Георгий Ёжиков
Записки Ё

Так будут последние первыми, и первые последними, ибо много званых, а мало избранных.

Евангелие от Матфея, глава 20 стих 16

Посвящаю моим родителям и моим друзьям

Предисловие от издателя. Как я их нашел, или свободное высказывание свободного человека

За время своего пребывание в сем бренном теле мне удалось сменить несколько профессий. Одна из них привела меня в этом году в начале октября, когда здесь уже выпал снег, в приют для бездомных деревни Ашуркино Пушкинского района Московской области, километров 100 к северу от столицы. Нет, не в качестве бездомного, прости Господи, да не сбудется это надо мной, а так, исследователя, журналиста, социолога. Была там еще пара писателей и деятелей культуры местного разлива. Нас встретил утром здоровенный детина двухметрового роста c длинными, крепкими ручищами, Николай и назвался помощником епископа Диодора, который и организовал этот приют.

Вместе с Николаем был уже его помощник – охрипший и осипший от трудов праведных «надзиратель», как его любовно называли сами бездомные – Борис. Он командовал бездомными на месте. Борис был Николая постарше, хоть и гораздо меньше ростом, и впечатление производил нрава веселого, но и способного спросить с провинившегося по самому строгому счету. Он ходил перед нашей группой и размахивал руками, показывая местные достопримечательности:

– Вот эта церковь уже построена, – хрипел он, указывая на красивую деревянную церквушку человек на сто максимум, – а вот та, – показывал он на белую повыше, – пока не отапливается, там еще в алтаре работы идут!

Действительно, на огороженной территории приюта стояли две церкви, а позади них – один двухэтажный барак, в котором и проживали бездомные. Перед бараком был большой хлев, где топталось восемь коров с бычком, а за бараком – поле, за полем лес. Бездомные целый день копошились на хозяйственных работах. Сейчас они растаскивали откуда-то взявшуюся посреди поля кучу досок, видимо, остатки разрушенного здесь дома, и рубили их на дрова, которые санями тащили в свою «обитель».

Мы зашли в теплую церковь. Николай объяснил, что храм целиком и полностью построен здешними обитателями приюта.

Денег на строительство не было, так что собирали с народа по копейке. Отец Диодор окормлял еще девять приходов и три часовни. Этот приют он задумал изначально, как только появился в этих местах десять лет тому назад. Еще у него в пастве значилась местная бригада ВДВ.

Церковь действительно была хороша. Темного дерева иконостас был украшен красивой резьбой, покрытой лаком. Иконы были все в одном стиле и свеженаписанные. Только по бокам нефа висели старинные ростовые образы Сергия Радонежского и Николая Чудотворца. Там же мы заметили маленькую иконку Николая Второго без семьи с частичкой его шинели.

– Откуда это? – поинтересовался я.

– Это отец Диодор знает, у него спросить надо! Он много чего собирал, там и переписка есть, ордена и медали.

– А где он сейчас, отец Диодор?

– Обещал подъехать! – Николай показывал длинными руками то на одну святыню, то на другую, рассказывая взахлеб о достоинствах своего епископа. – Он сам-то не местный, когда появился здесь, еще епископом не был, только простым иеромонахом, а сейчас уже больше десяти церквей построил, военную часть окормляет! А этот приют с самого начала он задумал. Сначала мало народу было, потом подтянулись. Сейчас человек 30 живет. Мы их иноками называем. Они ж у нас оторваны от мира. Тут за забор нельзя выходить. За дисциплиной Боря следит, – он показал на Борю, и тот заулыбался.

– А вообще-то, – продолжил Николай, – мы здесь монастырь делать будем!

– А кто ж монахи? Где брать будете? – поинтересовался кто-то.

– А вот они и будут монахи! – заулыбался Николай своей простой мужицкой улыбкой и показал в сторону барака. – Мы из них и будем монахов делать! Так отец Диодор и задумал!

Я удивился:

– Вы что, считаете, что они достигли такого духовного уровня, чтобы стать монахами?

– Ну, мы работаем над этим! – продолжал улыбаться Николай.

Кто-то снимал его на фотоаппарат, и ему это явно нравилось. Он бы хотел рассказать что-то еще, но тут в разговор вступил Борис:

– Видите этот иконостас?

Мы кивнули:

– Очень красиво. Где заказывали? Кто делал?

– Вот то-то и оно! – радовался Борис. – Тут алкоголики, тунеядцы, вся наша шатия братия постаралась. Каждый, кто нож в руках держал!

– Да, красота!

– Икотностас такой он миллиона два стоит, – пояснил Николай. – Откуда у нас такие деньги? Вот сами и резали!

– Что ж, они, художники что-ли? – вырвалось у меня.

– Был тут один художник Гоша, Георгий, царствие небесное, а остальные так, сами научились. У нас быстро всему учатся!

На улице Борис рассказал, что этот Гоша-художник прибился к ним год назад и прожил здесь до самой смерти. Появился он без паспорта, без жилья, как и все здесь, после скитаний по вокзалам и, как он говорил, «добрым людям». Лишь папка под мышкой, а в них какие-то бумаги. Гоша имел вид спитой, но интеллигентный, работал когда-то художником на Мосфильме, чуть ли не с самим Рязановым. Но проклятая русская болезнь довела его до сумы, хорошо хоть не до тюрьмы. Потерял он и работу, и жилье. Квартира у него была где-то в Сокольниках. Каким-то образом, он ее лишился. Может, банку задолжал по кредитам, а, может, жене оставил, неизвестно. Об этом он не рассказывал. Некоторое время жил на Мосфильме в павильонах, потом и оттуда выгнали. Положение это его не сильно угнетало. Всегда было кому его приютить ввиду прошлых заслуг. Гоша к появлению здесь был лет 50-ти или чуть более того, очень начитан. Любил подолгу уединятся с книгой, которых собрал здесь целую библиотеку. Ради него оплачивали интернет. Купили ему для этого ноутбук, на котором он показывал всем скачанные православные фильмы и печатал свой дневник, который никому не давал и не читал вслух. Этот свой дневник Гоша незадолго до смерти распечатал на А4 и вложил в папку Дело №, где уже было написанное ранее.

Пить он бросил, так как на территорию проносить было нельзя, и за забор не выпускали. Попросили его помочь с иконостасом, он и согласился. Делали его четыре с лишним месяца. Забыв самого себя, Гоша прямо светился весь от радости! Бригаду собрал из своих. Работа спорилась, и недавно они его закончили. Собрали немного денег и отправили Гошу в город за новыми фильмами в награду за работу, заодно и прикупить соли и муки. Доверие ему уже было полное.

Гоша на эти деньги, видать, выпил немного, а затем стал просить подаяние у станции, чтоб не опозориться по возвращении назад. Там его местные бомжи и поколотили. У станции он пролежал в канаве всю ночь, и сердце остановилось. Похоронили его недавно, недели две назад.

– Хороший был человек! Образованный! – вздохнул Боря и перекрестился. – Царствие небесное! Какой иконостас сделал, а с привычкой своей совладать так и не смог!

Могила Гоши была за теплой церковью. На деревянном кресте из такого же лакированного темного дерева была прибита табличка, а на ней написано:

«Здесь покоится раб Божий Георгий, художник. Вечная память!»

Ни фамилии, ни года рождения указано не было. Об этом он никогда не говорил сам, а его и не спрашивали.

Я поинтересовался, нельзя ли посмотреть его дневники.

– Это только с благословения епископа, – ответил Борис.

Мы зашли в хлев с коровами, где резко запахло деревней и теплым навозом.

– К нам люди приходят в основном с раковыми заболеваниями! – объяснял Николай, жестикулируя, и его огромные руки не помещались под низкими потолками. – Рак желудка, еще чего, а от чего все это? От экологии, от продуктов. Мы им натуральное молоко даем, а они его пить не могут! Несварение! Это ж до чего людям природу испортили, что они натуральное молоко пить не могут!

Коровы не дали нам долго греться в хлеву, начав обычное свое дело обмена натуральных веществ с той самой природой, да так рьяно, что мы гуськом аккуратно выскочили из этого заведения, смеясь и подбадривая друг друга.

– Детством пахнет! Вот она, правда-то где, Родина! – только и крикнул кто-то из наших и тут же наступил ботинком в навоз, смачно выругавшись.

Мы подошли к жилому бараку. Отсюда было видно грязновато-белое поле со свежевыпавшем за ночь тонким слоем снега и копошащаяся кучка обитателей приюта. Они медленно растаскивали какую-то рухлядь и погружали ее в сани. От кучи тропинка чернела до деревянного сортира метров в ста от фронта работ. Одни из таких нагруженных саней тянул в нашу сторону молодой парень в надвинутой на лоб шапочке. Затащив сани в калитку, он продолжил тянуть вдоль стены барака.

– А можно с ним поговорить? – спросил один из наших с фотоаппаратом. – Я запишу небольшое интервью.

Борис коршуном уставился на доходягу и скомандовал:

– А ну, бросай сани и иди сюда!

– Строгий! – улыбнулся Николай. – Ничего, они его за это уважают.

– У меня не забалуешь, – подтвердил Борис. – Откуда сам? – спросил он подошедшего парня с распухшей половиной лица, которая делала его ассиметричным. Его грустный вид напоминал допрашиваемых в полиции мелких жуликов, когда их показывают по телевизору.

– Из Пушкино, – процедил вчерашний бомж.

– А что с лицом?

– В аварию попал, – нехотя ответил парень.

– А че без жилья?

– Выгнали. Родственники, брат с женой.

– А ты в суд подай!

– А у меня денег на суд нет.

– Понятно. А здесь нравится?

Все невольно засмеялись, так как понятно, что было бы, ответь парень «нет».

– Здесь хорошо, коллектив! Кормят, тепло, – пробурчал парень вполне искренно.

– Да живут на всем готовом! – похлопал его по плечу Борис. – Ладно, иди работай!

Парень поплелся обратно к саням.

– Божьи люди! – выдохнул Борис и улыбнулся.

Мы поднялись в барак осмотреть жилое помещение. Оно было на втором этаже. В комнате с койками стояла массивная печь-буржуйка в виде горизонтальной бочки с трубой через крышу.

От нее по бараку распространялось такое тепло, будто тебя ласково обнимали шерстяными мягкими рукавицами. Я разомлел. Над печкой сушились носки, одежда, кровати аккуратно заправлены. Ничего лишнего.

– Вот, – говорил Николай, – Натуральное тепло, где его теперь найдешь? Нету, а здесь пожалуйста!

– Хорошо тут, – заметил я. – А дневальный есть?

– Ну, у нас тут не как в армии прям. Тут они сами разбираются, кто у них старший, кто дневальный. Мы никого не назначаем. Люди же разные приходят. Бывают и одержимые бесом тоже.

Мы переглянулись.

– Да, – подтвердил Николай. – Жила тут одна женщина, потом с ножом стала на всех бросаться. Пришлось ее проводить отсюда.

– А бывает, кто уходит?

– Нет, таких еще не было, – ответил Борис. – А вот у нас картошка заканчивается, вот это тема, – перевел он разговор на другое. – Теплых вещей тоже дефицит!

– Да, – оживился Николай. – Вы там напишите, что, если кто пожертвует нам продукты какие-то простые или вещи теплые, то… – он задумался, какой бы оборот вставить. чтоб закрутить фразу поблагочестивее. – Господь… ну, в общем, – он замялся, и нам всем стало его жалко. – В общем… ну, Господь его не забудет, как-то так! – закруглил он и смущенно улыбнулся. И от этой улыбки вдруг всем присутствующим стало ясно, что это очень хороший человек.

Через часик подъехал сам Диодор. Невысокого роста, но и не маленький, с хриплым, словно осипшим с надрывом голосом, он говорил, глядя куда-то в пространство, будто над нашими головами было написано что-то таинственными огненными буквами, которые он и читал. Можно было задать самый интимный вопрос, типа: «а туалет у вас здесь где?», епископ посмотрит куда-то вдаль и тем же тоном, что до этого рассказывал о святых, пояснит дорогу к туалету. Голос его был всегда на одной интонации, хриплой и высокой, видимо, он сорвал его на амвоне или читая проповеди в военной части, так же разглядывая огненные буквы.

Я понял, что это человек-волна, человек-слово, а слово бе Бог. Там словно бы не было уже человеческого, а только лишь потустороннее, небесное. Но это впечатление оказалось обманчивым. Сидя за чаем в домике, он уже более нейтральным тоном поведал нам о перипетиях своей борьбы с местным музеем, где неподалеку у него была церковь. Музей был Тютчева, а церковь с приходом стояла на территории музея в ограде.

Дама, смотрительница музея, хорошо нам всем известная, была в некоторых неладах с епископом. Эстетствующее начало смотрительницы музея не совпадало с ортодоксией. Более того, за 50 лет служения музею, ей пришлось хлебнуть столько унижений и трудностей, включая мизерную зарплату, что страну эту она не очень любила. Обида в глубине души не позволяла ей считать русское национальное за свое. Отец Диодор, уже смущаясь и краснея, выдавливал из себя:

– Она любит этих!

– Кого? – не понимали мы.

– Ну, этих. Национальных антиподов. Она считает их за сверхчеловеков, дружбу с ними водит, а русские – это так, навоз для нее.

Мы сделали вид, что поняли, о ком идет речь.

– Сейчас новый директор пришел. Она сама на покое при усадьбе живет, – продолжал Диодор. – А этот-то пришел ко мне во время службы, попрыгал так на полу-то дощатом, о-о, говорит, пол-то совсем разваливается, я должен вас по технике безопасности закрыть! Церковь-то закрыть, представляете?! – Он отхлебнул чаю, и в глазах его я впервые заметил что-то человеческое. – Вот так и живем. Закроют церковь или нет – не знаю.

Обращался он к нам, потому что делегация наша имела некоторый общественный вес, хоть и состояла из двух православных писателей, одного бизнесмена и меня.

Поговорив еще немного, я задал вопрос о дневниках Гоши, которые не выходили у меня из головы.

– А можно ли мне на них посмотреть? – спросил я.

– О, не только можно, а нужно! Коля, неси сюда папку!

Некоторая возня возникла с тем, кто принесет папку, отправлен был Борис, и через пару минут она была на столе перед епископом.

Диодор погладил ее рукой и посмотрел на меня.

– Я – человек простой, – сказал он. – Но папка эта интересная. Я не все читал, да и, признаться, некогда, ну, и мудрено там бывает, ино и скабрезно. Вы уж сами посмотрите. Человек-то он был образованный, много книжек прочитал. Вот и пишет там о разном. Мне то это ни к чему, а вы поглядите, человек все-таки, царствие небесное! Все там будем пред Господом!

Мы все перекрестились. Епископ подвинул ко мне папку, и я перевернул ее к себе.

В обычном картонном деле было довольно много листов, некоторые уже пожелтели, видимо, печаталось это в разное время. Я представил себе, как он таскал с собой эту папку, видимо, не имея компьютера, не мог сохранить все это на флешку, или просто постоянно перечитывал текст. На папке было написано

Записки Ё…

– А почему Ё? – спросил я.

– А вот этого не могу сказать, – пожал плечами Диодор. – Может, Николай знает? Николай!

– Не знаю, батюшка, – отвечал помошник. – Борис, ты знаешь, почему Ё?

– А Бог его знает! – ухмыльнулся «надзиратель». – Он ведь никому о себе не рассказывал. Да вот еще его фильмы некоторые, там остались. – Он протянул стопку DVD в книжечках.

Я посмотрел некоторые обложки – Тарковский, Кесьлевский, Кубрик…

– Хороший вкус, – заметил я.

– Да, он человек образованный, на Мосфильме, говорят, работал! – подтвердил Диодор.

– Так тем более интересно! – согласился я. – Может, он гений какой, а мы не знаем? Скончал свои пути, так сказать, в приюте, со всяким может случиться. От сумы, да от тюрьмы… Моцарта тоже в могиле для бедняков похоронили.

Все на мгновенье притихли.

– Гений, это точно, – молвил Диодор. – Иконостас вон какой сделал! Может, и гений, и впрямь. Вы, знаете, что? – осенила его мысль. – Вы наведите о нем справки! Вдруг, это и, в самом деле, человек известный, а мы о нем ничего не знаем! Может, и родственников его найдете? Вы возьмите это с собой, возьмите! А там, если понравится, что, в музей отдайте или опубликуйте!

– Так вы благословляете? – спросил я недоверчиво. – Забрать это и поступать по обстоятельствам?

– Вот именно, что по обстоятельствам! – Епископ встал и благословил меня широким крестом. Встал, естественно, и я, сложив руки лодочкой.

Мы тепло простились, и всю дорогу я грел у груди эту папку.

В Москве я начал читать. Через некоторое время, прочитав листов десять, я решил навести справки, кто бы это мог быть. Не составило труда выяснить, что, действительно, на Мосфильме некоторое время работал художником-постановщиком, а потом декоратором, некто Георгий Ёжиков, и работал он чуть ли не с Лотяну, Рязановым и другими мэтрами. Бывал и в других странах. Постепенно, однако, он стал чудить, спиваться, лишился работы и жилья. Кое-кто еще помнил его острый профиль, высокий рост и красивый зачес седеющих прядей. Ходил он по Мосфильму всегда в испачканном красками халате, с маленькой бутылкой коньяка в кармане и с растрепанной шевелюрой. Иногда с батоном под мышкой. Часто его видели в наушниках, слушающим музыку, а иногда и с книжкой в руках. Редко, однако, когда он был абсолютно трезв.

Теперь, кажется, я знал, что фамилия этого человека и дала загадочную букву Ё. Так это или нет, история умалчивает. Так как родственников его не нашлось, все права на рукопись о. Диодор передал мне.

Погружаясь в чтение его дневников, я вынес для себя много интересного и даже оригинального. Человек был несомненно одаренный, хотя и едкий. Местами очень наблюдательный, а порой потрясающе наивный, как ребенок. Единственное, чего нельзя сказать наверняка, где именно он писал в трезвом состоянии, а где под шафе, сам он об этом не всегда упоминает. Но его мысли и наблюдения, некоторые во всяком случае, показались мне настолько оригинальными и глубокими, особенно, что касается искусства и нашей жизни, самого хода истории и психологии разных людей, что я решился опубликовать эти дневники.

Скажу прямо, некоторые места, особенно грубые в плане лексики, я стушевал или заменил отточиями, дабы не оскорблять слух читателя и особенно читательниц. То же касается его политических воззрений – не меняя ни строчки, я все же вынужден избегать некоторых названий, так скажем, национальностей, чтоб избежать лишних вопросов. Однако, все и так понятно. Интересно, как меняются политические предпочтения г. Ёжикова от государственника и националиста к почти либералу и космополиту и обратно. Я должен сказать особо, что не во всем согласен с г. Ёжиковым, но и держать в туне это достояние подпольной отечественной мысли я не могу. Придет время, я верю, и «Записки Ё» будут опубликованы в полном объеме, но пока я выношу на суд читателя лишь то, что возможно в наше время. Людей искусства, коих он возможно знал, и чьи фамилии упомянуты здесь, я прошу не обижаться на почившего, ибо его мнение ушло вместе с ним в могилу, а мы с ним вольны не соглашаться.

Все записи идут в хронологическом порядке (почти все с заголовками) по годам, начиная с 2008 года по Р.Х., когда г. Ёжиков взялся впервые за свое нетрезвое перо. Некоторые фотографии вставлены мной для ясности, а некоторые г. Ёжиков сделал сам, распечатав их цветным принтером. На себя я взял и некоторую корректуру правописания, сделал примечания, а также выделил жирным шрифтом особо важные понятия и ключевые мысли автора.

Не выдержав прозорливости г. Ёжикова, я отдал его рукопись знакомому критику Владимиру Лившицу-Данильянцу, цикл передач которого «Культура и мы» на канале «Культура», наверное, известен каждому образованному россиянину. Именно он согласился написать вступление или вводное слово.

Михаил Салиас

Вступление

Благодаря моему другу, путешественнику и писателю Михаилу Салиасу, я ознакомился с этими Записками. По долгу моей службы я много читал дневниково-мемуарной литературы, но данный экземпляр меня навел на размышления серьезные. Господин Ёжиков работал с самыми лучшими режиссерами страны – Эльдаром Рязановым, Владимиром Мотылём, Эмилем Лотяну – всем он был известен. Его точка зрения оригинальна, она порой неожиданна, спорна, но эрудиция и объем знаний г. Ёжикова вызывают у меня однозначное уважение. Так широк его кругозор – от античной литературы до современного альтернативного рока.

Высказывания его порой спорны. Они неожиданны, провокативны, но полны необычайной и глубокой истины. За внешней простотой формы, казалось бы, банальным чередованием совершенно разнородных тем и наблюдений проступают первообразы «Дневников» Достоевского, «Мыслей» Паскаля, «Опытов» Монтеня и другой подобной литературы. Г. Ёжиков даже более раскрепощен и вариативен в выборе тем. Это не только религия, как у Паскаля, не только философия и размышления о жизни, как у Монтеня, не только лишь социальные заметки, но все и сразу, включая довольно серьезные исторические реминисценции и современный политический анализ. И тут же рядом яркие бытовые зарисовки – о побитой девушке или о травле тараканов в приюте для бездомных. Пожалуй, я бы определил этот жанр, как писательский дневник. Русская словесность знает эту традицию – от «Дневников» Достоевского к «Опавшим листьям» Розанова и дальше. Некоторые обороты позволяют нам думать, что он печатался в интернете под псевдонимом. Существует ли где-либо сейчас на просторах интернета этот Дневник – неизвестно. Последнее время некоторые писатели прибегают к публикации своих интернет-дневников, так что это направление уже составило отдельный жанр. В отличие от чисто литературного дневника, интернет-дневник более раскрепощен, как в выражениях, так и в темах.

Несмотря на легкость формы, я нахожу довольно серьезное содержание в Дневниках г. Ёжикова. В полном смысле этого слова перед нами философ «новой волны» русского романтизма, замешанного на классической русской религиозной традиции с сильным западным христианским влиянием. При этом я не могу определить г. Ёжикова в известные мне направления современной философской мысли. Его философия во многом интегральна, но отнюдь не наукообразна, как то подобает быть современной интегральной философии. Наука г. Ёжикова вообще мало интересует. Пожалуй, образность и парадокс привлекают его больше всего. Его мысли замешаны на реальной жизни и лишены всякого академизма.

Автор принадлежит православной традиции, но сторонником русской консервативной, славянофильской, особенно, мысли его трудно назвать. Он критикует то Леонтьева с Данилевским, то Розанова, хвалит де Местра, но тут же жалуется на неспособность последнего постичь русского исполина, каковым был Ломоносов, и вообще русскую интегральную мощь. Довольно едкие слова мы слышим из уст автора иногда и в адрес православной церкви как общественного института, с точки зрения формы он даже хвалит католичество, но при этом не только заступается за православие перед современными атеистами-критиканами из интеллигентской среды, но заканчивает свои дни истинным сыном православной церкви, ведущим полумонашеский образ жизни в приюте для бездомных. Да и сам он говорит «я – православный».

Его симпатии лежат в области смешения культур и метода. Ключевой его фрагмент, с моей точки зрения, называется «Транс» – о том, что мы живем в эпоху транса, одно переходит в другое, все замиксовано, жесткие границы уходят – Запад переходит в Восток и обратно, классика – в модернизм, а модернизм в классику, что, собственно, и есть в широком смысле «эпоха постмодерна». При этом не только содержание имеется в виду, но и метод. Остроумно замечает г. Ёжиков, что, если русские монархисты хотят расширить свое влияние, им надо устраивать транс дискотеки, с «Боже царя храни» они останутся в 19 веке. Другой ключевой фрагмент называется «Тишина вселенной», о том, что Бог в его понимании может быть выражен одним звуком вселенской тишины, которую он услышал в пустом подмосковном монастыре. Г. Ёжиков, несомненно, религиозный философ, но религия эта не сводится к узкой богословской православной традиции. Я слышу в нем отголоски и даосизма («Инь и Янь forever») и индуизма (синергия Шивы и Шакти).

Автор, несомненно, консерватор, причем русский консерватор по своим убеждениям. Триада монархия-церковь-народ имеет для него важное значение. Вся критика политической жизни построена именно с консервативной точки зрения, немало тут достается и отечественным политикам. Борьба против тронов и алтарей в современном мире не оставляет г. Ёжикова равнодушным. Но это консерватизм умный, я бы сказал, открытый миру, и уж совершенно чуждый ксенофобии. Свое отвращение к расизму и всем формам экстремизма г. Ёжиков неоднократно постулирует в своих Записках. Вот программный фрагмент «О ксенофобии»: «Ксенофобия, которая не есть национализм, ибо в национализме здоровом нет ничего плохого, ксенофобия, т.е. ненависть к другим нациям – это всегда идеология побежденных. Проиграла команда по футболу другой команде – и ненавидит ее. Просто надо учиться и побеждать. Другое дело, что это трудно. Надо побеждать противника его же методами». Готов подписаться под этими словами обеими руками.

Вместе с тем, г. Ёжиков остроумно и аргументированно вскрывает скрытые механизмы мировой политики, где алчные финансовые воротилы «ставят над людьми эксперименты, как над крысами», по выражению нашего президента.

Эстетические воззрения г. Ёжикова тоже парадоксальны, он ратует за открытость формы, защищает современные выставки и галерею «Винзавод» против «глупых патриотов», причем ополчается на последних довольно жестко, и тут же, как Савонарола, клеймит современных «бесов» от кинематографа – Феллини, Лео Каракса или других признанных классиков. В жюри фестивалей его бы точно не взяли с подобными взглядами.

Вместе с тем в Дневниках г. Ёжикова есть полные мудрости и лиризма фрагменты, которые сами по себе могут быть самостоятельными эссе, образцом хорошей лирической прозы, как «Исцеление в родительском доме» или та же «Тишина вселенной». Особо хочется отметить тему мощи, здоровья, нравственной и физической нормы, которой привержен г. Ёжиков. Неслучайно он вспоминает «Пастырь Ермы», исключенный из христианского канона, где эта тема мощи и нравственной силы особо подчеркивалась. На этой почве у него претензии как к декадансу в нашей «новой волне» кинематографа, так и к неправильно понимаемому православию.

Я не сомневаюсь в том, что читатели оценят по достоинству эти Дневники не меньше, чем дневниковую прозу и мемуары мировых деятелей культуры. Тем более, что это не столько мемуары, сколько плод оригинальной мысли г. Ёжикова. Автор исключительно русский мыслитель, это видно в каждом его высказывании. Как бы он ни любил Запад, а думы-то его прежде всего о России, заметьте это, дорогой читатель! Гоголь, Достоевский, Тарковский… больше всего записей его именно о русской культуре, о нашей стране, политике. И ведь это действительно «Записки о нашем времени»! – так можно было бы их назвать. Пускай читатель сам рассудит, прав г. Ёжиков или нет, но г. Ёжиков много сказал того, что открыто не говорят, но многие думают. Это свободное высказывание свободного человека, напряженно следящего за ходом истории мира и своей страны. Каждый мыслящий читатель найдет что-то полезное для себя в этих «Записках».

С уважением,

Владимир Лившиц-Данильянц.

2008 год

Моника Белуччи местного разлива

Одним из любимых занятий Иоселиани, с которым я поработал молодым ассистентом, когда он жил в Грузии, было выходить на площадь и стоять у фонарного столба сутки напролет, наблюдая протекающую мимо жизнь. Как– то независимо от великого режиссера, я полюбил этот род занятий – благо у меня под рукой первоклассная смотровая площадка – площадь трех вокзалов. Вообще я люблю вокзалы, потому что на них кишит жизнь, все продается, и видишь, что называется, гущу народа. На днях решил остановиться у входа в метро с той стороны, где универмаг «Московский».

Мое внимание привлекла очень красивая девушка лет 17—18, черноволосая, с уже открытым низом живота, что выдало в ней тоскующую по весне страстную кошку, и следами порока на безупречном личике Моники Беллуччи. В ней точно было что-то итальянское и сучье – магнетическими кругами вокруг ее сдобного тельца расходились энергетические поля сладострастия, в которых застряли три подзаборных ковбоя – какие-то «парни», или поцы, или шкеты, поплевывая по сторонам и покуривая цигарки, они мило беседовали с этой секс-бомбочкой. Я давно замечал, что, чем красивее девушка в столь юном возрасте, тем дебильнее выглядит ее «парень».

Ничего привлекательнее случайных красавиц, попадающихся в московском метро или на улицах, нет во всем мире, но почему-то под руку с ними обязательно следует какое-то чмо с коротко бритой неровной (!), причем, головой, в каком-нибудь кожаном пиджаке не по размеру, с прыщаво узколобой физиономией Шарикова. Видимо, этот устрашающий вид а ля Шрек придает им некий романтический ореол в глазах их тупоголовых подруг. Дело в том, что поскольку тело у прекрасной половины созревает несколько раньше, чем мозг, мы видим подобные диссонансы. Мозг красавицы находится на том же уровне, что внешние качества ее кавалера. А поскольку «красивость» в смысле славянской смазливости достигает своего апогея в каких-нибудь уличных оторвах, которые много слоняются по улицам, не думают о работе и поэтому сладко спят, их кавалеры кажутся им пределом совершенства.

Но я отвлекся. Я засмотрелся на эту группу, потому что пожалел, как и пожалел бы всякий мужик на моем месте, что такая красивая плоть в лице девушки наверняка достается таким дебилам, как эти парни. Девушка им что-то говорила, видно было, что слегка презрительно, а парни внимали, поплевыая по сторонам. Вдруг один из них, небольшого росточка, подошел к ней ближе на шаг – и хрясть длинным хуком справа прямо ей по физиономии! Девушка закрыла лицо руками и отпрянула назад. Я несколько опешил. Похоже, кроме меня никто не наблюдал эту сцену. Недолго думая, парень подошел к ней еще раз и мощным ударом слева влепил ей в зубы уже с расстояния в полшага. Девушка села на корточки. Двое других спокойно наблюдали. Никто и не думал вступаться. Похоже было, что парень и на этом не остановится. Прохожие шли мимо с удвоенной скоростью. Милиционеры, наверное, болтали с проститутками на другой стороне вокзала.

Я не знаю, что на меня нашло, наверное, мне показалось, что он ее убьет. Воздух сотряс мой неслабый рык:

– Ты что, о… ел?!!

Похоже, слова дошли до адресата. Он повернулся в мою сторону. Надо сказать, что на вид я раза в два больше этого шкета и тяжелее тоже раза в два. Кажется, я произнес еще какую-то эпохальную тираду, так что это возымело действие. По-моему, приличных слов там не было. Паренек уже двигался ко мне, как нашкодивший школьник, а я – к нему. На его бледной физиономии я различил гримасу злобы, – видно, он еще не отошел от своей обиды, и по-настоящему не успел испугаться. По мере моего приближения, он начал что-то несвязно лопотать, типа:

– Вы не знаете, за что!

В следующий момент не без толчковых движений с моей стороны, сдобренных отборной русской лексикой, три парубка отскочили в сторону выхода метро. Причем двое других поначалу было приготовились смотреть, как будут бить их товарища. Они, наверное, уже нюхнули клея, и им было по большому счету все-равно, кто кого бьет, лишь бы было на что посмотреть, но я не доставил им этого удовольствия.

Девушка сидела на корточках и плакала. Она выплюнула зуб и сплевывала кровь на снег. Почувствовав себя Робин Гудом, я стал трясти ее за плечо и говорить какие-то дежурные фразы типа – «помощь нужна? тебя проводить? зубы целы?»

Прохожие уже стали посматривать в мою сторону, решив, очевидно, что это я во всем виноват. Наконец, она попросила платок. Платка у меня не было. Я уговорил ее подняться и пойти в ближайшую пиццерию умыть лицо. Надо ли говорить о том, что это было уже не лицо, а заплаканная задница. От былой красоты не осталось и следа. Метрдотель и официанты смотрели на нас, несколько вылупив зенки, когда мы спускались по лестнице близлежащего ресторана, дабы проследовать в туалет, где она считала зубы и смывала потекшую тушь.

В трамвае мы ехали без особого веселья. Общаться она не хотела, и я чувствовал себя идиотом, который зачем-то залез с ней в трамвай. Мы сидели напротив, я видел ее белые ноги в прорезях джинсов, схваченных шнуровкой, – эдакие модные разрезы. Ничего умнее не пришло мне в голову, чем спросить – «сама разрезала?» Правда, я еще узнал ее имя, и то, что ей 18. И еще то, что этот парень «сп… л у меня телефон, а мои друзья его за это отп… ли, вот он теперь и мстит, но ничего, я его достану. Ему теперь будет в два раза хуже, чем мне сейчас!» – последнее она произнесла с нескрываемой злобой. Я спросил – «часто ли стоишь у вокзала? А парень у тебя есть?»

В ответ последовала обычная болтовня, что я, мол, никому не подчиняюсь, да мой парень мне не указ, да я гуляю, где хочу, и прочая, и прочая. Что мне оставалось делать? По всему видать было, что на меня ей плевать и скорей надо было двигать свою аппетитную задницу к выходу. Волшебное слово «спасибо» не говорят теперь в столь юном возрасте. Я вышел на той же остановке… но пошел в другую сторону. А в душе все-таки сидел червячок сомнения – вот я, например, не могу ударить женщину – да еще так жестоко – сжатым кулаком, по-мужски, как в драке – все-таки для этого надо быть отпетым дегенератом, но иногда так хочется…

(написано зимой)

Я ее не узнал

«Ехали на пикник в Царицыно, было жарко, свернули, с Козьмой и Аней лежали на пляже в Дзержинском. Что это – Москва-река? Нет не Москва-река. Может быть, рукав?

Потом пошел дождь, мы сели в машину, потом приехали в Кусково, ели шашлыки, потом снова пошел дождь, лишь только мы сели в машину. Было весело. Аня была с подругой. У подруги стройное тело. Подруга была с девочкой. Все было как на картине импрессионистов. Только мы не с теми, кого мы любим.» Так я написал в своем дневнике летом три года назад. Позавчера иду по переходу на «ул.1905» года, вдруг, поднимаюсь и – женский голос выкрикивает мое имя – я смотрю на девушку, которая смотрит на меня – нет – это потертая мадам с блеклым волосом и серыми глазами явно мне кого-то напоминает – с виду что-то «православное», что-то подвядшее в лице без косметики – усталость? болезнь? – но кто это? Судорожно перебираю имена:

– Света?

– Нет, ладно, – поворачивается, уходит.

Я догоняю, хотя спешу на работу, не знаю зачем, почему… из вежливости, наверное, вдруг:

– Аня! – смотрю с любопытством.

Огонек пронесся и потух:

– Да. Узнал?

Боже мой! Ведь это Аня, и это с ней я ездил тогда на пляж три года назад, и у нас был романчик, легкий флирт! Загорелая блондинка с лучшими ногами во всех Кузьминках – точеные, стройные – конфетка загорелая! Я познакомился с ней в парке, она была очень, очень симпатична. Ничего не было, но все же мы целовались… Прошло три года… куда все делось?

Записал телефон, вряд ли когда позвоню, да уже и потерял куда-то.

«Особо опасен»

Посмотрел «Особо опасен», отличного режиссера Б. Как можно начинать фильм с «в древности было братство» – по спине прошел холодок Гарри Поттера и Братства Кольца. Нельзя так драть откровенно отовсюду, где плохо лежит. Беда в том, что, если убрать все цитаты, в фильме останется ноль. Что такое реклама, которой он занимался? Это довести образ до его предельной грани в каком-то одном продаваемом качестве. И вот получается – если начальница плохая – то она плохая во всем, начиная с обжорства. А допустим, могла бы быть тощей крашеной стервой в мини-юбке, со смазливым личиком. Если парень неудачник, то у него то понос, то золотуха, пьет какие-то таблетки, а мог бы быть здоровым бугаем-неудачником. Во всем однообразие, прямолинейность. Джоли избивает паренька так, что ему в Склифе два года лежать после этого – почему, если Джоли – то какая-то железная робот-спортсмен, скачущая по крышам на одной ноге? Вот не повезло ей с амплуа! А ведь она гораздо тоньше и может играть нормальных людей! И ничего своего, разве что только ванны со льдом, да и то наверняка где-то было. Даже удивление на лице Фримана, когда его сзади настигает пуля – и то уже было много раз. А ведь напиши по той же фабуле нормальный сценарий – пошлют, куда подальше.

Интересно, кто-нибудь видел его замечательный фильм «Пешаварский вальс» про Афганскую войну? Ведь мог же.

Я и футболист Смертин

На пятом десятке я вдруг понял, что я плохой парень, да я просто плохой человек, неудачник, если хотите. Я не эстет, и рисоваться мне не перед кем. Я не тот красивый плохой парень, который становится героем боевиков. Боевики случаются в кино, а в жизни надо что-то успеть. Для этого надо быть чистым. Хотите открою вам секрет успеха? Надо хранить целомудрие. Все эти ребята, которые стали знамениты – они все чисты. Они терпели, тянули лямку, сидели в своей борозде в засаде, как только появился колосок, они на него дули, дули, согревали… К тому же, они все женаты и у них по трое детей. Я расскажу историю… как-то я подумал – мир не справедлив, футболист получает три миллиона в месяц, но он тупой, я же умный, но бедный – это не справедливо, за что футболисту? Деньги, слава, женщины – только потому, что быстро двигает ногами, пнет иной раз удачно мячик, а большей частью еще и промажет… через полгода, как он перестанет хорошо бегать, его забудут, но сейчас он бог, и останется обеспеченным человеком на всю жизнь.

Так случилось, что я поехал в Лондон работать на историческом сериале и встретился с одним футболистом. Это был Алексей Смертин. Мы сидели у него в гостинице в центре Лондона с видом на Темзу, из окна – красноватая в свете фонарей бухта с яхтами на приколе.

– Вон в том доме напротив живет Робин Уильямс, вот там наш олигарх такой-то, сюда переехал, а там живет Элтон Джон, – рассказывает Алексей.

Сели, смотрю на него – тихий голос – голос иеромонаха – вспомнил одного – канонизацией новом учеников занимался, книгу написал – иеромонах Дамаскин, кажется, – как они похожи! Тот же типаж, глубокий испуганный разрез глаз, голос как бы внутрь. Два пасхальных яичка замечаю на столе – лежат ровненько, отмечал Пасху?

– Как тебе здесь, – спрашиваю, – без жены, детей? Скучаешь?

– Скучаю, но что делать – контракт! – Он играет за «Фулхэм».

– Как тебе в гостинице – удобно ли?

– Англичане платят. Гостиница пять звезд. Иногда, правда, горничная стучит, когда отдыхаю – хочет убраться. Я ей говорю -не надо, все равно идет.

– А ты повесь, – говорю, – табличку «Do not disturb».

– Что – есть такая табличка? – Он не знал. Наивный.

– Так не скучно здесь?

– Некогда скучать. Тренировки, игры. Я полюбил русский балет, – восторг в глазах. – Я никогда не был в России на балете, а тут сходил и хожу постоянно, когда приезжают.

– Хочешь в Россию?

– Да. Контракт закончится, вернусь. Буду тренером, наверное.

Смотрю на него и думаю – угодник Божий, трудяга, примерный семьянин. Да, он получает миллионы (может быть), но он и заслужил. Он чист, светел. Живет, как аскет, вдали от семьи, жены, зарабатывает для них деньги.

Расслабляется ли он? Есть ли у него другие женщины? Нет. У этого нет. Он не такой. Он иеромонах Алексей, верен, любящ. А я кого любящ, кому верен?

Все в этой жизни справедливо.

6 августа

Философ нынче модный – Секацкий, кажется. Видел его в «Школе Злословия». Дамы в восторге. Я, грит, раз философ, в России должен пройти повинность – порассуждать о судьбах России, так сказать, о миссии ну и т. д. Пройти казенным коридором, а не хочется. Я лучше о сновидениях. Похихикали. Так живем же здесь, дорогой! Кто ж не хочет, чтоб у него дома было хорошо? Вот и судим-рядим. Или тебе это не дом? В общем, модно… модно. Куча слов, а я так скажу – кому они нужны, сновидения? Ну приснилось… и ну в носу ковырять!

Или – проблема теста и контекста, я и не я, автор и текст, галлюцинации в попе у трансцендентальной апперцепции Канта. Да, нужно быть умным, но для чего???

Я открою секрет – философия, искусство, политика, экономика, спорт и т.д нужны для того, чтоб человек …стал счастливым! Вот и все! Вот философия = я что-то понял в этой жизни, и я счастлив, потому что сделал выводы, и моя философия мне помогает. Это не философ, который обо всем умеет рассуждать. Философ только тот, кто счастлив. Потому что он понял то, что нужно понять, и применил это на практике.

Грымов для меня больший философ, чем Секацкий, потому что он все время что-то делает, и получается хорошо. Нельзя бояться быть немодным. Модно «точку сборки» найти в чем-то далеком. от себя. Маркс нашел ее в пролетариате – какой молодец! (Говорит Секацкий)

Лучше бы он нашел ее (точку сборки) на своей жене. Хотя и там он ее он нашел тоже. Она ведь просила его перестать делать детей, дать ей хоть немного отдохнуть. Вездесущий этот Маркс!

Инь и ян forever

Не буду оригинален, если скажу, что женское и мужское связаны так, что не может друг без друга. Они друг без друга сохнут. Нужно общение на энергийном уровне. Вот женский монастырь – там обязательно есть какой-нибудь шмель-батюшка, к которому можно притекать. Это духовник монастыря – всегда мужеского полу. Он и выглядит, как шмель – лохматый, пухлый, добрый, жужжит себе потихоньку, принимает исповеди, наставляет. Приходит и уходит, но вокруг него все вертится.

В мужских монастырях – та же картина. Поскольку паства в основном женская – духовники-монахи вполне набирают женской энергии из общения на исповеди, да и так, в порядке общего наставления. Не раз приходилось наблюдать картину – стоит очередь на исповедь. Какие-нибудь желтые старушки проходят быстро, на иную еще и прикрикнет – особенно, если бабка какая непонятливая, может и наорать, но вот подходит она – цветок в платочке – большие глазки, ясный лоб, статна, красива, молода, начинает что-то лепетать – монаха как подменили – он и пошутит, и пожурит, и улыбнется, и перстами в воздухе поводит, и бровями поиграет, объяснять что-то будет долго и наставительно – такая минут пятнадцать простоит, с улыбкой перекрестит монах – хорошо ему на душе стало. И ведь ничего же не было – ни мыслей похабных ни прикосновений, а энергия перетекла, напитала его и ему хорошо! Он получил полноту бытия. А без этого как?

Я и сам, когда один целый день проведу со своими эскизами да декорациями – сухо на душе, мертво. Но вот позвонил, поговорили – и хорошо, женский голос там что-то сказал – и энергия уже пошла, напитала меня – или даже в аське перекинуться, флюиды и так пройдут. Даже смс-ки порой достаточно, чтоб душа согрелась. «Привет. как дела?» или «Скучаю» и я ожил… Ну, ладно – че-то я в Гришковца превратился, ближе к делу.

В общем, стою я как-то в Даниловом монастыря, и вот заходит она – красава чернобровая, рост 176, на каблучках, упругая походка, спинка прямая, чело, взгляд – ну просто свет во все концы храма. Постояла, помолилась, смотрю на нее, грешный, ищу взглядом. Повернулась, пошла из храма. Постоял минуту, вышел за ней. Вот она. Каблучки по брусчатке – цок цок, а формы, как у антилопы гну – ну просто идеал. Что делать – я как завороженный за ней.

Она вдруг как побежит – ну, точно антилопа, а на каблуках-то тяжело – далеко не убежала. Смотрю – к монаху подходит. Тот благословляет – серьезный такой монах – лет 50-ти, борода еще черная, не седая. Чего-то сказал ей – ушел. Она в другой храм – маленький. Я за ней. А там молебен. Я опять на нее смотрю, не могу оторвать взгляд прямо!

В общем, час простоял, как дурак, именно что, как дурак, ибо глазел на деву то и дело, как бы не ушла. Неудобно так подходить то, надо момент-то выждать. Вот думаю, балбес, в монастырь пришел, на девку пялюсь. А с другой стороны – где еще встретишь такую – духовную, да и видом лучше Анжелины Джоли?! А может, это мне Бог послал жену? И сердце так и ноет – не упусти, мол. Это она, та, что тебе нужна! В общем, кончился молебен, смотрю выходит быстро, я за ней. А за время службы-то пару раз взглядами встречались. Ну тут рванула опять куда-то. Я за ней. Она как-то нервно -то туда, то сюда, раз – и в калитку зашла, к кельям. Тут я растерялся – не идти же следом? Смотрю выходит к ней давешний монах, они о чем-то перекинулись, и она заходит с ним в корпус монашеский. Не фига себе думаю, тут порядочки – дев к монахам пускают! Ну ладно, подожду. Сел на лавку, ждал минут двадцать. А сам вспоминаю – у монаха-то лицо знакомое, где-то я его видел раньше – и вспомнил – да мы же в Сретенский в один мастер-класс ходили по реставрации икон – о. Н. никак!

Смотрю, выходят и быстро к выходу. Я тоже путь перерезаю, они там замешкались что-то, а я тем временем спрашиваю у бабок – это ли отец Н.? Он, говорят. И вот подходят они уже к воротам монастыря, сейчас выйдут и поминай, как звали. Набираюсь наглости, подхожу резко:

– Отец Н?

Тот остановился, посмотрел:

– Я

Благословился.

– Не помните меня?

А девушка стоит рядом, смотрит.

О. Н: – Нет, не припомню.

– А мы с вами вместе в Сретенский монастырь ходили – иконы учились реставрировать!

– А, мастер-класс? Может быть, было дело, ходил!

– А вы телефон преподавателя не помните, Михаил, кажется? А то он мне нужен, – соврал я, чтобы как-то протянуть время. – А то ведь он переехал…

– А вы кто? Как звать?

Я представился.

– Я должен ему позвонить, вдруг он не захочет вам телефон давать, – сказал монах.

– Позвоните, – говорю. – Он меня должен помнить. – Мы действительно были в хороших отношениях.

Тут монах посмотрел на меня глаза в глаза, и я увидел небо. Я вообще не робкого десятка, и сам могу так посмотреть, что мало не покажется, но монах не посмотрел. Он просто взял мою душу, расправил ее, встряхнул и глянул – что там за болячки? А, это и это… понятно. Ко мне подключили детектор лжи. На какую-то десятую доли секунды я дрогнул, но тут же собрался и не отвел взгляд. Монах как-то мягко сказал:

– Я сейчас. – И ушел.

Просто ушел к себе и все. Я остался с ней наедине. Глупо было не заговорить. Я представился. Ее звали Катя. Отец Н. был ее духовным отцом. Она работала в какой-то крупной иностранной компании, жила у черта на куличиках в Химках. Она нервничала, так как ждала духовника. Я не стал задавать лишних вопросов.

Монах вскоре появился:

– Я позвонил, он действительно вас помнит, – и протянул мне бумажку с телефоном.

– Спасибо вам большое, – сказал я, и в этот момент мне стало грустно, так как они оба повернулись и пошли из монастыря.

Выйдя вслед за ними, я обнаружил, что она не пошла с монахом. Простившись, она повернулась в мою сторону и быстро стала приближаться. Я конечно, замедлил шаг. Она, поравнявшись со мной, не прочь была продолжить разговор. Конечно, я предложил ее подвезти, что-то там плел, какой я важный для искусства человек, и что ей крупно повезло в жизни, что она вообще меня встретила. В общем, мы мило пообщались. Я заметил тени у нее под глазами, она устала от долгих служб. Я проводил ее до метро.

Так я встретил свою жену, – хорошо было бы закончить рассказ. Черта-с два! Она просто не дала телефон, просто исчезла, отвалила, слиняла, почему? Да кто ее знает… Сказала, может, встретимся… Прошел год, но мы не встретились. Красивее девушки я не встречал за всю свою жизнь. Катя из Химок, где ты?

Знаю, во Франции дают такие объявления в газетах (раньше давали, пока интернет не все заполонил, а, может, и сейчас дают?) типа: «девушка, что сидела в электричке во втором вагоне у окна в поезде Париж – Сен-Жермен в желтой куртке вчера утром около 8-ми, откликнитесь, напишите мне по адресу! и т.п», или, например, «девушка, что столкнулась со мной в дверях кофейни на Монмартре примерно в 19.10 вчера, я еще поднял упавшие из сумочки ключи – напишите мне, очень Вас прошу, ведь я не знаю Вашего имени!» Такими объявлениями пестрели французские последние полосы газет, что так характерно для темперамента французов – постесняться спросить телефон (культура), но потом все время об этом думать (страсть). У нас таких газет нет, и объявлений таких никто не дает, как-то глупо это выглядит – хотел бы познакомиться, так познакомился бы, а не смог, так кури бамбук! До следующего раза! Да и случай у меня был совсем другой. Воспитание и рамки приличий совсем не помешали мне спросить ее телефон, но она просто не захотела его дать, так чего ж еще?

Часто еще я бывал в этом монастыре, но ее так и не увидел. Но монах молодец – он все, конечно понял. Сделал вид, что ему надо отойти куда-то позвонить. Такие глаза я видел только у своей первой жены, когда она уже была «на колесах», и начались серьезные процессы торможения коры головного мозга. Эти бездонные глаза идиота и наркомана, они, как у святых, чем-то похожи. В них – вечность и покой, как незамутненная гладь озера. К чему это я? Да Бог его знает. Катя из Химок! Монах тебе дороже живого человека. Сцуко ты…

Писатели

У меня какие-то странные ассоциации с писателями. Вообще, я их не читаю, современных. Лень. Лень тратить время на чью-то фантазию. Последнее, что меня поразило из отечественной писанины художественной – повесть «Белка» Анатолия Кима, которую я прочитал еще в 80-е годы. Это, конечно, после «Мастера и Маргариты», которую я прочитал еще в школе. Тут начал читать Улицкую – тоска смертная. Это, говорят, лучшее что у нас есть. Нет, познавательно… но скучно, черт его знает. Вот с Солженицыным у меня такая ассоциация – сам страшный, а жена красивая, и все время об этом думаю. К чему это? Другого важного что ль нет ничего?

Гоголя перечитал с удовольствием «Как Иван Иванович поссорился с Иваном Никифоровичем» – а ведь он все написал до 40 лет! Когда люди успевали? Телевизор не смотрели, кино тоже не было. Прогулялся – и к столу. На работу не надо было ходить с 9 до 6! Хотя Гоголь, кажется, служил одно время, но постоянно ходил с замотанной скулой, как бы страдая от зубной боли, чтоб побыстрее слинять. У нас в 42 – молодой писатель, Гоголь через год уже лежал в могиле. Ужас!

Из умерших, конечно, есть хорошие, да и ныне живущие – тоже, только поискать надо. А лень. Надо дело делать, господа!

«Больше Бена»

Сейчас вышел фильм «Больше Бена». Там есть персонаж Арташ, который всех… обманул. Я видел его прототипа в Лондоне. По книге он украл их бабки и все спустил на наркотики. Должен сказать, что у Арташеза все хорошо!

Живет в престижном районе в том же доме, что показан в фильме, только там еще 4 этажа вверх уходит. Ездит на новом Гольфе без прав, недавно поступил на работу. Правда, это было год назад. Что сейчас, не знаю, но думаю, все нормально. В свободное от работы время – диджей. Нет, хорошо быть сыном абиссинского миллиардера! Я только удивляюсь – англичане что, наших книжек не читают? Он там у них уже лет пять как в розыске должен быть!

О русской революции

Ну вот, написал одно неприличное слово в комменте почтенной писательнице, весьма мною уважаемой, кстати, она меня забанила. А ведь до этого на каждой странице убеждала в своих постах, что мат – это хорошо! Подумаешь, попросил уточнить длину… у Чехова, Толстого и Достоевского – сама же завела эту тему про сексуальную неудержимость классиков. «Однажды Шива побежал за красавицей» – так начинаются многие священные тексты. Если и Шиве было не чуждо преклонение перед прекрасным полом, Чехову сам Бог велел. Откуда же тогда все эти доктора Астровы, Вершинины, Соленые и т.п.? Женщин он знал наизусть, и, надо сказать, был порядочным женоненавистником.

Как говорили, Серафим Саровский женщин не любил, но девушек обожал, лелеял и приближал. Девиц, то есть. Так и вся русская классика – девиц все любили, а вот женщин – никто. Одна Анна Каренина разве что, да и то – любил ли ее Толстой? Любил бы – не бросил бы под поезд. А так она у него «пленница страсти», падший ангел!

Гребенщиков как-то сказал в интервью – «Перечитал „Анну Каренину“ – шизофрения. Русские писатели – шизофреники!» Что ж, с современной точки зрения он прав. Зазор совестливости был другой. Подумаешь, делов-то – рога старику, да еще и брюзге наставила – давно пора было! Любовник бросил? Другого завела.

А «Воскресенье» Толстого – вообще с дуба рухнуть! Пустил голубую кровь по крестьянским жилам – радоваться надо, что кто-то там еще родился! Женился бы, если такой совестливый. У Хармса где-то – в деревнях вокруг Ясной Поляны все детишки были на Толстого похожи. Однако, совестливость была. А сейчас это есть в литературе? Что-то не встречал. Меня интересует другой вопрос. Русская литература – самая совестливая, но привела к кровавой революции. Почему? Писали-то сами для себя. К 17 году 80% населения страны – неграмотные. Так всегда у русских было – все какие-то дикие перекосы. Литература лучшая в мире, а грамотных нет. Куда ни плюнь – совестливый писатель, а его потом на кол, или за границу в лучшем случае.

Шизофреники, воистину. А женщин понять невозможно. О!

Грузины – наши братья!

Был сегодня на Большой Грузинской в церкви св. Георгия Победоносца. Я помогал в росписях придела 10 лет назад. Удивительная церковь! Уникальные фрески – написаны не так, как у нас. Будто ребенок рисовал. А ведь грузины приняли христианство еще в 3 веке. Мы – оба народа – православные. Никогда Грузия не воевала с Россией, и теперь не будет. Надо отдавать отчет, что Саака – еще не все грузины. Их призывают и бросают в бой, 18-летних. Надо сохранять хладнокровие. Спокойная демонстрация силы – это все, что нам нужно. Не надо истерии. Ме правильно сказал, но хладнокровие – прежде всего. Они уже начали отход.

Ничего не меняется

Удивительные бл…и все-таки эти поляки и литовцы. Уже выступили с заявлением лишить Россию каких-то льгот в Евросоюзе, затруднить визовый режим и т. п. Тут как тут и Боннер – выжившая из ума зулуска – лишить Россию мандата ООН! Вот они, собственно, наши исторические враги – воевала с ними Русь всю свою историю – и с Литвой, и с поляками, и с зулусами. Ничего за тысячу лет не изменилось. А то, что 2000 мирных жителей полегли – это все ерунда??¹

Чего добился враг народа?

Чего добился Саакашвили, разбомбив Цхинвали? Того, что теперь Южная Осетия никогда не будет частью Грузии, единой и неделимой. Никогда не будет частью ее теперь и Абхазия. Итак, хуже для Грузии и ее политических интересов трудно себе представить картину. Зато все остальные задачи решены успешно, а именно – Саак знал, что Россия введет войска и т. о. вызовет негодование мировой общественности, а значит, и все вытекающие отсюда последствия – уже российские акции упали, олимпиада в Сочи под вопросом, растет стена изоляции и т. п. Т.е. задачи свои и своих консультантов он решил хорошо, при этом сплотилась и оппозиция с правящим режимом. В патриотическом порыве ослепленные грузины выходят на митинги в центре Тбилиси! Как же – Единая и неделимая Грузия! Никто не спросит, правда, почему, прежде, чем бомбить Цхинвали, Саак не заблокировал границы России с Северной Осетий, а именно Рокский тоннель, через которое свободно прошла 58-я армия? Зато, собственно, на грузин ему плевать, особенно на тех, кто живет в России, на их бизнес, семьи, безопасность и т. п.

С другой стороны – по «Эху Москвы» сегодня выступил Жириновский – с призывом к ковровым бомбардировкам Грузии – еще один провокатор. Ибо к чему это приведет -понятно – Россия на годы застрянет в этой войне, появится новая рана на постсоветском пространстве, запад немедленно развернет истерию по поводу оккупации и т. д. Мощная поступь набирающей силу России замедлится или вовсе прекратиться. Словом, Жирику нужна вторая Чечня. Вот – два провокатора из одного лагеря. Это не грузинский, и даже не американский лагерь. А какой – догадайтесь сами. На Грузию им плевать также, как и на Россию.

12 августа

Все это устроил Березовский!

Политика больших яиц и раскол империи

В современной политике нет абсолютных истин. На любой довод есть контрдовод. На любой аргумент – контраргумент. На любой прецедент – контрпрецедент. Имеет значение только одно – величина яиц, то бишь сила. Итак, возьмем, например, такую игру, как «игра в слова». Главное, правильно обозвать. Можно сказать – геноцид, а можно – «операция по восстановлению конституционного порядка в сепаратистском регионе». И то, и то соответствует действительности, но обзови по-разному – и мировая политика пойдет по-другому. Мы говорим (Россия) – «вы устроили геноцид, мы не могли не вмешаться, т.к. там наши миротворцы, есть жертвы среди мирных жителей и т. п.» Грузины могут сказать – «простите, а в 95—96-м гг. вы чем занимались в Чечне?»

Неважно какая была подоплека – возьмем голый факт – шли активные боевые действия, был кровавый штурм Грозного, гибли мирные жители, обстреливались села, зачистки и т. д. и т. п. «Как, зачем? Мы восстанавливали конституционный порядок на сепаратистской территории, которая захотела от нас отколоться, будучи на тот момент субъектом РФ». «Опаньки! – говорят знакомые грузины, – вот мы и занимаемся тем же самым!» Разница только в одном – яйца у Грузии еще не выросли, чтоб заниматься тем же самым. Кролик залез на слона. Тогда – в 95—96-м было понятно – если ничего не предпринимать – Чечня просто отколется от РФ окончательно, она и так на тот момент не подчинялась – все было разогнано: Верховный совет, КГБ и т. д. создана собственная армия… теперь тоже самое в Абхазии и Юж. Осетии по отношению к Грузии.

Однако, есть вещи неизменяемые. Если тогда, в 95-м, все «правозащитники» и мировая пресса была на стороне «чеченских повстанцев», то сейчас они на стороне Грузии. А на самом-то деле – ни Грузия, ни Чечня ни при чем. И те, и другие стали жертвой провокаций и маньяков президентов. Что больной на голову Дудаев, который призывал «стереть Россию с лица земли в ядерной катастрофе» (его слова чеченскому телевидению), что неадекватный Саакашвили, бегающий от собственной охраны. Но есть силы, которым надо было разжигать эти конфликты, подливать масла в огонь, чтоб был очаг, язва, незаживающая рана. Эти силы и выбирают таких полоумных людей, или зомбированных ненавистью к России, или за большие деньги. Их друзья – провокаторы сидят с другой стороны, такие как Жирик, например, и орут в псевдопатриотическом порыве «шашки на голо! сотрем Грузию в порошок!» Понятно, что в таком порошке уцелеют именно все мерзавцы, а погибнут мирные люди. И трещина между народами уже ляжет непроходимая. Т. е. Жирику надо поскорее застолбить конфликт, раздуть его.

В результате получается, что ни шайка мерзавцев проводит раскол между исторически близкими православными! причем, народами, а, якобы, уже «Грузия с Россией воюют!» – как быстро и как широко!

Неважно, чем там дело кончится. Главное – слово сказано! Неважно – захватил Саакашвили Цхинвали или нет. Он свое дело сделал – поэтому и улыбается все-время – слово произнесено. Вся мировая печать пестрела заголовками «Россия воюет с Грузией» – и этого достаточно. Не удивлюсь, если завтра уже «Украина будет воевать с Россией», послезавтра Белоруссия. Повод-то всегда найдется.

Теория заговора? А вы как хотели? Надо же смотреть на результаты. А результаты таковы, что не скоро еще грузины и русские будут нормально смотреть друг на друга. Русские и украинцы, русские и белорусы. Костяк империи – православное братство братских народов распалось. И дело не в Южной Осетии, а в том, конечно, чтобы вбить кол в отношения в данном случае Грузии и России. Может быть, кому-то кажется, что я усложняю. Но тогда, кто объяснит, почему именно Украина и Грузия стали нашими противниками за последние годы? Почему не Азербайджан, не Казахстан? Не Армения, в конце концов?

Может быть, потому, что именно Грузия и Украина – православные, т.е. связаны с Россией именно единым вероисповеданием, единым культурным фундаментом. Развалив это единство – остальное все развалится само.

Как я ездил в Грузию

Пригласили меня в Грузию в 97-м году поработать на исторической картине. Моя задача была – помочь с декорациями в фильме про Хитон Господень, как его привезли в Мцхета и все такое.

Меня встретили представители патриархии грузинской. Я узнал, что такси из аэропорта в город стоит 10 лари и зарплата госслужащего – тоже 10—15 лари. Меня поселили в семью грузинов. Обычные люди. Глава семейства – Михаил – простой инженер, работал до последнего времени на совместном предприятии, делал какие-то самые сильные магниты – он мне их демонстрировал. Маленький кусочек железа, который притягивал все металлическое со страшной силой. Он предлагал разнять какие-то притянувшиеся детали – я так и не смог. Они говорили по-русски, естественно. Был январь. Температура +3—5, ночью 0. Не топили. В каждой комнате – калорифер, но все равно пробирает до костей за ночь. Я помню каждый завтрак, обед, ужин они ставили на стол все, что было. Конечно, без вина не обходилось. Ставили и коньяк. Не выпить было трудно, тем более холод спровоцировал постоянный озноб. В общем, так получилось, что на работе я был слегка «под шафе».

Ничего особенного я не сморозил. Все сделал хорошо, грузины были довольны. Я обнимал Мишико, хозяина квартиры, а он говорил, что вот – он провел электричество в этот храм, в котором сейчас идет служба, и вообще, что я прекрасный человек, Россия и Грузия – дружба на век!

Монастырь в Мцхета – могила царей Багратиони. Столб, под которым захоронен хитон Христа. Это очень интересная история. У Христа был цельнотканый хитон, ибо Мать Его была ткачихой, пряхой при храме иудейском, и она соткала цельнотканый, без швов, хитон для своего Сына. Это очень дорогая вещь по тем временам. (Христос знал толк в одежде!) И вот, после распятия хитон был куплен каким-то иудеем, а затем был выкуплен грузинкой-паломницей и из Иерусалима прибыл в Грузию.

Она хранила его всю жизнь и умерла, держа его в руках. Их похоронили вместе, женщину и хитон, в монастыре Мцхета. А сверху установили столб, расписанный фресками об этой истории. Там же рядом, в женском монастыре – мироточит Иверская Богоматерь – это я видел своими глазами! Я там купил шапочку сванов – такая войлочная с висящим шнуром, в ней и вернулся в Москву, т.к. потерял свою. А в Москве – минус 20. Она спасла меня от менингита, наверное. Я помню радостных священников, которые передавали приветы русским, пятилетних детей, которые уже! не говорили по-русски. Хорошеньких молодых грузинок, наводнявших храмы на Рождество. Я фотографировался с семьей, у которой жил. Милейшие люди. Очень сожалели о том, что с Россией нет связи. По телевизору, правда, показывали НТВ.

Перед отлетом мне вручили пакет – подарок от патриарха (я брал у него благословение на работу, фильм делался на деньги грузинской патриархии) Илии Второго. Он прекрасно, кстати, говорит по-русски и учился в России. В пакете было, естественно, вино, грузинское шампанское (я такого и не видел) равно как и грузинский коньяк. Еще был маленький посеребренный сервиз, который у меня пыталась отобрать грузинская таможня (по закону нельзя вывозить серебро). Я сказал – «Ребята! Это подарок патриарха». Все вопросы были сразу же сняты. К чему это я? Да так, вспомнилось. Теперь я читаю это:

«Грузинские военные сожгли церковь вместе с прихожанами.» Но ведь это уже не грузины! Это зулусы, язычники или черт его знает кто! Они стали такими за 10 лет, как стали ими и украинцы. Вот только это написал, встретил на улице знакомую – украинку, 2 дня, как из Киева. Как там, спрашиваю, войну оценивают у вас?

– Все переживают, что правительство поддерживает Грузию.

– А народ?

– За Россию, конечно!

Вот тебе и украинцы. Конечно, она еще не вся Украина, но все же.

15 августа

В конце концов, договорились бы с Грузией так – Мы вам гарантируем территориальную целостность, а вы – забываете про Пентагон и НАТО. Главное, международное право соблюли бы! Очень нужны нам эти осетины с абхазами! Своих горцев мало что ли? Да разве кто-нибудь услышит?!

Конечно, сейчас это невозможно. Но не включать же их в состав РФ? Вся Европа будет против нас. А оно нам надо?

Как наладить с Украиной

С Украиной наладить отношения очень легко. Надо московского патриарха переселить в Киев – вот и все! Сказать, что Киев – мать городов русских. Отсюда есть пошла русская земля и т. д. Им это, как бальзам на душу. Действительно, церковь общая – в Москве начальников и так много. Гражданство можно тоже принять украинское (патриарху) а заодно и всех его чиновников тоже туда переселить. Далее потихоньку возродить государство Киевскую Русь. Столицу тоже переместить в Киев. (Это как же Москва-то разгрузится!). Будет два государственных языка – украинский и русский – как в Канаде – английский и французский. Со временем выберем общего Великого Князя., там, глядишь, и Белоруссия подтянется. Нью-Йорк тоже не столица, вот и Москве это ни к чему. Или Князь – в Москве, патриарх – в Киеве – тоже хорошо – двуглавый орел, как он и должен быть! В общем, всячески потакать надо украиноцентризму в обмен на их устремления на Запад. Как же – колыбель великого славянского государства не может продаться западу и т.д.! А так мы дождемся, что действительно в Крыму базы НАТО будут, поляки вон уже взбесились!

Случай

Какой-то несчастный на мотоцикле сбил пятерых на Коломенской набережной. Трое в морге. Что сказать? Ужас. Жизнь так мимолетна и хрупка. Шли люди, гуляли, наверное, пятница, вечер… прекрасная погода, хорошее настроение… тут этот урод из-за угла… на заднем колесе – попонтить захотел… Вот глупая смерть. Не его – его закономерная, раз он такой идиот, а этих несчастных. Все три погибшие, кажется, женщины.

Если все подвержено случаю в этом мире, то как жить? А если все закономерно – возникает вопрос «почему»? «Почему я?» – наверное, спрашивает каждая из них сейчас. Пусть богословы ответят.

Смерть в Филях

Вчера знакомая говорит:

– У нас тут церковь красивая в Филях. Приезжай посмотрим!

Она там рядом живет. Я эту церковь знал. Нарышкинское барокко. Очень красивая. Решил – отчего бы не зайти не посмотреть, только, говорю, возьми какую-нибудь подстилку, пойдем потом в парк позагораем, а то и искупаемся.

– Хорошо.

Ну, я приехал. Жара 30 градусов. Ужас. Знакомая моя в вечернем платье. Ну, это нормально – в чем же еще на пляж? Мне вообще со знакомыми дамами везет – они все в вечерних платьях на пляж ходят и в туфлях на каблуках. По дороге в церковь я чувствую – спекаюсь, нет моих сил больше. Пойдем, говорю – купаться. Ну, взяли такси, поехали на Филевский пляж. Это, конечно, не Лазурный берег, но место какое-то под деревом нашли. Правда, отвес был почти вертикальный – но в других местах все занято – кругом семейства с баклажками пива и малыми детьми.

Прямо под нами расположилась мать-героиня. Один самый маленький – периодически сосал ее огромную грудь, которую она то и дело вываливала из купальника. Остальные трое детей как-то сами собой развлекались и баловались. Ее подруга, с красным лицом и цигаркой в зубах, сидела тут же в красном платье. Периодически подруга уходила в лес, вместе с матерью – героиней. А дети оставались одни. Тогда остальные дети бежали по моей голове вслед своей мамаше. Причем 2-х годовалый паренек сгребал в охапку полугодовалого, который сосал грудь, и карабкался вверх к кустам, где скрылась его мать, роняя младшего брата по дороге. Моя знакомая не выдержала такого издевательства, и, схватив младшего, вручила его в руки вышедшей из кустов матери-героине. Я искупался и только после этого как-то ожил. Вода была прохладная, и это хорошо.

Часов в семь мы решили вернуться. Поднимаясь, мы увидели на дороге лежащего синего человека, всего в наколках, не старого, и группу молодых людей рядом, тихо шушукающихся и тыкающих кнопки телефона. Человек лежал ногами на дороге, причем рядом стояли его пляжные тапочки, а головой вниз – в кювет, так сказать, причем, несмотря на то, что он был вниз головой, под голову подложили пакет. Как будто он просто шмякнулся как шел, без всяких прикрас. Лежал ровно, рядом – тапочки.

Лицом он был синий.

– Бухой что-ли? – спросил я, как бы сам себя.

– Похоже, что умер, – сказала моя знакомая, – он же синий весь, – и с ужасом посмотрела на меня.

Мимо проходящий мужик с седой шевелюрой, глянув в сторону трупа, выдохнул:

– Ну, …бть!

В смысле – «только этого еще не хватало» или «мрут где ни попадя!» Мужик не стал пояснять и быстро ушел.

– Ну вот, ща позвоним врачу, – как -то вяло произнес один из молодых людей. Остальные – парень и девушка молчали.

Затем мы шли по парку, вспоминая, как кто из знакомых внезапно или не внезапно умер.

На выходе из парка мы увидели скорую помощь и кортеж впереди из двух всадников-милиционеров. Это было так торжественно – их движение по центральной аллее, что напоминало какой-то придворный церемониал из шекспировской трагедии. Это была труповозка.

Потом нам надо было что-то купить в ларьке, хлеба кажется, но там стоял подозрительного вида парень и тыкал в окошко пистолет, довольно большой.

– Подожди, – сказал я. – Что-то мне этот парень не нравится.

И действительно, парень повернулся и стал стрелять по дереву пульками. Пистолет был пневматический. Ларечник, видимо, не польстился на пистолет, и парень ушел, но неохотно. Я, впрочем, уже нащупывал в кармане ножик, который у меня всегда приделан к ключам. Небольшой такой – перочинный, но очень острый.

Посидев у своей знакомой, я пошел к метро Фили.

По дороге на остановке я застал такую картину. Толстенная баба кг на 150 орала на своего молодого человека:

– Ты, сука, только тронь меня! Только тронь меня, б…! Да я тебя! Да я тебя задушу! – Затем она начала махать своими ручищами, как мельничными жерновами, и лупить этого несчастного по чем попало. Справа и слева. А по-другому было и невозможно, так как руки ее двигались по огромным дугам с боков, как у деревянного пугала, вращаемого ветром туда-сюда. Кавалер был был в белой рубашке и с барсеткой.

Удары сыпались преимущественно в голову, но он ничего не предпринимал, только пытался увернуться от этих огромных толстых ручищ:

– Да я что… Да я ничего… – бормотал парень. – Я ж тебя не трогаю.

– Да я тебя, сука! Да я тебя, козел! Да ты только тронь! – В конце концов она упала, порвав парню рубашку. Просто торба упала, не удержав равновесия. Мне хотелось сначала вступиться. Но потом я решил, что вступаться за мужика глупо. И просто стоял, и ждал, когда же он даст ей сдачи в ее толстое, извините, рыло. Или чем это, вообще, все закончится. Но он этого так и не сделал. Только бросил ей ее сумку, когда она упала. Тетка поднялась, и они начали смотреть в разные стороны, стоя рядом на остановке.

Сегодня я позвонил своей знакомой. Она не выспалась. Думала о трупе в парке.

27 августа

Позавчера гулял на Чистых прудах – смотрю толпа и огорожено. Какие-то демократы ратуют в пользу Грузии. Все одинаковой внешности – кудрявенькие, худые и носатые. Подошел поближе – дали листовку. Прочитал – а там все наоборот – против Грузии. Патриоты, значит. Черт знает, что! Запутаешься. Видимо, наш энтузиаст пробрался туда. Митинговали спокойно. Никто не разгонял, не мешал.

Был бы я грузином

Вот был бы я грузином – разве не хотел бы я жить, как в Америке? Конечно бы хотел. В совдепии уже пожили, хватит, Большому брату наподчинялись. Да, в конце концов, можем мы жить, как люди или нет? – спрашивает себя какой-нибудь Кикабидзе. У него гастроли по всему миру, друзья там и сям, хошь в Америке живи, хошь в Европе, везде его любят – Кавказ, Дюма ну и т. д. На кой ему Россия, я думаю? Зачем она ему сдалась? Деньги заработал там? Да в Европе тоже заработать можно. Поклонники? Фильмы? Да и хрен бы с ними с поклонниками и с фильмами.

Если попробовать встать на точку зрения оппонента – жителя какой-нибудь постсоветской или пост-варшавской страны – их прекрасно можно понять. России они боятся, хорошего от нее они видели мало (в советское время) а, главное, ей все время надо было во всем отчитываться и исполнять ее коммунистические приказы. Конечно, какой-нибудь поляк или грузин мечтают о том, чтоб в одночасье оказаться в 51-м штате Америки. В конце концов, уровень жизни и зарплаты там выше. здравоохранение, соцзащита ну и т. д на уровне. Жить приятно и легко, если работаешь, конечно, (они так думают). Да и посещение Америки, в общем, приятно их радует новыми перспективами, везде им подачки, гранты, помощь. Не думают они только об одном – за все приходиться платить. А как платить? Ну, во-первых, извольте-ка своих солдатиков в Афганистан и Ирак под пули во имя демократии, ну, а во-вторых, надо строить козни России. Вступить в НАТО, пустить к себе их военные базы. И, конечно, обличать и обличать «режим».

Беда только в том, что на этом пути можно и заиграться. Ведь есть благоразумные страны – те же Армения и Азербайджан – они как-то умудряются и «нашим и вашим». И благосостояние там растет, и с Америкой, и с Россией отношения хорошие. В Азербайджане даже, по-моему, есть американская база. В Грузии только сейчас отключили российское телевидение, а в Азербайджане его уже давно нет.

Т.е зачем провоцировать, зачем задирать Россию, раз уж ты под боком живешь? Азербайджан с Арменией не задирают, и у них все хорошо!

Просто Грузия отдалась с потрохами (как, впрочем, и Польша). И цена вопроса уже гораздо больше. Они не просто выживают, они работают в «системе». Конечно, так забыть свои исторические связи с Россией для официальной Грузии и Украины – феноменальное …ство. Пришли какие-то сайентологические ребята-прагматики-технократы, которые вообще не нашего поля ягода. Это просто нормальные американцы, которые, собственно, к Украине и Грузии отношения не имеют. В принципе, Ющенко или, еще лучше, Тимошенко можно было бы поменять местами с Саакашвили – ничего бы не изменилось. Это функционеры Госдепа, давно уже купленные и завербованные там. А простой народ думает – ага, парень, вроде, в Америке учился, взяток не берет и говорит, что против коррупции – проголосую-ка, авось заживем как в Штатах!

Да вряд ли это когда-нибудь будет в означенных странах.

31 августа

На прошлом московском кинофестивале был такой фильм «Человек из посольства» – немецкий фильм о Грузии, по-моему, гениальный. Жаль, что мало кто его видел. Там об этой стране – нынешней Грузии – все сказано – шакальство на каждом шагу. И это немцы – их союзники! Жаль дали Гран-при не ему, а какой-то нудятине!

«Носороги»

Эжен Ионеско. «Носороги» в театре у Никитских ворот Розовского. Носороги! Носороги! Мы все носороги. Утин – носорог, Ме – носорог. Мы все в зале – носороги. Носорожьей толпой идем в светлое будущее великой России. Почему? Потому что мы за силу, за власть, мы голосуем за порядок. Это плохо, это бесчеловечно. Я правда, помню других носорогов, носорогов 90-х, которые стадами сметали предприятия за бесценок и выпускали акции МММ, а потом учили, как жить из телевизора и «своим» капиталом собирались помочь умирающей России. Нет, это были не носороги, это милые пьяницы-демократы, милейшие ребята-либералы, свои в доску, за доллар готовые вынуть из тебя кишки и намотать на свой банковский счет.

Телевизор

Судьба так складывается, что последнее время я знакомлюсь с людьми, не смотрящими телевизор. Вообще. Не специально так получается, просто попадает так. Им просто некогда. Одна – Т. – не смотрит его три года, другая год, ну и т. д. Дело в том, что цвет лица у них другой. Более здоровый, и в глазах есть какой-то человеческий смысл, есть цельность энергетическая, аура здоровья.

Так бывает, когда смотришь старые документальные фильмы. «Мир в войне», например. Знаменитый фильм 73-го года, английский. Интервью дают люди, пережившие войну. Я обратил внимание на глаза – неважно, англичанин это, или немец, или поляк, или американец. У них у всех – человеческие глаза, по-человечески внимательные, спокойный тон. Это люди не масс-медиа, это другая формация, другая генерация людей, более натуральная, более цельная, здоровая энергетически, несмотря на войну. У них в глазах есть смысл.

И я не вижу его, этого смысла, в глазах современных актеров, например. Я беру актеров, потому что их видят миллионы. На экраны выплескивается огромное количество раздробленных, невротичных, мутных личностей. Сознание, находящееся в потоке масс-медиа, безнадежно больно, дырявое и упадочное. Эти фотографии намазанных красоток в глянцевых журналах не имеют ничего общего с действительностью. В жизни они все страшные, усталые и невротичные особы. Про всякие фабрики звезд и реалити – шоу и говорить нечего. Я работал тут на одном, на РЕН ТВ, несколько лет назад. «За стеклом» называлось, декорации делал. Насмотрелся этих «звезд» – это все готовые самоубийцы, готовые наркоманы самого отстойного зелья – дешевого успеха и мельтешни среди придурков. Они выходят обратно в жизнь калеками и душевнобольными. Чем больше пытается впитать в себя человеческое сознание ерунды, тем человек больнее. И все, что вокруг, только и предлагают тебе – сожри еще и это авно, оно вкусненькое, в новой цветной бумажке: есть еще «Ледниковый период», а есть еще «Звезды на льду» ну и прочая ерунда…

Так живет телевизор. На 90% это – Колизей, только Колизей ширпотреба, а не высоких трагедий. Колизей вселенского дерьма. А ведь есть еще и кинотеатры со своим дерьмом, ежедневнообновляющимся. Теперь спросите меня:

– А смотрю ли я телевизор?

– Смотрю.

А зачем я это делаю?

Да кто его знает! Привычка. И цвет лица у меня, наверное, нездоровый, не такой, как у этих знакомых моих новых. Однако, даже если смотреть только хорошее или «полезное», само излучение телевизора зловредно, болезнетворно. Это все равно, что дышать пылью не круглые сутки, а по временам. Помню ответ одного нашего горе-продюсера и телемагната корреспонденту на радио – он против всяких общественных советов на телевидении, но его дети телевизор не смотрят! Что тут скажешь! А слабо сделать так, чтобы и твои дети могли смотреть телевизор и не становиться от этого тупыми пустоголовыми зомби? Да, это все равно, что спросить, а слабо сделать, чтобы Царство Божие настало по всей земле?

Так все мы ругаем телевизор, но, почти все его смотрим. Изобретатель телевизора, наш соотечественник Зворыкин проклял в конце концов свое изобретение, сказав, что он и не предполагал, какую гадость будут по нему показывать. А ведь он жил в Америке, так что мы здесь не отличаемся от других стран.

Собчачество

На днях смотрел передачу про Собчак с Гордоном. Вышел какой-то безумный поэт и стал кричать, что мы все тут греемся в лучах славы Ксюши Собчак, далее зачел какие-то бездарные стишки в ее честь. Он то уж точно пропиарился за ее счет. Философ Секацкий доложил, что гламур предохраняет от «резких жестов», поэтому виват, Ксюша!

Помню, после окончания художественного института, попал на радио по знакомству, подработать корреспондентом. Проработал, наверное, месяц. Пошел с микрофоном к храму Христа Спасителя, там какой-то собор проходил. Первый репортаж. Ща, думаю, выйдет какой-то архиерей, а я ему тут как тут умный вопросик. Притаился, жду, а зима. Тут выходит толпа. Я к одному – он в мерседес, к другому – он в мерседес. Третий, смотрю, без мерседеса – я к нему – а скажите, Ваша вашшство, как вы считаете, а он в ответ, не оборачиваясь:

– Да пошел ты в задницу! – и ушел.

Так и сказал. Не любил батюшка корреспондентов, видать. Так и с телевизором. Включаешь – кто там прав, кто не прав – рожи одни и те же. Ну их всех к черту! Чтобы что-то обсуждать, надо сначала что-то из себя представлять. Давайте обсудим накипь в моем чайнике, это и то интереснее.

Счастье

Глупые люди думают-гадают, что такое счастье. Счастье – это запах готовящихся сырников с кухни, когда там любимая жена.

Мысль

Иногда одна мысль может оправдать год твоего существования, иногда вся жизнь человека стоит одной его мысли, но чаще человек уходит, а ни одной мысли после него не осталось.

Кризис

Кризис, кризис… Когда говорят «кризис», особенно у нас в России, это значит, кто-то слишком много украл! А-А-А-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!!!!! (гомерический хохот)

Почему?

Встретился со знакомой зулуской. Милая девушка, свои трудности по жизни. Прошлись. И сразу спрашивает:

– А ты смотришь сериал «Тяжелый песок»?

Я знаю две вещи. Что этот сериал про зулусов, и что эта семья никогда не смотрит телевизор. Спрашиваю:

– А почему его надо смотреть? (Делаю вид что, первый раз о нем слышу).

– Как? Ты не знаешь? Там такие замечательные актеры! Такие замечательные! А такой сценарий!

– И что, – говорю, – папа тоже его смотрит? (Она живет с папой)

– Да, и папа тоже смотрит! Обязательно посмотри!

Я смотрю на нее и думаю: «Ну не задание же у них всем своим знакомым рассказывать про этот сериал. Нет, это генетика, тяга такая за своих, про свое. Почему же у нас, русских, этого нет? Нет, я не против сериала про зулусов. Пускай все будет, и красное, и зеленое… пусть цветет сто цветов! Но почему у нас никогда?

Никогда ни один русский не спросит зулуса или другого русского – а ты смотрел фильм «Старухи»? Или сериал «Есенин»?

Этот беспроводной телефон работает у кого угодно, только не у русских. Почему? Потому что мы – быдло, навоз, булькающее авно истории. Пьяные рожи, взяточники, ублюдки, вертухаи, уголовники, предатели, хамы, воры. И до тех пор, пока мы будем хамами и ворами, другие будут снимать про себя сериалы, показывать их по Первому каналу, хвалить его всем своим знакомым, а заодно раздавать ТЭФИ и прочие призы. Дело не в них, дело в нас, в нашем убожестве, хамстве и разобщенности. Никогда русский не поддержит русского, не похвалит его, не устроит на работу, потому что он русский.

Это все оставлено другим. А папа ее танцует вальс на Венском балу и купил ей билет в Вену.

Закономерность

Интересную я заметил закономерность. Те, кто не любит» режим Утина», как правило всем в этой стране пользуются, люди не бедные, оборотистые и знают, что тут куда вложить, чтоб получить наибольшую прибыль. Те же, кто любят Утина, как правило, ничем от этого не пользуются, не имеют никакой выгоды, если только это не работники АП и парт чиновники. Это просто люди, которые здесь живут, причем живут пока еще хреновато, так себе, средненько, но надеются на лучшее.²

Фобии

Многие, пожив за границей, заражаются серьезным фобиями в отношении России. Кто виноват сейчас в падении фондовых рынков в России? Перелистал интернет – Утин, конечно! Куда делись влитые миллиарды недавно? Ясен перец – украли! Это у меня знакомая так из Франции приезжает – боится колбасы купить. Почему? Спрашиваю. Боится отравиться. У них ведь пишут!

Вот они тем, что «пишут», и питаются там годами.

Параллельные не хотят

Смотрел «На луне Гоголя» в театре Ледуховского. Коллега пригласил. Он там сценографию делал. Держу пари, что 9 из 10 не знают о существовании этого театра. Он находится в доме-музее Шепкина на ул. Щепкина в Москве. Поразило совершенно необычное театральное действо. Не скажу, что я знаток театрального авангарда, да и, вообще, его любитель, но в данном случае… Небольшая комната (один из залов музея), два ряда стульев, зрителей 30 чел. Актеры – выпускники Ярославского театрального.

Удивило что – виртуозная работа со светом – практически один прибор, который держали актеры в руке, создавая фантастические тени на белой стене, абсолютно ассоциативная подборка текстов, и абсолютно наплевательство на систему Станиславского. То есть сам эффект спектакля происходит оттого, что актеры совершенно не отождествляют себя с текстом, а иногда вдруг делают совершенно неожиданные акценты, слова произносят словно нараспев, иногда как бы читая, иногда вдруг вкладывая в них абсолютный реализм и переживание. То есть нет этого жеваного реализма, который в плохих пьесах моментально превращается в натужное любительство, ибо текст плох, или реплика фальшива, а он «старается переживать». Вот этого совершенно нет. Работают с текстом, как будто каждый перед спектаклем съел галлюциногенных грибов, т.е. с непредсказуемой интонацией, но при этом очень «вдумчиво и душевно», иногда очень хорошо поют. Вообще подборка текстов совершенно случайна, по крайней мере так кажется, все в общем выглядят, как уроды, но это и хорошо для Гоголя.

Сама система похожа на Любимова в последних работах – чистая экспрессия, ассоциативность, иррационализм, но при этом больно там, где должно быть больно – и это важно, чтоб не получилось просто чушь. Музыка гениальная – не знаю чья. Вот где-то же в впотьмах и на полном энтузиазме куется что-то интересное. Причем, по первым минутам был уверен, что пришел на какую-то любительщину, когда актер сидевший минут 15 на стуле, пока зрители собирались, минут пять потом не мог произнести первую фразу и судорожно тянулся рукой к бюстику Гоголя – ан нет, все-таки затянуло. Танец шинели без головы – это вообще классика. Вообще засела в памяти одна цитата из Гоголя, видимо, в этом спектакле – «Параллельные не потому не пересекаются, что они не могут. Нет! Они не хотят.»

Когда в советское время перезахоранивали прах Гоголя, комсомольцы растащили его на сувениры. Однако дня через три сговорились все вернуть, ибо Гоголь стал являться во сне и требовать отдать его ребро и т. п. Берцовая кость, однако, пропала, а из манишки сделали обложку для «Мертвых душ».

Был в Третьяковке

Итак, был в Третьяковской галерее, что на Крымском валу. Оказывается, там потрясающая выставка русского авангарда. Т.е. вы не подумайте, что русского. Конечно, советского. Но как это хорошо!!!! Нет, я не имею ввиду всяких там Малевичей, Машковых… Ну их в баню! Нет! Там есть гораздо интереснее экспонаты! Прямо на втором этаже. Заходим! Заходим все! Вообще по информативности я получил колоссальное впечатление! Какие-то потрясающие инсталляции, ленты Мебиуса и прочая, и прочая. А какие инсталляции у Пригова, а баба, висящая на лесках и смотрящая на какую-то штуку с глазом! А какие-то ящички, в которых какие-то выдвигающиеся картины – нет, а баночки, баночки!!! с какой-то ерундой советских времен, а инсталляция, где вещи со свалки 77 года… это же наше детство!!! Это же эпоха времени…

Впрочем, был слегка пьян-с.

«Адмирал»

Выбрался посмотреть фильм «Адмирал», наконец. Чего такую ярость вызывает он у либеральных маргиналов – понятно. Впервые, наверное, с такой ясностью и прямотой сказано и апробировано кассовым байопиком, что наше – это белые, а не красные. Хорошо – это монархия, дворянские балы и честь офицера, воинская доблесть и патриотизм, а не красные и их советы. Это именно заявлено открыто, жирно, недвусмысленно на примере царского адмирала, который показан, как мученик, ровно, как и генерал Каппель, памятный нам по фильму «Чапаев» «психической» атакой каппелевской дивизии, по которой шарашит Анка из пулемета. С идеологической точки зрения он у меня не вызывает никаких вопросов.

С точки зрения формы вопросы есть прежде всего из-за излишней «американскости». Этот надоевший уже (мне лично) дробный монтаж трясущейся камерой, обязательные «сильные места» с оторванными конечностями и пронзительным дымопусканием паровоза. Можно сказать, что по форме-это вполне голливудский фильм с американским же принципом «обоймы звезд», которая кочует из одной картины в другую. Хабенский кажется сытым котом, а не боевым генералом. Он слишком субтилен для Колчака и моложав, зелен. Боярская, наоборот – хороша, а иногда даже по-голливудски «слишком» красива – но таковы правила игры, и это нормально. Вообще, взять надо было одного – т.е одну – Боярскую. Не сомневаюсь, что Хабенский – это выбор продюсеров, а не режиссера. Эта манера играть все с одинаковым непроницаемым выражением лица – тоже вполне американская. Хороший парень, наверное, этот Хабенский, но уж больно его много! Умилил американский флаг на сборах армии Колчака в Омске – это, видимо, любовь к Америке продюсеров. Но оно и правильно – вон, когда еще союзниками-то были, оказывается!

Фильм полезный. Пробуждает интерес к своей истории, и это гораздо лучше, чем, бесконечные хи-хи да ха-ха наших дурацких комедий. Его, конечно, запишут в одну обойму с «1612», но «Адмирал» явно лучше. Да, а ненависть он вызывает, потому что он за Империю. А Империя – это ж страшное слово для всего «прогрессивного» человечества. Ату их! Они за Империю! А речь то, в сущности, о нескольких хороших людях, их жизни и смерти. И таких людей много на Руси было.

«Адмирал» 2

Почитать различные форумы про «Адмирал» – это что-то.

Оказывается, Колчак – кокаинист, садист и неврастеник. Пол Сибири перестрелял, золото поделил с чехами, и вообще, «чурка нерусская» – мстил России за своего прадеда турецкого пашу, который еще Миниху проиграл русско-турецкую войну. Расстрелял его, конечно, русский народ в лице красных Левинсонов. В общем, такая зюгановская каша, что чертям тошно!

Да, Колчак – наследник турецких пашей, а Каппель – выходец из шведов, да мало ли еще кто откуда! Суть Империи в том, что и русский, и турок, и швед, и еврей работают вместе на одну идею – идею России, ее величия и процветания. В этом и есть суть Империи, а не в том, чтобы считать, у кого сколько русской крови в жилах. Более русского офицера, чем Каппель, еще поискать, как более русского историка, чем Тальберг, например, – тоже из шведов. Русский немец, русский еврей – это нормально для русского патриота, если он патриот, конечно. А патриот – тот, кто работает на христианскую Россию. Кто против Христа и веры – не может быть патриотом, посему не может быть патриотом красный, или атеист воинствующий, каковые и пришли к власти в 17 году. Фильм этот как раз и возрождает грезу об Империи, некогда великой и утраченной навсегда, просто потому, что нет уже ни той аристократии, ни знаменитого «русский интеллигент», ни даже чеховских дядь Вань и докторов Астровых, не говоря уже про офицерство тех еще представлений о чести. (Впрочем, есть некоторые. Был таким и Геннадий Трошев, царствие ему небесное!)

А что же есть? Есть лишь одно преемственное – православие. Оно сохранилось, оно почти неизменно, его пронесло в горниле войн и революций и лишь закалило. Поэтому православие и империя – две вещи нераздельные. В самой сути православия заложена идея империи, как англиканство предполагает монархию, ибо король – глава церкви. Поэтому в фильме много крестятся – так говорят критики. Те, кто ненавидит Империю Российскую, ее идею – ненавидят и православие. Отсюда бездна критики – их тошнит от самой идеи, они ее страшатся, как в жутком сне. А всякие искусствоведческие придирки лишь для отвода глаз. Ну, я, конечно, «гадкий патриот», как всегда.

Можно ли быть мерзавцем?

Можно ли быть мерзавцем, и учить хорошему? Можно. Причем большим мерзавцем и учить очень хорошему. Это эталонное сознание называется. Во мне, например, оно очень развито, (хотя я и не большой мерзавец). Отчего это мы все знаем, как надо, но никогда так не поступаем?

О ксенофобии

Ксенофобия, которая не есть национализм, ибо в национализме здоровом нет ничего плохого, ксенофобия, т.е. ненависть к другим нациям – это всегда идеология побежденных. Проиграла команда по футболу другой команде – и ненавидит ее. Просто надо учиться и побеждать. Другое дело, что это трудно. Надо побеждать противника его же методами.

Кшиштов Кеслевский

Почему я из всех режиссеров выше всех считаю Кшиштофа Кесьлевского – потому что у него есть гениальное ощущение реального человека, такого, как он есть без моды, без представлений сегодняшнего дня, человека, как он есть вечный вопрос. Два моих самых любимых фильма «Короткий фильм об убийстве» и «Короткий фильм о любви». В первом особенно возникает эта тема незнания человеком самого себя. Кажется, все нормально, ты себя знаешь, ты этого никогда не сделаешь, в этой ситуации не окажешься – и вдруг – и сделал, и оказался, и ты в полном овне, и в этом обществе таких же, сидящих в овне. И ничего нельзя сделать – такова жизнь! Так в детстве нам кажется, что уж нам – то будет легко, уж мы-то им покажем, мы-то сможем, мы-то завоюем! И вот – и не показали, и не завоевали, и не смогли. Сидишь и думаешь, что за … – твоя жизнь!

Пастырь Ермы

Почему нельзя быть православным и успешным одновременно?

Потому что православие – это вечность, а успех – это сегодняшний день. Владимир Соловьев – успешный, поэтому он не православный, и не потому, что зулус. А просто психосоматика другая. Надо быть начеку, надо во все лезть, все знать, обо всем судить, со всеми поддерживать, иметь 40 друзей, сотню врагов. Православному это не надо. У него – вечность: он и Бог. Чем меньше лишнего, тем лучше. И кто прав – неизвестно. «Пастырь Ермы» когда-то входил в новозаветный канон. Кажется, веке в третьем или четвертом его исключили, хотя и не осудили, как апокриф. Это единственное христианское произведение, в котором добродетелью указана мощь, а не немощь. Так и написано: добродетель – мощь, сила. Потом куда-то это все делось.

О беременности Бахминой и милосердии в русской литературе

³

Может, я тупой, но я не могу понять, почему речь о великой русской литературе и ее традиции милосердия зашла только, когда обратили внимание на участь беременной Бахминой, забеременевшей в льготных условиях поездки домой? Почему не неделю две назад, когда были те же самые триста беременных женщин – заключенных в наших зонах???

Значит, кто-то дал отмашку? Проплатил – не проплатил, а скорее, все-таки проплатил эту начавшуюся компанию все под тем же старым девизом «наших бьют!»

В сталинских лагерях у конвоиров женщины отсасывали на морозе, чтоб потом затолкать себе семя внутрь. Именно для того, чтоб забеременеть и получить льготный режим. Вот это была русская литература, а не эта кувырколлегия. А не работала бы Бахмина в Юкосе, где были бы сейчас правозащитники?

Вот и давайте различать – если она политзаключенная, то говорите об этом, а если беременная, то сначала о всех остальных беременных, и что с этим делать. У этой хоть муж есть и Новодворские с Лесневскими в качестве адвокатов, а также длинный список подписантов-«интеллигентов», а у тех вообще никого! Так что не права Толстая, а не Арбатова. На этот раз прицел у нее что-то сбился. Тогда надо освобождать всех беременных! Но за них подписанты-интеллигенты не впрягаются что-то! Русская литература им на этот счет ничего не подсказывает.

9 ноября

абздынь!

Кризис в кинематографе

Пришел кризис, пошли сокращения. Как всегда, где-то грохнуло, а у нас все накрылось, хотя мы самые-рассамые. По радио, правда, говорят, что работу найти ноу проблем. Звонят в прямом эфире в банки и договариваются на собеседования за 25 тысяч в месяц. Так то ж в банковской сфере! Это ж им 200 млрд вбухали, а не в средний бизнес. Медиа вообще курят бамбук. Слышал, что мегапроизводитель отечественного мыла «А-Медиа» почил в бозе. Удивительно, но снимают все те же все там же. Максим Соколовский снимает! Гриша Константинополький снимает! Что снимают, кому это все нужно? Главное, бейсболку наоборот одеть перед камерой, когда интервью даешь. Козырьком назад – и взглядом бегать туда-сюда. Он весь в работе! Гений, ядрить, в творческих планах. Кто-то еще говорит, что кризис очистит кинематографические ряды – недалекие люди. Наоборот! Кто вгрызся в теплые места и присох к кормушке, заберет последний доллар.

Бессмысленность прогресса

Сидеть дома в плохую погоду, слегка болеть, покашливая, пить лекарства и микстуру – читать книжку и смотреть любимые фильмы. Ни работы, ни людей – ты полностью предоставлен самому себе, один в квартире, ни досужливого быта, ни трещащих телефонов – делай что хочешь. Вот оно счастье!

У тебя интернет – ты можешь путешествовать по миру, переписываться с президентами, откапывать информацию, читать любую книжку – словом, весь мир перед тобой, и ничего не надо больше!

Может быть, это высший пик человеческого существования, высшее достижение человеческого рода – проводить так время. За это, за то, чтоб у меня была сейчас такая возможность, человечество гибло в войнах, терпело эпидемии, открывало новые земли, резало друг друга в революции, шло на кресты и проваливалось в тартарары, предавало, мучалось, влюблялось, терпело несчастья на пути к прогрессу, в борьбе за человеческое счастье испытывало недовольство и нужду. И вот этот миг настал!!!

Свершилось – устремление человека к ускользающему идеалу. Я свободен, я не голоден. У меня есть немного денег, чтоб не думать о том, что я буду есть ближайшие недели, за квартиру заплачено, кредиты тоже оплачены, я – воплощение мечты человечества о счастье, именно сейчас, в данный момент!

И я сижу и думаю – что-то не так. Прогресс человечества ни к чему не привел.⁴

О «Китайском чуде»

Всем любителям Китайского чуда

«Потерянные в Пекине» (112 мин, 2007) Участник официальной конкурсной программы Берлинале 2007 Специальное упоминание «за сценарий» на Международном кинофестивале Трайбека (Нью-Йорк) 2007 Режиссер: Ю Ли. Сценарист: Ю Ли. В ролях: Тони Люн Ка Фай, Фан Бин Бин, Тон Давэй, Элайен Дзин.

Пин Гуо («Яблоко») работает массажисткой во Дворце массажа ног «Золотая чаша» – популярном массажном заведении, принадлежащем Линь Дэну, бизнесмену-нуворишу средних лет.

Однажды, во время служебной вечеринки Пин Гуо напивается. Ее босс Линь Дэн пользуется ситуацией, чтобы заняться с ней сексом. Муж Пин Гуо – Ань Кунь, который работает мойщиком окон высотных зданий наблюдает за их встречей во время своей работы.

После этого сомнительного изнасилования Пин Гуо забеременела. Анкун шантажирует Линь Дэна: либо тот заплатит компенсацию, либо он подаст жалобу об изнасиловании. Но у Линь Дэна и его жены Ван Мэй нет детей. Двое мужчин заключают сделку «деньги в обмен на ребенка», чтобы Линь Дэн и Ван Мэй могли стать родителями. По условиям договора Пин Гуо переезжает в их дом на полгода, выдавая себя за няню. С этого момента двум семьям приходится столкнуться с неконтролируемыми последствиями и дилеммами, порожденными их выбором.

Происходящая на фоне лихорадочной жизни Пекина, эта история исследует социальную реальность сегодняшнего Китая, где быстро растущая экономика бросает новые вызовы традиционным ценностям, семейным отношениям и положению женщины в обществе, а также порождает конфликт между материальным и духовным.

Фильм запрещен к показу в Китае. Изначально «Потерянные» участвовали в конкурсе Берлинале 2007 в режиссерской версии. В это время в самом Китае цензоры вырезали сомнительные сцены (нашли более 50) … В ноябре 2007 изрядно подчищенный фильм вышел в китайский прокат с целомудренным названием «Яблоко». Но через месяц фильм уже запретили окончательно, поскольку на DVD, как чертик из табакерки, выплыла полная версия (пиратская). Продюсера и сценариста Фан Ли на два года отстранили от работы.»

Что-то напомнило сталинские времена.

Чувство и значение

Искусство – это чувство без значения (значение придумают критики), религия – значение, иногда без чувства, политика – одно значение, почти никогда чувство.

Редкость

Гениальный спектакль «Плутни Скапена» на Малой Бронной. Второй раз посмотрел, второй раз хожу и напеваю ла-лаа-ла-ла-ла-ла -ла-ла-ла-лаааааа, ла-лаа-ла-ла-ла-ла-ла-ла-ла-лаааааааа. Все выходят бодрые и в хорошем настроении, а это такая редкость…

Дикость и святость

Мне не нравится в ней, что она говорит – «Я не люблю Россию», «Я хочу уехать из России». Да, мне это режет слух. И мне не нравится, когда на фильме «Адмирал» во время Каппелевской атаки без патрон, она поворачивается ко мне и говорит: – «Какой плохой фильм!» Она идиотка, в ней нет чувства патриотизма. Я разразился внутренней тирадой по поводу, что всякая рыжая пустышка мнит себя европейкой и смотрит исключительно «Малхолланд драйв» и прочую «стильно-умную» дребедень. Всякая нормальная баба с сиськами (без сисек просто не лечится), по-моему, на этом месте должна прослезиться, а не кривить физиономию, поэтому я ее не люблю. Но я ее понимаю. Я понимаю разумом тех, кто хочет отсюда уехать. Они не привыкли к непредсказуемости и не хотят привыкать к постоянной угрозе.

Дело в том, что Россия – это смесь дикости и православия. Дикость заключается в ее непредсказуемости. Ты никогда не знаешь, что может случиться через минуту. Откуда поступит угроза. Не далее, как вчера, посещал театр эстрады. Полно народу, известный спектакль, припаркованные джипы, приличная публика, опаздывающие проходят рамки металлоискателя, вдруг истошные крики – «Что вы делаете?! За что?!!». Уже пройдя внутрь, оборачиваюсь. Человек пять охранников схватили какого-то мужика (билетный спекулянт?), валят его на пол, тащат куда-то на улицу, он сопротивляется, орет истошным голосом. Приличная публика расшатывается в стороны. Мужик брыкается и орет, как будто его убивают. Причем, отнюдь не бомж. Коротко стриженная охрана мутузит его, чем попало – молча причем. Все это в проходе у входа. Джипы, дамы, цветы. Вот это Россия. Когда едешь в час пик в метро, вдруг кто-то орет, как будто его укусили за задницу – «Да …б твою мать!» – на весь вагон. Это тоже Россия. Захожу в подъезд, газета лежит на столике – там всегда бесплатные газеты района – заголовок жирно – Катя Т погибла из-за смелости. Беру читаю – некто зашел за девушкой в подъезд. У лифта решил сорвать с нее сумку, та уцепилась – началась возня – этот некто бьет ее ножом и скрывается с сумкой. Девушка истекает кровью, умирает до приезда «скорой». Все это видят два парня во дворе. Один гонится за убийцей, хватает его – тоже получает удар ножом – оказывается в реанимации. Вывод делает корреспондент: девушке не надо было сопротивляться, надо было просто отдать сумку. Преступники есть везде, это понятно. Но здесь этой дикости на каждом шагу. Потом все эти преступники приходят в церковь, каются. Еще лучше – «приходят к вере» в заключении. Это чаще и как-то красивее. Одно поддерживает другое.

В Германии, например, месса идет двадцать минут, но никто никого не лупит у входа в театр и не отнимает сумку в подъезде. И что я хочу этим сказать, что в России плохо? А вот и нет. Если бы не было дикости на Руси, не было бы и православия. Одно своими масштабами как-то уравновешивает другое. Глубина покаяния в православии – сидение на хлебе и воде, битье поклонов постом и стояние на камнях не имело бы смысла без серьезности преступления. А так – раз традиция покаяния уже есть – значит, надо кого-то предварительно зарезать и съесть. потом уже каяться. Можно сказать, что у нас генофонд подкачал, точнее его вырезали, это тоже верно. Но вряд ли на это можно списать все. Дикости раньше было больше, конечно. В советские времена пьяные лежали на каждом шагу, сейчас значительно меньше. Из автобусов алкаши предпочитали не выходить, а падать головой вниз, это я видел несколько раз. Любимое занятие пацанов – «дай 20 копеек», обидь слабого, накостыляй ему, сейчас как-то тоже не практикуется, по крайней мере, не в таком масштабе. То есть движение к лучшему идет. Но, чтобы дикость вышла на уровень нормы, т.е. сопоставимый с европейским, все-таки должно пройти еще лет десять в Москве и лет 15 в провинции.

Но главный вопрос все же – религиозный. Если все друг к другу ровно относятся, все улыбчивы, приветливы, милы – зачем идти в церковь? Лучше посмотреть скабрезную комедию про американский пирог. Так святым не станешь. У нас все как-то проще и выпуклее. Зарезал, покаялся – стал праведником, ушел в скит, питаешься травой сныть два года – чу, явились ангелы, вознесли под белы руки! Там другой на очереди. Зарубил жену топором, приполз на коленях за 100 верст в Троице-Сергиеву Лавру – и это реальная история. Мне ее рассказывала корреспондент местного телевидения, она снимала про этот случай сюжет.

Святость – она как-то предполагает дикость. В Европе все-таки нет святых. Или почти нет. Но самое главное, что вот эта-то святость, которой мы гордимся, на нашу же дикость – ну никак не влияет. Вот, в чем вопрос. Один из самых мутных городов – Сергиев Посад. Лавра, религиозное сердце России – да, только в стенах монастыря. За ними – какое-то стойбище. Мало того, что все время что-то крадут. Периодически грабят и убивают иностранцев. Мне рассказывали, как какая-то американка пошла погулять одна – лет 70-ти. Нашли на следующий год, когда снег сошел. Тоже ведь приехала «в сердце России». Не останавливайтесь в гостинице «Аристократ» – у меня там скоммуниздили фотоаппарат! За съемочными группами, которые туда приезжают, сразу начинается охота. Воруют и пленку, и документы, и деньги, стоит только зазеваться. Зато как хорошо за переездом – там, где домик Розанова! Район Козьей Горки, где жили все эти философы. Тишина, покой, деревянные дома. Страна контрастов! Так что все рядом – и дикость, и святость. В Америке, может, и дикости мало, зато святости нет. А нам ведь главное – спастись.

Она и ее кот

Мы часто ругаем женщину, не понимая, что она бесится от одиночества. Меня всегда настораживает, когда они не любят своих кошек. говорят, что любят, но все время рассказывают какие-то ужасы про них – они противные, они кусаются, орут чего-то непонятное, я его толкнула, он на меня напал… сегодня утром пытался изнасиловать мою руку и т. д. в общем, дурной кот (кошка). Можно сделать вывод, что она (женщина) злая. но, на самом деле, может, ей просто чего-то не хватает? Мужика, например.

Женщины и собаки

Женщины, как собаки, чувствуют нутром. Одна девочка мне рассказала, когда ее мама заболела (они жили в Узбекистане) она пошла к знакомым корейцам и попросила приготовить ей собаку. Съесть собаку считается полезным для здоровья. Корейцы приготовили. Мама выздоровела. Я не выдумываю. Девочке тоже врать не было смысла. Я спросил – почему? Оказывается, поев собаку, человека прошибает пот и жар. Через это выходит болезнь. Я спросил:

– Ты сама ела?

– Нет, говорит. Маме тоже не сказала, что это была собака.

Но потом, когда они шли по улице, все собаки облаивали ее маму, как подорванные. Та не могла понять, в чем дело. Один знакомый заставил жену сделать аборт. Все женщины вокруг него стали на него кидаться, даже не зная про это. Любовница бросила из-за ерунды.

Красота и Бог

Красота, как и Бог, смотрит на нас, даже когда мы о ней забываем. Природа, например. Смысл искусства – чтобы смотреть на нее, на красоту, а не на мир.

Смерть патриарха

Сказать жаль – все равно ничего не сказать. патриарх унес с собой эпоху – Второго крещения Руси. Теперь никто не может сказать – «а мы не знали» «нас не научили». Эту эпоху будут вспоминать, как светлую – ибо, что было до этого – вообще мрак и жуть, теперь всех научили и каждый сделал свой выбор – а что будет дальше – разве что Страшный Суд.

Америка

Америка очень разная. в этом истина. там есть все.

Япония

Япония будет наш единственный конкурент. Мы много почерпнем у них, а они у нас.

2009 год

Подъезд или Европа и Россия или как открыть форточку

Вместо того, чтоб писать тома, как Данилевский и Леонтьев, я бы описал наш подъезд. Нет, я совсем не собираюсь критиковать Россию, как многие могут подумать, прочитав название… Я видел подъезды в Лондоне и Париже, и я видел, естественно, подъезды в Москве – и я могу сказать, что в Москве есть совсем не хуже и даже лучше подъезды… Я говорю о другом. Поехал сегодня к знакомой в гости, и она, как бы предваряя мой заход в ее подъезд – приличной сталинской пятиэтажки – кирпичной, с высокими потолками – рассказала про то, как соседская старая овчарка писает в подъезде, т.к. ее хозяйка, алкоголичка, не может ее выпустить на улицу. На нее, конечно, ругаются соседи, и она периодически с тряпкой на лестнице и в парадном подтирает ее лужи, раскорячившись старой торбой.

Запах удушливый, бьет в нос живым организмом, умирающим, искалеченным, но живым. Она залила весь подъезд, въедливые лужи темнеют при входе. Искоренить запах невозможно. Я, зажав нос при входе, тут же побежал открыть окно, но самое удивительное, что всем жалко эту овчарку – они орут на хозяйку – она, пьяная выходит убирать. Но никто и не думает, что ее можно отравить, переселить, усыпить (и хозяйку, и овчарку, заодно). Нет, все терпят и не знают, что делать. Хозяйка открывает дверь, и старая овчарка писает в подъезде – а что ей еще делать? Дверь подъезда бывает закрыта, а на улице мороз. Кто-то может откроет, а кто-то впустит, или не впустит… И так все мирятся с этим.

Я вспомнил мой разговор со Славой Полуниным. Он переехал в Лондон, и первый раз его выселили с квартиры, когда детишки запуститили бумажных голубей с балкона. Кто-то «капнул» – и его просто взяли и выселили. Эта была та самая улица, где написана знаментая антисоветская утопия «1984». Портобелло, кажется. Висит мемориальная табличка – «здесь жил писатель Джорж Оруэлл. Он написал роман «1984» – англичане вообще любят развешивать мемориальные таблички. Так вот дети Полунина забросали пол-улицы бумажными голубями с балкона – Славу оттуда попросили. Со второй квартиры его выселили по причине приезда Гребенщикова – просто они хорошо отпраздновали Славин день рождения. С третьей квартиры после небольшой вечеринки его тоже собирались выселить – но он вовремя подсунул под дверь соседей-жалобщиков билеты на свое представление. Вот вам Россия и Европа! Мы живем в зассанном подъезде, потому что нам жалко старую овчарку. Мы так и женимся на «старой овчарке», потому, что она твоя. И самое главное, что и религия у нас такая. Мы все ждем, когда оно само что-то решится или, наконец, сдохнет.

Это удивительно, но приходя в один известный монастырь, я, первым делом, в верхнем храме, где всегда толпа народа и жуткая духотень, ищу, где здесь форточка, протискиваюсь поближе к форточке, которая, как правило, бывает закрыта, особенно зимой. Открыта только одна сторона двойной рамы, но и через эту закрытую форточку потягивает живительный сквознячок, который один спасает положение. Тысяча людей будет стоять молчаливыми силуэтами в духоте, полагая, видимо, это за свой крест, и никто никогда не подойдет и не откроет окно хотя бы на минуту. Разве что кто-нибудь околеет от духоты в этой толпе или упадет в обморок. Мы боимся что-либо сделать, чтоб приспособить к жизни, и зачастую именно по привычке – авось как-то что-то, перетерпится, перемелется…

Тут один греческий старец в монастырь приезжал – устроили встречу. Его переводили. Что там старец говорил на греческом – одному Богу известно, т.к. переводил монах одновременно с тем, как тот говорил. Сказать старцу, чтоб он делал паузы, видимо, никто не решался. Т.е. он делал паузы, но тогда и монах переводчик делал паузу. Так что, то ли один дурак был, то ли другой – непонятно. Но в целом эффект отрицательный. У нас такая «встреча с православием».

Как? что? как он может так говорить?! так вот и говорю – ничего непонятно-с, … то ли переводчик заснул, то ли старец с ума сошел. А главное, никто не готов открыть форточку.

Солянкой закусывайте!

Дело в том, что, выпив по седьмой, я подумал, чем же закусить – яблочным соком в кружке или солянкой, которую я только что сварил. И вот пришло озарение – солянкой лучше! Да будет вам, дети мои, это наставление во веки веков. Солянкой закусывайте!

Добыть святой водицы, наблюдение в церкви

Протиснулся тушей носорога, полчаса больным инвалидом перебирал ногами, топтался, словно падая, давя наседавших, охал и ахал, кряхтя перегаром, добрался до столика гиппопотамом – ох, ах, слава те, Иисусе! – Хлебнул, крякнул, красномордым хряком утер пот, ноги не стоят, давят сзади – перекрестился три раза на алтарь размашисто – добыл-таки святой водицы! 150 кг с двумя бутылками ушло – слав те, Иисусе! слав те, Иисусе! слав те Иисусе!

Сзади напирали…

Купание в крещенской воде

Отчего народ так любит купаться в прорубях на Крещенье – страшную вещь скажу – оттого, что больше ничего не умеет (и я в том числе – в религии, я имею ввиду) вообще, в христианстве трудно быть, каждодневно, маленькими шажками-жестами, гораздо легче одним махом – ух! ах! ооооооооооо! хорошооооо! Вот это по-нашему – окунулся и пошел дальше на свою помойку.

Вообще, любовь к широким жестам – она в крови у востока. Индусы ходят голыми и не стригут волос, филиппинцы прибивают себя к кресту, шииты долбят мечами себя по башке шахсей-вахсеями. Зато это все видно – это все вызывает – вааааах! На это можно пойти. Гораздо трудней делать то, что не видно. С этим у востока напряженка. Чем примитивнее жизнь народа, тем большее значение он придает внешнему.

И все же, без ярких жестов нельзя в религии. В обычной жизни можно. но у нас и этого нет – кепка аэродром – это сам человек. Машина, дом, часы, одежда. В принципе, весь наш кинематограф – «а мы тоже можем, как в Голливуде» или, в лучшем случае, «а мы тоже можем, как в Европе», получается ни два, ни полтора. Надо выглядеть «модно», делая кино. Т.е. прищуря глаз, смотришь какого-нибудь Ш. и думаешь, а может это Тинто Брасс, только кастрированный? Смотришь другого – а может это Баз Лурман? Смотришь Комеди-клаб – тю! да это ж «Очень страшное кино»! Только теперь оно называется «очень смешное кино»! Вот шла по телевизору «Анна Каренина» советский – гениальный фильм, и ничего «модного».

Андрей Шаповалов

⁵

Имея колоссальное содержание, мы не можем привести это в удобоваримую форму – и это касается религии. Американцы, не имея никакого содержания, (кроме умения продать), все приводят в идеальную для потребителя форму. Весь мир перенял этот их навык из всего делать товар и товар идеальный для потребления – в идеальной упаковке с инструкциями и цветной иллюстрацией. Что же касается религии, то тут возникает проблема и у нас, и у них. Можно расточать гениальные мысли перед сидящей нога на ногу аудиторией, и это не будет церковь, просто потому, что не сидят в обнимку с девушкой и не жуют жвачку в церкви – американцам это понять сложно. Еще сложнее понять, что в церкви вообще не сидят. Как бы ни расточал Андрей Шаповалов свои перлы – это театр одного актера, лекции в обществе «Знание». С другой стороны – наша церковь – абсолютно герменевтически закрытое предприятие, требующее высшего богословского образования, чтобы понять, что там вообще происходит, какие там «паки и паки» и «иже херувимы» с задостойниками и октоихами седьмого гласа, меланхолический валик средневековых проповедей, перемалывающих 4 буквы из 32 известных, да еще тихим голосом и по бумажке. Он вообще не проповедь читает – он часть интерьера. Его принесли, поставили, унесли – кто он? где он? зачем он? Да кто его знает, да какая разница! Он – нечто промежуточное перед причастием. И, главное, о чем он говорит? «Как сказал Ефрем Сирин…» паки и паки. Где Ефрем Сирин и где я? А не пора ли сменить пластинку, может, на Андрея Шаповалова?

Все это так, но у нас есть что-то, что помимо слов, изначальнее и выше, у нас есть трансцендентное, но нет слов. Там слова, но нет иной реальности, того, что послы Владимира увидели в Св. Софии. За 1000 лет она покрылась копотью, тканями и позолотой – иная реальность в полумраке и духоте. Она ждет, когда же откроют форточку, и все станет на свои изначальные места!

Есть две религии

Есть две религии: верить – значит мучиться. Это наше, родное. Верить – значит радоваться – это весь остальной мир. Устаревший терминологический аппарат давит на психику больше, чем мы это предполагаем. Мы полагаем «грех – это место». Отцы учат: здесь, (в монастыре, в церкви) спасение. Там – в миру – погибель. Здесь, в этой профессии – спасение, в той – погибель. Бывают ли актеры святыми? Бывают, думаю, актеры многие, вообще, как дети. Я их много наблюдал. Есть актеры духовные, думающие, просветленные. В любом случае, у актера гораздо больше шансов быть с Богом, чем у «верующего-профессионала». Они (актеры многие) и в церковь приходят, как дети. Они принимают все сразу, они считает это выше себя. Там что-то есть. Надо крестить ребенка. Есть что-то и оно в церкви. Вот вера простого, как дитя, и она единственно правильная. А, может, оно и еще где-то есть? Может и есть, даже наверняка. Оно везде есть. Но есть места, где его нет. Но это не в дихотомии церковь – мир, это просто места – там, где культ золотого тельца, например. Жажда наживы, корысть и только корысть – там Бога нет!

Слушать себя

Если бы вдруг упразднили религию – отменили бы все церкви, служения, конфессии, – просто стерли бы память, как у нас стирается память о младенчестве. Интересно, что было бы? Наверное, некоторые, просыпаясь с утра, думали бы – наверное, есть Бог, и его надо о чем-то попросить, и еще чего-то нельзя делать, чтобы мне не стало хуже. И мы все знаем, о чем надо попросить и чего нельзя делать. Вот, собственно, и все. Каждый знает, чего хочет от него Бог, но все притворяются, что нужна еще религия. Она есть в каждом из нас. Надо всего лишь слушать себя.

Закхей

Сегодня слушал проповедь. Вышел монах, стал говорить о Закхее, который влез на дерево, чтобы увидеть Христа. Закхей молодец, это понятно. Главное, тем молодец, что все раздал, что до этого накопил.

А вы, говорит монах, можете все оставить и раздать, чтобы обратиться на путь покаяния? Я думаю, какая долгая и бестолковая у нас традиция вот этого словоблудия – все раздать, чтоб обратиться на путь покаяния. Ни сам этот монах, никто другой, не знают, что значит «все раздать» и обратиться на путь покаяния. Уж церковь точно «все» не раздала, ни сам монах, ни его монастырь. Так что это значит и, главное, зачем? Кому раздать, как? Всем взять посох и пойти пешком на Соловки? Всем одеться в рубище?

И, главное, все знают, что никто все не раздаст, но поэтика эта нам люба. Путь покаяния! А что за путь покаяния?

Вот делай свое дело честно – вот и будет тебе путь покаяния. Открой в себе то, что может принести пользу людям, развей его, укрепи, принеси пользу на том месте, куда тебя Бог поставил! Добейся, но сделай, соверши! Открой свой талант! Преумножь его во сто крат, а не стой тут и не кисни. А так слова, слова, слова.

Добиться успеха

Добиться успеха в искусстве – это как добиться успеха у женщины – нужно следовать стилю, языку. Неважно какой ты человек, главное – одежда, насколько ты современен, в какой ресторан зовешь, заводишь ли на позитив (мне одна дама все время один и тот же вопрос задавала – че такой не позитивный? Я ее чуть не прибил на том же свидании) Интересно, вообще, есть ли женщины, которые любят грустных мужчин, или только тех, которые рассказывают анекдоты? Правда, что не все польстятся на деньги, но грустных – не любит никто, если только он не рок-звезда.

Так и в искусстве – не важно, кто ты есть на самом деле. Важно, насколько ты современен, насколько владеешь приемчиками, насколько похоже, как там, делаешь. Что живопись, что литература, что кино.

Бороться

Посмотрел последнее время «Мастер и Маргариту» сериал и Довлатова «Заповедник» в театре им. Моссовета. Чувствую что-то общее, что-то не цепляет. Что именно? Борьба с советской системой. Надоело. Надоело про то, как борются с тем, чего уже нет 20 лет. Пора давать новую пищу. А что новое? С чем бороться?

Вот бы наши продюсеры на это ответили. Им важно рейтинг-зритель-бабло, понятно. Но в самом деле – а с чем теперь бороться-то? Бороться с ленью, чтобы заработать – хороший вариант, но мелко. Бороться с собственными недостатками – тоже мелковато. С несправедливостью бедности и богатства – боролись уже в 17 году. С грехом? Курам на смех – такого искусства вообще не бывало, токмо жития. Бороться со смертью, с тупостью, с глухотой, с несправедливостью бытия вообще, с краткостью жизни, с нелюбовью, с суетой, с одиночеством, с Богом и дьяволом поочередно, бороться с вечным и временным, бороться хоть с чем-нибудь, но только реальным, а не фантастическим.

Я за что борюсь? Я борюсь за себя, чтобы я был таким, какой я есть на самом деле. А это очень сложно.

Политологи

Я не могу понять эту профессию. Один одним фондом руководит, другой другим – собрались на Первом – что будет делать Америка? Да черт ее знает, что она будет делать! Порассуждали с желтыми зубами. Один:

– Обама будет бомбить!

Другой как сыч морской с усищами:

Не будет бомбить!

Один: – Все будет хорошо!

Другой: – Все будет плохо!

Да леший его знает, что там будет. Только зарплата у них почему-то больше, чем у меня.

Русская миссия

Ездил недавно в Киев, оформлять павильон для Савика Шустера. Знакомый хохол заказец подкинул. Чтобы понять, что у России есть миссия, достаточно посмотреть шоу этого Шустера на украинском телевидении. Т.е. из него ясно, что у Украины нет никакой миссии. Это просто страна бардака и балагана. Мы хотя бы ругаем нашу коррупцию – дык в наших передачах хотя бы умные люди пытаются разобраться, откуда она идет, и как с ней покончить. У Шустера же один валит на другого, а в промежутках – нарезка из дешевых российских сериалов на ТНТ и СТС – это им, видать, ндравится – последний писк, т. е. Тут еще из пыльного угла вылезет какой-нибудь Петро Симонец с одой комсомолу и Днепрогессу, а напротив, из другого пыльного угла – шевеля усами, националист из «братства» – бендеровец. Все это сдобрит своими тупыми вопросами какая-нибудь … – «по опросам самая сексуальная писательница», и поддакнет ей полу-араб полу-хохол ведущий, скорее похожий на Бен-Ладена. Весь этот цирк занял, наверное, пол-Киева своей студией, в которой можно уместить футбольный стадион. А по бюджету этот проект, наверное, равен содержанию украинской Рады. Тут же сидит Киселев с опущенными усами. Приютили важного эксперта. Чистоты жанра нет. Бардак и эклектика. Вали все в одну кучу – главное, подальше от России.

Чи шо Америка, шо психбольница в Мариуполе.

Показали «Пять вечеров»

Я вот все-таки удивляюсь, у зулусов с Первого канала – что денег мало? Показали хороший фильм раз в 20 лет в память Гурченко, так рекламы насовали, как капусты себе в штаны! Невозможно ж смотреть! Ну, ни совести нет, ни чести! Эти клоуны уже, наверное, и правнуков своих обеспечили, не то, что жен и детей, а все мало.

И наш Руководитель еще приезжает с ними чаи гонять -«фабрика у вас тут!» И ведь кто-то эту шайку бережет, чтоб не разогнали. Кто-то Очень Влиятельный.

Молчание

Христос воскресе! Не писал семь седмиц. Друзей прибавилось больше, чем за все время писания. Вот, что значит молчание – золото.

Размышление о Пасхе

Многие думают, что Пасха каким-то образом связано с переходом зулусов через Красное море. Ошибаются. Сам эпизод, связанный с этим словом, был несколько раньше, перед казнями Египетскими, когда надо было помазать кровью агнца косяки своих дверей. Дословно перевод с зулусского означает «Бог прошел мимо». В истории так и получилось – Бог прошел мимо зулусов и прилепился к нам, русским. Почему Он это сделал? А Бог его знает.

Половина святых мест

Недавно приехал из Святой Земли. Впечатлений масса. С удивлением констатировал, что половина святых мест Иерусалима принадлежит абиссинцам. Если бы зулусы были христианами, остальная половина принадлежала бы им. Воспомним, что абиссинский католикос как-то пытался оттеснить православного патриарха из Кувуклии во время сошествия Святого огня. Это было в 17 веке. Православные были оттеснены на улицу, и святой огонь вышел из колонны. Ея опаленный разлом до сих пор можно лицезреть у храма Господня.

Пока мы жили одну жизнь

Пока мы жили одну жизнь, абиссинцы прожили сто, а зулусы тысячу. Конечно, они умнее нас, они знают все пути хитрости и греха. Как овладеть этим миром, известно им досконально.

Русские не идеальны

Да, мы, русские не идеальны. Наши три столпа государственности это – барин-самодур, народ гулященький и Матвеюшка-лежащенький. Не революции видимые меняют страну, нет – и при царе, и в наше время, и в Советском Союзе – было одно и тоже: барин-самодур, народ гулященький и Матвеюшка-лежащенький.

Вот, что удивительно, ни смена общественной формации и ни смена формы собственности – ничего не изменили в России. Наверное, это даже новая мысль в нашей историософии. Эти три столпа не изменились. Что же надо сделать, чтобы что-то изменилось???

Надо, чтоб барин самодур наконец понял, что он последний на земле, которому просто повезло прислониться к власти или умыкнуть много денег, или даже быть царем всея Руси. Просто он – слуга народа и все. Народ должен перестать гадить под себя и обвинять в своих мокрых штанах всех вокруг, а Матвеюшка, (Матронушка, Федотушко) что ж… пускай лежит. Прозорливец ведь.

Русская идея

Хочешь увидеть русскую идею – сходи на концерт воскресной школы. Еще лучше – отдай туда своего ребенка. Сводный хор мальчиков и девочек поет «Журавли», «Гляжу в озера синие» и т. д. Посмотри на их лица. Оцени спектакль про воскресение Христа, где от прикосновения к плащанице прозрела принцесса Изида, и рыжий разбойник обещает больше не грабить честной народ. Я вообще сентиментален. Иногда я плачу от простых вещей.

Когда-то друг позвал меня на крещение своего маленького ребенка, я был крестным отцом. Нас завели в крестильню в виде погреба, где была купель, как небольшая купальня. Взрослый человек мог сойти туда по ступенькам и окунуться с головой. Перед нами была какая-та девица лет уже 18-ти. Ее стройное тело проскользнуло за простыней в купальню и обратно. Священник помог ей укутаться, что не скрывало отнюдь ее прелестного тела, так как мокрое, оно проступало сквозь простыню. Мой друг посмотрел на меня и улыбнулся:

– Неплохая работенка у батюшки!

А я в это время готов был расплакаться, потому что меня поразила красота этого древнего обряда. Простота наготы тела крещаемого, глубина молитв и что-то далеко-далеко превосходящее обычную похоть.

«Отрицаюся тебе, сатана!» – читал священник, а девушка плевала на четыре стороны света, как это положено по обряду. Хор пел, и в глазах у меня стояли слезы, потому что это то, к чему я соприкоснулся. Так соприкоснись с детьми из воскресной школы, и ты почувствуешь русскую идею. В театре такого нет, и на улице нет. Сознание становится чистым, и ты понимаешь, зачем живешь. Зачем? Чтобы была эта чистота и эти лица. И так хорошо становиться от этой чистоты, от корневой породы русского благочестия и молитв, что весь этот мир сворачивается в трубочку вместе со всем его весельем и КВНами, и идет прямиком в ад.

Задник на кабриолете

Лето, тепло. Ну хорошо, май, все равно тепло, выходной.

Иду куда-то у храма Христа Спасителя, газуют кабриолеты, музыка на всю, он доволен – бабла много, жизнь удалась, врублю на всю!

Мимо по тротуару – чахоточный юноша со своей кралей:

– Не, ну эти задники на кабриолете – так чмошно смотрятся!

Я думаю, что у этого вьюноша нет денег не то, что на кабриолет, но и на задник, а, может, и на красовки. Но кабриолеты-то газуют! Девушке-то надо что-то сказать! Типа – ну и я тоже не лыком шит, не лох педальный! Я-то вижу, что задник, ну, так «чмошно смотрится!»

Так всегда, идешь куда-то, ловишь краем уха, как вьюнош загружает девушку, распускает свой чахоточный хвост. Если хвоста, ну, совсем нет, начинает рассказывть что-нибудь из техники или по хозяйству. Главное – загрузить «полезной информацией!»

Немецкая тюрьма

Встретил знакомого грузина на днях. Покалякали о том, о сем. Сам живет в России – семья, дети. В Германии получает вид на жительство. Машинами торговал до недавнего времени. Тут кто-то ему звонит при мне, начинает по телефону рассказывать – бизнеса нет, машины не берут, в общем, все плохо. Трубку вешает. Кто, говорю, звонил?

Да, говорит, один дурак из Германии – кто по телефону дела обсуждает? Все же прослушивается! Тем более, сам в тюрьме сидит!

Я говорю, как в тюрьме сидит? За что?

Распространяться за что, мой приятель не стал, но, говорит, сидит. Посадили года на полтора.

Что ж ему нужно, спрашиваю?

– Машину хочет взять BMW недорогую.

– Как? Зачем?

– Вот и я ему говорю, зачем? А он мне: А на чем я в тюрьму ездить буду? На метро что-ли??! Он сначала на работу, с работы – в тюрьму. Ну, а по выходным домой. Помнишь фильм «Хочу в тюрьму» с Володей Ильиным?

– Ну?

– Вот, типа того. Тюрьма там, говорит, лафа. Но это за легкие и экономические преступления. Я, – говорит мой приятель, – всю Европу объездил – везде все такие вежливые, улыбаются, как дела? как дела? Им, конечно, по х…, как у меня дела, а все равно, приятно ведь?!

Я подумал:

– Действительно, приятно.

Евровидение

В Евровидении побеждает cute – симпатичный. Cute gay, cute girl. Я не злой человек, но Саша Рыбак пока что из того, что я видел – это пустое место по сравнению хотя бы с англичанкой, у которой действительно шикарный голос, и которая не влилась в это повальное – хоп-хоп! гэй-гэй! с притопами и прихлопами, демонстрируемые абсолютным большинством. Видимо, кто-то когда-то вычислил, что это производит максимальное впечатление на домохозяек у телевизора. Турецкое гэй-гэй поднялось, кажется, до пятого места (или четвертого), его опередило азербайджанское гэй-гэй, потому что девочка cute, а мальчик, кажется, действительно гей-гей.

Вообще, если задаться глобальным вопросом, способно ли Евровидение внести хоть йоту в продвижении реальной души, реального искусства? Нужно ли оно вообще искусству как таковому, пусть даже и эстрадному? Я думаю, ответ однозначен – не способно, не нужно. Это всемирная лабуда, так и останется лабудой, сколько бы денег в нее не вбухали.

Производит впечатление засилье одинакового типа певиц – крашеные блондинки с лужеными глотками, все существо которых представляет из себя сугубо одно только женское либидо. С другой стороны – это мачо с рекламы «баунти» или мужской туалетной воды, с такими же «туалетно-водными» песнями. Какой-нибудь Никос Сакис. Ты май бэби, я тебя кис. Саша Рыбак ушел недалеко от них. Дима Билан прилетел на белых крыльях, чтобы вручить приз Диме Билану 2. И так дальше до бесконечности.

Вспоминается из недавнего прошлого лишь одна Марина Шарифович, да и та лесбиянка).

Человек-компьютер

Жена – встроенный хард-диск, любовницы – выносные, ты их грузишь, они тебя грузят, отключаются, подсоединяются к другим компьютерам, перекидывают информацию. Есть еше флэшки, есть SD.

Другое

Всяческие девицы любят выписывать себе в анкеты умные мысли, естественно переписанные у какого-нибудь Паоло Коэльо или из сборников афоризмов. Это делает их, как им кажется, более многозначительными и загадочными. У одной такой прочитал «Старайся иметь то, что любишь, иначе придется любить то, что имеешь».

Подумал и поразился глубине этой мысли. Взять хотя бы личную жизнь человека. Один бросил жену с двумя детьми, чтобы добиться сердца той, которую действительно полюбил – и о них, об этой любви, слагают легенды (Высоцкий и Влади, например). Какой роман! И т. д. песни, муза, все такое – в общем, молодцы ребята – настоящая любовь! Другой влачит сосуществование с женой – но уйти от нее не может.

Его имя канет в лете, его муза сдохла, ни о нем, ни о его жене никто не вспомнит, да и они сами друг другу осточертели. Но ему приходится любить то, что он имеет. Так и 90% человечества – вынуждено любить то, что имеет. Ибо другого не будет! Кишка тонка, чтоб было другое.

Но ведь это аморально – бросить свою жену, или, хорошо, скажем просто, свою девушку бросить ради другой – более молодой, боле покладистой ну и т.д., более красивой, в конце концов. Счастье вообще аморально!

Помню, смотрел давно чешский фильм «Поросенок во ржи», комедия, годов кажется 70-х. Комедия про вора.

На суде он сказал: «Но зато я был во ржи!»

Люби Россию!

Некоторые демагоги любят твердить – люби Россию! Люби Россию! Как будто оттого, если мы все будем говорить: «Мы любим Россию!» на Тверской, наконец-то, исчезнут нищие и проститутки или пьяный не будет сидеть поперек дороги. Я, например, хочу любить Италию. Но это Другое. А другое им неведомо.

Как неведомо и то, что, если хорошо в церкви знаменное пение, то не плохо и партесное, а рок вообще разный бывает, и не надо мазать всех одним цветом.

Русское доктринерство заключается в людской ограниченности.

Кто больше всего своровал, тот и самый большой «патриот». Он по сути хам, невежа и вор, но туда же – в патриоты. Был тут на совещании Совета ЦФО. Одни морды. Человеческих лиц – два-три.

Физкультурный институт и заведующие бань и рынков сплошь. 4 класса церковно-приходской. Все «патриоты». На другом полюсе – зулусы-телевизионщики. Вот два противоборствующих лагеря нашей жизни.

Нет, конечно, есть и хорошие люди и среди директоров бань, прорабов и даже среди выпускников физкультурного института, но почему-то они все не по специальности работают, а в крупных чиновниках, мэрах, губернаторах и их помощниках.

Женщины в транспорте

Сколько красивых женщин в общественном транспорте – тысячи и тысячи! Каждая могла бы составить счастье какого-нибудь индивида, а то и двух. Подойди к ней и спроси – сделала ли она кого-нибудь счастливым? Одна на миллион. Почему? Вот вопрос. Потому что любит сначала себя, потом уже себя, ну, а уж потом снова себя. Так выучились и воспитались, если только это не семья священника или, иногда, военного. Все-таки там – традиция.

Все говорят об экономике или абстрактной «духовности», а я бы начал с этого. Нет женщины – нет страны, нет семьи, значит, нет ничего. А, так оно и есть на самом деле. Пример надо брать с Кореи. Там все, как полагается, и с семьей, и с экономикой. Даже по фотографиям кореянки в лучшую сторону отличаются от всех азиаток – почему? Патриархальность корейской семьи общеизвестна. Обратный пример – Скандинавия. В Норвегии отцов-одиночек (!) в три раза больше, чем матерей-одиночек. Т.е. ушла к следующему, детей оставила мужу, так проще. Самая развитая страна по западным меркам! Не дай Бог, к этому придем!

Можно конечно спросить, а сделал ли я кого-нибудь счастливым? Я, думаю, да. Те женщины, которые были со мной и которые меня любили, были счастливы, по крайней мере две.

Мы и англосаксы

Все делится в этом мире на «все ОК» и «что-то не так». У англосаксов всегда «все ОК» – отсюда и фильмы, и культура, и музыка. У славян всегда «что-то не так». Причем сначала в головах, а потом уж в реальной жизни. Почему? потому что славяне – максималисты, а англосаксы – прагматики.

Запад и восток

Более глубокий вопрос – а почему англосаксы – прагматики, а мы, русские, максималисты? Это интересный вопрос, ибо затрагивает всю русскую культуру. Потому что англосаксы (особенно американцы) выросли в животной борьбе за жизнь, в естественном отборе. Естественное выживание основано на позитиве, иначе человек не может двигаться вперед. Русские же всегда были под крылом – то царя-батюшки, общины, православия, патриархальной семьи. Большинство русских писателей – помещики. Пишешь себе о вечном, а там кто-то пашет на тебя, какие-то там крепостные или твои, или матушки, или брата с дядей.

Крупные помещики – Толстой и Тургенев, наверное, одни из лучших писателей, затем пришел социализм – тоже под крылом. С голоду не помрешь – прожиточный минимум всем обеспечен. Отсюда инфантилизм – нюни всяких «Полетов во сне и наяву». Конечно, были исключения – 20-е годы, лагерная литература, самиздат и проч. Но общее ощущение, что за место под солнцем драться нехорошо, а я такой непонятый и гениальный, деньги – это зло и, в общем, среда заела – все равно что у чеховских персонажей – не покидало. Отсюда интеллигентские мечтания, тоска и болтовня пудами и тоннами. И главное – самолюбование: какой я несчастный, а где же он – идеал всеобщего добра на земле? Петь эту песню у нас всегда было модно, в то время как на западе этим просто некогда было заниматься. Сначала надо было выживать, потом зарабатывать.

Правда, теперь, когда заработали, запад вдруг выяснил, что идеалов вообще нет. Надо просто жрать и развлекаться.

Восток же идеалы сохранил, и если избавится от традиционной своей болтовни и делания вида, какой я важный, то у него шансов на прогресс гораздо больше.

Классификация красивых женщин

Классификация красивых женщин: классные телки, шикарные бабы и роскошные женщины. Последние отличаются от предыдущих прежде всего хорошим бюстом и тем, что их никак не назовешь бабами, т.е. какой-то особой харизмой. Шикарные бабы почти, как роскошные женщины, но попроще, снимаются на обложке журналов, полуголые в интернете, вообще чаще мелькают в желтой прессе. Классные телки – это все остальные, которые при ногах и все такое, но как-то их много, особенно в клубах.

Примеры – Анна Семенович – кандидат из шикарных баб в роскошные женщины. Но, видимо, ей туда не пробиться. Роскошные женщины живут как-то тихо. Замуж выходят за миллионеров, на тусовках не светятся. Роскошные женщины как метеор – промелькнула, осветив полнеба и упала к кому-то в постельку, как Оксана Федорова, например. Или Анна Самохина или Ирина Лапина, которых вообще никто не видит, кроме собственных мужей и охраны.

Шукшин

Василий Шукшин – замечательный русский писатель, актер, режиссер. У мер в 45 лет. В этом году в эти дни отмечается его 80-летие. Почему Шукшин стал Шукшиным? Потому, что писал на коленках, на подоконниках, в гостиничных номерах, на репетициях. На ходу. В ванной, т.к. не было места в однокомнатной квартире и т. д. А я чем занимаюсь? Кино скачиваю с интернета.

Я и Шукшин

В эти дни чествования Шукшина мне, как всегда, приходят в голову крамольные мысли. Я не могу отделаться от ощущения инфантильности и лживости советского кино. Да, великие актеры, порой великие фильмы, экранизации классики. Но вот кино о современной жизни – оно как-то все не получалось. Шукшин не считался большим режиссером среди «своих», т.е. кинематографистов. Вот Герман или Тарковский, это да, величины. Так считала кинематографическая «тусовка». Тарковский снимал своего «Сталкера» два раза из-за операторского брака. Герман на «20 дней без войны» потратил денег больше, чем Шукшин на все свои фильмы. Это мне рассказывал его оператор и замечательный фотограф Анатолий Заболоцкий.

И все же, вот едет в «Печках-лавочках» на юг замечательный герой Егор, кажется, с женой. Подсаживается к ним в купе хам-интеллигент, т.е в очках. И сразу начинает, так сказать, прессовать – деревня, куда поехал ну и т. д. Этот мотив постоянен у Шукшина – интеллигенты, городские сволочи зажимают честных рубах-парней из деревни. Вспомним «Живет такой парень» – как герой Куравлева, водитель, подвозил жену инженера. А этот инженер стал ему хамить.

Я вот думаю, почему в моей жизни – а прожил я не очень мало, ни разу не встречались вот такие хамы интеллигенты, которые хамят и унижают деревенских, а ровным счетом наоборот.

Кто пьет, базарит, бьет друг другу морду, наглеет и хамит в городе – деревенщина, хам.

Кто загонит городского за цугундер в пионерлагере или в деревне на отдыхе? Местный. Драка с местными – у кого в детстве не было таких замечательных историй?

Все, что пишет Шукшин, это такая замечательная романтизация простого парня. Только этот простой парень и слился так с партийной линией, что лихо наматывал кишки всяким там интеллигентам-диссидентам голубых кровей на всяких партсобраниях. Если б не романтизация этого «простого парня», не прогибание перед ним проституток – «советских» писателей, может и советской идеологии не было бы вообще. Не на чем было бы держаться – а тут вот он вам – герой так сказать нашего времени!

Он и сидевший, он и пахарь, он и рядовой, он и простой русский мужик.

Все эти «простые русские парни» еще с «Юности Максима» были любимым детищем Ильича. Те, кто священникам глаза выкалывал и казаков расстреливал миллионами. Поэтому и «Стенька Разин», поэтому и по партийной линии во ВГИКЕ.

Это все тот же инфантилизм от невозможности писать и снимать правду. О том, что невежды коммунисты управляют страной, что нет свободы, что вера запрещена, ну и т. д. – что живем в одном общем сарае. Но поскольку проблемы то нужны для кино – вот выдумали проблему – город зажимает деревню. «Простой парень» – положительный герой, а профессора в очках – люди мутные.

Чушь это все собачья. И Стенька Разин – это холоп и бандит, а никакой ни «пришел дать вам волю». Такие холопы и пришли к власти в 17 году. И «простой парень» такой же му… ла может быть, как и профессор в очках.

И именно советская деревня – это пьянь и разложение повсеместно. А природа – что ж, природа действительно хороша. Тут ничего не скажешь.

День не задался

С утра как-то чет день не задался. Погода, что ль? Пошел в ресторан рядом с «Венецией!» У нас, говорит, винный день – акция – берете бокал вина, а к нему закусь бесплатно – шашлычек, пицца, туда-сюда. Шашлычек – одно название, два кусочека ⁶для мыши на шпажке. Ну, взял еще бокал, несет – там грамм 80 от силы вместо 150. Думаю, ругаться или нет. Налила, что в бутылке осталось, наверное. Был не один, ругаться не стал – глотком больше, глотком меньше – подумал философски. Немец бы стал замерять. А у нас все норовят недолить, сукины дети! Пришлось три бокала взять. Зато к каждому бокалу – своя закусь – все тоже самое. Я еще пасту заказал.

– У нас повар-итальянец!

Паста, как паста – не вкусная, едали и получше. Короче, на одной закуси продержаться можно легко, если б еще наливали, как следует. В общем, так себе и ресторан, и кухня. Все как-то у нас через задницу. То пирожное 400 рублей, то вино не доливают. С такой наценкой на алкоголь в 900%! В Англии вон 5% наценка, и то люди в пабы перестали ходить.

Basso profundo

Послушал Маторина, заинтересовался басами. Стал рыскать по youtube. Ну, Реброва давно слушал и любил. Набрал бас profondo, пошли – с одной стороны русские басы, исключительно, в духовных хорах – Миллер, Пасюков, Вишняков, Златопольский, потрясающие хоры, пробирает аж до костей. Стал смотреть иностранцев – «самый низкий голос в мире», и проч. – одни сплошные фокусы в микрофон. Речь идет о современности. Нарезки из эстрадных песенок, фигли-мигли чревовещание и прочее. Пожалуй, один Ребров только -настоящий иностранный бас «с душой», и тот русским назвался. Почему? Да потому что русскую культуру не пропьешь, не променяешь на фокусы. Она «по определению» настоящая. Там, если бас, то духовный хор, молитва, ширь, мощь, вера. И никакой эстрады – вообще, близко нет! Это youtube, самый демократичный. Русская культура трансцендентна, молитвенна в своей основе. И литература, и кино, и музыка. Этого нет, увы, ни в Европе, ни в Америке. Потеряли ли мы ее? Конечно, потеряли, почти. И большевики постарались, и масскультура, и «мода», и «стиль».

Лев Шестов

Лучший литературный критик в России – Лев Шестов, и тот зулус (Лев Исаакович Шварцман). А что делать? Наш пострел везде поспел. Кстати в Серебряный век наблюдался удивительный феномен «наших» зулусов. Порода, образование. Известно, что для зулусов с высшим образованием делались исключения по черте оседлости. Им разрешалось проживать в крупных городах. Многие занимались философией, культурой, Гершензон, например. Питерцы вообще. На смену им пришли другие зулусы из разночинцев и мелких лавочников, которые и возглавили революционное движение на местах. Один из таких расстрелял царя, нарисовав звезду Давида на стене Ипатьевского дома. В отношении Шестова в мемуарах все сходятся во мнении, что он был «очень мил». Ну, не было человека, который бы его не любил и не уважал. Удивительно, что в Гитлеровской Германии в 38-м вышла его книга «Афины и Иерусалим». Хотя Шестов был ницшеанцем поначалу, но в дальнейшем ушел в другую сторону. И все-таки эта черта зулусов выбивать почву из-под ног – основная парадигма его писаний. Все, что угодно, только не догма! Не правила!

Чем Лев Толстой отличается от Иисуса Христа

Чем Лев Толстой отличается от Иисуса Христа? Толстой написал «Исповедь», и массу прочих поучительных произведений. «В чем моя вера», «Критика догматического богословия» и т. д. Известно три его глубоких мировоззренческих и духовных кризиса, во время которых он был на грани самоубийства или помешательства, и вследствие которых разражался чередой душеспасительных статей, ниспровергающих общепринятые устои и утверждающих нечто свое, новое слово, так сказать.

Итак, везде, вчитываясь в Толстого этих периодов, мы можем вычитать: «Я был на гране…», «Я готов был покончить с собой!», «Истина мне открылась с этой стороны», «Я понял вдруг тщету и лживость», «Лысина внезапно запотела, а в паху зачесалось», «Я осознал и принял бой с лживой моралью» … И везде Я Я Я Я Я Я Я Я Я Я Я Я Я Я Я в кубе и в квадрате. Мощный самец с большими яйцами – Я – не вместился в общепринятые салазки мировой цивилизации. Смотрите, какие у меня большие яйца! Смотрите все! Яйца, яйца, яйца!

Такова, увы, вообще, суть русского богоискательства – что Бердяев, что Булгаков, что Розанов и многие другие. Смотрите на меня, как это я в позу встал и говорю! Или во, как меня осенило!!! Вглядывайтесь в меня! Цените меня! Следите за моей мыслью! Эк, я могу – и так и эдак! Во я даю дрозда, одним словом! Русское хамство оно не сегодня началось. Оно искони веков ведется от любви к своим яйцам и бороде. И барство, и самодурство, и коммунизм – все этой же породы. А ну смотрите, как мы все возьмем и свергнем! Все сотрем в порошок! Мы наш, мы новый мир построим!

Что мы видим у Христа? Никаких «я был на грани», «и тут братцы, я осознал и понял!», «я перевернул свою жизнь – цените меня за это!» Ничего подобного. Просто «я есмь Сын Божий» … «а делать надобно так и так». Все просто, как в аптеке!

Волки

Прошел сюжет про волков, которые окружили деревню где-то в глубинке и задрали всех собак. Поскольку наружного освещения в деревне нет, после семи жители уже боятся отпускать на улицу своих детей. Заканчивается репортаж словами – местные власти пока обещают наладить фонари на улицах поселка.

Т.е. пока всех собак не задрали и не нависла угроза над собственными жизнями, наружное освещение нах не нужно – ходи в темноте!

Мне вспомнилось одно интервью Гребенщикова – в конце 90-х – его корреспондент, Пряников, спрашивает:

– А что вас больше всего поражает в России?

Гребень подумал и говорит:

– Вот еду я на гастроли в какую-нибудь Кострому, смотрю из поезда в окно: трактор едет по дороге, застрял в грязи. Ведь ездите же по этой дороге уже сто лет каждый день, ну сделайте нормальную дорогу для себя, вам же удобнее! Скиньтесь всей деревней, вам же лучше будет! Не могу, говорит, понять наших людей – будут мучиться до конца!

Властям, понятно, наплевать, что в деревне освещения нет. А вообще, кто-нибудь видел в деревне работающее освещение? Так, чтоб не старая часть города или крупного поселка, а в глухомани деревня? Я видел только столбы.

300%!

Я тут писал про 300% наценку на алкоголь – какое там! Пошел сегодня в пивной ресторан – бутылка водки – 1180 руб! рюмка – сто с лишним. 900%-ная наценка! Перцовку взял – 115 руб за 40 грамм – 1500 за бутылку получается, которая в магазине стоит 150 руб! Я уж не говорю, что в графине все равно перцовку разбавляют. Я ему говорю:

– Тут сколько градусов, мил человек?

Начал вилять:

– Должно быть 40, но в некоторых чувствуется, в некоторых нет, вот в хреновухе…

Как будто я не знаю, что такое 40 градусов! Второй графин принес – в два раза крепче уже стала. Я охреневаю, дорогая редакция!

Все с этим кризисом озлусились до опупения. Выпить в общественном заведении негде! Везде норовят обмануть. Хоть иди в какой-нибудь ЦДРИ! Тут же сидела со мной девушка, которая рассказывала, как работая официанткой, вливала вместо «Парламента» какую-ту бурду в графин на банкете. Страна уродов!

Про Сталина

В Сталине есть одна удивительная черта – он бесстрастен. Сколько не смотрю с ним хроники – одно и тоже выражение лица – апатия с хитрецой. Никаких других красок вообще! Что Ялта, что перед войной, что после. Косноязычная речь, плохо различимый голос, никаких интонаций, никаких особых жестов, точнее сказать, вообще никаких жестов, никакого повышения голоса или интонации.

Был один момент в нашей истории, мягко сказать критический, в начале ноября немцы подошли к Москве на 30 км. Был парад 7-го ноября. Сталин выступил перед народом. Что это – Петр Первый? Суворов? Много слышал об этой речи. Впервые Сталин, у которого дрогнуло очко, сказал «братья и сестры», вспомнил Дмитрия Донского и Суворова. Должны были слезы на глазах навернуться у миллионов людей!

И вот хроника. Опять та же бесстрастная физиономия, та же косноязычная глухая речь, как будто по бумажке написанное еле выучил наизусть, та же полуулыбка и мутные поросячьи глазки, как будто ничего из происходящего его не трогает по– настоящему. Что-то прогукал в микрофон утробным голосом, точнее сказать, пробубнил. И это нечто претендует на право иметь какие-то нервы?? Это какая-то креатура инопланетян, которые управляли за его спиной.

Это мелкий лавочник на гребне партноменклатуры. Его вынесло волной, а дальше надо было только дуть в усы и бояться за свою шкуру. Это начало череды убогих правителей России. И даже не он расстреливал и сажал. Он нейтрален. Он даже спасал кого-то – Булгакова, Пастернака и т. д. Расстреливало время, НКВД, логика революции, а он всего лишь гладил усы и щурил поросячьи мутные глазки, как на хронике!

Никогда ни историки, ни ученые не поймут эту личность ни с положительной, ни с отрицательной стороны, потому что личности просто не было. Все диктовало время. Можно, конечно, и у него найти поступки – отказался, например, менять своего пленного сына на немецкого генерала. Но, во-первых, на сына и на жену ему было плевать, (на ее похоронах после самоубийства его даже не было, она «нанесла удар ножом в спину революции»), а во-вторых, по-другому нельзя было – реноме лидера государства пострадало бы. Если у Ленина еще была какая-то страсть, если у Гитлера была страсть, то у Сталина ее не было. Это уже отряд членистоногих в политике. Человек системы. Имя стерто, фамилия тоже. Маховик системы не жестикулирует и не повышает голос.

Где гарнизон?

Степень подготовленности наших войск к войне видна на одном примере – когда обороняющие Брестскую крепость сделали вылазку наверх 22-го июня, выяснилось, что гарнизона города Бреста просто нет. Все были отпущены в увольнительные на выходные! Город никто не защищал. Хотя перед нападением летал разведывательный По-2 вдоль границы и докладывал о концентрации войск противника, а зулусы скупили все спички и соль, а заодно и другие продукты из магазинов.

О фильме «Царь»

Пришлось поработать на фильме «Царь». Конечно, спорить с уменим Лунгина делать кино, все равно что пысать против ветра. Мастерства, умения не отнять. Пожалуй, безвампучный и психологический исторический байопик, извините за выражение, давно не получался, особ у тех режиссеров, для которых история отечества что-то сродни Четьи-минеям, а производимое фильмом впечатление – умилительное рыдание над славными деяниями предков (хотя и это в воспитательных целях нелишне бывает). Однако… Фильм об Иване Грозном, почему о нем? Почему Эйзенштейну он тоже спать не давал? Ведь мы же понимаем, что, называя фильм «Царь», режиссер выдает нам что-то эпохальное о самой сути русского монархического самосознания? Почему это надо делать именно сейчас?

Зайдите vkontakte, у каждой второй сыкухи в графе «политические убеждения» – монархизм. Монархизм = это модно, это на слуху, это что-то новое, необычное, не говоря уж о том, что вся патриотическая литература, начиная с периода белой эмиграции, заканчивая сегодняшним днем, замешана на монархических идеалах. «Боже царя храни?» – вот вам пожалуйста, ваш царь! Что вы сказали? Православие, самодержавие, народность? Помилуйте, вот вам ваше самодержавие – кушайте!

Дело в том, что никакому Лунгину не пришло бы в голову снимать фильм о Петре Первом, или об Александре Третьем, или о его деде, ставшим святым старцем Федоре Кузьмиче, реформаторе и победителе Наполеона, Александре Первом. Это же патриотично – фу! Какое ж из этого кино?!

Вот про маньяка снять, и назвать фильм «Царь» – вот это эпохально, вот это то, что народу именно сейчас и нужно – и Эрнсты помогут рекламкой, и прокат сделаем! Вы не волнуйтесь, везде вам сочувствующие, г. Лунгин! Особ. на Каннских фестивалях. Ирония в том, что Иван Грозный действительно был маньяк, т.е. стал маньяком. Получавший удовольствия от личного присутствия на многочасовых пытках, не может быть нормальным человеком, сколько бы ханств он до этого не завоевал. Конечно, можно было бы взять и ранний период жизни Грозного, но зачем – взятие Казани, искоренение местничества, победы нам немцами и Литвой – да кому это надо? В учебниках прочитают!

Тут надо взять ужас – метафизику зла самого явления, так сказать. Показать «кошмар самодержавия», как абсолютизации воли одного над всеми. Апокалиптические бредни и живодерство маньяка возвести на уровень метафизики русского самодержавия вообще! Гнилой сердцевины «помазанника Божия», как идеи! Бойтесь, девочки вконтакте! Не пишите больше, что вы монархистки! Плавайте в мутной водичке «демократии»

Да и вообще, все в «максимум секса»!

Тишина вселенной

Последнее время я помогаю восстанавливаться монастырям (иконостасы, росписи). Как-то я раньше их недолюбливал – ходят какие-то люди в черном – почетный караул при мощах – держат свечки, поют протяжными голосами.

Хотя, конечно, я не такой дурак. Все-таки я их полюбил. В 40 лет к монастырям относишься по-другому, какой бы жизнью ты не жил. Что поражает? Тишина.

Владимир Мартынов как-то говорил, рано или поздно все религии сольются в один только мистический звук. Вселенский звук тишины. Кстати, вы не знаете, кто такой Владимир Мартынов? Зря. Пора узнавать. Расшифровщик знаменного распева, композитор и мистик.

Так вот в Белопесоцком монастыре я услышал поразительную тишину. Монастырь на Оке под Ступино. Вокруг поля, деревни, бобры. Монахинь 3 человека. Я настоятельницу спрашиваю:

– Что тут у вас особенного?

– Тишина.

Ухоженные дорожки, альпийская горка, деревья с голыми ветвями стоят там, где надо. Большой монастырь и никого. Вот две монахини катят бак пустой.

ДОТы по краям монастыря – тут была линия обороны. Нарисованные часы на колокольне. Беседка с гранитной плитой могилы настоятеля – «а преставихся 1552». Все аккуратно, как только в женских монастырях. Японский домик из темного дерева – келейный корпус.

В 4, пол пятого – на улице – темень, и тишина. В пять часов вечера – жизнь остановилась, а может только началась? Ворота монастыря открыты, огромный двор, Храм белеет стеной, одинокий прожектор кидает луч. Никого. Темно.

Ни собака, ни машина не нарушат этот вечный покой. И так каждый день! Это сейчас с пяти, а зимой – с 3-х темно!

Через два часа – автострады, центр, Тверская, людишки туда-сюда. Встречаться, звонить, бежать! Дела-дела, личная жизнь… И тишина осталась в мозгу, не могу ее выбросить. Еду домой и понимаю, что это тишина нужна миру, как воздух, который там пахнет ключевой водой, этот воздух можно есть, и тишину эту можно пить. И кто испил, тот видит время и в этом времени – Бог.

Кто выигрывает в футбол

В футбол выигрывает тот, кто играет с первой минуты. Российская сборная начинает играть с 86-й. И так всегда. Вспомним, войну 12 года, Великую Отечественную. Такова карма. Отступать, пока дальше некуда. Тут, видимо, ничто не поможет – ни присутствие президента, ни 140 млн болельщиков, ни ответственность матча. Это менталитет наш: человек долго запрягает, «но быстро едет?» Увы, уже не едет. А что, может хоть что-то изменить эту манеру ходить пешком первые 80 минут? Ну так, гипотетически… Ну, может, лишать зарплаты за среднестатистический пробег ниже среднего, или, например, пороть перед матчем розгами? А что – поркотерапия – проверенное древнерусское средство – оно даже сердечников излечивает!

А лучше и то, и другое. А можно еще подвергать общественному презрению или объявлять национальными изменниками – по этой причине, кстати, когда-то, после войны, «Динамо» обыгрывало англичан – как-то не хотелось на Родину возвращаться лузерами!

Эти ребята не из того теста. Вот почему «Динамо» бегало быстрее? Жрали меньше, и пороли их больше. Вот, собственно, и весь ответ на вопрос.

Из 140 млн не найти 15 ребят, чтоб быстро бегали и били по воротам с первой минуты – это действительно парадокс и загадка русской души! Тут нужен гипноз, психотерапия совместно с телесными наказаниями и большими штрафами. Отдал пас сопернику – 1000 евро из зарплаты, и т. д. Не может быть, чтоб ничто не подействовало! В конце концов, подарить гражданство десятке бразильцев с итальянцами и проч. Работу по вербовке надо начинать уже сейчас. Благо до следующего чемпионата еще 4 года!

Медведь и климат

Кстати, вполне возможно, что медведь, который является тотемным животным для русских, оказывает тоже влияние на русскую сборную. Об эту пору он уже впадает в спячку, но из-за недостатка снега находится, наверное, в некоей прострации, примерно такой же, как находилась вчера наша сборная. Отход ко сну в связи с приближающейся зимой – это все, что я видел вчера в первом тайме и первой половине второго, после чего выключил телевизор, не сомневаясь в победе словенцев.

Наши могут еще более-менее играть летом, когда медведь бодрствует, что продемонстрировал чемпионат Европы по футболу. Климат, география, в значительной степени предопределяют национальный характер, о чем писали еще философы 18 века. Невозможно хорошо научиться играть в футбол в стране, где на большей части территории 9 месяцев зима. Надо взять отдельный регион – скажем, Краснодарский край, и вложить все деньги в развитие футбола туда, чтоб мальчишки бегали по полям круглый год и пинали мяч. Тогда, я уверен, эта сборная Кубани легко будет побеждать сильнейшие мировые команды, так как будет с ними просто в одном климатическом поясе. К тому же, у южан кровь горячее. Бегать нужно инстинктивно, а не думая «ну вот, пора пробежаться», как это делают северяне.

Бессмысленное дело вкладывать деньги в футбол на Севере. В Словении среднегодовая температура градусов на 10—15 выше, чем у нас. И этим все сказано. Что Англия, что Германия – это все страны с гораздо более мягким климатом, уж, не говоря про французов, испанцев и итальянцев и уж, тем более, бразильцев. Климат – он сидит не вокруг, а в голове. Это с детства воспитанная ментальность. Дело к зиме – значит пора спать. И никакой Гус Хиддинг тут не спасет.

Еще один вопрос о футболе

Меня волнует еще один вопрос. Когда я вижу матчи с немцами, словенцами, даже с украинцами, я вижу рослых, мощных игроков по 1.92 см. Наши коротконогие форварды разве что могут у них между ног проскочить. Да, Аршавин, он уникум, пускай будет. Но вы что, ядрен мать, не можете селекционную работу вести? Вы чем, трагладиты, занимались все эти годы? А не отобрать бы у вас дачи с квартирами? Вы что каких-то карапузов в сборную набрали? У нас что, народ карликов, дефективных? Да поедете по Сибири, наберите рослых ребят, воспитайте их в боевом духе. Все эти миллионы, которые тратятся хрен знает на что, не направить ли на отбор и воспитание мощных игроков. Я понимаю, что советская армия побеждала числом, а не фактурой, но кому не быть рослыми и мощными игроками, как не славянам? Почему у нас всю жизнь одни карапузы кривоногие, дефективные и тонкокостные «гении» в сборной, которые ничего серьезного никогда не выигрывают? Послевоенное время что-ли, когда матери не доедали и дефективных рожали? Да и то после войны выигрывали!

Да возьмите украинцев, Динамо Киев, это традиция – атлетизм. Французы, вся Европа уже давно переключились на этот тип игроков. А мы все «на втором этаже мы не можем», хоть с финнами играй, хоть с Люксембургом, все на втором этаже не можем. Пороть надо этих селекционеров, кто там сборную набирает. А то, как дети из неполноценных семей, детдомовцы, блин…

В стиле новостей

Умер Роман Трахтенберг. Его сердце остановилось в прямом эфире. И, несмотря на это, Дымовский не хочет встречаться с Путиным. Вероятно, поэтому Хиддинг не будет работать тренером. И все это – плоды безграмотного поколения, поступившего в вузы. Кстати, самая красивая жена у соседа, а разжиревшая супермодель-то в слезах!

Вот что бывает, если переписать заголовки новостей. Перепиши 40 раз и отправь Светлане Сорокиной!

Фашисты

Полиция Мюнхена 20-х годов неоднократно заводила дело на Гитлера за приставания к молодым людям и времяпрепровождение в гомосексуальных утехах. Естественно, после 33 года все архивы были уничтожены. По заключению паталогоанатома у трупа отсутствовало одно яичко. Никто никогда не видел фюрера, целующимся с Евой Браун и уж тем более никаких намеков на секс. В бункере для Евы была отведена отдельная комната. Ее часто видели в слезах, по-видимому, от отсутствия элементарной близости со своим кумиром.

Геббельс был настолько плодовит, что кроме своей жены регулярно оплодотворял немецких актрис. Нет ни одной примы третьего рейха, не прошедшей через кабинет Геббельса. Однажды он даже хотел развестись ради актрисы-зулуски, но фюрер запретил ему.

У Геринга был самый высокий IQ среди подсудимых Нюрбергского процесса, и это не смотря на то, что там были Шлейзенбург, Аббер, Клейнмахер, Штубизульде, барон фон Тиццен и сам Штрахенбойм!⁷

Что я этим хочу сказать? Ничего.

А ничего не поделаешь!

Некто Зия Бабаев, взяв в аренду ламборджини, мерс, бугатти и порше, с приятелями («граждане России» – братья Исмаиловы) гонялись по трассам Швейцарии, чуть не убив пенсионера. Исмаиловы – сыновья директора Черкизона. Папаша в Турции, сынки уже тоже там. 7 тыс. долларов – аренда в сутки мерса, 32 тыс. – бугатти, 380 тыс. – залог только одной машины. А кому-то жрать нечего. Вот она жизнь. И ничего с этим не поделаешь. Иван Грозный поделал бы. И Петр Первый поделал бы.

Рабочие рты везде одинаковы

Посмотрел два фильма на неделе бразильского кино, одно -дерьмо, другое – очень даже, на твердую четверку, где-то даже с плюсом. Наверняка, будет в нашем прокате. Название – «Невидимая женщина». Остроумно, мило, занимательно, легко. Один вопрос – поймал себя на мысли: а что бы это были поляки? Недавно пересматривал «Тестостерон». Лица, шутки, актрисы – одинаковые. Немного секса, немного юмора, немного философии, немного любви. Все во всем мире стало одинаково!

Одни и те же люди выросли везде. Одинаково живут, одинаково думают. Кстати, Бразилия и Польша – это, в некотором смысле, недоамериканцы с какой-то своей культурой. Но недоамериканистость все же сильна, и перебарывает свою культуру, поэтому и одинаковы. Впрочем, все мы недоамериканцы, недорусские, недополяки, недобразильцы. Все стало одинаково! И, знаете, прежде всего, что? «Рабочие ротики» актрис с морщинками по бокам и накаченной челюстью.

Богатство и бедность

Молодой барашкообразный священник говорил на воскресной проповеди, объясняя притчу о безумном богаче, который собирал добро в житницы и не чаял дня кончины, так – Богатство – привязывает все помыслы богатого к своему богатству и не дает спастись. А бедность, говорю уже я, привязывает все помыслы бедного к своей бедности! Думать каждый день, где добыть копейку, чтобы накормить себя и своих детей – на какое бы преступление еще решиться – это не привязывание помыслов?

Жадность привязывает все помыслы к своей жадности, влюбленность – к предмету своей любви и т. д. и т. п.

Да и вообще, жизнь как-то привязывает помыслы к самой жизни, как ни крути.

Дело как раз в том, чтобы не все помыслы были привязаны к земле, а бедность этому способствует не меньше, а как раз, зачастую, и больше, чем богатство. У моего приятеля два завода на Украине, и каждый раз, как я к нему прихожу, он меня загружает «из святых отцов». Отрастил волосы, как у дьякона, и детей с женой гоняет на всенощные и воскресные службы. Забыл ли он про свои заводы и про производство? Нет, конечно. Может, ему не нужна прибыль? Думаю, еще как. Просто он распределяет время между тем и этим. Бедность, вообще, не лучший путь к духовности, т.к. обременена массой забот. Наши духовные писатели и философы, как правило, были людьми состоятельными – помещики и дворяне. А революционеры как раз вышли из разночинцев.

Сгореть заживо

⁸

Что меня поражает в видео пожара в Пермском клубе?

За пять минут до смерти всем было очень хорошо. Ну, просто зашибись было!

Был ли там хоть один, кто думал в эту минуту о смерти? Никого. Вот в этом иллюзия этого мира. Она не входит в планы того, кто знает все. Ему стало просто скучно на это смотреть.

Кажется, в книге Калиновского «Переход» описываются ситуации клинической смерти, и одна женщина рассказывает, как она предстала перед Христом.

Он смотрит на ее жизнь – замужество, дети, все пролетает за одно мгновенье, не вызвав у Него никакой реакции. Она приготовилась было рассказывать, но Ему это было неинтересно.

– Что ты сделала важного? – Он спросил, прочитав ее жизнь, как листок календаря.

– Ничего.

Ее жизнь была скучной. И ее отправили обратно – делать что-то важное. То, что интересно нам – не интересно Богу. Нужно сделать важное для Него.

Слезы на доске

Вчера вcпомнил, что у меня одна знакомая была из Перми. Снималась в фильме, где я работал, в эпизоде, году так в 1999. Красавица каштановая с рыжиной, и с косой до пояса. Белая, статная. «Мисс январь» чего-то там. Я питал к ней романтические чувства. Ухаживал. Отношения наши закончились ничем. Вышла замуж за знакомого бизнесмена. Она подарила мне на день рожденья уральский пейзаж на спиле бревна, такой, какой вешают на стену.

Когда она решила выйти замуж (за другого) мы устроили прощальный ужин в ресторане на Китай-городе. Она уехала к мужу в Пермь. Через несколько лет она приезжала в Москву, мы снова встретились по старой памяти. Она родила двух сыновей. Муж работал диллером в автосалоне. Я стал искать полные списки погибших на пожаре, но фамилию она могла сменить на мужнюю, а ее я не знаю. Слава Богу, по крайней мере, девушки с ее фамилией там нет. Пошел на кухню, снял со стены этот пейзаж – на дарственной надписи – как слезы – какие-то капли. Вверху на потолке все сухо, стена тоже сухая. У этих капель нет следов, как если бы они текли сверху. Явно, что они выступили из самой доски. Но как, почему? И, если доска тому причиной, то почему не по всей доске, а только в одном месте?

Гайдар и реформаторы

Умер Гайдар, и как-то жаль его. А так жил – ну вот, думаешь, у этого человека все хорошо – Давосы, лекции зарубежом, консультации, книги, лицо упитанное, манеры буржуа… а ведь вспомнить, я когда-то с ним на улицу выходил – шла толпа на митинг с Гайдаром во главе, и я рядом шел – так хорошо его помню. Он как-то за руки схватился с идущими рядом. Куда шли? Тогда все куда-то ходили. Вот и мы шли… по Тверской, а, может, тогда еще по улице Горького. Против ГКЧП что-ли? Не помню. Но харизма была.

Никогда не любил «Эти вот Гайдары,,,» – шипения из-за угла. А кто оппозиция им? Руцкой? И как он закончил? Проворовался в Курском губернаторском кресле. Сами куряни его гнали ссаными тряпками. Вот конец «патриота». Может кто-то из них что-нибудь полезное сделал? Ничего. А кому разгребать это авно было, под называнием СССР и его развалившуюся экономику?

Да, скучковались с зулусами, да раздали кое-чего и своим. Но зулусы просто наиболее предприимчивый народ – они взяли то, что вылезло на поверхность – деньги. Контроля не было. Но и делать надо было что-то. Да, свободные цены прошлись катком прежде всего по старикам, которые потеряли все. И прежде всего все накопления. Можно было как-то это продумать? Наверное.

Но в целом надо было двигаться вперед. Тогда просто обрушились глиняные ноги колосса, и удержать его было невозможно. Одна мафия – партноменклатура, все, что могла, уже разворовала, оставив народу подыхать. А другая мафия – ученая, образованная, прозападная, нашла возможность двинуть страну вперед. И никто бы кроме них этого не сделал.

Говорят, реформаторы пришли во власть скромными сотрудниками НИИ, а вышли из нее весьма небедными людьми. Однако, не видно в списках Forbs Гайдара. Зато там всегда сидели Дерипаско, Потанин, Абрамович, Фридман, Вексельберг и прочие, собственно, в экономической мысли для страны ничего не сделавшие. Кое-какой криминал, удачная приватизация – вот и все. Это уже те, кто взошли, как поросль, вслед за реформами. И умели брать. Гайдар брать не умел. это тип ученого, реформатора, кабинетного интеллигента. Я даже думаю, если бы Гайдар был высок и строен, имел интеллигентную бородку и благородную печаль в глазах, а ля Грызлов, или был бы агрессивен, криклив и непредсказуем, как Жириновский, народ его любил бы гораздо больше. Народу нужен образ, чтоб любить или хотя бы уважать, а тут образ какой-то непонятный, рыхлый, толстенький, не агрессивен, кулаком по столу не бьет – нет, не народный герой.

И все же, не умри Гайдар, где были бы все эти панегирики о его выдающейся роли? Их просто не было бы. Вот что значит смерть. Нет человека – и его жаль, а живет – ну и леший с ним, не лучше других. И ведь так почти с каждым человеком. А поди ка полюби его сейчас, какой он есть – не получается.

Фильм «Аватар» – неоязычество

Неоязычество – запах деревьев, сочленение хвостами, праматерь гермафродит, Природа, мать ее. Инстинкты, борьба, выживание. Впаривание неоязычества – основная задача Голливуда. Я думаю, почему? Народ устал от западной цивилизации? «Дешевого пива и джинсов», как там сказано? О, нет, дорогие друзья! Я думаю, зулусы устали от христианства. Причем уже 2000 лет. Иначе денег на кино не будет. Нужна новая религия!

Смотрите, какие разноцветные букашки, животные чудо-юдо и, конечно, любовь – из желтого глаза слеза. Смотрим, кто продюсер – Ландау. Может, действительно – христианство, мир живых людей и отношений закончились? Ох, сорри, есть еще один лейтмотив – Ирак, своя цивилизация, зачем мол война там идет? Но, по сути, все то, что я сказал. И это уже давно и упорно. Гуманизм – это хорошо. Но эти денег зря не дают. Идет формирование новой религии – анимизм, тотемизм, называй, как хочешь. Почитай Фрэзера «Золотую ветвь» – там этого полно. Инстинкты правы. Это главное. Брутальный вонючий мощный самец (Шрек, Халк, Ван Дизель, Кинг-Конг, громила, бэтмэн, супермен-аватар) и чувственная, агрессивная, дерущаяся и совокупляющаяся самка) – вот парочка вместо Христа и Богородицы. И в этом ведь есть доля истины. Новый поворот религии – это Самец и Самка. Суперсамец и Суперсамка вместо Христа и Богородицы!

Все хотят секса

О чем мы говорим, если все хотят секса. Есть люди, которые хотят секса так, что занимаются этим даже в театре. Недавно узнал от своей девушки, что она, как бы сказать, самоудовлетворялась во время «Славянских безумств» Нушича в театре на Малой Бронной, сидя рядом со мной. То есть попросту мастурбировала. Вот и приглашай девушку в театр!

– Почему ты не сказала мне? – спросил я, когда узнал.

– Ну, ты же был так занят, к тому же слева тоже сидел мужчина. Экстрим меня так возбуждает.

Вот и думаю, может, она одержимая? А черт ее знает. Все может быть. Она, бедняга, точно не в себе.

2010 ГОД

Под Рождество

Cфотографировал в двух монастырях под Рождество в Симоновом и Новоспасском на мобильный телефон. Получилось что-то интересное, особенно в Симоновом что-то необычное – готика какая-то с романтизмом. Оказывается, камера моего дешевого телефона может для чего-то сгодиться.

А в Симоновом монастыре на Атозаводской – уникальный приход глухонемых. Я знал об этом, специально пришел из любопытства. Сам монастырь не восстановлен, действует один храм и в нем во этот приход. Служба ведется с сурдопереводом, батюшка сам владеет языком глухонемых и очень интенсивно жестикулирует. Меня поразило, как долго идет служба – когда я подошел, был вечер, и люди причащались, а началась она еще утром, часов в 10. По какому-то афонскому строю, мне сказали. Я поинтересовался у работников – а был ли случай, чтоб за все время существования прихода кто-нибудь исцелился? Служитель не вспомнил ни одного случая. А ведь это паразительно. Христос ведь исцелял глухонемых!

4500 каналов

Нашел сайт в интернете, где можно сразу смотреть 4500 каналов телевидения: и мультики, и новости, и все, что хочешь, на всех языках. Смотришь и думаешь – вот, как хорошо, как интересно, сколько всего в мире, и этот язык вспомнить можно, и тот подучить! Через полчаса – час просмотра мысли меняются – сколько всякого хлама, думаешь! И зачем все это нужно? Нет уж, лучше в тишине. Здоровее будешь. О, тишина! Как ты хороша!

Воспоминания начальника контрразведки Временного правительства Б.В.Никитина

Многие спрашивают, как большевики захватили власть. А ответ обычно такой – стихийно! Стихийно февральская революция, стихийно октябрьская ну и т. д. За этим «стихийно» всегда, как правило, кроется какой-нибудь пакостник. Кто телеграммы от Петросовета Парвусу передавал, чтоб денег побольше слал? Писал-то их Ленин, а передавала Колонтай. Кто разгромил в феврале полицию, заменив ее милицией из всякого сброда, выпущенного на волю из тюрем? Какой-то Нахамкис Овший Моисеевич. Революцию создали десятки тысяч уголовников, выпущенных из тюрем после февраля. Начальник контрразведки временного правительства Б. В. Никитин пишет, что большевики возглавили толпу лишь в апреле. Так же была разгромлена и контрразведка с досье на шпионские дела большевиков. Толпу спровоцировали громить «охранку» и т. д. Все «стихийно» разгромлено, все «стихийно» взято. Теперь спроси, а как это зулусы с абиссинцами захватили телевидение и банки? А теперь еще и кино. Да так, понимаешь, стихийно. Оно, вроде как, все перестройка, свобода, рынок, все опять стихийно.

23 января

Один актер, Вася Мышкин, рассказывал. Дед морозом работал весь НГ. Я, говорит, по вызову – у одних абиссинцев только поздравлял, ну почти, прикинь, что не выезд, то они! Они, говорят, в прошлом году не вызывали, только приехали, обустраивались, а теперь вот решили. И, говорит, если и с виду дом обшарпанный, внутрь квартиры заходишь – золото, серебро, прям, залы какие-то, подсвечники! Вот наша судьба – русский мужик (а Вася здоровый такой мужик, бородатый) дед-морозом у абиссинцев. Тут еще этот камеди-клаб и «Наша раша», сети кинотеатров опять же, Мосфильм – во народ, везде успевают! А ведь всего-то миллионов 5, наверное. Я тут у них на сериале работал. Кто-то жаловался, что ему не заплатили, мне так все отдали.

«Cradle of fear»

Посмотрел на DVD фильм «Cradle of fear» (Колыбель кошмаров) – английский фильм, отлично поставлен, но запрещен во многих странах мира. Понял, откуда выросли наши «Дозоры». А там и актеры играют классно, и съемки, и спецэффекты. Разница только в том, что там про жизнь, а здесь про какую-то лабуду, высосанную из пальца. И то все пысают кипятком. У нас же любят все содрать, что плохо лежит.

Оберрация восприятия

У меня с детства (нет не с детства – это я понимаю только теперь) восприятие не соответствует каким-то общепринятым канонам в искусстве. Например, я не люблю «столпов». Мне почти безразличны Битлз, по мне так лучше Блэк Саббат и Дип Перпл. Я не балдею от Пушкина, мне больше нравится Лермонтов. Я также не люблю Феллини, 90-летие которого отмечали на днях. По-моему, это очень темный и мутный режиссер. Все у него движется вокруг плоти. Похоть сквозит сквозь каждый кадр. Он думает о сексе, он мечтает о сексе, он рассуждает о сексе, он абсолютно стопроцентно буржуазен, циничен, бездуховен, у него нет Бога. Даже самый душещипательный его фильм и самый «гуманистический», по-видимому, «Ночи Кабирии» – и то о проститутке. Работница в продуктовой лавочке или в трамвайном депо не подошла бы – с проститутками оно как-то более «романтично». Джульетта Мазина его абсолютно не удовлетворяла, по-моему. Спал он со всем, что движется. В чем сам и признавался. «Я, – говорит, в каком-то интервью, – когда снимаю, только трахаюсь и ем, даже не сплю».

В «8 1\2» есть сцена, где он собирает всех вместе своих любовниц. И там их штук 20. Какой-то маньяк с камерой. Не удивляюсь, что на площадке он был раздражителен и криклив. Это маг, чародей, колдун, сатанист. И черт бы с ним и с его фильмами!

Хотя у него есть один неплохой фильм «Тобби Даммит» из «Три шга в бреду». Да и то какая-то чертовщина с дьяволиадой…дъявола он чувствовал хорошо, небось, и договор какой-нибудь заключил с ним. Где-то он вспоминал, как на съемках «Дороги» какой-то свет в нем выключился, он еле доплелся домой как бы в кромешной тьме и неделю лежал больной. Вообще, страдал приступами депрессии и хотел покончить с собой.. Действительных гениев итальянского кино народ не знает. Потому что народу об этом незачем знать. Это Ольми, Марио Моничелли, Дино Ризи, Пьетро Джерми. Ну, последнего еще слышали по «Разводу по-итальянски». Остальных вряд ли. По телевизору их показывают раз в 10 лет. А это лучшие режиссеры кино вообще, особенно Моничелли, причем маэстро еще жив.

Его ранние фильмы «Полицейские и воры» и «Злоумышленники остались неизвестны» – безусловные шедевры всех времен и народов! Американцы пытались переделать последний в ремейк «Путешествие в Коллингвуд», кажется, называется. Как от земли до солнца. Даже близко не лежало. Ранний Моничелли – вообще непревзойденная вершина в кино. Такая же история с «Запахом женщины» Дино Ризи, из которого сделали патетический, слащавый местами фильм с Аль-Пачино. Причем, последний получил Оскара, а блистательный Витторио Гассман нет. А ведь шедевр – это первый фильм, итальянский, как и многие у Дино Ризи. Вот такая вот аберрация восприятия. А чем они провинились перед критиками, эти режиссеры? Просто их фильмы кажутся слишком просты по языку, там нет загадок и шарад, как бы. Они просто о людях, нет формальных выкрутасов. Не о чем писать, нечего разгадывать.

Парадоксы Льва Толстого

Я человек культурный. Если кто-то думает, что я оголтелый националист, пускай наденет себе свой унитаз на голову. (Кстати, представил себе – неплохая идея!)

Если вы еще не смотрели «Власть тьмы» в нынешнем Малом театре, заказывайте билеты поближе и бегите со своей женой или, на худой конец, с подругой! Я был сегодня и прослезился.

На могиле Толстого в Ясной поляне я побывал лет десять назад. Поросший травой холмик, у которого испытываешь чувство тоски. Почему тоски? Потому что там нет креста. Простого деревянного креста. Кстати, такая же история была с могилой Чехова на Новодевичьем – уж больно она была модернистская. Сейчас, кажется, крест появился. Так вот, Лев Николаевич Толстой – великий христианский писатель. Не верите? Сходите на «Власть Тьмы».

Кстати, почему я пошел. Я до этого ни разу в жизни не видел и не читал пьес Толстого. Моя знакомая была на алтайской студии Щепкинского училища, где студенты играли «Власть тьмы» по-алтайски, и рыдала. Если она рыдала на алтайском варианте, подумал я, схожу-ка я на русский.

Русский психологический театр вообще не любят критики. Чтобы Малый театр похвалили какие-нибудь критики журнала «Афиша» или еще какие-либо заказные интеллектуалы… Так вот этот спектакль сделал для Христа больше, чем все тома Феофана Затворника.

Русский человек грешит, но кается – это парадигма русской классической литературы. И покуда он грешит и кается, как это ни кажется порой мерзко, но до той поры существует русская цивилизация, до той поры существует мир. Как только это становится неактуальным. возникают другие миры и точки отсчета – Бабель, Ильф и Петров и т. д. и т.п – другие тоже хорошие писатели, но из другого теста – заканчивается христианство. С Толстым заканчивается христианство. Его Анна Каренина наказана. Он сам ее наказал. Почему? Потому что должна быть расплата за грех. «Мне отмщение и азм воздам!» – написано в эпиграфе романа. И она заплатила. Да почему, спрашивается?? Спросит какой-нибудь француз или итальянец, например. Да потому, что так написано в Библии. Поэтому так и написал Толстой.

После него пришли декаденты, символисты и, в конце концов, большевики. Даже поздний Чехов с пьесами – это совсем другая песня. Это тоска, безысходность, в лучшем случае, жалость. У Толстого другое: – слушайте народ православный, я грешен! И в этом он даже более русский, чем Чехов, хотя и у того тоже это есть, просто не так выпукло.

Сэлинджер

Вчера что-то мелькнула мысль в голове – а что Сэлинджер, жив ли еще? Что-то давно его не то, что не слыхать, а ни видать. Т.е. с тех самых пор, как он заперся у себя в Нью-Гемпшире, о нем, действительно, ничего не слыхать или может быть, что-то есть? Сегодня открываю новости – умер Сэлинджер. Вот так срабатывает интуиция! С 53-го года в добровольном отшельничестве. Интересно, а как он жил эти 57 лет? Целая жизнь вне. Интересно, что сразу после выхода «Над пропастью во ржи», как сказал, «разочаровался в писательстве». Напоминает Артюра Рембо, который издал сборник в 21 год и потом переквалифицировался в торговцы. По отцовской линии из польских зулусов, по матери ирландец и еще кто-то.

Вечер на Тверской

Так красиво ложатся капли дождя на стекло в вечернем городе. Ехал в такси, не смог удержаться, достал телефон.

Формат

От чего так русскому тяжело дается – жить мирно, комфортно, т.е. уважая друг друга и любить всех? Наверное, от того, что очень много философствует. Взять вот «Закрытый показ» Гордона – ведь один депрессняк – то сумасшедший дом, то подростки сосалки-давалки в битве с родителями у Германики, то вариация на тему – российская глубинка – это ад – В «Юрьевом дне», то алкаши в «Диком поле» и т. п. и т. п. Образ России вдалбливают в головы, как образ больной сумасшедшей страны. И как с этим сознанием жить нормально??

Никак. Вот и живем в плену образов. Сначала в голове-потом реальной жизни. Замкнутый круг. Почему так? Такова ли реальная жизнь? Нет, конечно. Был фильм «Поджигатели» на заре 90-х – там и подростковый протест, и искусство – все было, была гениальная «Маленькая вера» – все уже было про это. Почему не можем отойти? Не формат тогда пойдет. Надо в формате быть – западноевропейское фестивальное кино – это кино сытых бюргерских сынков и дочек в поисках фактуры. Они закончили киношколы, им надо чем-то потрясать. Уже выковыривают последние козявки, откуда только можно. У нас же этого дерьма хоть отбавляй. Закрой только один глаз, и вот тебе уже не школа, а доильный техникум в депрессивном регионе. А она все косичками будет трясти – я такая наивная -снимаю изнутри, что вижу. Да, как же! Это крокодил с головой -компьютером. Гоним формат. А Ульрих Зайдль один. Не одна девочка не снимет «Импорт-Экспорт», потому что там нет слюней и изображения «модного кино», т.е. «рукоделия» нет, которое часто от рукоблудия не отличишь.

Кстати, гениальный Били Уальдер снимал почти одни лишь комедии, редко мелодрамы, ну а драмы, по-моему, лишь первые две. А кто сейчас снимет умную, ироничную глубокую комедию про нашу жизнь? Как Уайлдер снимал про свою. Никто. Мэтры уже старички, а молодые смотрят на «формат». Я от двух таких сценариев отказался – все про какие-то ужасы детского дома и депрессивного шахтерского городка.

Принял бы Чехов революцию?

Подумалось, а принял бы Чехов революцию, доживи до 17 года? Думаю, да. Потому что он написал «Крыжовник», где большое нет этому миру. Тут один режиссер предлагает участие в постановке. Там Чехов такой же максималист, как и все русские писатели. Ему подавай все или ничего. Все просторы этого мира созданы для счастья человека, а если нет этого счастья, ну и черт тогда с этим миром!

Кто защитил в феврале царя? Да никто. До смешного никто. Его же генералы и родственники, первые его же и предали. А что уж говорить про интеллигентов, писателей. Всем почудилась ширь-свобода-раззудись плечо, эх ма, мы новый мир построим!

Когда начали расстреливать миллионами, тогда только опомнились.

Опять проиграли

Поражение нашей хоккейной сборной на олимпиаде вполне объясняется лицом защитника Маркина, который после матча дал интервью. Он был похож на нового русского, который вышел из бани. Или на звезду телесериала, он сейчас копался в огороде, или после пробежки. Дом построен, пардон, куплен – зачем ему строить! – мерседес тоже есть. Жизнь, вообще, удалась. Все упаковано! Даже, может, где-то на банкира похож, по выходным играющего в теннис. Легкая одутловатость, немного лишнего веса, упитанный сытый вид. Сейчас пойдет майку поменяет, сядет в свой мерс и поедет в банк совещание проводить. Я, вообще, давно удивлялся, как они еще бегают при таких зарплатах.

Сила привычки и отношение к жизни

Все зависит от того, к чему человек привык. Привык он, например, к шумным компаниям, частым приглашениям сниматься, вниманию журналистов, а тут вдруг журналисты ругают, сниматься временно не зовут, шумных компаний поубавилось – хотя друзья остались те же – и на тебе! Депрессия, запой, смерть. Другой на помойке живет, у него не то что жены, горячей воды нет, его не то, что журналисты ругают, он и газеты только по назначению использует, конченый человек, бомж. А каждый день радуется, тут чего-то нашел, там мелочи дали. Все относительно.

Эта жизнь учит, что нельзя все принимать слишком близко к сердцу – жизнь станет короткой. Галкин принял близко к сердцу, что его осудили, условно.⁹ Кто-то там поругал, но ведь кто-то и заступился. Тяжело в такой ситуации, но ведь не человека убил, в конце концов, чтоб опускать руки. Другой вон миллионы поубивает и живет радешенек. Очень важно правильно относиться к жизни. Не то, что быть циником, а спокойно, стоически ко всему относиться.

Меня один деятель на заре работы на Мосфильме снял с долгожданного проекта – я думал жизнь закончилась, все, карьеры не будет, хана, ни известности, ни денег. Сердце ноет, все болит, иду в Данилов монастырь, рядом женщина. Я говорю:

– Служба, не знаете, кончилась?

– Служба, наверное, кончилась, – говорит. – Я на панихиду. Сын девять дней, как умер. А сама молодая, не больше 50 лет.

Я смотрю на нее и думаю – туфта мои проблемы по сравнению с ее горем. Жизнь, главное – это жизнь. Живой – и слава богу!

Серафим Саровский говорил – к похвалам и ругани будь, как мертвец. Мнение мира ничего не стоит по сравнению с даром жизни!

Отче наш

Живем в такой стране, что, садясь за руль, надо «отче наш» читать и прощаться с жизнью. Люди гибнут на дороге, как мухи. Ну нах, лучше на метро ездить.

Режиссер А.Герман

Режиссер А. Герман– старший лицом похож на мою бабушку. А разве бабушку можно не любить?

Промежуток

Была такая актриса Линда Дарнел (Linda Darnell) – очень красивая. Когда знаешь, что была такая красота, живешь спокойно. Ты ведь уже пользуешься несовершенством, промежутком. Мы все пользуемся промежутком.

И надо успокоиться, будет у тебя этот промежуток или другой, все равно он лишь промежуток. Совершенства не достичь. А оно было! На него можно посмотреть. Кстати, трагическая судьба была у этой актрисы, снималась мало и сгорела в собственном доме при пожаре, спасая детей.

Преодолевая трудности

Думаю, почему наша страна заняла первое место в параолимпийских играх? Молодцы, конечно, однако же это страна инвалидов, преодолевающих трудности. Это наше родное – без ног прибежать первым или выиграть чемпионат мира по болотному футболу. Когда ноги есть и футбол нормальный – оно как-то неохота, стимула нет. В сущности, вся наша история – это палачи да инвалиды. Особенно советский период. Вот оно и выковалось – мастерство-то! Вековое! В сущности, если присмотреться, то и религия такая – надо стать инвалидом, чтобы спастись. Отрезать у себя что-нибудь, или чтобы само отсохло.¹⁰

С Пасхой!

C праздником Светлого Христова Воскресенья!

Как бы там ни говорили, что бы ни копали-выкапывали в нашей церкви, а праздник светлой Пасхи – это онтологическая, психологическая и, какая угодно, но данность. Нужно быть идиотом, чтобы не чувствовать, что этот день всегда светел, ясен, радостен, одним словом, праздник, он и есть праздник. Удивительно, что и пейсах, и католическая пасха – все происходит в один день, сегодня.

… Налить рюмку хорошей водки, взять хлеб порционный «Бородинский» ржаной, колбаску «одесская экстра», порезать кругляшками. Хлебушек смазать тонким слоем сливочного масла, уложить туда колбасу, сверху выдавить немного соуса «Calve сырный Цезарь», сверху уложить лист салата. На тарелке должно быть две ложки салата «мужского» – из проросшей пшеницы, заправленный соевым соусом, подавить туда лимон, также достать из холодильника три маленьких помидора cherry, положить их на тарелку. Перекрестившись, прокинуть рюмку и закусить. Вот оно, пришло осознание момента!

Этот рецепт особо действенен для тех, кто сорок дней не ел мяса и молочных продуктов. А накануне посетил пасхальную службу и пришел в 4 утра. Я так всегда делаю.¹¹

Истоки революции

Лег в ванну – включил Чехова – он у меня в телефоне – рассказ «Невеста». Слушал-слушал, хороший писатель, но тоска смертная. Все страдают от ничего неделания, но при этом ничего не делают. «Мы купим дом в деревне, и будем работать! Работать!» И при этом никто не работает, только ходят и рассуждают. Очень напоминает статью Изгоева в сборнике «Вехи» 1907 года. Там он как раз писал, что наше студенчество отличается онанизмом и словоблудием – отсюда, мол, и родилась революция.

От чего страдают герои Чехова? От праздности. Выход отсюда один – революция. Вот она и случилась. Большевики с их заговором только следствие. Истоки – это Чехов, декаденты, ницшеанцы, символисты, нигилисты, словом, все Страдающие высоким страданием. Если б три сестры в меру … (веселились), наше общество сейчас было бы гораздо здоровее, примерно, как в Америке, только с национальными традициями и здоровым духом.

«Баария»

Посмотрел фильм Джузеппе Торнаторе «Баария». Фильм хороший, как и все у этого режиссера. Вот, о чем подумалось. Фильм про отца, который был коммунистом, а в Италии, как и в Латинской Америке, быть левым это вообще хорошо. Мало того, что это всегда было популярно, но это и действительно полезно – быть там коммунистом. Не случайно, многие известные люди, да взять хотя бы Пазолини с Бертолуччи, прошли через компартию. Тоже ведь не глупые люди. Вспоминается и Камю – да мало ли кто еще! Дело в том, что коммунисты там всегда были оппозицией.

Они никогда не приходили к власти, не строили концлагерей, не расстреливали тысячами, не ссылали в лагеря миллионами, они действительно – и на деле – были и есть борцы за социальную справедливость, то, чего как раз у нас не получилось, когда коммунисты победили и построили лагерную систему. Это тот тип коммунизма – в Италии и Латинской Америке – который сродни христианству. Ибо он весь идеален. Не лги, не совокупляйся с членами по партии (дословно из итальянского кодекса), будь мужественным и т. д. и т. п. В условиях капитализма – где есть богатые и бедные – кому-то надо защищать права бедных, ибо богатым на эти права плевать – тут как раз коммунисты очень кстати.

Счастье их, что они никогда не приходили к власти, как в России и Китае, иначе бы лагерно-барачной системы им не избежать, что и подтверждает опыт этих двух стран. А без трагичного опыта это действительно очень модно и романтично. А иногда даже эффективно. Все-таки, когда они узнавали о «практике» коммунизма, наиболее умные из них, как Камю, например, от этих идей отходили. Так что это совершенно две разные вещи – коммунизм западный и восточный. К чести Торнаторе надо сказать, что и он своего отца изобразил, как безнадежного романтика-голодранца.

Вопрос дня: лучшие фильмы о ВОВ

Распределилось так; «Они сражались за родину», «Двое», «Был месяц май», «Сталинград».

Мундштук

Поздравил бабульку с праздником. Ей 93. Они были под Тулой, когда немец подошел. Заняли деревню. Отцу было три года. Ему понравился немецкий мундштук, он его и схватил. Немец говорит – отдай, тот не отдает. Немец его через колено и по заднице лупить. Бубуля подбежала, вырвала отца, за что получила такого пинка, что вылетела в дверь.

– А что, – говорю, – расстреляли кого?

– Нет, – говорит, – никого не трогали. Я даже одному сказала, (молодая была горячая), я – коммунист! Хотя никогда в партии не была.

А немец смотрит на нее и говорит:

– А я фашист!

Плюнули да разошлись. А ведь бабушка была очень даже хороша в свои-то 26! Еще был инциндент – когда немцы уходили, прабабка, бабкина мать, сказала:

– Наконец-то уберетесь, черти немые!

Кто-то перевел (у немцев были переводчики). Один немец подошел и двинул ей по скуле так, что отлетела к печке.

Вот и все «ужасы» в одной отдельно взятой деревне под Тулой.

– А что, – говорю, – наши?

– А наши, когда пришли, были хуже немцев, – ее слова, – овец крали, девок драли, воровали да песни под гармошку орали. А если что недовольство – «вам что, сукам, под немцем лучше было?» И по скуле, а могли и шлепнуть. А которые от немцев прижили, одна своего ребенка младенцем сама удавила, чтоб ее не расстреляли, а на могиле написала «Здесь лежит сын врага народа».

Я не романтизирую немцев, но, когда смотрю наши фильмы про войну, уже думаю – а сколько там правды?

Этот отдельно взятый эпизод, естественно, не объясняет всего. Но вот, что касается сожжения деревень в Белоруссии с запиранием людей в сараи и амбары, – любимый эпизод наших режиссеров – хронологически это стало происходить после того, как партизаны взорвали кинотеатр с 800 офицерами вермахта.

Жители деревень, общающихся с партизанами были сожжены. Можно, конечно, спросить, а за каким они приперлись сюда кино смотреть, когда их не звали? Такая постановка тоже правомочна.

Тем чуднее, конечно, кажется наша победа, что Красная армия представляла из себя зачастую армию дезорганизованного асоциального элемента. Примерно то же самое рассказывала моей знакомой и бабка из Ржева.

Лучшие стихи о войне написаны до войны

Есть в голосе моём звучание металла.

Я в жизнь вошёл тяжёлым и прямым.

Не всё умрёт. Не всё войдёт в каталог.

Но только пусть под именем моим

Потомок различит в архивном хламе

Кусок горячей, верной нам земли,

Где мы прошли с обугленными ртами

И мужество, как знамя, пронесли.

Мы жгли костры и вспять пускали реки.

Нам не хватало неба и воды.

Упрямой жизни в каждом человеке

Железом обозначены следы —

Так в нас запали прошлого приметы.

А как любили мы – спросите жён!

Пройдут века, и вам солгут портреты,

Где нашей жизни ход изображён.

Мы были высоки, русоволосы.

Вы в книгах прочитаете, как миф,

О людях, что ушли, не долюбив,

Не докурив последней папиросы.

Когда б не бой, не вечные исканья

Крутых путей к последней высоте,

Мы б сохранились в бронзовых ваяньях,

В столбцах газет, в набросках на холсте.

Но время шло. Меняли реки русла.

И жили мы, не тратя лишних слов,

Чтоб к вам прийти лишь в пересказах устных

Да в серой прозе наших дневников.

Мы брали пламя голыми руками.

Грудь раскрывали ветру. Из ковша

Тянули воду полными глотками

И в женщину влюблялись не спеша.

И шли вперёд, и падали, и, еле

В обмотках грубых ноги волоча,

Мы видели, как женщины глядели

На нашего шального трубача.

А тот трубил, мир ни во что не ставя

(Ремень сползал с покатого плеча),

Он тоже дома женщину оставил,

Не оглянувшись даже сгоряча.

Был камень твёрд, уступы каменисты,

Почти со всех сторон окружены,

Глядели вверх – и небо было чисто,

Как светлый лоб оставленной жены.

Так я пишу. Пусть неточны слова,

И слог тяжёл, и выраженья грубы!

О нас прошла всесветная молва.

Нам жажда зноем выпрямила губы.

Мир, как окно, для воздуха распахнут

Он нами пройден, пройден до конца,

И хорошо, что руки наши пахнут

Угрюмой песней верного свинца.

И как бы ни давили память годы,

Нас не забудут потому вовек,

Что, всей планете делая погоду,

Мы в плоть одели слово «Человек»!

1940

Я не знаю, у какой заставы

Вдруг умолкну в завтрашнем бою,

Не коснувшись опоздавшей славы,

Для которой песни я пою.

Ширь России, дали Украины,

Умирая, вспомню… И опять —

Женщину, которую у тына

Так и не посмел поцеловать.

1940

Николай Майоров

Из рассказов деда о войне

А то еще помню, ползу по полю после сражения. Нога кровью истекает. «Сестра! Сестра!» – ору. Никого. Доползаю до леса. Смотрю: лейтенант санитарку у березы пристроил – и давай наяривать. Ну, я автомат вскинул – и порешил их безвременно. Вот такая история. И это правда, братцы. А сколько из-за них там людей кровью истекло на поле боя?

Заняли мы деревню. Тихо, немцы не знают. Подходим к избе – там немецкий штаб. Смотрим в окно – немцы над картой заседают. А в хате баба с дитем. Девочка маленькая выходит в дверь и смотрит на нас. Только побежала в хату – мама! мама! там русские дяди! Раз гранату в окно! другую! Никого в живых не осталось. Никого. А кто нас осудит? Война…

Попал я в госпиталь на линии фронта. Полноги оттяпали. Даже не госпиталь, а лазарет. Какой там госпиталь на линии фронта?! И вдруг – тревога, воздушная атака – юнкерсы!

Все засуетились, схватились, кто куда, санитары, бегут, раненые, кто как может, на костылях, на культях, ползком, но только в машину! Только спасаться, сирены, вой. Разрывы бомб. Что делать? Никто на меня внимания не обращает, кинули, суки! Спасайся, кто может!

Вынул ТТ, наставил на первого санитара – а ну, неси, сука, в машину, а не то моть твою в бога душа мать, спущу крючок, мне терять нечего! И смотрит в упор. Санитар схватил его, вынес, погрузил в машину, слав те, Господи, а то б не было деда уже в 42-м!

Наше мыло

Говорил тут кто-то по радио – у нас все фильмы про одних и тех же – бандиты, менты, коррумпированная власть, бизнес-мафиози, проститутки. Действительно, по крайней мере сериалы – недалеко от истины. А про что еще снимать? Первая любовь семинариста?

Дело в том, что все сценаристы – люди бедные, еще в недавние прошлые нищие, но теперь поденным трудом снискавшие себе прожиточный минимум и даже немного больше. А о чем думает бедный? Конечно, о богатстве. Отсюда все эти крутые бизнесмены, переговоры о трансферах, миллионы, яхт-клубы и дорогие любовницы. Этим они компенсируют ту жизнь, которой живут реально.

Особ пользуется популярность у продюсеров мыла – женщина-бизнесмен. «Она сама сделала свой успех», «у нее есть все кроме настоящей любви!» Тут уж наши мылописатели строчат во все лопатки. Причем этих фильмов никто не запоминает, однако они производятся, как колбаса – регулярно. Другой фарш – бесконечные частные сыщики и менты-следователи.

Вопрос дня: большой гурман

¹²

Карпаччо из оленины в сметанном соусе с анчоусами, суп из акульих плавников, поросенок молочный в гранатовом соусе нашпигованный грибами и гречневой кашей, осетрина печеная с картофелем луком помидорами и сыром, паэлья, итальянская паста с грибами и ветчиной, украинский борщ, соляночка по-московски, харчо из баранины, узбекский плов, спрут по мароккански, телятина холодная с горчицей и хреном, водки всех сортов, ветчина негушская, немецкий кнедлик заварной, яйца аргентинских бычков, питон жареный в кисло-сладком соусе, фазан запеченый в листьях барбадосской хрени, соски выпи амазонских болот жареные на медленном огне, нога марлен дитрих холодного копчения, опята носатые домашнего посола, жарень пьяный разливной по-кубински, клубень травяной, настоенный на гималайской анаше, хлеб из пузатого ячменя проросшего, унаги-хаки из анфисы чеховой, устрицы пьяные убегающие, профитроли с припи… ю, хвосты сушеные английских обезъян крупного посола, мокрень байкальская, ушастик японский запеченный в фольге с чесноком и базиликом.

Справедливость

В новостях передавали – поймали мэра маленького городка в Калининградской области, с майбахом за 41 млн. руб. И то – потому только узнали, что сначала угнали майбах. А у 1000 других не угнали, и никто ничего не узнает.

Экспорт газа и, соответственно, доходы Газпрома в 09 году сократились на 19%, а зарплаты топменеджеров, коих, кажется, 17, увеличились на 25%. Теперь они получают от 5 млн рублей в месяц. Шахтеры, врубаясь в уголь, заматывают датчики и гибнут за 18—20 тыс руб. чистыми.¹³ Смешно? А что говорят топменеджеры? Мы – государствообразующее предприятие! Мы – главные, нам можно. Им можно протирать штаны на совещаниях за 5 млн., а шахтерам можно умирать в шахтах за 20 тыс.

Такова жизнь? Странно. Вроде, идем демократическим путем. Вроде президент говорит все правильно, вроде, премьер тоже не дурак. А справедливости нет. А в чем была бы справедливость? Поменять их местами – топменеджеров в шахту, а шахтеров – в топменеджеры, доходы Газпрома от этого точно не упадут.

Так зачем же дело стало? Нельзя. Не поймут. Такова структура российского государства независимо от исторической эпохи и имен управителей. Вот все, вроде, правильно. И плохих победили и взяли курс, и идем правильным путем, и еще тонны слов и решений, а справедливости нет.

Т.е. ее нет, конечно, метафизически на этом свете. Но в государстве-то! Оно должно хотя бы обрисовываться. А у нас почему-то не обрисовывается. Хоть тресни. Никогда. И, если учитель какой-нибудь в Москве, к примеру, может получать 30 тыс., а бабушка 90 лет работавшая на государство аж целых 12! – то топ-менеджеры в «справедливом обществе», ну, никак не могут получать 5 млн., ну, никак! Не могут получать миллионные зарплаты и работники ЖКХ, ни других госмонополий, ни префекты, ни зампрефектов, ни губернаторы, ибо это бы означало только одно – что они воры.

Но, почему– то, что давно понятно шведу, французу, немцу, датчанину, англичанину и т.д и т. п., где как-то корректируют налогами, выравнивают нищих с богатыми, пекутся об инвалидах, о слабых мира сего – ну, словом, что-то делают! – ну, никак не понятно российским чиновникам!?

Видимо, в детстве это чувство справедливости отшибает вместе с комплексом кающегося аристократа. Нет аристократа – нет и кающегося аристократа, ходящего в народ, отдающего последнюю рубаху, льющего горючую слезу над судьбой народа.

Остались одни рыла в газпромах, которые дорвались, а кто не дорвался – тот дурак.

Если и есть идеология нашего государства – то именно эта. Подбросить пару тысяч пенсионерам, и оставить все рыла на своих местах. Дорывайся! Вместо Ленинского – «грабь награбленное». А как дорваться-то? А тут чья мафия сильнее.

Вот это все говорю к чему – а к тому, что нынешняя политическая ситуация не имеет перспектив. Далее роста нет. Далее нужен монарх, который бы посадил топменеджеров в шахту, а шахтеров в топменеджеры. Иначе справедливости не будет никогда. Будет такой вялотекущий прогресс с Ургантом и Цекало, пока все бабушки, работавшие на государство 90 лет, не перемрут вместе с шахтерами. Спрашивается, а Ургант-то с Цекало тут причем? Как причем? Для развлечения!

Михалков

Познакомился вчера с Михалковым. Нормальный мужик, компанейский. Завет работать. Отнюдь не заносчив и совершенно не похож на чиновника. Такой фильм снял или сякой, да какая разница? Снял и снял. Посмотрели, да забыли… или не забыли. Не нравится – не ходи. Хотя конечно, мачо, мачо. Весь в перстнях. Красав*ец.

«Брежневы от православия» и русская литература

Был на дне рождения мэра одного подмосковного города. Это просто новый Брежнев! Торжественный молебен, два часа поздравления, фильм про самого себя, куча наград и медалей, концерт сводного церковного хора. Фанфары в честь меня любимого. Хор мальчиков к пасхальной заутрене. Вот как-то не хватает у нашего чиновничества вкуса!

Ну, добился ты статуса – наверняка, и неправедным путем (все конкуренты на выборах подставные), ну так и будь скромнее. Нет все-таки революция была, в том числе, и потому, что и царская Россия состояла наполовину из этого. И мы не вправе осуждать Чехова и других скептиков, ибо они просто видели правду. Слав те Господи, что есть просто умные люди, без всяких наград и фанфар видящие правду, и способные сказать, что этот мол – жулик, а этот хам, а этот пустой фанфарон и выскочка. В сущности, вся русская литература великая этим и занималась. В ней одной и есть отдушина от всех этих «Брежневых от православия». Почему от православия? Просто этот конкретно мэр – весь из себя «православный». И это, кстати, гораздо страшнее, чем царская Россия, ибо там все-таки было дворянство, с его воспитанием, культурой, самоиронией. Это же – торжествующий пролетариат, деревня. Он добился статуса, значит, у него яйца выросли по два кубических метра. Он теперь главный. Может показаться, что я критикан. Нет, я ведь хвалю русскую литературу за ее правдивость!

Названия

Есть слова или словосочетания, которые сами собой просятся в название романа или повести, ну, или фильма, на худой конец.

Например, «Точка невозврата» или «У последней черты» или «Золотой корень», или вот недавно встретил чудное слово – «Сагандайля» – это такая лечебная трава.

Вообще, лекарственные травы – богатый источник названий. Например, роман «Алтайские травы» или повесть «За кефирным грибом». Или роман «Женьшеневый лес». Или повесть о послевоенном детстве «Там, где в лугах тимьян». А скольких поэтов уже осчастливил «Можжевеловый куст»? Вообще неплохое название «Трава-мурава» – о деревне эпохи коллективизации.

Высокий рейтинг был бы у фильма с названием «Женщина дает молоко». Или неплохо для Каннского фестиваля «Скажи мне да, я скажу тебе нет» – в принципе, неважно, о чем там, главное, что название гламурное. Или название для жесткого фильма из жизни подростков «Сыпь». Вообще неплохи для кино также «Гниль» или «Падаль». «Подонки» и «Сволочи» уже были, можно смело продолжить: «Отстой», «Мрази», «Худшие из людей», «Нелюди», или «Конченый» – неплохой боевичек можно сделать! Ну, само собой, «Оборотень», «Стреляй первым!», «Кровь за кровь» – вторая часть, первая – «Око за око», третья «Зуб за зуб». Для сериалов мелодрам тут совсем просто – просто перебирай фамилии по списку – «Семеновы», «Егоровы», «Ермоловы» и т. д. или для них же «От любви до ненависти», «Любовью за любовь», «Понять и простить», «Любовь одна».

Вот неплохое название для американской комедии «Позови меня в ад» или «Любовные соки» или «Очень мутное кино».

Сталин и Гитлер в интерпретации В.Соловьева

Зашел в книжный, увидел новую книжку Владимира Соловьева что-то там о путях России (вообще книги пишет, как детей делает). Лежала там на виду, где популярные продажи. Это, вообще, логично для изгоя (хотя, какой изгой, когда есть «Серебряный дождь» и книжки выходят?) ну, так скажем, для телевизионного изгоя (хотя много талантливых людей туда вообще не попадали), ну, в общем, логично для относительного изгоя, прогневившего как-то и чем-то власть – перестать сочинять евангелия от самого себя и написать что-то о гордом предназначении России в истории – авось помилуют. Открываю в случайном месте – и сразу интересный пассаж. Что-то там об опасности шовинистического угара и о сравнении двух режимов – сталинского и гитлеровского. Сталинский режим, пишет, как и вообще пролетарская диктатура при всех ее перекосах и недостатках, все же несравненно лучше гитлеровской (мы можем догадаться почему об этом пишет Соловьев). Но интересна аргументация – сталинская диктатура никогда не уничтожала классами, слоями населения, как это делал Гитлер.

Вот это уже интересно! Прямая, неприкрытая и странная для все-таки, наверное, образованного Соловьева ложь. Ну, написал бы прямо – в пролетарскую революцию мой дедушка активно включился, поэтому революционеры – они не такие гады. Конечно, тут вышел у него прокол. Потому что как раз классами, слоями, население уничтожал пролетарско-ленинский, а затем и сталинский режим, а не гитлеровский. Ни в коем случае не защищая Гитлера, надо, тем не менее, смотреть правде в глаза, а не врать от лукавого. Именно пролетарская революция поделила общество на классы и уничтожала по классовому признаку всех подряд. Соловьеву было бы полезно пересмотреть фильм «Чекист» Рогожкина, где деятельность ЧК -ОГПУ-НКВД показана во всей красе. Открыто провозглашенный Дзержинским принцип еще французской революции – «Не ищи вины, смотри на классовую принадлежность» – и выкашивал население слоями. Сын помещика – расстрел, дочь офицера – расстрел, крупный буржуа, министр, капиталист, зажиточный крестьянин, священник, кадет, казак, гимназист, чиновник, дворянин – расстрел. Такого, конечно, в Третьем Рейхе не было. Не надо врать. С такой методичностью и сатанинской жестокостью собственный народ не уничтожался. До войны были в Германии концентрационные лагеря для коммунистов и зулусов, но такого уничтожения не было.

Больше того – и это самое поразительное отличие двух режимов – Гитлер пришел к власти в результате демократических выборов в Германии, а не в результате переворота, подкупа иностранными разведками, обмана и подлога, как большевики. Именно демократические выборы 33 года сформировали паритет фракций в парламенте с коммунистами и правыми, и правые пошли на альянс, предложив Гитлеру пост канцлера.

Что же касается Советской диктатуры, то, конечно, она была другого рода – антирусская, антиправославная, прямо сатанинская изуверская диктатура с доминирующей ролью инородцев (как официально называли их в Царской России), особенно в правительстве и репрессивных органах. Гитлеровский режим сформирован сошедшими с ума романтиками, каждый второй там входил в телепатическую связь с древнегерманским богом Одином, взять Геринга, например, который и с духами предков общался, или Гиммлера, считавшим себя реинкарнацией германского короля Генриха 1. Там был мистически нездоровый коктейль из творений цистерцианского монаха Йозефа Ланца, австрийского визионера фон Лея и, как ни странно, Блаватской с ее теорией арийской расы. Именно она придумала, что эта новая арийская волна завоюет мир. А Лей и Ланц наводнили умы древнегерманской мифологией и расовыми теориями. Плюс фермерский инстинкт Гиммлера с его «выведением» чистой породы людей, замерением черепов и т.д. Кстати сказать, даже по внешнему виду ни Гитлер, ни Геббельс под эти древнегерманские стандарты не подходили, хотя бы из-за темного цвета волос. Так что эти мечты воплотились лишь в отборе частей СС того же Гиммлера.

Это именно еб… е романтики, замешанные на густом антисемитизме, который завоевал мир в 20-е годы повсеместно (даже в Японии) именно благодаря «стараниям» зулусов в деле мировой революции и установлении социалистических республик (сиречь власти международных банковских домов) в России, Германии и Венгрии, в скидывании с тронов законных монархов и разрушении алтарей. В 22-м же году вышла и книга Мельгунова «Красный террор», где очевидцы свидетельствуют о «светлых» буднях социализма.

И еще один момент, который тоже упустил Соловьев. Конечно, нацисты религию недолюбливали – ее считали пережитком слабой старой Европы, порабощенной зулусами, их религия – это руны, предки, Один, Валгалла, арийская раса и прочие игры. Но такого систематического и сатанинского уничтожения христианства, которое позволили себе большевики в России, Гитлеру и в страшном сне не могло присниться. А ведь это все-таки основа человеческой цивилизации за последние 2000 лет. Уж не говоря, что православие было и остается генетическим кодом всей русской культуры. Это своего рода уникальный режим именно открыто антихристианский, что на самом деле и привело к той трагедии, которая вылилась во Вторую мировую. Отсюда все эти великие симпотизанты Гитлеру на первых порах, такие как Хайдеггер, Ильин, Гамсун, Мережковский и др. Солженицын очень хорошо показал в «200 лет вместе», что именно в 20-е годы в Советской России антисемитизм был развит чрезвычайно.

В Вузы страны не принимались дети буржуев, исключение делалось только в одном случае – если это зулус, Его принимали всегда, как ранее притесняемый народ в царской России. Отсюда этот рывок советских зулусов в науках и искусствах.

Все это, естественно, не отменяет того факта, что оба режима чудовищны с точки зрения христианской морали, ибо одни стреляли в затылок из-за того, что у тебя череп не той формы, а другие – из-за того, что ты сын фабриканта, или за то, что веришь в Бога, или вообще ни за что – для единицы отчетности. ЧК-ГПУ-НКВД нужна была отчетность о расстрелянных врагах Советской власти. Крестьян расстреливали за «троцизм», как они говорили, ибо не знали, что это такое. И это власть «рабочих и крестьян». Так что не надо нам «отмазывать» коммунистический режим, г. Соловьев!

Советский Черкизон

В Советской власти ничего для «рабочих и крестьян» особо-то не было. Недовольные, уголовники, нищие, «притесняемые» нацменьшинства, идейные социал-демократы, обманутая беднота, солдаты и матросы-анархисты, которых всех потом и перестреляли. Кстати, первая книга «Красный террор в России» создана Мельгуновым по свидетельствам в основном эсеров. Своих же, революционеров, начали мочить сразу, что говорить о чужих. Все это мочилово коренного русского населения, а заодно и друг друга продолжалось до 41 года, когда от фрицев у Сталина кое-что дрогнуло.

Тогда в ноябре, когда они были за 60 км, он залез на трибуну и проблеял: «А вот был еще Александр Невский и Суворов!! Братья и сестры! Защитите мою задницу, а заодно и свою!» Предварительно перемолов всех этих наследников Суворова миллионами.

Советская власть – это такой рынок Черкизон. Различные этнические мафии мочат друг друга за сферы влияния – Кавказская мафия (Сталин, Берия) мочила зулускую (Троцкий, Ягода и пр.), а если какой-то зулус нужен – Лазарь Каганович, например – пускай будет, однако, его брата можно и расстрелять.

Русским доставалось столько же, как на Черкизоне. Молотов был второй человек после Сталина, а его жена сидела в личной тюрьме Берии, в Сухановке. Жена Калинина была послана в лагеря. Бухарин, Рыков – этнические русские – сыграли в ящик, как пособники Троцкого. Зулусы Каменев и Зиновьев – туда же. На национальности расстреливаемых не смотрели, зулусам доставалось отнюдь не больше, чем русским, я уж не говорю про все русское крестьянство, против которого пошли войной. По-настоящему за зулусов Сталин хотел было взяться после войны, что-то там про космополитов, но это все цветочки, расстрел антифашистского комитета – уже серьезней, а вот дело зулусов-врачей только началось, как старец отбросил коньки, явно несвоей волей. Так что им тут не на что обижаться, как они это любят. В конце концов, именно он инициировал создание Зулусстана и вооружил его в ходе арабо-зулусской войны 1947 года., которую они и выиграли. А ведь Рузвельт и Черчилль были против создания Зулусстана!

P.S Можно сказать и про латышскую этническую мафию – латышские стрелки, а Петерс и Лацис – подручные Дзержинского, да с Вацетисом – палачи не хуже Гиммлера, сколько русского народа на тот свет спровадили и не пересчитать. Их всех потом убрал Сталин. Но к Латвии, как народу, они отношения не имели, так как были изгоями – их как раз оттуда повышвыривали с их революционными идеями – а здесь пришлись ко двору. Вацетис просто ставил в Серпухове людей на берегу Оки и расстреливал – и трупы плыли по воде, чтоб не копать ям.

Кстати, прибалты вообще умные ребята в отношении революции, у них как-то с этими идеями не забалуешь. Финны, например, с середины 19 века не пускали на жительство зулусов, просто такой закон был в государстве – Солженицын об этом пишет в «200 лет вместе» – если в третьем поколении не здесь живешь – извини, браток! И никаких революций, все тишь да гладь. И никто не кричит, что Финляндия – фашистское государство. Наоборот, до кризиса была в пятерке самых благополучных стран мира. А ведь воевала на стороне Гитлера. Да и Норвегия тоже. Кстати, у финнов есть одна огромная заслуга перед Советами, они не стали перекрывать Ленинград по Ладожскому озеру, хотя могли. Тогда бы блокадникам пришел конец и очень быстро. Немцы с ними об этом и договаривались, но они этого не сделали. Жуков в показанном недавно интервью, взятым Симоновым в 60-е уже годы, сказал однозначно, что, если бы финны пошли с севера – нам бы настала хана еще в декабре 41 года, но они не пошли, хотя выиграли (вернее, долго сопротивлялись) в советско-финскую войну 40-го года.

Названия, таблички…

Прохожу сегодня Манеж, там, где переход через Воздвиженку, на доме, где кассы Дворца Съездов – огромная мемориальная доска – «Здесь жил венгерский революционер Бела Кун». Напротив – Кремль. Этот тот Бела Кун, который расстрелял 150 тыс. человек в Крыму после отхода армии Врангеля. В основном, это офицеры и члены их семей, добровольно пришедшие на «регистрацию» под гарантии сохранения жизни, данных самим Фрунзе. В фильме «Адмирал» есть эпизод, где трупы офицеров привязаны ко дну под водой веревками – многих просто утопили, привязав камни к ногам. Население Крыма тогда уменьшилось с 2 миллионов до 800 тысяч.

…Хотя, что еще удивляться этим мемориальным доскам, если у нас все еще «Площадь революции» рядом, а там еще и «Войковская» и «Бауманская», да и библиотека им. Ленина через дорогу от Кремля. Да и на самом-то Кремле – масонские пентаграммы вместо крестов. Да как-то все и привыкли уже – ну звезды и черт с ними – ну, лежит Ленин, ну и хрен бы с ним! Назови какой-нибудь пришедший к власти маньяк «проспект Чикатилло», 50 лет пройдет, и девочки «коренные чикатилловки» будут говорить:

– А зачем менять? Нам это название нравится! Не знаем, кто это такой, но мы привыкли, и звучит красиво – что-то итальянское!

Чиновники же будут говорить:

– Что? Менять? Вы представляете, сколько это стоит, все переименовать?!¹⁴

Платоныч

Человек гораздо сложнее, чем формулирует голова по книжкам. Пообщаешься с людьми простыми, жившими большую часть жизни при советской власти и тянувших свою лямку без ропота, и многое поймешь в русском характере. Терпеливость прежде всего, способность нести свою ношу при любых обстоятельствах.

Рассказал сосед по даче, как женился. Обрюхатил солдатиком срочной службы местную деваху. Ее мать пришла на построение и ткнула в него пальцем. Пришлось жениться. Родив еще одну дочь, как выяснилось потом не от него, эта местная шалава смылась в неизвестном направлении, оставив ему двоих детей. Лет через десять он женился вновь на вдове с дочерью. Воспитали троих, вторая жена умерла. Сейчас третья.

Засиделся в гостях, может и поколотить, хотя сам уже прадед. Вот она – и Жизнь, и Любовь. А звать соседа Платоныч. И много таких по Руси! От этих типажей и вся хорошая литература наша «деревенская».

Чехов как христианин

Ездил помолиться в Давидову пустынь недалеко от Мелиховской усадьбы Чехова. Чехов-то, оказывается, построил несколько школ на свои деньги! Выбил финансирование единственной асфальтированной дороги от станции Лопасня. Поддерживал, как спонсор, монастырь и Крестовоздвиженский храм напротив своей усадьбы! К тому же, был единственным земским врачом на весь Мелиховский район. В эпидемии не вылезал из больницы!

Вот тебе и «скептик». Всем бы писателям быть такими «скептиками»!

25 июля

Если огурца с грядки засолить прям в целлофановом пакете, получается очень даже неплохо, уже на следующий день чудные малосольные огурцы.

Бредни коммунистов

Удивительно, как коммунисты приводят какие-то цифры низкого уровня жизни в Царской России. Хрущёв где-то писал, что в 1913 году, работая на заводе слесарем, он жил лучше, чем в 30-е годы, когда был первым секретарем ЦК ВКПб Украины. Коммунисты, вообще, никогда и не стремились жить хорошо. Все это – зажиточность – всегда называлось «мещанство», «накопительство, потребительство» и т. п. Частная собственность не поощрялась, миллионеры только подпольные. Мой сокурсник, который одним из первых в середине 80-х решил торговать джинсами, сел на 2 года за спекуляцию. А уж «преклонение перед западом» – так это просто главный жупел.

Вообще стремление жить хорошо – совершенно не коммунистическое стремление, о чем почему-то коммунисты все время забывают, это стремление «жить хорошо», т.е. в достатке, с собственностью, с деньгами – оно вообще из другого мира – капиталистического, у нас это называлось индивидуализм, а, точнее, «буржуазный индивидуализм», чему противостоял «коллективизм», уравниловка, запрет на частную собственность. На этом фоне рассказы про царскую Россию не имеют вообще никакого смысла – ибо, как бы там плохо ни было, но идея была человеческая, и общество развивалось, а если бы не убивали Столыпиных из-за угла, развивалось бы еще быстрее. Превратилось же это в мертвечину и поголовное коммунистическое пьянство, с вымершей деревней и электричками за колбасой. Один мой друг все 80-е ездил за колбасой в Москву из Можайска – эта электричка так и называлась «колбасная».

Если в царской армии 40% первый раз пробовали мясо (что уже хорошо говорит об армии: не пошел бы туда, не попробовал бы). То средний советский горожанин пробовал его по праздникам, а копченую колбаску и фрукты – если только было, кого снарядить в Москву. Мои родственники из Челябинска как раз приезжали за апельсинами и копченой колбасой 2 раза в год. Это уже в эпоху «развитого социализма» – 80-е годы. Cтоило ли городить 70 лет страданий и десятки миллионов жертв, чтобы дойти до этого?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Речь идет о бомбардировке Цхинвали грузинскими войсками в августе 2008 г.

Вернуться

2

Этот взгляд будет достаточно серьезно пересмотрен автором впоследствии. Однако, для 2008-го года в этом была доля правды.

Вернуться

3

Речь идет о разгоревшейся в СМИ полемике двух писательниц – Марии Арбатовой и Татьяны Толстой об участи забеременевшей в заключении помощницы Ходорковского Светлане Бахминой, осужденной в 2006-м году по ст. 160 УК РФ («Присвоение или растрата») и освобожденной по УДО в апреле 2009 года.

Вернуться

4

У г. Ёжикова здесь явно «стакан на половину пуст».

Вернуться

5

Проповедник харизматической церкви в г. Сиэтле, известный своим красноречием, бывший гражданин Украины.

Вернуться

6

Парафраз известного шлягера «Два кусочека колбаски»

Вернуться

7

Кто эти вышеперечисленные после Геринга люди известно одному г. Ёжикову.

Вернуться

8

Речь идет Пермском ночном клубе «Хромая лошадь», где погибло 156 человек при пожаре 5 декабря 2009 года.

Вернуться

9

Речь идет о кончине известного актера Владислава Галкина, которого незадолго до смерти условно осудили за пьяный дебош в баре.

Вернуться

10

г. Ёжиков забыл волшебное слово «допинг», как показали уже позднейшие расследование.

Вернуться

11

Похоже, подобные «рецепты» и довели г. Ёжикова до приюта в Ашуркино.

Вернуться

12

Что имеется ввиду под «вопросом дня» непонятно. Возможно, г. Ёжиков проводил сам средь себя опрос.

Вернуться

13

Имеется ввиду заматывание датчиков на чувствительность к газу, чтобы при превышении нормы продолжать работать.

Вернуться

14

Если быть точным, события «ялтинского мола», когда к офицерам привязывали груз и пускали на дно, произошли в 18-м году, но и после отхода армии Врангеля в 20—22-м Бела Кун и Землячка лютовали немало. Расстреливали гимназисток 12-ти лет. Общее число расстрелянных около 150 тыс.

Вернуться