таверна стала напоминать городскую площадь во время празднества.

– Да-а, неудачное время мы выбрали, – прошептал Афин, выискивая взглядом лазейку, которой можно было воспользоваться.

– Ага, вот оно! – воскликнул он, сорвавшись с места спустя минуту бездействия.

– Стой! – хотел его окликнуть мальчик, но было уже поздно.

Как только в поле видимости Лестии показались уши Афина, она, бросив всё, ринулась ему на перехват.

– И куда это мы так спешим?! – внезапно выросла на его пути девушка, грозно нависнув над мальчонком.

Ему ничего не оставалось, как поднять на неё глазки и захлопать ими, мило улыбаясь.

– Даже и не пытайся! Я все твои уловки знаю наизусть. И твои тоже! – окликнула она Марка, который успел спуститься с лестницы и скрыться за одним из стоящих у стены посетителем.

– Живо ко мне! – скомандовала она.

Опустив голову, паренек виновато направился «на казнь».

– Сколько раз я говорила вам, чтобы вы… – положила руки на пояс мышка, светло-песчаного окраса с лиловыми глазками, лет двух-трех от роду.

На вид она была очень суровой, но черты её лица выдавали в ней заботливую нянечку для таких как Марк и Афин. На ней было одето роскошное ослепительное платье с открытыми плечами темно-красного цвета, поверх которого красовался корсет, со шнуровкой на спине. На руках она носила полупрозрачные перчатки, а на ножках, цокающие на всю таверну сапожки.

Волосы девушки были распушены и спадали чуть вьющимися прядями до уровня лопаток, отлично дополняя образ расчудесной красавицы, от которой и глаз нельзя было оторвать.

– Да знаем, мы знаем, – тяжко вздыхая перебил её Афин, опуская взгляд в пол.

– И тем не менее вы снова ослушались меня. И за это мне придется…

– Прежде, чем начнешь нас отчитывать, скажи – мне идет? – повернулся он к ней правым ухом.

– Это что еще такое?! Да как вас угораздило!? – повысила голос девушка.

– А я говорил – нас снова разыграли, – прискорбно прошептал Марк.

– Ух Сергачи, взрослыми себя почувствовали?! Ну хорошо, будет за что вас теперь потрепать! – взяла она мышат за уши и уцепившись указательным пальцем за их серьги, потянула за собой.

– Ай-ай-ай! – заскрипели ребята, которых строгая Хозяйка стала препровождать к выходу, под тихие смешки нескольких зевак.

– Простите меня, это я виновата! – послышался тут нежный, тихий, кроткий голосок позади них.

– Что?! – в один голос воскликнули Лестия, Афин и Марк, обернувшись на хозяйку голоса и замерли на месте.

– Я так закружилась, что по ошибке пропустила их без очереди. Простите ли вы мою оплошность? – пролепетала, представшая их взору девушка, возрастом не старше обоих мышат, но ростом на голову выше.

Её голубые глазки, в сочетании с русыми волосами, заплетенными за спину в косичку, украшенную белым бантиком, сложенными в трубочку губками, не оставляли сомнений, что она «без вины виноватая».

Снизу вверх она устремила свои бархатные глазки на Лестию, замявшись и спрятав ручки за спину, ожидая наказания.

– Ну что Хозяюшка, простишь девчушку? – включился здесь в разговор Афин, пытаясь как можно меньше шевелить губами, ибо ухо, за которое держала его девушка жутко ныло.

– Простить? За что это? – не понимая в чём дело, отмахнулась от неё мышка.

– Какая же ты жестокая, – прошептал мальчик, укоризненно взглянув на неё.

– Что ты там буркнул?! – потянула она его за ухо посильнее, и того всего перекосило.

– Прошу не ссорьтесь из-за меня, я не желаю становиться причиной всех бед. И, если надо я… – осеклась тут малышка и печально опустила глазки.

Скомкав подол своего нежно-лилового платьица, доходившего до уровня стоп, которое украшал поясок с бахромой, мышка готова была расплакаться при всех.

– Не-е-е-т! – воскликнул тут Марк, который, как только её увидел, потерял дар речи – она была так похожа на ту, что он уже не чаял встретить.

– Лестия, прошу прости нас с Афином! Мы больше так не будем, – горячо прошептал мышонок, схватившись в подол девушки.

Хозяйка перевела взгляд с его молящих глаз на хитрую ухмылку Афина, затем на девочку, которая так смело взяла всю вину на себя, и её сердце смягчилось.

– А-а-а, что с вами поделать, ладно. Силиция, прощаю на этот раз, но в будущем будь внимательнее, – оставила в покое мышат Гроза всех Проказников и удалилась улаживать свои рабочие вопросы.

– Фуф, пронесло, – стёр пот со лба Афин и вздохнул свободнее, потирая ладонью раскрасневшееся ухо. – Даже и не знаю, как отблагодарить тебя…

– Си-ли-ция, – по слогам произнёс имя девушки Марк.

Он оказался так заворожен её красотой, что и позабыл про ноющую боль в ухе.

– Да не за что, – ответила девушка, немного смутившись от пристального взгляда паренька. – Простите за нескромный вопрос… Но вы здесь впервые? – решила она поменять тему разговора, взглядом высматривая свободный стол.

– Нет, мы здесь завсегдатаи. Просто только сегодня вернулись из очередного очень скучного затянувшегося на неделю плавания по морям, вот и соскучились по здешней кухне.

«Мы ведь, если тебе интересно, служивые мыши, и наша работа патрулировать акваторию Вестии, вылавливать из воды нерадивых рыбаков, и всем и всюду помогать…»

Пояснял Афин, махая рукой перед глазами друга, который в упор его не замечал и всё продолжал созерцать Силицию.

– Э-э-й Марк, дружище очнись. Не смей её есть, пока она не найдет нам место, где бы мы могли присесть, – прошептал ему на ухо повеса, не скрывая улыбки.

– А-а-а, – чуть слышно прошептал бедолага, у которого даже дыхание перехватило.

– Ма-а-а-рк?! Ну ладно, ты не оставляешь мне другого выхода, – проскрипел паренек сквозь зубы, видя, что его слова остаются неуслышанными.

«Тогда, клин вышибаем клином. Юна-а-а-ри!»

Громко зазывно подозвал он мышку, которая всё это время кружилась в другом углу зала.

Оббегая посетителей, она не имела возможности увидеть и услышать Дорогих Гостей.

– А? – только и успела обернуться на Афина Силиция, как звонкий девичий голосок перекричал шум толпы:

– Ма-а-рк, ты верну-у-улся!

Не успел паренек и слова вставить, как маленькая юркая мышка, ловко оббежав все столы, кинулась к нему. Затем также молниеносно обхватила его обеими ручками, повисла на шее и потянув к полу, вцепилась в него словно репейник.

– Марк, – вздрогнув, прошептала Силиция.

Перед её глазами промелькнул некий листок бумаги, в котором имя этого мышонка было в начале списка, наряду с именем его друга – Афина.

– Лиция, – чуть с недоверием прохрипела светло-голубовато-серого окраса зеленоглазая мышка, с круглыми маленькими ушками и белым кончиком на хвосте, возрастом чуть младше обоих друзей.

На ней красовался нежно-зеленого цвета сарафанчик с короткими рукавами и широким белым поясом.

– Юнари, – очнулась тут девушка.

Затем взгляды девочек встретились и между ними промелькнула искорка.

– А меня зовут Афин, вот и славно будем знакомы, – заметил их негласное препирательство озорник.

– Без году неделя, а уже пристаешь к гостям?! Постыдилась бы, – прошипела в её сторону малышка.

– Кто бы говорила, – буркнул проказник, не скрывая улыбки, смотря на брата, который к тому времени уже немного посинел от столь радостных объятий мышки.

– Ох, простите… Я не знала, что у дочери Хозяйки есть жених, – колко ответила Силиция, не желая «сдавать позиций».

– Жених? Кто – он? Вот удумала, он просто… – залилась багрянцем девочка.

– Нет, нет, я не смею вам мешать. Если вам так надо побыть наедине, я тут же удалюсь…

– Нет? – воскликнула Юнари прямо в ухо Марку и тут же опустила его. – Ты всё не так поняла!

– Ну раз вы не вместе… Позволь мне, подыскать ему свободный столик?! – перехватила паренька Силиция и потянула на себя, не успев он опомниться.

– Не позволю! – в свою очередь схватила бедолагу за правую руку Юнари.

– Это почему же? – в ответ девушка потянула паренька к себе за левую руку.

– Потому, что он мой друг!

– Вот так новость! А может быть и я, хочу стать его подругой, – ещё ближе к себе подтащила мальчика мышка.

– Ни за что! – тоже самое сделала Юнари, явно уступающая своей сопернице как в росте, так и в красоте. – Он мой! – дернула на себя бедолагу малышка.

– Мой! – так же поступила Силиция.

– А можно мне… – проскрипел мышонок, чувствуя себя одеялом, что вот-вот разорвут на части.

– Нет! – хором прикрикнули на него девушки и продолжили спор.

– Аф-и-и-ин, спасай, – прохрипел Марк, у которого в глазах всё поплыло.

– И прекратить твои «мучения»?! Ну уж нет, – еле держался он, чтобы не засмеяться над ними вслух.

– Ты… ты… – хрипел мальчик, которого из стороны в сторону передергивали две соперницы.

– Постой, – поднял на него ладонь Афин, как бы требуя тишины.

– Не теряй мысли друг мой, я сейчас, – прошептал он и словно пчела на мёд, устремил все свои порывы в сторону одной прекрасной Особы.

Оказавшись минуту назад в таверне, девушка искала не столик, за который можно было присесть, а медленно направилась вдоль стен, явно заинтересовавшись художественной росписью, что украшали их.

– А-а-и-э-э, – замямлил Афин, подходя к юной мышке, которая имела необычный светло-солнечно-желтый окрас.

Высокая, стройная, с осиной талией и прекрасными вьющимися золотистыми волосами, что были распущены и спадали на плечи, она сразу приглянулась пареньку, который оказавшись рядом никак не мог налюбоваться ею.

Особенно его внимание привлекло одеяние мышки, явно нехарактерное здешней моде. Поверх камизы нежно-голубого цвета с длинными рукавами, со шнуровкой на запястьях и рюшами на манжетах, на ней красовалось шикарной выделки платье, темно-малинового цвета. Сверху оно крепилось на лямках, что покоились на её хрупких плечиках.

Вдоль талии платье затягивалось рядом параллельных шнуровок на спине и боках. А затем, словно облако – лёгкое и воздушное, оно спадало почти до самой земли, повторяя очертание фигуры мышки. Внизу платье имело рюши, украшавшие нижнюю кромку. Откуда немного озорно виднелись её атласные сапожки, почти полностью прикрывающие ступни девушки.

– Изумительно-о-о, какая красота, – прошептала она на выдохе и чуть обернулась.

Тут у Афина совсем дар речи пропал. Он замер и готов был упасть, как подкошенный, ибо такой прекрасной мышки никогда ещё не встречал.

Мягкие нежные черты лица, чуть припудренные щёчки, тени на глазах, серьги искусной работы, что венчали её ушки и глаза цвета лазури – словно вся сила и красота моря вмещалась в них. Всё это вместе окончательно вскружило пареньку голову.

– Простите… А вы не знаете, кто Автор всего этого рукотворного Чуда? -спросила Гостья певучим голоском, даже не повернув к нему лица, оказавшись не в силах оторвать взгляда от полотен.

Все стены внутри таверны были расписаны рукописными пейзажами красивейших видов моря и прибрежных лесов, благодаря чему складывалось такое ощущение, что она находилась не внутри помещения, а на открытом воздухе. А дующий здесь свежий ветерок делал эти ощущения еще более реальными.

– И-и-я-я… – захрипел мальчик, в свою очередь не в силах оторвать взгляда от мышки.

– А-а-а?! Так это ваших рук Творения? – резко повернулась на него девушка и встретилась с ним взглядом, от которого его не на шутку заштормило.

– Не-е, я-я… – прошептал Афин сдавленным голосом, не зная куда себя деть, чувствуя, что каждое её слово отдается у него в груди грохотом прибоя.

– Вот здорово! Ах простите, я не представилась, меня зовут… – протянула она ему правую ручку, на которой покоились белые перчаточки.

– Афин… Так нас зовут, – в конец перенервничав, прохрипел не своим голосом мышонок.

Схватив ручку обеими ладонями, он затряс её вверх и вниз.

– Ох, я так рада, что в столь провинциальном городке, есть Мастера способные творить подобные Шедевры, – оказавшись немного сбитой с толку, проговорила она в ответ, содрогаясь от его неуклюжего приветствия.

– Ох, спасибо, – раздался тут сладкозвучный, нежный голосок, привлекший её внимание. – Автору всегда лестно, когда его Творения оценивают по достоинству, – закончил мысль молодой паренек, на вид чуть старше девушки.

Обернувшись на голос, мышке предстал высокий, голубоглазый статный красавец, с правильными чертами лица, ухоженными длинными волосами цвета сербарийской руды, обладающий аккуратно подпиленными ногтями и небольшими усиками.

Разодетый в элегантный белый камзол поверх рубашки с жабо, заправленной в штаны свободного покроя, паренек казался еще выше и краше. На ногах красовались лакированные черные сапоги, до уровня колен.

– Моё имя Леони, – представился он Гостье, склонив перед ней голову.

Не дожидаясь ответа, он взял её ручку и припал к ней устами.

– Это я – Автор этих Картин, – закончил он мысль.

Ловя на себе изумленные взгляды прекрасной Незнакомки, мышонок выпрямился во весь рост, оказавшись выше её на полторы головы.

– Но, я думала… – хотела она обернуться на Афина, но Леони подошёл к ней ближе и прошептал:

– На что только не пойдут здешние грязные отбросы – матросы, чтобы одурачить прекрасных девушек.

Услышав подобные речи, Афин готов был взорваться и прямо здесь и сейчас начистить морду этому щеголю. Но в тот самый момент, когда он уже сжимал кулаки, на него повернулась прекрасная мышка.

– Может я и простой моряк, но… – недобро сверкнул мальчик глазами в сторону Художника, сдержавшись чтобы не выругаться.

Не желая более делить свой стыд с Незнакомкой, он резко развернулся и пошел прочь.

– Но-о… – чуть потянулась за ним мышка, но голос позади остановил сей порыв.

– Не стоит тратить время на таких, как он…

– Да, возможно вы правы, – развернулась она к Леони, готовому провести для неё экскурсию по «галереи».

– Отброс-матрос! Ох, если бы не она… Я бы проучил этого зазнайку Леони! Да кем он себя возомнил?! – скрипел сквозь зубы паренек, подходя ближе к столу, за который, совместными усилиями девчат наконец удалось усадить Марка.

Но благодаря их неусыпной опеки и занудству, мышонок никак не мог поднести ложку ко рту.

– Нет, я ему подам поесть! – тянула на себя тарелку с супом Силиция.

– Нет, это моя привилегия! – силилась вырвать из её рук угощения Юнари.

– Марк?! – прошептал Афин, присаживаясь на второй стул, видя, что другу ни до чего.

– А-а-а? – закатывая глаза, печально прошептал паренек, не по своей воле оказавшись между двух огней.

Как за свою жизнь, девушки так яростно боролись за его тарелку, что даже и не заметили, что её содержимое уже давно пролито, причем большая часть покоилась именно на мышонке.

– Может вернемся на корабль? Что-то у меня аппетит пропал.

– Давай, а то я уже сыт ими по горло! – прохрипел бедолага, пальцами отжимая суп с волос.

– Довольно! – громко ударил обоими кулаками по столу мальчик и поднялся на ноги. – Ты! – указал он на Силицию, которая вмиг опешила от его крика.

– Я-я-я?! – проглотила ком в горле мышка.

– Хочешь, чтобы он запомнил тебя – подари что-нибудь с себя!

Совершенно не заботясь, что подумают окружающие, и в особенности Спутница Леони, про него – простого моряка, он сорвал с хвостика девушки бант и положил на стол перед другом.

– Например – этот бант!

– А-а-а! – глухо воскликнула перепуганная донельзя малышка.

– А ты! – прикрикнул на Юнари паренек. – Получи уже то, зачем лезешь моему брату под рубаху, – кинулся он к другу и сам вынул из-за пазухи небольшой Дневник в кожаном переплёте.

– Но я… – замялась дочка Хозяйки.

– И закончим на этом! – небрежно бросил он на стол их с другом ночную «находку».

– Полностью с тобой согласен! – поднялся с места Марк, у которого всякое терпение кончилось. – Спасибо за угощение, я сыт вами по горло! – чуть поклонившись, схватил мышонок бант со стола.

После чего мальчишки, гордо задрав носы к потолку, положив друг другу на плечи руки, нога в ногу направились к выходу.

– Марк, – тихо окликнула его Юнария, только сейчас осознав, что немного перегнула палку.

– Сыт, но ведь… – бросила взгляд Силиция на тарелку с едой, к которой он и не притронулся, а вот её содержимое стекало с мальчика «рекой».

– Пусть идет, – преградила малышке дорогу Лестия. – Всё равно вернётся. Лучше, – перешла она на шепот. – Возьми со стола Дневник, пока его никто не приметил…

Юнари опустив голову, вернулась к своему рабочему месту.

– Прости… Он и в правду тебе дорог, а я взяла и всё испортила, – прошептала Силиция, заметив, как поникла головой девочка.

– Не вини себя, я тоже хороша, – стала прибирать со стола мышка и незаметно спрятала Книжечку под поднос.

– Но-о… Он ведь вернется? – с некой тревогой произнесла девушка.

– Конечно… Хотя, порой их плавания затягиваются на недели, а то и более, – печально ответила дочка Хозяйки и оставила подругу по несчастью в раздумьях, перед глазами которой промелькнули страшные моменты из прошлого.

Внезапно её сердечко сжалось в разы, и она чуть не потеряла сознание. Но вовремя очнувшись, сжала ладони в кулачки, и бросила взгляд вслед удаляющимся мышатам.

– Тогда… до встречи… – прошептала она себе на ухо, по-особому сверкнув глазами в их сторону.

– Мужланы, ну никаких манер! – прошипел напоследок вдогонку мышатам Леони, мимо которого пролегал их путь.

А его Спутница многозначительно пожала плечами, теряясь в догадках – что же стало причиной подобного неуважительного поведения ребят.

«Отрекшись от всего Мира» и не желая даже дышать с ней одним воздухом, растолкав вновь входивших гостей таверны, Афин исчез вместе с Марком на улице.

– Нет, ты слышал этого Леони?! – кипел от злости мальчик, вырвавшись вперед в этом «побеге на свободу».

– Леони, он и есть Леони. Что с него взять? Здесь он всем кажется чужим и не только потому, что здорово малюет, но и потому, что странно одевается, чудно говорит, носит длинные волосы до плеч и вообще прилежный всегда и во всём…

– Ты на чьей это стороне? – одернул его мышонок. – Такое ощущение, что ты его нахваливаешь.

– Я? Друг мой, тебе точно нужно отдохнуть, а то голову видать напекло…

– Это мне то?! На себя посмотри – слюнтяй! Не мог приструнить этих девиц, тряпка!

– Афин, не зная тебя, я мог подумал, что ты злишься из-за того, что ревнуешь…

– Что! Я? К кому это? Кого это? Не неси чепухи! – чуть сбавил обороты паренек, понимая, что своими словами может выдать себя.

– Пусть над моими ушами словно рой диких пчёл клубился, но мои глаза всё видели…

– Да ну… И что они там видели?

– То, что рождается от единой искорки… Что одни называют наказанием и мукой, другие Даром Небес… Без чего нельзя прожить и дня, как только вкусишь её… – хвалебно отвечал Марк, всё еще пребывая в полете своих фантазий.

– Хватит с меня загадок, давай лучше помолчим! – пресёк ход его мыслей друг, прекрасно понимая к чему он клонит.

– Хорошо, – согласился мальчик.

Молча последовав за братом, он изредка поглядывал на бантик, что не отпускал из рук…

Один из тех, кто оказался чуть не сшиблен с ног уходившими прочь друзьями, прошел внутрь. Поискав немного взглядом, он направился к знакомому ему столику.

– У меня отличная новость, – завёл он разговор с мышкой, которая сидела в дальнем наиболее темном углу таверны.

– Говори…

– Часть товара, что мы прихватили с собой продана, и совсем не дурно. Этот новый Капитан стражи знает своё дело… – присел на свободный стул парень.

– Меня не интересует дела здешних мышей. Лучше скажи – ты подыскал нам корабль? – перебила его голубоглазая девушка, каштанового с рыжим отливом окраса, с серьгами в обоих ушах и повязкой на голове красного цвета.

Мышке, одетой в белую морскую рубаху и, поверх неё, дорожный плащ такого же темного цвета, как достигающие колен сапоги, на первый взгляд было не более двух с половиной лет. Кутаясь в плащ, она явно старалась скрыть от всех своё миловидное личико.

– Само собой Иринэлла, нашёл, – отвечал её возраста, темно-каштанового окраса паренек, с белой полосой на макушке, с гордым взглядом карих глаз и небольшой ухмылкой на лице.

– Ну сколько раз тебе повторять, Овистий, зови меня просто – Рина! Мы же всё-таки не дома, у отца…

– Хорошо, сестра. Намек понял, тогда и ты меня, как и раньше – Овий, – улыбнулся мышонок, понимая, что сестра «окунула его в ту же лужу».

– Договорились, Овий!

– Но, если честно, узнай Отец, чем мы тут промышляем – точно бы с нас шкуру спустил, – подметил паренек.

Под пологом своего темного плаща с высоким воротом, как и сестра, он отлично скрывал истинную причину визита Вестии.

– Не преувеличивай, братец. Тем более он ни о чем не прознает. Ведь кроме нас с тобой никто не в курсе, что мы здесь, верно? – пытливо заглянула ему в глаза мышка.

– Верно, – закивал Овий, отведя взор в сторону, явно о чем-то умолчав.

– Вот и хорошо, – вздохнула свободнее девушка.

– Ну раз я уже по уши в твоей очередной авантюре, может поведаешь мне, что именно мы здесь забыли? – перешел на шепот брат.

– По моим данным в Вестию прибыл некий мышь, совсем с необычным поручением из Алимантэи…

– Города Мостов?

– Тс-с-с, вот именно оттуда… – зашептала Рина.

– Что-то далековато его потянуло… А в чём причина его визита?

– Это мне не ведомо.

– Здорово, а как он выглядит?

– И это мне не известно.

– А где он остановился? Погоди, я всё понял, – остановил поток вопросов Овий, на которые у сестры не было ответа. – Тогда скажи, с чего ты вообще взяла, что этот – Некто, пребывает нынче в Вестии, может твой осведомитель солгал?

– Нет. Это правда! Ведь здесь его дочь! – указала взглядом его собеседница на прекрасную мышку, которая не в первый раз обходила с Леони всё помещение.

– Хочешь сказать, это…

– Именно. Только раз бросив на неё взгляд, я поняла, что эта девушка явно здесь лишняя. Ты только посмотри на её роскошное платье, на её прекрасные расчёсанные волосы и…

– Слышу в твоём голосе нотки зависти, – усмехнулся Овий.

– Да ну тебя! – толкнула его в бок девушка.

– И раз его дочь здесь, нам остается лишь ждать пока она…

– Приведет нас к папеньке, и тогда мы-ы…

– Мы-ы?! – повторил за ней парень, заглядывая сестре в глаза.

– Да не смотри ты так на меня! Что дальше делать будем я ещё не придумала…

– Рина, знаешь, что… – распростер руками мышонок.

– Да?!

– Ты ещё сущий ребенок! – потрепал сестру по макушке братец. – Наивная и такая…

– Да я тебя всего на пару минут младше! – перебила его девушка и надула с обиды губки.

– Вот именно! За эти минуты я научился чуть большему, чем ты. И посему слушай, как мы поступим. Корабль, который я подыскал для наших целей совсем не приметный. Как отплывут Дорогие Гости, сядем им на хвост, а там и увидим какова их истинная цель визита Океана Грез.

– О-о-о, брат, ты такой умный! Отлично придумал! – чуть не захлопала в ладоши девушка, но сдержала свой детский порыв.

– А то, – поправил на себе воротник плаща парень.

– А я вот – зато, красивее тебя! – задрала носик мышка.

– Не спорю…

– А ещё – хитрее, выше, быстрее, – стала загибать пальчики Рина.

– И болтливее! – перебил её Овий, указав на Гостью, которая в сопровождении Леони, направилась к выходу.

– Идем, – поднял он сестру с места, и они на полусогнутых направились к выходу.

Глава 3 «Дружба сильнее всех обид»

Стояла чудесная погода. Со стороны моря дул легкий освежающий ветерок, принося долгожданную прохладу всем, без исключения, жителям города Вестии, предвещая дождливую ночь. И пусть на небе сейчас было ни единого облачка – все знали, что сегодня ночью прольется живительная влага и смочит изголодавшуюся по влаге почву.

Лучшего дня для прогулки по городу и не придумаешь.

Именно таким моментом и решил воспользоваться молодой статный мышонок, разодетый «с иголочки» в свой офицерский мундир младшего лейтенанта Вестимского флота. Его прекрасные черты лица, в сочетании со светлыми, чуть вьющимися волосами сыскали среди всех представительниц прекрасного пола Вестии, славу завидного жениха. Чем этот молодой голубоглазый паренек не раз пользовался и даже задирал нос, считая себя неотразимым.

Но так было раньше, а теперь всё стало иначе.

Те, кто знали его не понаслышке, сейчас, встречая на улице, не узнавали в нем того зазнобы, которым он долгое время являлся. Исчезла с его лица надменность, взгляд стал куда более приземленным, а самое главное – все его помыслы и мысли, отныне принадлежали не всем без разбору молодым девушкам, а только одной прекрасной мышке светло-молочного окраса. Настоящей красавице, с зелеными глазками и с длинными прядями, чуть кудрявых волос. Которую он имел счастье позвать нынче на прогулку по Рыночной площади, воспользовавшись увольнением на сушу.

Но долгожданная встреча, которую ему пришлось добиваться путем неимоверных усилий, оказалась не такой насыщенной, как ему хотелось. Вот уже не в первый раз, парень порывался воплотить в жизнь свою заоблачную мечту, что врезалась ему в голову бессонными ночами. А именно – взять свою прекрасную Спутницу за ручку, и насладиться с ней общей радостью совместного времяпрепровождения.

Но всякий раз, когда он тянулся к её ладошке, Фиала, словно предугадывая его неуклюжие намерения, ускользала от него. И ему ничего не оставалось, как с горяча ударять себя в бок, в сердцах коря за стеснительность и нерешимость, в столь, казалось, бы простом деле.

– Смотри Лавир, кузнечная лавка! Идем скорее. Я обещала Марку новый молоток, взамен утраченного, – в который раз оставила парня «с носом» милая девушка, в упор не замечающая его потуги.

Словно легкое облачко, облаченная в нежно-лиловое платьице, мышка упорхнула от него.

– А-а-а?! – резко очнулся парень, услышав подобные речи.

– Сюда!

– Фиала, постой! – кинулся за ней Лавир, которого как холодной водой окатило, при упоминании того дня, когда эта милая мышка, размахивая «холодным оружием» погналась за ним, горя желанием отомстить за свою младшую сестренку.

Но нагнать её в толпе горожан, оказалось задачей не из легких. И ему пришлось в прямом смысле этого слова – прорываться с боем…

Марк и Афин продолжали идти молча, дуясь друг на друга, не обращая особого внимания на выбранный ими путь. Вдруг до их слуха донесся знакомый голос и они резко остановились.

– Неужели?! Это Фиала! – кинулся Марк на зов сердца, позабыв про все обиды и склоки.

– О нет, только не это, – резко обернувшись, прошептал рыжий мышонок и кинулся за братом.

Расталкивая толпу, что собралась здесь на Рыночной площади с самого утра, мальчик вдруг остановился, не веря своим глазам, ибо то, что он увидел застало его врасплох.

– Но-о-о… этого… – обреченно протянул он обе руки, выскочив на открытое место в тот самый момент, когда Лавир нагнал Фиалу и нечаянно схватил её за руку.

В свою очередь, девушка обернулась на парня, и оба они замерли на мгновение.

– Не может быть, – договорил за него друг, показавшись следом.

Встретившись взглядом с ребятами, парень тут же отстранился от ладони мышки.

Стоя за спиной разбитого горем брата, Афин, не скрывая своей вины, подошел ближе и положил ему на плечо ладонь.

– Прости друг… Они… Фиала и Лавир… – прискорбно прошептал рыжий мышонок.

– И давно? – не оборачиваясь проскрипел Марк, ловя на себе взгляд девушки, не знающей как объясниться.

– С месяц, где-то…

– И когда ты собирался мне обо всем рассказать? – воскликнул тут в голос мальчик.

Резко развернувшись, он сопроводил свои слова вспышкой гнева, на которую был способен, а именно – швырнул в друга бант Силиции.

– Прости… я хотел… но…

– Ты хотел?! Ты думаешь я дурак, и не понимаю благодаря кому они сошлись! – прискорбно проскрипел бедолага.

– Я… не…

– Друзья постойте, мы вовсе не… – замямлил лейтенант, желая прояснить всю ситуацию, но Марк не желал его слушать.

– Не оправдывайся, скажи только… Ты сделал это специально? – стал давить мышонок на друга одним лишь взглядом.

– Брат, я… – замотал головой Афин, делая шаг назад.

– Брось! Оставь пустые слова, – опустил голову паренек и отвернулся от брата.

«И на что я надеялся…»

Не оборачиваясь на Лавира и Фиалу, с горечью в сердце прошептал он напоследок.

– Ведь я обычный мышонок, – огласил он приговор сам себе и поспешно исчез в толпе.

– Прости, мы меньше всего хотели огорчить… – сдавленным голосом прохрипел лейтенант, опустив глаза, понимая, что его счастье обошлось слишком дорогой ценой для друзей.

– Афин, я… – тихо прошептала Фиала, никак не ожидав такой реакции от Марка.

До сего момента девушка считала его всего лишь дорогим другом – не более.

– Не надо ничего говорить… Это моя вина. Надо было давно ему всё рассказать про вас, а я всё тянул, – откланялся паренек, но вдруг обернулся. – Лавир, Фиала счастья вам…

С этими словами он протянул девушке бант.

– Передай его Силиции, вашей новой помощнице в таверне, она обронила, – грустно улыбнулся им на прощание мальчик и поспешил за другом…

– Ну молодец, мы их потеряли! – прошептала Рина, облокачиваясь правой рукой о стену дома в одном из бесконечных узких переулков Вестии.

– И чья это вина?! – с укором обернулся на неё Овий.

– А что ты на меня-то смотришь?

– А на кого мне ещё смотреть? По чьей вине мы останавливались каждые три минуты?

– Это всё этот камень виноват! Застрял где-то в сапоге…

– А я тебе что говорил?! Вырядилась как заправский моряк, а ещё эти сапоги нацепила! – перешел на приглушенное шипение парень.

– А ты хотел, чтобы я заявилась сюда в том, во что меня рядит папенька?! – не отставала в споре от него сестра, такая же упертая, как он.

– Ну так ты хотя бы казалась более женственной.

– Что?! Казалась? Ах ты! – сжала кулачки Рина и хотела поколотить брата, но тот перехватил её руки и опустил вниз.

– Не трать силы, они нам ещё понадобятся. Побудь здесь, надо кое-что проверить, я мигом, – прошептал Овий и оставив сестру, кинулся стрелой из переулка.

– Брат! – только и успела воскликнуть мышка и сделать за ним шаг, как снова оступилась.

«Ну что за мерзкий камень!»

Прохрипела бедняжка и от резкой боли чуть не упала, но в последующее мгновение оказалась подхваченной за талию Незнакомцем.

– Столь прелестной, милой, хрупкой девушке не пристало падать на колени, – прозвучал мягкий голос парня.

Подняв на него глаза, Рина увидела того, с кем ушла их «цель», которую им угораздило потерять в толпе.

– Ты-ы! – воскликнула в голос мышка и тут же осеклась, ибо её Спаситель приложил указательный палец к устам.

– Ничего не говори, я всё сделаю как надо, – мелодично прошептал парень.

Не сводя пристального взгляда с прекрасной Незнакомки, которая не моргала и заворожённо смотрела на него, он принялся медленно опускаться на колени. И чем ниже голубоглазый статный красавец присаживался подле неё, тем чаще начинало биться сердечко девушки.

– А теперь позволь мне… – прикоснулся он к её ножке выше лодыжки.

Вмиг Рина жутко покраснела. Не зная кричать ей, бежать или пустить в дело свои кулаки, мышка застыла на месте.

Чуть приподняв миниатюрную ступню от земли, паренек вытащил из деревянной подошвы острый камешек, что смог пробить её насквозь.

– Вот и всё, – прошептал он спустя пару мгновений.

– Спа-си-бо, – вся содрогаясь от кончика хвоста до ушек, чуть слышно поблагодарила своего Спасителя мышка.

– Это всего лишь маленький камушек, – отбросил он его в сторону.

Затем взяв ладошку прекрасной Незнакомки в свои, парень потянул к себе.

– Ох простите, нас не представили. Меня зовут Леони, а вас? – горячо прошептал он и поцеловал ручку.

– Ри-и-и-на, – с дрожью в голосе ответила девушка.

– Ри-на, – на выдохе повторил её имя мышонок, и не подымаясь с колен продолжил «песнопение».

«Какое прекрасное имя для столь милой, очаровательной девушки.

Вы словно лучик света – нежный, теплый, ласковый, что озарил холодную мрачную тьму в моем сердце, и я…»

Не успел закончить свои сладкозвучные речи Леони, как оказался сшиблен с ног ударом в ухо, последовавшим от брата девушки.

– А-а-а! Что ты наделал?! – резко очнувшись, воскликнула Рина.

– Это я-то?! Да тебя на пять минут оставить нельзя, как уже успела влипнуть в историю!

– Полную романтики и… – умиленно закатив глазки, мышка приложила ладошки к сердечку, что вот-вот готово было выпрыгнуть из груди.

– Рина, очнись! – затряс сестру Овий вытряхивая из её головушки шальные мысли. – Мы здесь по делу, помнишь?

– Ах да, точно… Но всё-таки не стоило с ним так грубо, – чуть обернулась девушка на распростертого на земле бедолагу.

– Этого ему ещё мало! Незнакомый парень «клеится» к моей сестре в тёмном переулке… Да будь у нас время, я бы его как следует проучил…

– Овий!

– Но у нас его нет! Наша цель покинула то место, где остановился её отец. Скорее всего они уже по дороге к пристаням, так что отбрось все сентиментальные глупости и бежим скорее! – схватил сестру за руку брат и потянул за собой.

– К пристаням значит?! – прошептал Леони, лежа на земле, одним глазом смотря на небо.

«Вначале одна прекрасная девушка бросает, сославшись на срочные дела.

Теперь эта…

Ну уж нет, с меня хватит!

Всё, я решил – пойду до конца!»

Прохрипел он и ударил кулаком по земле.

Затем медленно, вальяжно поднялся, отряхнулся и направился прямой дорогой в сторону городских пристаней…

– Марк, Марк! Да стой ты! – догнал друга Афин уже на пристанях.

– Чего тебе? – не оборачиваясь прорычал мышонок, не сбавляя ходу.

– Ну прости ты меня, дурака! Я должен был тебе всё рассказать раньше, но…

– Не нашел в себе смелости?

– И да, и нет…

– Поясни, – перешел на шаг мальчик.

– Ну понимаешь… Как бы тебе сказать…

– Говори, как есть!

– Пусть вы с Фиалой и разные… Но она была твоей Мечтой, а я…

– Не смог сказать правду, боясь разрушить мои Надежды?! – останавливаясь, договорил за него Марк.

– Да, друг мой! Прости…

«Порой Мечта и Надежда – это всё, что у нас остается в этом Мире.

Я на собственном горьком опыте знаю какого это, когда твои Мечты летят вниз головой с высокого обрыва, а затем разбиваются на мелкие кусочки, и после их уже не соберешь в единое целое. Они разлетаются по всему Свету поднятые в воздух дуновением ветерка…»

– И ты теряешь их навсегда, – печально прошептал Марк.

Видя, что его другу стало худо, он тут же отбросил все пустяковые обиды и обратился к нему.

– Прости брат, что вспылил. Я просто…

– Ничего, я тебя прекрасно понимаю… Но как я всегда люблю повторять: «Что не делается – всё к лучшему».

– Что-то я такого еще не слышал, – улыбнулся уголком рта мышонок.

– Ну вот, теперь слышал… Кроме того, из всего этого мы получили хороший урок, – призадумался Афин.

– Да – нет веры девушкам!

– Да нет – другое… Что у Фиалы поистине доброе сердце и даже того, кто обидел её сестренку, пусть и не нарочно, она смогла простить и возможно…

– Не продолжай! Не желаю этого слушать, – отмахнулся от друга Марк, зажимая уши.

– Чую из них выйдет отличная пара, – всё же закончил мысль озорник.

– Прекрати! Лучше скажи, как Лавиру удалось к ней приблизиться после всего, что он натворил? – прищурил глаза мальчик и пытливо взглянул на друга. – Чую здесь вмешательство свыше.

– Ну-у, не свыше… Скорее наоборот – того, кто пониже.

– Эх ты, Афин… И давно ты стал таким благочестивым?! – усмехнулся паренек.

– Сам диву даюсь, – улыбнулся в ответ друг и зашагал вперед.

Обменявшись взаимными шутками, что вмиг разогнали все тяжелые думы, ребята не спеша направились в сторону стоянки их корабля.

– Даже и не знаю… Лавир, конечно, ещё тот оболтус, но в душе он неплохой парень, – чуть погодя взял слово рыжий мышонок. – Когда он помог нам тогда, я увидел его лучшие стороны.

– Хм, во всех-то ты Афин видишь хорошее. Завидую я тебе…

– Ну не во всех… В себе, например – нет!

– Тоже не без греха. Порой мне кажется, что за мою Жизнь Судьбе была уплачена слишком страшная цена…

– Ты о…

– Да! Та ночь всё не дает мне покоя, – опустил голову Марк.

Закрывая на миг глаза перед ним предстала вся страшная картина той роковой ночи.

– Ты жаждешь мести? – спросил тихо брат.

– Мести? Нет. Возмездия – да! Да и как можно желать мести тому, чьё лицо даже не видел? Сражаться с тем, кого не видишь, подобно игре в догонялки с собственной тенью…

– Понимаю, друг… Твои уста излагают Истину. И порой мне кажется, что из тебя выйдет неплохой философ, – шутливо подметил повеса.

– Это ещё кто таков? – раскрыл глаза мальчик.

– Это такие старички с бородой до пола, что вечно бубнят себе под нос непонятные окружающим заумные словечки, – усмехнулся Афин.

– Вот значит какое Славное Будущее ты мне сулишь?! А тогда я, представляю тебя этаким Бароном, гордо восседающим на троне, в окружении прекрасных девиц, вооруженных не только своей красотой, но и смертоносным оружием. Ко всему прочему, они облачены в сверкающие на солнце доспехи, и одновременно излучают холод и невозмутимость.

– Ишь куда тебя занесло, – засмеялся в голос проказник, а про себя подметил:

«Хм, рыцари-девушки, это что-то новенькое, надо запомнить».

Затем быстро перестроив свои внутренние «Я» на положительный лад, друзья весело зашагали вперед навстречу новым приключениям…

Глава 4 «Один корабль на всех»

– Есть кто на корабле? – прозвучал спокойный и размеренный голос, стоявшей на пристани среднего роста мыши, светло-русого окраса в дорожном плаще, накинутом поверх камзола благородного бардового цвета.

Не получив ответа, мужчина наклонился к мальчонке, стоявшему рядышком, который никак не желал отпускать его от себя.

– Не бойся, никто не узнает тебя в таком наряде, – прошептал мужчина и поправил на голове паренька повязку, что отлично скрывала его золотистые длинные волосы.

На мышонке была одета морская рубаха и свободного кроя штаны, с повязанным широким поясом. На плечах покоился плащ-накидка, спадающая до колен. На ногах красовались великовозрастные сапоги, которым износу не было. Они отлично дополняли образ простого уличного мальчишки-сорванца.

– Побудь здесь, а я поднимусь на борт.

– Но, папа! – прошептал мальчик мягким голосом.

– Зови меня отец, – похлопал «сына» по плечу мышь и сделал шаг на трап.

– Кого там ещё несёт? – прозвучал недовольный голос.

Не прошло и пары песчинок, как Гостям показалась голова крысы, медленно приближающейся к краю палубы.

– Здравствуйте многоуважаемый капитан Арад, очень рад личной встречи с вами… – завел восторженное приветствие Гость.

– Бла-бла-бла, ты ещё кто таков будешь и чего тебе надобно?! – недовольно прохрипел серо-пестрого окраса крыс, со взъерошенными кудрявыми волосами, наспех причесанными чем попало.

– Моё имя Мадео Лесандри и я… – продолжил речь мужчина, нисколько не удивившись столь неопрятному виду капитана.

А вот его сын, при виде столь страшной рослой крысы, сжался в разы.

– Двойное имя, ты что из знати будешь? – перебил его Арад уже собираясь удалиться.

– Нет, постойте! Я всего лишь картограф, не более…

– И что «лишь картографу» от меня надобно? – чуть обернулся на него Арад.

– Я здесь по заданию Гильдии Купцов из города Алимантэя.

– У-у-у далековато вы от своей Родины забрались… Так чем могу?

– Дело в том, что мне нужно попасть в Бессарию и…

– Ну уж нет! – тут же перебил его Радушный Хозяин судна.

При одном лишь упоминании южных земель, его всего передернуло.

– Вы даже не знаете, о чём просите! Путь туда крайне опасен и…

Запнулся крыс, когда ему на глаза попалась дорожная сумка картографа, с явно очень ценным для него содержимым, так как тот не отпускал её от себя. Особенно он заострил внимание на одном особо примечательном тубусе.

– Позвольте мне передать вам лично в руки Послание, – не стал ждать отказа Мадео и первым нарушил неловкую тишину.

Арад молча протянул руку, как бы приглашая Гостей на борт своего однопалубного кораблика, длиной не более двадцати шагов.

Недолго думая, мужчина взял сына за руки и поднялся по трапу. Стоя «на пороге» он вручил капитану свиток с печатью Наместника.

– Мне не требуется, чтобы вы рисковали собой и своей командой. Нас надо лишь доставить… – не договорил картограф.

– В порт Ишпа?! – воскликнул в голос крыс, когда, сорвав печать, он быстро прочитал первые строки Послания. – Да кто вам такое посоветовал?!

– Мой старый друг из Эхтера…

– Вот и возвращайтесь к нему, и скажите, что я отказываюсь!

– Моего друга зовут – Церий!

– Как? – передернуло капитана при упоминании сего имени.

– Да, именно он посоветовал вас… Там внизу его личная подпись, – указал пальцем на правый угол листа Лесандри.

– Где это? – кипя от злости прорычал Арад, бегая глазами по листу.

– Там внизу, под Приказом.

– Каким ещё приказом? А-а-а, – чуть отвалилась челюсть у капитана, понемногу вникающего во всю суть, прописанную на данном листке:

«Приказываю вам, Капитан Арад,
Беспрекословно подчиняться моему Наказу,
И всячески содействовать в поиске дороги в
Бессарию моему Другу и его сыну»

подпись Церий

– Ах он, он… – сжал бумажку невольный пленник обстоятельств, скрежета зубами.

– Вы же не собираетесь ослушаться капитана Церия? – осмелел Мадео, видя, что имя друга возымело результат, как и говорил ему сам его обладатель.

– Я?! А-а-ах ладно! Пропади оно всё пропадом, – махнул на Гостей руками Хозяин корабля, понимая, что спорить здесь бесполезно.

– Благодарю вас…

– Только имейте в виду… – перебил Лесандри капитан. – Для Вас у меня найдется небольшая каюта, а вот вашему сыну…

С этими словами он указал на мышонка, которого от одного вида грубой наружности мужчины всего затрясло.

– Придется спать в трюме, с остальными моряками!

– Па-па, – запищал тут мышонок, но отец вовремя подскочил к нему, обнял и что-то прошептал на ухо.

– Если вас, алимантэйцей, не устраивают мои правила, то выход вон он! – указал Арад в сторону города.

– Нет, нет, всё в порядке, мы согласны!

– И ещё… Ему придется вкалывать в поте лица не меньше остальных, – прорычал капитан.

Скривив жестокую усмешку, Арад пристально взглянул на миловидной внешности мальца, явно никогда не занимающегося физическим трудом.

«Больше всего на свете я не люблю бездельников и лодырей, и не потерплю на своем корабле тунеядцев…»

Нравоучительно завел речь крыс, но в этот самый момент из трюма, широко зевая и мило потягиваясь, показался Афин, оказавшись разбужен криками сверху.

– А-а-ах, как же хорошо ничего не делать, – прошептал мальчик лениво, и не открывая глаз прошел мимо Гостей и капитана.

Подойдя к куче снастей, что валялись в дальнем углу палубы, он пнул их ногой.

– Эй, Марк, вставай давай! Хватит тунеядничать, идем поедим чего-нибудь от нечего делать.

На его голос из кучи всякого барахла, показался второй мышонок. Поднятый таким образом, мальчик сонной походкой побрел вслед за другом в сторону трюма.

– Ах капитан, ваш голосок, как всегда такой звонкий и певучий, что мертвеца поднимет, – широко зевая на ходу, «бросил комплимент» проказник в сторону Арада, чем заставил того жутко покраснеть.

– И на что мне это наказание?! – прикрыл глаза ладонью мужчина под тихое хихиканье сына картографа, который хоть и не разглядел с трапа, кем являлись эти нерадивые матросы, но прекрасно слышал каждое их слово.

– А ну все живо на палубу! – взяв себя в руки, громко прокричал крыс.

«А для особо одаренных повторю – а ну живо стройся-я-я!»

Оставив Гостей, капитан прорычал это прямо на ухо мимо ковылявшим мышатам, благодаря чему те окончательно проснулись.

Не успев ничего понять и разглядеть тех, кто стоял «на пороге», Марк и Афин оказались в конце строя, следом за Анумом, Зебом и Кнуром, что отбрасывали неплохой тенек.

– Похоже капитан Церий подкинул нам очередное невыполнимое и опасное задание! – осматривая каждого члена экипажа, принялся громко и четко оглашать Арад.

– При всем моем неуважении, хочу заметить, что мы с Марком отлично справляемся со своей частью…

– Афин, ещё одно слово и поплывешь следом за кораблем – привязанным за ноги, всё уяснил?

– Афин? – тихо прошептал светловолосый мышонок, и показал носик из-за спины отца.

– Итак, если у вас, сухопутных крыс, больше нет возражений, готовимся к отплытию! – захлопал в ладоши крыс.

Хлопнул раз, хлопнул два, на третий – раздался звонкий голос с суши.

«Пусть корабль с виду одно большое дырявое корыто, сплошь покрытое заплатками, но мне посоветовали именно его…»

Следом за этим, быстрым шагом на судно поднялись двое молодых мышей.

– Добро пожаловать на борт, и… – запнулся тут Овий встретившись с ошарашенными глазами капитана, его команды и двух Гостей.

– Ёлки-палки! – прохрипел паренек, переведя взгляд на сестру, в глазах которой читалось всё, что она о нём думала.

– Братец скажи, ты всё так и задумывал?! – прошептала она ему на ухо, тыча в бок и указывая на отца и сына, прекрасно узнав их.

– Кхе… Кхе… – одарил мышат испепеляющим взглядом капитан.

– Простите, что помешал вашему утреннему построению, но мы с братом прибыли на борт «Отчаянного», как и договаривались… – говорил всё тише и тише Овий, так как здоровенный крыс, засучивая рукава, стал надвигаться на них с суровым выражением лица.

– Дырявое корыто, говорите?! – прогремел Арад, нависнув над очередными непрошенными Гостями.

– Простите, нам бы капитана?! – еле выдавил из себя паренек, у которого голос перешел на писк.

– Ну, я тут капитан! И, о чем вы тут договаривались?! – улыбнулся он, приготовившись провожать мышат пинками.

– А-а-а! – глухо воскликнул тут Анум и выскочил вперед. – Возникло небольшое недоразумение…

– Какое ещё такое недоразумение? – повернулся к нему крыс, сверля взглядом боцмана.

– Ну-у-у, мы тут с Кнуром… Посоветовались и решили помочь нуждающимся за небольшую плату… – потер шею мышь.

– Да неужели! – бросился к нему капитан и схватил за грудки. – Я уже сыт по горло вашими шуточками! – прорычал он, теряя самообладание.

– Никаких шуток… Эти двое неплохо заплатили, – еле слышно прохрипел моряк.

– Правда?! Что-то я не слышу звона монет в карманах…

– Суп, – подошел к нему судовой повар Кнур – крыса альбинос, белого окраса, с красным и серым глазами.

Облаченный в свою привычную, рваную до колен и всю выцветшую одежду бывалого моряка, он, несмотря на «бурю на борту», что набирала обороты, оставался невозмутимо спокойным.

– Вам же понравился мой Особый Супчик? – прошептал он капитану на ухо.

– Так вот, целый ящик «ароматного ингредиента» ждёт нас в трюме, – прохрипел Анум.

– Что-о-о? – прогремел капитан и освободив боцмана, вцепился в Кнура.

– Мы хотели сделать вам подарок, капитан, – проскрипел альбинос, боясь встретиться с ним взглядом.

Ссылаясь на свою подслеповатость, судовой повар бегал глазками, тем самым избегая прямого контакта с рассерженным Арадом.

– Зеб, тебе что-нибудь об этом известно?

– Нет, капитан. Похоже эти умники провернули всё без моего участия, – сыграл «на дурача» высокий сухой крыс серо-дымчатого окраса с белыми крапинками.

Он обладал толстым длинным почти голым хвостом, куда более острыми ушами, чем у обычных мышей и немного жутковатой, с торчащими клыками, мордой.

На нем «красовался» подранный камзол поверх просторных морских штанов и рубахи, заправленной в них. Поясом служила широкая тряпка, обвязанная вокруг талии в несколько слоев.

– Подарок, говорите?! Ха, – усмехнулся крыс, сменив гнев на милость.

– От чистого сердца, – улыбнулся Кнур.

– Хорошо, только никому не слово, – прошептал Арад. – Тащите всё в мою каюту! – улыбнулся он обоим морякам уголком рта.

– Будет сделано… – кивнули ему «заговорщики».

– Ну раз у вас обоих есть «Спецпропуска», тогда милости… – недоговорил капитан, как на палубу вломился ещё один Гость.

– Фуф, еле успел! – тяжело дыша проговорил Леони, склонившись чтобы отдышаться. – Подскажите, не тут ли проходит посадка на борт «Отчаянного»?! – звонко огласил он, выпрямляясь во весь рост.

– Ты! – сжимая кулаки, прорычал Афин прекрасно узнав парня.

– Ты! – невольно сорвалось с уст Марка тихое восклицание, когда в следующее мгновение он встретился взглядом с сыном картографа.

– Ты-ы-ы! – прорычал Овий, также узнав Гостя.

Засучивая рукава, он готов был уже кинуться раздавать «добавки» надоедливому типу, что выследил их.

– Вы! – бросил Гость взгляд на сына картографа, когда тот невольно оступился под пристальным взглядом юнги.

– Ты! Мы! Вы! А-а-а-а! – зарычал Арад, хватаясь за голову. – Да что здесь вообще происходит? Ты ещё кто такой?

– Он… – кинулся к Леони Овий, сжимая кулаки, но тот наступил ему на ногу и прошептал.

«Если прогоните, расскажу всем зачем вы здесь. И будьте уверены, капитан вас мигом вышвырнет за борт!»

– Ты, ты… – прохрипел парень, не зная, как поступить со столь наглыми угрозами, не лишенными почвы под собой.

– Я с ними! – наигранно обнял Овия местный Художник.

– Да вы издеваетесь?! А давайте позовем на корабль всю гвардию Эхтера, чтобы он окончательно пошел на дно вместе с вами! – прокричал Арад, быстрым взглядом осмотрев всех Гостей.

– Хм… Неплохая идея, – прошептал рыжий мышонок, но тут же получил удар локтем в бок от брата.

– Нет с меня хватит! Я вас сейчас всех… – зарычал крыс и снова стал надвигаться на внеплановых визитеров.

– Капитан, у него тоже спецпропуск, – тихо прошептал старший брат Рины.

– Что-то я не вижу его… – скривил усмешку Арад.

– Не беспокойтесь – будет! Как придем в пункт назначения, – подмигнул ему парень.

– Только попробуй меня обмануть – пущу камнем вниз! Понял намек? – утер ему нос своим огромным кулачищем крыс.

– Да, конечно, капитан. Ваше благоразумие и щедрость не знает границ, – отстранил Овий от своего лица орудие «массового поражения».

– Ну ладно, – махнул на всех них рукой капитан, и прокричал команду своим морякам:

«Скорее отчаливаем, пока ещё кто не заявился на нашу «званную вечеринку».

Марк ты за штурвал, Афин руби концы и ставь паруса!

Остальные приберитесь в трюме и всё «лишнее» в кают-компанию, ясно?»

С этими словами он хитро взглянул на троих бывалых моряков. Те, поняв намек, молча закивали и кинулись исполнять его приказы.

– Прежде чем мы отчалим, не подскажите, Гости дорогие, куда путь держите? – повернулся он к трём мышатам, которые ещё не знали – радоваться им подвалившему счастью или сетовать на провидение.

– Ну-у-э-э-э, – замямлил Овий, не зная, что и ответить.

– Мы здесь по заданию Правительства Вестии и наша цель секретна, – выручил всех Леони.

– Ну надо же… Одним надо туда, куда обычная мышь и носа не сунет. Другие сами не знают куда им надо. Просто великолепно! Более пестрого собрание психов я ещё не встречал! – развел руками Арад.

– Я тоже, – от негодования по поводу решения капитана, принялся играть кулачками Афин.

– Идем Мадео, – потянул крыс картографа за собой, видя, что Анум и Кнур достали ящик с «мусором» из трюма, и потащили его в кают-компанию. – Так уж и быть, покажу тебе твои Палаты…

Как только все старшие удалились и корабль повинуясь порывам ветра, что надул паруса, стал отчаливать, весь молодняк, где кто стоял, замер на месте, бросая друг на друга подозрительные взгляды.

– Леони, иди-ка сюда! – разрезал тишину пронзительный крик Афина, который быстро закончил свою частью приказов капитана по отшвартовке судна от берега.

Тем временем новоиспеченный пассажир, неся на себе прожигающие насквозь взгляды окружающих и предчувствуя беду, решил подобру-поздорову отдалиться от всех на почтительное расстояние.

– Марк отсекай его, лови! – закричал мальчик, как только парень бросился наутек.

Со стороны мостика ему наперерез кинулся второй мышонок, успевший за это время закрепить штурвал пеньковым канатом.

– Да что вы на меня взъелись?! – хрипел Леони, раз за разом ускользая от надоедливых преследователей.

– И он ещё спрашивает?! – шипел Афин, грозя ему вслед кулаками.

Вскоре ему удалось нагнать беглеца. Прямо с разбегу, он как запрыгнет на него со спины и оба кубарем покатились по палубе.

– Вот, ненормальный, пусти! – проскрипел Художник, оказавшись прижатым лицом в пол.

– Брат, тащи веревки, сейчас мы его…

– Постойте! – сжалился над парнишкой сын картографа, и подал руку помощи.

– Ну наконец-то среди вас – неучей, грубых и неотесанных портовых мышей, появилась хоть одна милая… – не успел договорить парень, как тот, кто хотел помочь, тут же прикрыл ему рот ладошкой.

– И захвати-ка еще кляп! – окликнул он Марка, который уже нес веревки.

– Да вы что, совсем с ума посходили?! – вырвался из-под Афина бедолага и кинулся к Рине.

Подскочив к девушке, мышонок упал перед ней на колени.

– Ну хоть вы вразумите их! После всего что у нас было… – недоговорил он, как услышав подобные речи, Овий «взорвался» и вмазал ему как следует по лицу.

– Будешь знать, как приставать к моей сестре! – сурово прохрипел старший брат.

Встретившись взглядом со всеми мышатами, паренек кашлянул и поправился:

– То есть – к моему брату! Да – не смей к нему и близко приближаться! – погрозил он кулаками.

– Каков негодяй! – сжимая кулачки, прошипел сын картографа, почувствовав свою гордость задетой.

– Ну теперь он у меня за всё ответит! – прорычал Афин и получив от друга веревки, принялся вязать Леони по рукам и ногам.

– Бездушные вы мыши! Да вы и мизинца моего не стоите. Я… – недоговорил «виновник всех бед», так как сын картографа добавил к его путам «последний штрих», запихнув в рот первую попавшеюся тряпку.

– Да что тут за шум?! – показалась здесь голова крысы из-за двери в кают-компанию.

Арад был явно рассержен тем, что ему пришлось оторваться от куда более «важных дел».

Все как один, мышата встали в ряд, заслонив собой брыкающегося на палубе Леони.

– Всё в порядке капитан, старые снасти скрипят, – выкрутился Афин, почесывая затылок.

– Снасти говорите? Хорошо… Марк держи курс строго на запад, как увидишь Гиблые острова поворачивай на юг. К ночи я сменю тебя, а пока – не мышите тут! У нас «очень важное совещание», – громко хлопнул он дверью на прощание и исчез.

– Знаем мы ваше «совещание», – буркнул себе под нос озорник, поворачиваясь к «снастям».

– Эх выбросить бы тебя за борт. Мы недалеко уплыли от Вестии, как-нибудь да доплывешь, но… – взглянул он на Гостей. – Не хотелось бы лишать нашего капитана добавки к «супу», – усмехнулся паренек.

– Не понимаю, о чем ты? – отвернулся от него Овий.

– Да ладно вам, мы же теперь все на одном корабле. Не стоит лгать друг другу. Тем более видел я содержимое того ящика, что они понесли к капитану. И скажу вам, там «пищи для совещания» не на один час…

– А ты не глупый малый, – подметил мышонок. – Моё имя Овий, брата зовут Рин, – подал он мальчику руку.

– А у нас глупых не держат, правда Марк? – с удовольствием пожал он её в ответ.

– Верно, – кивнул ему друг, не сводя пристального взгляда с сына картографа.

– Кстати, ты уж меня извини, но твой брат совсем на мальчишку не смахивает. Уж больно личико милое, – подметил рыжий мышонок.

Воспользовавшись тем, что Леони со страха на время потерял сознание, он принялся привязывать его стоймя к единственной на корабле мачте, лихо наворачивая круги вокруг неё.

– Правда? – удивился паренек, переведя взгляд на сестру, которая от слов мальчонки залилась румянцем.

– А вот ты… Как твое имя? – обратился Афин к самому тихому из Гостей.

Чуть обернувшись, он бросил беглый взгляд на худощавого паренька, ничем ни примечательного на вид, одетого в широкие морские штанишки, белую рубаху и поношенный длинный до колен плащ с заплатками по всей площади.

– Батист, – сдавленным голосом тихо ответил паренек.

Стараясь лишний раз не поднимать головы, он поправил повязку на голове. Из-под которой на миг показались его волосы, заставившие Марка в очередной раз убедиться в правдивости своих догадок.

– А вот Батист – самый, что ни на есть мальчишка-сорванец! Худой, высокий, с чуть косолапой походкой… – принялся перечислять все его недостатки помощник повара.

Заметив, как тот начинает злиться, Марк схватился за лоб и закачал головой.

– Слабенькими ручками, большими глазами…

– Афин! – кинулся он к другу, и в порыве горячки даже хотел обо всё ему поведать.

Но лишь единожды встретившись взглядом с сыном картографа, ему пришлось прикусить свой длинный язычок.

– А-а-а?! – чуть отвлекся от своего «крайне увлекательного дела» озорник.

– Если закончил с ним, может проводишь Гостей и накормишь? – поспешил сменить тему разговора Марк.

– Ах да, я же не представился, – развернулся он ко всем Гостям корабля «Отчаянный».

– Меня зовут Афин, и я… – сделал паузу мышонок, накаляя общий интерес. – Судовой повар.

– Ты, повар? – воскликнул в голос Батист.

– Точнее помощник… А что, по мне не скажешь? – обвел себя широким жестом руки мальчик, сверкая на солнце широкой улыбкой.

– Не-а, – закивал головой мышонок.

– А на кого же тогда я похож? – чуть прикрыл глаза паренек, ожидая «прилива» восторженных похвал.

– Ну-у-у, на самодовольного, эгоистичного, грубого… – принялся Гость из Алимантэи перечислять все «сильные стороны» помощника судового повара.

Но ему не позволил довести начатое до конца Марк, легонько схвативший его за руку выше запястья.

– Помощника капитана! – опомнился тут мышонок.

– Слышал брат, а меня сегодня повысили в звании! – звонко засмеялся Афин и похлопав мальца по плечу, направился к трюму. – Ну что ж, прошу следовать за вашим проводником…

Вслед за ним направились Овий, Рина и Батист. Последний, чуть обернувшись, кивнул в знак благодарности и поспешил скрыться с глаз единственного, кто смог раскусить его.

Марк остался на палубе наедине с Леони. К тому времени, парень пришел в себя и впился в мальчика взглядом, полным надежд и немой мольбы о пощаде.

– Не-е-е, даже не смотри на меня так… Я не позволю тебе всё испортить. Пусть мой друг не слишком догадлив, и сам не поймет, кто такой этот Батист… Но я верю, что они найдут общий язык. А тебя, если будешь хорошо себя вести, глядишь к ночи и развяжем.

С этими словами мышонок оставил бедолагу, вынужденного хранить полное молчание, и направился к штурвалу.

Глава 5
«Сон или Явь»

Спустя пару часов тихого, безмятежного плавания Марк, не отходящий всё это время от штурвала, начал клевать носом. Его так сильно разморило, что он, облокотившись головой о штурвал, сомкнул глаза и вскоре мирно засопел.

Драгоценные мгновения сна вмиг улетучились, когда над ухом прозвучал тихий зловещий шёпот:

– Когда-нибудь я узнаю в чем кроется секрет «Рины», а пока… – зажег свечу Хозяин голоса.

После он стал медленно обходить темную сырую темницу, заглядывая сквозь металлические прутья решетки внутрь одной из камер. Где, прикованными цепями, лежали на гнилой земле с десяток мышат.

Услышав тяжелую поступь, многие дети, знавшие её обладателя не понаслышке, стали отползать к стене, словно ночные насекомые, на которых упали первые лучи солнца.

– Моя Госпожа совершенно не верно использует вас, – хрипел паренек, ища глазами ту единственную, которая продолжала неподвижно лежать, не сводя с него стеклянных глаз.

– А-а-а, нашел, – прошептал молодой крыс, ровно коричнево-серого окраса с голубоватым отливом.

Отыскав свою цель, его темно-рубиновые глаза вспыхнули во тьме недобрым огоньком.

– Ну здравствуй, Двадцать-Восемнадцатая, давно не виделись… Смотрю, Сцилла совсем из тебя все соки выжала, – хриплым голосом обратился он к пленнице, присаживаясь возле решетки.

– Моё предложение ещё в силе, – взял парень легкую, словно пушинка, руку мышки и провел по ней ладонью.

– Только скажи, ну или кивни, и я вытащу тебя отсюда – обещаю! – пылко шептал он, пытаясь достучаться до девочки.

Но она оставалась безучастной и, казалось, не чувствовала его прикосновений к своей ладони, а её разум и вовсе померк, и был сейчас не здесь и ни с ним.

– Молчишь?! И по-прежнему также холодна?! Ну как хочешь, – вскипел крысёнок.

Отбросив её руку, он поднялся на ноги. Затем поправил на себе темный, словно сама ночь, плащ, отлично скрывающий его истинные намерения.

– Если так желаешь сгинуть здесь – хорошо! Так тому и быть! Не смею тебе мешать… Но знай – со мной у тебя появился бы шанс снова увидеть небо, почувствовать дуновение ветерка, ощутить тепло солнечного света… – шипел паренек, отдавая горячим дыхание прохладный смрад, что царил в округе.

Он так увлекся своими речами, что и не заметил, как с некоторых пор находиться здесь не один.

– Маленький Приказчик, ни как пытаешься подмазаться к ним? – раздался грубый сиплый голос у него за спиной, от которого крысёнок вздрогнул и резко повернулся к говорившему.

– Сур, а тебе, как я посмотрю, заняться больше нечем?! Преследовать меня – та еще работенка, – небрежно отвечал парень, нисколько не испугавших огромных размеров тени, что стала надвигаться на него.

– Не зарывайся, малец! Я прекрасно знаю, что близиться тот день, когда ты присоединишься к ним, – усмехнулся, представший под тусклый свет факелов, крепкого телосложения мышь-здоровяк, темно-коричневого окраса, с металлической маской на лице, прикрывающей большую его часть.

Поверх доспехов был накинут плащ до пола, который отлично дополнял мрачное жуткое лицо, делая его обладателя еще более устрашающим.

– Даже и не надейся! Я – не они! – сжимая кулаки прорычал Ксеон.

Брезгливо плюнув в сторону пленных мышат, он нисколько не испугался жуткого оскала Командира Ловцов и его шрама от лба до шеи, которого даже маска не могла скрыть.

– Это точно… Ну тогда скажи, раз ты такой умный, то почему ищешь помощи у таких слабых мышат как они? – продолжил «допрос» Сур, не обращая внимание на грохот цепей, что поднялся здесь в темном сыром каземате, при его появлении.

– Помощи!? Я!? Что за вздор! У меня совершенно иные планы на них, уж поверь мне, – зловеще улыбнулся крысёнок, бросая испепеляющий взгляд на мышку, которая продолжала обреченно сидеть на сыром, прогнившем, как и всё здесь, полу.

– А разве не ты сейчас на коленях умолял одну из них присоединиться к тебе? – колко подметил здоровяк.

– Я? Ты неправильно всё понял…

– Тот, кто нуждается в ком-то слаб, заруби себе это на носу!

– И с каких это пор наш грозный Сур стал философствовать? – усмехнулся Ксеон.

– Если хочешь что-то сделать – делай! И не спрашивай на то разрешения, -коротко отчеканил мышь.

– Хм-м, а ведь ты прав, – снова кинулся к решеткам Ночной Гость Темницы.

Подняв ладонь бедняжки, он обратился к Суру.

– Не подсобишь, – указал он на клинок, что висел у него на поясе.

Тот молча протянул ему меч, не выпуская из рук.

– И, пожалуй, я начну прямо сейчас! – прошипел Приказчик.

Вонзив лезвие в ладошку, он сильно сжал руку девочке, которая даже не моргнула, и казалась безмолвнее тряпичной куклы.

«Сцилла без умолку твердить, что вся суть в вашей крови…»

Принялся паренек по капельке сцеживать алую жидкость в небольшой сосуд, что снял с пояса.

– Вот и проверим на что она сгодиться, – прохрипел он, наполнив пузырек доверху. – Интересно, верно?

Подставив его под свет факела, Приказчик встряхнул содержимое, и то вмиг забурлило.

– Даже не желаю знать, что ты будешь с ней делать, – отмахнулся от него здоровяк.

– А зря Сур, зря… В отличии от Госпожи, у меня совершенно иной подход ко всему здесь, – поднялся Ксеон на ноги. – Не веришь? Приглашаю тебя как-нибудь заглянуть ко мне в лабораторию…

– Куда?

– Так я назвал место, где могу творить свои опыты без лишней огласки и опаски.

– Нет, спасибо, как-нибудь в другой раз, – отвернулся от него мышь и направился дальше по своим делам.

– Когда-нибудь я кардинально изменю этот Мир, вот увидите! – прорычал парень, когда шаги в коридорах стихли.

Повернувшись к пленникам спиной, он поспешил захлопнуть сосуд затычкой.

– И ваша кровь – станет Ключом! – на подобной восторженной ноте крысёнок закончил полет своих больных фантазий, и направился прочь отсюда…

Очнувшись от резкой боли в левой ладони, Марк, не понимая, что стало причиной раны поднял дрожащую руку. Осмотревшись, обо что мог пораниться, поблизости он нигде не нашел острого угла.

Не успел мышонок бросить опасливый взгляд по сторонам, как в следующее мгновение рана на ладони исчезла. Одернувшись от своей руки, он тяжело задышал и снова разжал кулак, желая убедиться, что это не сон. Но ничего – ни следа, ладонь оказалась совершенно целой, без порезов, следов крови, лишь пара мозолей – не более.

В голове тут же промелькнула страшная догадка. Бросив взгляд на штурвал, мальчик заострил внимание на заусенцах на его внутренней стороне. Желая раз и навсегда развеять все свои сомнения, он приложил к ним тыльную сторону ладони и с силой надавил. Тихое шипение и пара капелек крови, что упали на палубу вмиг развеяли его догадки. Убедившись, что на этот раз рана не исчезла, мышонок стёр со лба пот.

– Знаешь, существуют и другие методы проверить свои Силы, – раздался здесь голос поднимающегося на мостик Овия.

– А-а? – обернулся на него мальчик, пряча руку.

– Не знаю, что ты таким образом желал доказать себе, но все мы смертны и наши тела хрупки. Так что не стоит лишний раз себя калечить.

– Нет я… Это нечаянно вышло, – опустил взгляд мышонок.

– Не важно. Я здесь не для того, чтобы поучать тебя… Лучше скажи, а почему капитан приказал держать курс на запад, если нам всё равно плыть на юг?

В ответ Марк лишь пожал плечами. Вновь заняв своё место за штурвалом, он прикусил язык, не слишком доверяя этому новому Гостю, о котором так мало знал.

– Не знаешь? Позволь тогда тебя просветить, – тяжело вздохнул парень.

Слова незнакомца были юному плотнику не в сласть, и не предвещали ничего хорошего. Но он не мог, вот так беспричинно, огласить вслух своё недовольство. Проглотив ком в горле, мышонок принялся слушать рассказ молодого Гостя.

«Когда-то эти воды были прекраснейшим местом и плавать по ним было одно удовольствие. Океан Грез, простирающийся с севера на юг на многие арлины, давал жителям прибрежных земель всё, что только нужно для долгой и счастливой Жизни. Никто не боялся выходить в море и не вернуться…

Но всё закончилось пять лет назад, когда южнее Вестии, один купец потерпел крушение в тамошней бухте. Весь его товар пошел ко дну, а то, что он смог поднять с мелководья не стоило и медяка ломаного.

И вот он, разбитый горем вернулся в город и хотел всё бросить. Но внезапно для себя обнаружил среди хлама одну раковину. Раскрыв которую, он не поверил своим глазам – там была маленькая жемчужина. Именно с этой самой находки жизнь этого торговца изменилась раз и навсегда.

Не прошло и года, как он был уже в Эхтере с целой партией жемчуга. Где хитростью, где подкупом он смог убедить Двор в необходимости основания на берегу моря нового города. Этой мышью был Ворик – основатель и нынешний бесспорный правитель города-замка Понтис…

Но то, что из года в год приносит одним – роскошь и богатство, другим – несет лишь мучения и смерть. Ты, наверно, слышал, что те, кто попадают туда не возвращаются. А попавшись – живут не более года…

А всё потому, что Ворик договорился со всеми правителями городов Эйринии и те снабжают его бесплатной рабочей силой. Преступники, воры и просто бедняги, что оказались не в том месте и не в тот час, становятся для него расходным материалом, который ему совсем не жалко.

Но и это не вся правда о Понтисе.

С ростом города, вырученного жемчуга Ворику стало не хватать, и он организовал, так называемый «Патруль». Его целью является бороздить здешние воды и отлавливать всех, кто покажется капитану этого судна «бесхозными». И теперь даже простые моряки из Вестии становятся их жертвами.

Но самое страшное – всем Власть Имущим, открыто наплевать на все эти бесчисленные преступления против самой Жизни. Их интересует лишь личная выгода и достаток. Что для них жизнь простых мышей?! Лишь пыль, что развеет дуновением ветер…»

На пониженных тонах закончил свой рассказ Овий.

Отвернувшись от мальчика, он сжал кулаки, и не сводя глаз с горизонта, тяжело вздохнул.

Марк слушал парня крайне внимательно, сопоставляя всё услышанное с пережитыми в прошлом вместе с другом событиями. Ему припомнилась встреча с вереницей каторжников, спасение трёх мышат, и та яма, из которой их выловили неизвестные моряки.

– Алые паруса! – сорвалось с уст мышонка, когда перед глазами всплыл тот момент, когда он увидел огромных размеров корабль, выплывающий из-за рифа.

– Ты видел его? – обернулся на него Овий.

– Лишь мельком… – прошептал в ответ мальчик.

– Завидев эти паруса, моряки любого корабля бросают всё и пускаются наутек. Но лишь немногим удается скрыться от него…

– К чему ты рассказал мне всё это? – перебил его Марк, которого от его рассказов невольно бросило в озноб.

– Не подумай меня превратно, но даже сам Барон непризнанного Княжества Аршия – Димгар, остерегается этих вод…

– Пираты? – чуть слышно прошептал временный штурман судна.

– Да, так в Эйринии называют обитателей по ту сторону Океана Грез… Но, по сути, они такие же мыши, ничем не отличающиеся от меня или тебя. Но не в этом суть… Там, откуда мы с братом прибыли, ходят слухи о неких разбойниках…

– Вестимских? – снова не смог удержат свой длинный язычок мальчик.

– Да, Вестимские Разбойники, которые не раз нарушали планы «Сильных Мира сего». И в сердцах я… Нет – все мы, надеемся встретиться с ними, чтобы обсудить как поступить с Понтисом и его алчным правителем…

– Да что они могут противопоставить против целого замка? – усмехнулся Марк, решив поскорее закрыть эту тему, пока она не зашла слишком далеко.

– Порой, чтобы сдвинуть с места целую гору достаточно толкнуть один камушек, – философски подметил Овий и направился к лестнице.

– Порой, чтобы достичь желаемой цели недостаточно Мечты, – не раздумывая ответил ему мышонок.

На что парень напоследок улыбнулся уголком рта и пошел дальше, оставив своего слушателя крайне обремененным тяжкими думами, в которых тот «искупал его» с ног до головы.

Оставшись снова один, мальчик поднял голову к небу. Начинало вечереть, а значит скоро его должен был сменить капитан. Не желая, чтобы он увидел привязанного к мачте одного из Гостей, Марк, не спеша сошел на палубу, и подошел к Леони.

– И зачем ты за ними увязался? – задумчиво прошептал он и стал развязывать парня, который от усталости впал в дрёму.

– И сам не знаю… – тихо ответил тот, медленно опускаясь на палубу не в силах стоять на ногах и открыть глаза.

– Как ты – жив? Прости уж нас, что мы так встретили тебя, просто… – опустился рядом с ним мальчонка.

Облокотившись спиной о мачту, где по другую её сторону, полусидя, лежал Художник, Марк впал в размышления.

– Не бери в голову… Со мной всегда так… Сын простого красильщика корабельных мачт и его помощницы, никогда не заслужит уважения… Так мне говорили, но… – всё тише и тише говорил Леони, с каждой песчинкой проваливаясь от усталости в сон.

«Именно родители дали мне больше, чем кто-либо – они вселили Веру в себя. Направили на верную дорогу, пока все в округе смеялись надо мной.

От того я такой – никого не люблю и не с кем не вожусь.

Да и как мне общаться с теми, кто плевал мне в лицо, а увидев, что я могу, тут же примчались и принялись лебезить…

Презрение – вот, чего они достойны, и это я научился выражать лучше всего…»

Марк хотел возразить ему, но обернувшись увидеть, как парень окончательно выбился из сил и уснул. Не желая ему мешать, мальчик поднялся на ноги. Предчувствуя холодную ночь, он снял с себя плащ и накинул его на бедолагу, который казался ему сейчас не таким уж и напыщенным типом.

Решив вернуться к штурвалу, юный плотник только и успел сделать пару шагов, как вдруг его сердце в разы сжалось, а дыхание перехватило. Он почувствовал нестерпимую боль в груди, сопровождающуюся удушьем. Не в силах и пальцем пошевелить, с широко раскрытыми глазами он замер на мгновение. А затем, как подкошенный, рухнул на палубу лицом вниз, не дыша и не шевелясь, словно если бы умер…

– Что с тобой?! Прошу тебя – ответь! – хрипло шептала маленькая девочка, вытаскивая из темных холодных вод подземного озера свою подругу. – Сестра, скорее – она не дышит!

Поспешила мышка окрикнуть девушку, которая только что показалась на поверхности.

– Вода слишком холодная, её сердце не выдержало! – кинулась к ней мышка постарше.

Вместе с сестрой они вытащили подругу по несчастью на небольшой островок посреди озера, казавшимся бескрайним и непроглядным, словно сама тьма.

– Неужели она… – тихо прохрипела младшая сестра, утирая глазки.

– Нет! Только не теперь… Когда, после стольких пережитых страданий и мук, мы в двух шагах от спасения, – горячо говорила старшая мышка и принялась ритмично надавливать на солнечное сплетение светло-русой девочке, которая по-прежнему не дышала.

– О нет! – прохрипела малышка. – Ты слышишь?! Они поняли, что мы сбежали.

Как в подтверждение её слов, откуда-то сверху стали доноситься глухие крики.

– Ну же, прошу тебя Лютя, живи! Живи-и!

Не оставляла попыток спасти подругу старшая из девочек, не обращая внимание на крики, что становились всё ближе и ближе.

– Прошу сестра остановись! Уже слишком поздно. Её не спасти, а мы ещё можем сбежать, – схватила её за руку мышка, но сестра не желала сдаваться.

– Нет, я не оставлю её здесь!

– Но как же…

– Я спасу её! – воскликнула девушка и принялась растирать ладоши.

– Нет, остановись, если ты отдашь… – вцепилась ей в руку маленькая девочка.

«Все эти десять лет нам только и твердили, что «Рина» – это Зло.

И знаешь сестренка, а ведь я им почти поверила…

Но теперь, я докажу себе, тебе и всем им, что «Рина» – это благо, способное спасти Жизнь!»

Горячо проговорила старшая сестра, смотря прямо в глаза малышке.

Как только её ладони от трения заструились ярким солнечным светом, от истинного желание помочь, что исходило из самого сердца, она положила их на грудь Люти.

– Сестра, – отстраняясь, прошептала мышка.

– Беги, слышишь, беги! Спасайся пока ещё не поздно. Теперь только ты сможешь отыскать Его…

– Но… – заливаясь слезами, заскрипела девочка не смея пошевелиться.

– За меня не беспокойся! Моим мукам скоро придет… – недоговорила она, как свет, что исходил из её ладоней стал потихоньку угасать.

Лишившись сил, девушка упала на грудь девочке, которая от резкого удара, раскрыла рот и глубоко вздохнула.

– Прости, – тихо прошептала маленькая мышка, и на прощание погладила старшую сестру по голове.

Глотая слезы, кусая губы в кровь, не видя иного пути – она бросилась в воду.

– Спа-си-бо-о… – тихо произнесла очнувшаяся Лютя вслед девочке, которая с каждой песчинкой отдалялась от них.

Вскоре она и вовсе исчезла во тьме подземного озера.

– Скорее сюда! Мы нашли беглянок! – было последнее, что донеслось до слуха чудом спасенной малышки, после чего она потеряла сознание…

– Ничтожества! И вы ещё смеете называть себя Ловцами?! – бесновалась Сцилла – молодая на вид, высокая серебристо-голубоватого окраса Темная Госпожа, которая несла в себе черты мыши и крысы одновременно.

Её хищное выражение лица и длинные острые когти отлично дополняли образ беспощадной Хозяйки Руин Замка Аримаха, в которых она безраздельно властвовала.

Нависнув над двумя бедолагами, что и привели беглянок в её покои, она готова была разорвать провинившихся голыми руками.

Облаченная в обтягивающее подчеркивающее её худобу одеяние темно-фиолетового цвета, с высоким воротом и подолом до пола, имеющим разрез сбоку, она казалась эталоном женской красоты. Но было что-то в выражении её лица такое, что внушало неописуемый трепет и даже дикий страх.

– Да вы ни на что не годны! – перешла от слов к делу женщина и принялась царапать им лица до крови своими длинными когтями.

На истошные крики боли и вопли крыс, сюда прибежал Сур.

– Госпожа, что случилось?

– Что случилось?! Что случилось? – прорычала она, обернувшись на него, и от её прожигающего насквозь взгляда, мышь невольно сделал шаг назад.

– И об этом меня спрашивает Командир этих дармоедов, что нынче смогли прозевать побег этого отродья!? – указала она пальцем на двух мышек, которые, свернувшись клубком на каменном полу, почти не дышали, боясь даже открыть глаза.

– Госпожа… – вынимая свой меч из ножен прохрипел Сур, и прямо на её глазах пронзил им, сначала одного, а затем второго Ловца. – Простите меня, Госпожа. Больше такого не повторится!

Затем он упал перед ней на колени и протянул окровавленный клинок, вверяя свою дальнейшую судьбу её Воле.

– Госпожа! Сур! – вслед за этим влетел в помещение молодой крыс и тут же замер на месте.

На нем красовались лоскутная рубаха, стеганный жилет, плащ и сапоги, подчеркивающие худобу парня. Внешний вид никак не выдавал в нем того, кому сама Госпожа доверила раскопки Руин на нижних ярусах катакомб.

– Не повторится, говоришь… – взяла она клинок и острием стала водить по щеке слуги. – Как же низко ты пал! Только взгляни на себя! Может быть когда-то ты и являлся Великим Воином… Нет, даже больше – Истинным Героем Вестимии, но сейчас ты лишь тень былого себя…

Резким взмахом Сцилла сорвала с его лица маску и оголила изуродованную левую половину.

– Эти шрамы, эти увечья… Разве ты забыл, по чьей вине стал таким? – злостно прошипела Хозяйка Руин.

– Госпожа, прошу… – взмолился Сур.

– Молчи, жалкое подобие мыши! Неужели ты надеешься, что я прощу того, кто некогда был таким как они?! – рычала Сцилла, теряя терпение. – Но пусть мы нашли способ «исцелить» твою болезнь… Но порой мне кажется, что глубоко внутри тебя ещё сидит гнилое семя «Рины».

С этими словами она прислонила острие меча к груди своего верного Слуги и надавила. Мужчина глухо захрипел, а по клинку потекла алая кровь.

– Чувствуешь эту боль, которую несет твое оружие?! Почувствуй её на своей шкуре и скажи – готов ли ты и впредь служить мне?!

– Госпожа, – сомкнув зубы, прохрипел мышь.

«Я был, есть и всегда буду преданным Вам без остатка!

От прежнего меня не осталось и следа…

Те, кто некогда были друзьями предали меня, обрекли на мучительную смерть, а эти…»

Прорычал Командир Ловцов гневно сверкая глазами в сторону мышек.

– «Одаренные», как они себя называют, по-настоящему несут лишь Смерть и Хаос! Именно по их вине разразилась Чума, что не утихает и по сей день…

– Правильно, мой дорогой Сур! Эти дети не благословение Эйринии, они её Бич! – хрипела Сцилла, а застывший на месте в дверях Ксеон, не мог поверить своим ушам.

С широко раскрытым ртом он жадно поглощал каждое сказанное слово своей Госпожи, ведь подобную «сказку на ночь» он еще никогда не слышал.

«Не было ещё ни одной Войны, Конфликта в котором не участвовали эти выродки! Именно по их вине я…»

Осеклась на полуслове Темная Госпожа, понимая, что чуть не сболтнула лишнее.

– Хорошо Сур… Я дам тебе ещё один шанс искупить свою вину, – отстранила она клинок от его груди. – Если ты исполнишь мою просьбу…

– Всё что угодно! – не поднимая глаз, верный слуга ударил себя кулаком в грудь.

– Убей их! – с легкостью указала Сцилла в сторону девочек.

Сур молча поднялся и потянулся за мечом, но беспощадная Госпожа не отпустила клинок из своих рук.

– Голыми ру-ка-ми! – по слогам прорычала она.

От столь сладостного предвкушения кровопролития, крыса надкусила себе губу, и её уста окрасились тонкой струйкой крови.

В знак своего беспрекословного повиновения мышь молча кивнул. Подойдя к бедняжкам, без единого колебания он схватил первую попавшуюся ему за шиворот и оторвал от земли.

– И Сур… Сделай это помедленнее, – ядовито прохрипела садистка, предвкушая зрелище, что всегда так радовало её.

Слуга молча повиновался. Не поворачивая мышку к себе лицом, палач схватил малышку за волосы одной рукой, а второй начал сдавливать её хрупкое горлышко.

– Не-е-е-е-ет! – очнулась тут вторая мышка и даже попыталась отбить подругу, но оказалась отброшенной увесистым кулаком Сура.

– Двадцать-восемнадцатая, тебе так не терпится помереть?! – прохрипела Сцилла мышке прямо в лицо, когда её саму схватил со стороны спины Ксеон, и заломил ручки.

– Нет, прошу! Не надо! Остановитесь! – пищала Лютя, вырываясь сколько было сил, но крысёнок вцепился в неё мертвой хваткой.

– Смотрите же… – повернула Госпожа своего Слугу лицом к ним, дабы девочка встретилась взглядом с той, что была обречена на мучительную смерть.

«Как угасает жизнь…

О-о-о, как сладостен этот миг, для тех в чьих руках оказываются Судьбы других…»

Шипела Сцилла, восторгаясь своим величием и беспомощностью остальных.

– И раз вы – «Дети Рины», не желаете помогать – мне вы больше не нужны. Слышишь Сур, быстрей кончай 473-ью и принимайся за остальных!

– Не-е-е-т! – вне себя от ужаса и страха прохрипела маленькая мышка.

К тому моменту, выбившись из сил, она обреченно повисла в руках Ксеона.

– Как прикажите Госпожа, – сухо ответил мужчина и стал сжимать кулак сильнее.

В последующее мгновение глаза бедняжки закатились, она перестала брыкаться, и с каждой песчинкой стала угасать.

– Прошу-у-у! – не смогла больше выдержать всего этого ужасающего зрелища Лютя.

Подняв голову на Госпожу, она громко огласила:

– Пощадите нас, и я покажу то, что Вы ищите!

– Да неужели?! – прорычала Сцилла, дав знак Суру ослабить хватку. – Какая-то маленькая, мерзкая мышка будет диктовать мне условия, – схватила она её за горло, отстранив крысёнка.

– Нас здесь не более сотни… Я уже Двадцать-Восемнадцатая… Так неужели вы думаете, что те, кого вы из года в год мучаете, скажут вам, где искать Саркофаг? – надрывно прохрипела бедняжка, цепляясь за последнюю ниточку, что связывала с надеждой на жизнь.

– Что-о-о ты сказала-а-а? – нависла над ней крыса, готовая лично придушить дерзкую девчонку за подобную наглость.

– Все мы, до единого… Попав сюда… Уловили то Зло, что скрывается здесь… Но никто не осмеливается раскрыть его местонахождение вам, ибо тогда… – перешла на сдавленный писк мышка, оказавшись оторванной от земли.

– Тогда?! Что тогда?! Да вы даже не подозреваете об истинных моих намерениях! Вы всего лишь жалкие отбросы! – брызжа слюной, рычала Сцилла, а сама чуть ослабила хватку.

– Тем не менее, пощадите, и я отведу вас… – прошептала малышка, опуская глаза перед подругой, готовой умереть, но не раскрыть Страшную Тайну, что являлась для всех Узников единой на протяжении стольких лет заточения здесь.

– Сур! – выпрямилась Сцилла, поймав взгляд мышки.

Щелкнув пальцем, она дала отбой. Верный палач разжал мертвую хватку, и девочка рухнула на пол. К ней тут же кинулась Лютя, которую Хозяйка Руин «радушно» отшвырнула от себя, как какой-то мусор.

– Как ты? – прошептала девочка, помогая подруге поднять голову.

– Дура-а-а! – прямо ей в глаза прохрипела спасенная ею мышка.

– Но я лишь хочу помочь всем нам… – не понимая в чём повинна, Лютя не отходила от неё.

– Прочь от меня! – не в силах подняться, 473-ья оттолкнула от себя девочку.

Продолжая глухо хрипеть, она бросала на неё гневные взгляды.

– Предательница! – огласила она «горькую правду» ей прямо в лицо.

– Славно, славно! – захлопала в ладошки Хозяйка Руин, подходя к бедняжке, которая сидела в двух шагах от спасенной ею подруге не понимая, чем она заслужила такого отношения к себе.

«До какой же степени «Дети Рины» жестоки. Они лучше умрут, но не раскроют своих Секретов…

Ха, вы целых десять лет страдали и умирали, и за что? Все ваши мучения, страдания могли вмиг прекратиться, надо было лишь сказать – Да! Но вместо этого, вы строили из себя невесть кого. Наивные вы мышата, раз не знаете, что чему быть, того не миновать…»

Ехидничала Госпожа, кружа вокруг мышек, застывших на месте.

– Увидите её к остальным! – приказала Сцилла Ловцам, всё это время охранявшим вход в её покои.

– Будет исполнено! – кинулся сам Сур руководить, чтоб на этот раз пленница не сбежала.

– А тебя… – прохрипела Хозяйка, обходя малышку со спины. – Отныне мы будем беречь, как зеницу ока, – положила она обе руки на её хрупкие плечики и сильно сжала.

– Прости, – лишь успела прошептать Лютя, когда её подругу поволокли к выходу, не удосужившись, даже поднять с пола.

– Ты совершаешь ошибку, Лютик! Как только она получит своё, от нас всех избавятся! – закричала мышка, но её голосок быстро заглушили шаги конвоиров.

– Не слушай её, Лю-тик, – зашептала Сцилла на ухо девочке.

Когда дверь за подругой закрылась, и мышка оказалась полностью во власти Хозяйки, та заставила её подняться на ноги.

– Лютя… Хорошее имя, для хорошенькой девочки… – провела она по головке малышки своими когтями. – Скажи, ты же не разочаруешь меня?

На что мышка, задрожав всем телом, закивала головой.

– И ты не обманешь, и не будешь мне лгать? – снова мышка была вынуждена дать утвердительный ответ.

– Вот и славно… Иначе мне бы пришлось прямо у тебя на глазах, одного за другим, пытать и казнить всех пленных. Не только этих «Ринцев», но и остальных детей. Ты ведь этого не желаешь?

– Я… Я помогу, – осипшим голоском еле выдавила из себя бедняжка, еле сдерживаясь, чтобы не разрыдаться от пронизывающей насквозь её сердечко нестерпимой боли, режущей без ножа.

– Отлично-о, – поцеловала её за ушком Сцилла, и отдала Суру со словами. – Теперь она твоя забота. Береги – отвечаешь за неё головой!

– Хорошо, – схватил девочку мышь и прижал к себе.

«Ты сделала правильный выбор…

Но, если хоть на доли песчинки я усомнюсь в тебе, поверь – смерть покажется тебе избавлением…»

При этих словах она достала небольшой ключик и на вытянутой руке помахала перед самым носом Ксеона.

– Не ты ли это обронил? – прохрипела Госпожа.

– Постойте… – запнулся крысёнок.

Проверив шнурок на шее, он только сейчас осознал о своей пропаже.

– Ты-ы-ы! – чуть не кинулся он на мышку, припомнив, что именно её ручки скользнули по его шее в тот самый момент, когда он сегодня приходил к ней.

– Не так быстро, мой дорогой помощничек, – жестом руки остановила его Сцилла.

«Ты уже не в первый раз подводишь меня, Ксеон…

Я дала тебе два месяца на поиски, но и здесь ты не справился…

Я позволила тебе работать над своими идеями, а в благодарность – ты на блюдечке преподнес им ключ!»

– Ты… – стала надвигаться на паренька женщина, кривя жестокую усмешку.

– Позвольте Госпожа, я всё объясню… – не на шутку испугался её бывший паж, прекрасно зная, какова Темная Госпожа в гневе.

– Смотри же Лю-тик, как я поступаю с теми, кто подводит меня, – прорычала Хозяйка Руин и одной рукой схватив парня за горло, второй потянулась к лицу.

– Правый или левый? – прошептала она, водя когтями по его щекам.

– Госпожа смилуйтесь, я виноват, простите… – задергался крысёнок, но мертвую хватку Сциллы было не разжать.

– Вот именно – виноват! – сдавила она ему горло ещё сильнее, заставив замолчать.

– Думаю всё-таки, левый! – прошептала бездушная крыса.

Выбрав цель, она оголила коготь.

– Не-е-е-е-е-ет! – завопил от нестерпимой боли Ксеон, бессильно повиснув в руках своей мучительницы.

Его протяжные душераздирающие крики не прекращались еще долгое время, и отдавались глухим эхом даже в самых дальних уголках казематов.

Лютя, не в силах стерпеть вида этих пыток, которыми Сцилла, не скрывая жестокой улыбки, наслаждалась, уткнулась в ногу Сура. Попытавшись заглушить крики, что разрывали её сердечко на части, она прикрыла ушки ладошками.

Здоровяк-мышь, наблюдавший за Наказанием с высоты своего роста, всё прекрасно видел. И даже такого чёрствого убийцу, каким он являлся, немного перекосило от созерцания того, как Сцилла лишает паренька глаза. А когда мышь почувствовал, что в него уткнулась маленькая девочка, он невольно положил ей на плечи свою большую ладонь и чуть обнял.

Для себя он объяснил свой поступок наказом Госпожи – беречь малышку. Но, возможно, за этим скрывалось что-то иное, о чем Сур еще не подозревал…

Глава 6
«Избранник Судьбы»

– Марк… Марк приди же в себя! – надрывно хрипел над мальчиком Леони, всячески стараясь привести его в чувства.

– Что случилось? – услышав истошные крики, что доносились с палубы, из трюма выскочили Батист с Афином.

– Скорее, ему нужна помощь, он не дышит! – обреченно проскрипел парень, совершенно не зная, что делать.

– А ну пошел прочь! – оттолкнув Леони, Афин кинулся к другу и упал рядом с ним на колени.

– Он… он не дышит! – прошептал рыжий мышонок и гневно бросил взгляд на длинноволосого парня. – Что ты с ним сделал? Это всё твоих рук дело?!

Сжав кулаки, он набросился на «виновника» и принялся трясти, что было сил.

– Не-е-ет! – не своим голосом воскликнул Батист, ужаснувшись ходу своих мыслей.

– Кто кричал… – послышались здесь быстрые шаги Овия, выходящего из трюма следом за ними.

– Сволочь, как ты мог! За что? За что-о-о?! – дико хрипел мальчик, ударяя Художника головой о палубу, совершенно не отвечая за свои действия.

– Я здесь не при чем. Я очнулся от хриплого дыхания, затем он… Он прокричал имя «Лютя» и резко стих, – еле выдавил из себя бедолага.

– Лютя?! – повторил мышонок, на доли песчинки замерев.

– Скорее, ему нужно помочь, – кинулся к Марку Овий.

Бросив быстрый взгляд на отек возле шеи, он сразу всё понял.

– Сестра, как только я скажу, ударь его по груди со всей силы, – прохрипел парень.

Раскрыв рот мальчику, он полез в него пальцами.

– Поняла, – села по другую руку от него Рина и, приготовившись, сжала ладошки в кулачки.

– Что вы делаете? – отшвырнул Афин от себя Леони и подскочил к ним.

– Твой брат, по неведомой мне причине, подавился собственным языком, в результате чего задохнулся…

– Не может быть! – воскликнул рыжий мышонок.

– Сейчас! – крикнул Овий, нащупав в горле язык и потянул на себя.

Недолго думая, Рина нанесла удар по груди мальчика, который совершенно не дышал и казался мертвее мертвого.

– Ещё! – проскрипел парень и за первым ударом последовал второй.

– Ещё!

После третьего – из легких мышонка вышел воздух и язык оказался извлечен из гортани.

– Полдела сделано, а теперь… – наклонился над ним Овий и набрал полные легкие воздуха

– Эй, ты чего это удумал? – чуть не бросился на него Афин, когда тот принялся вдыхать воздух в брата.

– Не глупи, – остановила его Рина. – Он знает, что делает…

«Однажды я купалась в воде. Внезапно мою ногу свело судорогой, и я пошла ко дну… А когда очнулась, мой брат лежал рядом и тяжело дышал…»

Взахлеб рассказывала мышка, пока её брат попеременно делал искусственное дыхание и непрямой массаж сердца.

– Только потом я узнала, как ему удалось спасти меня… Не бойся Афин, Овий обязательно вернет к жизни твоего друга, – всячески успокаивала мальчика девушка, позабыв что оказалась раскрытой. – Ведь так?

В порыве эмоций она сняла с головы повязку, желая утереть слезы, что так и наворачивались. Тем самым её прекрасные длинные волосы до плеч «оказались на свободе». Но никто не обратил внимание на столь неожиданный поворот событий. Все взгляды и помыслы ребят сейчас были прикованы к трагедии, разворачивающейся посреди Океана Грез на палубе небольшого кораблика.

– Ну же давай, дав-а-а-ай! – хрипел паренек, не сдаваясь ни на песчинку.

– Прошло слишком много времени, боюсь он… – проскрипел сам не свой сын картографа.

Не чувствуя под собой ног, Батист готов был рухнуть где стоял. Но страх потерять сознание сейчас, в такую минуту, позволили ему устоять. А вот дикий прилив отчаяния и ощущения беспомощности так и закрадывались в его сердечко, начиная потихоньку грызть изнутри.

– Нет! – перебил его Афин, который меньше всех желал сдаваться.

Вырвавшись из рук Рины, он сам кинулся к другу.

– Ну уж нет – я не позволю! – надрывно прокричал мышонок.

Вложив всю силу братской любви, он со всего размаху нанес такой резкий и могучий удар по груди брата, от которого даже гнилые доски палубы под ним треснули.

– Агрх! – глубоко вздохнул Марк, резко очнувшись от столь «нежного прикосновения».

– Марк, Марк! Ты жив, жив! – проскрипел Афин.

Не до конца веря, что ему удалось то, что казалось совершенно невозможным, он готов был обнять друга и расцеловать на радостях. Но смог устоять перед подобным «соблазном».

Помогая приподняться, рыжий мышонок принялся легонько стучать его по спине, чтобы друг смог откашляться.

– Кровь? Откуда? – отступив на шаг назад, посмотрел на свою руку Овий.

– Как если бы его пронзили клинком, – прижалась к брату напуганная донельзя сестра.

– Марк! Брат мой! Как же я рад, что ты очнулся. Ну и напугал ты нас… – проглотил ком в горле Афин.

Только раз обняв друга, мышонок почувствовал на себе его горячую кровь. Отстранившись, он увидел, как рана на его груди дала о себе знать и закровоточила.

– Неужели снова? – вне себя от дикого приступа страха прохрипел мальчик.

Желая как можно скорее развеять все свои самые жуткие догадки, он, особо не церемонясь, разорвал на брате рубаху. Тем самым представил взору всех присутствующих страшную рану на груди Марка прямо возле сердца, из которой не переставала сочиться кровь.

– Скорее надо её остановить, – подскочил к нему Овий.

Но тут, мышонок, неведомо откуда взявшимися в себе силами, оттолкнул парня от себя, и без чьей-либо помощи поднялся на ноги.

– Вы слышите? – прохрипел он, осматриваясь по сторонам.

– Остановись, позволь помочь, – подошел к нему друг, но оказался также «нежно» отброшен в сторону.

– Да что это с ним? – прошептал парень, лежа на палубе.

– Не знаю! Никогда не видел его таким, – отвечал Афин оказавшись рядом.

– Не плачь, прошу, не надо плакать, – прошептал Марк и сделал несколько шагов к тому, кого никто не видел, кроме него.

– Ты? – донесся до слуха тихий голос девочки. – Это всё ты виноват! – проскрипела она сквозь слезы.

– Прости, я вовсе не желал, чтобы из-за меня страдали остальные, – отвечал мальчик, перед глазами которого предстали серые скалы и маленькая мышка, сжавшаяся в клубок.

Прикрыв глазки ладошками, она горько рыдала, содрогаясь от каждого дуновения холодного пронизывающего до костей ветра.

– Никогда не прощу тебя! – зарыдала бедняжка, совершенно не зная на кого ещё излить свой гнев и страх.

– Если бы я знал, что принесу столько горя – предпочел бы погибнуть в тот день… – не своим голосом прохрипел Марк.

– Да будь ты проклят «Избранник»! Убирайся из моей головы и никогда, слышишь, никогда не смей возвращаться! – закричала девочка, да так пронзительно, что у мальчика от её крика кровь из ушей потекла.

– Будь по-твоему… Я больше не потревожу ни тебя, ни Лютю, никого бы то ещё, – прискорбно огласил паренек и сомкнув очи, упал на колени.

– Прощай, – было последнее слово, сказанное им, и малышка до слуха которой долетел его тяжелый вздох, вдруг подняла глаза.

– Постой, не уходи! Я… – прошептала она, осознав, что всё сказанное ей было брошено с горяча.

Но было уже слишком поздно. Образ Марка исчез, а сам он вновь оказался возле объятой огнем родной деревни. В ту самую роковую ночь, когда над его головой занес меч убийца в маске.

– Я готов, убей меня, – прохрипел мальчик, опуская голову.

– Да что ты такое… – хотел кинуться к нему Афин, но тут тишину разорвал громогласный голос капитана Арада.

– Не позво-о-лю-ю! – вырос он перед мальчиком и рассекая вечернюю мглу тускло светящимся в его руках чеканом, отбил клинок неосязаемого «врага».

«Я сразу понял, что Аркаим не зря послал мне парнишку… Но, чтобы ты-ы-ы!»

Прорычал крыс, и теперь уже он принялся разговаривать с невидимыми собеседниками.

– Какие бы Маски Ты не носила, какие обличия не принимала – я знаю, кто ты! – размахивая чеканом, крыс раз за разом отражал «удары» меча. – Я не позволю тебе заполучить ещё одну невинную душу! Ни сейчас, никогда-либо ещё!

Сделал капитан резкий выпад своим необычным оружием, чей наконечник раскалился донельзя.

– Убирайся туда, откуда пришла! – прорычал он, и описав круг вокруг себя, опустил рукоять на палубу.

На долю песчинки всё замерло. Затем всех озарила яркая вспышка света, которая в мгновение ока погасла. Всё вдруг стихло и Арад, тяжело дыша, упал обессиливший на колено.

– Ох уж этот Аркаим… Так и знал, что снова преподнесет мне проблем на старость лет, – прохрипел крыс подымаясь на ноги.

– Аркаим? – прошептал Овий, переглянулись с Риной.

Как и все, они оказались ошарашены тем, что только что произошло. Не понимая и капли из всего увиденного, мышата просто стояли, где кто, с широко раскрытыми глазами и ртами.

– Афин! – подозвал к себе мальчика капитан.

– Да! – словно от жуткого кошмара очнулся рыжий мышонок.

– Помоги отнести Марка ко мне в каюту.

– Но он ранен, ему нужна…

– Ему нужна помощь и только я смогу её оказать! – повысил голос крыс.

– Хорошо, – согласился паренек, никогда не видя капитана столь серьезным.

Не задавая больше вопросов, он подскочил к другу и, положив его руку себе на плечо, помог подняться.

– Капитан?! – выскочили тут из кают-компании штурман и боцман.

– Анум принимай командование, Зеб на тебе штурвал.

– Есть! – отдали честь моряки.

С нескрываемым беспокойством они проводили Арада и Афина, несшего на себе своего друга.

Тут же из кают-компании выскочили Кнур и Лесандри, оба с немного затуманенным взглядом.

– Папа! – кинулся к Мадео его сын и, уткнувшись в ноги, тихо заплакал.

– Ну-ну, не плачь… Скажи кто тебя обидел? – принялся гладить сынишку по головке отец.

– Здесь такое случилось, такое… – просто не мог найти слов для всего произошедшего мышонок.

– А теперь уходи! – прохрипел Арад, как только Афин донес друга до койки капитана, которой служила деревянная доска, прибитая к стене.

– Нет, я останусь! – твердо заявил мальчик и сложил руки на груди.

– Хорошо. Закрой дверь и слушай, – перешел на шепот мудрый крыс и кинулся к сундуку, что стоял на полу в другом углу небольшой каюты, освещаемой лишь небольшой лампадой, что висела над потолком.

«Над твоим другом и братом нависла такая опасность, по сравнению с которой Смерть – пустяки…»

– Что может быть страшнее Смерти – Чума?!

– Нет, куда страшнее – потерять самого себя! Ты когда-нибудь слышал о «Рине»? – продолжал шептал мужчина, опустошая сундук от всякого хлама.

– «Рина», это что-то вроде древней богини Эйринии? – напряг всю свою память мальчик, и ему припомнились байки аргандэйцев.

– Это не просто Богиня… Это Дар, данный нам – жителям Эйринии Основателями нашего Мира.

– Дар? – не особо понимал его мышонок.

– Для одних Дар, а для других – Проклятие… Но не в этом суть. Не знаю как, но в ту ночь, когда твой друг чуть не умер, Аркаим спас его и вернул к жизни. Хотя и не в праве был…

– А?! Хотите сказать Марка… – перехватило дыхание у мальчика.

– Не должно сейчас быть с нами, – закончил его мысль Арад, отыскав нужную ему вещь.

– Но это… – схватился за голову Афин, отказываясь верить.

– Неправильно – верно! У каждого живого Существа есть своё Время, отведенное ему на Жизнь. И никто из нас не в праве менять Правила и вмешиваться в ход жизни, – продолжил наставления мудрый крыс.

– Но… Неужели Марк… – заскрипел паренек, у которого на глазах проступили горькие слезы боли и отчаяния.

– Нет, я не позволю ему умереть! По каким-то, неведомым мне причинам, он приглянулся Ей…

– Кому ей? – шмыгнул носиком юнга, пытаясь встретиться взглядом с капитаном.

– Некоторые называют её – Смерть. Другие – Злым Роком или Судьбой… Но так или иначе, она выбрала его своим Избранником…

– Избранником Судьбы, – прошептал Афин.

– Можно и так сказать… Но пока не ясно для чего и зачем. Единственное чем мы можем сейчас помочь Марку – это сокрыть от всех то, что набирает в нем Силы.

– Как?! Скажите, я сделаю всё ради него! Руку, если надо, отдам на отсечение! – схватил капитана за ногу мышонок.

– Не нужна мне твоя рука, – улыбнулся уголком рта Арад. – Есть куда более действенное средство…

С этими словами он поднял на свет лампады разомкнутое кольцо шириной в пару пальцев, выкованное из металла, которого Афин не разу в жизни не видел. По всей площади на подобной «диковине» были выгравированы непонятные письмена.

– Что это? – потянулся к нему мальчик.

– Это Энархсис… Ты не поверишь, но когда-то подобные предметы лишали сил Эйринцев. Но сейчас, пока он будет на твоём друге… – наклонился Арад над пребывающем в бессознательном состоянии мышонком. – Помоги…

Афин без лишних слов помог, чем мог. И спустя мгновение крыс сомкнул «браслет» на шее брата.

– Он будет в безопасности, как от Неё, так и от себя самого, – прошептал капитан.

Следом раздались пара щелчков и звенья «украшения» сомкнулись.

– Его уже не снять? – осторожно провел по нему пальцами паренек, не приметив при этом место стыка – так плотно он сомкнулся.

– Нет, способ есть, но ни тебе, ни ему – я не скажу какой.

– Если так надо, я покорюсь, – не стал вдаваться в расспросы Афин, прекрасно понимая, что жизнь друга и брата куда дороже всех напрасных сомнений.

– Вот и хорошо, а теперь запомни, что я тебе скажу…

Юнга подался к капитану, и тот прошептал на ухо то, что предназначалось лишь ему.

– Ты меня понял? – сурово спросил Арад, когда «наставления» подошли к концу

– Да! – сжимая кулаки, твердо кивнул мышонок.

Как некогда он был полон решимости строго соблюдать все предписания мудрого крыса, которому отныне был обязан жизнью своего друга и брата.

– Ну тогда ступай, отдохни, – хотел препроводить мальчика капитан. – Его рана скоро затянется.

– А можно мне… – немного замялся паренек.

– Остаться? – по одному его виду, капитан всё прекрасно понял. – Ладно, но место на полу на всех у меня не хватит, – улыбнулся крыс.

– Я не сомкну и глаз! – воскликнул мальчик, решив для себя, что отныне не уснет, пока Марк не поправиться.

– Спи-и-и-и-и, – прошептал Арад.

Приложив ладонь правой руки ко лбу Афина, он неведомой силой вмиг заставил его уснуть.

Аккуратно положив мальца на пол рядом с койкой, на которой беспокойно дремал Марк, капитан принялся растирать ладони.

– Ну что ж, давненько я не проделывал подобное… Но как видно придется вспомнить молодость, – прошептал он и подошел к спасенному пареньку. – Давай посмотрим, какие «сны» не дают тебе покоя…

Растерев ладони, он приложил их к глазам и носу мышонка. Тут же от его легкого прикосновения заструился яркий свет. Он продлился всего пару мгновений. После чего угас, и в каюте капитана воцарилась полная тишина и мрак…

Глава 7
«Напасть за напастью»

Проснувшись от непривычно спокойного и безмятежного сна, Марк, широко зевая, поднялся с койки. Почувствовав непреодолимое желание вздохнуть свежим воздухом, он направился наружу. Еще не до конца пробудившись, мышонок даже не приметил своего друга, спавшего на полу неподалеку.

Оказавшись вне каюты, Марк, разведя руки в сторону, сладко потянулся. Подняв голову на небо, он сообразил, что солнце уже давно в зените. Наслаждаясь морской прохладой, что опустилась на море после ночного обильного дождя, паренек неспешно побрел по палубе.

Ему и невдомек было, что его появление заставило всех здесь присутствующих бросить свои дела и замереть на месте. Приковав к себе многозначительные взгляды, мальчик дошел до края палубы, и облокотившись о перила, вздохнул полной грудью.

– Ах… до чего же хорошо, – прошептал он и повернулся лицом ко всем.

– Что? – сорвалось с уст, когда только сейчас Марк осознал, что все не моргая смотрят именно на него.

– У меня что-то на лице? – тихо прошептал мышонок, потянувшись ладонью к щеке.

– Ты жив! Слава небесам! – нарушил всеобщее молчание Батист и первым кинулся к нему. – Ты вчера нас так напугал! Мы думали, что ты…

Шептал паренек, чуть ли не рыдая, горячо обнимая мальчика, немного смутившегося от подобной встречи.

– Батист, я, конечно, польщен, но… – прошептал он. – Нас могут неправильно понять, – кивнул мышонок в сторону «немых зрителей», немного ошарашенных столь внезапными проявлением чувств сына картографа.

– Ах да, точно, – отстранился от него паренек, залившись румянцем.

Чтобы хоть как-то реабилитироваться в их глазах, мышонок сменил тон голоса на бас.

– Ну ты, молодец, – сопроводил он свои слова увесистым ударом кулака в бок, от которого Марка всего перекосило.

– Ну как, теперь лучше? – прошептал мальчик.

– Ага, но не мне, – прохрипел бедолага, решив на всякий случай отойти от него подальше.

– Ты жуть, как напугал нас вчера, – вышел вперед Овий.

– Я? – почесал затылок Марк.

– Вначале чуть не умер, затем вел себя чудно, а после твоя рана…

– Рана? – опустил мальчик взгляд на рубашку, что была вся в засохшей крови. – Чуть не умер? – прошептал он, никак не припоминая, что с ним вчера приключилось.

– Так ты… – прошептал сын картографа.

– Простите, наверно после всего этого, я всё позабыл…

– Забыл? – резко остановился Овий.

– Да… Последнее, что я помню – это разговор с тобой, а также то, что развязал Леони, а после всё как в тумане.

– Может это и к лучшему, – задумчиво проговорил паренек.

– И это… Спасибо вам, – опустил глаза Марк, сердцем чувствуя кому был обязан жизнью.

– Ты и вправду ничего не помнишь? – подошел к нему Батист. – Как Леони обнаружил тебя бездыханным на палубе?! А затем Овий вернул к жизни вместе с твоим другом Афином. И всего того, что случилось после? – заглянул он мышонку в глаза, но встретил в них лишь пустоту и непонимание.

– Нет, – покачал головой паренек и сын картографа отстранился от него.

– Да что вы все пристали к нему?! Помнишь или не помнишь?! Самое главное – он жив и снова с нами, – раздался здесь звонкий голос помощника судового повара.

Проснувшись совсем недавно, и не обнаружив друга, он тут же кинулся на палубу и подоспел как раз вовремя.

– И то, верно, – подхватил Овий.

– Здаров, Марк! Рад снова видеть тебя на ногах, – кинулся к брату Афин и крепко обнял.

После поставил перед собой на диву всем.

– Думал так просто от меня избавиться?! И не мечтай! Даже смерть не способна разлучить нас, – похлопал он брата по плечу и не заметив, как сболтнул лишнее.

– Слушай друг, а что на меня Леони так таращиться? – прошептал Марк, заметив, как длинноволосый паренек косо смотрит в его сторону.

– Да не обращай внимание. Он, наверное, думает, что ты ходячий мертвец, – усмехнулся повеса.

– Скажи, твоя рана… Она больше не кровоточит? – следом подошла к мальчику Рина.

– Да вроде нет…

– Капитан знает толк во врачевании, это он тебя подлатал, а ещё… – не успел договорить друг, как оказался опережен.

– А это откуда? – указал Овий пальцем на браслет вокруг шеи Марка.

– А-а-а, это… – чуть замялся рыжий мышонок, подыскивая подходящие слова.

– Оберег на счастье, – раздался здесь голос капитана, стоявшего возле штурвала.

Всё это время он за всем зорко наблюдал и слышал каждое сказанное молодняком слово.

– Спасибо, капитан, – помахал ему Афин.

– Оберег?! – задрал голову мальчик, проведя пальцами по сомкнутому намертво кольцу. – А как его снять?

– А зачем? Он тебе очень даже идет… Правда же, Овий?

– Ну да, наверное, – поймал паренек на себе его пристальный взгляд.

– Ты… ты… – пересилив свой страх, наконец вышел вперед Леони.

Он казался бледнее обычного и не осмеливался подойти ближе, чем на пять еринов.

– Жи-и-и-вой? – выдавил он из себя чуть дрожащим голосом.

– Да живой он, живой! – стал тыкать Марка пальцем Афин показывая сомневающимся, что перед ними не видение.

– И ты и в правду ничего не помнишь? – чуть осмелел Художник.

– Нет…

– А то имя, что повторял перед тем, как задохнуться? – прошептал парень. – Лютя… Казалось, будто она тебе очень дорога, и…

– Лю-тя? – развел плечами мальчик, всем видом показывая, что впервые его слышит.

Своим небрежным ответом он немало встревожил брата, знавшего о ком идет речь. Заглянув в глаза друга и не увидев в них былого огонька, Афин резко перевел взгляд на Арада. Тот сделал вид, что ничего не услышал и отвернулся от них. Приметив на горизонте черную точку, он целиком и полностью переключил всё своё внимание на очередную напасть.

– Ладно, ладно не будем давить на него. Вчера выдался нелегкий денек, дадим Марку отдохнуть, – стал уводить мышонок друга прочь от всех, пока его с головой не «похоронили» в расспросах.

– Возможно ты и прав… Всё самое страшное уже позади, – выдохнул свободнее Леони и тут же осекся.

Не успели все и глазом моргнуть, как безмятежность моря нарушил громогласный грохот. Вслед за которым последовал мощный всплеск по правому борту. Как если бы целая скала обрушилась в воду рядом с кораблем.

– Только не это! – прохрипел капитан Арад, первым осознав причину произошедшего. – Пираты!

– Леони! – резко остановился помощник повара и развернулся к нему. – Ну кто тебя за язык тянул?! – прорычал мышонок.

– Что? Я? – не на шутку перепугался парень.

– Пи-пи-пи… – как лист на ветру, от кончиков ушей до кончика хвоста, задрожал всем телом Батист.

– Капитан, что происходит? – выскочил из кают-компании Лесандри с зеленым лицом, из последних сил сдерживая свою «морскую болезнь».

– Так, без паники! – оставил штурвал Арад, передав его подбежавшему Зебу.

В этот момент раздался очередной громкий грохот и новый всплеск воды окатив всех с ног до головы. Особенно досталось тем, кто стоял ближе всего к краю палубы.

– Ну надо же, а я ведь только проснулся, – утер Марк с лица морскую воду, что стекала с волос.

– Это всего лишь сон, всего лишь сон! Да я сплю, и как только проснусь, окажусь у себя дома за любимой работой, – панически шептал себе под нос Художник.

– Пи-пи-пи… – продолжая бросать испуганные взгляды по сторонам, Батист тем временем всё никак не мог накрыть это страшное слово.

– Батисия, дочка – не бойся! Я не отдам тебя им! – кинулся к мышке любящий отец и горячо обнял.

– Дочка-а-а? – как ошпаренный подскочил на месте Афин, не веря своим ушам.

– Папа, – пропищала тоненьким голоском девочка.

– Марк, ты это слышал? Батист он… он – Она! – замотал друга из стороны в сторону паренек. – Этого не может быть! Не может! Вот брат Овия – точно девка, а этот – нет!

– Я вообще-то всё слышу! – одернула мышонка Рина, прижимаясь к брату.

Оба Гостя приросли к палубе, не сводя взгляд с корабля, что быстро приближался к ним.

– Как догадался? – вытянул шею Марк.

– Да у неё же серьги в обоих ушах, а так только девушки носят! – всё не успокаивался мальчик. – Я, конечно, не сразу это приметил…

– Фи, – послышалось тихое шипение со стороны Батисии, которую слова Афина слегка задели.

– Эх, как же вы мало знаете о мышках, – усмехнулся Овий.

– Извините, но я что – единственный здесь кого волнует, что нам сейчас придет крышка?! – перекричал всех Леони.

– А ну молчать! – громовым голосом прогремел Арад, заставив всех умолкнуть. – Так, Лесандри с дочкой, не высовывайтесь из моей каюты. Остальной молодняк в трюм – живо! – скомандовал капитан и грозно топнул ногой, чем придал скорости всем мышатам.

– Капитан, позвольте помочь, – чуть задержался Овий.

– В трюм я сказал! – прорычал крыс. – И чтобы не писку, поняли?!

– Хорошо, – кивнул ему парень и помог Марку утянуть в трюм Афина, который никак не мог успокоиться.

– Как так?! Батист девушка – де-ву-у-шка! – всё надрывался паренек.

– Да угомонись уже! – всыпал ему подзатыльник Гость.

– Фуф, кажется, отпустило, – вздохнул свободнее мышонок, быстро достигнув вместе со всеми дна трюма.

– Ну и хорошо, – прошептал Марк.

– Ничего хорошего! Я же вчера при ней столько всего наговорил…. А еще, хотел наглядно продемонстрировать как в случае нужды, пользоваться морским горшком… А-а-а! – кусал ногти бедолага, бегая глазками из стороны в сторону.

– И хорошо, что не стал, – усмехнулся Овий, припомнив его вчерашний «подвиг во имя великой цели».

– Твой друг всегда такой? – прошептала Рина, смутившись при одном только упоминании вчерашней «вводной лекции» в жизнь простых моряков, что устроил им мышонок за обедом.

– Не-а, только когда дело касается красивых девушек, – сдержался мальчик, чтобы не рассмеяться вслух.

– А-а-а… Подожди, что?! – резко переменилась в лице мышка. – Получается, вчера после обеда, когда лез ко мне обниматься – ты знал, что я девушка?

От переполняющего её негодования, она недовольно сложила руки на пояс, готовая покарать наглеца.

– Догадывался, – наивно ответил Афин и пожал плечами.

– Ах ты мелкий, шкодливый негодник! Значит от осознания, что Батист девушка – тебя в дрожь бросило! А в моей присутствии – даже ухом не повел! – принялась колотить его по макушке Рина.

– Эй вы, успокойтесь! – легонько дернул обоих детей за уши Овий, чем вмиг заставил мышат притихнуть.

– Парень – девушка?! Девушка – парень?! Вам что и в правду больше не о чем беспокоиться?! – прохрипел он.

– Пираты?! Хм-м, да нам не о чем беспокоиться, наверняка они… – чуть не проговорилась Рина, но старший брат вовремя прикрыл ей рот ладонью.

– Ну что ребята, есть дельные советы? – обвел он всех мышат взглядом.

– Леони-и-и! – прошипел тут Афин поворачиваясь к мило сидевшему позади них на ящиках парню. – Ты ведь тоже знал, что Батист девушка, верно?

– Ну да, это было очевидно, – ничего не тая ответил Художник.

– Отлично, у меня идея. Отдадим им этого белобрысого!

– Что?! – воскликнул Гость, подскочив на месте от подобного «дельного» предложения мышонка.

– Ну-у, как заложник от него мало пользы, – обвел его оценивающим взглядом Овий.

– Но всё же, на что-нибудь он им да сгодиться? – подхватил Марк идею друга.

– Думаю на флаг, – освободила рот Рина.

– Как?! – побледнел бедолага.

– Точно, таких как он – хлюпиков, привязывают за руки к мачтам и пускают по ветру развиваться подобно флагу, – усмехнулся парень.

– Вы-ы-ы, ведь это не серьезно сейчас?! – с дрожью в голосе простонал будущий «стяг» и попятился от них.

– Ну всё – решено! Леони будешь нашей разменной монетой, – кинулся на него Афин.

Спустя мгновение он сшиб парня с ног и вцепился мертвой хваткой, пока тот тщетно пытался уползти куда глаза глядят.

– Вы ведь пошутили насчет флага и Леони? – улыбаясь спросил брата и сестру Марк, наблюдая за «гонкой гусеницы и кузнечика».

– Конечно нет! – скривила жестокую усмешку мышка.

– Боюсь моя сестра права – пираты не особо любят Непрошенных Гостей.

– Они что – все поголовно жестокие мучители?! – прохрипел мальчик сдавленным голосом.

– Не все… Есть среди них и те, к которым лучше даже мертвым не попадаться… Не понаслышке знаем одного Капитана… Так вот, его даже крысы боятся. А зовут его… – недоговорил парень, как с палубы донесся истошный крик боцмана.

– Это же корабль самого капитана Сорви-Голова!

– Право руля! – закричал Зеб поворачивая штурвал.

– Отставить право руля! Их корабль слишком быстроходен, нам не уйти, – огласил приговор капитан Арад.

– Опустить паруса!

– Ого, никогда не видел нашего капитана таким… Напуганным что-ли? – поднялся по тюкам и ящикам Марк под потолок трюма и стал за всем наблюдать сквозь щелочку в полу.

– Только этого нам не хватало! – прошептала Рина испуганно забегав глазками.

– Не бойся сестра, будем уповать на удачу…

– Будем уповать на милость Семи Ветров, – проговорил им в унисон Арад.

– Если этот капитан, Сорви… Что у него там? Такой весь из себя – значит, Леони нам не поможет?! – обреченно опустил голову Афин, не слезая со спины парня, которого успел изловить и повязать.

– Боюсь нам уже ничто не поможет, – обреченно опустил голову Овий.

– Не бойтесь, вы же наши Гости и мы с братом просто обязаны спасти Вас!

– Верно говоришь друг! – подхватил идею рыжий мышонок.

– Мы так хорошо скроем вас здесь, что и родная мама не найдет! – сжал ладони в кулаки мальчик.

– А папа? – тихо проскрипела Рина.

– А-а-а? – не расслышал мышонок.

– А ведь ты дело говоришь, брат, здесь столько хлама. Да мы вас здесь и «зароем»! – поднялся во весь рост Афин.

– От твоих слов у меня что-то холодок по спине пробежал, – съежился Овий.

– Не будем терять времени, скорее! – схватил Марк брата, а Афин сестру.

После чего сорванцы принялись «хоронить» Гостей под грудой хлама, которым был полон трюм корабля «Отчаянный».

– А-а-а, – проскрипел Леони не в силах подняться. – А обо мне не беспокойтесь, я и здесь полежу, авось, и не заметят.

– Отлично, дело сделано! – спустя пару минут похлопал ладонями друг о дружку Марк.

– Слушай друг, а тебе не кажется, что мы немного перестарались? – оценил Афин быстрым взглядом одну большую кучу, «аккуратно» накиданную в центре небольшого по площади трюма.

– Да ладно тебе, самое главное мы знаем где их спрятали, а остальное… – запнулся мальчик, заметив на лице брата недоумение. – Афин, мы ведь знаем где они – верно?

– Ну-у-у я… – замялся рыжий мышонок, не скрывая озорной улыбки. – Трюм такой большой, возможно, я и позабыл, где мы их оставили.

– Молодцы! Заставь дураков яму рыть – они в неё и себя закопают, – послышался здесь голос разума позади них.

– Лео-он-и-и, – скривив озорную гримасу, медленно повернулся к нему Афин. – То-то я припоминаю, что мы кого-то забыли…

– А ведь, верно – Живописец тоже наш Дорогой Гость…

– Ну раз в трюме уже нет места, может свяжем его и за борт?! – стал надвигаться на него выдумщик.

– Отличная идея! – подхватил «здравую мысль» Марк и вот уже двое мышат стали подходить ко своей «цели».

– Я всё понял, понял! – кинулся с головой в один из ближайших ящиков парень и прикрыл крышку за собой.

– Дело сделано! – свесив ножки, присел на этот самый ящик Афин.

В этот самый момент корабль сильно тряхнуло и всё в трюме перевернулось с ног на голову.

– Ну теперь здесь точно сама Морская Царица ногу сломит, – усмехнулся паренек, осматривая трюм, лежа на полу вверх тормашками.

– Эх, и моего чекана отныне не сыскать, – тяжко вздохнул мальчик.

– Не волнуйся Марк, тебе он точно нынче не пригодиться, – хотел было развить мысль рыжий мышонок, но оказался перебит братом.

– Тс-с-с, они пришвартовались к нашему кораблю, – прошипел Марк, снова забравшись по тюкам и ящикам повыше, чтобы хоть одним глазом всё увидеть.

– Порви Нос, ещё не появлялся?

– Нет, но кажется я что-то слышу…

Глава 8 «Капитан Сорви-Голова и Наследный Принц Вестии»

– Всего полгода в наших водах, а о нём уже такое рассказывают… – шептал Анум стоявшему рядом капитану.

Подобно всем членам экипажа, Арад прирос к месту, не сводя глаз с пиратского судна, чья команда на крючьях лихо подтягивал их к себе.

– Ещё никому не удавалось уйти от него… – глотая ком в горле проскрипел Кнур, держась чуть позади них. – Живыми!

– Хуже того ребята – капитан Сорви-Голова славится своей непредсказуемостью и непреклонностью, так что мы конкретно влипли… Говорить буду я, – прохрипел крыс и сделал шаг вперед.

Только он хотел раскрыть рот и поприветствовать «Дорогих Гостей», что ринулись на их корабль и даже протянули в их сторону «дружески настроенные» острия своих тесаков, как тишину разорвал громогласный грубый голос:

– Где они? Где вы их прячете?

Вслед за этим на корабль «Отчаянный» медленной походкой сошел здоровый угрюмый плечистый мышь, светло-коричневого окраса с бурым оттенком, наделенный пронзительным взглядом синих глаз и огромными кулачищами, готовыми растерзать всё и вся.

– Да-а-а, этот капитан поистине внушает ужас, – теряя голос, прошептал Марк, сквозь щелочку хорошо разглядев «гостя» и его «свиту».

– Плохи наши дела, их не меньше десятка два и все вооружены до зубов, – обратился он к Афину, который стих и также прилип к «окошку в Мир».

– Я капитан этого судна и рад приветствовать вас и вашу команду на моём… – взял слово Арад, но был самым бесцеремонным образом перебит здоровяком.

– Опустим приветствия и перейдем сразу к делу. Нам стало известно, что на вашем борту скрываются двое мышей, которых мы разыскиваем.

– Если даже так – это мой корабль, и я…

– Где они? – прогремел мышь во весь голос, не дав капитану и рта раскрыть. – Лучше вам сказать по-хорошему, иначе… – прислонил он указательный палец к горлу и жестом показал, как она будет отсечена.

– Нет! – раздался тут голос Лесандри.

Не желая, чтобы по его вине гибли другие, картограф сам показался.

– Прошу пощадите команду и моего сына! Вам нужен только я!

Как только он выскочил из кают-компании его схватили, а двое ворвавшихся внутрь моряков, вытащили оттуда сына. К тому времени Батисия снова облачилась «лихим» мальчуганом и узнать её было невозможно.

– Не трогайте его! – закричал отец, видя, как его дитя делают больно.

– Ну кто его просил лезть? – прошептал рыжий мышонок и недолго думая сорвался с места.

– Афин, постой! – окрикнул друга Марк, но того, в его благородном порыве, было не остановить.

– Я повторю свой вопрос – где они? – теряя терпение, прорычал угрюмый мужчина, внешний вид которого мало отличался от одежды обычных моряков Вестии.

Белая рубаха, штаны, камзол и обувь – ничего особенно, за исключение ткани, из которой они были пошиты. Материал казался куда более опрятным и износоустойчивым.

– Так вы?! – прошептал Лесандри, осознав, что «гости дорогие» пришли вовсе не за ними.

Но было уже поздно что-либо предпринимать. Отец и сын оказались в руках пиратов, а их жизни находились на острие клинка.

– Эй, мужик! – раздался тут голос из трюма и из него весь взъерошенный вылетел Афин. – Тебе же вежливо сказали – нет у нас ваших без вести пропавших!

– Что-о-о? – прогремел мышь и дав знак своим морякам не трогать наглеца, сам начал к нему приближаться.

– Да ты, как я посмотрю, ко всему прочему ещё и глухой, – выдавил из себя мальчик, которого стала поглощать огромная тень.

– А ты у нас храбрец что ли? Ну, так знай, герои всегда погибают первыми, – прогремел здоровяк.

Сжав в руках плечи мышонка, он словно пушинку оторвал его от земли.

– Ну раз вы не желаете сотрудничать, сразу перейдем к пыткам, – жестоко усмехнулся угрюмый моряк.

– Афин, – тихо прошептала Батисия не в силах и пальцем пошевелить, ведь ей, как и отцу, заломили руки за спину. И всё, что ей оставалось, это беспомощно за всем наблюдать.

– А можно мне последнее желание? – прохрипел Афин, болтаясь в воздухе словно тряпка на ветру.

– Ну что ж валяй, говори…

– Я почти не помню своих маму и папу… И вот теперь, перед смертью мне бы хотелось, чтобы такой как вы, обняли меня и поцеловали в лобик, – состроил крайне жалобное личико мальчик, поглядывая одним глазом в сторону трюма, но оттуда никто не появлялся.

– Шутить изволите?! Со мной такие штуки не пройдут, – загремел громовым голосом пират.

– Нет, я вправду желаю перед смертью ощутить теплоту любящего сердца, – крайне искренне воскликнул паренек.

– Может, кто-нибудь?! – обвел мышь всех моряков быстрым взглядом, а те тут же отвели глаза, делая вид, что крайне заняты порученным им делом по обыску корабля.

– Ну ладно, – согласился он, чем не мало ошарашил Афина, который уже приготовился к быстрой смерти, а тут на тебе – такое!

– Ну же Марк, пожалуйста, спаси меня, – в душе взмолился о помощи приговоренный, когда страшный мужик, прикрыв глаза и вытягивая губы в трубочку, стал клониться к его лбу.

– Я тозя хатю! – раздался тут чей-то звонкий голосок, и на судне пиратов поднялась беготня.

– А я говорю – нет!

– Хатю, хатю, хатю!

Не успели все понять причину шумихи, как на судно «Отчаянный» спасаясь бегством, вбежал мышонок, чуть младше Афина.

– Это пликас! А ну иди сюдя! – с разбегу кинулась прямо ему на спину маленькая девочка, укутанная по макушку в длинный, явно ей не по размеру, морской плащ.

Поскользнувшись на трапе, что был переброшен между двумя кораблями, мальчик упал. А малышка, повалив таким образом паренька, принялась выдергивать из его рук непонятную металлическую штуковину.

– Прошу вас капитан, успокойтесь, – прохрипел сероглазый мышонок светло-серого окраса.

После того как оба оказались на палубе «Отчаянного», обхватив мальчика за шею, мышка принялась душить его своими маленькими ручонками.

– Капитан на борту! – тут же вытянулся в соломинку здоровяк.

– Капитан?! – прошептал, не веря своим глазам Афин, которого «палач» тут же уронил на палубу.

– Ка-пи-тан?! – переглянулись Арад и его команда.

– Вот так капитан! – чуть не воскликнул от удивления Марк, оставаясь по-прежнему в трюме.

– А я тозя хатю постлелять! Отдяй луцницу! – всё не успокаивалась мышка рыжевато-красноватого оттенка, с голубенькими большими глазками.

– Приска, да успокойтесь Вы. Орудие – детям не игрушка, – хрипел мальчик, отбиваясь всеми силами от липучки, которая и не собиралась сдаваться.

– Де-тям? Дя как ты посмел меня насивать лепенком?! Боцьман Идли, взять этохо нахлого мальциску и посадить в тлюм! – повысила голосок девочка.

– Идри, его зовут Идри, капитан! – поправил её мышонок.

– Ах ты есё смеесь надя мною исдеваться! Тохда на лею ехо и потвесить на флагстёк!

– Слушаюсь! – тут же кинулся к ней Идри и разнял обоих детей.

– Наконец-тя олусие маё, – заполучила она так желанную ей вещь, и её глазки вмиг заструились искорками непомерного детского счастья.

– Пастёй Олсин, но тютя нетю полоска, – заглянула малышка внутрь полой трубки, что из себя представляло это диковинное оружие.

Она была запаяна с одной стороны и искусно расписана по всей площади витиеватыми узорами.

– Я Орсин!

– Я тяк и сказяла – Олсин.

– Ах, ну ладно, – стал подниматься на ноги мышонок, отряхивая свой плащ, накинутый поверх рабочего фартука мастерового и штанишек свободного покроя.

На мальчике красовались узкие сапоги из мягкой кожи, без подошвы. Подобно тем, что носили бравые моряки, что наводнили корабль «Отчаянный».

– А я вам говорил, что выстрелов не будет, порошок закончился. Да и Ручница эта – всего лишь образец и…

– Стё-ё? – с силой девочка отшвырнула её и надула с обиды губки.

Отлетев в сторону, эта штуковина чуть не придавила Афину руку.

– Ну ты и вледина! На лею ехо, зиво!

– Так точно! – удалился на корабль пиратов суровый боцман, прихватив с собой Орсина под мышкой.

Афин смекнув, что никто больше над ним не стоит, решил действовать.

– И где же тот грозный, беспощадный капитан… – взял он слово, выпрямившись во весь рост. – Которого боятся во всех пяти морях?!

– Я тють! – подняла ручку мышка, не понимая, что паренек решил с ней поиграть.

– Говорят он беспощаден… – начал ходить из стороны в сторону озорник, положив ладонь ко лбу, дабы лучше рассмотреть капитана.

– Дя, этя я! – прыгала на месте девочка, поднимая одну ручку над другой, пытаясь вытянуться и попасть в поле зрения мышонка, который специально смотрел чуть вверх.

– А ещё говорят, он ужасен в гневе…

– Не тё слёво!

– Ну, где же он, где?

– Да тютя я, тють!

– Эх, запамятовал, как же его прозвище…

– Солви-Холова – этя я!

– Сорви… Порви… Нет!

– Солви-Холова!

– Нос утри… тоже нет!

– Да Солви-Холова, ты стё глюхой?!

– А-а-а точно, вспомнил – Сомни бока!

– А-а-а! – завизжала малышка и к ней крайне обеспокоенный, бросился боцман, с ношей подмышкой.

– Идли, этохо нахлеца тозя на лею, зиво!

– Кажется доигрался, – усмехнулся рыжий мышонок и был подхвачен под вторую руку здоровяком.

– Афин, – кивнул приятелю по несчастью паренек.

– Орсин, – ответил ему мальчик.

– Скажи и как ты терпишь эту избалованную, визгливую девчонку?!

– Стё ти тям скасял? – прохрипела мышка, сжимая кулачки.

– Нитё особенного, – передразнил её проказник.

– За болт, обоих! – негодуя пуще прежнего, затопала она ножками по палубе.

– Бе-да, – прохрипел тут Марк осознав, что пришел момент, когда без помощи другу не обойтись.

– Э-э-й Леони, вылезай давай, – быстро спустившись со своего «наблюдательного поста», мышонок пнул ящик, в котором тот отсиживался.

– А-а-а? Они ушли? – показалась голова парня.

– Скажи, ты же со всеми девушками способен найти общий язык? – хитро прищурил глазки мальчуган, обдумывая план спасения брата.

– Ну-у-у, не буду хвастаться, но я в этом…

– Отлично, – за шиворот вытянул его из укрытия Марк и потянул к выходу.

– Да в чём дело?

– Капитан пиратов – девушка! И раз ты у нас такой спец по ним – выручай, – вытолкнул он его первым из трюма.

– Не так грубо! – отряхнулся парень и стал приглаживать челку, готовясь к первому зрительному контакту с «целью».

– Да ты издеваешься! Она же ещё совсем ребенок! – запротестовал Леони, оказавшись на свежем воздухе спустя пару песчинок.

Но тут к нему со стороны спины подскочил Марк, заломил руку и прошептал на ухо:

– Боишься не справиться?

– Причем здесь это?!

– Помалкивай лучше и подыгрывай.

На что Художник судорожно закивал, еще не осознавая во что его готовились втянуть друзья-мышата.

– Стойте! – прокричал Марк, тыча в спину парню чем-то похожим на лезвие кинжала, а по сути – куском деревяшки, что прихватил с собой из трюма. – Ещё один шаг и ему конец!

– Ура-а-а! – воскликнул Афин. – Я умру не первым, – закончил он свою мысль, чем заслужил крайне недоумевающие взгляды Орсина и Идри.

– А нам-то что?! – прорычал боцман, заметив, как капитан немного опешила.

– Ха-ха-ха, какие же вы глупые! Ведь перед вами никто иной, как Наследный Принц Вестии – сам Леонари Арадис Афинус Кнурский, – на ходу придумал ему имя мышонок, взглянув на всех друзей.

– Кто-о-о? – переспросили его все вышеперечисленные, раскрыв от удивления рты.

– Мы похитили его прямо с бала и собирались потребовать выкуп. Но раз вы захватили наш корабль, мне ничего не остается, как замести следы и… – призадумался Марк.

– И-и-и, – прошептал Леони, вообще ничего не понимая.

– И-и-и?! – прохрипел Арад, вытягивая шею.

– Убить его! – воскликнул мальчик и тут же воцарилась тишина.

«Ну чего молчишь, наследный Принц? Подыгрывай, а то нам всем конец».

Прорычал ему на ухо Похититель.

– Спа-а-си-и-и-те-е, – крайне истошно выдавил из себя Леони, да таким писклявым сдавленным голоском, что ни у кого из пиратов не осталось сомнения, что перед ними изнеженный донельзя Наследный Принц.

– Ухти, настоясий плинц! – воскликнула Приска и хлопая в ладоши, подскочила к боцману. – Идли, Идли! – потянула она его за камзол. – Хатю плинца, хатю, хатю!

– Да хорошо, хорошо, – шепотом ответил ей здоровяк. – Так чего вы желаете? – прогремел в сторону парня угрюмый мышь.

– Половина выкупа и безопасность для меня и моей команды!

– Условия может выставлять только капитан!

– А я и есть – Капитан! – задрал мышонок нос. – Или вы, бездари, подумали, что эта старая, сморщенная крыса, капитан. Ха! – усмехнулся мальчик и, бросив Леони, подошел к Араду.

– Мы тебе не верим!

– Будь он капитан, разве смог бы я сделать так?! – демонстративно пнул он крыса под зад. – Или так! – подпрыгнул ближе и потянул к себе за ухо.

– Марк, после – я тебя лично закопаю, – прорычал Арад.

– Согласен, но пока… – указал он взглядом на «публику», что ожидала продолжения.

– Прошу капитан не бейте меня-я-я, – прохрипел жалобно крыс, чуть склонившись перед мышонком.

– Марк, дай ему ещё пинка под зад, за меня! – воскликнул тут Афин.

– Да без проблем! – ещё раз пнул мышонок настоящего капитана под тихие смешки его команды.

– Так что, отпустите моего помощника и…

– Капитян Малк?! Ухти, хатю и ехо тозя! – прошептала радостно малышка.

– Ну так что, мы договорились? – положил Марк ногу на Леони, чтобы тот не уполз ненароком.

– Нам надо… – задумался Идри.

– Сохласны! – перебила его мышка. – Выхуп твой, плинц мой!

– Она хоть понимает, что говорит? – прошептал Объект Торгов.

– Будь благодарен, Принц, – надавил на него мальчик.

– О всемилостивейшая прекрасная Госпожа! Я даже не знаю, как вас отблагодарить за своё спасение… – завел «свою песнь» парень, подняв на неё бархатный взгляд своих чарующих голубых глаз, что не раз вгоняли девушек в краску.

– Зятё я зняю, – перебила его Приска, на которую он подействовал иначе. – Идли, таси ехо в маю каютю! Мне не телпится с ним поихлать!

– Марк, не оставляй меня с ней наедине! Кто знает, что она задумала-а-а, – шёпотом взмолился бедолага.

– Слышал бы тебя Афин, со смеху бы лопнул. Чтобы сам Леони – да боялся девушки… – усмехнулся мышонок.

– Прошу-у-у, – сложил руки парень.

– Хорошо. Капитан, раз это мой пленник, я бы хотел…

– Воть и отлицно! И ехо тозя хо мне!

– А!? – не успел удивиться мальчик, как их обоих, схватив под локотки, уволокли на пиратское судно парочка бравых моряков.

– Постойте, мы же договорились – безопасность моей команды…

– Дя не фальнуйся ци! Ницехо с ними не слутиться в тлюме моехо колабля, – задорно проговорила девочка, хлопая в ладоши, никак не нарадуюсь таким чудным игрушкам.

– А я все-таки фальнуюсь, – прохрипел Марк, глотая ком в горле.

– Прощай, брат и пускай Земля будет тебе пухом, – проводил его хитрой улыбкой друг.

– Афи-и-и-н! – было последним, что успел прокричать мышонок, прежде чем ему и Леони на голову накинули мешки и повязали руки.

– Капитан Приска, а я? Вы меня простили? – взмолился Орсин, подымаясь на ноги.

– Дя, ты плосён. В тлюм ехо, к остальным!

– Стойте, что… – недоговорил мальчик, как и ему на голову накинули мешок.

А затем и всех членов экипажа «Отчаянного», а также двоих Гостей, настигла та же страшная участь…

Не прошло и пары минут, как Марка и Леони силой приволокли в каюту капитана и привязали по рукам и ногам к стульям.

Не проронив ни слова, их конвоиры удалились. Затем воцарилась, давящая на уши тишина.

– Эй Леони, ты здесь? – тихо прошептал мальчик, сидя на стуле с мешком на голове.

– Здесь я, здесь… Вот только не знаю, где, – явно нервничая прохрипел парень.

– Ну как говорит мой друг Афин в таких ситуациях: «Хуже уже не будет».

– Тс-с-с, обычно после этих слов и становится хуже.

– Ну за то, мне не пришлось тебе лгать, – усмехнулся Марк.

– Ну спасибо, – тяжело вздохнул Художник. – Лучше бы я остался дома, – прошептал он себе под нос.

– Так зачем увязался за нами?

– Ну-у, я… это, – замямлил «Наследный Принц Вестии». – Думаю сейчас не лучшее время для откровений…

– Напротив! Вот, например, я всегда завидовал тебе…

– Завидовал?!

– Ну-у-у, не сразу…

«Когда я впервые увидел расписные стены в таверны Лестии, у меня дух перехватило и появилось жгучее желание увидеть собственными глазами Создателя сего Чуда…

Спустя время я узнал, что Автор Полотен простой юноша ненамного старше нас с Афином. В тот момент мое сердце защемила глухая боль, и я так и не осмелился подойти к тебе и пожать в благодарность руку…»

– Почему?!

– Кто Ты, а кто Я…

– Поясни…

– Я простой мышонок без племени и роду… И кроме друзей – ничего не имею… А ты… К своему возрасту уже смог добиться чего-то в жизни…

– Эх, Марк… – закачал головой парень. – Насколько же ты глуп, раз не понимаешь своего счастья… Ведь друзья – это то, чего у меня…

Не успел Леони довести мысль до конца, как послышался скрип открываемой двери и последующий за ним звонкий голосок капитана.

– Плостите зя озидания! – задорно воскликнула малышка, с грохотом входя в каюту.

Вне себя от переполняющего её счастья, она вприпрыжку направилась к «Гостям».

– Идли снимай… Ох – неть! Пахади…

С этими словами девочка принялась крайне шумно возиться совсем рядом с мышатами, явно поудобнее и поэффектнее устраиваясь на своём месте.

– Тепель мозня, – скомандовала она спустя минуту.

Стоящий рядышком боцман беспрекословно повиновался и сорвал с обоих «Дорогих Гостей» капитана Сорви-Голова мешки.

Ослепленные ярким светом, проникающим в просторную, богато украшенную капитанскую каюту сквозь большие окна, друзья по несчастью на доли песчинки оказались ослеплены. Зажмурившись и обведя всю обстановку беглым взглядом, они впились широко распахнутыми глазами в виновницу всего затеянного.

К тому времени девочка мило устроилась полулежа на большом деревянном резном стуле, больше походившем на трон.

Положив под голову ладошку, она свесила ножки с подлокотника. Раскачивая ими, мышка обмахивала себя своей большой великовозрастной капитанской шляпой, что сняла с головы. При этом девочка обнажила короткие волосы на голове, что торчали во все стороны и были явно не причесаны.

На малышке красовалась милая детская рубашонка, заправленная в полосатые штанишки, доходившие до колен. На плечиках юного капитана был накинут камзол нежно-голубого цвета с одним рядом пуговиц. Ножки прикрывали высокие сапожки с застежками за место шнуровки.

Мышка рыжевато-красного окраса с большими голубенькими глазками, казалась сейчас не такой уж заносчивой малявкой, какой явила себя на палубе. Но это лишь – казалось. Ибо последующей своей фразой она вмиг развеяла сияние милой послушной девочки вокруг себя.

– Ну стё, мои иглуски, плезде тем мы наснём, дафайте поетим, – задорно захлопала она в ладоши.

Стоящий подле неё здоровяк Идри снял крышку с подноса, что был здесь всего один и лежал на столе напротив капитана.

– А-а, нам? – выдавил из себя Леони, с жадностью смотря на все те угощения, что предстали их взору.

Пропустив мимо ушей подобное «нелепое замечание», мило причавкивая, мышка принялась уписывать за обе щеки всё содержимое подноса.

– Капитан, вы крайне гостеприимны к своим Гостям, – глотая слюну подметил Марк, и сам бы не прочь перекусить.

– Дя-я, я тякая, – задрала она носик кверху. – Вам оказяна феликая тесть, плисутстфофать пли моёй тлапезе.

– Мы крайне польщены, – крайне учтиво поклонился мальчик.

– И откуда в такой маленькой мышке столько чванства?! – прошептал Леони сидевшему напротив товарищу по несчастью.

– Тяво-о он скасял?

– Его Высочество, Принц Вестинский, немного не привык к подобного рода гостеприимству, – выкрутился Марк.

– Ах, плостите, Идли, – взглянула девочка на боцмана и тот, на полном серьезе, пододвинул их стулья ближе к столу.

Он даже оказался настолько любезен, что повязал ребятам слюнявчики, дабы «Господа» ненароком не запачкались от слюней, что стекали из их открытых ртов.

– Вот спасибо-о-о! – прошептал Похититель Принца, еле сдерживаясь, чтобы не запротестовать вслух.

– Нет серьезно? Да вы издеваетесь! – сорвалось с уст Леони возглас недовольства.

– И не дюмала, – захлопала капитан своими бархатными глазками. – Ню не беспохойтесь, сколо начню…

– Что простите – издеваться начнете? – усмехнулся юный Гость капитана, понимая её слова с иронией.

– Неа, пытьками зафетуеть он, – указала девочка на Идри.

Разминая кулаки, угрюмый мышь недобро сверкнул глазами в сторону «сотрапезников» девочки.

– А я – сяма доблята! – улыбнулась малышка своей искренней детской улыбкой.

– Казысь, нам клыска, – глотая ком в горле, кивнув Принцу Марк.

Парень к тому моменту стал безмолвнее рыбы, поймав на себе пристальный взгляд здоровяка, одними глазами ломающим мышатам хребет…

Глава 9
«Забавы маленькой Принцессы»

– Скажи, Олсин… – взял слово Афин оказавшись вместе со всеми членами экипажа «Отчаянного», а также Гостями, в одной «лодке».

Обстановка здесь крайне отличалась от трюма на их родном судне. Здесь было очень чисто, сухо и довольно светло. Вдоль стен находились стулья, которые «Дорогие Гости» и позанимали, не зная, чем себя занять.

– Орсин, моё имя, – поправил его ничем не примечательный мышонок серого окраса

Ну кроме своей одежки, что явно была не морского кроя, а больше подходила для кузнеца или мастерового.

– Прости, ваша капитанша все уши прошепелявила, – потер уши мальчик.

– Приска… Она… Просто ещё не выговаривает букву «р», – встал на её защиту паренек, который был младше Афина примерно на полгода.

– Прости, прости… Вижу, она тебе не безразлична?! – перешел на шепот повеса, подсаживаясь к нему поближе. – Ну скажи, вы хотя бы за ручку уже держались?

– Что? Я не… О чем это ты?! – вскочил с места Орсин, явно загнанный в угол подобными расспросами.

– Ладно, ладно, успокойся! Я же пошутил, – посадил его на место рыжий мышонок. – Скажи лучше, что теперь нас ожидает?

– Ну-у, обычно, всех кого мы ловим, мы отпускаем…

– Вы слышали, друзья?! Они нас отпустят, – перебил его Афин восторженным восклицанием.

– Прямо с палубы, посреди моря, – договорил мальчик и у крикуна лицо перекосилось.

– Да, помощник капитана, отличная новость! – усмехнулся Кнур.

– Выше нос ребята! Наш капитан что-нибудь придумает, – сжал кулаки озорник, решив всех приободрить.

– Ага, обязательно будем в это верить, – подхватил общий настрой Арад, пожирая мальца взглядом. – А после, когда мы все пойдем ко дну, я вас первыми утоплю, – прохрипел крыс, чем в конец заставил своего подопечного съежиться.

– Ха, ха, ха… Ну и шуточки у вас, юнга, – сдавленным голоском пропищал Афин.

– Юнга?! – сжал кулаки мужчина, воочию представляя, как сжимает шею обоим самозванцам

– Скажи… – проглотил ком в горле рыжий мышонок, и подобру-поздорову поспешил отвернутся от испепеляющего взгляда Арада. – А что ждет моего друга в руках вашего капитана?

– Ничего хорошего, – печально опустил взгляд Орсин.

– А можно чуточку поконкретнее?

– Когда Капитан не в духе, она связывает того, кто провинился и…

– И-и-и?! – пропищал Афин, видя, как его собеседнику больно о подобном вспоминать.

– И заставляет смотреть… Как она ест! – выкрикнул бедолага, прикрывая со стыда глаза.

– А-а-а! – нервно закивал паренек, у которого челюсть потихоньку стала «отваливаться».

– А потом, потом… Она заставляет… – перешел на хрип маленький пират.

– Мыть за ней посуду?!

– Хуже!

– Хуже?! О нет! Ну что же может быть хуже этого?! – взмолился лжепомощник лжекапитана, играя из себя крайне сочувствовавшего его горю парня.

– Она… она… Заставляет играть с нею… – проскрипел мальчик.

После этих слов рыжий мышонок и вовсе рухнул на пол. Продолжая сидеть подле плачущего Орсина, он из-за всех сил старался прямо здесь и сейчас не лопнуть со смеху, что так и подступал волнами.

– Играть с ней?! Какая же она жестокая! – закрыл себе рот Афин, подавляя дикий хохот кашлем. – Кхе… Кхе…

– Не то слово! Словно мы для неё не живые мыши, а её игрушки. Она… она… Заставляет переодеваться в девичий наряд, а после, после… – силился довести свой рассказ до конца бедолага, пока невольный свидетель его стыда бился в конвульсиях, живо представляя Марка в пестром наряде девочки.

– Мы играем… В Дочки-Матери! – почти шепотом проговорил Орсин, чем заставил проказника взорваться.

– Ха-ха-ха! – заржал он, что было сил и покатился по полу, ударяя себя кулаками в живот.

– Просто жуть какая! Какие же страшные пытки она применяет, – подметил тут Зеб, которого от всего услышанного передернуло.

– Не зря её прозвали Сорви-Голова! Она кого угодно заставит сойти с ума, – подытожил Арад, который в отличии от ухихикивающегося помощника повара воспринял слова мышонка с сочувствием.

– Не обращай внимание на него. Он немного, того, – подсела к мальчику Батисия и утерла ему нос своим платочком.

– Немного того?! – остановился тут же рыжий мышонок и резко замер на месте.

– Порой девочкам трудно проявить то, что у них на сердце в открытую… Вот они и стараются всячески скрыть свои истинные чувства под масками… – нравоучительно завела разговор девушка.

– Не понимаю, – поднял на неё мокрые от слез глаза Орсин.

– Она хочет сказать… – поднялся с места Афин и с совершенно серьезным лицом огласил. – Что ты ей не безразличен! И она, желая выказать свои чувства, заставляет тебя… Кхе…

Запнулся тут мальчик и к нему снова вернулась волна смеха.

– Она… кхи-кхи… Подвергает… кхи… Тебя, таким просто чудовищным… кхи-хи… Пыткам, – еле сдержался он.

– Афин ты прав, она… – перевела на него взгляд мышка, но тот, от рвущегося наружу смеха заливался слезами и трясся всем телом.

– Какие же чудовищные пытки выпали на твою голову, и я… Я просто не могу сидеть здесь и ничего не делать! – опустил голову проказник.

Уже не в силах сдержаться, он как зальется звонким смехом, столь заразительным, что лишь раз взглянув на него, Орсин заулыбался.

– Что это с ним?

– Дурак он, и не лечится, – ответила девушка с укором в голосе, но пареньку было уже всё равно.

– А-а-а! – тяжело дыша, не зная куда деться, он кинулся к двери, что была заперта и принялся барабанить в неё руками и ногами.

– Пустите меня! Я больше не выдержу! Я тоже хочу познать все «муки» игры в Дочки-Матери! – кричал мальчик сквозь смех.

– Кажись пареньку совсем голову напекло, – подошел к дочери Лесандри и заслонил её собой.

– Что за крик? Чего орете? – вбежал в трюм молодой моряк, широко раскрыв дверь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.